1 часть.
В холле мрачного дома Блэков, на Гриммо12, звенели крики. Напротив двух тринадцатилетних девочек, которым вскоре предстояло отправиться в Хогвартс, стояла статная женщина. Время оставило свой след на ее красивом лице: седые волосы и глубокие морщины выдавали пережитое.
Селеста, ростом метр шестьдесят пять, с черными волосами и карими глазами, отличалась вспыльчивым, но временами удивительно спокойным нравом. Она всегда могла дать отпор обидчикам. Ее сестра, Эллана, чуть выше ростом, с копной рыжих волос и пронзительно-голубыми глазами, была такой же вспыльчивой, но ей было совершенно наплевать на мнение бабушки. Эллана всегда поступала так, как считала нужным. Вальбурга то и дело сравнивала внучек с их родителями и дядей.
Девушки унаследовали черты характера своих родителей. Селеста, к примеру, была равнодушна к чистоте крови, бунтарка и прямолинейна, как дядя Сириус. Вальбурга часто говорила, что она похожа на отца,а Эллана же, напротив, казалась более скромной, но в кругу близких друзей раскрывалась как веселая и открытая девушка, всегда говорящая то, что думает. Целеустремлённая и храбрая, она всегда приходила на помощь друзья.
- Сколько раз я вам повторяла, не влезать в уличные драки! - голос Вальбурги звенел от гнева.
- Он назвал нас чокнутыми, - оправдываясь, выступила вперед Эллана.
- Я закрываю глаза на то, что вы общаетесь с этой девчонкой Грейнджер и с этими рыжими отбросками, - с презрением процедила Вальбурга, глядя на внучек.
- Не смей так о них говорить! - крикнула Эллана, а Селеста молча кивнула в знак согласия.
Вальбурга лишь осуждающе покачала головой.
- Надеюсь, вы собрали вещи? - спросила Вальбурга, стараясь взять себя в руки. - Если нет, то живо марш собираться! - Она развернулась и ушла, оставив девочек одних.
Когда Вальбурга скрылась из виду, Селеста и Эллана разразились хохотом. Они в очередной раз подрались с местными мальчишками, и бабушка, как всегда, была в ярости. В глубине души Вальбурга видела в Эллане и Селесте шанс искупить ошибки, совершенные с Сириусом и Регулусом. Она дала себе обещание не поступать с внучками так же, как с сыновьями, хотя иногда ей казалось, что за их выходки она убила бы их точно так же.
Девушки тайком пробрались в комнату их дяди Сириуса, который был заключен в Азкабан за убийство своих друзей. Эллана достала старую фотографию. На ней были молодые родители, сидящие на диване в обнимку. Рядом с их матерью стояла рыжеволосая девушка, которую обнимал парень в очках. Светловолосая девушка кокетливо подставляла этому парню рожки, а позади стоял парень со шрамами на лице, которого обнимала девушка с темно-каштановыми волосами. Она держала Сириуса за руку, и все они казались такими счастливыми... По щекам Элланы потекли слезы. Селеста молча обняла сестру за плечи.
- Жалко, что их нет, - тихо произнесла Селеста, нарушая тишину.
Она достала еще одну фотографию. На ней три девушки стояли плечом к плечу. В центре, рыжеволосая, смеялась над чем-то. Справа от нее стояла черноволосая девушка с ямочками на щеках. Она тоже улыбалась и смотрела на третью девушку, стоявшую по другую сторону. На ее лице застыло возмущение.
Эллана и Селеста не заметили, как в комнату вошла Вальбурга и тихо села рядом с ними.
- Это Катарина Поттер, - произнесла Вальбурга, указывая на темноволосую девушку. - Она встречалась с Сириусом.
Девушки завороженно слушали бабушку.
- Это Анна Поттер, - Вальбурга показала на рыжеволосую девушку. - А это Хейли Поттер, - добавила она, указывая на темноволосую девушку с розовой прядью.
Вальбурга достала следующую фотографию. На ней была рыжеволосая девушка и кудрявый парень в очках.
- Лили и Джеймс Поттер, - тихо произнесла Вальбурга, глядя на фотографию.
Эллана и Селеста переглянулись и повернулись к бабушке.
- Родители вашего одногруппника, Гарри Поттера.
Вальбурга протянула им фотографию, на которой были запечатлены молодые Лили и Джеймс.
- Отдайте ему. Думаю, он будет рад, - произнесла Вальбурга, глядя на следующую фотографию, словно боясь поднять глаза на внучек.
Так они и просидели до самой ночи, в разговорах о прошлом. Эллана и Селеста задавали бабушке бесчисленные вопросы о родителях, пытаясь собрать осколки воспоминаний, чтобы хоть немного приблизиться к тем, кого они так и не узнали.