🥀. Тот, кто научил её смеяться
Поле для квиддича Дурмстранга была укутана в туман. Не было слышно ни шагов, ни голосов. Только скрип снега под ногами.
Но не он её ждал.
Он сидел на перилах, как всегда, запрокинув голову к небу.
Волосы цвета солнца, мантия криво наброшена, шарф свисает, как змея.
Эйрик. Тот, кто никогда не боялся сорваться. Кто смеялся в лицо тьме.
Он услышал её шаги. И не обернулся.
— Думал, ты сбежала, — хмыкнул он. — Было бы в твоём стиле. Уйти без слов, как привидение.
— Ты всегда считал, что я — привидение.
— Потому что ты именно такая, Эви. — Он спрыгнул с перил, приземлился мягко. — Ты пришла в Дурмстранг, как дух войны. Без прошлого. Без будущего. Только настоящая. Леденящая. Без эмоций.
Он подошёл ближе. Его глаза были ясны. Ослепительно честные.
— А я — идиот, — продолжил он. — Я решил, что научу тебя смеяться.
Она чуть склонила голову.
— Ты не научил.
— Не-а. — Он усмехнулся. — Но я хотя бы слышал, как ты вздыхаешь. Это уже было достижением.
Молчание.
Он вытащил из кармана маленький выцветший шарик.
Квиддичная фигура — символ его детства. Он сам сделал его из перьев и нитей.
— Помнишь, когда ты впервые села на метлу?
Она кивнула.
— Я упала.
— Почти разбилась.
— Ты смеялся.
— Ну, да. Но потом поймал тебя.
Он протянул ей шарик.
— Забери. Это мой самый первый трофей. Ты называла его "бесполезным мусором".
— Это правда.
— Но теперь он твой. Потому что ты всё равно не скажешь спасибо. А я всё равно знаю, что ты это запомнишь.
Она взяла шарик. Не глядя. Пальцы сжали шероховатую поверхность. Он был лёгкий. Как и он сам — Эйрик был всегда легче воздуха.
Он шагнул ближе.
— Я не буду спрашивать, что ты чувствуешь. Не буду просить остаться. Я просто хочу сказать...
Он запнулся.
Потом — резко, порывом — обнял её.
Без предупреждения.
Просто окутал, как вихрь. Как весна. Как радость, которой она не умела назвать.
Он пах мятой и морозом. Его руки были тёплыми, как всегда. Он не трясся. Не страдал.
Он просто держал. Молча.
— Я не знаю, вернёшься ли ты.
Его голос прозвучал тихо у самого уха.
— Но если вдруг, вдруг, тебе станет невыносимо — найди мою смех. Он где-то рядом. Он всегда будет звать тебя обратно.
Он отступил.
И... всё.
Он не сказал «прощай».
Не сказал «удачи».
Просто развернулся и... пошёл. Как будто не хотел, чтобы она видела его лицо.
Она осталась на поле одна.
Кулак сжимал игрушечный шар.
И в груди — что-то хрустнуло. Не больно.
Просто — как лёд, подтаявший под солнцем.
⸻