1. Глава о Ведьме цветов и Кричащем Дожде или Кто подставил Харкана

Это был типичный день -

Мне описывать его лень.

Скажу одно: случилась херня,

Изменившая мою жизнь навсегда.

Меджик ака Бомбадийский

Ануфрий

Миррор Ингланд. Эрмхайн. 1104 г. п. н. э.

0

он ждал. Скоро....Совсем скоро, то, чего хочет их Бог Бельфегор свершится. Вот только надо сначала подчинить себе вальдиенхенов, и продолжать сеять смуту между глупыми людишками и другой сказочной нечистью.

Он довольно хмыкнул. Какие они все наивные и глупые! Маленькая политическая интрижка - те, кто был под защитой этой расы, восстали против них и уничтожили своих покровителей. Теперь ни одна тварь не сможет прервать начатое. Фортуна всё - таки улыбается тьме.

- Мастер, мы вернулись! - возвестила Далия о возвращении одной из лучших группировок фамильяров - «Акварис». Ануфрий отметил, что не слышит в её голосе привычной радости.

- Надеюсь, вы принесли хорошие вести, - старик хищным взглядом разглядывал своих подчинённых.

Один....Два...

- А где тот болван Крейг? Неужели опять напился в честь победы?

- Господина Крейга больше с нами нет. Он покончил с собой, погнавшись за той принцессой, что убила Владыку Балдрейна..., - ответил за фоморийку её слуга, Сайлент.

Улыбка старика медленно померкла.

- Что эта девчонка забыла там? Она жива?! До меня дошли вести, что по пути в Миррор Вальс её экипаж был атакован шайкой «Зелёных драконов». Я думал, что её убили во время нападения. Я же вроде заплатил им. Наверное, они меня предали..., - настроение Мастера начало портиться.

- Эта девка... Она виновна в смерти отца молодого Хозяина и Крейга! Она почти была в моих руках! Если бы не вмешался тот волшебник, Голденлир был бы наш, а Крейги остался жив. Как я их ненавижу! - сжав свои тонкие пальчики с острыми ногтями в изящный кулачок, девица обрушила всю свою ярость на мраморную стену. Мелкие трещины расползлись по белой штукатурной стене.

- Маг?! Выкладывайте, что у вас произошло! - его ангельское терпение закончилось.

- Когда вальдиенхены готовы были нам сдаться, нас застали врасплох та миледи из Эрмхайна и её жених, принц Вальский. А потом появился сэр сквамасейкер с блуждающим огоньком и лягушкой, который использовал заклинание стихийника, из - за чего больше никто из нас не может колдовать на территории Голденлира, - ответил за всех младший из «Аквариса».

- Сквамасейкер?! Применил магию?! Невозможно! Вы, что, за дурака меня здесь принимаете?! Думаете, что какая - то глупая шутка про одного из тех, кого больше нет, являющуюся жалким оправданием вашего провала, поможет избежать наказания?! - он был зол, страшно зол.

Как посмели эти отродья, даже не рабы Божьи, никчёмные третьесортные подчинённые, с которыми он втайне от других братьев Орден Белой Лилииа, заключил союз, смеют обманывать его?! Мало того, что они не справились со столь простым делом, так ещё и небылицы ему тут смеют рассказывать?!

- Мастер, то, что, Вам сообщил крошка Сайлент - правда! Смотрите! - на секунду успокоившись, хозяйка мальчонки в очках прекратила вымещать свою горечь от поражения, портя имущество резиденции королевской семьи.

Стуча каблучками своих кожаных сапог по паркету, с опаской дотронулась до перстня своего нанимателя, что - то быстро проговаривая на Языке Забытых, смотря в точку перед собой. Зал заволокла дымка, а потом перед их глазами возник некий строй летящих друг за другом зеркал, в которых мелькали сменяющиеся изображения.

Его гнев утих; теперь он внимательно всматривался в зеркала, а не созерцал пейзаж Эрмхайна. Сейчас, он был не в своей реальности. Он видел события, произошедшие не столь давно, которые видела его сообщница. Сначала было видно, как «Акварис» празднуют победу, мучая мелких уродцев, глядя на то, как они становятся аппетитными кусками мяса, едва достигают входа в тронный зал. Далее следовала сцена, как громила Крейг избил маленького ребёнка цепью на шее, придерживаемую фоморийкой, как они чуть не прикончили полумёртвого правителя обитателей подземелий.

А затем появилась назойливая раба Божья в мужском костюме и размахивающая мечом, её жених, похожий на труп и горячо спорящий с ней.

Впрочем, Ануфрия не интересовали ни странности в поведении этих двоих по отношению друг к другу. Однако появление одного из посредников миров, о котором твердили фамильяры, окончательно привело его в бешенство.

Дело было вовсе не в том, что слуги тьмы не соврали ему, как обычно они это делали, чтобы избежать наказания, а дубина Крейг, нарушив приказ, погнался за королевской дочкой, встретив свою смерть.

Нет, причина была в нём. Да - да, в мальчишке - ботанике из рода сквамасейкеров.

Он был ровесником девицы из семьи Тайдер, возможно - чуть старше, но младше тридцати, необычной и неухоженной внешности из - за гигантских очков, скрывающих не только его глаза, но и половину лица, высокого, как и все его сородичи.

Неприятная, подобно холоду в горах Кахерайтин, дрожь, пробрала Мастера до костей. Откуда....Откуда этот парнишка взялся?! Неужели он ещё и Стихийник?! Ануфрий, конечно, это предполагал из тех отчетов, которые ему передавали, когда пытали этого мальчишку. То, что он был медиумом, это было известно. То, что он мог говорить с духами - это ему было также понятно. Но то, что он был стихийником, а ещё прогнал фоморов - это что - то новенькое. Ануфрий мог отдать приказ убить этого мальчишку. Но тот нужен был ему живым. Ведь для осуществления задуманного ему, как и Ордену, нужен был живой темный маг - сквамасейкер.

- Далия, Сайлент, планы меняются. Передайте остальным, чтобы прекратили нападения на тварей из лесов. Теперь у нас другая цель - найти виновника нашего провала в Голденлире. Но только его не убивать - если он и вправду силён, то для Темнейшего Владыки будет настоящим подарком лично убить его. Вам, фамильярам, фоморам не знатного рода, часто сбивающимся в кучки, чтобы фоморы - знать не угнетали их и не использовали, как вещь для развлечений, не справиться с ним, раз он вас чуть не грохнул. Гадкий колдунишка может расстроить все наши планы, которые мы строили так долго, - не досматривая память фоморийки до конца, старик борол в себе нарастающие страх и гнев.

- Могу я разобраться с принцесской, Мастер? Она и её тупой женишок тоже нужны вам? - отстранившись от своего Господина, робко поинтересовалась Далия.

- С этими рабами Божьими можете делать всё, что угодно. Я буду рад, если на два человека людская раса уменьшится. Но смотрите в оба: если она объединилась с одним из магов, это может быть опасно. Не забывайте, что именно ей удалось убить Балдрейна. Да и ещё: разбудите этого лентяя Робина, которого возьмёте с собой. От него будет больше толку, чем от Крейга, - инквизитор, который занимал в Совете должность лорда - протектора, с наслаждением дотронулся до пустеющего трона Миррор Ингланда.

- Но,...но... Робина дергать нельзя! Его силы нам ещё пригодятся в битве за престол на Ирересе нашему господину! Он - наш козырь! Кроме того, если с ним что - то случится, Мать фоморов наложит на себя руки! А если она погибнет, то погибнет и вся наша раса! - запротестовали фамильяры.

- Что вам важнее: вымирание нашего вида или сон Того-Кого-Вы-Боитесь-Больше-Своих-Владык?! Вы оспариваете мои приказы?! - злодей резко повернулся к ним.

Его глаза метали молнии. Нет, эти тупицы явно нарывались на то, чтобы их немедленно отдали на растерзание знати фоморов.

- Н - н - н - нет, М - м - мастер! Мы д - д - даже и не д - д - д - думали В - в - в - вам п - п - п - перечить, - заикаясь и дрожа замямли они.

- Тогда, выполняйте то, что я сказал! Живо! - желтовато - зелёные глаза злодея сменились на тёмно - красный.

- Д - да, Мастер, - понурив головы, Далия и Сайлент покинули своего владыку, растворившись в тени.

Мужчина угрюмо проследил за исчезнувшими членами «Акварис». Ему надо было доложить обо всем Верховному Императору. Что один из необходимых им элементов сбежал из места своего заключения.

Эйрис

Миррор Ингланд, Эрмхайн. 1090 г. п. н. э.

Она играла с мячиком, бегая по маленьким камешкам, сокрытым белоснежным песком, приятно хрустящего под ногами и омываемого прохладными водами озера. Лучи осеннего заходящего за горизонт солнца приятно, хоть и мало, согревали девочку, съёжившуюся от прохладного ветра.

Мяч, рассекая со свистом воздух, легко, как пружина, то взмывал в небо к пушистым облакам, лениво проплывающим по небу то припадал очень низко к земле, так и норовя от неё убежать. Мирная идиллия, если бы не...

- Кар! Кар! - чёрная ворона с хриплым карканьем, сорвавшись с ближнего дерева, чуть не зацепила девочку своим острым клювом.

Маленькая принцесса уклонилась от неё, закрывая руками лицо, побежала прочь, не смотря под ноги.

БУХ! Она споткнулась о прочный камень, едва заметный из - за слоя песка. Её игрушка вылетела у неё из рук, пролетев несколько дюймов в воздухе, упала в спокойные озёрные воды, подняв небольшие волны.

- Довольна, птичка? - Эйрис, отряхнув запачканное во влажном песке платье, кое - как приподнявшись с земли, смирила гневным взглядом разрывающуюся от карканья представительницу рода пернатых, гордо восседавшую на ели.

Не обращая на неё внимания, девчушка, морщась от садящей боли в лодыжке, поползла в озеро, казавшееся жутким из - за солнечных лучей, отдававших алым сиянием.

В начале озера было неглубоко. Её атласные туфельки царапали мелкие голыши, сокрытые под струями водицы, отнюдь не теплой, как ей показалось.

Закатив свои штанишки до колен, она протянула свои детские ручонки к качающемуся на морской глади предмету её развлечения, медленно погружаясь в озерцо. Но коварный шарик уплыл дальше.

Малышка решительно направилась за ним, прихрамывая на больную ногу. Но чем ближе она подбиралась к вещи своего быта, тем дальше он уплывал, приближаясь всё ближе и ближе к линии горизонта, оставляя её в полном одиночестве.

Девчонка всё быстрее и быстрее по мягкому дну, раздвигая руками плотные волны. Боль в ноге усиливалась.

Она настолько увлеклась этой погоней, что совсем не смотрела под ноги, и, когда её ноги запутались в чём - то скользком, девочка, не найдя чего - нибудь, на что можно опереться, провалилась под воду. Было очень глубоко. Эйрис яростно задёргала ногами, колотя ручонками вокруг. Но каждое её движение было неверным, а опутавшая её сила водорослей стремительно росла, таща юную леди на самую глубину. Барышня, захлёбываясь, закричала во всё горло, взывая о помощи.

Но лишь противная ворона отвечала ей в ответ, а солнце, от которого осталась одна верхушка над озёрной гладью, делало весь пейзаж бордовым своими лучами.

Наследница Эрмхайна была в отчаянии. Надежда на спасение умирала быстро. Она плакала. Воздуха начинало не хватать. Крикнув в последний раз, королевна перестала бороться.

Девонька стала погружаться под воду. Она заливала ей нос, горло, уши, проникала внутрь неё, наливая всё тело свинцом. Одежда тяжелела, чем быстрее Эйрис опускалась в пучину, полную тьмы.

Мысли исчезали куда - то далеко, а голова становилась пустой. Ей было холодно, больно и хотелось спать. Раздался всплеск, а потом чьи - то крепкие руки прижали её к чему - то тёплому, бурно вздымающемуся, живому. Мелодичный стук в её голове усилил её желанье спать.

Будущая королевна оказалась в белом месте, где ничего не было: ни деревьев, ни животных, ни людей, ни птиц, ни растений. Единственная вещь, которая находилась здесь - это железные, украшенные причудливыми изгибами, ворота, от которых исходило зеленоватое свечение.

- Эйрисссс.... Иди.... Иди к нам, - рой голосов заменил стук в её голове, ворота приоткрылись.

Кроха шагнула в их сторону. Ворота открылись ещё шире. Голоса становились громче.

- Очнись! Нет! Не смей умирать! - завопил кто - то рядом с её ухом, заглушив шёпот многочисленных голосов.

Что - то схватило её за руку и потащило прочь. Врата захлопнулись, а голоса перешли на пронзительные визги, которые как и появились, внезапно стихли.

Дальше всё расплывалось: её куда - то волокли, затем - осторожно положили на что - то важное, ей сильно давили на грудь. Она приоткрыла глаза.

Воды выливалась ручьями из её горла, стало легче дышать; холодный воздух обжигал, но девчушка разглядывала своего спасителя. Им оказался мальчик, приблизительно - её возраста, лица которого она не видела из - за сгущающихся сумерек. В свете появившихся на небе звёзд и не до конца исчезнувших лучей солнца пламенем отливали разметавшиеся в беспорядке волнистые, мокрые волосы цвета осенних каштанов; крепкие руки судорожно вцепились в её плечи, тормоша королевну; бойкий голос, выкрикивающий проклятья и требования к высшим силам вернуть её.

Ей хватило двух минут, чтобы понять, что он не желает ей зла и дать ему прозвище «Водяной», посланный с миссией спасти девчонку.

Эрис хрипло вздохнула, попытавшись отблагодарить его за своё спасенье, но, он, увидев, что она пришла в себя, отстранился, щёлкнул ей по лбу, прошептал: «Suavissomnia». Принцесса напрягла свои детские ручонки, чтобы встать, но её глаза закрылись сами по себе.

Миррор Ингланд, Зачарованный лес (он же - Дивный лес для людей, для его обитателей - Лес Фабула Фадэ). 1104 г. п. н. э.

Эйрис закричала. Рядом с ней сидел светящийся скелет, среднего роста в железных новых латах, что странно смотрелось на останках давно погибшего существа. Самое страшное, что этот мертвец был живой! Когда она привстала с ложа из сухой травы и мягкой коровьей шкуры, гладкий и лысый череп резко повернулся в её сторону, его жуткие пустые глазницы уставились на неё немигающим взором.

- Че - ло - век... Е - да... - призрачная костяная рука потянулась к ней.

Принцесса нервно сглотнула. За свою жизнь она повидала многое: кому отца, смерть матери, домогательства со стороны Франциска и насилования Ануфрия, о которых не знала её сестра и родные, схватки с фоморами и разбойниками, знакомство с тёмным магом - садистом, «спасшим» её отца, его дерзкой подружкой - призраком и лягушонком, но говорящих скелетов она никогда не видела! Разве что в детстве, когда их создавал Лукас де Скалист, чародей из семьи де Скалист, чтобы повеселить придворных.

- Сэр Винсент, где ваши манеры? Вы всегда при знакомстве с девушками хотите их съесть? Я ничего не имею против, мне даже будет лучше, если на одного представителя слабого пола станет меньше, но эту девушку я есть не рекомендовал - несварение желудка заработаете, - на входе в пещеру, где находилась девушка, возникла чёрная фигура. Через минуту рядом со скелетом бесшумно, словно тень, появился Рейнольдар.

- Хо - зя - ин, - пролепетал по слогам скелет.

- Mird'moro, Винсент. Al'clercent, tai rog. Ступай и охраняй пещеру вместе с остальными воинами. Arsento! - волшебник царственно кивнул головой.

- Rr'ro, shirtns, - мёртвый воин, похрустывая своими костями, неуклюже поднялся и шатающейся походкой медленно побрёл прочь.

- Итак, я смотрю, вы пришли в себя, принцесса Эйрис. Осмелюсь заметить, что вы просто рождены для встреч с неприятностями и с нечистыми силами. Примите мои поздравления. Добро пожаловать в безумный мир! - мрачно объявил маг.

- Где мы? - она вопросительно поглядела на чародея.

- Понятия не имею. Но тут безопасно и довольно мило, - последние слова Рейна забеспокоили королевну.

- Мило?! Ходячие мертвецы - норма?! - вскричала особа королевской крови.

- Гипотетически - да. Часть моей работы, - немного удивлённо ответил Рейн, усевшись напротив неё.

- А где эта рыжая обезьянка, которая постоянно летает рядом? - отметила дева исчезновение назойливой девчушки.

- Ква! - проквакал из кармана лягушонок Рейнольдара, указывая лапкой на какую - то коробку, стоящую в центре маленькой нарисованной звёздочки.

- Поссорились? Вы совсем не умеете ладить с девушками, Рейнольдар, - вежливо отметила принцесса.

- Ква!

- Что он сказал?

- Он говорит, как и я: «Нет». Её разум перенёсся обратно, в череп, так как она исчерпала свой запас энергии. Кроме того, контролировать тело живого человека - дело тонкое, на него нужны годы практики - Лиззи подобный опыт не нужен. Позвольте узнать, почему Вас так интересует моя личная жизнь? Неужели втихаря пишите романтическую книгу, а также ищите прототипа для неё? Если «да», смею огорчить - моей жизни подходит жанр трагедии.

- Ква?

- Интересно, это почему же «трагедия»? Я понимаю, что в начале у вас всё было плохо, но вы - могучий чародей, у вас - огромная армия мертвецов (мне так кажется), выбрались из своего логова, вернёте свои воспоминания и находитесь в компании очаровательной принцессы? Ты шутишь, Джастин? Из - за последнего пункта в твоём списке я, невзирая на то, что ты наконец - то признал моё могущество, предпочту повеситься. Я не хочу с ней спать, как типичный герой тех книжек, которые ты читал, сидя на полке, - заявил юноша.

- Ммм.... Где это я? Ох, моя голова... Святые коровы, как же больно! - жалобный стон отвлёк принцессу от высказывания, которое она хотела сказать парню за его последние слова.

«Голосом в ночи» был некто иной, как очнувшийся Рудольф, полностью спрятанный под меховым плащом в дальнем углу пещеры. Он стал выглядеть лучше, чем был раньше: круги под глазами исчезли, бледной коже вернулся здоровый оттенок, глаза приобрели цвет неба.

- Рудольф! Ты очнулся! - принцесса, забыв о манерах, крепко обняла принца, непонимающе оглядывающегося вокруг.

- Мисс, вы кто? - её будущий муж выглядел испуганным.

- Ты не помнишь меня? Это же я, Эйрис, мы вместе играли в детстве! На данный момент - помолвлены, - леди смущенно опустила глаза, выпустив его из рук.

Принц пристально поглядел на Эйрис, а потом он улыбнулся.

- Миледи Тайдер! Сколько лет прошло с тех пор, когда мы в последний раз виделись! Вы очень изменились с момента нашего расставания! - улыбка принца Миррор Вальского напомнила ей о её светлом детстве.

- Ты тоже. Рудольф. Ты теперь выше меня на голову. Нечестно, - девушка нахмурилась.

- Неужели? Я и не заметил. Как быстро время летит! Вы тоже выросли, не переживайте, - рассмеялся молодой человек.

- Если и вырасту, то не на столько футов, - заметила девчушка.

- А зачем это Вам? Если вы беспокоитесь о том, что вашу женскую красоту никто не оценит из - за миниатюрного роста, то Ваши волнения напрасны. Вы постоянно замечательно выглядите. Особенно - сейчас, - щёки принца (как и у принцессы) вспыхнули алым цветом.

- Ты мне льстишь, - она, скромно опустив глаза, стыдливо принялась разглядывать свой мальчишеский наряд.

- Нет, это правда. Вы всегда были красивой, как внешне, так и внутренне. Такой и остались, - рука юноши осторожно убрала выбившийся из причёски тёмный локон красавицы.

- Рудольф, послушай..., - прошептала она, немного отстраняясь, видя, что его лицо приближается к ней.

- Кхм... Прошу прощения, молодые люди, что прерываю вашу душераздирающую до осколочков чёрной души сцену воссоединения, но вы тут не одни находитесь. Хотя, если вы надумали совершить самоубийство, избавив меня от своего присутствия, то можете продолжать: я - добрый, время оставлю на прощание. Если будете искать пруд, то он позади меня, перед входом в пещеру. Надеюсь, вам не потребуется указатель, чтобы не заблудиться, - нарушил повисшее в воздухе неловкое молчание ехидный колдун, который выглядел зловеще в освещение попискивающего Искорки и его слуг - мертвецов, державших в своих костяных конечностях охапку дров и свежее пойманной рыбы с прочей подводной живностью.

- В вас нет ни капли романтики, многоуважаемый маг, Рейнольдар, - наследница трона Эрмхайна внимательно наблюдала за тем, как «источник её злоключений» осторожно взял полена у своих подчинённых, за секунду соорудив небольшую ямку, кинул туда ветки, заставив одним махом загореться.

- Осмелюсь заметить, дражайшая принцесса Эйрис, что я пытаюсь создать комфортные условия для нашей компании, что хоть и быстрее, но расточительное занятие, в результате которого я не заметил таблички с надписью «Не беспокоить!», которой я, к глубочайшему сожалению, не вижу, - ровным голосом ответил ей волшебник, нанизывая протянутую Винсентом и другими мёртвыми воинами морских обитателей на длинную острую палочку, с которой стекали крупные водные капли.

- Мисс Эйрис, спрячьтесь за мной! Не подходите к нам, зелёный гоблин! Я помню Вашу гнусную физиономию до того, как мой разум был поглощён тьмой, особенно тот момент, когда получил от Вас по голове чем - то тяжёлым, - будущий король потянулся за мечом к поясу, пряча за спиной миледи.

- Ха - ха - ха! Гоблин?! Excellenter! Благодарю за то, что хоть фомором не назвали! Только вы ошиблись по поводу моей расы. Ответь на один простой вопрос: ты в своей жизни видел гоблинов? Осмелюсь заметить, что они довольно невелики в своих размерах, - спокойно произнёс Рейн, вставая со своего места и выпрямляясь во весь рост.

Теперь он и парень были в неравных условиях, так как жених принцессы уступал их спасителю в росте на один фут.

- Вы - аномально высокий гоблин, - выслушав Рейнольдара, уверенно заключил королевич, обнажив свой меч, украшенный многочисленными камнями, направив его острие на колдуна.

- Фи, как грубо! Moveton! Сначала обзываете, а потом ещё и этой стальной палочкой - ножиком меня колете! Чему сейчас учат особ голубой крови в пансионах и прочих учебных заведениях? Новый метод приветствия и благодарности за спасения своих шкурок? - обиженно поджал губы колдун, касаясь своими грубыми пальцами острого лезвия, приставленного к его горлу.

- Кто бы говорил, Рейн. Вы тоже далеко не джельтмен - при первых встречах всех книжками по голове бьёте, - укоризненно покачала пальцем особа королевской крови, поглаживая прыгнувшего к ней на руки лягушонка - собеседника Рейнольдара, который очевидно захотел погреться у неё на руках.

- Мисс Эйрис, Вы знаете этого...орка? Он ваш друг? - обратился к ней молодой человек, с опаской поглядывая на чародея.

- Рудольф, знакомься: этот человек...не совсем человек - Рейнольдар, тот, кто спас меня и тебя от разбойников и фоморов, вылечил моего отца, угрожая ему, и замешан в многочисленных убийствах в замке герцогов Корнуоллских, - она указала на мага.

- Но почему я не помню ничего из того, что Вы мне рассказали, леди Эйрис? Зачем он напал на меня? - её друг детства немного успокоился, но холодное оружие так и не убрал.

- В рассказе вашей невесты есть некоторые упущенные детали. Во - первых, я - сквамасейкер. Ни орк, ни тролль, ни дьявол, ни огр, а С - К - В - А - М - А С - Е - Й - К - Е - Р, причём - последний в своём роде, требующий неприкосновенности, - загибая пальцы ответил юный колдун, продолжая, - во - вторых - о моём существовании никто не должен знать, за исключением некоторых личностей, которых становится всё больше и больше. Наши встречи отнюдь не радостны. Естественно, я оборонялся.

В - третьих, твоя амнезия - очень долгая история, а я не стану отвечать на вопросы до тех пор, пока мне угрожают жалким ножиком, который может только меня поцарапать, - на лице волшебника заиграла самодовольная улыбка, а стоявшие за его спиной мертвецы загремели лопатами.

- Лучше опусти меч. Я видела, на что он способен. Поверь мне, тебе не стоит делать из него врага, тем более тогда, когда мы находимся в забытом Богом месте, а на его стороне присутствуют лишённые воли воины - скелеты, преобладающие нас по численности, - барышня мягко прикоснулась к локтю напряженного юноши, вставая между ним и чародее, готовых порвать друг друга в клочья, словно дикие коты.

Эйрис гладила квакающего Джастина, наблюдая за обоими парнями. По лицу её друга детства можно было заметить страстное желание вызвать на дуэль мага и любопытство, граничившее со страхом перед неизвестным.

С пленником дядюшки Эша дело обстояло сложнее: из - за очков и полного отсутствия каких - либо эмоций, за исключением пугающей наследницу трона жуткой ухмылки и щёлкающих острых шипов на хвосте, она не могла понять, какие мысли и безумные идеи рождаются в его голове. Сейчас он напоминал ей паука, который, расставив свои Тонатиуи, поймал свою жертву, теперь с наслаждением наблюдает за её мучениями.

Ощущение опасности от последнего из рода сквамасейкеров придавало присутствие тех самых призрачных скелетов, принёсших им еду и дрова для костра, освещающим их. Увидев, что на их хозяина направлен клинок, они одновременно вытащили свои острозаточенные сабли и кольцом окружили молодых людей, буравя их красными огоньками, горевшими в их пустых глазницах. Их количество изрядно увеличилось, так что сейчас убежище стало напоминать могильный склеп из - за багровых взглядов трупов, запаха земли и разложения, зловещего шёпота «Е - да», а также пополняющих новых скелетов, готовых растерзать королевскую парочку по приказу колдуна.

- Excellenter! Mactemedi! Наконец - то слова, наполненные здравым смыслом! Вам лучше послушать свою драгоценную возлюбленную, мой горячий друг! Не хочу этого признавать, но сударыня права: бессмысленным нападением на меня, Вы загоните себя и свою возлюбленную в могилу раньше отведённого срока, так как мои подчинённые сами очень проголодались, пока искали нам пищу. Вдобавок, я хоть и тёмный маг, но я вырос в условиях, где мои познания не могли быть применены на практике, и мне очень не терпится исправить эту ошибку, если мне бросают вызов на поединок, - говоря это, посредник двух миров продолжал оставаться невозмутимым, хотя его слова не предвещали ничего хорошего.

- Надеюсь, что Вы правы, мисс Эйрис, - нехотя согласился с возлюбленной Рудольф, спрятав меч в ножны.

Джастин замолчал, а Рейнольдар, сделав непонятный жест, прекратил щёлкать хвостом. Судя по всему, это был какой - то тайный знак, так как недружелюбно настроенная армия оживших покойников не покинули пещеру, но послушно последовали примеру сыну лорда Миррор Вальса, опустив сабли и скрываясь в тени пещеры, тихонько шипя.

- Разговор ещё не окончен, сэр Рейнольдар, - мрачно сказал принц, обращаясь к Рейну.

- Вы так разочарованы в жизни, что ищете встречи со смертью, мой «друг»? Причина, по которой я ненавижу этот мир, слишком понятна, чтобы её оглашать, а вот ваша.... Осмелюсь предположить, что всему виной брак по расчёту. Сочувствую вашей беде, я бы сам так поступил, если бы оказался в подобном положении, - задумчиво протянул волшебник.

- Рудольф Яркот Сейрбл, прекрати нарываться на драку, иначе я не выйду за тебя замуж! Чародей, уймись! - прикрикнула Эйрис, не сходя с места.

- Х - хо - зяин, - робко пролепетал подошедший к магу Винсент, дёргая его за перепончатый плавник на локте.

- В чём дело?

- У - ужин, - испуганно изрёк воин, показывая пальцем на брошенный в огонь самодельный вертель, от которого начал истончаться запах подгоревшего мяса.

Недовольно пробурчав что - то на латинском, Рейнольдар, грубо оттолкнул от себя всех, вернувшись к своему месту на камнях, одним быстрым движением руки достал из костра немного почерневших на вертеле морских жителей. Изучающее осмотрев ветку, он извлёк из кармана своих штанов какой - то маленький кубик, который на их глазах увеличился в размерах, превращаясь в ту самую кожаную сумку, которая, как казалось барышне, осталась в карете, атакованной разбойниками.

- Будете кушать или у вас нет аппетита? - вежливо поинтересовался колдун, достав из сумки три тарелки со столовыми приборами и накладывая в них щупальца кальмаров, пойманную рыбу, креветок, крабов, раков и омаров, глядя на которых у неё заурчал живот.

- Отравить нас хотите, чаро....Ай! Мисс Эйрис, мне же больно! - возмутился юноша, хватаясь за бок, в который его она ткнула локтем.

- А ты не начинай ссору опять, Рудольф! Ведёшь себя как ребёнок! - нахмурилась дева, игнорируя своего жениха, села напротив пленника герцогов, которого, кажется, забавляла их перепалка. Обычно, она была предусмотрительна. Никогда ничего не брала из рук незнакомцев. Но её голодный желудок мягко напомнил о себе. Кроме того, девушка читала о том, как вести себя в заложниках. Надо делать все, что говорят твои мучители.

Жених принцессы, потирая ушибленный бок, устроился рядом с ней на холодных камнях у костра, бросив на неё сердитый взгляд. Лягушонок, покачиваясь из стороны в сторону, прыгнул к будущему мужу Эйрис на колени.

- Принц, не бойся. Джастин тебя не укусит, верно, дружище? - успокоил сквамасейкер нервничающего при его приближении королевича.

Парень после его слов с некоторой боязливостью наблюдал за Искоркой и Джастином, не решаясь погладить что - то проквакавшего земноводного.

Барышня взяла тарелки из рук сквамасейкера, и, поставив одну из них перед своим другом детства, принялась за трапезу, используя протянутые магом столовые приборы.

- Ммм...Вкусно! - она с удовольствием поедала мягкое и сочное белое мясо крабов, разламывая их твёрдую шкуру, совсем забыв об осторожности и о страхе Рудольфа по поводу яда.

- Полностью согласен, миледи Эйрис. Только рыба подгорела, - подметил королевич, вырвав у неё из рук тарелку, уплетая за обе щеки морепродукты.

- Ох, прошу прощения, Ваше Высочество! Я же не виноват в том, что одна личность вместо того, чтобы сказать «спасибо» бедному и несчастному чародею за спасение своей шкуры и дамы сердца, пытался бросить ему вызов на дуэль, не дав тому как следует попрактиковаться в кулинарном искусстве! - размахивал хвостом маг, ловко расправляясь вилкой и ножом с запутанными кальмарскими щупальцами.

- Что мы теперь будем делать? - вмешалась в разговор дочь короля Эрмхайна, предотвращая очередную вспыхнувшую ссору.

- Собирать армию соратников и захватить мир, - после нескольких секунд молчания, холодно бросил сквамасейкер, отправляя жареных кальмаров себе в рот.

Принц подавился головой креветки, а девушка чуть не уронила в костёр вилку. Из темноты донёсся какой - то неприятный скрежет, оказавшийся скрипучим смехом слуг волшебника, наблюдавших за ними. Джастин заквакал, хлопая своим перепончатыми лапками.

- Хот кто - то из присутствующих имеет чувство юмора. В конце концов, мне с мертвецами и с тобой, Джас, больше нравится общаться, чем с живыми людьми: они молчат, когда попросишь и понимают шутки, в которых простые смертные не в силах увидеть смысл, - горько усмехнулся чародей.

- Ну и шуточки у Вас, - откашлялся юноша, тихо прошептав своей невесте на ухо - вы ему доверяете? Он же сумасшедший!

- Я не безумен! Я всего лишь скромный посредник между двумя мирами, страдающий от собственной гениальности, - сухо возразил «любимец» герцогов Корнуоллских.

- Так у нас есть план? - пережёвывая крабье мясо, задала вопрос невеста Миррор Вальского принца.

- Готового плана нет. Есть только наброски...

- Каковы же наброски, мистер...хм...тролль? Никак не могу запомнить название вашей расы...

- Исполнить долг миротворца. Но для начала я намерен отдохнуть, так как мне не доводилось столько колдовать за день. Кроме того, как говорил Сенека: «Ночь - лучший советчик». Может, она подскажет мне, как правильнее поступить в нашей ситуации, - задумчиво сказал потомок древней расы, крутя в руках свой медальон.

- А что насчёт нас?

- Я пока не решил, что с вами обоими делать. Ведь изначально в мои планы входило добраться до Голденлира, а потом продолжить странствование вместе с Лиззи. Я никого держать, не намерен и убивать тоже, если от меня самого не попытаются избавиться. Однако я не рекомендую путешествие ночью, так как фоморы и иные виды недружелюбных созданий могут вас искать. Мне не нужны трупы в моей армии, вернее - проблемы, которые далее последуют.

Большего от молодого посредника миров добиться не удалось: он, съев содержимое своей тарелки, спрятал её в сумку. Затем, извлёк из котомки три белоснежные подушки, две не менее чистые простыни, которыми он поделился со спутниками, высокомерно заявив, что «ночи осенние - прохладны для изнеженных королевских персон, с которыми нужен глаз да глаз, так как их тела, как и все человеческие, настолько хрупки, что могут подхватить всевозможные заболевания, против которых не хватит имеющихся в наличие лекарственных трав, зелий и познаний из медицинских книг», очень долго перечисленных им.

Потом, поговорив со своими «новыми друзьями» на частично языке Древнего Мира - английском и на непонятное для царственных особ диалекте, поделил их на два отряда, которым отдал следующие указы: один отряд остаётся в пещере с ними, охраняя их и оставшиеся припасы, а другой во главе с Винсентом будет сторожить пещеру снаружи, исследуя окрестности.

После того, как скелеты приступили к выполнению распоряжений, её спаситель начертил куском мела какие - то странные символы, похожие на кельтские руны, у входа и с внешней стороны убежища, что - то быстро сказав на латыни. Дева и её жених молча смотрели на него. Когда он закончил говорить на латыни, он, взяв одну из простыней, сообщил, что отправляется спать и его не следует будить, накрывшись с головой покрывалом. Джастин уселся рядом с его головой.

- Эм... Мисс Эйрис, может, Вы расскажите мне о тех событиях, которые я пропустил? Боюсь, что Ваш друг немного приукрасит историю о приключениях, - шёпотом попросил барышню её приятель по детским играм.

- История будет долгой и необычной. Если я расскажу тебе, то всё, что ты знаешь, не будет, как прежде, так как узнав правду, иногда разумнее о ней умолчать. Ты готов стать хранителем одного из настолько важных секретов? - она села на корточки рядом с костром.

- Леди Эйрис, меня ударили по голове книгой, я вместе с Вами оказался в месте чёрт - знает - где, нам угрожают неведомые силы, а наша судьба находится в руках Вашего необычного приятеля, у которого в распоряжении куча магических трюков и ожившие мертвецы, не внушающие мне доверия.

Сколько я Вас помню, Вы всегда защищали меня в детские годы от всевозможных напастей, за что я Вам благодарен. Но времена меняются. Рано или поздно наступает момент, когда невозможно сокрыть всю истину. Наша ситуация - не исключение. Я больше не хочу стоять в стороне и не понимать, что вокруг меня происходит. Я поверю вам и сохраню тайну, какой бы она не была, - от наивного и мягкого мальчугана, которого она помнила, не осталось и следа. Сейчас перед ней был Рудольф Яркот Сейрбл, будущий король Миррор Вальса и Эрмхайна, по совместительству - жених и верный товарищ, уверенный в себе и решительно настроенный понять суть всего происходящего.

Эйрис, впервые искренне улыбнувшись за весь вечер, погладила парившего Искорку, начала своё повествование, не пропуская ни одной детали и радуясь в душе тому, что может поделиться своим секретом, не рискуя быть названной «сумасшедшей».

Рудольф

Рудольф хмуро выслушал рассказ своей будущей супруги. Его все это насторожило. Встреча с магом не обрадовала его. Ему наоборот было страшно, а трусом он был с детства диким. Да, пожалуй, с того случая...

- Рудольф! Рудольф!

Его яростно трясли за плечо.

- Что? Дай поспать, - принц перевалился на другой бок в своей кровати.

- Вставай! - его затрясли сильнее.

Принц понял, что поспать ему точно уж не светит.

Над ним склонилась маленькая Эйрис.

- Леди Эйрис? Что случилось? Вы знаете, который час? - Рудольф точно знал, что сейчас отнюдь не время играть и гулять.

- Идем. Нужна твоя помощь.

Девочка тянула его за руку.

Рудольфу стало неловко. Неловко от того, что он был в своей домашней пижаме, а юным леди негоже видеть своего будущего супруга таким. Если бы об этом знала бабушка, она бы дала ему дрозда.

Тем не менее, мальчик последовал за принцессой. Выйдя из комнаты, повернув налево, потом - направо, миновав комнату спящей бабушки и кучу других комнат, спустившись по лестницам бог - знает - сколько - этажей, прокравшись мимо спящих на кухне слуг и войдя через черный ход в сад, где цвели персики, яблони и вишни, детям встретился принц, в котором наследник Миррор Вальса признал Эдварда де Скалиста. Вот его точно юный принц не ожидал увидеть! Тем более что в саду у замка в Миррор Вальсе! Бабушка на дух не переносила де Скалистов, что было связано с убийством её жениха, так что для мальчика это было сюрпризом.

- Эйрис? Зачем Вы привели с собой юного принца? Я же сказал, что мы отправимся одни, - величественный и царственный Эдвард де Скалист. Гений, которому порочили место премьер - министра. А он что тут забыл?

- Я решила, что нам понадобится помощь, - нерешительно ответила ему Эйрис.

- Если с ним что - то случится, то его бабушка мне голову оторвет! - сокрушался наследник дома сквамасейкеров.

- Ладно уж, времени у меня нет, - буркнул он, не желая слушать мямлящего внука королевы Юберты.

Принц Эдвард вытянул перед собой правую руку и сделал её пас, покрутив левой рукой свой медальон, позволяющий ему, как и остальным членам клана де Скалист, путешествовать между странами.

Перед изумленным Рудольфом и Эйрис открылся портал в виде креста с дверью посередине.

- Куда мы идем? - нерешительно спросил Руд у Эдварда.

Тот вспомнил о его существовании и посмотрел на него своими серыми глазами.

- Мы идем спасать моего брата.

После этого юноша решительным шагом вошел в портал.

- Не ходи за ним! Это опасно! - решил образумить свою будущую супругу мальчик.

Та лишь показал ему язык, смело шагнув вслед за королевичем из дома де Скалист в портал.

Рудольфу не хотелось оставаться одному посреди ночи, как и будить свою бабушку, поэтому мальчонка молча последовал за ними.

Когда мальчик вошел в портал, он ощутил холод, пронизывающий до костей.

Путники оказались в каких - то развалинах. Развалинах и ближе лежащей мусорки. Запах здесь стоял отвратительный.

Только это была не обычная мусорка, а скорее свалка трупов. Везде громоздились не только навесы грязного металла и некогда прекрасных вещей, но и куча трупов разной стадии разложения. Над ними витали кровные мухи - маленькие твари, гибрид мухи и комара, но только питавшиеся мясом и кровью мертвецов, вороны (где - то они выклевывали глаза и противно каркали), бегали гиены. Небо здесь было серое, а земля вся выжженная, черная. В довершение ко всему здесь ещё была грязь, а многие из мертвецов либо валялись в канавах, либо были распяты на крестах.

- Жуткое зрелище. Может, вернемся домой? - робко поинтересовался Рудольф.

- Тебе страшно, ты и возвращайся. А я иду помогать и спасать друга, - упрямо объявила Эйрис.

Стало холодно. Оглянувшись в последний раз на портал, мальчишка решил, что не лучший вариант оставаться одному в столь жутком месте. Вдобавок, он не мог выставить себя трусом в глазах девочки, которой порочили будущее рядом с ним в качестве жены.

С решимостью в глазах ребенок быстрым шагом поплелся за этими двумя искателями приключений посреди ночи.

Эдвард крался на цыпочках, осторожно подбирая хвост. Рудольф же шел с Эйрис, хлюпая по грязи и смотря себе под ноги, чтобы не наступить на какого - нибудь мертвеца. Портал за их спинами с воем закрылся.

Путники вошли в серое полуразрушенное здание, откуда доносились некие песнопения.

- Осторожно. Давайте без шума.

Королевич Эдвард шикнул на них и уверенным шагом направился вглубь.

Внутри было холодно и темно.

- Lux! - тихо произнес Эдвард.

На его раскрытой ладони появился маленький светлый шарик, освещавший окружающую обстановку.

Они шли по долгому длинному коридору с кучей тюремных камер. Где - то в углах свисала паутина.

В тюремных камерах лежали обглоданные мухами трупы. В некоторых камерах сидели узники в грязных белых рубашках, которые висели на них мешками. Они были налысо обриты, от них осталась только кожа да кости, их протягивающие сквозь заржавевшую решетку руки и их пустые глаза было невозможно забыть.

Чем дольше они шли, тем все больше Руда охватывали страх и паника, а загадочные песнопения усиливались.

ВИУ! ВИУ! - заверещала сигнализация.

Все залило красным светом. Песнопения разом прекратились.

- Бежим! - крикнул будущий глава семьи де Скалист. Он пустился в бег, как и дети.

Эдвард снова открыл портал. Они нырнули туда.

Декорации так и не сменились: снова камеры, снова заточенные узники.

Эдвард принюхался. Его тонкое обоняние никак не улавливало запах брата.

Они скрылись в тенях пустых камер. Мимо них пробежали люди в красных балахонах и в масках быка.

- Поймать мальчишку! - проорал старческий голос, в котором принц узнал голос Ануфрия.

- Кажется, они не за нами охотятся, - тихо прошептала Эйрис, прижавшись с Рудольфом к холодной стене, после того, как очередная порция людей в балахонах, не заметив их, куда - то убежала.

- Где же он может быть? - нервно размышлял вслух де Скалист.

- Может, там? - Рудольф указал в направлении, откуда бежали люди в балахонах.

- Вряд ли. Можем нарваться только на Ануфрия, - спокойно сказал королевич де Скалист.

Они снова открыли портал. Снова оказались на этаже с камерами.

- Не здесь! - Эдвард чуть не рычал от ярости.

Снова портал. Снова этаж. Только здесь были орудия пыток: железные девы, клетки, кнуты.

- Где же ты?!

Эдвард напоминал сейчас пса, который никак не мог найти добычу.

Они опять переместились.

В этот раз там была камера с железной круглой дверью, открытой нараспашку. За дверью можно было разглядеть мертвого чародея, одетого в красный жилет с короткими волосами, часть которых спадала ему на правый глаз. Он был мертв. К его чешуйчатому зеленоватому телу были подключены разные трубки, по которым струилась ярко - голубая жидкость.

- Что они делали с Робином? - недоумевал сквамасейкер, приблизившийся поближе.

- За ним! Мальчишка наверху! - эти голоса надоедали Рудольфу.

Эдвард выругался и открыл новый портал.

Теперь они оказались на самом верхнем этаже.

- Стой! - кричал явно Ануфрий, на переносице которого краснел свежий шрам и была воткнута вилка.

К огромному окну в форме глаза на всех парах стремился мальчишка с грязными, спутанными, карамельными волосами, из глаза которого сочилась кровь.

В нем Рудольф узнал того мальчика, с которым подружилась Эйрис. Мальчика, которого он ненавидел и в тоже время уважал.

Тот был напуган.

- Брат, подожди! - кричал ему вслед Эдвард.

- Ты не сбежишь, отродье! Я не закончил эксперимент! - рычал Ануфрий, вытаскивая вилку и отбрасывая её в сторону.

Его загнали в угол. Его глаза бегали по комнате и искали выход.

- Я не вернусь домой, брат. Ты поставил на мне эксперимент, дав волю этому монстру!

- Братик, это было необходимо. Только так в наш мир вернется Робин...

- Нет! Я не верю! Никому из Вас! - с этими словами мальчишка разбежался и выпрыгнул в окно.

- Рейн! - кричали ему вслед Ануфрий и Эдвард, подбегающие к окну. Тут было довольно высоко: пять этажей, а внизу - земля, покрытая пепельным снегом.

Рудольф видел, как окно разбилось вдребезги; видел, как стекла врезались ему в спину; видел, как тот стремительно падал вниз; видел, как его тело потонуло; как из него вытекает кровь, а глаза широко распахиваются.

Рудольф ничего не понимал. Минуту он сидел со своей будущей женой у костра, придавался воспоминанием, вникал в историю событий о том, что он пропустил за столь короткое время, слушая звуки природы и беспокойное кряхтенье Рейна (так вроде звали волшебника), а потом.... Потом внезапно перед глазами все заблестело, их подхватил смерч, и они теперь стояли по колено в воде в каком - то гигантском озере...

...Эйрис была измотана. Она долго шла и еле волочила ноги, чтобы не получить затрещину.

Пока она сидела в уголке у костра, налетел ветер и поднял тучу песка вокруг неё. Оправившись от удивления и досады, она внезапно увидела женскую фигуру.

Песок кружился вокруг неё, будто уступая дорогу. Женщина была неземной красоты, в её длинных, черных, как смоль, волосах блестел золотой гребень. Она не могла оторвать от неё глаз. Виденье подошло вплотную и улыбнулось ей загадочной улыбкой, завораживающей, как змеиный взгляд.

Этой ночью она плохо спала. В красно - белом сне она видела, как Мама Вата, капризная владычица вод, не расстающаяся со своим питомцем - удавом, обвивающим её словно шарф, красит губы в лунном свете. Как только русалка её заметила, она бросилась в воду, оставив на берегу свои одежды и украшения, будто приглашая следовать за собой. Когда Эйрис проснулась, то нашла в постели сережку.

Следующей ночью она положила свою диадему на алтарь, посвященной Маме Вате. Но она не смогла расстаться с чудесной сережкой, которой нашла на подстилке. На следующую ночь русалка появилась у её подстилки и позвала за собой. Она прошептала ей на ухо, чтобы та не боялась, что она избрана. Та не могла устоять перед её чарами и шипением змеи, обвивающей волшебницу в странном танце.

Когда они пришли на берег, русалка увлекла её на морское дно. Там она показала ей великолепное королевство, приведшее Эйрис в восторг. Дворец из алых кораллов и белоснежных водорослей наполняли диковинные обитатели: там соседствовали обычные создания, от планктона до рыб, но среди них в чертогах волшебницы жил единорог с акульим хвостом...

«ЭЙРИС! ЭЙРИС! - она очнулась.

Она стояла на балконе и наблюдала за казнью чародея.

А потом... Потом все смешалось: реальность и сон. Фоморы набросились на замок, атаковав его. Она помнила, как оттолкнула Марику. Как их лапы сомкнулись на её талии и понесли прочь от замка в никуда. Она помнила, как оказалась в жутком месте, где устройство готово было разрезать ей живот. Только мысли о русалке никак не выходили у неё из головы.

...Эйрис медленно открывала глаза. Она помнила, как стояла на балконе одной виллы, куда её доставили лесничие из леса. Как они взяли Рейна в плен, которы ещё не проснулся. Она помнила, как Рейнольдара привязали к столбу и хотели сжечь, используя масло из расплавленного Гринстарса. Она помнила, как оттолкнула внезапно нашедшую её сестру с охотниками от демона, как её поймали уносили прочь от замка в Вайлсе, куда их переместили, как Рудольф наигранно звал её по имени, как отец никак не шелохнулся, когда её поймали, как была напугана её сестра. Но самое главное, что помнила девушка - это дьявольский смех, раздававшийся у неё в ушах, гигантскую, светящуюся золотистым свечением, пентаграмму, и чей - то прекрасный голос, говоривший что - то на неизвестном наречии, воспроизвести который принцессе (да и любому смертному) было просто не по силам. А затем раздался звон мечей, и исчезло всё... Воспоминания все ещё путались в голове Эйрис, когда она почувствовала на себе чей - то тяжёлый взгляд.

Она подняла голову. Руки её были закованы в цепи с шипами, а на горло надето нечто, на подобие ошейника. Сама девушка лежала на койке, в белой сорочке, пахнущая спиртом, словно была пациенткой какой - то психбольницы. Перед ней на столе сидела фарфоровая кукла в свадебном платье. Фарфор осыпался на её лице, стеклянные глаза смотрели в упор, платье было ветхим и пожелтевшим, а сама кукла была серого цвета. Рот куклы приоткрылся и она скрипуче рассмеялась. В её руках было нечто, похожее на маленький коробок с зеркалом посередине. Внезапно, зеркало замерцало, по нему прошли черно - белые линии, а по стеклу расползлись, словно лианы, трещины. В зеркале возникла черная фигура, державшая на руках кролика.

- ЗДРАВСТВУЙ, ЭЙРИС. Я ХОУ СЫГРАТЬ С ТОБОЙ В ИГРУ. ПРАВИЛА ПРОСТЫ: Я ЗАДАЮ ВОПРОСЫ, А ТЫ - ОТВЕЧАЕШЬ. ЕСЛИ НЕ БУДЕШЬ ОТВЕЧАТЬ ИЛИ МНЕ НЕ ПОНРАВИТЬСЯ - ОШЕЙНИК МОЖЕТ ОСТАВИТЬ ТЕБЯ КАЛЕКОЙ, ТАК КАК СВЯЗАН С ОДНИМ УСТРОЙСТВОМ, КОТРОЕ БУДЕТ МЕДЛЕННО ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ТВОЕМУ СПИННОМУ МОЗГУ. НА ОШЕЙНИКЕ ПРИКРЕПЛЕНЫ ЧАСЫ, КОТОРЫЕ ОТМИРАЮТ ВРЕМЯ, ДАННОЕ НА ОТВЕТ. КОГДА ПОДХОДИТ ВРЕМЯ ОТВЕТА, ОН ЗАГОРАЕТСЯ ЖЕЛЫМ, КОГДА ВРЕМЯ НА РАЗДУМИЯ ПОДХОДИТ К КОНЦУ - КРАСНЫМ. ОН ТАКЖЕ ПУСКАЕТ ЭЛЕКТРОННЫЕ ИМПУЛЬСЫ В ТВОЙ МОЗГ, КАК ДЕФИБРИЛЛЯТОР. ВРЕМЯ ПОШЛО.

- Что... - вопрос так и не слетел с губ. Рядом послышался звук, похожий на сверление бура.

- ЗАБЫЛ СКАЗАТЬ: ЕСЛИ ТЫ МЕНЯ ВЗБЕСИШЬ, ТО К ТЕБЕ БУДЕТ ПРИБЛИЖАТЬСЯ БУР, КОТОРЫЙ ОЧЕНЬ ХОЧЕТ СДЕЛАТЬ ТЕБЕ ЛОБОТОМИЮ. ТАК ЧТО, В ТВОИХ ЖЕ ИНТЕРЕСАХ ОТВЕЧАТЬ НА ВОПРОСЫ.

Эйрис посмотрела по сторонам, думая, как ей выбраться. Её живот был оголен, а одежда порвана местами. Зарычал бур, потихоньку приближавшийся к её оголенному животу. Ошейник на шее стал с силой сжиматься. Больно. Хруст. А ещё.... Удар током и зловещее тиканье часов.

Эйрис ползла. Она направлялась к скалистым утесам, о которые разбивались гигансткие волны. Ей удалось выскользнуть из жуткого приспособления. обмазавшись разлитым машинным маслом. Но как только она добралась до скал, кто - то сзади столкнул её в бурлящее море.

Волны сомкнулись над её головой, и холодная, темная вода сжала её тело. Она задыхалась и вынурнула, собрав силы.

Её глаза видели сестру. Она окликнула её. Но ответа не последовало. Был слышен только рокот волн, да крик гарпий. Фигура, что её столкнула (Эйрис думала, что это сестра из - за её платья), словно мраморная статуя, смотрела на неё. Последнее, что видела Эйрис - маску в виде карты. Холодный взгляд из прорезей для глаз следил за её безнадежной борьбой с морем. Девушка на секунду издала жалобный крик и погрузилась в морскую пучину. Ей больше никогда не всплыть на поверхность.

Фигура ещё постояла над обрывом, глядя на бушующие волны. Её переполняло чувство глубокого удовлетворения. Затем, побежала в замок. Люди обыскали все побережье, но никто так и не смог найти её тело.

А тело несчастной прибило к берегу довольно далеко от родных мест. Прогуливающийся у кромки воды мельник заметил чей - то волос на поверхности воды и сразу же вытащил тело из воды.

В его доме останавливался арфист из замка Нобельхейм Красота девушки тронула его творческую душу и он срезал три волоска с её головы и вплел их в свою арфу. А потом покинул мельника.

Путешествуя, он пел перед хозяевами замков. Слух о его арфе разнеся по всей округе. Инструмент издавал очень красивые звуки.

И вот певец подошел к замку Сигизмунда. Его приняли со всем радушием. Вечером, свечи зажглись и, когда отбросились неясные тени на стены, мужчина достал арфу и поставил её перед собой, готовясь петь. На скамью присела Амелия.

Не успел певец дотронуться до струн, как те запели сами. Нежный и знакомый голос запел сам. Услышав слова, все побледнели.

Арфа пела:

"Прощайте, батюшка".

Смолкла. А потом пропела всего одну строфу, тихо и растягивая слова: "Будь проклята сестра, что убила меня".

После зловещей тишины в зале, Сигизмунд приказал найти дом мельника с телом и Марику, ибо в гибель принцессы мало кто верил...

0,1

Кир

Мне снился сон. Надо прекратить принимать Кору - известный антибиотик от снов Гуантьеро. Мне снится, что я - девушка. Причем - грудастая, с длинными рыжими волосами и в платье из лучей луны.

Меня словно рвут на части. Одежду с меня срывают. Языки людей, облаченных в тени, касаются моей кожи, груди, живота, низа живота...

- Ты наша, Камелия. Ты принадлежишь нам, - говорят их голоса.

Я сопротивляюсь, отбиваюсь, но все без толку. Тело тяжелое, на цепях, а сама я в хрустальном гробу. Вокруг терновник.

Я с хрипом просыпаюсь. Сажусь на кровать. Пот стекает по вискам.

Глаза привыкают к темноте. Спина немеет. За окном начинается гроза. Дороги размываются.

Я пошевелил кончиками пальцев. Ощупываю себя. Да нет, вроде я не девушка.

Я поправляю одеяло.

- Говорю, хватит вкалывает препарат Z! От него может быть игра разума и замена воспоминаний! - слышится за дверью.

Дверь хлопает. В комнату входит Николас, юноша с колючим ежиком волос. Он такой же Кейннари, как и я.

Он подходит ко мне.

- Как ты себя чувствуешь? - Николас приседает.

Он замечает на тумбочке Кору.

- Говорил же, её принимать не надо! - он собирает таблетки.

- Послушай, Николас... Что это за сон? Мне снилось... - я рассказываю свой странный сон.

Он долго слушает, а потом, не сводя с меня глаз встает.

- Идем, Кир. Пора рассказать тебе правду.

Я встаю.

Он подходит к ней.

Я, почему - то уверен, что надо идти за ним.

Я вижу, как он долго молчит, а потом говорит: "У меня была сестра. Сестра по имени Камелия. Она... сейчас она находится в монастыре замка Нобельхейм. У меня не было выхода... Тогда... Либо заклятье моей семьи, либо она... Я выбрал первое... Вместе с властью и славой... Ей бы все равно ничего не светило в этой жизни. Нам в семье нужен только мальчик!"

Головные боли усиливаются. Кругом - вспышки. Тело меня не слушается.

"Ты... Я не знал, как тебе сказать... Но тот ритуал... К тому же, инквизиция, которой её передали... Тогда, когда схватили... Из - за той инквизиции, все говорят, что она мертва, но это - неправда... Её спасли Де Скалисты... Но цена высока, очень высока... Сердце в той тьме, тело - в одиннадцатой комнате замка Нобельхейм, а вот душа... "

Он поворачивается ко мне. У меня перед глазами огонь. Зверская улыбка людей. Инквизиторы. Костер.

"Короче... Ты, Кир, не просто так помнишь... Видишь эти сны... Это не Сонная болезнь".

Ещё шаг. Я пячусь. Вжимаюсь в стену.

"Ты - живая свеча моей сестры. Тебя нет... Как и Дупльгангера, Элайта, Мороженщика. Как и другого осколка души, Килиантермурта..."

"ТЫ ВРЕШЬ!" - я отталкиваю его от себя.

"ПОСМОТРИ НА МЕНЯ, НИКОЛАС! Я НЕ МОГУ БЫТЬ ТВОЕЙ СЕСТРОЙ! Я - ПАРЕНЬ, ЖИВУ У ТЕБЯ ТАЙНО, НЕ МОГУ ПОСЕЩАТЬ АКАДЕМИЮ СВ.АРЧИБАЛЬДА, ТАК КАК Я,,,КАРЕТА ПЕРЕВЕРНУЛАСЬ И..."

"Что "и"? Кир, это все ложь... Я не знал, как тебе сказать... Особенно, после той битвы с Сатаной... Особенно после того, как ты убила Ривентуса... После того, как Лорды Цветы... После того, как огонь тебя поглотил... Тебя только так и спасли... То, что ты отдалась Святым во имя веры - не позор. Уж я - то это знаю. В мире политики нет любви. Это игра", - его глаза безумны.

"ОСТАВЬ МЕНЯ!" - мой голос переходит на крик.

Я склоняюсь над шахматной доской. Отпиваю пива. Николас оставляет меня.

1

Валентин (св. Дик)

Валентин, второй Харкан - сын феи природы

Валентину было не себе. Трансмугер - таинственный знак на черном солнце, наполовину закрытому луной, вращался, как безумный.

«Ненормальный, чокнутый...»

«Больной... Будь проклят...»

Этот шепот ему хотелось заткнуть. Он еле встал с земли. Харкан Джед - сан нехило потрепал его и остальных. А все из - за сорванного турнира! Он так рассердился, когда Дик улучил момент и решил сорвать турнир, отправив своих людей красть коробку, дающую победу Джеду - японскому Харкану, сыну Неритового императора, силы на турнире! Раны на горле садили. Кожу жгло. Все тело словно становилось каменным. Валентин чувствовал себя паршиво. Медленно вставая и отряхиваясь от приставшей к одежде почвы, Харкан оперся на ближайший столик. Его все презирали! Все! Все слушали версию старшего Харкана, сын феи природы, Джеда - куна о том, какой он классный! А не ту, в которой он работал за него, не ту, где его брат хотел сжечь его на день рождения, где брат сдал его чудовищам, сдал королю Роланду и по его доносу, жизнь Валентина рухнула и он был заклеймен серийным убийцей. А ведь он так старался, чтобы предупредит короля о череде зверств в королевстве, откуда тот пришел. Его даже не выслушал его настоящий отец, Нефритовый император, когда - то зачавший его и Джеда, выпив эликсир из солнечных и лунных лучей, из - за чего одному подчинялись живые, а другому - мертвецы. Валентин помнил, что их настоящая мать умерла, а вот другая, мачеха, любила их, до тех пор, пока на неё не напал злой колдун из прошлого, так как чтобы окончательно получить власть над миром живых и миром мертвых, их должна была воспитать земная женщина. А на него самого было покушение! Нехилое покушение! И да, в сказке о русалочке врали! Врали, что ножки были нужны для того, чтобы соблазнить принца! Русалке нужны были ноги, чтобы стать ассасином! Чтобы мстить! Поэтому убить её для Харона не состояло труда. В этом обвинили Валентина, так как близнецы во всех культурах считались дурным знаком.

Валентина всегда игнорировали. Брату же его всегда доставалось все самое лучшее: однажды, он выходил голубку со сломанной лапкой и та принесла ему тыквенные семечки. Когда Джед посадил их в землю, то потом у него под окном выросли настоящие гигантские тыквы, которые когда полопались наградили его мечом из пламени, сделавшим его лучшим фехтовальщиком в странах и мирах, пояс с рубином, получив который, он приобрел магию пламени и красную ткань, сделанную из меха огненной мыши, подарившую ему неуязвимость. Но ему было этого мало: он жаждал могущества. Поэтому, рассказав слугам Валентина о своей находке, он заинтересовал брата, у которого дела шли ещё хуже.

Он поймал голубку, убил её братьев, поломал лапку и выходил. Когда же она выздоровела, он поступил как и брат: отправил её к птичьему королю, чтобы та принесла ему зерна тыкв, из которых потом топором пробили кожуру и вышло столько бедных, что когда они просили заплатить им, то и вовсю разорили Валентина, в мгновенье ока превратившегося из богатого в бедного.

Валентин молча смотрел за гибелью брата. Он видел, как тот исчезает, превращаясь в пыль. Валентин собирался убить его, да, за все то, что пережил. Недаром же про них говорили: «Давным-давно волшебной страной Эльдонией магами правили два брата вместе с королевскими семьями. Вместе они создали гармонию во всем королевстве. Старший брат использовал свой волшебный горн, чтобы Солнце поднималось каждое утро, огонь слушался его, а тени наводили страх и ужас на обидчиков, а младший брат заботился о том, чтобы ночью сияла луна, мертвецы и духи слушались и не причиняли вреда живым. Благодаря заботе старшего брата люди веселились на лугах в течение всего дня. Однажды, после длинной лунной ночи, младший брат отказалась уступать место Солнцу, огню и слушаться заповедей семьи с королями. Старший брат пытался вразумить младшего, но тот не поддавался на уговоры: его поглотила тёмная сторона Луны и черных вод океана; он грозился, что мир погрязнет в вечной темноте и мраке. Тогда Нефритовый император вмешался: он изгнал младшего брата, а старшему выдал земли».

Валентин хмыкнул и закрыл книгу легенд. Если уж говорить про его отца, то для него существовал только старший брат, которого больше не было. Валентин видел в таинственном силуэте освободительницу, которая помогла ему расправиться с ним. Он никогда не простит его за то, что его и подружившегося с ним Капитана Костянку, обвинили в государственной измене: одного - отправили в ссылку (его спас отец, имевший влияние на короля), а вот его, Харкана Валентина и слушать не стали: заклеймили убийцей и лишили места при дворе. Для его семьи это был позор: даже отец разочаровался в нем и все надежды по управлению землями возлагали на старшего. Причем, все сквамасейкеры слушали версию о том, что его старший брат много чего сделал для их народа, а он, Валентин ничего и он - воплощение зла. Это его так обижало! Естественно, он делал гадости своему брату. Особенно, на Ирересе, когда узнал, что у него есть некий предмет, который дает ему силу. Его очень сильно интересовала коробочка в виде щуки. Только он понятия не имел, что за ней охотится ещё и бравый кэп.

Валентин ссорится с ним не хотел, но сейчас коробка была ему нужна. Он считал, что то, что в ней спрятано, поможет ему. Что уж что, а вот интуиция у молодого Харкана была развита и никогда его не подводила, особенно - в тяжелый час.

Валентин с любопытством глядел на коробочку. Его голубо - зеленые глаза с фиолетовыми крапинками загорелись, а лицо вытянулось, когда он решил получше разглядеть силуэт и коробочку. Она медленно раскрылась и напоминала лотос. Ещё его заинтересовала загадочная женщина. Валентин предполагал, что в коробке находится либо её любовник - это нормально для колдуний заколдовать своих избранников за провинность, либо что - нибудь с её душой. Поэтому, пусть и таинственный Кир (Валентин понятия не знал, что этот маг - девушка) был связан с Джедом - саном - для него это было равносильно предательству, его все равно распирало любопытство. Поэтому, он приказал своим людям не трогать ни женщину ни Кира на Ирересе (женщина появлялась впервые) три года назад.

Валентин заметил, как и остальная компания с опаской поглядывает на силуэт и коробку. Лава в виде огненной птицы медленно вернулась в нее. Силуэт женщины повернулся к ним и явно что - то неприятное хотел сказать принцу Эдварду, который смотрел на свою шкуру, которую уничтожил Джед. Для сквамасейкера лишиться шкуры - они были как шелки, волшебные создания, сбрасывающие свои шкурки тюленей и превращающиеся в людей - было равносильно позору. Валентин хотел утешить расстроенного Эдварда, но он помнил, что после событий Иререса его словно подменили: он стал грубым и надменным. Даже ссориться с ним стал!

Благо ему повезло: до Харкана дошли слухи, что во всем этом был замешан самозванец. Поэтому, Валентин, зарядив пистолет и пряча его в складках плаща, подошел к нему с опаской.

- Что это? - Костянка, подняв слетевшую шляпу с пером с земли, нахлобучил её на голову и смотрел на коробку и силуэт.

Он также потрогал валяющийся на земле труп Кира. Тот разлетелся на миллионы бабочек.

- Что с ним делать, Валентин - доно? - рядом с Харканом стоял напуганный токкэби (типа гоблина) Алиартес. Его рука направила ствол на Дэниела, который перевел свой взгляд на них.

- Мы зададим пару вопросов ему. Ответит честно - дадим попользоваться коробкой и все объясним - по крайнем мере, что мне известно. Хотя она - моя. Мне интересны все секреты Джеда - куна, - Валентин, держа пистолет, осторожно подобрал коробку в форме щуки. От неё исходили испарения и сочилась лава.

- Вы о чем?! Меня избили ни за что, заколдовали с людьми, напали, кто - то превратился в меня и втянул во всю эту херню! Я уж молчу про Вас, уважаемый! Я тоже готов драться, если надо! - капитан всем видом показывал, что в гневе. Его глаза говорили за него все остальное. Клыки блестели у него во рту.

Валентину не было страшно. Юноша, не обращая внимания ни на него, ни на свои метаморфозы по поводу облика - его тело облегала чешуя синего цвета, превращающаяся в камень и от этого тяжелевшая, создавал не удобства при ходьбе, сохранял ледяное спокойствие, присущее японцам. Только глаза выдавали все его эмоции, не отраженные на его озорном лице.

- Я хоть и в такой же лодочке, но одно могу сказать точно: во - первых, в прошлый раз, коробка досталась не тому (Ануфрию) и долгие годы могущество было у Ордена Белой Лилии с Церковью. Второе - из - за самозванца, который натворил делов, пока настоящий принц Эдвард Де Скалист находился в ссылке, пришлось закрыть то, что осталось от города, оплота магов, мечты Виктора, Магистии (прорыв дамбы с морской водой с Иререса в ходе боевых действий здесь ни причем), так как он представляет угрозу. Так что разумнее будет, если Вы докажете, что не самозванец, так как тот ещё хочет всех поссорить с Киром де Скалистом, везущей информацию, способную помочь даже мне, - Валентин решил пояснить. В его голосе звучали ледяные нотки.

Дэниел выругался. Валентину было все равно.

Но их прерывали, особенно тогда, когда Валентин присел на корточки рядом с кэпом и следил за действиями Меджика - куна. Он сделал так, что каппа - водяные в японской мифологии - с секирами подошли к парню и рывком поставили его на колени, снимая с него рубашку. Валентин хотел удостовериться также в том, что у мальчишки на спине есть один знак в виде Языка Змей - вихреобразных знаков, которые были письменностью дл Харканов и более древних созданий.

Прогремел взрыв. Перед ними шлепнулся некий мужчина с рогами на голове. Из его пасти шли клубки пара. Кожа была серовато - желтая.

- Балтазар! - мелодичный, но в тоже время грозный голос гремел также.

Вараны, с которых сыпался песок, зашипели на рогатого. Чхолим Валентина - пегас в корейской мифологии - встал на дыбы, заржав. Валентин похлопал его по холке, чтобы успокоить, решив не вмешиваться.

Воздух разрезала трещина. Валентин видел мир с кучей пентаграмм, взрывов, демонов, людей, борющихся с ними. В нос ударил запах пороха и лез пепельный снег.

- Тты... Сссерьезно? Ттты, такой наивный. Ты веришшшь, что маги и люди могут сссщщществовать вмесссте? Тттыы веришшшь, что девччонка и её папашшаа, что - то изменят сссо своими амбициями?! Лучшшее бы ты присссоединился к Луке, нашшшему Богу! Он правильно сссказал про тебя, чччто ты меняешь круассаны с вишшшней на хлеб с плесссенью, а джжжакузи со шшшлюшками на тазик с водой и какую - то недодевку! Я всссегда тебя не любил, но теперь понимаю, ччччто он был прав, предатель! - шипел рогатый, извиваясь в клубах дыма. Его скорпионий хвост угрожающе щелкал.

- Хм... Хе - хе - хе! Ты прав, Бальтазар! Но тот хлеб был предложен мне с миром и покоем Поверхностными, которые поверили им - Киру и Эдварду, а тазик с водой исцелил мои раны, а вода с комнатушкой, которые они мне предложили, пахли заботой и уютом, которого мне так не хватало! А та недодевка (язык не поворачивается так назвать) помогла мне ощутить чувства, которые я похоронил в себе когда - то! Я не ребенок, чтобы отчитываться перед тобой! - голос Харкану нравился.

Рогатый в недоумении смотрел на фигуру на фоне разрушений.

- Чччто ты в них нашшшел? Осссобенно, в ней? Она мешшшает планам Госссподина!

Удар по голове.

Вараны шипели, угрожающе подняв хвосты.

- А ещщё... Они не смогли выполнить твое жжжелание! Тебя история с твоим лучшшшшим другом ничччему не научччила?! - щека у рогатого посинела.

Молчание.

А потом... Удары обрушились на голову несчастного.

Изящные руки, корона в виде лучей, усыпанная звездами, длинные, волнистые волосы бирюзово - зеленые с белыми прядями, ниспадающие ниже лопаток, шорох шелка кимоно, которое обычно одевают на свадьбу: красного, расшитого магнолиями и цветами ликориса.

- Ты прав. Но если ты ожидаешь, что я поступлю, как типичный плохиш, которому предложили нечто большее и он броТонатиу команду? Я все приемы гадов знаю, уж поверь. Нет, я не примкну к тому, кто хочет всех превратить в амеб и устроить Великую Зачистку, объявив магов «Высшей расой»! Я не до такой степени сдурел, после того, как познал вкус предательства и лжи! - шипел юноша.

- Они... Разрушили мою жизнь. Из - за одного моего желания... Я все потерял: любовь, карьеру, даже желание жить. Я стал монстром и мое заклятье было не причем. Вел себя, как монстр, жил, как монстр. Но потом, в моей жизни появились они - настоящие друзья и люди, которые вытащили меня из жизни, которую я вел. К тому же, мое желанье сбылось не так, как все думали, но его исполненье желания устроило МЕНЯ. И...у меня есть причина жить, ясно? Я БОЛЬШЕ НЕ МОНСТР! - юноша лупил что - есть - мочи гиганта, словно тот был плюшевой игрушкой.

- Ты не ссстанешшшь одним из них! Тебе не переписать природу! Ты что, возомнил себя прекрасным принцем? - Бальтазар сцепился с ним в схватке.

- Я хэппи - энд заслужил, в отличие от тебя и твоего босса! Тот мерзавец позорит Лигу Выдающихся Злодеев! Если женщина ему сказала, что не оценила его «героического» подвига - уничтожения всех живых созданий и мира, которого она хотела в душе, то разумнее всего найти себе другую цыпочку, которой такое катит! А не устраивать то, что там в будущем!

К тому же, он менялся ради нее? Нет.

Он шел на уступки ради нее? Нет.

Он только решил разрушить все то, что ей было дорого.

Если...ценит её. Не как то, что он пытался из неё создать. Не безвольную куклу. Не рабыню.

Голос дрогнул.

Взоры были устремлены на него.

- Но ты жжже тожжжже...

Бальтазар не закончил: его схватили и скрутили так, что он напоминал вату на палочке.

- Я - другойразговор. Я не показываюсь, потому что виноват перед ней. И в одной ссоре я виноват. К тому же, мы не всему миру с ней объявили войну! Мы серьезно сказали, чтоесли ещё раз придется влипать вот в такую хрень, что у нас в будущем, то дружнопоказываем задницы и неприличные жесты, и нежимся на пляжике, создавая своюобщину и уставы. Ну, а что? Тем говнюкам можно, при этом разрушая каждомужизнь, а нам нельзя?! Мы тоже право голоса имеем! К тому же, я заслужил хэппи - энд больше, чембыть Послом Злой Воли Эльдонии! И... хэппи - энд я и она получат, нравится этоокружающим или нет! Она вообще заслужила! Стольким помогала, стольким приходилана помощь. И...я тоже потом. Я просто крест на себе ставил от собственногобессилия, как и она! И я, как и она не занимались любовью около 956 часов ипятидесяти миллиард петель, я не хочу знать от неё, сколько раз слышал о том,что первая красотка среди ведьм считает меня тряпкой, что у меня нет будущего,что я попадаю в собственную кашу, сплетенных из козней для другого, сколько размы продували Вам! Я уж молчу, про то, сколько раз бесящий меня Файонел говорил,что «Ведьмам не достаются прекрасные принцы, колдуны все страшные и уродливые,а Золушка - Кошечка никогда не станет прекрасной принцессой!», которого мне понравилосьмутузить каждую петлю! И сколько раз в моем лексиконе появлялось слово «армия»,что для меня ужас! -юноша злился, дубася монстра и Файонела, который как раз повторял сею фразу.

- Да и ещё я злюсь, что Вы прервали мою брачную ночь! Мою брачную ночь, которую никто, кроме прислуги прерывать не будет! Нам пришлось вместо удовольствий, усыплять друг друга и идти сражаться с врагами! Я уж не говорю про детей, которых она родила и Вы втянули их тоже в эту хрень, хотя один план предназначался для одного неблагодарного и испорченного ребенка, а не для них! - ярость парня было не описать.

- Да кто ты ей такой?! Она же предмет, она же инструмент! Она не имеет право на чувства! Особенно, к тебе! - выл за компанию Файонел, попавший под удары и потасовку.

- Ну... Кир они видели, а её разгневанного мужа из будущего ещё нет! - кричал молодой незнакомец.

- Будущего?! Ха, будущего! Ещё один сумасшедший из её ненормального ковена и тусовки! - хрипло засмеялся Файонел.

- Нет. Там реально жесть! Например, ты сейчас повторишь ту фразу, которую хотел сказать! Дэниел будет расспрашивать Харкана, который вообще нам сразу же верил и не зря, Эдвард Сигизмунд Третий говорить о том, что будет проверять каждого гостя бала и предметы, которые они проносят с собой, Линда причитать про свой дурацкий корпоратив! А ещё, они узнают много чего нового про то, что их ждет в этот раз! - загибая пальцы, не унимался красивый юноша, душа Файонела.

После того, как случилось так, как он сказал, Валентину стало не по себе. Он все ещё в душе верил, что это все - представление Кир де Скалист, разыгранное для того, чтобы их выслушали с какой - то «жизненно - важной информацией».

- Простите, а как нам выяснить, что гложет дорогого мне человека? - робко спросил Реол.

Взгляд красивых глаз перевелся на него.

- Опоите Камелию медовой брагой. Только ты некоторые вещи поймешь! Ты - первый ей всегда верил! И... уговорите Киру простить меня и дать шанс! Во второй откат все получится! Пусть верит в свои...желания, о которых никому не говорила, даже Вам, принц Реол! - с грустью сказал парень, прижимая указательный палец к губам.

Я просыпался. Яркий свет бил мне в глаза. Тело все болело. Впрочем, как и всегда. В конце - концов, я был проткнут мечами ненависти, а мои сухожилия были привязаны к стенам мрачной обители Лордов Цветов. Они регулярно ели мое мясо. Я помнил сон, как мне удалось сбежать, как поцапался с Джедом, как собрал осколки своей души, на которую она разлетелась, когда Лорды ацтекским кинжалом зарезали меня и съели мою плоть, обретая бессмертие. Меня спасла кровь Нинге.

Я помню, как кто - то тормошил меня. Я открыл глаза. Да, передо мной стоял Эдвард. Эдвард, один из моих осколков. Я, собрав остатки сил, схватил с его пояса пистолет. Он был не заряжен. Но я сделал пулю из косточки винограда, у себя во рту, и ловко прикончил Эдварда. Прямо пулей в лоб.

Тело ныло от боли. Я до сих пор помню, как передвигался, опираясь на посох и используя вино, которым меня поливали, чтобы я был вкусней.

Я помню, как кто - то закричал. Я открыл свои серые глаза. Рядом со мной стоял король Миррор Ингланда. В руках у него была коробочка. Да, та коробочка, из - за которой погибла моя Акеми. Меня к ней привело кольцо на пальце, которое я забрал у своего осколка души, Франсуа, прежде чем мы все разбежались из - за нашествия фоморов. А ведь я столько лет собирал свои осколки души по всему миру! А теперь новый мир, мир, который я не знал.

Я прижал к своей груди жемчужину. Надо сказать, что жемчужины есть у каждой русалки. Она заживляла меня долгие годы.

Я, прихрамывая, на ногах, которые не держали, направился по доскам. Я шел в никуда. Я помню, как шлейфом за мной волочились сухожилия. Хоть на что - то сгодился Эдвард.

Я шел в неизведанном направлении. Под моими босыми ступнями плавали рыбки, кусавшие меня за пальцы. Доски пробитой дамбы под моими ногами медленно погружались в воду. Я шел, принимая свои воспоминания. Я видел рыцарей, видел, как меня принимают Лорды Цветы, видел и белый цветок, как я остановился в каком - то мрачном замке с гарпиями, как колдун, что превратил меня в человека и дал мне ноги вместо хвоста, спокойно говорит мне: "Найди манчелту! Иначе я убъю тебя!" Как фоморы все заполняют, как я получаю силу, переполнявшую меня, как фоморы предают меня.

Я также вижу морг, где он стоит. Все белое, кругом лежат мертвецы. Разговоры Лихторов.

"Напраник Эдварда мертв".

"Кто?"

"Валькирия".

Эдвард стоит над чьим - то телом. Из -п од покрывала виднеется чья - то белая рука.

"Прости... Я не хотел!"

Он наклоняется. Шепчет какое - то заклятье. Тело мерцает и превращается в маленького грызуна. Эдвард прячет её в коробку.

"Так - то, лучше!" - говорит он, поглаживая коробок в виде щуки.

Голова набухла. Я вижу даже то, как далеко - далеко отсюда какого - то парня, так похожего на меня, находит некая девушка, приставляет меч к горлу. Судя по одежде, она - пиратка. Она ведет его под пологом из лишайника, по прогнившим доскам, по затопленному континенту. Она знакомит моего двойника с бытом Иререса, знакомит её с мальчонкой по имени Дринх, который её сын от отца, изнасиловавшего её. Она уговаривает его поднять мятеж на Ирересе, дабы свергнуть Императора Дракона.

Они проводят ночь. Беатриче, так зовут девушку, смеется, рассказывает тому о прошлом.

Но утром её нет. Рейн (так зовут юношу с моим лицом, одним из лиц) бежит в замок Императора, где находит её. Беатриче в клетке над костями убитых и съеэенных Драконом людей. Тот ждет его. Он говорит, что ждал его давно.

Начинается схватка. Схватка длится долго, на смерть прям. Перед его глазами так и стоит сцена убийства его возлюбленной, Лючии, которую тянули металлическеи прутья. К ним она была привязана, пока прутья не переломали ей кости на глазах у Рейна три года назад.

Я отворачиваюсь. Император Дракон, правитель Иререса, жесток.

Он не ведает пощады.

Парень, вспоминая все это, взрывается. Он читает какое - то заклятье. Вода течет кругом, вытекает из его пальцев, пульсирует в его венах. Рейн идет, потом - обнажается и голым кидается в атаку на Дракона. Схватка та ещё: гигантский дракон со шрамами, оставленными три года назад, двенадцати футов в высоту, щелкает зубами, извивается, хлопает крыльями. И Рейн, который кидается на него, сражаясь только голыми руками и странным кинжалом в руке. Меня привлекает кинжал. Я его уже видел. Да, я видел его. Именно им когда - то меня проткнули насквозь.

Я вижу, как Рейн звереет. Он становится каким - то берсерком. От него исходит ярость. Дракона он загоняет вглубь замка. Дракона окружает полчища скелетов. Но вот дракон хватает клетку с девушкой и кидает её. Она падает прямо на когти Рейна. Удар фатальный. Она срыгивает кровь прямо ему на лицо.

Очки с его глаз падают. Вместо глаз - щелки, откуда сочится тьма... Рейн издает рев.

Все падает в крепости. Дрожит крыша, происходит землетрясенье. Дракон выдыхает пламя. Он радуется, как только клубы пара поднимаются в нескольких сантиметрах от пола, что его противник сдох. Но не тут - то было. Сквозь дым идет Рейн. Вокруг него поднимаются словно щупальца красные потоки силы. Он управляет своей кровью. Щупальца обвивают дракона. Они поднимают его и кидают в стену. Грохот.

Дракон встает на лапы и щелкает свое пастью. Но щупальца касаются его зубов. Они слишком прочные, чтобы их разгрызть. Рейн подходит к дракону, невзирая на пламя и когти, которыми тот царапет его. Чешуя у него блестит.

Рейн просто взмывает ввысь на драконе, пронзая его морду кинжалом. Дракон рычит, словно лошадь встает на дыбы.

Его лапы поднимают облака пыли.

Неожиданно чешуя Рейна лопается. Под ней - рыжая шерсть с чреными полосками. Он превращается в тигра. Тигр со своими удлиненными когтями проводит по нежной чешуе на брюхе у Императора, вспарывая его. Зубы Рейна смыкаются на шее у Имератора.

Я понимаю, что у Иререса новый правитель. Более беспощадный, более жестокий.

Я же решил одно, я спрячусь в замке с горгульями, подлечусь, перекинул поющий скелет с артефактами за спину. Я чувствую нутром, что вся правда - в замке Нобельхейм, где (мне всплывает легенда про Ведьму) найду ответы на вопросы. Томный голос твердит мне: "Иди в замок. Иди, ты все поймешь! Иди ко мне! Ну же, скорей!" Я тряхнул головой. Да, там за Стеной - ответы. Не знаю, почему...

Ануфрий

Преподобный поднялся с кровати в форме розы. Юберта ещё спала. Пот стекал по ее горячему после ночи удовольствий телу. Некоторые из капель соблазнительно покоились на ее ключице и бедрах. Сама она мирно ворочалась во сне, а ее золотые волосы с сединой, словно меховой плащ прикрывали ее спину. Сквозь них можно было разглядеть грубый шрам, тянущийся от лопатки, через всю спину и заканчивающийся на правой ноге. Ануфрий помрачнел. Этот шрам достался ей после того, как Ануфрий ошибочно принял ее за бабушку Рейнольдара, каким - то образом, узнавшую о том, что готовится покушение на него в день рождения принца Рейнольдара, сбежавшего вместе с братом и выпившую некую сыворотку, изменившую ее облик, и проткнул королеву мечом из Гринстарса - слабости всех сквамасейкеров. Но, несмотря на это, Юберта была идеальна, как и сильна: в детстве ей приходилось часто слышать о том, что она - девушка и ей не суждено править страной. Это злило ее: она активно выступала против Кантергаута и доказывала аристократии о том, что ей не нужен муж. Ее стычки дошли до того, что аристократии и советникам пришлось уступить этой женщине и предложить ей согласиться на выгодный брак с Честером - правителем Миррор Скейтленда. Но они никогда не любили друг друга: ему нужен был наследник, а ей - заполучить власть и доказать своему отцу, Рейарену, что даже женщины могут править. Однако ее планам не удалось сбыться: Трифон - могущественный некромант, проживавший в клане, убил ее несостоявшегося супруга. Но женщина не сдалась: она убила своего отца, задушив того одеялом. Она правила, выйдя замуж за другого короля, Энрике, слабовольного дурака, вместо которого и управляла страной. Также, ее красота: женщина была похожа на грозную рысь, готовую драться со всеми, кто с ней не согласен, покорила многих. Поговаривали, что единственными мужчинами, которые не попали под ее чары, были Король Солнце и Король темноты. После того, как ее сын Эльдар и невестка Эванджелина, которая была ей омерзительна из - за своего темного цвета кожи, погибли в море (это было делом рук де Скалистов, как утверждала Юберта, отрицавшая то, что именно она подкупила одного стихийника - чародея, управляющего стихией, чтобы случился этот инцидент), она осталась с маленьким принцем Рудольфом, которого она опекала и всячески старалась подавить его волю своей. Она была столь же отважна, сколько и свирепа. Она получала всегда то, что хотела, используя порой нечестные методы.

Что касается Ануфрия, то тот просто создал иллюзию того, что любит и понимает ее, что видит в ней ранимую женщину. Особенно ему удалось укрепить свою позицию благодаря поступку, когда он излечил маленького принца Рудольфа от гемофилии.

Но все это он делал под влиянием Агалантуса - представителя Детрайдеров (как их окрестила молодежь - больших бесов, которые жили внутри них и питались их энергией, заточенные во всех служителей Черной церкви - церкви с инвизиторами, служащих темным святым, похожих на сгустки черной энергии с глазами. А ещё из - за веры. Веры в Бога Бельфегора и потому что хотел забыть Амелию Фернштейнер - ведьму, разбившую ему сердце (Мать, как прозвали её фоморы за то, что она создала их) и которую скоро приговаривали к сожжению на костре. Юберта идеально заменяла ему её. С ней он забывал её, обманувшую его, околдовавшую и бросившего.

ЦАРАП - ЦАРАП!

Царапающий звук разбудил её. Юберта, имеющая один недостаток - громкий храп, потянулась и села рядом с Преподобным, обвив своими руками с мозолями и морщинами его плечи.

- Что там? - недовольно пробурчала она, вставая с их ложа, от которого просто веяло бурной ночью.

- Не знаю, госпожа.

- Такой ответ не принимаю.

Она поднесла к его уху свой рот и нежно прикусила его.

- Тогда вернемся к тому, с чего начали!

Ануфрий был бы не против, если бы царапающий звук не повторился снова.

- Да что там такое?! - возмутилась королева Миррор Вальса.

Она, завернувшись в теплое одеяло из меха горного крысокозла, прихрамывая, направилась к окну.

Преподобный удивился её силе рук. Для такой хрупкой женщины, ловко открывшей ставни, которые весили немало килограммов, это был подвиг. Как и открыть банку маринованных огурцов.

Перед их окном порхали, словно бабочки, черные пегасы. Но царапали не они. Это были четверолапые, металлические вороны - изобретения Гефеста из города Нео - Салем, державшие в своих лапках пожелтевшие свитки, где было на Миррор Айрелендском начертано следующее:

СРОЧНО ЯВИТСЯ В МИРРОР АЙРЕЛЕНД! ВАШВНУК У НАС! ЕСТЬ НОВОСТИ ПО ПОВОДУ РАЗБУШЕВАВШИХСЯ ДЕ СКАЛИСТОВ!Ваш король Друз

Этого было достаточно, чтобы королева и Преподобный засобирались и немедленно покинули Миррор Вальс. Летели они очень долго: несколько дней морозного ветра и дождливой осенней погоды замедляли их путь. Но Юберта с Преподобным не волновалась.

***

Королева открыла большую дверь, и Правая Рука Самопровозглашённого Бога Бельфегора - одного из божеств, которого чли Темные Святые смело вошел вместе с ней. Они оказались в удивительном месте. Это был большой зал, круглый, со сводчатым потолком. Пол, стены и потолок были украшены огромными изумрудами и нефритами. С потолка опускался светильник, сиявший, как солнце, заставлявший драгоценные камни ослепительно сверкать. Как обычно, его особенно поражал трон из зеленого мрамора в самом центре. Это было мраморное кресло, тоже украшенное изумрудами и нефритами. На нем восседал Сол - Верховный император.

От него, как обычно, воняло жареным мясом. Сама его жирная туша едва удерживалась на троне. Пальцы его были все в масле. Лицо покрывали уродливые шрамы, из - за чего казалось, что его лицо обвисло. Левый глаз не видел. От носа осталась только дырка. Сам он на половину был роботом. Его мертвенная бледность и запах гниющего трупа был очень сильным. Настолько сильным, что королева Юберта едва сдерживалась, чтобы не стошнить на пол. Преподобный тоже сдерживался. Да, он должен сдерживаться в присутствии Верховника, иначе ему заткнут рот Улыбкой - зубной пастой, разъедающей зубы и весь рот, оставляющий после себя шрамы.

Ануфрий поклонился.

- Здравствуйте, Верховник Сол. Да прибудет с Вами благословение Бельфегора.

Сол расплылся в улыбке. Со стороны это выглядело жутко.

- Какой хороший день! Замечательный!

Его улыбка стала ещё шире, обнажая гнилые зубы.

- Что Вас обрадовало, милорд? - дрожащим голосом поинтересовалась Юберта.

- Скоро праздник Солнца. Я бы очень хотел, чтобы провели турнир в мою честь.

Юберта поморщилась.

- Праздник Солнца? Праздник, который Вы хотели совместить с языческим праздником Сэмхайн?

Сол кивнул. Ему было трудно говорить после того, что с ним сделал Грешник - лидер повстанцев, прозябающий свои дни в картине - портале, ведущей к тюрьме на острове Барихути. Ануфрий содрогнулся. Он вспомнил лесные битвы и ему стало совсем не по себе. Хорошо, что это отродье Сатаны сидело под замком.

- Ваше Величество, я видел де Скалиста. Мне удалось удрать от него, пока он спал, - робко сказал принц Рудольф, влетевший в тронный зал. Сделал он это неуклюже, из - за чего многие придворные тихо захихикали.

- Рудольф!

- Бабушка!

Принц, одетый в традиционный наряд Миррор Айреленда, подбежал к своей бабушке и обнял её. Вернее, попытался это сделать, т.к. она залепила ему пощечину вместо объятий.

- Не смей упомянать здесь де Скалистов! Ты меня понял?

Её холодный тон прервал смешки придворных. Инквизитор знал, что королева, как и всякая женщина, терпеть не могла упоминания о своем возрасте и о де Скалистах. А ещё, Рудольф слишком сильно походил на её сына, покладистого и мягкого Эльдара, которым она управляла, как марионеткой, когда тот был ещё жив.

- Королева, отрок просто обрадовался Вам. У него и в мыслях не было Вам дерзить. Его, наверное, довели эти Сатанисткие отродья де Скалисты.

Лесть - лучшее оружие - таково было кредо Ануфрия. Он всегда старался польстить королеве и притворяться добрым в отношении людей, чтобы заполучить её благосклонность.

Она, словно кошка, повернула к нему свою голову. Её длинные волосы цвета огня с седыми прядями и многочисленными косичками разметались по плечам, словно грива льва.

Обиженный принц потер свою пунцовую от удара щеку. Для него Ануфрий всегда был героем, так как мог повлиять на его властную бабушку, которую тот любил.

- Ты прав, Преподобный. Эти Де Скалисты довели моего внука, забывшего о манерах! Но в их существование я не верю! Они все были убиты! - она топнула ногой и ласково погладила по щеке принца.

- Итак, может расскажите нам, принц Рудольф, про них более подробно? Говорят, Вы попали в плен...

Король Друз в сопровождении мавок поклонился Солу. Рядом с ним маячил его сын, Юстас - молчаливый, прыщавый молодой человек с кричащими рыжими волосами. Он только что вернулся с похода и ему было интересно послушать про то, что рассказали его отцу.

Принц Миррор Вальса оказался в центре внимания. Он поглядывал на Друза с нескрываемой ненавистью. Но рассказывать начал.

Все слушали молча. Многие сочувственно кивали. Многие охали, слушая его историю. Даже Юстас притих. Правитель Миррор Скейтланда и правитель Эрмхайна, которые прилетели чуть позже, слушали рассказ принца с ледяным хладнокровием. Когда юноша замолчал, заговорил король Друз. Он первый нарушил тишину.

- Я уже слышал эту историю. Я не верю ни единимо Вашему слову. Де Скалисты? Их давно нет. Последний Де Скалист и его народ были уничтожены.

Все начали креститься, боязливо поглядывая на Сола и Ануфрия. Они прекрасно знали, что при них упомянать их - кощунство.

- Извольте! Одного из них я видел, прогуливающегося по Вашим коридорам. А другой напал на меня и мою невесту в лесу близ Корнуэлла! Вот его медальон!

Рудольф швырнул под ноги Друзу медальон, который снял с шеи Де Скалиста. Сол выпучил глаза и вытянув перед собой меч осторожно, словно боялся заразиться, поддел кончиком меча медальон.

Все молча смотрели на него.

- Спасибо за находку, принц Рудольф. Это серьезная улика. Обычно, я не позволяю, чтобы их упоминали при мне вообще. Преподобный Ануфрий, поручите своим инквизиторам прочесать леса и города.

Также, напомните мне, чтобы я лично поТонатиуил темницу, где сидят бунтовщики с Иререса. Возможно, это их рук дело. На турнире будьте наготове - если вдруг нагрянут твари из - за Стены из Шиповника с подобными проделками, то тогда доложите мне немедля. На турнире я обговорю все с одним из Глав Форта Нео - Магистия - Дином Вецербахом. Из всех основателей форта он больше проводит политику по уничтожению этих тварей.

Об остальном, не волнуйтесь, господа. Благодаря тому, что он заточен в самой труднодоступной тюрьме мира, на нас давно не нападали. Если не считать Сопротивления. Этой мерзкой организации, которая подняла восстание против царицы Гертруды с Иререса, - произнес мрачный правитель.

- Мы разберемся с мятежниками.

- Благодарю Вас! - Рудольф поцеловал толстую пятерню Сола. Тот всем своим видом напоминал Папу Римского.

- Верховник, это опасно! Почему лучше не отменить турнир и собрать армию, чтобы прочесать владения? Если бунтовщики вырвутся из Брондвильской тюрьмы, про которую ходят слухи, то нам всем крышка! Я уж молчу про то, что недавно видел живых сквамасейкеров! Один из них напал на меня, перебив охрану, другого я, кажется, видел у Друза в гостях, а третий, самый проблемный, находится как игрушка у наших Святых - схватился за голову правитель Миррор Ингланда, Эдвард Сигизмунд Третий.

- Молчать! Я знаю, что делаю! Я итак сокрушил их. У сына основателя клана убил его любовь, Медб, которую мне сдал Дарк, один из этих глупых фоморов. Про второго и третьего - все дудки! Третий ТОЧНО мертв (самый опасный из них - Кир де Скалист), а вот по поводу второго я даже слышать не хочу! - взревел Сол.

Все притихли.

- Вот именно! Поосторожнее со словами, король Эрмхайна. То, что за несколько дней после того, как Вы очнулись, Вам был сделан подарок от нашего Владыки Солнца, Сола в качестве того, что Эрмхайн официально стал главным центром Миррор Ингланда и были подарены даже территории, которые носят то же название, что и вся страна, не значит, что Вы можете обвинять Нашу Церковь Черного Янтаря в таком позоре! Следите за словами, милорд! - Ануфрий ощетинился.

Сол почти прошипел новые последние слова. Все присутствующие вздрогнули.

Император никого не слушал.

- Не смейте упоминать их в моем присутствии! Я уверен, что все это - мятежники, которых держат в тюрьме! И прекратите клеветать на святых и Церковь! Я не всегда такой добрый, даже, если Вас долго не было и Вы недавно очнулись, придя в себя после покушения на Вас со стороны фоморов! - Сол заскрежетал зубами.

- Может быть, это дело рук Короля Роланда? У меня можете обыскать дом и Вы не найдете никого из этих созданий, - Друз с подозрением поглядел на него. Ему не нравились обвинения в адрес его двора. Он давно подозревал, что самый старый из королей, глава дома Воронов, связан с организацией, которая боролась против Верховника.

Мотивы у короля Роланда были. Он родился в королевской семье Миррор Айреленда. Воспитывался на Ирересе, прибывший из Мистик Энда, известный, как Король - Завоеватель, долгожитель. Он когда - то помогал самой Амелии Фернштейнер - великой писательнице и принцессе. Но девчонка терпеть не могла Сола, а её книги были излишне богохульны по мнению Церкви Черного янтаря. Именно она, по мнению Ануфрия, совратила короля и рассорила его с Верховным Императором, растившим Роланда, одного из самых подающих надежды. Этот Роланд - молодо выглядевший, приблизительно на тридцать, мужчина, чем - то похожий на белку, худенький и сутулившийся, медленно стареющий из спортивного образа жизни и мира, откуда прибыл, посмел влюбиться в её подругу - ведьму Кристину. В принцессу, обладавшую неким магическим даром и которая являлась родоначальницей клана Сайрес - клана, благодаря лекарствам которого многие из королей долго существовали.

«Нет! Нет! Нет!» - Ануфрий замотал головой.

«ДА! ДА! УБЕЙ ЕГО! ОН РАБОТАЕТ НА СОПРОТИВЛЕНИЕ!» - шипел Агалантус, Детрайдер в его голове, вселившийся для того, чтобы питаться сильными людскими эмоциями. Детрайдер, который не давал покою Ануфрию. Детрайдер, внушавший ему всякие гадости и заставляющий Ануфрия мучить всех причинить боль окружавшим его людей, в частности спать с Юбертой и чьим приказам тот следовал из - за страха перед предводителем божественной расы. Владыка Детрайдеров, расы из сгустков черного дыма с глазами, воевавших против крылатых сквамасейкеров, пахнущих солнцем, которого когда - то Ануфрий разбудил во время археологических раскопок со своей любовницей - археологом Мирабель - женщиной, бывшей женой Верховника Фергуса, погибшего во время кораблекрушения.

- Преподобный, Вы в порядке? - Юстес прищурил свои зеленые глаза, оценивая его состояние.

Ануфрий поглядел на Юберту. Та наигранно беспокоилась за него. Инквизитору так хотелось отвернуться от нее. Он не хотел, чтобы Львица Уэльса видела его таким.

- Да. В полном.

Инквизитор натянуто улыбнулся.

- Давайте поговорим с Эдвардом. Вы, наверное, его имеете ввиду. Он вообще не Де Скалист. Просто был ими заколдован или что - то типа того. Я уверен, что он не хочет объявлять нам войны. Я уверен, что он будет благоразумным и не захочет воевать с нами, - спокойно предложила наместница Скейтленда. Он всегда старался взять ситуацию под свой контроль, если она накалялась до предела.

Все зашушукались. Её идея казалась абсурдной. Все знали, что не так давно Эдвард де Скалист объявился на Ирересе. Многие не зря боялись его. Он показал себя во время лесных войн. Не зря кочевники - тилуиф теджи прозвали его «Белой Молнией».

- С Эдвардом говорить бесполезно. Он никогда не простит людей за своего покойного брата, Дика, - спокойно сказала правитель Миррор Скотланда, Элиант, высокий и коренастый мужчина с пронзительными глазами цвета листвы, носивший килт и мантию зеленоватого цвета. От него всегда веяло выпивкой и он был самым воинственным из всех королей. Он сражался когда - то на стороне Эдварда де Скалиста, когда тому было четырнадцать лет. Король, о чьей верности жене слагали легенды, прекрасно знал, на что способен юный принц.

- У меня есть идея, - вмешался в разговор сын Друза.

- Какая? Мы все во внимании, юнец, - своим немного рычащим голосом обратился к нему Элиант, незаметно ото всех крутящий в руках портрет своей дорогой королевы Эфиллы.

-Я слышал от Виктора де Скалиста под пытками, что некогда был собран некий магический Мабъюар, который по силе равен со знаменитым свитком Альдоса.

Там говорится, чтобы не читать какое - то там заклинание номер 85. Этим можно воспользоваться. Я сообщу обо всем Бельфегору - он выслушает меня в связи с нынешними событиями, - найдем того, кто прочитает это заклятье, написанное на древнем языке и победа у нас в кармане! Я даже знаю таких энтузиастов! - Юстас коварно ухмыльнулся. Прыщи на его лице стали ярко - красными. Рудольфу так и хотелось взять и выдавить ему их.

- Отличная идея, отрок. Да пребудет с Вами благословение наших богов. Хотя Церковь не одобряет проявления магии! Но если разрешит сам Бельфегор! К тому же, нам удастся проверить в деле сеё заклинание, то все будет хорошо, - возрадовался Сол, радостно хлопнув в ладоши.

Ануфрию хотелось застрелиться. Он не одобрял Черной магии. Но его взгляд был перехвачен Солом. Видно, Сол совсем голову потерял на старости лет, раз решил прибегнуть к опасной магии. Поэтому оставалась надежда, что Святой Бельфегор не одобрит подобного поступка.

- Мне не по душе идея принца Юстаса. Не будьте наивным, Ваше Величество. Де Скалисты давно озлоблены на всех нас. Вряд ли они будут настроены на спокойный разговор за чаем. А черной магией баловаться нельзя! - резко ответил ему Ануфрий.

Тот умолк. Но идею Юстаса поддержали Юберта и Друз.

На этом их заседание закончилось.

После этого старик вышел на балкон. Внизу под ним уже столпились люди. Все они ждали речей инквизитора, являющегося гласом их бога и Верховного Императора, который после лесных войн был не состоянии выходить в люди - передвигался в колеснице, запряженной пегасами, от копыт которых при беге поднимались столпы огня.

Ануфрий поднял руки, призывая галдящую толпу прислушаться к нему. Кого там только не было - Золотые - преданные войны Сола, простые граждане. Те, увидев его жесты, замолчали. Гомон прекратился.

Император выехал на балкон. Он, облизав свои пересохшие губы и погладив бородку, начал, разведя руки в стороны:

«Агнцы мои. Золотые! Вы, когда - то, убили врагов меня, Императора Сола и Церкви Черного Янтаря, сквамасейкеров и Де Скалистов. Вы разрушили их владения. Вы - самые храбрые и преданные солдаты. Благодаря Вам нам принадлежат королевства, по которым когда - то ступала нога этих отродий Сатаны. Вас отобрали у Ваших матерей и вырастили безупречными солдатами. А теперь - вы станете Освободителями. Освободителями всех мирных жителей наших Четырёх царств от тиранов де Скалистов, своим существованием перечащим воле Бельфегора. Однако... Война с этими тварями не окончена. Они вернулись. Они будут сражаться с нами, грабить и насиловать женщин, уничтожать наши посевы, отбирать территории. Поклянитесь мне, гласу Бельфегора, что не вложите мечи в ножны, пока не освободите всех людей мира от их тиранского гнета! От Эрмхайна до Миррор Вальса, от остальных частей Миррор Ингланда до Нео - Магистии, от Иререса до Вэлентантуса! Наши женщины, мужчины и дети слишком долго страдали от этого Колеса Сансары. Вы уничтожите его вместе, объединившись, и сражаясь от лица нашего бога Бельфегора и Императора всех четырёх стран, Сола?! Вам выпала честь проявить себя на турнире. Турнире, который пройдет в Миррор Скейтленде в честь павших, в наш праздник Солнца, урожая. Я искренне верю, что Вы будете наготове в связи со сложившимися обстоятельствами. Если вдруг на нас нападут, то будьте наготове обнажить копья и пики! Многие из Вас, кто бился под Ирересом, проявив нереальную отвагу и честь, будут приглашены на Турнир!»

На его последних словах Ануфрий поднял вверх свою правую руку и прислонил её к груди, показывая, что он верен своему богу императору, который был вторым гласом их божества.

Все внизу взорвались радостными воплями. Множество копий поднялось вверх.

-Прекрасная речь, не так ли, преподобный, - руки Юберты обвились вокруг его талии.

Ануфрий сглотнул. Его похотские желания были слишком велики.

Кэрри, сын Кира

Магистия. Будущее. 14 февраля

Кэрри был безутешен. Дорогой ему человек, погиб - единственная надежда братства Тигра на то, чтобы докопаться до правды, кто стоит за Орденом.

Мальчику было тяжелее всего. Он потерял ещё и отца, о котором совершенно случайно узнал. Всё братство скорбело по утратам.

Кэрри в очередной раз взглянул на труп. Теперь он стал одним из глав Братства. Ему теперь предстояло вести армию в бой. Ведь войска врага отступили к югу.

Однако мальчик не собирался сдаваться. Он знал, что есть способ вернуть всё назад.

Крепко сжимая в руках свой медальон, он вышел из комнаты,. Он направлялся в темницу Магистии (переименованного Нео - Салема).

Здесь было темно, сыро и мрачно. Но Кэрри не обращал внимания. Он направлялся к одной единственной камере - камере Ругандо Черити, одержимого неким демоном Магнолией, которого удалось поймать.

«Давно не виделись, Кэрри. Что такое? Она умерла, да?» - Ругандо вцепился в решетку.

Казалось, в его словах сквозила боль.

Кэрри проигнорировал его слова.

- С предателями не разговариваю. А вообще, у меня есть к тебе дело. Твой кинжал у меня. Мне надо вернуть мать. - Кэрри спокойно смотрел на заключённого.

- А я тут причём? Твоя мать мертва. Это победа для врагов, - усмехнулся Ругандо Черити.

- Ты можешь управлять кинжалом. Дедушка рассказывал мне, что Сурфусов, Кинжалов, всего четыре. И только жрецы могут ими управлять. Моя мать умерла, а ты нет.... Так что если хочешь более «мягких» условий, тебе лучше открыть врата в мир мёртвых.

Кэрри рисковал. Он знал, что с Ругандо лучше не связываться, но он сейчас был его шансом отправиться в мир мёртвых и поговорить с Аллеттой - сосудом Нифельхейма из - за проклятия.

- Зачем тебе? Хотя я знаю,... Ты хочешь с ней договориться, что все вернуть? У тебя вряд ли получится... Посмотри, что за окном. Ты думаешь, я не скорблю по её утрате?

- Не твоё дело, тварь, которая бросила меня и не говорила до последнего, что он - Магнолия! Делай, как я сказал. И не пытайся выкинуть какой - нибудь фокус, - мальчик был непреклонен.

- Хорошо. Хорошо. Я открою проход. Только сними с меня эти дурацкие цепи, - Черити потряс кандалами, сковавшими его крепкие руки.

Он недоверчиво посмотрел на мага. Он не доверял ему. Особенно, после того, как тот столкнулся в схватке с Грешником.

Однако только так он мог встретиться со своей мамой. Кэрри, взяв ключ, позаимствованный у охранников, повернул его в металлических цепях на руках чародея. Те со звоном упали на пол.

Магнолия, потирая следы от кандалов, взял нож из рук юноши. Волшебник поглядывал на демона с недоверием. Тот, держа кинжал в руках, взмахнул им, рассекая воздух.

Под ногами у паренька развернулась дыра, от которой расходились из стороны в сторону прозрачные испарения, засасывая всё вокруг внутрь себя.

«Прыгай, раз хотел», - демон сосредоточенно глядел на кинжал.

Кэрри последовал его совету. Он знал, что рискует, выпустив на волю опасного преступника, но пацан должен был встретиться с Гласом Нифельхейма.

Здесь царила тьма, и было туманно. Кругом веяло холодом. Кэрри не знал, куда идти.

Он озирался по сторонам. Слышались чьи - то стоны и крики.

- Добро пожаловать, Ричард, - прозвенел детский голосок.

Сын Кира посмотрел на ту, кто завёл с ним разговор.

Это была худенькая, низенькая девочка лет тринадцати. Её длинные седые волосы доставали ей до самих пят. Одета она была в белоснежном платьице с лёгким корсетом, зашнурованным сзади, с фиолетовым оборками, с многослойной юбкой и кринолином, перехваченным на талии гигантским бантом. От неё пахло васильками. На голове у неё была искусна сделанная чёрная шляпка - цилиндр.

Она изящно пила чай из фарфоровой чашки, расписанной голубыми розами. Кэрри разглядывал её лицо. Вся правая сторона девочки была жутко обожжена до костей. Он мог увидеть её пожелтевший череп, её маленькие зубки, отверстие для носа и глазницу, в котором вращался кроваво - коричневый глаз, а также костяную руку, которой она держала чашку.

- Я - Кэрри!

- Итак, Кэрри. Ты попал в Нифельхейм. Тебе, наверное, рассказывали про него.

- Верно, Алетта. Ты - правительница мёртвых. И это место - Чистилище, куда попадают из - за Проклятия Семей.

Сейчас с Кэрри разговаривал сам Мир Мертвых, а не Алетта.

- Ты прав. Читал про «Эрмхайскую трагедию»?

- Да.

Девочка отпила немного чаю.

- Так, как ты оказался здесь? Ты жевроде жив...

- Я заставил Ругандо переместить меня сюда.

- Нет. Его здесь нет.

- Рейнольдар, что вы тут делаете? - Кэрри обратил внимание на появившегося из ниоткуда друга отца.

- ТЫЫЫ?!!! - взревела до сих пор спокойная правительница Нифельхейма, со звоном ставя чашку на стол.

- Похоже, ты не рада меня видеть.

- Конечно нет, Рейнольдар! Из - за тебя эта война никогда не закончится! - Алетта была в ярости. Её волосы, словно змеи, окутали Де Скалиста. Он не мог пошевелиться.

- ТЫЫ!! Как ты посмел прийти сюда?! Из - за тебя вся эта кутерьма повторяется! Сколько раз я должна её терпеть!! - истерично кричала Алетта. Она напоминала Медузу Горгону. Чашка со звоном опрокинулась, разливая чай по тонкой прозрачной скатерти.

- Отпусти меня. Мне все равно остались считанные минуты, чтобы прожить, - Рейнольдар задрыгал ногами, вися в воздухе.

- НЕЕТ! - Алетта перешла на визг: «Из - за тебя погибли мы все!! ТЫ!! Ненавижу тебя!»

- Успокойся.

-Не мешай мне, Кир! Ты погиб из - занего!

- Я мёртва из - за орденцев. Ты это прекрасно знаешь.

- Нет, Кир. Не защищай эту паршивую лисицу, которая всегда оставляет тебя одного умирать! - Алетта взмахнула руками (сейчас ей управлял Тартар). В воздухе стали появляться игрушки, которые щёлкали зубами и шептали «Убей. Убей».

- Алетта, прекрати!

- У меня есть план, как всё исправить!

Кэрри старался говорить спокойнее и увереннее.

- И какой же, Ричард, которого зовут Кэрри? - Алетта со всей силы стукнула кулаком по столику.

Всё смолкло.

- Хорошо, Кир. Итак, говори, Ричард.

Алетта отпустила Арча. Тот спустился на пол, откашливаясь.

- Итак, что ты предлагаешь? - Алетта, откинув белоснежные волосы себе за спину, нетерпеливо топнула изящной ножкой и села за стол.

- Я предлагаю сделку.

- Какую?

- Ты перемещаешь нас в прошлое!

- Кэрри!

- Перестаньте! Тот, кого наняли убить Костянку, на свободе!

- Ты серьёзно?!

Алетта рассматривала сквамасейкера, попивая чай.

- Допустим, Кэрри. Но где гарантия, чтоу тебя получится?

- Кэрри, одумайся! Ты заключаешь сделку с....!

- Ха - ха! Ты говоришь какорденец, Де Скалист! Вот твой братдругого мнения! - Итак, ты предлагаешь мне не спускать шкуру с твоего друга, откатитьвремя назад, а взамен спасёшь меня и остальных? Только как ты это сделаешь?Манипуляции времени не входят в мои способности.

- Но ведь... - юноша осекся.

- Что? - она сложила руки на груди.

Мальчик поник. Он так не хотел этого кошмарного будущего, где побеждает зло!

Она взмахнула рукой. Герои больше не находились в Нифельхейме. Единственное, что видел Кэрри, это то, как призрак подошла к Рейну, наклонился к его уху и что - то прошептал.

***

Они нашли банши в морге с банкой пива. Тот сидел, свесив ноги с диванчика.

- Где он? - спросил лихтор банши.

- Тут, - инспектор показала на стол, где лежал труп.

- Тебе просили передать, что Кир через него что - то оставил.

- Что именно оставила?

- Как обычно - загадка. «В том, с чем она не расстаётся и что всегда рядом с ним», - процитировал лихтор, вертя в руках свою карту короля.

Банши призадумался. Затем она хлопнула себя по колену, убирая банку.

- Фигурка!

- Что?

- Верховник говорила, что никогда не расстаётся с шахматной фигуркой короля, как напоминание о дорогом ему человеке! - князь радостно вскочила с кровати.

Он подошел к лежащему на столе мертвецу. Он был накрыт плёнкой, рот без языка закрыт, руки плотно сжаты.

- Должно быть где - то здесь! - та разжала плотно сжатый кулак жертвы, разгибая пальцы.

Та была маленькая красно - коричневая шахматная фигурка короля.

Банши взял её и принялся рассматривать.

- Тут ничего нет! - Кэрри невольно поджал губы.

- Ты плохо знаешь его! - он дотронулся до дна фигурки. Оно отпало, и из неё вывалились маленькие металлические кассеты.

- Она нашла ответ! Надо сообщить остальным! - гоблин не мешкая, поспешил в прихожую.

Кэрри и Рейн, переглянувшись, пошли за ним.

Рейнольдар

Постапокалипсис

Рейн стоял на крыше. Где - то визжала сирена. А все из - за Организации - агентства «Параллели душ». Существовал мир Эльдония, в котором стали проводиться эксперименты со Смертью. В итоге, в тумане - выбросах испарений от многочисленной воды, где пропадали люди и возникала болезнь Сны Гуантьеро - от чего люди могли не проснуться и застревали в мире демонов, возникла организация мистических Существ - созданий тумана. Там были Добытчики или охотники на Спиритов - неупокоенных душ, которые если не упокоить, они превращались в демонов. Лидером Организации был дампир Икура. Теперь они объявили на Рейна охоту! В его левой руке висел Банни - детский крольчонок. Черный плащ окутывал его фигуру. Он стоял на Башне Лонелайз.

- Ренферд Харпилит! Какого черта?! Почему я переместился не туда?! Надо было переместиться в Дикую Охоту! А я переместился в начало своих приключений! Как это понимать?! - Рейн негодовал. Он прекрасно помнил свою историю: по началу - знакомство с соседями из замка над которыми издевался Раймонд, затем - затишье и Дикая охота, последняя война с врагами, оказавшимися не теми, за кого себя выдавали.

- А я здесь при чем?! Браслет, который принадлежал семье Зазинбар, - это доработанная модель Ваших медальонов! Радуйтесь, что она вообще у Вас! Его надо сдать правительству! Украденная веешь и...

- Ренферд, зубы не заговаривай! Как работает правильно эта штука, а?! Ты же сказал, что все рассчитал с командой! Что я кручу эту бляшку и перемещаюсь в нудное мне время! Что там рассчитали другие ребята? - Рейн был зол.

- Ну... Все очень сложно! Кроме того, что могут возникнут такие неприятности, как эффект бабочки и побочный эффект замены воспоминаний при перемещении в субпозицию, а также неприятные ощущения при квантовых скачках в гиперпространстве.... - затараторил появившийся из ниоткуда Сиена, одевший на нос очки.

- Ик, или как там тебя! Заткнись бога ради! - Мири Сер закрыла уши!

- Как тебя неуча вообще допустили в команду?! - Сиена гневно поглядел на ледяную деву.

- Сам дурак!

Они готовы были сцепиться друг с другом! Все как обычно!

- Интересно, как я скажу себе из настоящего?! «Здравствуй, есть команда из 1105 г.п.н.э, которая ищет принцессу Эйрис, девушку, которая пропала в лесу Миррор Ингланда. Что есть колдун Рейнольдар, который имеет кошмарное прошлое и вообще - часть Харкана Валентинка Дика Дэниела Кагурей, когда - то из - за покушения разлетевшегося на осколки. Объединившись с колдуном, которому он задолжал за ноги для того, чтобы отомстить за свое покушение и девушку, что ему нравилась, он записывается в команду по спасению мира, влюбляется, но однажды узнает, что в их команде должны были путешествовать Николас Кит и Кир де Скалист. Но из - за облавы и козней Ануфрия, они попали в черный список бандита Акайо из китайского квартала, и их не пустили на корабль спустя четыре месяца. А теперь, я переместился не в экспедицию, а самое начало приключений, где я еще не стал собой! Замечательно, да? Как я это себе из прошлого скажу?! Ребят, у меня тоже история та ещё. Особенно - с принцессой, обращенной в рыбу!» - Рейн был на взводе.

- Капитан! Все готово! Только будьте осторожны! Вы можете расщипиться на атомы или...

- Или что?

- Ну, может произойти давление на мозг и память будет заменяться новыми воспоминаниями! Ещё - неприятное ощущение после гиперпрыжка! Станет плохо или может засосать в другое пространство, как в черную дыру!- Бонни отчаянно щелкала по машине и смотрела инструкцию к браслету.

- Изучите То, что я Вам прислала! - на его плеч приземлился аргус - ярко - бурый у шеи с синей кожей и бронзовым оперением птах с кучей глаз на хвосте.

Рейнольдар перевел взгляд на голограмму, которую стал проецировать браслет.

«Время - это то, что не даёт всем событиям происходить сразу.

Пространство - это то, что не даёт происходить всем событиям вместе.

Но если несколько событий происходят в одной и той же точке пространства и времени, то именно наш разум, способный воспринять только одно событие в одно время и в одном месте, расщепляется и наше восприятие порождает различные миры, соответствующие различным событиям», - прозвучал механический голос профессора квантовой физики Джорджа Джеймона.

«Смешивание миров - это самое антинаучное, но в то же время и самое логичное объяснение происходящего. Ведь если предположить, что из-за какого-то побочного эффекта изобретений Хаммеров все люди вокруг стали видеть несколько вариантов состояния мира - всё становится на свои места. И существование двойников, которые находятся в разных, но наложившихся друг на друга мирах, и смешивание воспоминаний. В начале мы видели статую эльфийки Марцеллы, которая является то статуей Друза, то затем - статуя Артура Пендрагона - подобные «глюки» как раз и должны быть, когда человеческий мозг каким-то образом наблюдает мир, состоящий из двух реальностей.

То есть в итоге мы получаем, что в есть различные миры (где мы путешествуем вместе, где мы не путешествовали вместе). А эти миры в свою очередь сами являются суперпозицией нескольких подреальностей. Например, мир, в котором происходит первая половина наших приключений состоит из подреальности, где существует отряд принцессы Эйрис, Рудольфа, Марики. Причём, если состояния одного человека во всех реальностях совпадают, то в рамках мира он и является одним человеком. А если же состояния различаются, то тут уже начинаются разного рода побочные эффекты. Причём направлены они на то, чтобы сократить различия этих состояний. В частности приводятся к общему знаменателю наших воспоминаний, умирают люди, которые в воспоминаниях Рейна мертвы. Короче, здесь, как с Котом Шредингера: Согласно квантовой механике, если над ядром не производится наблюдение, то его состояние описывается суперпозицией (смешением) двух состояний - распавшегося ядра и нераспавшегося ядра, следовательно, кот, сидящий в ящике, и жив, и мёртв одновременно. Если же ящик открыть, то экспериментатор может увидеть только какое-нибудь одно конкретное состояние - «ядро распалось, кот мёртв» или «ядро не распалось, кот жив».

Рейн внимательно все выслушал.

- Короче, мне надо быть осторожным, правильно, док? Могут возникнуть другие миры, где гады размножатся за счет мультивселенной и у всех может возникать парамнезия, т.е. развитие психоза? - Рейн всматривался лицо профессора.

- Я не медик.

- А я не физик. Я вообще тень кэпа Дэниела, оправленная им в прошлое с целью переписать историю с момента точки неовозврата... Короче, полдень, (час Лошади) октябрь. Корабль «Лотос», порт Райер, столица Вэлентантус... Черт, как переместиться в нужный промежуток времени? Как работает эта штука? Хоть бы инструкцию прикрепили, что ли? - яростно щелкал по кнопкам Рейн.

- Осторожней! Глупая тень... - на браслете появлялись синие линии волн, а сам он вибрировал.

Перед ним открывались порталы, один за другим. Они были в форме кристаллов. Гигантская мультивселенная с кучей развития вариантов событий. Вот они все в старости, вот сидят в замке на чьих - то похоронах. То виденье, где...

- С добрым утром, тигр! - в мою комнату впорхнула Марика.

Он закрыл глаза, выдавливая из себя вымученную улыбку.

- Доброе, тигрица.

Она изменилась. Теперь не она, а Амелия, любовница Короля, наклонилась над ним, целуя в лоб. Кэп с наслаждением вдыхал запах её духов, сделанных из зелёных роз.

- Как спалось? Снова кошмары? - озабоченно спросила женщина.

- Да.... Как обычно не сплю.

- Из - за сегодняшнего дня?

- А какое сегодня число?

- Сегодня 31 октября. Самайн. И день, когда родился самый удивительный мужчина в моей жизни! - она прилегла рядом со мной, проведя своей рукой по моему подбородку.

- Нет! Только не мой день рождения! - взвыл он, накрывшись подушкой.

- Вылезай!

- Не хочу!

- И что ты будешь делать?

- Проведу весь день в постели. Хочешь присоединиться?

- Дэни!

- Что, паучонок?

- Сегодня тебя ждёт сюрприз... - девушка одарила его самой нежной и прелестной улыбкой. Боже, как же он любил эту улыбку!

- Какой?

- Скажу потом.

Он притянул её к себе, поглаживая по спине.

- Может быть...

- Дэни...

Она застонала. Его руки скользили по её телу, играясь с тонкими завязками её корсета.

- С днём рождения! - в комнату ворвалась она - Алетта, девочка из - за которой сыр - бор.

Дэни и Ллос отпрянули друг от друга.

- Лучше бы я повесился...

- Перестань, Костянка! - она снова Марика смеётся.

- Верно, па. С тобой хотят поговорить генералы Юга и Запада.

- Скажи им, что я подойду позже.

- Хорошо.

Алетта вышла из комнаты. Её сережки позвякивают.

- Жду тебя внизу, милый, - девушка снова становится Амелией, и, вся светясь от счастья, встала с кровати и пошла следом за девушкой.

А потом....Потом началось оно. Его девушку поглотила тьма, и подул сильный порыв ветра, раскидавший карты из его рук. В лицо ветер швырнул карту «Дьявол». Затем перед ним возникла жуткая картина колыбели, откуда вытащили ребенка и закололи кинжалом в виде серпа солнца. Колыбель загорелась огнем.

Тень кинулась вперед, но жуткая сцена исчезла и сменилась на новую: перед ним стояла девушка - блондинка с короной из шипов, которую охватывал свет, но потом тьма поглотила её. Кровь полилась из трона, на который она села, а у её ног вспыхнула война: рыцари убивали друг друга, женщины стонали, детей приносили в жертву, а она сама на троне наблюдала за этим с ангельским выражением лица, пожирая сердце. Дальше Арчибальд увидел гору из костей и над ней возвышался очень красивый человек. Его облик менялся: от элегантного, с вьющимися волосами джентльмена с тонкими чертами, похожего на лису красивого человека до рыжего, мужественного мальчишки в черной кожанке с разными глазами, в котором было нечто демоническое. Его силуэт, пока поворачивался вместе с головой (Арчи видел только его профиль) к Арчу (отражению кэпа) освещала тьма, затем - золотистое сияние, а потом и вовсю поглотил свет. Арч приблизился к нему. Блондинка ему не нравилась, хоть и казалась знакомой.

«Здравствуй, лисичка»...

Дальше - прошлое, что случилось на турнире. Новый кристалл.

Дождь барабанил по площади Миррор Ингланда. Луна зияла в небе, освещая улицы багряным светом. Кругом шла битва. Мужчины защищали своих женщин, а дети прятались в своих домах, но это не спасало их от сражений. Армия всё прибывала и прибывала. Гладиаторы, пираты, амазонки... Кого здесь только не было! Они жгли церкви, убивали мужей Эрмхайна, обогревая некогда прекрасные улицы кровью инквизиторов и людей, состоящих в Ордене, а иногда - простых граждан. Белые своды храмов охватывали ярко красные языки пламени, а в воздухе стоял запах крови и гари.

На главной башне Эрмхайна два клинка столкнулись в танце, найдя свои жертвы: дряхлого мужчину в алых одеяниях и молодого юношу, чьи волосы были отливали пламенем сожженных церквей.

«Сдавайся... Ануфрий... Тебе не уйти живым.... Это тебе за мою бабушку...» - громко прокричал юноша, сжимая рукой лезвие меча, чуть не вошедшего в него. Его синий плащ развивался на холодном ветру, капли дождя стекали с его волос на подбородок, а глаза метали молнии. Он напоминал разъярённого тигра, готового растерзать жертву. Свет луны играл с его медальоном из аметиста, на котором были выгравированы буква «D» и его имя.

«Ты не победишь, Костянка... Глав Ордена много... Тебе не выстоять в этой битве...» - прохрипел старик, плюя кровью.

«Ануфрий, всё кончено. Я ухожу. Хотя напоследок кое - что сделаю...» - гулкий голос некого мужчины, облачённого в чёрные доспехи с шипами, эхом отдалился при звуке раскатистого грома.

Он щёлкнул пальцами. Юноша, готовый уйти с победоносным видом, пошатнулся. Его глаза налились кровью, а сам он, выронив меч, схватился за голову, завопив от боли.

«Ну, как? Нравится тебе мой подарочек, Рейнольдар!! Отныне ты, новый Детрадйдер!!» - с издёвкой произнёс тёмный мужчина, ногой отталкивая от себя тело помершего старика, и продолжая: «Прощай.... Хотя.... Позабавь нас, Орденцев, уничтожением того, что тебе дорого!»

В воздухе заискрились тёмные сгустки нечто, похожие на чёрные ленты, окутавшие молодого человека.

«Не... Аргхххххххххх!!» - слова молодого человека поглотил раскат грома. Он пошатнулся и стал стремительно падать на мостовую с башни.

«Пожалуй, понаблюдаю за тобой! Смотри, Эрмхайн на своего героя!» - расхохотался мужчина, глядя на падающего юношу.

Люди застыли подобно статуям в сожженных храмах и обратили взоры на главную башню Эрмхайна.

Юноша не разбился. Он приземлился на центральную площадь и судорожно катался по грязной земле, жадно ловя ртом воздух. Его обволакивала тьма, превращая в странную массу тёмного дыма с десятком глаз.

«Рейнольдар!» - пожилая женщина, одетая в боевые стальные доспехи, подбежала к юноше.

«Не под...Ооооо!!» -

Очередная реплика Рейнольдара сменилась на протяжной вопль. Он корчился в агонии, рыгая кровью рядом с трупом Ануфрия. А затем...

«Бабушка!» - молодой человек в доспехах из зелёной меди склонился над умирающей женщиной, в чьей груди зияла огромная дыра, а вырванное сердце лежало неподалёку.

«Рудольф.... Это не он.... Останови...» - это были последние слова женщины, прежде чем её глаза застыли.

Рудольф закрыл веки старушки и прошептал: «Рейн... Дэни...Мы же друзья.... Почему...», а затем рявкнул: «Стража! Схватить всё его войско! Никого не убивать!»

«Рееееееееейййн!!!» - прокричала красивая девушка лет пятнадцати, кидаясь к возлюбленному.

«Не подходи к нему! Держите её!» - мимо плачущего принца пробежала красивая брюнетка с изумрудными глазами, вытаскивая меч из ножен.

Сверкнуло кристально белое лезвие меча, и оно прошло сквозь рубашку рыжеволосого молодого человека.

«Спасибо... Головастик.... И.... Прости... Филин» - на лице рыжеволосого парня мелькнула лёгкая улыбка.

«Рейн!! Рееейн! Рыжик! Отпусти меня!! Пусти!!» - вторая девушка яростно отбивалась от короля, вырывавшейся из его крепких рук и рвущаяся к возлюбленному.

«Хм... Трогательно.... Хотя... Победа за Орденом... Жабкинс, забираем девчонок. Мы уходим. Он всё равно покойник!» - приказал мужчина, держа за волосы маленькую девочку лет девяти и девушку с золотистыми волосами до пят и янтарными глазами.

«Ребята...» - плакала она, не имея возможности выбраться из цепких рук негодяя.

«Милинда... Анна...» - хрипя и морщась от боли, просипел Рейнольдар, протягивая руку к девочке.

«Капитан!!» - это было последнее, что услышал Рейнольдар. Его тело медленно растворяется в воздухе, обращаясь в пыль.

Новый кристалл.

Красивый юноша с голубоватыми волосами и с зелеными глазами с кем - то отчаянно сражался. Он пригляделся, чтобы разглядеть его противника. Это был тот человек, что когда - то напал на! Высокий, худой, с кожей пепельного цвета, наряженный в чёрный плащ, с орлиными чертами лица и холодными, пронзительными глазами с красновато - зелеными светящимися радужками, как у де Скалистов. Ему стало страшно. Он с ужасом наблюдала за их боем.

Юноша в золотом шлеме с крылышками пытался сохранить равновесие на шатком куске вулканической породы, скользящей по бурлящей лаве. Весь город был в огне ив пентаграммах. Его бомбили дирижабли. Отовсюду лезли призрачные руки и жуткие создания лезут из пентаклей на земле. Запах гари не давал ему сосредоточиться на поединке.

Его противник, воспользовавшись заминкой юноши, замахнулся на него неким острым лезвием, похожим на изогнутый клык зверя, прикованным к его перчатке. Юноша ловко блокировал его удар катаной и ударил «Чёрного человека» в челюсть ногой. Тот отступил назад. Серебряноволосый с голубоватым отливом занёс над ним катану для сокрушительного удара, но тот, всё ещё придерживая рукой сломанную челюсть, выставил лезвие вперёд. Так как юноша был открыт для удара, то оно прошло сквозь него. Сначала глаза паренька расширились, а потом его лицо исказилось от боли и натуги. Брызнула кровь. Парнишка сплюнул сгусток крови ему на лицо, а затем схватился рукой за лезвие, пытаясь вытащить его из своего тела. Его чёрная шляпа слетела у него с головы и плавно приземлилась у ног девочки. Тень чуть не стошнило. Но враг словно намеренно попытался глубже вонзить ему свое оружие. Обладатель шляпы, морщась от боли, с вызовом смотрел на негодяя.

ШМЯК! Что - то мягкое упало на кусок засохшей лавы. Тень похолодела от ужаса. Это были чьи - то глазные яблоки с красноватыми жилками, липкими кусками сосудов и зелёными радужками, которые вращающимися зрачками в упор смотрели на неё.

Черный человек, наклонившись над ним, подобрал их с земли, продолжая глубже вонзать свое оружие во всё ещё живого названного брата. Она слышала его гулкий, низкий голос, который раз услышав, было трудно забыть: «Наконец - то! Глаза Горгона мои!». На лице злодея отразилась дьявольская ухмылка, от которой его бросило в дрожь.

«ВОДЯНИЦА!» - девчушка услышала чей - то женский крик. Она обернулась.

Сквозь него пробежала какая - то седовласая девушка, ровесница принцессы Эйрис, в платье сиреневого цвета с бирюзовыми наплечниками из меха и аметистом на груди. Видно, что нижняя юбка фиолетового цвета. На челе виднеется венец в виде остроконечных зубцов.

- МОНСТР! ОТПУСТИ ЕГО! - девушка накинулась на того, доставая из тёмно - коричневых ножен, украшенных маленькими рубинами по бокам изогнутый, похожий на полумесяц меч.

- Ал...етта... - на лице друга мелькнула слабая улыбка.

- Тц! Отрепье! Не мешай мне! - в глазах чёрного человека загорелись красным..

Замахивающуюся на него девушку отбросило невиданным порывом ветра на дальнейшее расстояние. Она кубарем покатилась по земле. Поднялись клубы дыма. Она стреляет. Черный человек превращается мелено в дерево.

Злодей с лицом из дерева и руками ветками резко и грубо вытащил лезвие из тела. Тот, как подкошенный рухнул лицом в пемзу. Вокруг него разливалась багряная кровь, а самого его обхватывают корни и лианы.

- Нет. Я этого не допущу! - юноша, извиваясь, как змея, подполз к члену Ордена Белой Лилии и схватил его за ногу.

- Хм... Ты ещё жив, мальчик? - на заострённом лице мужчины отразилось недоумение.

- Да! И я не позволю тебе, сукиному сыну, уничтожить всё к херу собачьему! - на кончиках пальцев заплясали водяные струи.

- Как предсказуемо, - сохраняя свое хладнокровие, мужчина взял за волосы юношу и грубо приподнял его с земли, проткнув его ладони лезвием.

К удивлению тени оно прошло сквозь его чешую. Молодой юноша взвыл от боли.

- Думаешь, ты со своей подружкой остановишь меня? Ты слишком жалок, чтобы это сделать, - дерево глядел ему прямо в лицо. Замок из стекла рушится.

- Хех. Да пошёл ты! - захлёбываясь кровью, хрипел юноша, половина лица которого покрыта испаринами.

- Он не слышит тебя, дитя, - в голосе Харона слышалась неприкрытая радость.

- Водяница! Я стреляю! - поднимаясь на ноги, закричала девушка, по лицу которой стекали струйки крови из рассеченного лба.

Тот услышал её. Зажимает его и держит перед собой. Она стреляет из пистолета прямо в гада, от которого не остается ничего человеческого.

- Вы оба - наивные дураки! Меня этим не одолеть! - мужчина самоуверенно щёлкнул пальцами.

Сильный порыв ветра вновь сбил девушку с ног, и она лицом ударилась об кусок засохшей лавы. Замок с розами рушится на глаза. Розы вянут.

Спина юноши в шлеме встретилась с холодными каменными глыбами. Раздался хруст костей. Выпушенный им в воздух водяной поток застыл в воздухе, не дойдя до противника и испарился.

- СВОЛОЧЬ! - обливаясь кровью, вперемешку с соплями и слезами, завопила барышня, чьё лицо было всё в липкой крови, с поломанным носом и разбитой нижней губой. Пули хоть и выстрелили, но того так просто не убить.

Она, не раздумывая, швырнула в неубиваемого врага свой изогнутый меч.

Но тот ловко уклонился, и меч, просвистев рядом с его ухом, прибил юношу к скале.

- ВОДЯНИЦА! - её горю не было предела.

Окрасив своей кровью каменную стену позади него, он обмяк, повиснув на мече, словно кусок шашлыка на вертеле над костром. Холодный, ледяной ветер ерошил его пряди волос, мокрыми от крови, космами спадающими ему на лицо. Шлем падает к его ногам и катится среди цветов и огня. Ночь кругом. Звезды сияют в небе.

- Как трогательно! Сейчас заплачу! - с издёвкой в голосе прогудело дерево, подглядывая на них обоих.

Некие тёмные сгустки энергии, похожие на щупальца, обвили ноги тени и потянули вовнутрь.

- Так, народ, как там обстановка? - Рейн тер браслет словно лампу Алладина. Ему было страшно из - за накаляющейся обстановки в будущем: кругом - абсолютная тьма, нечеловеческие крики, взрывы, словно бомбежкам Хиросимы, разверзающаяся дорога в мир мертвых, черное солнце, бьющие об землю молнии, летающие в воздухе демоны, извергающиеся вулканы, стреляющие из ружей люди, монстры, прибывающие из разных времен, окружавших дом, где все прятались. Вся команда находилась в местном госпитале, но...У многих из них отключили жизнепитание, кроме того, в самом конце они подвыпили и...отравились. Выли сирены.... На полу валялись убитые. Казалось, они спят непробудным сном.... А на улице... На улице детрайдеров - огромные сгустки энергии вели под электрическими палками. Было жарко от взрывов... Все выглядело правда не так, как во время Рулетки Сатаны, но...

Среди детрайдеров была и Кир. Она боролась в своей форме сгустка энергии, но её душа уже была подавлена. Рейн помнил её последние мгновения жизни: в самом начале своего приключения её не вовремя доставили на корабль и... Многие винили в фатальной ошибки со временем Сигизмунда, не подметившего детали и неверно истолковавшего запись Майор Белатрис, которую нашли на её языке среди светлячков.

- Ужас... Предупреди меня из прошлого... прошу... кх... - хрипя, кричит Сигизмунд ему по местной связи.

- Это ловушка! Мы готовили этот план для того, кто готовил покушение на кэпа! Нафига ты его отправил?! - орет Мердок - толстый мужчина, похожий на свинью, министр самообороны, на Хедвика, русала.

- Да я откуда знал, что в план Сиены пойдет не так? Мы с Лео и с остальными все рассчитали! Надо было отправить в прошлое того гада, который покушался на Костянку и предал команду «Голландца», чтобы тот сам себя убил и погиб от последствий временной петли, расщепившись на атомы! - кричит Хедвик.

Мердок в бешенстве. Его лысина блестит от пота. На форме видны пятна от гамбургеров.

- Забарикодироваться! Использовать трюк в закрытой комнате! Держать оборону! - во всю изнывает глотку генерал Альбус. Везде летают дирижабли.

- Так точно, сэр! - отдают ему честь курсанты и кавалеристы.

Пули разрезают воздух. Все сотрясается от потока лавы, бомб, сброшенных дирижаблями. Маги сражаются рука об руку с людьми. Впервые за столько лет!

Рейн не слышит. Он спрыгивает с крыши и направляется в Миррор Вальс, прекращая связываться со своим временным континиумом. Все хуже и хуже.

Рейн также слышит гневные вопли Реола. Тот отчитывает оставшихся ребят - пиратов «Красного черепа». С его ладоней свисают наручники.

- Я серьезно сказал, когда Вы ступали на борт, что «никакого секса с Кир!» А вы... Вы! - бушевал Реол Феб ре Сан. Его стрекозьи крылья за спиной трепетали от гнева.

- Сэр, Вы сказали «никакой романтики с мисси». Мы - то здесь причем? Она понравилась тому юнцу! К тому же под нашим пиратским кодексом «Смотрины» он отвечал честно! Даже некоторым из нас понравился! - спокойно ответил ему Дерек Монета - старпом корабля. Из команды «Красного черепа» выжил только он и канонир Дрозд Бородавка.

- Вы подло мне врали в лицо, что у неё никого нет!

- Сэр...

- Вы скрывали его от меня! Вы даже мне сказали, что она просто слушает музыку, курит в потолок и вскрывает письма дубликатом кинжала Аэлины письма в ванной комнате! Она явно не слушала музыку! - Реол обводил руками «место преступления»: разбросанные вещи, наручники, костюмы из латекса, секс игрушки.

- Господа, я так рассчитывал на Вашу пиратскую честь! Я даже каперское свидетельство Вам выдал и помиловал оставшихся членов Вашего братства! А Вы... Как Вы могли это проворонить?! - сокрушался Реол.

Он размахивал перед их носом её наручниками для особых случаев.

- Может хватит это обсуждать?!

- Цыц! Ты вообще виновник преступления! Ты арестован и пойман с поличным! - Реол и слушать не хотел сидящего в клетке и нагишом её тайного любовника.

- Я не буду отвечать в присутствии адвоката! Мы же не обсуждаем Вашу любовную переписку с джинихой! - мастерски взламывая замок в своей клетке для подсудимых, отвечал ему её ухажер.

Реол побагровел. Казалось, он сейчас наброситься на её приятеля и вызовет его на дуэль, отстаивая честь племянницы!

- Вам больше нечего обсуждать, джентельтмены? - Рейн, кашлянув, напомнил о своем присутствии по экрану, что мерцал на браслете, отсчитывая год и минуты его пребывания в прошлом.

- Ты - всего лишь моя тень! Исполняй приказы! Живо! Найди короля Сигизмунда и предупреди его об опасности! Если я правильно помню, мы должны пережить Конгерацию! - заглушил ссору Реола с пиратами стрелявший из своего пистолета Дэниел из будущего.

- А он меня выслушает?

- Да. Должен. Как и твоя тень! Твой напарник - Кэрри! Он уже ждет тебя в замке, - обратился к нему его создатель.

- А куда я вообще переместился?

- В самое начало! Корабль ещё не должен отплыть, короля её не похищали, суд не начинался! Время потороплено!

Дальше - помехи. Рейн усмехнулся и, нажав на один из выпирающих пальцев браслета (тот был изготовлен в форме ссохшейся лапки обезьянки) принялся по радару выслеживать напарника.

Запись из будущего

Апокалипсис

«Кир, если ты меня слышишь... Чертовы помехи.... Это я, Капитан Дэниел. Я знаю, ты не простишь меня за то, что случилось 3 года назад. Я не знал, как тебе сказать, что мы - пираты. Я знаю, что ты живешь в мире, где постоянно придворные интриги, а доверия нету. Я прошу тебя, живи не Первой петлей времени. Живи новым откатом, ясно? А то дома, будет и так ремень, никакого сладкого и романов «Анжелики»! И будет кое - кто пострашнее Апокалипсиса - разгневанные нормальные, не хотевшие тебя убить, родственники! Хотя это был сюрприз!

Затем - Кир. Прости, что скрыл от тебя, что та байка про вампира, накосячившего со свитком Альдоса - правда. У всех в команде были свои секреты и тайны. Сама понимаешь. Затем, будь осторожна. Ты была права: не всей новой команде можно верить. У каждого свой скелет в шкафу.

И держись: ты не виновата в том, что убийцы, тиранящие королевства, были из твоего окружения. Ты - сильная девушка, поверь. Ты сможешь остановить этих гадов! Мы будем пытаться снова и снова! Поняла? Потому что я всегда буду защищать тебя, малышка! Ты не только оставшейся член моей команды. Ты ещё и дорогой мне человек!

Я многое хочу тебе сказать, чтобы поддержать! А то мы оба вляпались по уши, пытаясь вытащить друг друга из задницы, в которой оказались! И спасибо, что взяла расследование моего покушения! Не за тобой приходили в час дня! Не за тобой! Гадам даже не я нужен! И ты должна путешествовать с нами, поняла?! Некоторые вещи даже здесь без тебя не сбылись! Мы закончим эту петлю, ясно?! Ты - молодец!»

БАХ! Выстрел за окном. От земли поднимаются куски почвы, взлетающие в высь. Пентакли на земле светятся все ярче и ярче.

Палку, на которой держится камера, перехватывает Сигизмунд: весь в грязи, лысина заросла едкими волосами, от чего он похож на ежа.

«Молодые люди! ЕЩЕ РАЗ ВЫ ВТЯНИТЕ МЕНЯ В ЭТУ ХРЕНЬ, Я НА ВАС ВОЙНОЙ ПОЙДУ! ВЫ МОГЛИ ПРОВЕРИТЬ ДОМ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ СНИМАТЬ ЕГО ДЛЯ ПРАЗДНИКА?! СРЕДИ ГОСТЕЙ БЫЛИ УБИЙЦЫ! А ЕЩЁ ВЫ СВОИМИ ВЫХОДКАМИ РАЗБУДИЛИ КАКИХ - ТО ТВАРЕЙ, ИЗ - ЗА КОТОРЫХ ВОЙНА МЕЖДУ МАГАМИ И ЛЮДЬМИ ДОСТИГЛА ЭПОГЕЯ! ДУМАЙТЕ, КОГО ОБИЖАЕТЕ В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ! И ПРОВЕРЯЙТЕ КАЖДУЮ КОРОБКУ, В КОТОРОЙ СИДИТ ТОЛСТОЖОПАЯ КРЫСА! Я НЕ ПОДПИСЫВАЛСЯ НА ИСТОРИЮ С СЕРИЙНЫМИ УБИЙСТВАМИ И ВСЯКИМИ РАССЛЕДОВАНИЯМИ! ЯСНО?! Я ВООБЩЕ ФИГЕЮ ОТ НАШЕЙ ИСТОРИИ! МАЛЬЧИШНИК, ТРИ ГОДА НАЗАД, ОКАНЧИВАЮЩИЙСЯ ЗАТОПЛЕНИЕМ ПОЛОВИНЫ ГОРОДА МАГИСТИЯ! ПРАЗДНИК, В КОНЦЕ КОТОРОГО АПОКАЛИПСИС! ТРЫНДЕЦ!» - терпение короля Сигизмунда было на исходе.

«Вы только секс обсуждаете или мы поговорим о том, как выжить?»

«Мистер Томный голос, мы осматриваем место преступления. Мы проверяем алиби каждого. Вы понимаете, что драка была ни на жизнь, а на смерть? Тут каждого травили и убивали!»

«А за кем они приходили? Всхлип...»

«За всеми. Возьмите себя в руки. Часть людей разделилась, осматривая место преступления, часть сражается, часть барикодировалась».

«Отлично. Тогда я возьму командование на себя».

Шуршанье одежды. Помехи. Со стен сыпется штукатурка. Окна разбиты. Валят клубы дыма. Пахнет углекислым газом.

«Короче, Всезнайка. Записываю это для тебя. Я не показывался тебе на глаза, потому что оплошал. Общий план устранения гада, из - за которого все сидели в тюрьме - провалился. Он должен был подохнуть от всех прелестей квантовой физики, раз так любит устраивать петли времени и запирать невиновных в повторяющемся дне суда. В общем, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя официанткой, которую спасают от механического солдата повстанцы, так как ты - одна из движущих сил .

Вкратце, ты правильно поняла, кто виноват в мятеже на корабле старого ветерана войны, капитана Дэниела. У нас больше история, где пожилого напарника пытается убить гад, отправляющийся в прошлое и связавшийся с собой. Его отправляется спасать молодой напарник. В нашем случае - с молодым напарником все сложно и спасает его красавица дочь (только не от инопланетянки) .

Не смей говорить, что ты не нужна. Не смей говорить, что ты - та, кто не должен путешествовать с нами. Ты не была лишней в команде! А то у нас в команде был человек, который вообще не был в команде ни разу за петли времени! Их там несколько оказалось! Ты помогла выжить в жутком месте, ты ворвалась в жизнь многих и... Ты нужна нам! Живи! Ты изменила мою жизнь! Ты сильней, чем кажешься Кир! Если тебе даже во время секса приходит мысль усыпить любовника и пойти с ним сражаться, как и мне, то ты - сильная женщина! Хотя я решил так поступить, чтобы защитить тебя! Лука и Карточный маньяк - не твои разборки, детка! Я серьезно сказал, что ты не слабая, но если останешься со мной, то я буду делать вещи, которые твои предыдущие любовники не делали! В частности - пока спишь после ночи, которую мы провели вместе, я пойду в одиночку убивать этих тварей!

Потом, прости, что не все тебе рассказал! Как ты хотела защитить нас от гадов, на тебя поэтому нападали, так и я хотел защитить тебя, и, прежде всего, от себя самого! Ты была права! Просто я оплошал в конце, а ещё не хочу, чтобы нам орали «тили - тесто!» Короче, ты ничего не крала у той, которая все тут натворила! Забери то, что твое, малыш! А то тень переместилась не туда! Вообще не туда! И ты не в духе! Уж я - то знаю! И... Если выживем... Я хочу поехать с тобой на Санта - Бич и нормально встречаться, лапик»...

2

Франсуа (Дик)

Солнечный свет отбрасывал блики от его персиковой кожи. Перистые молочные облака лениво плыли по лазурному небу. Маленькие птички с чириканьем пролетели мимо него и устроились на краю большого каменного колодца, расположенного неподалёку. Франсуа Дик Дэниел (много имен, ибо отпуск Харкана накрылся, когда его арестовали вместе с пиратами Красного черепа) огляделся, ему снился сон. Ему стало плохо от пыток в камере заключения.

Прекратив созерцать красоту окружавшего его пейзажа, Франсуа поднял голову.

Напротив него стояла грубо вытесанная из обсидианового камня скамья причудливо изогнутой формы. На ней сидел Виктор де Скалист - мудрый маг, правящий расой сквамасейкеров. Вокруг него исходил яркий свет. Франсуа, работавшему на Резистанс - группировку, поднявшую восстание против Императора Всех Стран - Верховника Сола, внезапно захотелось спросить на свой страх и риск, чтобы подтвердить свою неожиданную и глупую теорию, касательно глюка: как он оказался здесь, почему ему снятся странные виденья, что происходит. Но вопросы так и остались немыми.

В умных и пронзительных глазах мужчины промелькнула некая печаль, исчезнувшая в тот же миг.

Затем, он, рывком поднявшись со скамейки, в один шаг оказался рядом с ним, его голос продолжал звучать в голове фомора зеркал, прославившегося тем, что создал зеркало для Леди Льда.

Франс...Крольчонок....Настоящий Эдвард Де Скалист.... Было тяжело отыскать тебя. И когда мы хотели встретиться ты... Смерть унесла меня, что уж говорить о заговоре против тебя и ссылке. Киру пришлось использовать Гифт Телепатика - мага, читающего мысли. Я здесь, чтобы помочь тебе сбежать.

- Ты не ответил на вопрос!! КТО Я?! ЧТО ЗА ХРЕНЬ МОРСКАЯ?! ПОЧЕМУ У МЕНЯ ВСПЫШКИ ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ В СОЗНАНИИ! - голос Франсуа обращался во тьму.

Деревья рядом с ним загорелись. Ему виделось, что крепость Мифилис падает в море.

Грядёт война, бедный, загнанный в ловушку лжи и обмана, Крольчонок. У меня нет времени, чтобы ответить на все твои вопросы. Возьми это, - призрачные очертания Виктора, вместо ответов, сунули ему в руки с мозолями некие пожелтевшие записи с чьими - то изображениями и чёрное кольцо на верёвке. Франсуа покрутил его на пальце. Железо жгло.

Я даю тебе ключ к моему сокровищу, принесшему мне славу когда - то.

- Сокровищу? - у Франсуа загорелись глаза. Он очень любил всякие камни и сундуки с деньгами.

- Прими участие в поисках книги, созданной самим Трифоном. Но предупреждаю тебя о последствиях: НЕ ИСПОЛЬЗУЙ НАЙДЕННЫЙ ТОБОЙ МАБЪЮАР (так называется книга) В СВОИХ ЦЕЛЯХ! ОСОБЕННО - РУНЫ НА СТРАНИЦЕ 85! Запомни!

- А иначе... «что?»

Франсуа больше ничего не слышал, так как...проснулся, лежа на сырых камнях своей тюремной камеры. Он думал, что за странный сон ему приснился, но вещи, из его сна, оказавшиеся в его руках, убедили его в обратном. Фомор гадал, не попал ли он под влияние Сонной болезни. Он разглядывал кольцо и записи. При взгляде на них у фомора всплывали в мутной голове, болевшей от того, что ему прострелили голову и, как он подслушал своими белыми, как у кота, ушами, «его контузило при взрыве дамбы и пожара в Леосе» образы людей, из - за которых его рай рухнул. Его взору, к сожалению, не было видно, как в том месте, где он был во сне, не самая приятная улыбка озарила лицо призрака, предвкушающего веселье, тихо прошептал: «Иначе будет плохо», зная, что фомор, обязательно поддаться непослушанию и любопытству (это типичный психологический прием: многие люди специально говорят, что иногда не стоит чего - то делать, зная, что человек все равно поступит наоборот), а это могло сыграть ему на руку, так как месть заговорщикам, причастным к убийству семьи Де Скалист - приятная штука.

Франсуа повернул голову к окошку камеры, с которого капала морская, соленая вода. Кандалы на его руках (которых в видении не было) больно сжимали его запястья. Он тут же отпрянул. Под ногами у него пробежала крыса. Перед ним висел труп Виктора. Он висел с кровожадной ухмылкой. Его застывшие глаза смотрели прямо на фомора. Он предпочел покончить жизнь самоубийством и умереть свободным, чем сдаться врагу. На стене, покрытой плесенью, было написано алыми буквами: «НАЙДИ СОКРОВИЩЕ. КОРОБКА В ВИДЕ ЩУКИ. КОЛЬЦО ПРИВЕДЕТ ТЕБЯ К НЕМУ!»

Франсуа повернул голову к окошку камеры, с которого капала морская, соленая вода. Кандалы на его руках (которых в видении не было) больно сжимали его запястья. Он тут же отпрянул. Под ногами у него пробежала крыса. Перед ним висел труп Виктора. Он висел с кровожадной ухмылкой. Его застывшие глаза смотрели прямо на фомора. Он предпочел покончить жизнь самоубийством и умереть свободным, чем сдаться врагу. На стене, покрытой плесенью, было написано алыми буквами: «НАЙДИ СОКРОВИЩЕ. КОРОБКА В ВИДЕ ЩУКИ. КОЛЬЦО ПРИВЕДЕТ ТЕБЯ К НЕМУ".

Франсуа дальше не разглядел: стену пробило пушечным ядром. Франсуа пригнулся и пополз вперёд. Рядом обрушивались мелкие камни. Франсуа полз вперёд, прижав руки к груди.

Он вертел кольцо. Оно его обожгло, а потом приняло форму ключа.

Внезапно, перед его глазами появилась какая - то дверца. Она парила в воздухе. Франсуа долез к ней. За очная скважина так и манила, чтобы он вставил ключ в неё. Франсуа вставил его в скважину.

Мгновенье ока оказался в какой - то комнате с садом. Прячась от залпов среди крон вишен, груш и яблонь, фомор увидел стеклянный гроб на цепях, качающейся на дубе. Мужчине захотелось вздремнуть. Надо сказать, он был Иререским вампиром, вампиром, на которого солнечный свет действовал по - другому, от него ему хотелось спать. Поэтому стригой забрался в гроб.

Он услышал шипенье. Рядом с ним ползала нага - человек - змея. Она была лысая, её нижняя часть туловище превращалась в массивные чешуйчатых кольца, блестевшие как груши, что висели над ним. Она примостилась здесь раньше и сгоняла чужака со своего места, шипя и извиваясь.

"Брысь!" - рявкнул Франсуа. Он схватил зонтик, который стырил из комнаты принцессы Марики, прежде чем его перевезли в Застенье в гробу, и стал беспощадно лупить нагу.

Любой бы растерялся на его месте, но только не он. Отдубасив её на несколько кусков, фомор прилёг на тёплое местечко.

Краем глаза он видел, как к ноге поползла другая и приложила к ней опавшие три листика, которые пели какую - то английскую песенку ("что - то про мост и про леди"). Отрубленные куски наги тут же срослось и она с шипением уползла прочь.

Франсуа взял листики и свернувшись калачиком лёг отдыхать. Неожиданно, он увидел, что в гробу не один. В нем лежала прекрасная девушка с изумрудной кожей и алыми губами, цвет которых был подобен розе. Протянувшиеся до колен волосы, были в виде елочки скреплены на верху головы с ней лентой и две пряди падали е на полную грудь. Она была одета в странное бело-синее платье с лебедиными перьями, которое было ей чуть выше колен. Платье было с декольте и отделано по бокам на груди сеткой, оно застегивалось молнией и было подпоясано поясом. В груди у неё было отверстие. Одеялом ей служили тени, которые обволакивали ей. Ресницы её трепетали. На щеке была грубо вырезана цифра семь, а на другой - шахматная фигурка. Часть волос падали ей на глаз.

Как только Франсуа нечаянно дотронулся до неё листиками, перед его взором предстало тёмное место и маленькая девочка в странном платье с оборками. Она перестала вытирать глаза и ту же подлетела к нему. Она прошла сквозь него, особенно тогда, когда он подошёл к ней поближе (она была прикована к кресту за волосы и за ноги с руками). Крест, к которому она была прикована, исчез. Она подлетела к телу девушки и вошла в него, превратившись в туман.

Потом, Франсуа услышал голоса. Он увидел, как в сад вошел Харкан и семенивший за ним король с поющим скелетом. Франсуа схватился за голову. Особенно тогда, когда лежавший рядом чешуйчатый Харкан внезапно поднялся с земли (он прилёг под сакуру и какая - то старуха - суккуб заботливо вытирала ему лоб мокрой тряпкой), с воплем: "Ага. Нашёл часть своей души" выстрелил в него. Франсуа запомнил, не успев увернуться, как коробка в форме ЩУКИ, вылетела из рук спутников и стремилась к груди девушки.

В мгновенье ока и она превратилась в свечу, которая оказалась в дыре между грудями девушками, в месте, где должно находиться сердце. Девушка в гробу вздохнула. Свеча на её груди зажглась...

3

Маркиза Эльза спала. Ей снился сон о том, как спасти братьев от заклятья превращения в лебедей. Ей приснилась ведьма Моргана, которая была так светла и прекрасна, что располагала к себе сразу же.

- Твоих братьев можно спасти,- сказала Фата-Моргана,- но хватит ли у тебя мужества и стойкости? Вода мягче твоих нежных рук, и всё-таки она делает камни гладкими и круглыми, но вода не чувствует боли, которую будут чувствовать твои пальцы; у воды нет сердца, которое сжимается от страха и муки, как твоё сердце. Видишь, у меня в руках крапива. Такая же крапива растет. Здесь возле пещеры, и только она да ещё та крапива, которая растёт на кладбище близ замка Нобельхейм, может тебе пригодиться. Запомни же это! Нарви крапивы, хотя руки твои покроются волдырями от ожогов; потом разомни её ногами и свей из неё длинные нити. Из этих нитей сплети одиннадцать рубашек с длинными рукавами и, когда они будут готовы, набрось их на лебедей. Чуть только рубашки коснутся их перьев, колдовство исчезнет.

И Моргана коснулась руки Элизы жгучей крапивой. Элиза почувствовала боль, как от ожога, и проснулась. Был уже светлый день. У самой постели Элизы лежало несколько стеблей крапивы, точь-в-точь как та, которую она видела во сне. Тогда Элиза вышла из пещеры и принялась за работу.

Она принялась своими нежными руками за работу.

«Черт. Её не хватает!» - расстроено поняла она, когда крапива кончилась. Хватило только на две рубашки.

Так, она говорила что - то про замок Нобельхейм. Маркиза огляделась.

Вдалеке она разглядела Стену из Шиповника. Огромная, пятнадцать метров, с обожженной землей. За неё запрещалось заходить людям, которые были родом с Диких Земель.

Эльза решилась. Она четко для себя решила спасти своих братьев от колдовства злой мачехи. Эльза подошла к стене. Рядом были закопаны принцессы. Эльза знала, что в королевстве был обычай закапывать дев, которые не нашли себе мужа, как указатели.

«Не ходи».

«Не ходи».

Их шепот пугал Эльзу. Сильный порыв ветра сбил с головы её шляпку.

Эльза отогнала от себя мрачные мысли. Она ловко стала взбираться по стене из шипов. Ветер сдувал её с ног, но девушка был упряма и решиkа преодолеть стену.

Когда она достигла края, наступила ночь.

Эльза перелезла за стену и спустилась на землю. Её ноги коснулись земли.

Она вытерла рукой свой вспотевший лоб.

Перед ней высился замок. Мрачный, темный. Парящий над пустотой.

Каркали вороны.

Эльза заметила, что рядом с замком был сад. Большой и цветущий, с кучей цветов.

Но пугало её кладбище рядом с бассейном, откуда выплыли три головы.

Сердце ее сжималось от страха, точно она шла на дурное дело, когда пробиралась лунною ночью в сад, а оттуда - на кладбище. На широких могильных плитах сидели отвратительные ведьмы; они сбросили с себя лохмотья, точно собирались купаться, разрывали своими костлявыми пальцами свежие могилы, вытаскивали оттуда тела и пожирали их.

Эльза сглотнула. Она перекрестилась...

На следующее утро она исчезла. Её растерзанный труп нашли её братья - лебеди. Такой же, как у виллы из отряда Магов - Протестантов, - магов, бросивших вызов вампиру Ривентусу. На дне её растерзанного желудка была записка: «Ты проведешь три ночи в моем замке?»

4

Меджик

- Эланта - тян, что нам делать с этими вещами? - мне стало любопытно. Таинственные волшебные создания исчезли, оставив им магические вещи для похода.

- Оставь их. Бесполезная трата времени.

Девушка эффектно откинула свои темные волосы назад.

- А теперь я покажу тебе, чем занимаются такие, как ты, с татушками.

Она имела в виду мое тату на плече.

Девушка сняла с себя куртку и показала свою татуировку. Ниже ключицы. В виде шиши.

- Пойдем. Есть работа для тебя, пацан.

Я последовал за ней. Она коснулась своей татуировки. Та ожила и превратилась в живое шиши, который так и ждал, пока хозяйка не сядет на него.

- Залезай, - девчонка кивнула мне.

Я подчинился ей, глядя на то, как на место прибывают Лихторы.

Шиши подпрыгнули поднялся в воздух.

- Значит, ты из Оловянных?

Эланта - тян посмотрела прямо мне в глаза.

- А ты против?

Я отрицательно замотал головой.

- Будешь? - в её руках оказалась банка газированной воды.

Я охотно согласился.

Мы летели над городом. В нос бил ветер. Над головой проплывали облака. Но вот цвета у мира не было. Все было серо - белое. Только её костюм светился коралловым цветом и подсвечивались глаза шиши.

- Мир реально без цвета, - задумчиво почесал я голову.

- Это точно. Похоже, тут реально были более могущественные силы, - Эланта - тян нахмурилась.

Я смотрел вниз. Под нами проносились моря, горы.

- Как ты их переносишь?

- Что именно?

- Обис. Это такая невидимая преграда, отделяющая наш мир от мира современных людей. Только Консулату позволено перемещаться за Обис.

Я вопросительно посмотрел на неё.

- А остальные разве плохо его переносят?

- Маги - нет. А вот начинающие маги, люди - да.

Эланта - тян отпила немного газированной воды.

- Странно, что ты не почувствовал Обиса.

- Может, из - за Джеда - сана? Или потому что я - вынослив, как бык?

Эланта - тян поправила свой наряд.

- Все возможно.

Мы летели сквозь перистые облака, мы летели над бескрайними морями и лугами.

- В Пустыню Стекла.

Шиши послушался её и, издав рев, рванул так, что я впился в его гриву со всей силы.

Пустыня Стекла простиралась под нами не скоро. Воздух стал жарче. В глаза лез песок.

Дюны величественно возвышались. Воды не было. Сам песок был не желтый, а прозрачный. В нем находилось очень много драгоценных камней, которые так любила королева Амелия (я в новостях видел, что её сегодня казнили из - за того, что устали от её похождений с экзорцистом Кириллианом при живом, но не в уме, королем). Летали грифы.

Среди дюн практически ничего не было. Разве что лагерь Оловянных солдат, который раскинулся на несколько дюймов неподалеку от оазиса.

Шиши спикировал туда.

Многие из Лихторов и Оловянных разбежались в стороны. Оловянные.... Как я хотел им быть. Это высшая ступень Лихтора. Разве что сердце покрыто металлическими обручами и покровом из олова, защищающим остальные внутренние органы и внешние (если они были).

Я видел здесь и Золотых. Боже, только не Золотые! Личная гвардия Королевы. Покрытые янтарем, с усиленными рефлексами, в сплошном черном и с палицами на бедрах. А эти металлические кольца у них в носу и на шеях.

Я сжался в комок. Неужели меня решили сдать властям?

- Здесь мы тренируемся.

Эланта - тян неожиданно замахнулась на меня. Я отразил удар ногой.

Она врезала мне по щеке. Я заломал ей руки за спину.

- Не дурные рефлексы! Сойдешь. Особенно для Коллекторов, - Эланта - тян извивалась словно змейка. Она легко оттолкнула мою руку и вот её сексапильная ножка стоит на моей спине. Её расстегнутая курточка обнажила её грудь. Волосы растрепались.

- Кого?

- Одного из них, - Эланта - тян кивнула на Янтарных.

В глаза лез стеклянный песок. Это было очень неприятно!

Я посмотрел на Янтарных. Прям сразу к ним. Здорово.

Они были построены в шеренги. Многие из них тренировались. Некоторые из них стреляли из луков. Некоторые из них упражнялись в мечах., вокруг рук многих ползут тени, принимая различные облики: то опасных животных то оружия. Они неожиданно выстраиваются в шеренгу по стойке "Смирно". Их тут тысячи.

Особенно выделялся один из них. Не похожий на других. Желтый, с короткими взъерошенными волосами соломенного цвета, длинноногий, с хвостом, как у белки. Лицо у него было странное - острые зубы, вздернутый нос, раскосые и большие треугольные глаза. В носу - кольцо, на шее - обруч, который носят женщины из Африки. Уши у него тоже были беличьими.

- Шире шаг. Подтяни зад. Не девчонка же! - командовал он тренирующимся.

Юноша с важным видом ходил среди них. По земле за ним волочилась бита с шипами. Его костюм состоял из черного пальто, скрепленного двумя цепями на пузе и низко спущенных штанов. Я мог разглядеть офигительные татухи в виде черных сатанинских звезд по телу.

Дальше он открыл какую - то книжку, и стал цитировать лекцию молодым Янтарным своим потрясным голосом:

«Коллективная тень и по сей день обнаруживает свою персонификацию в религиозном контексте, где бытуют представления о дьяволе и злых духах. Если свойства индивидуальной тени не были должным образом в нас интегрированы, возникает зазор, в который прошмыгнуть коллективная тень.

Человеческая психика перестает нормально функционировать, если воздействие тени становится чрезмерным. Чем запятнаннее совесть, тем более активно проявляется тень, хуже всего человек утрачивает сознательность и не чувствует уколов совести. Кроме того, тени могут быть незамеченными - зачастую они бросаются в глаза лишь представителям сторонних трупп.

Каждая цивилизация также обзаводится своей тенью. С коллективными тенями связана особенно серьезная проблема: ведь люди одной культуры потакают друг другу в своей обоюдной слепоте и лишь в разгорающихся войнах или в ненависти к другим нациям коллективная тень в конце концов выходит наружу».

- Кто это? - спросил я, наблюдая за тем, как вокруг тренирующихся воинов кружили вихри теней. Они все сражались под знаменем Джеда - сана. Кружились, принимая разные формы: от змей до летающих коршунов. Их извивающиеся формы пугали меня и притягивали. У меня аж на руках огонь натрескался.

- О Боже, он здесь! - Эланта - тян поправила свой костюм.

Я заметил, как тренирующиеся женщины Оловянные поглядывают на него с обожанием.

- Маркиз Ангел. Говорят, брат Королевы. Личный Золотой Сола. Мы определены к нему. Должны выглядеть соответствующе, как Оловянные.

После этого она рывком стянула с меня рубашку и стала что - то наносить на грудь, не сводя с него глаз. Только хор тренирующихся солдат заглушал мой немой вопль от боли.

Дэниел (Франсуа)

Настоящее

... - Очнулся. Ваше Величество, он очнулся!

Вампир медленно приподнялся. Его веки были все ещё тяжелы. Он встал. Его запястья сжимали крепкие и прочные цепи.

Стригой пошевелил лопатками. Он стоял на обеих коленях. Там, где он находился, было темно. Капала проточная вода. Его глаза привыкали к темноте. Рядом пробежал паук по тонкой паутине. Он находился в какой - то камере с протухшей водой и с нестиранной наволочкой и простыней.

Стригой заморгал.

За окном что - то бабахнуло.

Он видел какую - то женщину в черном. Какую - то величественную женщину в черном и траурном платье с кучей оборок и шляпкой с бантом.

- Королева Виктория! Я прошу Вас! Мой племянник... - рядом с ней стоял высокий и долговязый юноша с вычурным макияжем на лице. Его кучерявые волосы торчали в разные стороны, а за спиной были стрекозьи крылья.

- Я знаю, что делаю Зилустиан! Я правильно полагаю, что Император Дракон больше не справляется со своими обязанностями лорда - регента! Особенно, учитывая, что произошло за стенами! - она поправила бант руками в перчатках.

- Королева! Маги - протестанты представляют угрозу! Прошу, я не хочу сотрудничать с вампиром! Почему, чтобы зачитать Гримуар и помочь победить в войне, я должен с ним сотрудничать! - его стрекозьи крылья подрагивали так, что вампиру казалось, что они сейчас обломаются.

- Я знаю, что делаю, мистер Зилустиан. Я абсолютно уверена, что только леди Кир может помочь нам... Я в ней больше уверена, чем в её брате, Николасе! Особенно, после сегодняшней его выходки на турнире! - она подала руку. Зилустиан поцеловал её.

- Вы... - стригой дернулся на цепях.

Взгляды кучи придворных - фей, эльфов, пестрых магов были направлены на него.

- Добро пожаловать, молодой стригой. Для тебя есть работа, Костянка! - рядом с ней на паркете, выложенном в виде черного кристалла, стоял старец в длинном балахоне. Его седая борода была завита, а сам он наполовину был покрыт цветами.

- Мерлин! Не сильно ли Вы торопите события? Он только что очнулся! - королева приподняла бровь.

- Стригои быстро восстанавливаются. Даже слишком быстро... - Мерлин постучал посохом из железного дерева по паркету.

Юноша встал. И снова опустился на колени.

- Итак, молодой стригой. Какого черта ты сорвал турнир и похитил принцессу из Застенья? - рядом были какие - то люди. От них веяло сладостным запахом.

Вопрос задала девушка с кошачьими ушами и пышным хвостом.

- Я не... Я никого не похищал! Отпустите меня! - дерзко взернул подбородок вампир.

- А имя у Вас есть или называть Вас никто? - толстый мужчина, похожий на винной бочонок, подергал за свой накрахмаленный ус.

- Ну... Что - то типа этого, - стригой указал на звезду на шее.

- Хм... Дай - ка взглянуть! - рядом с ним опустился худощавый мужчина, похожий на вытянутого угря.

Он взял цепочку в руки.

- Так, будем звать тебя Дэниел, - изрек он. Его маленькие глаза так и жгли Дэниела.

- Что ж. Ничего не хотите прояснить, капитан корабля? - продолжил мужик, похожий на угря.

- Я не знаю, о какой принцессе Вы говорите! - терпению стригоя приходил конец. Он помнил, как был на корабле. Как ему снилось о том, что он был на улице, как какие - то люди давали им артефакты.

- А это ты помнишь? Ты наслал чуму! Ты наслал крыс на рыцарей! Ты помог фоморам ворваться в Миррор Ингланд и похитить принцессу! А ещё, ранил Ануфрия, преподобного священника Церкви Черного янтаря! - потряс кулаком перед его носом усатый.

Дэниел ничего из этого не помнил. Он помнил только воду и сон.

- Кстати, я его узнал! Он - старейшина вампир из - за Клода и Джеда, своего учителя и воспитателя! - хлопнул в ладоши человек в костюме рыбы.

- Лайлас Харвок! Вы точно уверены? Зачем Иререскому вампиру столько злодеяний делать! - удивилась Мелоди, хлопая выпуклыми глазками.

- Так это он сделал! Разве нет? - Лайлас подошел к вертикальной сфере, которая напоминала кокон.

Она засветилась.

Дэниел посмотрел в неё.

В сфере показалась арена, футов 60. Она напоминала древнегреческий коллизей. Там кто - только не собрался среди зрителей: гигантские великаны верлиоки, гладиаторами тут были дивы - люди с орлиными головами и крыльями за спинами, рыцарями были зеленые йотунны в желтых латах, еду здесь подавали мелкие хобгоблины, прекрасные сиды соревновались в стрельбе из луков, над облаками летали крылатые девы в шлемах. Судьями поединков были мудрые сфинксы, а оруженосцами рыцарям в различных латах и с яркими гребами в виде цветов и магических кельтских знаков прислуживали рыжие кобольды. Также здесь были и различные японские ёкаи (сверхъественные существа) и многочисленные мононоке, которые поддерживали шлейф своего Нефритового императора, напоминающего павлина.

Под балдахином, на балконе расположились правители. Один из них смутно казалс знакомым Дэниелу - высокий мужчина с седыми и кучерявыми волосами с синеватым отливом в сплошном черном. Его солдаты были в золотых масках. А вот он сам... От него веяло жарой. В чертах его было что - то от ящерицы. Дэниел мог заявить о том, что каждый из этих правителей видно устроил парад короны: у Императора было что - то типа диска, объятого рогами с изображением василиска, чьи глаза сияли, а чело обвивали словно извивающиеся змеи, рядом восседала женщина, закутанная в вуаль с короной из чистого янтаря в виде терновых шипов, остальные правители с их обручами и шипами в виде листьев или животных... Но вот выходит Верховник и Ануфрий. Это имя почему - то врезается в память Дэниелу. Ануфрий напоминает варана с его воротником из янтаря и драгоценными камнями, а вот Сол... На Верховнике корона в виде солнечного диска с изображением валькирий и демонов.

Ануфрий произносит речь. Феи сыпят пыльцу и цветы вниз.

Вибрируют звуки арфы, в музыку пробивается звон колокольчиков.

Появляется колонна всадников - рыцарей, облаченных в сталь на белоснежных пегасах, увешанных колокольчиками.

Также с ними и знатные дамы - в основном, принцессы. Всадники гарцуют недолго. Янтарные воины выстраиваются в ряд под помостом.

Их копья возносятся в небеса.

- Что ж, начнем турнир! - провозглашает Сол, так зовут Верховника.

Мимо проносится белый олень и борзые.

Гарольды возглашают о соревнованиях между рыцарями. Они трубят в фанфары и объявляют каждого, кто прибыл.

Дэниел не запомнил их имена. Он видит, как зрители радостно приветствую рыцарей и начало поединков. Две шеренги рыцарей медленно въезжают на арену и выстраиваются в ряд. Заиграли трубы и противник помчались друг на друга.

Публика подбадривает дружными аплодисментами, приветствует избранников криками. Победа остается за солдатами Королевы - Янтарными, прибывшими из Пустыни стекла.

Раздается звук трубы. Подъезжает рыцарь на прекрасном коне, сотканном из теней, с опущенным на лицо забралом. Он весь в алом, знамя его - знамя Кроутретида, но вот служит он на королеву Амелию, жену бывшего Верховника, который весь облачен в янтарную маску и янтарные перчатки.

Проезжая под трибунами, он едет и отдает торжественный жест королю Роланду. Тот скрещивает пальцы в виде приветствия.

Удача благословит ему. Он одерживает победу за победой.

Потом гарольды трубят в свои трубы.

На встречу ему выезжает Янтарный.

Девушки все восторженно ему рукоплескают. Слышится отовсюду: «Маркиз Ангел! Верный вассал королевы!»

Он подъезжает близко. Приветственно поднимают копья.

Ринулись навстречу друг другу, словно молнии и сшибаются, как гром с неба слышны их удары копий. Копья разлетаются на куски. Рыцари справляются с лошадьми и удерживаются в седлах. Повернувшись друг к другу, они бросают испепеляющие взгляды.

У них ничья.

- За кого бьешься? - спрашивает Янтарный, обвешанный африканскими украшеньями.

- За леди Камелию.

- Кого? Разве не за Королеву Амелию? - Янтарный видимо потрясен.

- Нет. Только за неё, - Робин поднимает забрало и перевязывает остаток копья шарфом с вышитой на ней камелией.

Маркиз оглядывает себя. Его Королева ничего не дала ему, она только выдает ему худшую одежду и делает вид, что он нужен ей для красоты.

Второй раз трубят гарольды. Удар Янтарного неожиданно силен. Робин слетает со своего скакуна. Дамы охают.

Но Робин не сдается. Он прыгает на своего теневого коня и требует реванша.

- На чем биться будем? Может, на мечах? - Янтарный явно издевается.

- Это твой приговор, - отвечает ему Робин.

Тот спускается со своей лошади.

Они обнажают клинки. От клинков аж пляшут искры, как только те сталкиваются друг с другом.

- Заговоренный меч! Нечестно! -вопит Робин, отличив, что его противник дерется на мече, который просто пропитан магией.

- Милый, в мире нет чести! Не начинай мне тут! - отмахивается Янтарный, делая выпад.

Робин защищается. Мгновенье - и его оружие выбито.

- Ты побежден, как и все остальные, - спокойно изрекает Янтарный.

- Ага. Нечестно! - отвечает Робин и набрасывается на него снова. Его оружие - его хвост с шипами и прочной чешуей.

Маркиз Ангел ставит блок. Потом, уклоняется и позволяет хвосту пройти мимо его лица. Он наносит Джеду удар, зацепив щеку. Они фехтуют, земля ходит под их ногами ходуном.

Маркиз целится ему в бок. Тот же в сою очередь полон решимости выбить меч у него из рук. Они балансируют на земле, которая лавирует под их ногами.

Маркиз ловок и проворен, а вот Джед зато наносит ему недействительный удар. Маркиз принимает оппозицию. Джед наносит ему отбив, Маркиз отвечает ему уступающим отбивом. Он подпрыгивает, когда хвост Джеда ударяет по ногам и направляет клинок прямо в незащищенное горло Робину. Его острие встречается с металлической чешуей Робина.

Робин пользуется этим и наносит кучу финтов Маркизу. Тот теряет равновесие, но удерживается.

Однако их поединок не завершен: внезапно темные тени окутывают Ануфрия и полчища костяных крыс врываются на арену вместе с саранчой.

Голодные твари бегут по ногам зрителей, уже закрывают ворота. Но крыс все нахлынивает и нахлынивает толпа. Среди них возвышается гигантская крыса с семью головами, на каждой из которой шапочка.

Крысы все прибывают и прибывают. Они загрызают насмерть всех, кто здесь присутствует. А ещё окружает их саранча, которая противно жужжит и не залетает каждому из них в рот, пожирая плоть.

Потом, появляются скелеты - воины. Они разносят все кругом. А над небом сгущается туча людей с кожистыми крыльями. Они начинают резню. Все в панике. Фоморов все прибывает и прибывает.

Дэниел видит неожиданно себя. Он видит, как злорадно улыбается. Как Далия и Сайлент (эти имена всплывают у него в голове) хватают и уносят с собой прибывшую принцессу Эйрис у носят её прочь, за моря. Она благородно поступает, отталкивая от себя свою сестру, леди Марику. Фоморы набегают и набегают. Их слишком много. А потом, он, Дэниел, которого почему - то называют Рейн, накидывается на Ануфрия и начинает сражаться с ним. Сола уводят, а вот безумный король Роланд так и лезет в схватку. Его оттесняет королева Юберта, которую неожиданно в ходе драки Рейна и Ануфрия, последний задевает своим хвостом и безжалостно убивает.

Все кричат. Фоморы сделали пролом в воротах. Они врываются. Они прорубили стены и ворвались. Летит чащоба стрел. Фомор захватывают свои позиции, а осаждающие готовятся к обороне.

Фоморы продвигаются на юг. Они захватывают города и села.

Все черно от их крыльев.

5

Королева

Её служанки взволнованы.

Она то и дело замечает, как они переглядываются, но делает вид, будто её это не волнует. Одна из них так нервничает, что, кажется, вот-вот упадет наземь.

Она поправляет свою вуаль, закрывающую лицо и погружается в воду из молока. Орнамент из карт окружает её. Даже на плитах выложены карты.

Нанятая из города портниха сидит на коленях. Оценивающим старческим взглядом окидывает подол её нового платья. В подушечку для булавок, вшитую в пояс вокруг ее талии, вставлены острые иглы.

- Все готово, Ваше Величество.

- Хорошо.

Она лениво приподнимается из ванны. С её обнаженного тела струится молоко.

Королева поворачивается и глядит на спинку своего нового платья, зорко его, оценивая, а потом проводить мокрыми ладонями по юбкам.

- Пойдет.

Служанки опять переглядываются.

- Можете идти, - говорит она портнихе.

Та прикусывает губу и встает, её старые колени хрустят.

- Ваше Величество, если могу... Сол приказал, чтобы вся одежда при его дворе была серебряной, - вмешивается старая кляча, словно это правило вдруг вылетело у Королевы из головы.

- Я прекрасно осведомлена обо всех приказах царя, - невозмутимо отвечает Королева, теребя бархатные пуговки.

- Мой туалет идеален. Именно такими я помню платья своей матери. Золотое, в виде туники, отороченными мехом, облегающее фигуру словно вторая кожа.

- Это платье сидит на мне гораздо лучше любого из тех золотых нарядов, что я носила последние несколько лет. Вы ведь успеете закончить оставшиеся платья за две недели? - уточняющим тоном спросила Королева.

- Да, Ваше Величество, - отвечает портниха.

- Хорошо. Вы свободны.

Женщина быстро собирает свои пожитки, бугристыми руками переворачивает запасные иголки, полоски ткани и ножницы, после чего отвешивает низкий поклон и выходит за дверь ванны.

- Моя Императрица, позволите заплести Вам волосы?

Королева смотрит на свою служанку. Как посмела та прервать её купанье?

- Да, - отвечает она, а потом приподнимается и садится на край ванны. Капли молока стекают по её маленькой груди.

Заметив, что девушка тянется к коробке серебряных заколок, чтобы припорошить ими её золотые волосы, Королева качает головой.

- Нет. Никакого серебра. Отныне без белого. Только мое любимое - золото.

От удивления рука служанки повисла в воздухе, но её намерения должны быть ясны уже сейчас. Та быстро приходит в себя, хватает гребень и легкими жестами расчесывает её распущенные волосы средней длины.

Королева пристально следит за каждым ее действием. Служанка заплетает одну косу, начинающуюся на затылке, которая ореолом окружает остальные распущенные волосы.

Не дав девчонке украсить прическу всякими шпильками или лентами, Королева говорит:

- Только корону.

Та кивает и поворачивается к шкафу в дальней части комнаты, где леди хранит царские драгоценности и короны.

- Нет, не из этих. Я надену её.

Та застывает в нерешительности, не в силах скрыть растерянность.

- Ваше Величество?

Королева протягивает руки к малахитовой шкатулке, которую перед этим поставила на свой туалетный столик. Та настолько тяжелая, что её металл уже потускнел.

Когда служанка подходит, то Королева открывает шкатулку и показывает ей хранящуюся внутри корону. Она выполнена из янтаря, высечена из одного-единственного драгоценного камня.

Сама композиция проста, вырезаны шипы - изящные, но острые. Королева надевает корону, расположив ее ровно по центру, и впервые за долгие годы наконец-то чувствует себя собой.

Я - Королева Четырех Стран, и я рождена, чтобы править.

Золотые платье, не менее золотые волосы, золотая корона - и ни намека на белое, как у её придворных в Замке Вечности.

Она встает, и служанка бросается к ней, чтобы помочь надеть туфли.

Стражники сгущаются вокруг неё, как Туман в Мистик Энде, пока та спускается по лестнице. Королева входит в тронный зал через заднюю дверь и слышит гул собравшихся здесь людей.

Заметив ее появление, дворяне и придворные в тот же миг кланяются и делают реверансы, чтобы выразить привычное почтение своей правительнице.

Но вот когда они выпрямляют спины, правительница чувствует, как по рядам людей в одеждах из белых карт, обступивших её, проходит волна удивления.

Гордо выпрямившись, она решительно шагает вперед, не сводя взгляда с помоста.

Я - Королева Четырех Стран, и я рождена, чтобы править.

Она останавливается у четырех тронов. Оба позолоченные, но один больше другого. У трона Императора Дракона высокая спинка, с каждого конца торчат шпили, а шесть сверкающих бриллиантов, вставленных в спинку, изображают звезду Иререса.

По сравнению с ним трон Королевы намного меньше и не такой величественный. Прелестное дополнение - это она. Истинная власть - не в солее, а в ней.

Именно поэтому она проходит мимо своего престола и садится на трон, предназначенный для истинного правителя Келтаниума.

По толпе собравшихся разносится громкий вздох. Но никто не смеет ей пеечит.

Сев на трон, она опускает руки на подлокотники и впивается пальцами в бороздки на золоте, по которому Сол часто от скуки постукивал костяшками пальцев.

Он преуспел в балах, где приветствовал других королей, очаровывал гостей за ужинами. Сол всегда расцветал от внимания, обожания и тайных махинаций, которые проходили без придворных. Без неё.

Она бесстрастно смотрит на собравшуюся толпу. Пускай глазеют, пускай шепчутся.

Королева спокойно выдыхает, обводит взглядом зал, где люди, затаив дыхание, ждут от неё речи. От неё. Не от Сола. Не от Императора Дракона.

- Люди Замка карт, теперь ваша властительница готова услышать ваши вопросы.

На мгновение все смолкают, словно не зная, стоит ли им воспринимать её всерьез.

Наконец, вперед выходит один дворянин, сэр Джейстерс. Подойдя к нижним ступеням помоста, он отвешивает поклон.

- Ваше Величество, - начинает он. У него красное от оспы лицо, словно ему по щекам ударили. - Прошу прощения, но кажется, я вынужден напомнить, что вы сидите на троне Сола.

Пальцы сжимаются на подлокотнике.

- Напротив. Я сижу на своем законном месте... Месте Верховницы.

Раздается шепот, напоминающий шипение Виниуарских змей, скользящих по мрамору, но Королева выдерживает их взгляды. Их, в масках Карт.

Либо они повинуются, либо Королева их заставит.

Никто из этих самодовольных дворян не приходит сэру Джейстерсу на подмогу, чтобы защитить.

- О, Ваше Величество, прошу у вас прощения. Для меня было бы честью, если бы вы выслушали мои запросы, - наконец произносит он. Его маска в виде Дамы Пик .

Толпа не ропщет. Даже стоящие за ней стражники не переминаются от неуверенности. Потому что когда её всю жизнь воспитывали как царскую особу, то она такой и будет всегда.

Правление Королевством у неё в крови.

Рассказы о её золотой короне будут истолкованы как символ, возгоревшийся в зале, наполненной придворными в масках карт и играющих в крокет с пингвинами (некоторые из них красили розы в золотой цвет, а некоторые любовались замком на цепях, созданного из игральных карт и его висячими садами). Дворцовый колокол возвестит о начале правления нового монарха, и все перестанут преклонять колени перед Солом и Императором Драконом.

Уголки её бледных губ трогает редкая улыбка.

Я - Королева Четырех Стран, и я рождена, чтобы править.

Она надевает свою маску с изображением Туза Сердец. Охота началась.

5.1.

Меджик

Я открыл глаза, с трудом разжав веки. Я находился в какой - то светлой комнате и лежал на чем - то мягком.

Я постарался привстать и тут же со стоном лег обратно на мягкую кровать. Все тело ныло и жутко болело, а голова раскалывалась и гудела, словно я напился в баре «Черный кот». Я оглядел комнату, где находился.

В комнате было светло: стелы сделаны из мрамора, помимо кровати, на которой я лежал, находился столик, где стояли какие - то бутылки с чем - то внутри, на потолке висела большая люстра, пахло спиртом и чем - то приятным, только запах мне был незнаком.

Я попробовал слезть с кровати снова и мне это удалось, ХОТЯ было очень больно. Прижимаясь к стене, чтобы не упасть, я пошатывающейся походкой подошел к зеркалу, висевшему над столом. Из зеркала на меня смотрело человеческое отражение, к которому я не привык. Правда, я заметил, что у меня небольшой шрамик, которого фактически не было видно из - за челки. Также, я заметил, что татуировка на моем плече стала больше и теперь растянулась на полруки. Мда, теперь футболки с коротким рукавом носить нельзя, ведь за мной кто - то охотился и я догадываюсь, кто именно...

- Сэр, Вы уже проснулись? - раздался у дверей чей - то женский голос. Оглянувшись, я увидел молодую девушку в костюме горничной, державшую в руках какую - то одежду.

- Да, я проснулся. Входить нельзя, но НУЖНО, - кивнул я, пулей забирая у служаки одежку, так как был в одних труселях - шортах. Однако, даже когда одежда была у меня, служанка не ушла, а спокойным голосом сообщила: «Сэр, вообще - то я должна Вас одеть...»

ЧЕГООО?! Точка. Абзац.

Нет, конечно я не против. Просто я и сам одеться могу. Мне слуги не нужны.

«Эм... Не стоит. Я оденусь сам. За помощь благодарю, - произнес я, медленно подталкивая горничную ко входу.

- Но мне дали такой приказ! Кроме того, Вы же Коллектор! - заупрямилась девушка, раскусив мой план.

- Нет, не стоит, - настаивал я на своем, выпроваживая её из комнаты.

- Сэр, позвольте мне, - вот, упрямая, блин, девица, и она пыталась войти в комнату (её я вытолкал почти за порог комнаты), но случайно споткнулась о перекладину, отделявшую порог и комнату, свалившись на меня.

- Дина, а нет какой - нибудь другой одежды? А то я платья не люблю, - послышался знакомый голос и в дверном проеме показалась Эланта - тян в красном платье с вырезом на груди. Эланта - тян в платье?! Мда, похоже мир ТОЧНО сошел с ума! Богиня войны в одежде девчонки!!!

- Чем это ты тут занимаешься, Меджик?! Только в себя пришел, а уже на девушек покушаешься?! Мерзавец! - возмутилась Эланта - тян, уперев руки в бока, стуча каблуками по камням.

Через минуту я «удирал от каблуков богини войны», которая, размахиваясь снятой с ног обувью в руках, решила меня ими «приласкать», при этом не обращая внимания на горничную, вставшую у неё на пути с намерением ей все объяснить и защитить меня от её праведного гнева.

В итоге от «воплей бешенного кролика» и «погони с целью оставить мне автограф на память на одном месте» меня спасло появление Доллара с Реолом со сломанной рукой в гипсе!

А что Феб тут забыл?! Ладно там, Адольф и Антонио - куны , но что тут делает малыш Феби?! Что за фигня?! Да ещё и с поломанной рукой....

- Братан, ты уже очнулся? А то Эланта - тян нам все уши прожужжала, когда же ты проснешься, мяу... - сообщил мне Доллар, важно помахивая хвостом и стоя на задних лапках.

- Да не беспокоилась я о нем! Мне нет никакого дела до этого облезлого черта, который за юбками гоняется, даже, когда он только в себя пришел! - презрительно фыркнула Эланта - тян, демонстративно отворачиваясь и прекращая меня преследовать.

Правда, на её щеках горел предательский румянец, говорящий об обратном действии.

- Ревность - это хорошо. Ну, хоть иногда ты себя как девушка ведешь. Я к твоему сведению не облезлый черт, а молодой парень и гениальный чародей, победивший самого духа огня! - спокойным тоном сообщил я это девице, натягивая на себя белую рубашку и джинсы, предоставленные любезно Дианой - тян.

- ЧТО?! Вы хотите сказать, что этот парень - наш злобный, упрямый, уродливый Меджик?! Быть этого не может! - о, Феб наконец - то проснулся! Хвала тебе, Один!

- Надо же, я думал, что до твоих мозгов размером с грецкий орех, не дойдет, кто я! Выходит, ты не такой уж и блондинистый, Феби! Или ты перекрашенный брюнет?! - съехидничал я, приглаживая расческой у зеркала свою распушистую шевелюру.

- ЧТО?! Нарываешься, МИСТЕР - У - КОТОРОГО - НЕТ - ДЕВУШКИ - НА - ВЕЧЕР?! - воскликнул Феб, по слогам произнося последнее словосочетание, парируя мне. Нет девушки... Нет девушки... Все, Феб, ты - покойник! Убью тебя, грр!

- Мини Файер - Хелл! - буркнул я, зашвырнув в Феба небольших размеров огненный шарик, слегка подпаливший моего горе - соперника, в свою очередь успевшего увернуться от огненного заклятья. Мини Файер - Хелл пролетел мимо цели и чуть не врезался в какого - то дяденьку, появившегося рядом с красавчиком внезапно.

Дальше мне вдруг стало плохо. В сердце закололо. За окном наплывал туман. Вокруг шли как - будто помехи, когда смотришь телевизор. От земли стали отделяться красные пузыри.

Меня стошнило. А потом...я упал. Тиканье часов.

Меня тащат за ногу. Слышны взрывы и вой сирены. Рев в ушах. Слышу, как в окне появляется какая - то тварь, пролетающая мимо. Похожа на облезлую ворону и птицу додо (пестрая очень - фиолетово - золотистая с зеленым и с ярко - синим). Осколки стекла. Врываются Чистильщики - люди типа Золотых - гвардии Королевы. Воняет от них спиртом. Черные латексные одежды.

Пронзительное карканье. Я падаю и куда - то лечу. Меня ставят на колени. Ребят всех уводят. Голос Бена: «Прости, парень».

Будит звон. Я открываю глаза. Они слезятся. Я сижу в камере. На шее и на руках - кандалы.

Голоса. Один из них спрашивает: «Что с ним делать, Верховник?»

«Пф! Никчемный мальчишка, думающий о себе. Оставит его гнить здесь. Если не сдохнет через минут двадцать - убить».

Потом - я бьюсь в агонии. Мне что - то вкалывают. Слышу, как голоса интересуются, откуда у меня медальон с распечатанными листками заклинаний из Интернета и кольцо со львом. Я упрямо не отвечаю. Меня бьют об стенку и оставляют одного.

Ток в висках. Я, словно зверь, мотаюсь от прутьев тюрьмы. Ищу выход. Его здесь нет. Все, как в тумане.

Потом - чьи - то крики. Взрыв. Меня отбрасывает назад. Дальше - меня подхватывают и вытаскивают из казарм. Гремят взрывы.

Меня куда - то сажают. Все тело словно ватой набито. Ощущаю себя игрушкой.

«Жив?»

«Да, жить будет. Дышит».

«Не думал, что обращусь к тебе, Акеми Нии - сан!»

«А мне - объединиться с тобой, Онии - сан!»

Братья... Меня гладят по голове. Слышу, как звенят мои побрякушки.

А потом... Туман.

Я медленно открываю глаза. Мои веки дрожат.

Я сижу за столом в кафе. Передо мной - тарелки с желе и горячее какао. Яркий свет от черного солнца бьет мне в глаза. Я прикрываю их ослабевшей рукой.

Слышу, как кто - то общается по телефону. Люди либо вскакивают со своих мест и бегут, либо делают селфи с фото черного солнца. Меня мутит. Перед глазами виденья - город, пентаграммы, какие - то всадники в доспехах из костей с гнилой плотью, скачущие на черных вороных конях, горящие деревни, люди, сражающиеся с ними, темный город, хрустальный замок с длинными и тонкими башнями из зеркала, парящий в воздухе. Вокруг - вода и плавают розы. Она капает с островка, на котором возвышается замок. Пещера с кучей кристаллов.

Наверное, я сьел много пиццы с Вайт Грассом. Ну, а что? Все сидят на опиуме и я тоже. Это как «Мальборо».

- Ребята, что Вы натворили.

- В чем дело, Фил? Почему нельзя было приоткрывать коробку?

- Заткнись, Мери Джил. Эта коробка опасна! Вы же не читали то заклинание из Мабьюара - Гримуара из кожи ангела, а? Оно опасно!

- Ээээ, ну...

Я приоткрываю глаза. Дыханье у меня учащается. Сердце колотится, словно сумасшедшее.

- Файонел, что происходит? Объясни! Ты обещал, что поможешь мне в моей мести тем сволочям! Объясняй, черт побери! - Марк Келский стукнул кулаком по столику в кафе.

- Она... Она не должна вернуться. Эта женщина, чье сердце и душа - Кир де Скалист. Вы... Вы читали заклинание, где была малиновая ленточка?! Открывали коробку?! - Файонел рычал от негодования. Его красивое лицо исказилось от гнева.

- Что за женщина? - некая девица, к которой обращались, как к Джоконде Тил с интересом наблюдала за реакцией юноши. Тот зеленел от гнева, это было видно даже сквозь пудру. Его яркие зеленоватые глаза налились кровью. Сам Файонел дышал, словно дракон, истончая пар.

- Наверное, из - за этого, - мужчина с ужасно подстриженными волосами фиолетового цвета поставил себе под ноги Эдварда - парня с чешуйчатой шкурой и ушами, как у рыси. Тот взвыл от боли. Часы из его руки выпали.

- Пусти! - он вырывался из - под его ног.

- После того, как Вы двое меня оскорбили и обманом забрали коробку?! Вы понимаете, что турнир важен для меня! А ещё подмешали мне в рамен ЕГО волос, выхоленный китобойным маслом! Меня последнее вообще выводит из себя! Если это тот, о ком я думаю, то он ещё пожалеет о том, что вмешался и по его приказу меня тут оскорбляют! - тот негодовал, сжимая пальцами китайские палочки, с которых свисал красивый и изящный волос, прекрасного оттенка: то ли синий, то ли бирюзовый, но переливающийся, как перламутровая ракушка и гладкий, словно шелк. Его красный наряд горел огнем, а за спиной развивались тени.

- Робин, я, как Харкан, не хотел тебя оскорбить! Просто... - вмешался ещё один говорящий. Невысокий японец хрупкого телосложения с черными волосами, одетый в темный балахон.

- Что просто, харкан Валентин?! Это твоих рук дело?! Ты устроил на Ирересе настоящий потоп! Ты плетешь интриги против меня!

- Джед - сан, я...

- Достаточно! Мало того, что Вы меня оскорбляете, мало того, что на Ирересе, мало того, что она приведет кого - то ещё, мало того, что Вы открывали коробку и стащили её у меня, так ещё и ты вмешиваешься! - Джед - сан негодовал и со всей силы ударил хвостом по столу. Посуда аж подпрыгнула.

Многие из посетителей смотрели на него, помимо того, что старались запечатлить на своих технологиях черное солнце, где часы с искусно обрамляющими стеблями и стрелками в форме струй воздуха, резко очерченными линиями, отсчитывали время до двенадцати, громко тикая и стуча стрелками. Ещё бы им не смотреть, парень с чешуей, люди, хоть и потрепанные, но видно, что сбежали словно с какой - то костюмированной вечеринки. Плюс ещё - открытые порталы.

- Ты всего лишь то, что осталось от Джеда, которого мы знали! К тому же, после того, что ты натворил тогда, ты серьезно думаешь, что не получишь порцию оскорблений и т.д.? Приспешник Ведьмы Рубинов и Багрянца! - звонким, почти девчачьим ему голосом вторил другой человек в черной накидке, презрительно сплюнув на землю при последних словах.

- Я?! О нет, мой милый второй Харкан! Я знаю, что ты в курсе того, что я сделал когда - то... Когда - то, в Старой Магистии, в Кираре, как сейчас называется это место. Но ты должен понимать, что делов натворил ты... Вот, зачитываю, - с деловым видом мужчина достал из своего кармана письмо.

- «Дорогой Джед Робин Тристан, Огненный кузнец и первый Харкан, перед величием которого трепетали сквамасейкеры. У меня все хорошо: погода прекрасная, все спокойно, ничего серьезного не происходит. Я плыву на круизном лайнере. Люди здесь приветливые и добрые. Я съезжу за Леосским коньяком для тебя и вернусь обратно! Не говори ничего моему опекуну, он не должен знать о том, что мы дружим!

Целую, леди Камелия», - Робин скомкал письмо и обратился к Харкану, которого словно змеи обвили тени с огненными концами, поставив того на колени:

«В итоге, что мы имеем? Вы, харкан Валентин - сан, втянули в битву за Иререс, лайнер оказался пиратским кораблем, сейчас полгорода затоплено из - за разрушения плотины, отделявшей Иреррес от Алмазной Пустыни, многие сейчас в тюрьмах за битву с жестоким Императором Драконом Геросом (некоторые даже ждут Магического суда и вынесения приговора). Плюс ещё - Вы пытались сбежать от меня! А ещё, я уверен, что погоня за коробкой - Ваших рук дело! Причем - просто так!»

На гневные реплики Робина уже обращали внимания посетители кафе. Многие из граждан с интересом разглядывали чужаков, слушали, о чем он говорит, но никого не вызывали.

- Мы не хотели тебя беспокоить. К тому же, Кир, являющаяся сердцем и душой леди Камелии, в отличии от тебя с братьями, разобралась, почему я так себя веду. А то, Вы меня в психушку упекли, даже не поддержали, когда у меня был уничтожен дом во время взрыва! Неужели мне нельзя общаться с Киром? Мы кажется, это обсуждали, Джед - Сан, мне любопытно, кого мы приютили во время Рулетки Сатаны, - Валентин с вызовом глядел на говорящего, скомкавшего написанное письмо.

- Интересно? Интересно? Ты серьезно считаешь, что я позволю увидеться с ним?! Я собирался сражаться с ним, отстоять честь леди Камелии и стать её рыцарем! Я слышал, что если она - его создательница, то может вернуть меня к жизни! Через этого пацана! - Робин ткнул пальцем в меня.

Я дернулся на стуле. Огненные разряды в виде змей шипели рядом с ухом.

- Ты обезумел! - Валентин захрипел, когда крепкая рука Робина заехала по щеке.

Тот сплюнул кровь на землю.

- Робин, хватит! - чей - то голос, подобный ласковому дуновению ветра, прошелестел рядом.

Рядом с ним возникли две рамы. Их обвивали зеленые потоки.

Их поддерживали два демона с рогами и с крыльями. В одной из них появился какой - то грек с длинными волосами, словно ночь, в белой тоге на фоне горы с видом на океан. Его длинные пальцы изящно касались поставленной перед ними тарелки с виноградом.

В другой - пейзаж Африки. В нем к маленькому, старенькому вертолету подбирался толстенький парнишка в звериных шкурах и шлеме с перьями попугаев. На его шее красовалось ожерелье из раковин. В руках он держал яйцо и был окружен экзотическими животными. Я уж не говорю про рог, болтающийся у него на шее.

- Я спешу на помощь! Кто там в Ордене застрял? - перекрикивая ветер из вентилятора самолета, кричал мужчина с животными.

- Сэр, их всех нельзя сюда! Животных надо сдать в багаж! - тараторил ему в ухо таможник.

- У меня там война! Им нужна атака животных! - спорил с ним человек со зверушками.

- Сэр, их нельзя с собой!

- Зачем ты сказал кузену Айро? - Робин недовольно щелкнул пальцами.

- А зачем ты связался со мной, если видеть меня не хотите? - парировал Робин им.

Молчание.

- Мы вмешиваться в твою потасовку не будем. Особенно, после того, как ты перешел на сторону Ведьмы Рубинов...

- Зефир!

Робин бахнул по столу кулаку.

- В любом случае, вини в этом себя, кузен.

Зефир лениво потянулся за очередной порцией винограда.

- Что касается Валентина, мне кажется, что товарищ итак наказан. Надел на себя шкуру, которую носил даже не Кир, попал в передряги здесь, плюс - надо снять заклятье. Разве что, ты можешь припомнить, что когда - то сея личность осмеяла тебя и делает гадости каждый божий день. Ты можешь сделать так, что кожа станет каменной, чтобы шкура не снималась долгое время, а ещё, чтобы Валентин расхлебывал твою кашу и выяснял то, что ты когда - то, сотрудничая с Киром, как слуга. Он все равно не в лучшем положении, так что вреда тебе не причинит. А слуга нужен для того, чтобы было по - честному, когда Вы оба столкнетесь в честной дуэли, - спокойно изрек Зефир.

- А если хочешь проучить этих гвардейцев, если тебе нечего делать, то пусть наказание им изречет та, от которой месье Файонел позеленел. Говорю Вам, это мини - гарпия, скрещенная с драконом. Он ещё маленький! Это подарок одной леди, которая помогла женить моего брата, Зефира! Пропусти живо! - Айро явно протестовал, когда его обыскивали перед поездкой.

- Я знал, что с Вами будет приятно пообщаться, кузены, - ядовито сказал им Робин, спокойно нанизывая на вилку стейк с кровью.

Рамы потухли.

- Ты слышал, Валентин свой приговор. Нечего было смеяться надо мной! - Робин что - то прошептал. Кожа на Валентине, одетом в черный балахон, изменилась. Она стала каменной. А черные смерчи, словно черви, проникли вовнутрь раскрытого рта Валентина - сана. Тот содрогался в немом крике.

Рамы потухли. Робин повернулся к Эдварду, у которого была рассечена губа и к Файонелу, изрыгающему проклятия и заклятия, отходившими от силового барьера вокруг Робина шаровыми молниями.

- Ох, что происходит?

Мелодичный голос с хрипотой, в котором слышал перелив колокольчиков словно успокоил его. Эдвард, воспользовавшись ситуацией, выполз из - под ног мага.

- Она просыпается! Она просыпается! - затараторили, пища и кружа вокруг стола, маленькие писки. Их стрекозьи крылышки подрагивали на осеннем ветру.

Рамы сзади Робина потухли. Демоны поставили шезлонг вокруг коробки и, словно арабские слуги, встали по обе стороны от шезлонга, охраняя коробку. Они также поставили балдахин из розовых лепестков над коробкой в форме щуки.

Коробка раскрылась, словно цветок из разноцветного мыла в шкатулке. К ней медленно подползала магма, принимая форму птицы с длинной шеей и распушившимися крыльями. Лозы из шиповника (на коробке ещё остались остатки) одна за другой отделялись от неё. В воздухе играла музыка группы Heilung - «Alfadhirhaiti» со скандинавскими и кельтскими мотивами. Вороны, из ниоткуда спикировавшие на землю, кружили над коробкой, пронзительно каркая. В воздухе витали бабочки. Это было так красиво, что я аж рот распахнул, наблюдая.

Потом, шезлонг закрылся с обеих сторон от коробки. Солнечный свет, отбрасываемый черным солнцем, осветил медленно встающий силуэт красивой девушки. Невысокий рост, с пышными формами и бедрами, длинными, словно шелк, волосами. Запахло кофе и каким - то приятным ароматом. Стрелка часов на солнце (необычные они, кстати) достигла отметки двенадцать. Часы пробили полночь, так как помимо солнца на небе неожиданно выплыли две луны, выстроившиеся в ряд: красная и белая.

- Миледи, - Робин склонился в поклоне.

Фигура повернулась к нему. Красивая и большая грудь колыхнулась в такт движенья. Распущенные волосы, часть которых была собрана в виде гульки, прикрыли её полностью.

- Джед? Какого черта? - томный голос мне уже нравился.

Файонел дрожал от ужаса, глядя на эротичный силуэт (он был очень эротичный с неоновым освещением по - моему мнению).

- Миледи, я приношу свои извинения, что не отстоял Вашу честь в рыцарском поединке, - Робин - сан старался выглядеть милым.

- После того, что ты устроил в моей стране?! Как ты вообще смеешь показываться мне на глаза после того, как наложил такое заклятье, что кошмар, - вся её поза вызывала негодование.

- Миледи Камелия Сайрес, меня заставили наложить заклятье. Заставила Ведьма Рубинов. Я хотел извиниться за этот инцидент... - тот нервно кусал синюшные губы.

- И слушать не хочу! Ты причинил ещё неудобства моему сердцу и душе Киру де Скалисту! - она фыркнула, обмахиваясь веером. Капли пота соблазнительно стекали по её телу.

- Миледи, я не хотел причинить Вам вред. Я хотел извиниться. К тому же, у меня есть предложение, которое загладит мой поступок перед Вашими землями и Вами, - Робин - сан явно старался быть галантливым.

- И что же Вы можете мне предложить, мистер Джед Робин Сусаноо - сан, огненный кузнец?! Вы серьезно хотели отстоять мою честь, как предлог к тому, что я представляю свои владения и извинения за то, что когда - то Вы поссорились с Киром де скалистом и вовремя не спасли его, как и меня, и я теперь пребываю в таких ранах, что могу напугать любого, кто ко мне подойдет? - она явно была удивлена.

- Да. В общем, я хотел предложить Вам меч, который разит без промаха, слыша о любви моего старого друга, Кира де Скалиста, если мы оба можем называться друзьями, после случившегося, для фехтования, а также кучу украшений с платьем из солнечного света для Вашей скорой церемонии цветов и приглашение на Зеленый бал. Ну и отстоять Вашу честь (я наслышал о Вашей красоте), так как в моей душе крылись сомнения о том, что меня и моего друга решили стравить словно хищных птиц враги, - Робин - сан налил ароматного чаю с персиковым привкусом и нежными лепестками сакуры, от которых шли огненные искры.

Фигура прям пышала яростью, но слушала внимательно, присев на татами. Я заметил, что рядом с ней светились какие - то причудливые порталы. В одном из них на острове валялся труп какого - то парня с крыльями. От него, пока они говорили, отделилась струйка пара, медленно заползающая под навес к фигуре.

- В общем, меня посмели оскорбить многие гвардейцы, поэтому мои подарки были уничтожены, как и моя честь, так как они нечестно победили, меня обманули и ещё обидели. Поэтому я решил, посовещавшись со своими кузенами, что первое, что Вы скажите, станет им карой, мучающей их в кошмарах, - ухмылка Робина - сана ничего хорошего не предвещала.

- Хм... Кха - кха - кхи - кха - тарара! Потрясающая идея! Особенно, если здесь собрались столь интересные личности, - я не видел фигуру, кроме силуэта, но готов был поклясться, что фигура смотрела на меня, смеясь странным смехом, от которого её грудь сотрясалась, а сама она, кажется, готова была его простить.

- Что ж, если мое слово ТАК значимо, то первое: Эдвард де Скалист будет мне рыцарем. Так как мне нужен рыцарь, особенно владеющий медицинскими познаниями, а Валентин - сан - сиделкой, так как я ранена и в медицине нуждаюсь. Да и по - нормальному обществу скучаю. Что касается тех, кто тебя оскорбил: на днях, я видела одного мальчика Меджика - куна. Я предлагаю, чтобы он присоединился и придумал вместе со мной заклятие, вернее - доработал. А то я слышала, что он и тебя прогневал, а некоторые из них были его друзьями, - в голосе усмешка.

Повисла тишина. Робин - сан внимательно слушал.

- Мне интересны и твои предложения, миледи.

- Как хорошо, что ты меня ценишь. Что ж, дело какое: итак, ты одаешь мне одного из них в помощники.

- Не обсуждается. Он мне нужен для того, чтобы я использовал его тело и возродился! - огненный кузнец явно дал понять, что не согласен.

По - моему, эта дамочка мне помогала и одновременно ставила меня на место: я заметил, что она говорила, как одна из того района, который пострадал и одновременно не могла смотреть на то, что тот хотел сделать. В уши мне било электрическим током.

- Так дай ему сказать последнее слово. Обычно, перед смертью говорят разумное решение. Я ведь знаю, что ты бесишься на него за то, что твои вещи оказались у него, - гнула она свою линию все равно.

Змеи с электрическими разрядами ослабевали. Я вздохнул глоток воздуха.

- Хм... Разумно. Итак, малявка, какое у тебя будет предложение по поводу них? - огненный маг взирал на меня так, что мне аж страшно стало. Успокаивал только аромат духов, исходивший от женщины, делающий знак Валентину, медленно достающему из - за пазухи кинжал.

- Я... ну... Кхе - кхе... Предлагаю следующее, чтобы они были заколдованный заклятьем страха, т.е. они превращались в то, чего бояться и потеряли свою храбрость, добывая тебе что - нибудь, чтобы извиниться за один день! А ещё, чтобы снять заклятье, помогли мне стать крутым лихтором (копом по магическим делам), дабы арестовать тебя! - гаркнул я первое, что пришло мне в голову. Шею сдавило.

- Меня? Меня? А у тебя кишка не тонка, малец! Что ж, я исполню твою последнюю волю! - Робин - сан щелкнул пальцами. Темные вихри, словно плющ, опутывали каждого из тех, кто провинился перед ним, насильно кормя их брусникой, от которой пылал огонь. Остальные ягоды тени раскидывали в разные стороны и порталы в виде клетки и птиц. Мне досталось тоже.

Я думал, что мои дни сочтены, но почему - то не умер. Лишь горло жгло, как при ангине, а у пупка светился маленький огненный шарик.

- У меня аж настроение поднялось! Как приятно иметь с Вами дело, миледи, - Робин - сан повеселел.

Кинжал, который готовил Валентин, пролетело мимо него и врезался в нескольких сантиметрах от меня. Я сглотнул. К глазам подступала пелена.

- А теперь мое слово...

Фигура приблизилась легким шагом к Джеду - сану и наклонилась у его уха. Её полная грудь почти касалась его щеки и подбородка. Я заметил, что она плавно дотронулась до его кубка (стакан превращался в кубок на глазах у изумленных посетителей, которые уже звонили в полицию). Но их телефоны не отвечали или сгорали моментально.

- Какое же? Вы вмешиваетесь в мое колдовство, миледи? - уточнил маг, с интересом глядя на все, что показывал соблазнительный силуэт.

- Да. Если хотят снять заклятье, первое: пусть буду помогать мне и тому чародею, с которого ты сейчас шкуру сдираешь, - её палец указал на Эдварда - сана - мужика в белом, который корчился у его ног, изрыгая проклятья, так как маг содрал с него шкуру и тот выглядел как мужчина с каштановыми волосами (мой нос уловил запах краски), торчащими в стороны, в синяках. Его уже уволакивали от мага, какие - то люди в капюшонах и с гробами на спинах в масках птиц.

- Второе: им нужно остановить череду убийств в королевстве, то, что случится в будущем и найти эту мико солнца к закату следующего дня, - загнула второй палец женщина.

- Третье: одно из заклятий с омерзительностью внутри них, так как страхи часто искривляют сознание, будет распространяться на всех, кто подойдет к принцу Файонелу. Так как он начал, а не остальные (с Эдвардом я буду бережно обращаться, вот увидите), - женщина приблизилась к нему вплотную.

Фил - кун стучал зубами.

- Какая Вы требовательная леди... - Джед - кун схватился за горло. Из его рта стекала струйка зеленой крови, а корни дерева, выходящие из его спины, рвущие одежду, сжались на его теле сильнее.

- А четвертое: просто умрите, так как Вы были замешаны в этом инциденте и заклятье распространилось и на Вас. На всех, кто участвовал в ссоре. Ваш главный страх - смерть, - словно змея прошипела она, наслаждаясь его предсмертным проклятием в адрес провинившихся людей. Последнее слово мага (если это проклятье) - дело серьезное, знал я.

Я молчал наблюдал за этим.

Дэниел, Костянка

Капитану было страшно. Он не мог пошевелиться. Ему было плохо. Его избили, он не знал, за что. Он точно не ссорился с Ведьмой, которая помогала ему, приняв его облик, часть команды погибла, а сам он не грубил одному Харкану, желая отомстить - двум магам, один из которых создал расу сквамасейкеров, чтобы поддержать заколдованного брата, а другой после этого стал их королем и принес им и культуру, и традиции. Поэтому в народе их прозвали Харканами - на языке сквамасейкеров переводилось, как «подобные богам».

Только один из них стоял на коленях перед своим братом за то, что помог ему. Дэниел даже догадывался, что это он попросил принести коробку, чтобы его свергнуть и его обидел, а он, Эдвард Де Скалист, попал под руку Королю Сквамасейкеров, который плел свою игру, так как по легенде, один из них был силой, а другой - хитростью. Друг друга они ненавидели из - за каких - то причин, которые ему были не ясны. Дэниел сглотнул и не сопротивлялся, когда к его виску был приставлен ствол.

6

Элайт (Мороженщик)

Но затем... Я снова услышал зов. Я закрыл уши. Дальше, я увидел бабочку... Золотую, светящуюся... От каждого взмаха её крыльев в воздухе оставался след, состоящий из золотистой пыльцы. Она, словно, звала меня за собой. После того, как в меня неожиданно полетела подушка с сердечками.

Мне было все равно. Я, словно зачарованный, надев синюю, украденную фуражку, пошел за бабочкой. Меня кто - то пытался остановить, но я просто стряхивал с себя руки или грубо отталкивал. Я слышал, какие - то перешептывания, женские хихиканья, мимо меня пробегала прислуга, дворяне смотрели косо. Но я ничего не слышал. Я следовал за бабочкой. Было ощущение, что к моему телу словно приделали нити, и я был куклой в театре марионеток. А ещё... мне мерещилась на стенах кровь. Я видел каких - то людей, которые в панике бежали прочь. За ними гнались какие - то тени. Я тряхнул головой. Видения исчезли. Я вяло оглянулся по сторонам. На стенах виднелась кровавая полоса. Мир стал черно - белым. Я чувствовал, как у меня заложило нос. Я шел за кровавым следом и за бабочкой. Впереди замаячил свет. Я прикрыл глаза ладонью, сложив её козырьком. Передо мной снова были те люди, столпившиеся вокруг какой - то фигуры, который на корточках что - то рыл руками. Тени были все ближе. Люди, столпившиеся вокруг фигуры, помогали рыть туннель. Рядом с ним стояла женщина с длинными каштановыми, волнистыми волосами, часть из которых была собрана в высокий хвост. Её фиолетовое платье с оборками и с жабо с аметистом на цепочке на груди (я видел его у Кэрри), прислоняла к себе ружье. У нее было лицо с обликом Кэрри. Она посмотрела на меня своими серо - голубыми глазами и направила на меня ружье. Её руку мягко остановила фигура, рывшая туннель, которая медленно поднялась с корточек и повернулась ко мне. На её голове красовались гигантские, ветвистые рога, закруглявшиеся, словно ореол и корона. Я увидел красные, длинные волосы до пят и необычнее глаза: янтарные, разные (один - рубиново - карий, а другой - зеленый), светящиеся серебристым. Он хотел протянуть мне руку. Я вытянул свою руку вперед и наткнулся на пустоту. Затем, я ощутил, что пол скользкий и посмотрел себе под ноги.

Под ногами развернулась жидкая, черная грязь, приобретавшая форму людей с выражением адской агонии на лицах, тянувших ко мне руки, царапающих мои ноги и сапоги. Они затягивали меня в эту пучину. Я в ужасе закрыл уши руками, не в силах слышать их стоны и этот шепот, говоривший мне: «Это ТЫ виноват!», «Проклятое дитя!», «Ты нас погубил!», «Монстр!», «Лучше бы ТЫ не рождался на свет!» Я отмахивался от них, словно от мух, и...поскользнулся на ровном месте. Моя рука наткнулась на что - то теплое. Я посмотрел впереди себя, ощущая, как по моему виску скатывается капля пота. Передо мной было лицо без носа, с черными зиявшими дырами, вместо глаз, из которых лилась та темная жижа. Он открыл рот и оттуда на меня полилась какая - то кислота и полетели мухи и комары. Мое лицо жгло и щипало. Я стал рвать на себе кожу, вопя неистовым криком. Меня пытались остановить, трясли за плечи. Я отмахнулся и...нечаянно дотронулся пальцами, с которых неожиданно стала слизать кожа, до шахматной фигурки, валявшейся на снегу, заляпанном кровью (жижа окружала меня, как и белоснежный снег, обвив ноги, словно змея). А дальше... Яркий солнечный свет... И...МЕНЯ НЕ СТАЛО.

Феб из клана Сан

Фебу из клана Сан, откуда выбирали Верховников (Императоров всех стран) было не менее любопытно, что оставил после себя исчезнувший в никуда Арчибальд из будущего. Он на все смотрел скептически.

Ему было на все наплевать. Ну.... Почти. Феб оторвался от стены и подошёл ближе к Арчибальду. Ему очень хотелось знать, что за хрень происходит.

Неожиданно, он услышал какие - то звуки. Потом, в зал, пошатываясь, ворвался Элайт. Вид у него был нездоровый: бледный, казалось, что его сейчас вырвет. Также, он все время затыкал уши руками в страхе от того, что словно хотел прекратить нечто омерзительное.

Он поскользнулся на ровном месте. Феб среагировал быстрее, чем удивленный Арчибальд. Юноша оказался рядом с Мороженщиком.

- Ты в порядке, Элайт? Все с тобой нормально? - наследник клана заглядывал ему в лицо с явным беспокойством.

Тот поднял голову и попятился от него в приступе безумного ужаса. Он ни с того ни с сего стал себя царапать и издавать нечеловеческий крик. Ужастики с кричащими в них людьми просто и рядом не стояли!

Феб схватил его за плечи и стал трясти.

- Что с тобой? Прекрати! Успокойся! - Феб понимал, что у него плохо получалось привести в чувство своего товарища.

Но тот сбросил его руки со своих и коснулся шахматной фигурки на полу.

Феб не понял, что произошло. Та замерцала ярким светом, от неё стали отделяться синие огоньки.

Перед Фебом возникли клетки, созданные из синего пламени. Внутри них находились светящиеся образы птиц. Он подошел к одной клетке, а потом - к другой. Феб коснулся одной из них. Птица вспыхнула внутри. Волна энергетического взрыва захватила его.

Наследник клана Сан ощущал какие - то эмоции: гнев, боль, ярость. Все тело ломало. Он словно смотрел на происходящее со стороны, но при этом ощущения, которые он испытывал и захватывали его, принадлежали не ему.

Парень оказался в каком - то мрачном замке. Сводчатый потолок, витраж с изображенным на нем дьяволом. Все было в золотистых тонах, подсвечники были причудливой формы: завивались, словно змеи. Воздух был тяжелым. Наверху можно было разглядеть купол, через который видно было затмение луны. На пол медленно падал черный снег. Свет неожиданно погас. Также здесь стоял могильный холод. Юноша заметил какое - то движение у стены. Вглядевшись во тьму он увидел сквамасейкера - чешуйчатого чародея. Только тот отличался от тех, кого видел сын сенатора Корнелия: маленький, весь в золе и в пепле, с вздернутыми чертами лица, рожками на голове, похожий на чертенка. Он был прикован к стене массивными цепями, весь в ранах. Феб даже думал, что он мертв.

- Здравствуй, птенчик.

Скрипучий голос нарушил тишину. Феб видел как чертенку приближается некий джентельтмен. Он был одет в белые обтягивающие брюки с длинным, зелено - золотым пальто и в белую блузку с рюшами. На его ногах были черные, конные сапоги, а на руках - перчатки. Сам старик напоминал пантеру, настолько он был строен и двигался словно кошка. Его рыже - золотистые с проседью волосы были собраны в конский хвост и перевязаны мягкой лентой. У него были заостренные черты лица, вздернутый нос, маленькие зубки. А его глаза... Фебу стало не по себе: зеленые, светящиеся серебряным глаза, смотрящие вперед, словно голодный шакал увидел мышку, загнанную в угол. От его фигуры исходило зеленоватое сияние, хотя сам он был весь в дурно - пахнущей зеленке.

Мальчишка, прикованный к стене, пошевелился и приподнял голову. Он что - то промычал, но Феб не понял.

- Che peccato, no? Ты прикован цепями к стене! Тебя ни за что заперли в замке! И ты не помнишь, ща что! А твои мучители на свободе! Кроме того, боль в твоем теле.... О, я ощущаю её даже отсюда! Нет ничего жалостливей, чем птичка, запертая в клетку и имеющая цель взлететь в небо, познав вкус свободы! - проскрипел старик, оказавшись рядом с пареньком.

Его глаза, казалось, проникали в душу. Фебу явно становилось не по себе. Ему так и хотелось кинуться к мальчику и защитить его от неприятного старика.

Неожиданно тот повернул к нему голову и подошел прямо к Фебу. Вернее - подплыл. Откуда - то взялся подсвечник, и лицо старика было освещено как в фильме ужасов.

- Чего тебе нужно от него? - Фебу было страшно.

Тот долго смотрел на него, а потом наклонился к нему. Феб потянулся за пистолетом (стволом) на поясе. Но его не оказалось.

- Не срывай мой выбор! я не причиню ребенка зла! - старик напоминал кота, увидевшего мышку.

- А то, что, будет? - Феб дерзко вскинул голову.

Старик неожиданно закрыл глаза, а потом.... Потом он хищно изогнулся и схватил за затылок юношу.

- У меня нет времени на разговоры, мальчик! запомни: за некоторые вещи я никогда не прощу тебя! - зашипел старикан.

- За какие?! - полицейский сжал руки в кулак.

Тот промолчал и вложил ему силой в руку какой - то оберег в виде солнца, внутри которого был ромб с солнечными лучами.

- Сказать нечего, да?! - Фебу хотелось врезать ему.

Старик посмотрел так, что Фебу стало его жалко.

- За то, что ты дал ему то, чего не дал я! - старик больше не обращал внимания на юношу.

- А теперь, не мешай. Я передать ему то, что станет ему даром и проклятием,- старик больше не обращал внимания на юношу, который так и рвался ему помочь.

- Что ты имеешь в виду? Эй, стой, эй... - Феб видел, как старик, похожий на шакала подошел ближе к мальчишке, прямо глядя ему в глаза.

В его руку что - то положили. Нечто походило на золотую монету в виде скарабея.

- Эта вещь всегда поддерживала его. Девчонку, на котором все закончится, - глаза старика поблескивали во тьме.

- Закончиться что? - Феб недоуменно смотрел на своего собеседника.

- Петля времени и. Проклятие семей, - тот направился к ребенку, сделав ему жест, что надо говорить тихо.

Клетка снова появилась. Старик и узник исчезли. Синяя птица защебетала. Феб толкнул двери новой клетки. В его ладони сверкал скарабей.

Дальше наследник клана Сан решил продолжить путь. Синяя птица снова вспорхнула. Перья при приближении его шагов засветились синими искорками.

Новые виденья сменяли друг друга. Тот ребенок исследует замок, то появляются какие - то чудовища или люди в звериных масках.

Затем, раздался скрежущий звук. В воздухе начала летать какая - то кукла- блондинка в шифоновом платье. От неё было не по себе, как и от мрачного замка. Курсант потянулся к обойме пистолета, на случай, если ему будет грозить опасность.

Курсант шел по синему следу. Клетки открывались одна за другой. Наследник клана Сан заметил, что по правую сторону от него рядом кто - то тоже бежал. Юноша мог разглядеть силуэт какого - то молодого рыженького паренька, вернее - его сапоги на низком каблуке с камешками, двигающегося вместе с ним нога в ногу. В его руке было что - то типа подсвечника. Он то от кого - то убегал, то с интересом исследовал замок.

Фебу стало интересно. Он протянул руку к юноше, но его рука прошла сквозь него.

Видения сменяли друг друга с каждым шагом Феба.

Например, куча чудовищ, демоны, летающие рояли.

Феб также видел другие виденья: вот царственный, красивый фейри, похожий на Кира, только чуть постарше, с рыжими волосами и, переливающимися фиолетовым, крыльями, подходит к юноше. Вокруг валяются погибшие полицейские.

- Нужно убить трех фей, полицейская. Тогда мы станем свободны и выберемся из замка. Вот что я узнал! - голос фейри звучал гордо, словно он узнал, что - то классное.

- Это хорошо, - каркающим голосом ответил полицейский.

Минута молчания.

- Ануфрий.

Глаза мальчишки блестят.

- Килиантермурт.

Фейри наклоняется ближе и протягивает руку. На его лице читается «Давай дружить!» Руку пожимают.

Новая клетка. Наследнику клана Сан было не по себе.

Вот прыжки между мирами. То один мир сменяется на другой. То какой - то бал, то крутящие словно цветы в виде темных демонических щупалец. Мальчишка работает как детектив и курит. Только, мальчишка ли это? Феб пригляделся. Не поймешь, то ли мальчик, то ли - переодетая девочка....

Потом, юноша видит следующее виденье: какие - то тренировки, вопли, пытки... Людей заставляют играть по правилам террористов, а над этим издевается Сол и какие - то люди в эксцентричных и эксбициониских костюмах, комментируя происходящее как какое - то телешоу. Молодой принц чувствовал, как его рука, сжимается в кулак. Ему хотелось врезать Верховнику Солу. «Это не игра! Люди, здесь пытают живых людей! Одумайтесь!» - кричал молодой Михаэль, Но в тот же момент его ударили по спине, а девушку кинули в пасть живым крокодилам. Феб отвернулся. Он видел, как люди проходили ловушки в стиле Индианы Джонса, но только чтобы выжить. И не умереть.

Новая клетка. Новое виденье. С этого момента парень ощущал, как оказался в шкуре Килиантермурта и видит все происходящее его глазами. Посиделки с демонами. Многие из них веселятся, словно люди. Полицейский Килиантермурт бегает по замку и освобождает обращенных в камень ангелов. Демоны его не трогают. Когда расколдованный ангел освобождается с помощью некой монеты, словно в компьютерной игре, перед глазами предстает потерянное воспоминание.

Юноша вздохнул. Не первый случай, когда в замок Нобельхейм тащат очередного полицейского, потерявшего память.

Еще она клетка. Вспышка. Феб в шоке. В видениях в окружении дыма и белого свечения предстает замок и некая женщина, вокруг которой происходит государственная измена. Свергают королеву. Казнь кучи людей.

По голове бьют. Это Чесвик. Потом куда - то тащат. Горящий замок. Мертвецы. На полу сидит красивый фейри. Он весь в золе и в пепле. В веревках. Вопль. Дальше словно пелена. Потом - очухиваешься привязанной к столу. Дальше какие - то сектанты, смерть кучи людей. Инквизиция Кира и человека, чьи воспоминания. Но когда огонь разгорается - появляются какие - то духи. Что - то шепчут. Слезы. Затем, тебя забирают в некий мир и спасают всадники. Они о чем - то говорят, показывая отряд Рейна. Задают вопросы. Человек отвечает о чем - то. Заинтересованность читается на лицах всадников. Один из них - самый грозный смилостивился, наклоняется и внимательно слушает. Он останавливает человека, отвлекая от занимательной беседы с самым уродливым из всадников, похожим на скелет, обтянутый кожей, в желтых глазах которого искрится любопытство и заинтересованность. По взмаху его руки, от которой чуть не поднимаются ураганы, возникает виденье команды, в которой стоит Рейнольдар и куча людей. Какие - то серьезные разговоры, будто допросы полицейских. Даже хуже - гангстеров или охотников на ведьм.

Ургал (Рудольф или что случилось в саду на вилле)

Однажды, услышав, что его братья собираются на рыбалку, Ургал, который до сих пор был в шоке от того, что узнал от дяди, что он - маг (после того, как тронул дурацкого единорога) решил пойти тоже. Все равно дядя его не слушал! Но братья не собирались брать Ургала.

- Ты, пожалуй, выловишь всю нашу рыбу. Сиди лучше дома, - заявили они брату

- Но в озере много рыбы, хватит нам всем, - возразил им Ургал, но братья были непреклонны.

На следующее утро Ургал встал пораньше, пока его братья еще спали, и, взяв с собой рыболовный крючок, он отправился на берег, где стояла лодка братьев, и спрятался под подстилкой на дне лодки. Вскоре он услышал их веселый смех. Старшие братья Ургала вслух обсуждали, как им удалось удачно ускользнуть от брата. Они радовались, что будут рыбачить целый день и младший брат не будет их беспокоить.

Они столкнули лодку на воду и вдруг услышали какой-то шум.

- Что это было? - спросил один из них.

Тут они услышали, что кто-то разговаривает. Они никого не видели вокруг; их окружала только вода.

- Это, наверное, чайка кричит над морем, - предположил один из братьев.

Потом они снова услышали этот звук. Это был Ургал, который смеялся и говорил измененным голосом:

- Я с вами. Вам меня не обмануть.

Братья Ургала уже порядком испугались. Они ясно слышали голос, но никого не видели.

Они вышли на глубину. Голос все вел свою речь, и один из братьев догадался, что идет он из-под подстилки на дне лодки. Он приподнял ее и увидел Ургала, который громко хохотал и повторял:

- Я вас обманул! Я вас обманул!

Братья были очень удивлены. Они решили немедленно вернуться на берег.

- Тебе с нами нельзя, - сказали они Ургалу. - Ты слишком маленький, наш отец не разрешает тебе ходить с нами на рыбалку.

- Посмотрите! - сказал Ургал. - Вы уже так далеко от берега!

Он воспользовался своей магической силой, которую скрывал от братьев, чтобы земля казалась еще дальше от них. Его братья не догадались, что все это был фокус, и нехотя согласились оставить Ургала с собой.

Некоторое время они гребли, а затем - остановились. Только они собрались начать рыбалку, как Ургал сказал:

- Давайте еще немного проплывем. Я знаю гораздо лучшее место, там полно рыбы - всю не переловите. Еще чуть дальше, и у вас сети будут полны рыбы с первого же раза.

Братья соблазнились этим предложением и снова взялись за весла. Вскоре Ургал остановил их. Братья забросили свои сети, и уже через несколько минут они были полны рыбы. Юноши не могли поверить в свою удачу.

Их лодка глубоко сидела в воде из-за тяжести улова, и братья сказали Ургалу, что пора возвращаться на берег.

- Нет, - сказал Ургал, - я еще ничего не поймал, что же это за рыбалка!

- Но у нас уже достаточно рыбы! - ответили братья.

- Нет! - настаивал Ургал. - Я хочу порыбачить.

С этими словами он вынул свой рыболовный крючок, сделанный из кости, и попросил дать ему наживку. Братья отказали ему, и Ургал так долго тер в задумчивости свой нос, что из него пошла кровь. Он смазал крючок собственной кровью и бросил его в воду.

Вдруг лодка дернулась, и Ургал восторженно закричал. Он был уверен, что поймал огромную рыбу. Он тянул и тянул. Море вспенилось. Братья Ургал сидели, онемев от удивления.

Ургал тянул и тащил свою леску, казалось, целый час, пока, наконец, рыба не оказалась на поверхности. Тут Ургал и его братья увидели, что он поймал не рыбу, а остров с замком. Крючок Ургалу застрял в дверях замка Нобельхейм.

Братья Ургалу не могли поверить своим глазам. Остров Магистия, вытащенный из глубины, был ровный и яркий, на нем стояли дома, пели птицы. Братья никогда в жизни не видели такой прекрасной земли.

Как только Ургал ушел, его братья забыли его указания и стали спорить, кому будет принадлежать пойманная земля.

- Она - моя, - сказал один.

- Нет! Я первый сказал! Она - моя! - кричал другой.

Вскоре, совсем разъярившись, братья стали рубить землю своими клинками. Маги рассердились еще больше: ведь края острова стали неровными и изрезанными. Их уже нельзя было исправить.

Маги вспенили море и потопили лодку с братьями. Остров Магистия опустился на дно и вместе с ним мудрый Ургал, который остался жить на нем, в Магистии - землях за стеной из шиповника. Хотя сам он стал превращаться в бисер.

Рудольф

7

Рудольф шел. Когда - то, на уроке географии, его спросили, был ли он где - нибудь, кроме Миррор Вальса. На вопрос юный принц ответил, что нет. Однако если бы ему задали вопрос сегодня, он бы ответил, что да. Прошел год после того, как юноша сбежал от чародея, оставив свою невесту в его лапах. Но Рудольф не знал об этом.

За год он обошел все провинции континента Келтаниум, побывал в разных городах. Куда только не завели его ноги: в Йорк, дождливый Манчестер, в Бенингем, в Бэт.... Бывал он даже в Блэкберне, Глостере. Прошел он ещё 174 города. В каждом из них была своя культура, да и люди по - разному относились к нему. Сколько юноша не заявлял о своем социальном статусе, мало кто помогал ему: многие просто смеялись над ним, дети тыкали пальцами, а некоторые избегали его, словно прокаженного. Это было странно, ибо царевич был уверен в том, что его лицо известно во Всех Трех Царствах. Менялся цвет листвы, звери, как хамелеоны, меняли свои шубки и сбрасывали их, тем самым избавляясь от лишнего балласта; облака, подгоняемые всевозможными ветрами, то медленно ползли, то неслись, словно учувствовали в скачках лошадей, которые так любила его бабка. Так как плутал юноша по роще очень долго, то его одежда износилась и потеряла цвет, сам он исхудал, так как ему пришлось питаться ящерицами и насекомыми, ибо выживать в лесу принц был не приспособлен. Привыкший, что слуги делали за него работу, ему было очень трудно не только ухаживать за собой, но и добывать себе пропитание, ибо на охоте юноша часто показывал не самые лучшие результаты. Даже развести огонь для него было трудно.

Скрываясь от многочисленных жителей, Рудольф заимел привычку разговаривать с самим собой, а ещё - перестал следить за собой. Молодой человек не удивлялся тому, что на него косятся люди, когда он выбрался из чертового леса и очутился в деревне Брай, не удивился тому, что девушки воротят носы, смотрят как на психа. Были, правда, те, кто подавал ему милостыню или бросали ему еду. Однако, как известно, каким бы не был мир, равнодушных людей больше, чем неравнодушных.

А все после того, как они утром, послушав рассказ чародея Рейна, с помощью древнего заклятья заявились на турнир Джеда и разминулись.

Прошел всего лишь год, а принц уже знал, что мир жесток, что люди интересуются тобой лишь тогда, когда им что - то от тебя нужно, а на твои проблемы им наплевать, так как все люди - лицемерны и ими всегда движет только любопытство. Он бежал через деревни и города, сквозь горы и равнины, по пустошам и живописным лугам, не отдыхая. Возможно, Рудольф долго бы вел жизнь бродяги (многие люди узнавали в нем принца из Миррор Вальса, но либо требовали гигантское вознаграждение за спасение его жизни, либо плевали в лицо, так как политиками всегда недовольны), если бы в один прекрасный день он не наткнулся на двух охотников с длинными луками, сидящих верхом на пегасах - крылатых лошадях, способных долететь аж до небес. Судя по всему, они шли по следу оленя. Королевич шел за ними так тихо, что даже лошади, мирно жевавшие пожелтевшую траву, не почувствовали его близости. Вид людей постепенно успокоил его. Несмотря на то, что он шел так близко, ему не удалось услышать их разговор. За этот год Рудольф повидал много людей: и добрых, и недобрых, и молодых, и старых. Жизнь одиночки сделала его недоверчивым. Но в глубине души, где - то на самом низу, если бы душу можно было поделить на этажи, остался жить тот беззаботный мальчишка, каким он был. Тот доверчивый мальчишка, зависящий от мнения своей бабки и наивно верящий, что ему помогут вернуться домой (все предыдущие попытки кончались плохо). Его интуиция советовала ему поговорить с ними, попросить о помощи.

Шаги принца, несмотря на то, что королевич старался идти на цыпочках, дабы не помешать процессу охоты, вспугнул их добычу. Белый олень галопом убежал от мужчин, да так, что догнать его не удалось даже тогда, когда мужчины заставили своих крылатых лошадей полететь за ним.

Охотники помолчали какое - то время, потом первый задумчиво произнес: «Поехали отсюда. Мы не найдем здесь дичи».

Глядя на них, королевич предположил, что они давно охотятся и очень устали. А ещё, стояла такая осенняя жара, что будь он на их месте, он бы сам бросил сее занятие.

Следуя за ними, он выбрался на край леса. Мужчины пришпорили лошадей. Первый охотник обернулся и, словно увидев притаившегося в тени королевича, крикнул:

- Выходи, я знаю, что ты прячешься.

- Хорошо, сир охотник.

Собственный голос испугал его, и ему захотелось бежать. Быстрый, не обращающий внимание на усталость от ходьбы, он несся по темным тропинкам маленькой рощи, которая казалась ему совсем крошечной после посещения 174 городов и долгого блуждания по Фабуле Феде, пересекая внезапно возникавшие луга, ослепляющие зеленью трав или погруженные в полумрак, ощущая все, что окружало его, - от трав, чьи острые листья врезались ему в ноги, до синих вспышек в колеблемых ветром листьях. Длинная дорога спешила черт - знает - куда и казалась ему бесконечной. Дорога вела его вперед, подгоняла, не позволяя остановиться и привычно прислушаться. Идти по ней казалось сказкой.

Охотники посмотрели на него спокойно, особенно - тот, что предложил ему подойти к ним. Наверное, им не впервой было видеть бродяг. Впрочем, разве бродяг бывает много? Их много, и все они заняты одним и тем же, только об этом никто не догадывается. Уж он-то отлично знает.... Нет. Только он один в этом мире.

- Ты... Вы... Пропавший принц Рудольф?!

- С чего Вы решили? Я же ещё не назвал себя.

Рудольф отвернулся. Ему сейчас было очень неловко. А ещё - страшно. Инстинкт самосохранения, такая штука, которая работает как сигнализация: чуть что - пищит и не затыкается. Хотя прислушаться к ней надо, если не хочешь проблем нажить.

- Мы... были при дворе королевы Юберты. Вы, наверное, не помните нас, так как знать редко кого помнит, кроме себя и выгодных им союзников. Видели Вас в окружении дам и придворных, когда гостили в Вашем королевстве прошлой весной. Вас трудно узнать.

"Ещё бы, ведь ты - обросший, худющий, в лохмотьях. Если бы твои родители были живы, они бы не узнали тебя. Почему ты доверяешь им? Неужели история в Фабула Фадэ тебя ничему не научила?" - насмехалось над ним подсознание.

Усталость и год странствий все - таки сделали свое: наследник Миррор Вальса не знал, к кому прислушаться: к интуиции или к внезапному гласу разума. Его мозг стал лихорадочно соображать, и, в итоге, будущий король принял компромиссное решение, удовлетворяющее и ту, и ту сторону его души.

Юноша постарался вести себя невозмутимо, и остаться вежливым мальчиком.

- А куда Вы изволите держать путь?

- Ты добычу нам вспугнул, мальчиш... - товарищ старого охотника, признавшего в нищем принца, видать, его ученик, умолк под грозным взглядом своего учителя, не договорив.

Рудольф не стал удостаивать своим вниманием недовольство молодого охотника. Да и с какой стати? У них есть куча времени впереди, чтобы отдохнуть и потом снова вернуться к своему занятию. А у него, принца Миррор Вальса, его нет, так как юноша не знал, сколько ещё он протянет, влача осточертело жизнь странника.

- Мы скоро прибудем в Миррор Айреленд. Тот, что в море. Всего лишь восемь часов верховой езды.

- Могу ли я присоединиться к Вам? Я вознагражу Вас, если Вы соизволите проводить меня до Миррор Айреленда.

Это смешно звучало. У принца не было ничего из драгоценностей, а денег уж тем более. Он тут же пожалел о сказанном. Оставалось надеяться только на удачу, если она его ещё не покинула.

***

Королевич был доставлен в Миррор Айреленд, на остров Айреленд. Эти восемь часов пролетели для него словно час. Юноша не чувствовал своих избитых и стертых в кровь ног (на его сапогах уже были внушительные дырки), не обращал внимания на то, что все тело чесалось от прилипшей к его лохмотьям грязи, как и борода, которой он обзавелся за время странствий. Все, что ему хотелось - смыть с себя грязь странствий и оказаться в цивилизованном обществе. Он верил в гостеприимство жителей Айреленда, в понимание ситуации ярлом. Он хотел отвлечься от пережитого ужаса. Поэтому с нордическим спокойствием выслушивал болтовню охотников, их жалования о болячках и о прочих житейских темах. Молодой человек слушал даже их нытье на то, что из - за распространяющейся болезни помирают люди, а всем начихать на это. Ему оставалось только вздыхать, так как их ной становился просто невыносимым.

Неудивительно, что когда крылатые лошади спикировали к высоким, черным воротам, нуждающимся в том, чтобы их железные решетки отчистили от ржавчины, у него испортилось настроение. Все его мысли витали вокруг его бабушки. Узнает ли она его? Хорошо ли его примет ярл? По слухам, ярл Друз - обладатель довольно тяжелого характера. Мрачный, нелюдимый, он никого не подпускал к себе, кроме своего сына, Юстаса - довольно зловредного и мстительного паренька, с которым по слухам состоял в отношениях. Встречаться с Друзом не очень хотелось, но он был близким другом бабушки Рудольфа, Юберты, и мог запросто связаться с ней, ибо она часто защищала того от нападок церкви, не одобряющих такого рода отношений (конечно же, потом, она рассказывала внуку о том, что это омерзительно и мерзко, так как очень часто люди говорят на публике одно, а близким людям - другое). Согласно её лжи, начитавшись любовных романов с запрещенными гомосексуальными отношениями, она утверждала, что нет ничего плохого в столь ненормальной кровосмесительной связи. Ей (вот здесь уже была не выдумка) самой когда - то пришлось выбрать между своей любовью к королеве Розе - женщине довольно известной, и любовью к Честеру - принцу Миррор Вальса, убитому вероломно Трифоном де Скалистом, его лучшим другом, вырезавшим ему мозг на его собственной свадьбе. Однако Ануфрию, своему любовнику, она говорила совершенно другое: что такая связь «порочна», а сами мужчины - «агнцы, отбившиеся от стада».

На въезде в Миррор Айреленд недоверчивые стражники отказывались впускать принца, и молодому королевичу пришлось ждать, когда ярл в сопровождении своей охраны лично придет к нему. Как всегда он прибывал в плохом настроении, видать, новости о бунте Эдварда де Скалиста дошли до него. Поглядев на представшего перед ним внука Юберты, Друз сначала не хотел даже выслушивать горе - принца. Только тогда, когда Рудольф, старательно поковырявшись в своей памяти, выкрикнул уходившему правителю некоторые факты о правителе, известные только ему (например, их первую встречу при дворе, вспомнил, как каждое лето играл с Юстасом, а также напомнил о Джастине Лиссимбийском, младшем сыне, находившемся в плену у Рейнольдара), тот приказал отвести надоедливого мальчишку (Рудольф был в таком отчаянии, когда его отказались выслушать, что цеплялся за ноги политика, пока тот отбивался от него, волоча его по грязным улицам под гогот прохожих, забавляющихся этой ситуацией) к себе в крепость, пригрозив, что если паренёк станет лгать, то он бросит его на съедение своим ручным волкодавам.

Принц надел на себя маску "напуганного и робкого мальчика", про себя отметив, что если он взойдет на трон Миррор Вальса, то припомнит ему такое поведение. В его голове родился план: соврать ярлу, а когда его бабушка свяжется с ним, рассказать ей обо всем и вырвать Джастина из лап еретиков - чародеев, которых вообще не должно существовать.

Следуя за мрачным Друзом, королевич, в попытке изгнать из себя мысли о мерзком Рейнольдаре, разглядывал все вокруг него. Он был ошеломлен (из разговора с Юстасом молодой человек знал, что здесь устроили культ Ануфрию, считавшемуся мессией глаголевшему от лица живого бога Четырех Царств - Бельфегора): на мелких улицах, от которых несло сырой рыбой (Айреленд был окружен морями: с востока - морем страны Авалон, с севера и юга - Кайото - Кийским океаном) выстроились в ряд прекрасные дома из мрамора, украшенные малахитом. Их окна были сделаны из зеленого стекла. Они шли по тротуару из зеленых кирпичей, сквозь щели можно было разглядеть нефрит. Жители тут сновали туда - сюда. Их одежда напоминала раскрывшееся колокольчики. Завидев его, дети прятались за спинами родителей. Рудольф, еле передвигая свои затёкшие от верховой езды ноги, плелся по улицам Миррор Айреленда, где царил холод и боевая готовность, в противовес тому, что ему рассказывали. Ярла здесь боялись, как огня. Люди, встречавшие их, даже не смотрели на своего повелителя и не задавали путникам вопросов. Настолько их страх был велик. Прохожие вымученно улыбались друг другу, были вежливы, но за их наигранными улыбками скрывалась фальшь и ложь. Почему - то, ему вспоминались слова, сказанные тем поганым сквамасейкером про лжецов, окружающих тебя. Почему - то, он был согласен с ними. Это ещё больше выбешивало Рудольфа. Его отросшие ногти уже чуть не до крови вонзались в покрасневшую кожу, где уже давно не было свежих шрамов от ногтей, оставляемых тогда, когда царевич сильно нервничал.

Друз провел их прямо к своему замку, самому большому и, неожиданно, не зеленому, зданию через несколько улиц. Охотники в основном разговаривали между собой и доложили о том, как и где, встретили настрадавшегося вдоволь наследника Миррор Вальса. О неудачном результате охоты на Белого оленя они решили грамотно умолчать, дабы не вызывать гнев ярла.

Друз кивнул стражникам, дабы они пропустили их в замок, похожий на гигантскую лиру: сам замок был изогнутым, а переходы между башнями были в виде вертикальных лестниц, так похожих на струны, отпустил охотников домой, ответив на вопрос о деньгах, обращенный к Рудольфу, что Юберта заплатит за мальчишку, как только он свяжется с ней, недоверчиво заметив, что не особо верит в слова королевича, которому так и хотелось крикнуть о том, что не врет. Старый охотник только отмахнулся, заявив, что самое главное для него и для государства - новости о пропавшем Джастине, а вот второй буравил взглядом, полным ненависти. Но промолчал.

После этого, Рудольфу позволили войти во дворец.

-Сейчас тебя проводят в комнату, где сможешь отдохнуть после трудного и долгого путешествия, - холодно бросил ему ярл, отдавая своему дворецкому плащ из меха кицунэ - лисы - оборотня.

Рудольф вежливо поблагодарил правителя Миррор Айреленда.

Ярл хлопнул в ладоши, и тотчас же появилась прелестная девушка. Сама она была нагой. Королевич не понимал, почему выбежавшие встречать Друза подданные с недоверием смотрят на нее и не предлагают одеться. У нее были очаровательные черные глазки и длинные зеленые волосы, прикрывающие маленькую грудь и розовые соски. От нее пахло тиной. Поклонившись, она игриво позвала:

-Пойдемте за мной, милорд, я покажу Вам комнату.

Коротко кивнув отцу Джастина, Рудольф пошел за Зеленоволосой Служанкой. Когда она повернулась к нему спиной, ему стало понятно, почему подданные скривились. Там, где заканчивались лопатки служанки, зияла дыра, сквозь которую можно было разглядеть скользкие, липкие от крови, внутренности: бьющееся сердце, обросшее болотной тиной, и кишки, в которых, предположительно происходил процесс пищеварения. Рудольфа чуть не вырвало. Ему не рассказывали, что прислугой часто здесь выбирали мавок - живых утопленниц, ставших после смерти русалками, способных защекотать до смерти усталых путников, если им не протянут гребень для расчёсывания зелёных волос. Они прошли через девять коридоров, поднялись и спустились по шестьсот шестидесяти шести лестницам и, наконец, очутились в комнате в лучшей части дворца. Это была самая очаровательная в мире (так казалось принцу, отвыкшему от цивилизации) комната, где стояла пуховая, удобная кровать, покрытая зелеными простынями из хлопка и одеялом из зеленого бархата. На окнах стояли зеленые цветы в горшках (Рудольфа уже выбешивало это обилие зелёного), на полочке - зеленые книжечки. В платяном шкафу висело великое множество зеленых нарядов, сшитых из разных материалов, кричащие о том, что они сшиты для королевича.

- Будьте как дома, - сказала мавка. - Если Вам что-то понадобится, позвоните в зеленый колокольчик на подоконнике.

С этими словами она оставила юношу наедине с его мыслями и демонами. Разумеется, на королевича вся роскошь не произвела впечатления. Оставшись один, он прыгнул на постель своей комнаты и вскоре захрапел. Ему было все равно, что лежать, что стоять. Настолько он устал.

На следующее утро в его покои вошла вчерашняя мавка вместе со своими подругами. Остальные мавки отмыли его и привели в божеский вид (по какой-то причине, вопреки слухам, они не стали его топить), вчерашняя мавка же нарядила принца в один из лучших нарядов из парчи и атласа, после чего молодой человек, в их сопровождении, двинулся в столовую. Они вошли в столовую, где было множество разряженных придворных дам и аристократов. До них уже дошло, что наследник Миррор Вальса был найден, и он знает, где находиться Джастин. Когда появился жених Эйрис, со всех сторон на него устремились любопытные взгляды. Всем было чертовски интересно послушать рассказ наследника Миррор Вальского трона.

Друз, как обычно держался холодно. Тем не менее, он извинился за то, что принял принца за бродягу и вернулся к поглощению на своей тарелке белого хлеба с копченой колбаской и с жареным луком. Несостоявшийся жених Эйрис натянул на себя улыбку и последовал его примеру. В животе очень сильно урчало.

Запихивая себе в рот все, что ему вежливо приносили слуги, Рудольф решил не тянуть со своим рассказом и очень живописно принялся рассказывать отцу Джастина и Юстаса о том, что пережил.

Друз не на шутку перепугался, когда Рудольф упомянул медальон и самого чародея. Ему было за что волноваться: де Скалисты являлись потомками правителей: Валериуса - жестокого и надменного, и Рейнольдара I, прославившегося тем, что в период Великой засухи, он наслал такой дождь, что хоть и спас миллионы жизней, то чуть не устроил Всемирный потоп, за что его потом убил Валериус. Они были совершенно разные: Рейнольдар I - труженик, думающий о народе, альтруист, филантроп, отличавшийся скромностью и чуть - чуть странным характером, а Валериус - не терпящий критики, злой, мстительный... Их объединяло одно: они оба правили Миррор Айрелендом и континентом Келтаниум. Они имели все права на то, чтобы претендовать на трон Миррор Айреленда (именно по этой причине Друз и Юстас участвовали в свержении же Скалистов). И, хоть, Друз обладал непреклонным характером, был бесстрашным, уверенным и гордым, у него была слабость: Друз любил Миррор Айреленд и свой народ. Вернее - подчинять себе всех. Ему слишком уж хотелось подольше поседеть на своем месте правителя. Поэтому, даже не дослушав принца, он приказал послать за Юстасом, который участвовал в поисковой миссии (не все думали, что принц Рудольф мертв) и немедленно привезти в Миррор Айреленд всех правителей, чтобы обсудить угрозу. Самому же Рудольфу сказали о том, что ему придется некоторое время погостить здесь. Рудольф был не против: у него был отличный шанс втереться в доверие к Друзу, чтобы потом отомстить за то, что его хотели бросить к волкодавам. Да и восстановить силы, чтобы использовать Друза для мести чародею в больших очках.

Неожиданно, на глаза принцу попалась книга. Странная книга, вся в узорах, вся в паутине. Рудольфа она так и манила, чтобы тот открыл её. Он не стал заставлять себя. Его руки жадно теребили фолиант, а страницы стали переворачиваться одна за другой, показывая правду, которую скрывали все от королевств...

Резонанс Виктора

Виктор вошел в библиотеку, настоящий рай для книгоманьяков, где было только одно: стеллажи с разными книгами. Сейчас ему была необходима книга по воспитанию трудных подростков. Чародей обходил стеллаж за стеллажом, но даже заклинание поиска не помогало ему найти нужный материал.

Так мужчина провел целых два часа с мыслью о том, что стеллажи будут преследовать его в кошмарах.

- Все не то! Все не то! - озвучил его мысли какой - то парень в бандане.

В нем Виктор узнал Джекстера Лайбрариана, молодого автора книг, который работал с Амелией Фернштейнер и был известен тем, что переводил её романы с немецкого на многие языки мира, а сам корпел вместе с ней над «История Четырех королевств».

- Трудитесь над новым переводом? Похвально, молодой человек! - сухо заметил Виктор. Он никогда не понимал писателей: этих людей, которые трудятся в поте лица над книгами и придумывают новые миры с их яркими образами. Но признавал, что получается у него отменно.

Тот резко развернулся к нему на стуле. Под его глазами можно было разглядеть синяки. Видать, писатель не спал всю ночь.

- Это не перевод, король Виктор де Скалист. Это адаптированная версия событий, которые произошли до Вашего правления. Начиная с года N.

- Адаптированная версия? Цензура? - Виктору стало внезапно любопытно. Не каждый год разговариваешь с творческими личностями, вроде этого писателя.

Джекстер повернул голову из стороны в сторону, словно боялся, что за ними следят.

Здесь мужчина заговорчески подмигнул Виктору.

- Второй вариант я зашифровал так, что только мои потомки и члены Братства Мантикор - одно из тайных сообществ, стоящих на страже мира, смогут его прочесть.

- И что же во втором варианте? Надеюсь, Вы не обоготворили Кира де Скалиста! А то многие писатели стали жертвами её очарования, - Виктор обреченно вздохнул.

- Вовсе нет! Я лишь написал правду, какая она есть. Здесь нашлось место всем, - Джекстер открыл свой труд, который представлял собой довольно маленькую и тоненькую книжечку.

- Хотите послушать первый вариант? Второй просто ещё пишется, - обратился мужчина к королю.

Виктор сам не знал, какая сила заставила его согласиться. Все - таки, не зря писателя сравнивали с его старым другом, художником Бруно Баотиэлли, чьи картины двигались, а их обоих прозвали «Дьявольским дуэтом», прировняв к художнику из «Портрета Дориана Грея». Его чарам рассказчика не все могли сопротивляться.

«Давным-давно, во время года N, шла война. Войны всегда раздирали наш мир, но сейчас они стали ещё яростнее. Все дело было в том, что воевали три семьи. Три семьи, которые никак не могли поделить власть.

За мир больше всего выступал Трифон де Скалист, прозванный позднее безумным бароном Самди. Только не все одобряли его методы: дошло до того, что его противники убили его и сделали из кожи Мабъюар - книгу, которая питалась плотью своего носителя.

После его смерти начались разборке в обществах, чьим основателем Трифон являлся. Многие хотели обладать книгой и использовать знания сквамасейкеров с острова Барихути, которые туда записали три ведьмы: Красная (которая создала фоморов и стала известна, как «Мать»), Белая (создавшая армия Анку и больше владевшая знаниями сквамасейкеров - ангелов) и Золотая, перешедшая на сторону мистического Ордена Белой Лилии

Каждой ведьме нужен был рыцарь. У Красной был рыцарь Робин, у Белой - Кир (хотя поговаривали, что этим же рыцарем была она), у Золотой - Мишель Солярис. Все они в последствие стали известны как «Дьявольское трио»: Мишель, в теле которого прибывал демон Пузару, сражавшийся под лозунгом «Ум есть, сила не нужна» и которого сводила с ума магия, Робин, владеющий тенями, и известный как рыцарь принцессы Изольды, не владевший магией и полагающийся на силу, и Кир, рыцарь Белой Ведьмы, сочетавший в себе силу и ум, владевший магией солнца и ночи по прозвищу «Последний сквамасейкер, пахнущий солнцем», самый отпетый негодяй на всем Келтаниуме.

Втроем они пережили много приключений, сражаясь бок о бок, хотя в истории их отношений были моменты, когда они вынуждены сражаться друг против друга. Мишель и Кир были часто похожи как близнецы, из - за чего их постоянно путали. Часто Мишель и Кир по-детски капризничали и даже грызлись, но такая разборка была в порядке вещей, разнимать их приходилось Робину, освободившему из рабства расу сквамасейкеров и ставшему вместе с Киром их королем, как и Мишелю.

Однако со временем Мишеля стала пожирать не только книга, но и демон, живущий внутри него. Он предал Братство Мантикор, стоящее на страже мира и возглавляемое Розой де Скалист, У Кира было много врагов, а за самим юношей и Белой Ведьмой шла охота из - за их сил и могущества, к которым они не стремились.

В итоге, во время битвы под Эрмхайном, случилось финальное сражение, в котором принимали участие остальные члены братства: Роза де Скалист, грозная наемница и вдова Трифона, талантливый медик Валентин, под чьей личиной скрывался храбрый вампир из Клана Кагурэй, капитан Дэниел, предводитель стихийников - воинов сквамасейкеров, огненный Сусаноо, королева Юберта, чей муж был убит Трифоном, Эдвард Сигизмунд Третий, известный в ту пору, как «Эндимонд, повелитель Севера» вместе с королем Рупертом, одним из первых людей, прибывших в этот мир и участвовавших в экспедиции по открытию и исследованию Континента Келтаниум, первый рыцарь Камелота, Ланселот Фокс, ведьма Амелия Фернштейнер, чьи романы имели притягательную силу и её помощник, Честер Уэлкерс, бард, чьи песни вдохновляли народ. Все они пытались спасти короля Элиаса, прозванного «Безбашенным королем» с Киром, угодившим со своим отрядом «Магов - протестантов» в плен к врагам. В ходе битвы выяснилось, что все они попали в кошмар, о котором знали немногие. Героям удалось выбраться из этого повторяющегося сражения, где пало много славных воинов и пролилось море крови. Победа досталась дорогой ценой: Робин погиб, пожертвовав собой, дабы закрыть открытую дыру в Тартар - мир мертвых, Кира и выживших членов Братства объявили преступниками, а Мишель оказался заперт в книге. Что касается Кира Де Скалиста, чьим именем пугают детей, то он, познавший предательство и боль от потери товарищей, пропал на многие века. А судьба Мабъюара осталась неизвестна...

Страницы книги захлопнулись. Рудольф не знал, какая сила движет им дальше, но ему захотелось знать, что произошло потом...

Миррор Ингланд. 50 лет назад. Прошлое.

Кровь. Запах смерти. Огромная зияющая черная дыра на перекрестке дорог, ведущих в другие части Миррор Ингланда, по сторонам которой искрились и завивались, словно змеи, электрические молнии. Страшное создание, похожее на гигантского осьминога со звериной пастью и кучей глаз, выбирающееся из него вместе с такими отвратительными тварями, что Роба стошнило. Вокруг него гибли люди и чародеи. В небе зияла красная луна, с которой медленно спускалась струя крови, а одно из трех солнц, разверзнув свою пасть с зубами, пожирало её. Все бились в агонии. Здания рушились. А на башне Лонелайс медленно открылся купол, крыша приняла вид двух черных месяцев. На её верхушке стоял Ануфрий, торжествующе смеявшийся. Над ними парил Мабъюар, медленно поедавший королеву Карен, щекоча её грудь своими щупальцами, а её сердце было вырвано из груди и висело под кровожадной книгой. Её глаза были распахнуты, все лицо выражало немой крик. Пятно крови расползалось на её порванном белом платье.

- РОБ! ТРИФОН! ОСТАНОВИТЕСЬ! РОБ, СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! - надрывал глотку Мишель, держа на спине маленькую девочку с каштановыми волосами и красновато - карими глазами. Видок у него был потрепанный, как и у Рейнара: тот, паля из своих пушек по препятствиям в виде врагов, храбро кинулся на подмогу к королю Джасперу, которого кинули в дыру вместе с Аллеттой - Белой ведьмой, прикованной к кресту, чья половина тела была обожжена до такой степени, что можно было разглядеть белоснежные кости и куски обгорелой плоти вокруг глазницы с вращающимся в ней глазом.

Кир исчезал.

Сам Робин огляделся. Он, весь в тенях, принявших форму лат, вившихся по всему телу, стоял на башне. Из всего отряда он быстрее всех подобрался к Трифону де Скалисту - мрачному чародею в черных одеждах с блестящим набалдашником в виде черепа на трости в руке и в широкополой шляпе с перьями гарпии на голове.

- Трифон! Хватит! Зачем.... Зачем ты убил мужа Юберты?! Он же твой первый друг! - бешеный ветер, наколдованный Киром, сносил все вокруг, а сам Робин старался перекричать его, обращаясь к магу.

Тот лишь грустно опустил плечи.

- Мне очень жаль. Но так надо. Только так, я мог получить свободу и не превратиться в Детрайдера и окончательно стать некромантом. Только так я мог не стать чудовищем. Только так мог спасти Лукаса.

В его глазах слышались слезы. Он поднял руку. В ней Робин узрел голову короля Элиаса, старого друга Кира.

- Простите меня. Но так надо.

- Зачем?! ЗАЧЕМ ТЫ УБИЛ ЕГО?! - голос Розы становился громче, как и крики людей и сказочного народа, как и крики Кира с Мишелем, так и вопрос Роба.

- Я...Больше...Не...Могу... Они...Обещали...Исцелить...Меня от того ужаса....От жажды....И...Лукас, - Трифон резко схватился за сердце, как и Мишель в тот момент.

Из тела Мишеля вылетел последний фрагмент Мабъюара. Тот, кашляя черной жидкостью, почти полз до башни. Медальонов у них не было: их сломали Орднухцы, и только Мишель, Кир и Робин могли перемещаться без них. Но сейчас они были потрясены смертью Джульетт и внезапным костром, на котором горела Белая ведьма.

В небе летали летучие мыши и появлялись горы скелетов и костяных драконов.

- Книга станет твоей частью. Ей нужна новая плоть. Мишель не подошел, он сломался, - к Робину направлялся Ануфрий, схвативший за шкирку Робина и толкнувший его в направлении к книге.

Она тут же схватила своими щупальцами Робина, обвивая его. Робин ощутил, как его грудь разрывается. В голову ударила резкая боль. Из носа пошла кровь. Все было как в его видении, которое настигло его во время пира в замке короля Валериуса.

«Робин».

Перед ним материализовался астральный Кир.

«Скорее, уничтожь книгу. Я не хочу стать её носителем» - отозвался ему телепатически Робин, царапающий свою грудь. От книги шли лазерные лучи, а сама дыра напоминала замок, в которой повернулся ключ.

«Робин, ты - мой друг. Я....»

Выругавшись, Кир прыгнул в портал. Вренее - иллюзия, созданная Аллеттой. Он появился рядом с Робином.

«Роб...Мне жаль», - его голос стал грустным.

- В смысле? Вытащи из меня эту хрень! - Робин бился в конвульсиях.

- Ты знаешь, как её уничтожить и вытащить всех из петли времени, не так ли, наш бывший бог? - Ануфрий хитро прищурился.

- О чем он?

- Ты знаешь, не так ли, хи-хи? Нифельхейму нужна жертва! Но ты этого не сделаешь! У тебя слишком кишка тонка, чтобы убить друга! Что ты выберешь: новый судный день, в ходе которого родится новая раса или мир, но какой ценой? - голоса Клауса и Клары Телтор.

- КИР! Закрой эту чертову дырку! Надери задницу Культу, что пленили тебя! - орала Роза, отбиваясь от орднухцев.

Кир молчал, а затем...

Звук лязгающего меча. Мимолетная боль, пронзившая тело.

- КИР! БЫЛ ЖЕ ДРУГОЙ СПОСОБ, ВЫБРАТЬСЯ ИЗ ПЕТЛИ ВРЕМЕНИ!

- ЗА...ЧТО? - прохрипел Робин, когда меч из Гринстарса под названием «Парящий» проткнул его и вышел из его спины.

- Мне жаль, - просто сухой ответ и....слезы, капающие с лица ангела.

Рудольфу стало интересно, что же было дальше. Листья книги переворачивались сами.

Резонанс Розы. Больше 50 лет назад.

Роза храбро прыгнула в отрытую дыру. Вокруг неё проносились демоны и зияла тьма. Было холодно. Её это не заботило. У неё стояла лишь одна цель: спасти Джаспера и Аллетту.

Роза не помнила, сколько она шла и шла вперед, сражаясь с мерзким ей платьем. Его ей подарил Лукас. Лукас, а не Трифон. Лукас, которого она когда - то любила.

Впереди замаячил знакомый силуэт.

- Ланселот Рейнар Арчибальд Фокс? Джаспер? Алетта? - спросила чародейка, подходя ближе.

Но это были не они.

- Помяни черта - и он появится, блядь, - выругалась Роза, поняв, что это был Лукас.

Чародей стоял посредине столпа света. За ним была целая поляна демонов. Их было слишком много - столько, сколько Роза не видела за всю свою жизнь.

А Лукас был только один. Его руки были раскинуты в разные стороны, сам он висел в воздухе. Его медленно поглощала тьма.

- Лукас! Зачем! Зачем ты меня бросил? Зачем предал своего брата?! Зачем сподвигнул Мишеля на предательство?! - закричала Роза, надеясь, что тот слышит ее и ответит.

Слабая улыбка дрогнула на его губах. Он посмотрел на неё и попытался заговорить, но ничего не вышло. Тени окутывали его, а само его тело начинало растворяться. Все, что Роза разобрала было: «Теперь Алетта - часть Нифельхейма. Она станет его Гласом - его оболочкой. Наш план удался. Это моя месть Вашему отряду».

- Лукас! - Роза протянула к нему свои руки, запятнанные кровью врагов.

Но тот уже исчез. Демоны, завидев её, не тронули и не атаковали чародейку. Они расступились. За ними Роза разглядела крест с Аллеттой. Её белоснежные волосы упали ей на лицо, сквозь белую сорочку просвечивались обожженное тело и кости.

- Я...приду...в....этот...мир. Снова.... И Снова... Пока Ваш бог не будет уничтожен...

Рудольф снова перевернул книгу. Ему хотелось продолжения. Жуткие сцены представали перед его глазами.

Ургал (Рудольф)

"Сиди здесь!" - заботливый голос дяди Зилустиана. Его несут бережно, в меленькой коробочке.

Но ему не хочется сидеть. Даже, если он обращен в бисер.

Он подкатывается к замочной скважине своего коробка.

- Т.е., как это? Академия - это мне наследство с библиотекой? - Зилустиан негодует.

- Ну да, а как Вы хотели? - вторит ему другой голос.

- И я буду жить на чердаке, в какой - то жалкой комнатушке? Вы хоть понимаете, кто я?! Я - один из магов - протестантов, я тот, кто спас Вашу страну от вампира Ривентуса четыре года назад! Я.... - Зилустиан захлебывается в гневе, брызжа слюной.

- Извините, сэр, но согласно завещанию Вашего деда, эта Академия отныне и Ваш дом! Учитывая, что все захвачено фоморами, учитывая, что началась война... Мы не можем предоставить Вам роскошь, к которой, Вы, маги, привыкли! - тряТонатиуся чей - то голос от страха.

- Отлично, я лучше в конуре заночую! - Зилустиан хлопает ладонями по гладкому столу женщины за стеленным навесом.

Он резко разворачивается на каблуках. Его крылья подрагивают от гнева.

Ургал помнит, как его коробочку берут на руки. Он помнит, как они идут по Академии. Своды здесь поддергивают греческие титаны, на кафеле выложен глобус.

Учат здесь и Магическому я - обретению магических способностей, и Последнему слову - Проклятью фей и магов, и Магическому слову - контролю магии, и Магическим испытаниям, и Праву обретения - праву мага потребовать от короля первое, что он встретит и как проклясть нерадивого, если он не исполнит обещанья, и как предотвратить Проклятье фей - самое страшное слово созатльниц магов, и как лечить три сердца магов - они сложены не так, как люди (Ургал даже видел на столе препарированного мага и макет мага, на котором тренировались курсанты, чтобы оказать помощь), и магичсекому этикету (маги - те ещё эстеты), даже - преподают Магичческое богословие (у магов, оказывается, есть своя Библия и своя религия).

Они идут по коридорам, на стенах которых фрески. Там стоят люди с каменными гигантами. Каждая фреска показывает какой - то эпизод из жизни магов. Одна из фресок даже изображает этого вампира Ривентуса, побежденного четыре года назад: мужчину в фиолетовом балахоне с железными наплечниками и темными волосами, торчащими в разные стороны. Его глаза закрыты. Изображены здесь и святые, особенно - Лорды Цветы, которым бабка Рудольфа любила поклоняться.

Ургалу все интересно. Он видит, как мимо проходят студенты в темно - синей униформе, как снуют молодые курсанты.

До него долетают отрывки фраз. Похищение принцессы Эйрис, прорыв дамбы с Иререса. Даже то, что многие люди здесь тренируются на Оловянных, многие из студентов мечтают стать Ангини - королевскими ловчими, работающими в паре Валькирия - Анку - Следопыт, королевский сыщик, лучший ловчий. Его влияние как у Ал Рунуа. Тренируют тут и Лихторов - младших офицеров, даже - Кавалеристов - боевых магов. У магов, как подслушивает Ургал, только несколько путей: либо слуить феям, своим создательницам, либо стать Кавалеристам - магической гвардией, охраняющей Ассоциацию магов. В Академии готовят профессиональных ведьмаков, знахарей, кудесников... Рудольфу все интересно.

Тут рассказывали даже про Магистию, старую Магистию:

"Магистия (старая) - это город, расположенный на дне Нифельхейма, имеющий вид мерцающего тысячами огней скопления огромных зданий в стиле классицизма, которые соединяются стеклянными пешеходными туннелями, а также транспортной системой и затопленными железнодорожными путями.

Он, в значительной степени, имеет сходство с райнонами Лондона.

Город полностью автономен и все его электрические системы, в том числе насосные Тонатиуи, станции фильтрации воды, очистка воздуха и защитные системы, питаются от геотермальной энергии подводного вулкана, расположенных в шахтах Аида. Кислород для дыхания вырабатывается в саду Геспериды летучими деревьями. В том же районе выращивается растительная пища для последующей продажи на рынке. Рыба и морепродукты добываются и перерабатываются в Подарках Тритона.

Основным транспортом в Магистии является фуникулеры Магистии. Разные районы Магистии соединены посредством дверей‐перегородок. Участки внутри некоторых уровней соединяются стеклянными туннелями: небольшими для пешеходов и более крупными для трамваев сети железнодорожных путей сообщения между районами города.

Магистия намеренно изолирован от внешнего мира. Единственный путь в город извне -креокапсулы, находящиеся внутри маяка, расположенного на островке выше. Герос, Император Дракон, основал свой город с одной целью: создать рай для людей, свободный от правительства и религии, место истинного восторга, зона только для магов.

Его идеалы унаследовал Кир, маг, установивший Парламент и систему лордов - магов, которые закреплены за каждой территорией страны, которая спонсирует и сотрудничает с городом. Люди о Магистии не знают, разве что з "Маг ТВ". О городе не разглашается за Обисом - стеной отгораживающий остальной внешний мир, который не затоплен водами Иререского моря. Только политики знают о нем из Пакта - чуть ли не святой Библии чародеев, который был подписан в 1787 году при королеве Виктории. Там правит палата ОПСБ - палата, сотрудничающая с людьми и занимающаяся делами магов. Город полностью контролируют Маги - Протестанты, герои, победившие вампира Ривентус, развезавшего войну магов и людей. В городе многие чтят Отцов - Основателей - Де Скалистов, но при этом боятся Лордов Цветов, соседей, которые представляют другую партию и четыре года назад стали контролировать основные территории Магистии, скрытой также за дамбой. Пригород Магистии - Кроутертид, где исповедается японская религия.

Сам город социально - экономическое общество свободно мыслящих магов. Она находится на высоте 150000 футов и парит над действующим вулканом, где лава служит источником тепла в домах магов и помогает призывать магических фамильяров. Здания представляют собой летающие дома и кварталы над раскаленным вулканом... Не советуем ходить в старую Магистию - часть города, которая в определенное время покрывается темной водой Нифельхейма и стоит в ней - темной и мрачной бездне, которую многие сравниют с Марианской впадиной. Многие маги, кто попадает туда превращается в демонов с живыми вещами или в экзотических монстров. Но все это действует только ночью. Не советуем ходить и в измерение, с которым оно связано - Эльдонией, страной, коорая разрушается и откуда сбежал король Роланд со своей семьей в 1530 году из - за Пришествия - битвы ангела Анаэля и Сатаны. Говорят, именно оттуда пришел Туман - выхлопы от веретен, которые помогают бороться с Сонной болезнью, разносчиком которой являются цвета Айзара. Прыгать в Туман надо осторожно, с помощью приспособлений, похожих на ящики с прволкой и крюками, позволяющими нати выход из мглы и прыгать между аэротрассами. Основная религия - баптизм и христианизм с католицизмом"...

Он слышит, как обучают молодых Следопытов и Чернозвездных, готовя их в "ОПСБ", рассказывая им о магах - преступниках и готовя их в ассоциацию магов и магических детективов:

" Прежде, чем перейдем в классификацию, давайте посмотрим на группы психопатий:
- циклоиды;
- астеники;
- шизоиды;
- параноики;
- эпилептоиды;
- истерические характеры;
- неустойчивые психопаты;
- асоциальные психопаты;
- конституционально-глупые психопаты.

А теперь перейдем к более подробному описанию.

Дело идет о лицах с постоянно пониженным настроением. Картина мира как будто покрыта для них траурным флером, жизнь кажется бессмысленной, во всем они отыскивают только мрачные стороны. Это - прирожденные пессимисты. Основной признак: беспричинное понижение настроения, повышенная утомляемость, болезненная чувствительность.

Это люди, быстро откликающиеся на все новое, энергичные и предприимчивые. Постоянно приподнятое настроение, повышенная активность. Часто увлекается, интерес к миру, неформальный лидер, разносторонние интересы. Неустойчивость интересов. Азартный игрок. Склонность к аферам. С легкостью принимает жизненные невзгоды.

Гораздо чаще, чем конституционально-депрессивные и конституционально-возбужденные психопаты, встречаются личности с многократной волнообразной сменой состояний возбуждения и депрессии. Далее начинается периодическая смена одних состояний другими.
Эмотивно-лабильные (реактивно-лабильные) психопаты. Неустойчивость эмоциональной сферы. Не имеет долгих привязанностей, размытые интересы, не может долго сдерживать обещания. Не умеет правильно выразить, оформить и сохранить привязанность, удержать в поведении.

Хрупкость нервной организации роднит мечтателей с астениками, а отрешенность от действительности и аутистическое погружение в мечты не дает возможности провести сколько-нибудь резкую границу между ними и шизоидами.

Склонность к созданию сверх ценных идей. Кажется ориентированным на себя, оценивает других и относится к ним в соответствии со своими сверхценными утверждениями. Требователен, жесток, злопамятен, капризен и раздражителен. Самым характерным свойством параноиков является их склонность к образованию так называемых сверхценных идей, во власти которых они потом и оказываются; эти идеи заполняют психику параноика и оказывают доминирующее влияние на все его поведение. Самой важной такой сверхценной идеей параноика обычно является мысль об особом значении его собственной личности.

Этим термином, согласно обычной речи, обозначаются люди, с исключительной страстностью посвящающие всю свою жизнь служению одному делу, одной идее, служению, совершенно не оставляющему в их личности мест ни для каких других интересов. Таким образом, фанатики, как и параноики, люди «сверхценных идей», как и те, крайне односторонние и субъективные. Отличает их от параноиков то, что они обыкновенно не выдвигают так, как последние, на передний план свою личность, а более или менее бескорыстно подчиняют свою деятельность тем или другим идеям общего характера.

Ключевые признаки: наличие эмоциональных приступов, вязких эмоциональных состояний, моральных дефектов. Самыми характерными свойствами этого типа психопатов мы считаем: во-первых, крайнюю раздражительность, доходящую до приступов неудержимой ярости, во-вторых, приступы расстройства настроения (с характером тоски, страха, гнева) и в-третьих, определенно выраженные, так называемые моральные дефекты (антисоциальные установки). Обычно это люди очень активные, односторонние, напряженно деятельные, страстные, любители сильных ощущений, очень настойчивые и даже упрямые.

Большею частью - это люди «не холодные» и «не горячие», без больших интересов, без глубоких привязанностей, недурные товарищи, часто очень милые собеседники, люди компанейские, скучающие в одиночестве. Невозможность действовать без образца. Отсутствие сложившихся способов поведения, зависим от окружающих. Компенсация: выбор яркого образца. Легко вдохновляющиеся, они легко и остывают, далеко не всегда оканчивая начатое ими дело, особенно если их предоставили себе. Они вызывают неудовольствие окружающих своей беспорядочностью, неаккуратностью, а особенно ленью.

Это психопаты, главной, бросающейся в глаза особенностью которых являются резко выраженные моральные дефекты. Преступление - это как раз тот вид деятельности, который больше всего соответствует их наклонности; для преступников этого рода чрезвычайно характерна полная их неисправимость и, как следствие этого, склонность к рецидивам. Часто из них вырабатываются настоящие, убежденные «враги общества», мстящие последнему за те ограничения, которые оно ставит их деятельности; ими постепенно овладевает настоящая страсть к борьбе с законом, опасность которой только разжигает их; преступление начинает привлекать их, как любимое дело, развиваются специальные навыки и, как последствие чувства обладания своеобразным талантом, известная профессиональная гордость.
Описываемая психопатия обнимает очень широкую группу лиц во многом различного склада. Кроме основного типа, отличающегося чертами, близкими к эпилептоидам (люди грубые, жестокие и злобные), среди них встречаются и «холодные», бездушные резонеры, родственные шизоидам субъекты, у которых хорошо действующий рассудок всегда наготове для того, чтобы оправдывать, объяснять их «дурные» поступки.

Рудольф видит, как студентам интересно. Как оживленно рассказывает им все это Николас, один из лучших следопытов королевства. На его шее блестит кулон с обезьяньей лапкой.

Рудольф помнит, как он решил попросить его найти средство расколдовать принцессу Эйрис. Он никак не может принять её смерть. Или хотя бы убийцу...

Ургал помнит, как его коробок выхватывает какая - то медсестра, которая с интересом его изучает. Как она открывает коробок, несмотря на протесты Зилустиана. Ургал помнит, как его тело неожиданно удлиняется, как ноги возвращаются к нему, как и голос. От него исходят испарения. Он едва держится на ногах. Он - голый. Студенты охают. Кто - то его фотографирует.

Зилустиан поспешно прикрывает его своей накидкой. Что - то спрашивает у него. Но Ургалу все это неинтерсно. Его взгляд прикован к доске с изображением расптяых женщин в виде креста, о котрых рассказывает Николас, предупреждая после своей лекции не подходить к замку Нобельхей. Он помнит, как тот, выходя из класса, оставляет на столе связку ключей. Руки Ургала машинально тянутся к ней. Зилустиан, к счастью, этого не замечает.

Ургал помнит, как бежит за Николасом. Как, всхлипывая, просит его помочь найти Эйрис, рассказывая в деталях о том, как её обнаружили. Николас слушает с ледяным спокойствием.

- Она - одна из жертв во имя Жатвы и Веры. Это уже не первый случай! Возможно, на свободу реально вышел Карточный маньяк! Не думал, что Ваша девушка - одна из жертв. Не волнуйтесь, я замусь этим! - успокаивает его Николас, похлопывая по спине.

Ургал вытриает красные глаза от пыли ( у него всегда аллергия на пыль). Зилустиан отводит его на чердак, усаживает на кровать. Ему дают бокал парного молока, чтобы он успокоился. Ургал сидит и ждет Зилустиана, который спускается вниз по витьеватой лестнице. Оглядывается. Кругом - одна пыль, флаги Салема, глобусы, желтые карты. Раскладушка - кровать (до них здесь жил сторож).

Рудольф достает связку ключей. Крутит их в своих руках.

Подходит к шкафу, открывает его. Среди многочисленных лабораторных халатов и униформы одежды он видит замочную скважину.

Рудольф видит, что один ключ вылетает из его рук и вставляется в скважину.

Он со скрипом поворачивается. Из замочной скважины льет лучик света.

Шкаф превращается в дверь и открывается.

Ургал, укутавшись потеплее в свой балахон, толкает дверь на себя.

Кругом - море цветов. Причем - живых цветов. Все самые красивые розы садятся на стулья. Красные петушьи гребешки становятся по обеим сторонам. Потом приходят все остальные прекрасные цветы, и начинается танец. Гиацинты и крокусы танцуют с голубыми фиалками, а тюльпаны и большие жёлтые лилии наблюдают за танцами и вообще за всем, что здесь происходит. Как только Ургал входит, они мигом поворачивают свои головы к нему.

"Добро пожаловать. Не хотите ли чаю и раххат - луккума?" - спрашивает его томный голос.

Ургал смотрит перед собой. Перед ним женщина. Вокруг неё тени. Она в платье из луча луны, расшитом звездами. Кожа её зеленая, а длинные волосы - ещё зеленей. Они собраны у неё в восточную прическу.

- Все, что я хочу - это найти мою принцессу! Или способ вылечить её! - дерзко отвечает Рудольф.

Удар серебряной ложечки о краешек фарфоровой чашки с ароматным чаем. Девушка усаживается поудобнее на стульчик. Она неожиданно меняется, превращаясь в девочку с длинными белыми волосами и в фиолетовом платье, как только её губы отпивают чая с персиками.

- А что с ней случилось? Превратили во что - нибудь? - в её томном голосе звучит нескрываемое любопытство.

- Она - жертва убийств в королевстве! Убийств Жатвы и Веры! - выпалил Рудольф, завороженно наблюдая за жестами девушки.

Та неожиданно прекращает пить чай. Цветы прекращают играть. От земли поднимаются ожившие куклы.

Небо темнеет над их головами.

Девочка поворачивает голову к нему. Одна половина её лица обожжена, рука - скелетообразна.

Мерлин

"Т. Е. как это закончилось лекарство от Мельфиоза - болезни, превращающей в деревья?" - вскрикнула Мерлин. Он выхаживал своего отца годам, как и сам лечился, а тут...

"Так, дамбу же прорвало, сэр. Что ещё мы можем поделать?" - сообщила ему любезно медсестра, отпивая свой кофе из чашки.

"Мало того, что в королевстве происходят убийства, так ещё и болезнь ухудшилось! Замечательно!" - глава Ассоциации магов устало сел лавочку.

Рядом с ним плюхнулся Николас Харт - известный следопыт. Мерлин был счастлив от того, что одна из соперничающих за господство на троне семей, лично записалась в следователи и занималась этим расследованием. Хоть он и был потомком короля Эйпла, он решил выучиться на Следопыта - серьёзного Хранителя Пакта и занимающегося проблемами между магическим созданиями. Из-за скромности и трудолюбия, он предпочитал работу Следопыта, а не работу Чернозвездного, считая её слишком скучной.

Недавно, у него начались проблемы с напарником. Они постоянно ссорились. А ещё его сестру обвиняли в том, что она поддерживает Орден Белой Лилии (хотя Мерлин лучше знал её и мог поклясться, что она была Церковным магом и хорошей валькирией, чей поцелуй успокаивал людей), к тому же она убила вампира и с ней (вернее тем, что от неё осталось) никто не хотел работать из - за убийства вампира. Николаса всегда завидовал сестре. Но они поссорились из-за работы, а ещё - из - за политики. Короче, Н кола её видеть не хотел. В госпитале он находился, потому что его жена проходила УЗИ у Румпеля - детского врача.

Мерлин по его лицу понял, что тот измотан работой хранителя порядка и стража магического мира, одним словом - Миротворца, Следопыта, которого неблагодарные граждане окрестили просто - «сыщиком». Николаса старательно изучал сведения о жертва, убитых принцесса и графиня за последний месяц. Когда его взгляд упал на убийство Ренат и какой - то эльфийской девочки, он помрачнел.

"Сестру бы сюда. Это вообще её работа.Вечно вся хрень на мне, как на старше брате", - проворчал он.

Мерлин с любопытством посмотрел в его бумаги.

"Изучаете дела, связанные с Убийствами во Имя Жатвы и Веры?" - Мерлин стало любопытно. Он не ожидал, что одна из королевских семей взяла правосудие в свои руки и решила расследовать их.

Николас оторвал лицо от бумаг. Он также сжимал в руках какой - то страшный фолиант, который нашел в руках жертвы эльфийской принцессы Анны. Мерлин не рзглядел, что на нем написано, но готов был поклясться, что ге - то видел эту книгу...

"Да, глава Ассоциации. Возможно, это все Карточный маньяк. На почерк поражвтеля Ривентуса, начавшего войну магов и людей, не похоже", - Николас приподнял фетр в знак приветствия.

"Это хорошо, Николас. Есть прогресс? А то эти убийства продолжаются уже много лет и беспокоят магов - лордов из Франции и Италии больше всего", - Мерлин поставил посох на пол.

" Да. Я считаю, что в убийствах есть связь. Они совершено религиозными фанатиков, который хочет сказать миру о своей любви к кейннари, ангела и Богу! Вы только посмотрите на эти жертвы! Все они были одного возраста, все они - служители Церкви", - Николас нахмурился.

"А ещё они все не имеют частей тела. Может, убийства сексуального характера? Или же убийства на почве зависти?" - предположил Николас, потирая щеки.

" Моя семья тоже в списке жертв. Что ещё Вы можете сказать? Николас, это важно. Я держу Вас в Ассоциации, потому что лорды - маги верят в Вас. Только Вам и Вашим ребятам хватает мужества расследовать их! " - Мерлин был в нетерпением.

Николас посмотрел в его горящие глаза.

" Я считаю, что женщины имеют связь с церковью. Их убивает религиозный маньяк, у которого проблемы с... "- Николас умолк, глядя на фото.

" Проблемы с маткой. Возможно, одна из проституток. Возможно, Джек - Потрошитель оставил потомков или же это кумир убийцы. Уж очень схож подчерк! А ещё я уверен, что убийца - женщина. Взгляните, господа, тела нарезаны как хлеб. Всеми учёным мира доказано, что женщины не режут хлеб как мужчины: они режут не на весу! Да и вырезаны матки. Возможно, женина потеряла ребёнка", - неожиданно продолжил за Николаса чей - то звонкий голос.

"Что ты здесь делаешь? Иди домой живо! "-Николас аж вскочил с места. Он уже несколько месяцев прятал Кир от Ассоциации магов и её разборок. Даже имя другое дал. Даже просил красить волосы, чтобы не узнали! Где - то в душе он все ещё любил сестру... Но амбиции и соперничество с братом видно побеждало в её сердце...

"Николас! Это же Главнокомандующая! Но как?" - Мерлин в шоке посмотрел на силуэт.

"Ну, начнём с того, что Главнокомандующая была один раз в отличие от меня. Это вообще Майор, а не великий Кир, которого все уважают!" - Николас странно заторопился, вставая с места.

" Но ведь, извольте, это Кир! Кир, дорогая, как это произошло? Неужели тебя все - таки спасли союзники де Скалисты!? Не ожидал такого благородного поступка от хрыча Виктора!" - Мерлин несказанно обрадовался. Уж Кир - то может навести порядок и заткнуть многих магов Ассоциации своим острым языком.

" Это не Кир! Это.. " - Николас решительно затыкал Кир, но тот был непреклонен.

" Ещё все эти убийства напоминают фильм "Клетка разума", где маньяк убивал во имя искусства. Его Н кола добыл из - за Обиса. А здесь убийства происходят именно с Кейннари. Мне кажется, наш убийца помешан на Рулетке Сатаны и хочет призвать дьявола это мир, как это было пятьдесят лет назад. Только посмотрите на то, как он или она уложил кишки! Возможно, как считает Николас, убийца пережил войну гонения христиан в Кроу. Такие кресты делали христиане и так их распяли на кресте за веру! " - свечу было не остановить.

" Заткнись Бога ради! " - Николас знал, что некоторые вещи (про ангелов) нельзя было упоминать в присутствии Старшего мага, одного из самых старых магов, так как у него были проблемы из - за того, что он был Ханье - рождённый от союза демона и человека.

"П при чем здесь Кейннари, крылатые девы? Жертвы не только они!" - Мерлин любил задавать вопросы.

"А то, что жертвы - Ханье. По крайне мере, так говорит количество опрошенных. Но это уже другой подчерк убийств! Перейдём к Кейннари. Итак, уийца прямым текстом говорит о своей религиозности и любви к внутренностям. Может быть, что - то скрыто в кищках жертвы, как предполагает Николас? Он лично считает, что убийца помешан на сказке о радужно мосте и пытках викингов, которые любили казнь "крылья ангелов". Я как и он отмечаю ту деталь, что основные части тела, которые у жертв - волосы, руки, ноги... крылья у Кейннари высоко ценятся на рынке, они составляют 80 % ценности на рынке магических частей тела (по крайне мере, это правда, что говорят в кунсткамере по анатомии). Я же считаю, что убийца имеет проблемы с внешностью или убийства касаются также красоты! А кто, как не женщины любят ухаживать за собой больше всего на свете? " - Кир не останавливались.

Николас весь побагровел.

"Нечего читать мои рапорт! Следили бы за своим Рейнаром! Или тем сквасейкером, что отбывает срок у Корнуоллских! " - Николас поднялся со своего места.

" Чего? А кто это? Николас, ты говорил, что не знаешь этих имён! Ты говорил, что мои рисунки на визите у врача - плод воображения! Что ты скрываешь? " - Кейннари запнулся.

Николас цокнул языком.

"Сквамасейкер? Вы, что, держите представителя королевской семьи у нас под носом?! И ничего мне не сказали?! А эти убийства.... Столько зацепок! Почему все списывают на просто "нехватку улик"? У Вас проблемы с напарником прям такие серьёзные? Что у Вас происходит с Вашим коллегой, моим ассистентом? Может быть, возьмёте в напарники своего соседа? Я сегодня итак имею проблемы с врачом, поэтому проигнорирую то, что речь шла про Сатану и демонов. Вы же знаете, я не люблю эту тему! " - Мерлин выпрямился на лавочке.

Николас выдохнул струйку пара изо рта.

" Надеюсь, рапорт писали Вы, а не Ваш помощник про нового Парфюмера! "- сказал чей - то сладостный голос.

Впереди показалась Лючия - представительница Итальянских магов. Она сняла со своего лица траурную фату. Траур проходил по королю Роланду даже здесь, за стеной (вернее, её началом, ибо сама она кольцом охватывала больший кусок Старой Магистии, приходившийся на центр).

"Лючия Лэннестра Камилла! Я думал, Вы покинули нас! Тогда, когда началась война между магами и людьми, и на иск людей невозможно было сдержать!" - Мерлин захлопал своими глазами, убеждаюсь, что это она, графиня Лэнестра.

"Я прибыла за Стену, потому что прошу защиты у магов и их палаты, так как я - одна из жертв и основателей. Если Вы до сих пор дуетесь на меня, что я не сообщила о своём решении по поводу независимости в Итальянском консульстве, то хочу расстроить Вас, Мерлин, что я уже месяц числюсь в Вашей палате на правах защиты людей и магов, а также как покровительница жертв этих жутких убийств! "- она подмигнула Кир.

" Вот ведь ведьма! Не сидится ей на месте! " - Мерлин укусил свой палец, глядя на Лючию.

" Простите, я услышал про убийства? Это то, в чем я виноват, да? Я знаю, что Иреровсих вампиров обвиняют в этом, но я только на кэпа накинулся! А так я белый и пушистый! "- ещё один голос. Дэниел.

" Оу, Дэни. Не думала, что ты жив, дорогой. Я так скучала по тебе! " - Лючия обняла его и повисла на шее.

" Простите, мы... "- замялся от её горячего поцелуя Дэниел.

" Мы были влюблены, помнишь? Тебя просто контузило, когда ты сражался с Императором Драконом, спасая меня своим трюком двойного дна! Разве ты не помнишь? " - Лючия буквально впилась в него, словно пиявка.

" Итак, команда собралась. Думаю, что Вам понравится работать вместе... Если понадобится информация, возможно я ещё что - нибудь найду! " - Мерлин жестом дал понять, что Кир будет работать с Николас ом.

" Но я работаю с..." - Николас напрягся. Он не любил вампиров и напарника вампира ему не хотелось. А ещё он не о то ушел от того, что его делал сосед по квартире, который заинтересовал Дэниела, так как его народ давно подозревал в этом.

И у всех были вопросы... Море вопросов друг к другу...

ДЭНИЕЛ "Беседа меня заинтересовала. От еще одного горячего поцелуя я бы не отказался!"

Дэниел (Франсуа)

Я нигде не мог найти Грешника. Человека, по имени Кир. Это был родственник Николаса Кита, занимающийся расследованием убийств в королевстве. Все, что я понял из разговора про него. Он исчез также, как и внезапно появился. Он подсказал мне, как убраться отсюда. А что я? Мне все это не нравилось.

Я столкнулся со своей помощницей в гостевой. Она разглядывала злополучную мазню, именуемую «очередным шедевром Бруно Баотиэлли, купленной на чёрном рынке. От Лючии просто пахло кухней. Даже не принюхиваясь, я мог догадаться, что она коптила колбаску и кальмаров. Мне очень сильно захотелось есть и ласки от неё. Ничто не должно было нам помешать.

Лючия уловила мои намерения, когда я подошел к ней поближе.

- Милорд Дэниел.

Я заткнул её рот поцелуем, обняв её. Мне сильно хотелось побыть с ней.

- Ты решил начать ночь с этого?

- Да.

Я прижал её к себе ещё сильнее. Просто, Чертов инстинкт. Просто меня доконало одиночество. А ещё - я так хотел напакостничать одинокому Эдварду де Скалисту. Пусть завидует, что мне достанется её поцелуй.

Я чувствовал, как ее худенькое тело вздрагивает, но молчал. Она прильнула ко мне ещё сильнее. Сдерживать себя я не мог: я так сильно скучал по ней. Наши губы продолжали целоваться. Я чувствовал, что могу взять всё что угодно, что угодно, и не смогу сдержаться, и она тоже это знает. Она закрыла глаза и прижалась ко мне всем телом, а её длинные ресницы легли на её прекрасное лицо, сделав его совсем нереальным. Мы страстно поцеловались. Я хотел продлить этот миг - и свой и её. Я изо всех сил старался не думать о том, что если ей будет больно, я не смогу этого вынести.

Но мысли быстро заползали в голову - и я не мог понять, как они могли возникнуть без моей вины. Я вернулся к действительности.

- Лючия?

- Ммм?

- Как ты выжила? Я знаю, что тебя разорвало на части...

Она поправила свои золотистые волосы.

- Меня спасла служанка. Она погибла вместо меня на Ирересе.

- Ты не видела Грешника? Человека из нашей команды, с которым я буду сотрудчничать? Я хочу с ним поговорить.

Девушка задумалась.

- Я не в курсе, где он. Пойдемте, я спрошу у леди Марики. Может быть, она знает, где он.

Девушка взяла меня за холодную руку. Её ладонь была теплой. Разволновавшись, я сильнее сжал её руку. Принцесса посмотрела на меня своими изумрудными глазами.

- Вы сегодня такой робкий. Не похоже на Вас.

Её смех заставил меня забыть обо всём. У меня закружилась голова. Меня охватил дивный экстаз, и я еле удерживал слёзы. Моё сердце гулко билось. Наконец, собрав все остатки сил, я сказал: «Идёмте скорее!» - и потопал за моей принцессой с дурацкой улыбочкой "влюбленного", распугав, наверное, не одну добрую треть фрейлин и местных аристократов.

Мы пробежали вверх по лестнице, а затем - дальше по коридору, мимо всяких белокаменных колонн и меморандумов с портретами правителей. Моя невеста скоро остановилась. Мы стояли возле маленькой двери с мерцающим узором. Дверь была заперта. Я постучал. Принцесса, всё ещё смеясь, открыла дверь. Мы вошли вовнутрь. В комнате было пять диванов и два письменных стола, заваленных бумагами и картами. На одном из столов горела свеча в золотой луковице. Возле стола - статуя, изображавшая какую-то голую богиню. Она казалась совсем маленькой и стройной, но у неё были величественные и суровые черты лица. Вокруг неё были какие-то чётки и шестёрки. Прямо перед статуей стояли два старинных длинных лука, а чуть позади - еще один столик, полный фруктов и вина.

В комнате мы были не одни. Она принадлежала принцессе Миранде, дочери наместника гор Кахейрайтин, удобно устроившись в скрипучем кресле рядом с окном. Она была одета в какой-то невероятный старинный наряд. Её волосы были собраны на затылке и перевиты красной лентой. В руках она держала перо. Увидев нас, она подняла взгляд и улыбнулась. Улыбалась она так естественно и сдержанно, что я сразу понял, что никакого обмана, как мне показалось, в её улыбке нет. Можно было подумать, что она действительно ждала нас.

- Добрый день. Если вы искали комнату, где могли остаться одни, то моя - не самое подходящее место.

-Что же привело вас ко мне в такое время?

Лючия виновато поступила глаза. Её лицо осветилось легким светом, а подёрнутые тайной глаза просияли. Я сразу почувствовал слабость в ногах.

- Не подумай, леди Миранда. Мы просто искали Грешника.

-Ах вот оно что! - сказала Миранда, удивлённо подняв брови и улыбнувшись мне. - Может быть, он занят? Ну что же, тогда будьте так любезны отложить свои дела и подождать его в моей комнате.

- Спасибо, леди Миранда. У Вас здесь так...

- Старомодно?

- Нет. Мило.

Мирнада опустила глаза и задумалась. Её лицо, кажется, стало серьёзным и сосредоточенным.

Мне стало немного не по себе. Мне было трудно поддерживать вежливую беседу. Я вопросительно взглянул на Лючию. Она ответила мне тем же, и я неуверенно кивнул головой.

За дверью раздался какое - то шуршание (словно тащили что - то тяжелое), а потом раздражающий стук, как будто что - то вбивали в стену с такой яростью, что штукатурка сыпалась с покрашенных стен.

Принцесса Мирнада поднялась и ушла за дверь, из которой мы пришли. Я не видел её секунды - но мне показалось, что она задержалась за дверью всего на несколько секунд. А потом дверь отворилась вновь.

Девчушка вернулась вся бледная, как молоко, и дрожащая, словно только что прибыла из похода с Северного Полюса.

- Что такое?

- Т - т - там...

Её дрожащая рука показывала на стену за дверью. Мы с дочерью наместника решили выяснить, что так напугало её.

Я увидел... Мне показалось, что я увидел по-настоящему страшный сон.

В дверях замерло несколько мертвецов. В их одеждах не осталось ничего, кроме костей. К счастью, они не двигались. А одежда... Она тоже была словно пропитана мерзким духом. Вместо ног у мертвецов торчали иссохшие корни, а головы были повернуты назад. Лица мертвецов выглядели настолько отвратительно, что я сразу представил себе, как от одного взгляда на них нас рвёт на части. На их изуродованных лицах застыли гримасы ужаса. Но меня больше пугали не они. А то, что было за их широкими и разлагающимися спинами и расположенного между ними трупа Грешника с чьим-то иссохшимся пальцем в изувеченным рту, за спиной которого виднелись некогда пушистые крылья под цвет его одежды. Все полусгнившие скелеты и труп Грешника были как бы перетянуты парой толстых канатов: их животы были вспороты. До такой степени вспороты, что между рёбрами торчали отвратительные коричневые кишки, напоминающие сплющенные яйца. Эти кишки рвались наружу и застревали в пухлых складках кожи скелетов и кожаной одежды Грешника. Шквал смрада и живой зловонной слизи, бьющей струёй изо всех отверстий в их безвольных телах, был почти непереносимым.

Но самое главное - на стене красовалось нацарапанное изображение тузов, дополненных семерками, а некоторых из кишков были прибиты к стене и складывались в надпись:

«ГРЕШНИК МЕРТВ. КАИТСЯ В ГИЕННЕ ОГНЕННОЙ. Я ПРИДУ ЗА ТОБОЙ! ТЫ - МОЙ ФУЛЛ ХАУЗ, КАК ГОВОРИТ КАРТОЧНЫЙ МАНЬЯК».

Также на стене висела отрубленная голова Свиньи, вокруг которой летали мелкие, пахнувшие навозом, трупные мухи, начинавшие пожирать свежую плоть с помощью своих хоботков с зубками. У нее не было глаз. А розовый язык свисал между пожелтевшими и маленькими зубами, с которых спала черная слюна, образованная в маленький постскриптум:

«Бей свинью! Глотку режь! Выпусти кровь!»

Миранда испуганно зажала себе рот рукой. Когда мы шли по коридору, всего этого и в помине не было!

Николас Кит

«Так, как эта хрень читается?» - Николас Кит, крутой Следопыт, Миротворец, следящий за порядком между магическими созданиями и людьми, из - за всех сил напрягся. Его щеки стали пунцовыми. Он вертел в своих исцарапанных руках фолиант и глядел на труп, что висел перед ним.

«Говорил ей, сидеть дома и не брать дело Карточного маньяка! Дура!» - ворчал юноша. Из его кармана выпала фотография, Он поднял её. На ней была изображена его жена, Кайла и его сестра, та, из - за которой заварился сыр - бор.

- Вы уверены, что это безопасно и я должен прочитать эту белиберду? - Николас встревожено посмотрел на Ивли, мачеху герцогини Снегурочки. Та вертелась перед зеркалом, посмотрела на себя, какая она красивая и старательно стала вырисовывать пентаграммы на полу вокруг трупа, висевшего на стене.

- Да, а как ты хотел, Николас Кит? Магия без заклятий - не магия, как говорит моя падчерица, которая уже сейчас учится на колдунью и балуется черной магией, - она посмотрела на него, оторвавшись от созерцания себя любимой.

Николас прищурился.

- Просто я боюсь, что у нас ничего не получится, так как я - не маг, в отличие от неё, моей сестры, которая великая неудачница и невдаль! - Николас любовно погладил фото. Он скучал по Кайле, скучал по миру, откуда пришел.

- Ну, понимаешь, магия - вещь тонкая. Возможен неожиданный эффект... Но я уверена, что все получится! К тому же, я готова всегда помочь тебе! Ты ведь помирил меня с падчерицей, гоняешься за серийным маньяком, из - за которого маги - протестанты, герои среди магов вместе с твоей сестрой возвели Терновую стену, отделяющую недостроенный город от людей.... Да и ту часть, которая вообще проклята... - Ивли снова полюбовалась в свое зеркало, какая она красивая.

- В вашем деле было виновато зеркало и её любовник, который дурно влиял на девочку, как и те гномы, с которыми она работала в Резистансе подняв против Вас восстание! - Николас усмехнулся, вспоминая былые деньки.

- Вы так спокойно говорите о Резистансе! Как бы Вас не услышали Орденцы! - спохватилась Ивли.

- Они не тронут меня! Я же не де Скалист! Даже, если ношу это! - Николас покрутил в пальцах черную звезду. Их создавали в память о Де Скалистах. За основу были использованы та же форма, тот же металл. Николас даже знал, что де Скалистов перебили из - за нескольких причин:

1) Нинге, они были созданы магом Джедом из Японии;

2) их мясо давало бессмертие (как например, св. Дик, чьим мясом когда - то полакомились лорды - союзники его отца и их соседа, графа Анри, в итоге превратившиеся в Лордов Цветов со свечами, горевшими звездами в их грудях);

3) драгоценности и медальоны семьи де Скалист. Люди просто завидовали тому, что придворные двора короля Эйпла, могли перемещаться между различными мирами благодаря изобретениям семьи Хаммер, который необходим был для экспериментов короля Роланда - их обезумевшего дяди, превращающих сердца в механические вещи, которые говорили и хранили душу внутри себя.

Николас знал, что слухи о бессмертии - не выдумки, так как он лично знал св. Дика, занимался даже его разборками и выступал вместе с сестрой против экспериментов короля Ролланда, который бежал в другое измерение, развалил их страну, забрав лучших советников и проводил эксперименты у него на родине.

Николас помнил ещё те времена, когда король был в своем уме, когда не создавал живые вещи, чтобы потешить себя, когда обещал вернуться и открывал новые миры, чтобы расширить страну Эльдонию и её границы, учитывая, что жуткие болезни и проклятье св. Дика за его покушение коснулось страны. Сейчас его советники такую политику проводили, что только их дяде Реолу хватало сил сражаться с ними на политической арене. Как и его сестре, которую Николас приехал вернуть домой... Николас же был занят тем, что устранял последствия правления политиков и имел образование магического детектива, передав борозды правления дяде Реолу, загоревшемуся желанием построить город для магов, тете Лючии, которая теперь работала с итальянскими магами после борьбы с тремя феями - апельсинами - интервентами, захватившими замок короля Эйпла, а также мэру Мердоку, верящему в Николаса, вместе с деловым партнером их сестры, Альбертатусом, союзником его сестры.

Николас прочитал слова, которые Ивли переписала ему, чтобы он понимал их.

Шли испарения.

- И все? - Николас обиделся. Ивли же так хвасталась магией.

- Нет, не все, Николас Кит! - за его спиной прозвучал рычащий голос.

Николас повернул голову назад.

Перед ним стоял Рейнольдар. Он чистил пистолет.

- А что ещё надо? Кровь? - Николас потер обезьянью лапку у себя на шее - знак Следопыта.

- Ты хочешь, чтобы я предсказал тебе будущее? Мне итак не поверили, что я из будущего! - он высморкался в платок.

- Какое будущее? Я ничего про это не знаю... Ты - Узревший? - Николасу казалось, что он все знает про Рейна, ведь до него прошел слух, что именно тот хочет взять опекунство над ним и его сестрой (Николас не очень понимал этой идеи, так как у них были родственни, которым не было до них дела, а сам он достиг возраста, чтобы позаботиться о сестре и жить самостоятельно).

- Снова этот сумасшедший! - проворчал рядом Арчибальд, фоткая место преступления и обтягивая его клейкой лентой.

- Ты не можешь смириться с тем, что ты - отражение, а я - тень Харкана, который за то, что наслал многочисленные воды на землю, заплатил цену: из - за покушения на себя его тело и дущабыла заточена в различные предметы, которые обрели разум и разлетелись по разным мирам? Я вот смирился, особенно с тем, что каждый новый день он проживает в новом облике с новыми воспоминаниями, решив отомстить Орденцам, даже несмотря на то, что семья Эйпла покарала его убийцу, почему он обещал не трогать твою сестру, которую Николас отдал на растерзание орденцам? - человек в черном продолжал чистить пистолет.

- О чем это ты? Они сами набросились на неё! Она сама ушла туда! Я ей кричал покинуть замок Нобельхейм! Но там должен был кто - то остаться, чтобы расколдовать подданных! Этим те и воспользовались! И все, что осталось от сестры - свеча, тело, душа... Я уж молчу о том, как маги поступили с ней, когда она не дала прийти в этот мир Сатане! - Николас прокусил себе от злости щеку клыком - одной из частей тела, которые остались у него от обращения в собаку (так он был заколдован друидами - Орденом Белой Лилии, наевшимися мясом Дика и предавшим их отца).

- Не рассказывай мне сказки! Ты мог остановить их! А в итоге.... Сбежал, как и трус король, поджав хвост и выбирая Кайлу, девушку, которая расколдовала тебя! Я уж молчу про Рейнара - мужчину, который обещал провести три ночи в Вашем адском доме и поклялся в вечной любви твоей сестре, но потом, когда ему предложили кое - что побольше, он бросил её, оставив гнить в замке и одну, посреди чудовищ и трупов! У неё не было выхода, как сотрудничать с Орденом долгие годы и быть женой лорда Дандалиона! - продолжал Рейн.

Николас побледнел.

- Рейнар был ей не пара! Я вообще не понимаю, как она выбрала его! Он ничего не мог дать ей! Он ыл не богат! Даже принадлежность к семье Фокс - графскому роду, не спасло его! Я бы не одобрил их отношения! Даже, если он - коллега по работе! - Николас терпеть не мог упоминания любовника сестры. Из - за него их придворные не могли расколдоваться, из - за них город дяди был окуппирован Ореднцами, из - за его предательства его сестру теперь по кускам собирали, а сам он вел жизнь Следопыта - спасла Кайла и его приятели.

- Ты всегда такой, Николас? Завистливый, подлый и высокомерный? Ты даже сестру возвращаешь из - за чувства вины! - Рейн хлопнул по столу сзади него рукой.

- Откуда тебе знать? Если ты из будущего, лучше бы рассказал о том, что там, а не критиковал меня! К тому же вечно сестра то, сестра это! Про меня всегда забывали! Всегда! - Николас отмахнулся от него, как от мухи. Он не хотел признавать действительность.

Рейн спрыгнул со стула.

- А что рассказывать? Что 14 февраля, когда был подписан Пакт между магами и людьми мы НАКОНЕЦ - ТО нашли твою сестру и поняли, что она - не злодейка? Что на корабле, на котором мы облазили все страны в поисках принцессы и освобождая различные миры от Орденцев? Что кому - то доверяли, о чем ты вычислил, на корабле и в команде, кто нам соврал, и вся команда, приходившая от тебя и Кир, не смогла попасть к нам, а сама она встретилась с нами аж под конец путешествия, когда половина команды подохла от рук Карточного маньяка? О том, что мы все застряли в петле времени из - за колдовства твоей сестрицы, которая мне как дочь? О том, что она что - то поняла про Карточного маньяка и того, кто стоит за ним и врагами, отнявшими у Вас земли? Что ты злился на неё, так как у неё появился парень, который решил приударить за ней и он был твоим напарником, который влюбился в неё, так как был покорен её начитанностью и ему понравилось то, что она ненавидела в себе - ум и любовь к не женским вещам, которые ей привил её ковен с бой - девицами: Фанта Дивиной, Василисой Микулишной, Мулан и другими героинями? Ты был против их отношений с самого начала, хотя она предложила тебе компромиссное решение, как решить проблему Вашего королевства, ибо у Вас там разносчик Проклятья Нифельхейма! Только ещё хуже! - Рейн добрался до кобуры пистолета.

- А я? Я вообще там есть... - Николасу уже нравилось, что его сестра нашла себе ухажера.

- Ты... Ну вот о тебе и речь. Ты вообще там отличился! Ты меня обижал, шпынял, когда мой хозяин решил дать Вам обоим любовь, что не давал Вам Эйпл! В отличии от сестры понатворил делов, ибо твой конфликт с одним пупсом достиг эпогея! Как и с Водяницей - уж не знаю, как эти оба (Маркиз Анегл, оставляющий ей подарочки) и Водяница связаны друг с другом! Особенно тогда, когда ты обнаружил, что он не так ведет себя, как обычно! Что из строптивого и дикого парня, он стал кротким и ласковым, правда, нам пришлось его капризы потерпеть и тех, кого он привел с собой, показывая нам Ваш мир! И причина была та ВЕСЬМА большая, хотя я просил не шутить по поводу бюста твоей сестры! - хохотнула тень, сокращая с каждым словом дистанцию между ними.

Николас схватился за сердце.

- Только не он и моя сестра! Господь, я уже боюсь воскрешать её! Нам нужны союзники, это правда, я поэтому здесь, поэтому и спутался с Ануфрием, когда он вызвался по приказу короля отчистить замок Нобельхейм от нечисти! Поэтому даже согласился на мирные переговоры с Орденцами Белой Лилии, несмотря на убийство отца! Даже здесь союзников собираю, решив помочь соседям (хотя я ненавижу этого труса и полоумного идиота Роланда) с их проблемой - серийными убийствами, из - за которого вечеринка в честь Пакта и мира магов с людьми будет проходить не так грандиозно, как хотел дядя! Но только не он! Не Янтарный! Я души не чаял в сестре! Её когда увидишь, испытываешь гамму эмоций: от страха и гнева! Я завидовал ей, это правда! Сердился на неё! Ругал её, так как покойная тетя Амелина, из - за которой мы и стали заниматься расследованиями, особенно - проблемами союзников отца, попросила позаботиться о ней! Ладно там пираты, которых недавно поймали! Ладно там её желание стать Следопытом женщиной, ибо женщин не допускают к этой работе! Ладно там её ссоры с Кайлой и сюсюканья с принцессой Белой кошкой, которая воспитывала нас! Я готов прощать ей все, что угодно, ибо она была так очаровательна и харизматична, что даже наш строгий дядя Реол ругал её только для того, чтобы сохранить лицо строгого дяди в моих глазах! Я даже чай готов выпить в том количестве, в котором она пьет его за завтраком, за ланчем и вечерней трапезой! Но только не Маркиз Ангел и его ребята! Только Янтарного - гвардейца Королевы нам не хватало в семье! Наш отец перевернулся бы в гробу, а тетя не выходила из монастыря, узнав про это! Я не переживу этого! Неет!

Николас схватился а голову и стал рвать на себе волосы.

- Да господи! Что он тебе сделал в прошлом? А то некоторые вопросы так и остались без ответа! - Рейн недоуменно заморгал глазами.

Николас был безутешен.

- Это... Последняя выходка сестры... Все, воскрешаем её! И если в будущем война, я перепишу историю! Я не допущу этого романа! Никогда! Да и с кем она встречается?!

Реол запрет её! Мы запретим ей читать детективы! Мы выбросим в окно её коллекцию манчелт (так называются шиншиллы на родине Николаса) в окно! Но только не такой исход! - Николас был в панике. Он посмотрел на пленку, которую оборонил Сигизмунд.

На пленке были неперспективные записи полуразрушенного мира, кучи демонов, людей и магов, барикодировавшихся в какой - то больнице! Николаса охватила паника.

Он вырвал кусок книги и, не дослушав Рейна про себя, стал читать вместе с Ивли заклятье 85... Он не верил во все, но почему - то не радовался тому, что его сестра в будущем вышла замуж и сняла с себя заклятье!

Следопыт не умел читать на языке магов, но верил в одно: если шанс переписать историю есть, то он им воспользуется на полную катушку! В тот день Николас клятвенно обещал себе, что непременно возьмется за воспитание сестры, что будет более строгим, и уж точно проследит за тем, чтобы его сестра сидела под замком! Его радовала перспектива того, что его проблема на Родине решиться (от чего - то ему хотелось верить в слова тени), но юноша настроился на то, что у него получиться вернуть сестру в этот мир! Что она будет умней себя, чем в будущем!

Он просто поверил в её воскрешение... Просто поверил в то, что она вернется... Ударил гром. Забили застывшие часы.

Кир

Я помню пустоту Нифельхейма... Да, когда враги прорвались в наш замок с братом... Я помню смерти магов... Для меня они - дети, для меня они - мой народ, мои подданные, как для Яилимэ её армия фоморов... Я помню, как плыву... Плыву по реке мертвых... В воде мимо меня проносятся духи... Я слышу их... Тихий шепот.... Я вижу бесконечное количество миров, где я нужна. Миры с их будущем, грядущем и прошлым... Прошлое проносится перед глазами... Мертвое тело Ривентуса, то, как маги - протестанты уходят из моего дома, закрывая дверь... Я помню путы из теней... Я помню, как змеи из них обвивают меня, как за дверью Рейнар уходит, лично разжигая костер инквизиции... Как он не сдержал слово о том, что обещал расколдовать меня и моих подданных... Одна мысль вертится у меня в голове: Николас... Мой брат... Расколдовался ли он? Не превращается он и его свита в псов?

Мое заклятье усложняется. Теперь все, кто произносят мое настоящее имя, все, кто его произносит (Кир - не настоящее, а Алетта это вообще имя, которое мне придумали) погибает. Мне зеленой коди с мускусом хватает!

Я помню, как мне больше не тяжело... Как меня отпускает Нифельхейм - вернее - его владычица Хелль. Я слышу многочисленные призывы меня в мир, который я ненавижу... Который я не могу простить... Не прощу за боль магов... За боль недостроенной империи для них... В ушах стоит голос Ленни, которую провозглашают Королевой... Которая уходит с людьми, что предательство для меня... Как Рейнара, человека, которого я полюбила, целует другая... Карточный маньяк... Как я кидаю ему в спину кинжал... Как тьма охватывает мое королевство... Как я ставлю в отчаянии магическую стену... Я хочу отделить ту слабую часть меня от себя новой, магнессы, пожертвовавшей любовью и боящейся себя, выбравшей путь одинокой правительницы магов и Палату, а не любовь... Говорившей, что «маги и люди не могут жить вместе»... Из моих рук вырывается лава... Она сжигает дрова подо мной, веревки на руках... Она бушует кругом, сжигая все... Рейнар подходит ко мне с Карточным маньяком...Меня окружают Ореднцы Белой Лилии... Они вырывают из моей груди свечу, отделяют заклятьем душу с телом, как моя душа раскололась... Как части меня живут отдельно друг от друга... Душа - в Нифельхейме, живая свеча, служащая вместо сердца - теперь у брата, который поднимает её с земли и забирает с собой, одна часть души становится призраком, другая - бегает где - то на Ирересе, а вот тело... Оно словно безвольная кукла у руках у Оредена, особенно - у лорда Дандалиона... Они делают со мной, что хотят... Я их игрушка, я их вещь... Я теперь понимаю чувства Мари, возлюбленной Харкана, из которой сделал куклу, чтобы спасти гостей одного бала... Бала, о котором я не говорю... Бала, который закончился призывом Сатаны и Всадников Апокалипсиса... Я ощущаю, как мои глаза вырывают из глазниц... Я слепа... Я ничтожна...

Да, это то, что мне говорит Карточный маньяк, когда уходит... Что Ленни объявляет мне войну... Как я кидаюсь в гущу врагов, рубя всех направо - налево... Как борюсь с Сатаной, протыкая его своим клинком и унося его с собой в бездну...

Я помню боль магов... Это и моя боль... Особенно тогда, когда их ведут на инквизицию... Меня разрывает на части, когда стена касается меня, когда дикий шиповник впивается в мое тело...

А потом он... Рейн... Первый встреченный мной человек, которому я даю шахматную фигурку - мое изобретение, не принесшее мне удачи... Я беру его за руку... Да, я хочу путешествовать с ними... Я хочу быть на месте Карточного маньяка в команде Рейна... Настоящего Рейна... Я не хочу сидеть в петле времени - побочным эффектом моего психа и моего воскрешения! Я не хочу проживать один день сотню раз и путешествие, оканчивающееся моей смертью! Не хочу умирать на руках у людей, к которым привязывалась столько раз, сколько была эта чертова петля времени, когда меня кололи веретеном Карабороса, мага, заколдовавшего Мари! Я не хочу привязываться к ним снова и снова! Не хочу даже влюбляться, что самое страшное для меня, ибо мир, который я избрала - не мир любви и романтичных дур! Я хочу поймать Карточного маньяка! Остановить Луку! Спасти свой замок! Выгнать Орденцев! Но...Ещё и с мужчиной мне не повезло! С ним все сложно: он был под каким - то заклятьем, и из - за магии он больше не был тем парнем, которого мне порочили в мужья! У нас даже до детей дошло!

А ещё эта война... Поиск почвы для города магов! Мечты дяди Реола! Моей мечты...

Я ведь не такая злюка! Я могу быть доброй, если захочу! Но мне надоело проживать один бесконечный день, чтобы умирать и умирать, что в начале, что в конце путешествия! Испытывать те же эмоции! А ведь о петле времени я узнала от Луки Свински и Карточного маньяка, которые любезно сообщили об этом мне, когда я с ними встретилась! Я помню капли дождя... Дождя, который ревел вместе со мной от боли в груди из - за ран и разбитого сердца... Я больше не буду прежней. Я буду злюкой. Очень злой, раз меня такой считают все!

Я беру за руку Рейна! Интересно, этот тот Рейн, который всегда искал меня, а потом, когда обретал - терял навсегда? Чью руку я последнюю держала в больнице, прежде чем меня убили? Из - за своего Гифта (способности, дара, переданного Ллос), я типа местного Нострадамуса и Ока Саурона, видящего все! Даже предвидевшей Конец Света!

Я иду... Иду по следу бабочек, которые ведут меня по морским глубинам... Море... Мой мир всегда с ним воевал, а вот Иререс... Я помню восторг, когда туда прибыла! Николас фырчал, а я - нет!

Я иду по скользким камням, водоросли путаются у меня в ногах... Мимо проплывают рыбки и киты... Я дышу под водой... Я уже привыкла, что Старая Магистия - как Атлантида! Что его затопило темной водой из царства мертвых и только Стена сдерживает с плотиной его, в то время, как новая Магистия (вернее - её кусок, ибо полгорода я сожгла) стоит на вулкане, часть которого находится и у меня в королевстве!

Я помню лаву на дне... Я иду... Раны от креста болят, но ничего страшного, это все фигня... Я хочу к свету над поверхностью... К лучам солнца...

«Стой! Ты... Ты Алетта, да?» - я шарахаюсь от голоса.

Я смотрю перед собой.

Массивная колонна в греческом стиле, какой - то амфитеатр... Мимо проплыл скат.

Мальчик... Да, его изображение я видела на картинках в библиотеке Героса... Какие - то фрески с жителями - индейцами и кристаллами - первыми прототипами звезд и медальонов де Скалистов... вокруг него струится поток воды. За ним цветет дерево... Большое дерево... Тополь.

«Ты... Покидаешь Нифельхейм?» - спрашивает он у меня.

Он выше меня на голову и мой ровесник.

- Да, а что? А ты? - спрашиваю я.

Он скрещивает руки на груди.

- Везет. А я вот - не могу. Я ведь Источник магии! Тот источник. Что исполняет желанья!

Теперь я понимаю, кто передо мной. Брат рассказывал мне, как у нас в стране, откуда я прибыла, был о какое - то озеро и источник магии... То ли это - загадочный колдун, то ли - демон.... Не помню... Он мрачнел, когда рассказывал мне об этом...

- А ты не можешь покинуть? Давай, вместе со мной! - зову его я.

Мальчик смотрит на меня, как на дуру.

- Ты не боишься меня? Многие, когда меня видят, дрожат от страха и величия передо мной!

Величия? Пф, тоже мне! Все от меня должны дрожать, а не от мальчишки с серебряными волосами, вокруг которого поток воды и стая рыб!

Я фыркаю.

- Ага, сейчас. Скажешь ещё! - я отворачиваю голову. Демонстративно поправляю волосы... Прижимаю к себе куклу с Мари...

- Какое твое желанье?

- Что?

- Что ты хочешь? Недавно заклятья и призывы дошли как до богов, так и до меня! И все мольбы магов и людей просят вернуть тебя в мир живых! - мальчик присаживается на спинку дельфина.

Я задумываюсь.

- А ты выполнишь мои желанья? Вряд ли? Ты же был человеком вроде... Человеком, которого в жертву принесли... Так в рапорте брата сказано...

Мальчик неожиданно подплывает ко мне.

- А ещё что? Мое прошлое так туманно... Из - за реки мертвых я уже теряю их... Свои воспоминания... Каждый день... Они - пища Игграсиля.

Он указывает на дерево. С него падают золотые, осенние листья.

- Ну... Если серьезно... Чтобы брат не грустил... Чтобы дядя меня не отчитывал... Кучу сладостей.... А самое главное - чтобы закончилась петля времени! - я хлопнула в ладоши.

- А про меня что? - мальчик вообще рядышком.

- А зачем тебе? - я тоже подплываю к нему.

- Это будет плата за желанье. Заклятье взывает ко мне, - сказал он.

Я хмурюсь. Вспоминаю все легенды, которыми увлекалось мое оккультное сообщество.

- Ну... Что есть два мира... Эльдония и ещё один мир, под ним... То ли Иререс, то ли что - то - другое... Лень помнить! Что Нифельхейм путают с царством мертвых! Что он - какое - то заколдованное королевство, то ли оно в нем расположено! Что чтобы то царство всплывало, дереву приносили жертвы... Как меня когда - то... Что реки - кровь жертв, что благодаря убийствам жатвы и веры отступает болезнь, с которой борется Орден и в чем обвинил Де Скалистов и капитана Дэниела! Что королевства враждуют... Что ты - хранитель древа... Что ты был тоже жертвой до меня, но тебя спасла река... - я перебираю свое последнее воспоминание. Да, из - за этой байки я и была принесена в жертву... А ещё - погиб мой отряд... Да, это последнее, что я переворачивала из дел брата.

Он словно читает меня насквозь.

- Уходи. Не хочу больше тебя слушать! Ну же, скорее! Не хочу тебя видеть! - мальчик толкает меня.

Я ничего не понимаю. Чем я его обидела? Я вроде вежливая! Даже не ругалась!

Я всплываю на поверхность. Глотаю ртом воздух. Тело сводят судороги. В груди разгорается пламя. Тело онемело.

Я с трудом разлепляю веки. Я слышу только одно: Организация. Да, место куда я хотела вступить. Что они заинтересованы моим оккультным братством. Что я буду Спиритом, пока мое тело не восстановиться полностью. Для удобства мою живую свечу, служащую мне вместо сердца, обратили в шиншиллу, чтобы быстрее разработать и сложили в коробку. Ощущаю, как меня любопытно разглядывают. Потом, больно в области кишков (видно, снов разрезали, чертовы убийцы! Я им не лягушка для препарирования!) Я слышу о том, что стану Спиритом, таким блуждающим огоньком, пока что - единственный шанс не стать трупом. Мое тело ложат в гроб, раздирают шиповник. Забинтовывают раны.

Как я спросонья говорю только про, что в замке надо провести три ночи. Глаз нет. Я помню, как болит правая сторона. Мой новый контрактор (семья де Скалистов любила считать мою семью демонами и заключать с ними магические сделки, наравне с демоническими призывами) - сам Харкан. Только их два: из прошлого и будущего.

Я понимаю, что в будущем меня нет. Что меня воскрешают. Что я что - то поняла про убийц. Я сажусь на койку, куда меня положили. Заступаюсь за Валентина, который переместился сюда вместе с Марикой, чтобы его не убили Эльдонцы и что - то такое говорю на зыке Следопытов, что на меня смотрят как на дуру. Он все - таки в розыске за то, что наложил заклятье на нашу страну. Помню, как меня превращают в какую - то медузу и заставляют Харкана Валентина (так теперь его зовут) проглотить меня. Как мой брат идет в тюрьму и о чем - то говорит с пиратами. Как он освобождает их, взамен на какой - то документ обо мне, решив его прочитать на вечеринке, посвященной моему воскрешению. Как пожимает руку дампиру Икуре, молодому лидеру Организации, где в парах работают такие как: валькирии, Анку, вампиры (как источник вещества, необходимого для приспособлений, чтобы выжить, покидая мир Эльдонии и его ядовитые испарения) и Следопыты. Только так нас допускают расследовать дела и собирать души, успокаивая их и отправляя в мир иной, помогая экзорцистам.

Теперь же я - Спирит, одна из таких душ. Причем - самая маленькая и нелегально оказавшаяся здесь, если верить Икуре - сану. А мне уже нравится этот дампир, судя по голосу. Помню, как ворчит Харкан (он был обращен в вампира, за то, что будет сиделкой орденца, которого нельзя грохнуть), что мол «я просто хотел все узнать, я не буду работать в сомнительной организации, мне надо вернуть части себя», на что ему отвечают, что его покушение все ещё расследуется, в мой мир ему можно, но только когда он отменит свое проклятье (Вы знаете сказку «Русалочка»? А теперь представьте, чо в этой сказке мы спасали королевскую семью от разгневанного русала, на которого было покушение), что за ним - должок и он будет определен в группу Николаса, предотвращать убийства (а ещё - временно у него поживет в нашем загородном домике здесь, так как Николас очень долго торговался с этим русалом за то, чтобы тот исправил одно проклятье, наложенное в нашей стране), но он будет работать в паре со мной. Харкан не очень доволен тем, во что его втягивают, так как я работала с Орденом, но слыша о том, что я была воспитана шпионкой и добывала информацию для Резистанса, остывает и неохотно соглашается. Что касается притихшего короля, тот решает сходить на встречу Организации и вечеринку магов в надежде отыскать хоть какую - нибудь зацепку о своей дочери. Её поиском решает заняться Николас, которому нужна я. Но временно моей сиделкой будет принцесса Марика, которая все подслушала и робко постучалась в наш с братом мрачный замок, а работать я в паре буду с Диком - русалом, ищущим возмездия. Что ж, пусть только попробует, так как меня отстранили от работы за убийство вампира, угрожающего магам (а сам он на Ирересе попал в битву с Ривентусом и его кто - то обратил в вампира, хотя сам он этого не помнил)! Я кусаю его. А потом слышу одно, то, что хочу услышать: «Николас, вас будет подменять новобранец Следопыт. Но он будет сотрудничать с Вашей сестрой, которой мы предлагаем вступить в Организацию, так как её сведения об Ордене нам кажутся полезными и выгодными для Вашего измерения!»

Я радостно пищу. Щупальцами цепляюсь за мозг Харкана, который говорит, что вообще надеялся вернуть свои части памяти, что не хочет работать и наводить порядок, помогая брату и мне! Я слышу что - то про будущее, про вечеринку, где со мной хотят познакомиться, что - то про похищенную в который раз принцессу, за которую король Сигизмунд готов раскошелиться, даже, если ему придется на время пожить в нищете и работать с таинственным Харканом... Что на все согласна и Марика, которая говорит о том, что ей поручили под страхом облитой смолой предотвратить мою смерть... Слышу и свой голос и голоса людей из будущего, которые судачат о том, как переписать будущее... Понимаю, что есть мир, где я жива, и где я снова мертва... Решаю присоединиться в закрытой встрече, куда тайно проведут людей, так как там только маги... Что - то про День Народного Единства у магов.... А ещё, от моего имени Николас заключает мир с оккультным сообществом... Воистину великий день, учитывая, что это день воскрешения меня, Кир де Скалист!

Харкан сел на стуле. Вокруг него ползали змеи из электричества.

Раны были перебинтованы.

- Николас, Вы уверены, что он нам ничего больше не сделает? Это все - таки один из Харканов, магов пространства, сам св. Дик... - пищала какая - то женщина в маске лисы.

- Абсолютно уверен. Вживление Спирита прошло удачно. К тому же, я уверен, что мы сможем договориться... - парень с ежиком из волос ходил вокруг его стула.

- Может, не надо? В конце - концов, нам нужна помощь любого мага... А учитывая, что Орагнизация создана Розой де Скалист, она принадлежит ему... - какой - то дампир стукнул тростью по каменному полу.

- Икура, я понимаю, тебе нравилось питаться его кровью, пока он болел и мы его так лечили, вы даже превратили его в вампира, но все же... К тому же, должен же быть у него стимул сотрудничать с нами дальше... - Николас подошел к нему военным шагом.

Он приблизился к нему вплотную. Харкан почувствовал, как его ухватили за волосы и потянули наверх. Было неприятно, словно с тебя снимают костюм, который впитался в мокрую кожу.

- Готово! - Николас развернулся к Икуре. У него в руках была чешуйчатая кожа Харкана и его жемжчина русалки.

- Теперь он - человек. И не сделает ничего друного ни мне, ни сестре, ни стране, откуда мы пришли... К тому же, так будет лучше для него, потому что своим поступком я спасаю жизнь преступнику у нас на родине... - торжествующе сказал Николас, треся его шкурой в воздухе.

Харкан аж опешил от такой наглости.

- А ну, верни! - рявкнул он, но сильный энергетический импульс оттолкнул его на стул.

- Оба успокойтесь! Николас, брат мой, прошу тебя, не будь жесток к Харкану! Я буду с ним работать! Да и давай ты отдашь ему шкуру или, хотя бы, его жемчужину! Он итак болен! Вспомни, какое милосердие проявила его семья ко мне! - мягкий голос прозвучал в воздухе.

Харкан посмотрел по сторонам. Ему показалось, что на его плечи легли призрачные ладошки, а голосок звучал в его голове.

- Ты серьезно, сестра?! Он превратил Иререс в морской простор! Он проклял наш мир! Я лучше его знаю и Подводных!К тому же, я делаю это для тебя, чтобы Харкан ничего тебе не сделал, пока ты в таком состоянии! - Николас недовольно поджал губы.

- Я знаю, брат. Но если хочешь его наказать за все, что он сделал, то лучше не лишать его ни Организации, которой сейчас заправляет господин Икура, ни его страны Кайото - Кио. Разве нам не нужны союзники, какая репутация у них не была? Да и в бедах, которые натворил Харкан - доно, лучше винить тех, кто на него покушался! - заспорила с братом невидимая девушка.

- И что ты предлагаешь, сестра? - Николасу стало любопытно.

- Для начала, отдай ему жемчужину. Русалки без них ничто. Потом, мы превратим его команду, в ожерелье из жемчужин... - перечислял голос.

- Ты издеваешься?! Его люди - пираты Красного Черепа! Они похитили тебя! - Николас вытер пот со своего лба.

- Эти пираты - несчастные моряки, попавшие в немилость к нашему дяде, Роланду. Я лично разбиралась, почему они совершали набеги у нас на Родине. Твой мэр в курсе, я отправила ему письмо пустельгой. В роли телохранителей они мне подойдут, - настаивал голос.

- А что насчет него? Как с ним ты пытаешься поступить? Ты понимаешь, что он - не Джед?! Харкан Валентин, известный как св. Дик, его враг. Вечно строил ему козни в отличии от других двух, которые отказались от сего титула. Говорят, что Джед держал его в учениках и они были сводными братьями, пока тот не стал ему завидовать. В отличии от Джеда, он - неудачник, возжелавший силы. Харкан Джед даже хотел его заколдовать, хотя говорят, что Валентин покрылся чешуей из - за того, что его семья когда - то убила волшебного тритона Джеда, и их сын, как и родители с их подданными, покрылся чешуей. Одна из причин, чего он ненавидит Джеда! К тому же, я со своей известной проблемой, Водяницей, забываю о своих перепалках, когда слышу о соперничестве этих двух Харканов! - Николас взывал к благоразумию сестры.

- Я знаю, брат. Я не потеряла рассудка. Просто я помню, что именно Харкан Валентин и его наемники дали мне шанс, когда Джед выкинул меня, как игрушку. Сведения, которая я собрала, могу пригодиться ему и касаются покушения на него, из - за чего он заколдовал наше королевство! - спокойно ответил женский голос.

- Давайте все урегулируем миром. Шкура Харкана побудет у тебя, так как в облике человека его никто не видел, и так его не узнают на родине, где его основные воспоминания!

- Сестра, даже не начинай! На родину ему нельзя! Она её развалил! - Николас был в ужасе.

- Я предлагаю мирное решение, братик. Я ценю твое беспокойство обо мне. Я не дура. Шкура Харкана будет у тебя, но самого Харкана как пленника держать не надо, он злобный, от боли, которую ему нанесли вовремя покушения (говорю, как его врач). Без своей памяти он не сможет снять заклятие с нашего мира! Угрозами ты ничего не добьешься! И союзника терять ты разве хочешь? Или это из - за проблем с Подводными, о которой ты мне рассказывал часами? - в её голосе слышалось любопытство.

Харкан убрал руку с эфеса клинка. Ему было интересно, во что его втягивают. К тому же он понял одно: его ненавидят все, а боготворят Джеда. Николас его не простит за страну, а вот его сестра настроена более мягче и хочет все решить миром. Но Николаса он тоже мог понять, так как тот беспокоился за неё.

Николас укусил себя за губу.

- Что ты предлагаешь, сестра? С Харканами надо держать ухо востро.... К тому же, я лучше знаю этого Харкана и сквамасейкеров. Я старше тебя! Я заключил с ними союз, чтобы спасти тебя! Но о том, какой ты была, тебе лучше не знать! Я серьезно! Если ты снова про те глюки, из - за которых ты не можешь спать! Если ты снова про свою память, которую тебе подтирал Ануфрий, подливая тебе и Харкану в чай антибиотик, меняющий воспоминание. Я в это не верю! НЕ ВЕРЮ! И на родине я справлюсь! Ты пока нужна здесь! Только ты можешь поставить на место Реола! К тому же, источник глюков - сидит сейчас перед тобой, твой Харкан! Одна из его частей натворила делов, стерев всем память о событиях 50 - ти летней давности по твоему приказу, иначе бы нас всех убили! -Николас смотрел на них, как на сумасшедших.

- Я предлагаю ввести в курс Харкана. Он не такой, как Виктор, который взял себе имя Ануфрий и теперь творит ужасы! Даже приказал его убить! Я предлагаю работать с ним не только из - за своего детского восторга (мне часами рассказывали про него)! Я предлагаю, чтобы Харкан Валентин работал со мной в Организации, исправил, что натворил в нашем мире. Для этого нам надо найти Мабъюар. Я уверена, что там находится заклятье, которое соберет его по кусочкам и ему не придется каждый новый день проживать с новым лицом и новой личиной, которая разбросана по предметам, в которые заключена его сущность, прошлое, душа и т.д. Я вижу в нем союзника, я чувствую, что он может исправиться, пока будет помогать нам разбираться с Орденом Белой Лилии! В конце концов, в его времени, откуда он прибыл, именно они совратили его отца, придворного мага, убили жену и захватили миры и подчинили себе магов. Хотя на родине у нас они - советники отца, их в лоб просто так не убьешь.
Я предлагаю, чтобы Харкан - доно был спрятан от властей нашей страны. Ты уладишь проблемы, так как некоторые вещи может исправить он. Ты вечно с кем - то ведешь войну! Нам нужны друзья и союзники для оплота магов! - Харкан увидел, как тонкие зеленые ручки с аккуратными ногтями театрально развелись в стороны.

Парни прстыдились. Харкан внимательно слушал.

Он решил подать голос.

- А почему ты решила, что я тебе ничего не сделаю? Брат беспокоится за тебя и я... - Харкану стало интересно. Его втягивали в придворные интриги, а это он любил.

- Потому что, первое, мой брат не знает, что такое дипломатия. Он беспокоится за меня и это ценю. Но речь сейчас о Вас. Во - первых, Вам придется с нами работать, так как я пострадала из - за сведений, что добыла. За Вами должок. К тому же, если Вы на родине у нас тот маг, что все натворил, то радуйтесь, что Вас ещё не убили! - голосок звенел рядом с его ухом.

- Оу... А ты не глупа. Считает, что так Вы спасли меня? Я не подписываюсь на то, чего не знаю! - Харкану стало плохо. У него снова болела голова и тело от ран, нанесенных Орденом.

- А мы введем Вас в курс. Есть информация, которая заинтересует и Вас и объяснит, что происходит. Потом, в знак мира, так как женский взгляд на происходящее Вам нужен, я предлагаю следующее от лица господина Икуры: Вы будете работать на Организацию под начальством Икуры и Николаса, пока не восстановитесь. К тому же, вы послушаете сведения, которые у меня. Ну и поможете нам победить же своих же врагов...

- Ты так уверена во мне... В своих силах...

- О да. Потому что, сведения мои и брата касаются Вашего покушения и стран, а также моего творения с дядей Реолом - Магистии, вернее - того, что от неё осталось, и есть то, что я могу предложить Вам. Верно, Херр Икура Йорингель, нынешний глава дома Воронов? - Харкану показалось, что сзади него улыбаются.

- Да, мисс...мистер...Кир, - замялся тот.

Харкан проследил за взглядом смущенного дампира. Повелитель миров и времени встретился с внушительным бюстом, выглядывающим из - под коричневого пальто. Заметив взгляд, таинственная собеседница прикрылась, запахнувшись в плащ сиьнее.

- А что мне ещё предложит Организация за сотрудничество и Ваш брат в качестве извинения за грубость? - Валентин успокаивался под этим голосом.

- Страну, которую Вы так хотели получить от Нефритового императора, полностью под Вашим контролем и...меня, в качестве парламентера и Вашего придворного мага, которая ничего не крала у Вас в клане Де Скалист в отличии от мужчин, решивших немного похозяйничать за Вашей спиной, - зеленые руки отпустили его. Харкан вздохнул с облегчением.

От него отдалилась фигура, запахнутая в плащ. Она прошествовала к двери и медленно стала снимать его с себя.

Взгляды всех, кто присутствовал, обратились к ней.

- Я отдам ему жемчужину, сестра. Но за кое - кем огромный должок, особенно учитывая, что я освобожу пиратов и превращу их в жемчужное колье для тебя и...не стану выдавать дедушке Солу, - Николас положил жемчужину на колени удивленному Валентину.

- Вот и славно. А то Вы только и умеете, что махать кулаками, господа. В консульство Вас не возьмут работать с Вашими угрозами! - девушка отмахнулась от них.

- Ах да, король Сигизмунд... Я знаю, что Вы открыли коробок... Я Вам и принцу Рудольфу предлагаю также присоединиться к нашему альянсу и собранию, если хотите спасти принцессу Эйрис. Послушаете потом все, что я расскажу на магическом суде, - девушка открыла настежь двери с задвижкой в виде луны.

- Слушаюсь, мисс Кир, - Икура отвесил ей поклон.

Двери открылись. За ними Повелитель времени и пространства увидел кучу лиц, которые не знал и какие - то войска, которые толпились с флагом переговоров. В однои из них Валентин узнал Маркиза Ангела, гвардейца Королевы, надравшего зад Джеду на турнире.

- Говорю Вам от лица Её Величества: Вы не получите Кайото - Кио! Никогда! - спорил он с наемниками Валнтина и его подданными в масках шутов.

- Получит. Это владения Харкана, а не суки Королевы! - с вызовом крикнула девушка.

Взгляды всех пожирали её.

- Да? Тогда может приведешь особый аргумент, на каком основании мы, Янтарные, должны отдать Кайото - Кио Харкану и его людям? Особенно тому, кто неудачник и не захотел помогать, как Джед? - звонко рассмеялся рыцарь.

- Хорошо. Но столицу Вы покинете... - спокойно сказала Кир.

Плащ упал к её ногам.

Николас поперхнулся вином.

- Сестра?! ТЫ ПОЧЕМУ ГОЛАЯ?! - Николас забыл о вражде с Харканом. Войска Королевы, стоявшие у порога их здания, тут же прикрыли глаза от яркого света, исходившего от неё.

- В шиншильей шубке жарко.

- Где это я?

Чей - то звонкий голосок, как колокольчик рядом. Он не один.

Рейн увидел стул, ножки которого напоминали лапы льва и сел на него.

Он заметил, что одет в черный камзол, расшитый золотыми нитями в виде тигров - символов его клана. Сам он выглядел, как... человек. В любое бы другое время он бы возмутился, так как у него раз в неделю бывало так, что он принимал форму человека (причем - в новолуние). Он знал, что на это способны только аристократы, но юноша считал сейчас это странным и... некрасивым, со своими ободранными ногтями, коленками в ссадинах, сальными волосами и дислексией.

Но сейчас... Мужественный облик, лет, конечно, тридцать, но он расцвел (видно, с возрастом), волосы - мягкие, пушистые, послушные, волнистые, до плеч огненного цвета, челка с пробором подстрижена, открывая лоб и глаза, брови (обычно - не выщипанные) - гладкие дуги, очков, которые приходилось носить , чтобы ещё и не превратиться (так как это был не самый приятный процесс со слизанием чешуи), не было, аккуратно подстриженная бородка, придававшая ему благородный вид, шрамов нет, ногти, похожие на звериные (в человеческом облике у юноши не хватало пары пальцев на правой руке - носил металлические протезы, а в его облике было столько...звериного, что юноша себя ненавидел. Его даже чуть ли не насильно заставляли носить очки, которые не позволяли ему превращаться, а чтобы скрыть глаза с кошачьим прищуром и дефект зрения он отрастил себе челку, прикрывающую глаза), теперь аккуратные, шрамы в виде черных полосок по телу его даже украшали, а глаза блестели. Он теперь был не облезлым котенком, а красивым, выхоленным тигром. Даже пах он теперь яблоками и карамелью.

Рейн не сразу сообразил, что этот мужчина - он. Да и казалось, что говорит вовсе не он.

Рейн посмотрел впереди себя. Рядом стоял ещё один сквамасейкер. Меньше его ростом. Только, необычный. Худенький, маленький, аккуратный нос, рост средний (Рейну доходил до половины туловища), чешуйки отливают серебром, но сам сквамасейкер напоминает зебру: чешуя - сероватая, словно пепел, а волосы - черные, уложенные, как шляпа арлекина - в разные стороны. Сзади - крылья (вот, что привлекло Рейна, он никогда не видел крылатых сквамасейкеров, настолько они были редки. В основном, в его расе преобладали сквамасейкеры воды и земли. Огня встречался нечасто, а крылатые вообще рождались редко). Причем крылья странные - одно - белое, другое - черное. Глаза - разные: карий и зеленый, с примесью фиолетового и янтарного, светящего серебряной радужкой. Одет сквамасейкер в черный смокинг с длинным, черным плащом, прикрывающим ноги. На шее блестит тот же медальон, что и у Рейна, но в другой оправе: оправа не с волнами, как у него, а в виде двух крыльев по бокам, с буквой «К» посередине.

Они молчали, не зная, как начать разговор. Оба были удивлены друг другу, даже - чем - то похожи.

- Ты здесь, маленький котенок.

Рейн сам удивился своему голосу: приятный баритон с рыком.

- Ты де Скалист? Я думал, я один такой.

Рейн рассмеялся.

- Нет, ты не один.

Глазенки сквамасейкера уставились на него с любопытством. В руке маленький чародей крутил странный предмет. Рейн любил шашки, но сейчас мог поклясться, что предмет напоминал ему не только шашку: странный, в форме коня, с округленной подставкой. Парнишка также пил из необычной фарфоровой чашки, не вино, а что - то приятное.

- На что смотришь?

- А ты?

Они оба смутились. Рейн отметил про себя, что в голосе крылатика звучала властность и вызов. Дерзких он уважал.

- Я думал, что де Скалисты все мертвы.

- А мне интересно, что за предмет у тебя в руках? В моей времени такого предмета нет.

Рейн скрестил ноги по - турецки.

- Это... Это шахматная фигурка. Будем считать, что она - залог нашей дружбы, - мальчишка перехватил его взгляд, протянув предмет.

Рейн с трепетом его взял.

- Похожа на шашку.

- Фигурка коня. Может ходить как хочет. А что в твое время было?

Рейн усмехнулся.

- Ну... Борьба с инквизицией, с бессмертием, Орден, рыцари, турецкие шашки. А в в твое?

Мальчишка разглядывал его с уважением.

- Проклятье Нифельхейма, демоны, борьба с феями, маги - протестанты, Британское консульство, палата магов - джельтеменов... - перечислял он.

Рейну стало любопытно.

- Знаешь, я бы хотел путешествовать с тобой.

Мальчик широко улыбнулся. На щеках заиграли ямочки.

- Я тоже, Рейнольдар.

Рейн взял его маленькую ручонку в ладошку и они пошли в никуда, окруженные золотистыми, отлетающими от пустоты искрами. На его поясе сверкнул странный кинжал (да, тот самый, который Рейн забрал с собой), а на медальоне - имя «Кир де Скалист»...

Конец первой части

Какая жалость! (итал.)

В японской мифологии это и собака, и лев, традиционно украшающий входы в святилища и буддийские храмы и изгоняющий злых духов (прим. автора)

Мари-Луиза Фон франц «Тень и зло в волшебных сказках» (прим. автора)

В психиатрии ложные воспоминания называются парамнезиями. Одной из разновидностей парамнезий является конфабуляция. Это так называемая галлюцинация памяти, расстройство памяти которое часто встречается при амнезиях или психических заболеваниях, когда не имевшие места быть события поселяются в памяти, как реальные. Такие ложные воспоминания, например, отражают тематику перенесённого психоза. Но при психозе фантастичность событий кажется очевидной (прим. автора)

Японский меч (прим. автора)

Хвала Богам (лат.)