АКТ II. Few minutes later
One
Постапокалипсическое будущее
- Ребята, все накрылось! Заклинание не работает! – Рудольф швырнул книгу с заклинаниями, написанную Трифоном де Скалистом.
- Ну, а как ты хотел? Хотя ты только хуже сделал, Рудольф!! – голос, который ему ответил был холодный и режущий, как сталь.
- Все это твоя вина, Рудольф! – Рейн, сломя голову, проталкивался через толпу, в Чайна тауне.
- А я здесь причем? Это ты переместился не туда с детьми Всезнайки! Надо было в Дикую Охоту, а не в начало петли времени, когда Эйрис похитили и сделали арфой! – вторил ему Рудольф.
- У нас ещё и загадочное послание, которое король отказывается разгадывать! – Рейнольдар очень расстроился.
- Ты точно Рейнольдар? Настоящий Рейнольдар понятия не имеет про Кир! – нахмурился Николас, откашлявшись на своей койке в будущем.
- Какая разница! Может хватит устраивать мне сцены, Харт? Тебя кто – то ранил в будущем, демоны хотят нас всех разнести, а загадочное послание, которое оставил Кир, хрен разгадаешь! Какая – то бессвязница! Я уж молчу про Рудольфа, который заигрался с магическим артефактом! – Рейн практически орал в микрофон в плюшевом медведе.
- Я могу Вам напомнить, что Вы вообще накосячили! Да так с Мабъюарном, что у нас и Постапокалипсис! – гаркнул Рейн, перекрикивая ветер.
- Мне надо вернуть Эйрис. Вернуть любой ценой, - Рудольф нахмурился.
- Ты вообще понимаешь, что у других были проблемы, Рудольф?! Ты вообще любил?! Я вот нефига не помнил, самозванцы в мое время натворили делов, а сам я должен был расхлебывать кашу Дика! – Рейн был не в себя.
- Слушай, мы вообще не хотим разговаривать с тобой! – Николас закашлял ещё сильнее.
- Неблагодарная сука! Я вообще – то тебя в одной из жизни твоей спасаю! Когда ты кому – то дорогу... - рявкнул Рейн.
- Я обязана рассказывать все свои тайны, Рейн? Что очень давно жила принцесса, помешанная на внешности и обращенная в кошку когда – то?! Что она расхлебывает кашу одной из своих девяти жизней?! Что на неё кто – то нацелился из прошлого?! Я итак давала подсказки: ненавижу кошек и прозвище «Китти – Китти», остерегаюсь воды, романтик, проблемы в семье... Ты бы поверил мне?! – стальной голос становился ещё мрачнее.
- Ты не рассказывала мне, что – женщина! Ты не рассказывала мне про... Кир! – нервы Рейна были натянуты, как струны.
- Мне ещё алиби рассказать?! Кир и я поссорились... Поссорились из – за того, что она хотела решить мой спор со стороны Его! А ещё – подыграть в его афере с женой!! Более того, я итак долгие годы защищала её! Защищала от войны с Темным королем, которого я собиралась устранить в прошлом, но три года назад, эта миссия накрылась из – за её влюбленности в аристократа, который ухудшил наше заклятье, а ещё – оставил с такими долгами, что пришлось обратиться к тебе! – Харт зашлась в приступе кашля.
- - Милая, ну извини, что пришлось обратиться ко мне и обещать свободу! Извини, что я – такая пакость! Я не могу её увидеть? Я спасаю, потому что виноват перед малышкой! Её все считали злодейкой, даже я! Но в глубине души я верил, что она – не такая! Единственный из команды верил... Не такая, как...Амели, - Рейн выпустил струйку пара изо рта.
- НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ ИМЯ ЭТОЙ СУЧКИ! Как вообще с ней можно было крутить роман?! – Харт перевернулась на бок на кровати.
- Вот я и хочу исправить все ошибки. Начиная с петли времени, чье начало со спасения Вас обеих! – голос Рейна перекричал ветер.
- Ты просто движешь чувством вины... Зачем тебе записываться в спасательную бригаду меня! Зачем?! Чтобы снова сделать больно?! Мне Эйпл итак сделал больно, женившись на молодой сучке, которая была краше меня и у которой не было выкидыша! Который потом...потом...заточил меня в теле моего сына, лишил меня всего! Даже убийство на меня заказал! – её нос был влажный и красный. Она хлюпала носом.
Рейну было жаль её. В кого превращался Николас Харт, кумир тысячи эльдонийцев?! В алкоголичку, чье расследование уходило в тупик.
- По поводу Водяницы.... Все было не так... Кир вышла замуж за другого Водяницу, а не того! Она не настолько охренела, чтобы выходить за ненавистного тебе парня замуж! И...его сердце принадлежит другой! – решил отрезвить её Рейн.
- А что это была за запись в дневнике?! Что за планы, как в романе «Опасные связи!» Я порву за Кир, ясно? Только этот ангел – мстяшка не отвернулся от меня! Только он и Кайла! – голос Харта становился все менее разборчивым.
- Послушай, я все исправлю, детка! Все исправлю, слышишь? Мы найдем измерение или атренативную ветку, чтобы... - внезапно Рейн схватился за горло.
- Рейн! Рейн! Рейн, прости меня! Рейн, я не хотела на тебя кричать! Рейн, я просто... Мне не все равно, с кем спит Кир! Я была плохой матерью! Рейн... Мне не важно, кто ты. Я тоже виновата в интриге с Диком! Только... Только скажи что – нибудь! Ты же жив, да? Ты же не умер, как и я умираю, на выброшенной кем – то койке на мусорке, как я вижу с помощью провиденья! Рейн... Прости, что я была сукой той еще! Ответь! ОТВЕТЬ, МАТЬ ТВОЮ! – голос Кита сорвался на крик.
Рейн захлебывался в луже собственной крови. Перед ним из настоящего. Тем, кто ВООБЩЕ все натворил со своими самозванцами... Водяницей. Врагом Николаса Кита. Убийцей ангелов.
Two
Икура
Икура стоял на парапете. Он был встревожен.
Отстаивание столицы Кайто – Кио Камелией ему не нравилось. А все из – за того, что ехать собиралась его невеста.
Икура давно не говорил, что они были помолвлены. Икура многое ей е рассказывал, даже то, что он был одним из Прядильщиков. Одним из Собирателей, носящих костяное веретено, знак отличия принятия в особые охотники.
В мире мертвых, названного Нижанкой, вечно шла вражда между вампирами и невинными духами. Но среди обычных мертвых есть команда «Спиритов» - особых душ, имеющих способность передвигаться между мирами, а также способных ощущать присутствие вампиров и возможность сражаться с ними.
Икура никому не говорил, что каждый Спирит был приставлен к людям, работающим на мистическую Организацию, основанную де Скалистами и семьей Эйпла. Спириты работали в паре с Анку, синигами и валькириями, всеми служителями мира мертвых.
Икура, который был лидером этой Организации, был напуган.
- Как Вы это объясните, Джулия Уэлкерс?! Почему у нас нелегальный спирит без лицензии?! Как это Вы не Джулия Уэлкерс, а та – мертва?! Как это понимать?! Девушка, мне не важно, кто Вы! Вы записаны в новобранцы, раз у Вас веретено, вытягивающее Туман! Ещё одно такое правонарушение и мы не найдем Вашу сестру! Успокойтесь! Я посмотрю среди душ! Мерилинда, Мерилинда! Боже, что с твоим лицом?! Ааа, разодрала эта мисс, что говорит с нами по телефону! Мерилинда, слушай сюда! Наша задача – помогать всем, успокой гражданку!
А Вы, юная мисс, отныне в наших рядах! И да, мы займемся пропажей Вашей сестры! Но вы, кое – что сделаете, мисс! Да, это будет компенсация за разодранное лицо Мерилинде! В общем, я дам лицензию, чтобы Спирит работала с Вами! Иногда, нас отлавливают посылают Собирателей – они отлавливают тех, кто без лицензии и веретен! Да, де Скалисты такое не расскажут! Они скрывали много тайн!
С Вами рядом труп?! Все, вызываю одного провинившегося Спирита! – Икура перегнулся через балкон на веранде, где он поедал бифштекс. Он всегда ел его с кровью. Ему было что скрывать. Особенно то, что у него была тяга к мясу и к крови, как у вампиров.
Икура родился в мрачном королевстве Ноктюрн. С самого детства он чувствовал, что находится между двумя мирами: миром вампиров, который был полон тьмы и жестокости, и миром людей, где царили доброта и надежда. Этот внутренний конфликт сформировал его личность и заставил задуматься о своем предназначении.
Когда Икура подрос, он стал свидетелем ужасов, которые король вампиров, развязывая войны против людей и магов, Ривентус. Эти действия наполнили его сердце гневом и решимостью. Он не хотел следовать по стопам отца и стать монстром, каким был тот. Вместо этого Икура решил создать свою собственную судьбу.
Икура основал Организацию, мистическое место, где собирались как вампиры, так и люди, стремящиеся к миру и справедливости. Организация была создана для борьбы с темными силами, которые угрожали как людям, так и магическим тварям. В ней работали спириты — охотники за душами, обладающие уникальными способностями, позволяющими им выслеживать и уничтожать злых духов и демонов, которые стремились нарушить баланс между мирами.
Спириты были отобраны из разных уголков Ноктюрна и Луминор – провинций Эльдонии. Каждый из них проходил жестокое обучение, чтобы стать мастерами в боевых искусствах и магии. Они использовали свои навыки, чтобы защищать невинных и сражаться с теми, кто пытался навредить мирным жителям.
С течением времени Икура стал лидером Организации и символом надежды для многих. Однако король вампиров, не мог простить ему предательство. Он считал, что Икура должен был стать его наследником и продолжить его дело, а не бороться с ним. Король начал охоту на мальчишку, чтобы уничтожить его и вернуть контроль над Ноктюрном.
В ответ Икура собрал своих союзников и спиритов, чтобы противостоять армии вампиров, которую вел его отец. Битва между отцом и сыном стала не только физическим сражением, но и борьбой идеалов: тьма против света, жестокость против милосердия.
В финальной битве Икура столкнулся с королем в мрачной крепости, где когда-то рос. Их сражение было эпическим: каждый удар был полон ненависти и боли, но также и надежды на лучшее будущее. Икура понимал, что не может убить короля, но также знал, что должен остановить его безумие.
В момент, когда казалось, что все потеряно, Икура использовал силу своих друзей и спиритов, чтобы создать барьер, который остановил короля. Этот барьер не только защитил Икуры.
После битвы Икура не только стал лидером Организации, но и символом нового порядка, где вампиры и люди могли сосуществовать. Он продолжал работать над тем, чтобы изменить умы и сердца, показывая, что любовь и сострадание могут победить ненависть и жестокость. Организация стала местом, где каждый мог найти свое призвание и бороться за мир, а Икура — их вдохновением и защитником.
Икура работал с Джулией, девушкой – секретаршей, Мерилиндой и Реолом из клана Сан, с которыми у них начался разлад (особенно – с Реолом из – за Мерилинды, которая ему нравилась), несмотря на строившую ему глазки Джулию. Весть о том, что она мертва, поразила его прямо в сердце.
- Я пошлю Вам помощника! Хорошего помощника, который обучит Вас в Организации! У меня недавно объявились двое: один, который нефига не помнит и Спирит – ловец без лицензии! Та, что без лицензии, обязательно будет Вам помогать! Вот увидите, оружие... - он посмотрел в окно. Его взору предстала прелестная обнаженная спина, с которой спадала шиншилья шубка...
Three
Рядом с Психбольницей.
Николас Кит
Настоящее
Облава людей была той ещё. Мало того, что выпустили йотуна, который устроил лавину, так ещё и кучу жутких тварей, Детрайдеров, напавших на Николаса и истерзавших его так, что ему больно было подняться на ноги.
Николас помнил, как за ним, в облике адской гончей бежала толпа людей с факелами... Помнил он и смерть Амелии Ферштейнер за стеной. Он помнил, как её сожгли на костре, и она выползала из этого пламени, проклиная всех на свете и доползая до ручья.
Он помнил, как попал в капкан к охотникам. Как удирал с места преступления (очень не вовремя он превратился в волка), когда его отел осмотреть в лесу, но мимо проезжал Друз и ему пришлось спасаться погоней.
Николас помнил, как еле выбрался из ямы, на дне которой были колья, прикрытые трупом Кайлы.
Он помнил, как перед его мордой вывесили труп его ребенка, девочки, о которой он заботился в память о Белой ведьме, что помогла ему.
В голове также звучала сцена, которую он застал. Любимый Камелии, лорд Генрих, отец Мерлина, один из глав Ассоциации магов, нежится в объятиях с другой, с Луизой и говорит, что дочь короля Эйпла – тварь и все эти годы он играл её чувствами, притворяясь тяжело больным, а сам уходил к Луизе.
Николас видел и Рейнара Фокса, мерзкого следователя, оставившего их гнить в проклятом доме с долгами из – за медовой браги, которая расколдовала девушку.
Николас помнил все это. Он видел, как Кир встает со своей крохотной кроватки их заброшенного дома, в глуши, где он прятал её, и отказывается принимать таблетки, подавляющие её глюки о прошлом.
А потом... На неё надают и она...умирает.
Николас тысячу раз видел эту сцену. Он даже помнил, что хотел её вернуть, если бы не люди, что напали на него. Все по приказу Ануфрия, мерзкого проповедника, который устроил резню и стал героем в лице людей за геноцид сквамасекеров.
Николас остановился. Его тело болело. Он умирал.
- Водяница, слушай...
- Да, Китти – Китти...
- Как...как я умру?
Тот закрывает глаза.
- Ты... в канаве... совершив героизм...Но никто его не оценит...
Эти слова Николас пронес всю свою жизнь. Всю жизнь он потратил на преследования Карточного маньяка и других убийц... А тут...
Николас упал. Это была какая – то мусорка.
«Я тебя ненавижу, Харт!»
Голос Кир.
«Кир, ты не можешь выйти за Водяницу!»
«Но нам нудны союзники, Николас! Я не могу все время прятаться у тебя дома! Более того, политический союз между нами – это же мир между водой и сушей! А Ваш спор... Надо выслушать со стороны Водяницы! Почему ты считаешь, что нельзя выслушать со стороны того, кто тиранит нашу страну! Это уже сорок пятое заявление в консульство!»
«Кир, я видеть тебя не хочу! Только не замуж за этого монстра!»
«Но Николас...»
Дальше – они поссорились. Впервые за все это время.
Она просто ушла. Хлопнула дверью.
А теперь... Амелия мертва. Она тоже.
- Заждался, Китти – китти. А теперь, тебе суждено умереть в канаве...
Этот голос...
«Филин?» - Николас вспомнил жуткие рисунки Кир с каким – то демоном, стоящим сзади них обоих.
«Да, это я... Хе – хе... Тяжело быть преданным людьми, да?»
Этот хриплый голос.
«Хочешь что – то сказать перед смертью? Ты слишком долго прыгал между Нижанкой и Верхушкой!»
Николас поднимает покрасневшие глаза. Живот пробит. В голове – тьма.
«Я наконец – то тебя увидел».
Николас умер. Без фанфар, заканчивая ритуал призыва в этот мир того, кто все разгадает – Белой ведьмы. Но его героизм реально никто не оценил...
Филин открывает рот, готовясь к трапезе...
Four
Маги – протестанты
Зилустиан сидел за столом и ждал свою яичницу. Он, как обычно прочитал газету о новостях в Магистии и посмотрел за окно. Мелоди играла с кошками и помогала жителям города с электричеством с помощью своей магии. Она – единственная снабжала город электричеством.
Салвар обсуждал со своей компанией производство часов. Люк только что вернулся из своей поездки с очередной вылазкой в другую страну (или в другое измерение, Зилустиан толком не знал, так как тот часто был зависим от Орихалукума). Элант отчитывал его, Зилустиана, за очередной посох, который Зилустиан стырил у Ведьмы Сейсури Калиостро, чтобы тот не заметил, как Ургал поломал его посох.
Зилустиан же был мрачный. Его не трогал не менее унылый пейзаж другого Лондона, с темными зданиями и смогом, с Биг – Бэном. Их дом – вилла братьев Валидов, которая открывала вид на реку Темзу.
Дом галдел от кучи магов, которые после молитвы в Вестминтерском аббатстве собрались на Эддл – Хилле на вилле, отметить праздник урожая и новое открытие Салвара – полудеревянных – полумеханических солдат.
- А Вы слышали, как рассердился Джед – сан? Его уделал Маркиз Ангел за Застеньем! – пищала Мелоди.
- А нормально вообще праздновать, когда у нас убийство Ренат и загадочное письмо? – Зилустина уже не выдержал.
Нервы были на пределе. Казалось, победителя Лунного колдуна, преследуют неудачи. То пропала невеста его племянник, то тот был превращен в бисер (а ещё, до Зилустиана дошли слухи о том, что мисси Бриджерс, их экономка – брауни, видела мертвого единорога, которого по её словам, убил Рудольф – Ургал). Тут ещё письмо от той, кого нет....
- Зилустиан, неужели Вы боитесь какой – то ведьмы? Лучше взгляите на моих солдат! Они вооружены и никто не проникнет в поместье! – Салвар изрядно выпил вина, красуясь перед юными ведьмочками.
- Лучше бы беспокоился о посохе! Или племяннике! Я ведь оказал такую малость, нашел заведение, где тот расколдовался взамен на посох! Обязательно было его красть у той старухи? Мы же завязали с прошлым, когда были бродягами! – Элант расстроено смотрел на посох.
- Ну, извините, что мой племянник ещё и посох дурацкий поломал, который стоит целое состояние! – гаркнул на него Зилустиан, уставший от его болтовни и упреков.
- Зилустиан Макдани! Что это за тон? Надо расслабиться! – даже его любовница, Алла Стримворт, дочь главы департамента Магической полиции, была не на его стороне.
- Как можно пить, когда ещё какой – то леннан – ши обидел Джеда и теперь на самых храбрых рыцарей из Миррор Ингланда, я уж не говорю про магов и магичсеких созданий, наложено заклятье? – хоть кто – то из толпы разделял его опасения.
- Это все проделки Белой ведьмы! – хриплый голос нарушил веселье магов.
На пороге стояла Амелия. От её величия ничего не осталось – волосы всклокочены, красное платье порвано и все в грязи. На улице шел ливень и было сыро, её инвалидная коляска заржавела. Стоит сказать, что передвигалась она в инвалидной коляске, так как когда – то её ранили, а роды ослабили её. Также отпечаток налодило и столкновение с Роландом, её мужем, который в последнее время так и собирался отбить земли Застенья у Злых.
Многие почтительно склонились перед ней. В конце – концов она была их королевой, а Маги – протестанты – элитным отрядом, победившим вампира Ривентуса.
- Ну а кто в этом виноват? Мы что ли? Вы же породили этих чудовищ, Кита и Кир! – рявкнула на неё Мелоди. Её кошачьи уши подрагивали от негодования.
- Единороги... Она никогда их не любила. А ещё воду... Аллергия на неё. Хорошо, что я сказала служанке Дороти избавится от неё, когда узрела её сущность, как от её бабки! – Амелия не слышала их. Она снова была в своем мире.
- Это из – за неё мы лишились домов!
- Это из – за неё Магистия захвачена Орденцами!
- Если бы не Кит, мы были бы мертвы! Он убил многих Орденцев! Убил многих НЕМАГОВ!
- Долой НЕМАГОВ! ВЕРНЕМ МАГИИ ДОМ!
Голоса магов становились все громче и громче.
Зилустиану стало неуютно. Все чаще и чаще на улицах Магистии он видел листовки, гласившие о том, что НЕМАГОВ в городе видеть не хотят! А многие просто шпыняли нищих людей и не пропускали на границе! Теперь ещё и здесь!
«Где же мозги Сола? Он вообще видит, что происходит в стране или все занято его новой женой из его рода, Лючией?» - Зилустиан просто недоумевал.
Людей здесь не жаловали. Но здесь были парочка, которые тут же ощетинились.
- Причем здесь Белая ведьма, Зилустиан? Она же одна из основательниц города, разве нет? – его за рукав мантии подергала Алла. В глазах у неё светился страх.
Зилустиан прижал её к себе. Среди ярких масок и громкой джазовой музыки они не сильно выделялись.
- Милая, Белая ведьма действительно одна из основательниц города. Но она прониклась Орденом и породила Проклятие! Она спалила половину Магистии, говоря, что дома можно отстроить. Есть ещё районы, которые ей верны, а есть те, которые ненавидят её! В основном, виноват Герос. Мнения о ней разные... - Зилустиан ощущал её дыханье все ближе и ближе.
- Но ведь... Разве Маги её не почитают? – Алла отпила вина из кубка.
- Как видишь, для многих она – героиня, самый молодой министр. Но не для всех... - Зилустиан приблизился к ней, сократив расстояние между ними.
- А для тебя? – глаза Аллы сверкнули в вечернем свете.
- Для меня она – та, что может помочь моему племяннику. Только никому не говори, любовь моя! – Зилустиан не хоте говорить о ведьме.
С Иререса принесло запахом моря. Дождь ливанул ещё сильнее.
Зилустиан обхватил руками талию Аллы. Затем, поцеловав её, он достал из кармана кольцо.
- Алла, я давно хотел сказать тебе... Слушай, несмотря на то, что сейчас у меня происходит в жизни, ты – мой лучик света. Как насчет того, чтобы выйти за меня и стать мисс Макдани? – Зилустиан потер свой красный нос.
- Боже мой, Зил! Это...это же...Я ждала этого несколько лет! Ты ещё спрашиваешь? Конечно же да! Да, черт возьми! – она буквально повисла, обхватив его плечи.
В этот раз она поцеловала его. Страстно, скользя руками по его торсу.
Ничто не могло омрачнить их счастья. Даже выпивший Салвар, который громко хвастался своими изобретениями. Даже то, что Амелия куда – то уползла на своей качалке, вглубь коридора.
Даже то, что маленький имп принес на подносе с грушами письма участникам битвы против вампира Ривентуса – вампира, который развязал войну. От писем с цветком камелии Амелию аж передернуло. Как только конверты были вскрыты, оттуда вылетели лепестки сакуры и жуткий детский голос провозгласил:
«В родном городе, утопающем в цветах,
Ищи богатство у озера, в тенистых зарослях.
В деревне скорби, где страх – обычный гость,
Двое поведают о ключе к сокрытой земле.
Но помни: каждый шаг – цена кровью.
Девять сумерек – пять жертв, без пощады.
Во тьме восстанут мертвецы, терзая живых.
В третьи сумерки имя моё станет проклятьем.
Четвёртые – обезглавливание, пятые – смертельная рана,
Вторые – внутренности наружу, первые – смерть у порога.
Шестые– лишение ног, седьмые – моё воскрешение!
Девятые сумерки – цветущий обман.
Мудрость вознаграждена, но выбор жесток:
Сокровища, возвращение мёртвых, любовь
Или вечный сон для меня, Аллетта, цветка, что увял».
Пьянка прекратилась. Амелия схватилась за горло. Яблоко, которое она съела, было отравленным. Она упала через перила на веранде. Все затихли. Ударила гроза.
- Смотрите, единороги! – Мелоди указала в лес. Там лежали мертвые единороги. В их зрачках отражалось, что в столице Магистии, новой, умирала премьер – министр Джу – но – Какумей.
- Я прошу... Остановите зло... Используйте мое тело для возвращения ЕЁ! В королевстве снова убийства! – хрипела она.
- Кого, Джу – но – Какумей – доно? – спросил её японский водяной, каппа.
- Кир. Министра по елам магов в палате О.П.С.Б. Я все завещаю ей, - рука Джу опустилась и повисла на кровати...
Сверкнула молния...
«В родном городе, утопающем в цветах,
Ищи богатство у озера, в тенистых зарослях.
В деревне скорби, где страх – обычный гость,
Двое поведают о ключе к сокрытой земле.
Но помни: каждый шаг – цена кровью.
Девять сумерек – пять жертв, без пощады.
Во тьме восстанут мертвецы, терзая живых.
В третьи сумерки имя моё станет проклятьем.
Четвёртые – обезглавливание, пятые – смертельная рана,
Вторые – внутренности наружу, первые – смерть у порога.
Шестые– лишение ног, седьмые – моё воскрешение!
Девятые сумерки – цветущий обман.
Мудрость вознаграждена, но выбор жесток:
Сокровища, возвращение мёртвых, любовь
Или вечный сон для меня, Аллетта, цветка, что увял».