.
Гермиона нервно провела ладонью по коротким волосам. Она с нетерпением и страхом ждала, когда наконец зазвенит колокол, оповещая, что урок начался. Ведь тогда её трепетным ожиданиям придёт конец и можно будет выдохнуть, поглощая порцию яда в свою сторону.
Ведь Северус определенно не оставит её поступок без внимания.
В свои восемнадцать, получив-таки разрешение от родителей на благословление всей её жизни: «делай, что хочешь», Гермиона и начала это делать.
Конечно, ей мало чего и до этого запрещалось. Она в конце концов самая молодая девушка, получившая Ордин Мерлина Первой Степени, Героиня Войны и подруга Гарри Поттера.
Вот только для Джин и Венделла Грейнджер это были аргументы из разряда «не очень». Гермиона их не осуждала, хоть и было обидно, что родители всё-таки не понимают всю значимость. Но вот достижение возраста совершеннолетия для них было — «очень». И с этого года снимались два главных её запрета: встречаться с парнями, старше неё, и стричь коротко волосы.
О первом она сообщила родителям уже собственно на осенних каникулах, решив, что лучше раньше, чем позже. Уговаривать Северуса ей особо и не пришлось. Он, конечно, поворчал сначала для вида, но довольно быстро согласился с Гермионой о необходимости этого поступка. И поэтому, предусмотрительно за два дня до конца своих каникул, Гермиона ошарашила своих дорогих и любимых родителей, что встречается с Северусом Снейпом.
«Да, мама, с моим профессором. Да, с тем, что усложнял мне жизнь в школе, в частности на зельеварении. Да, это он «противный». Нет, мам, он не преступник, а шпион! И ничего страшного — магический мир лояльно относится к разнице в возрасте. Маги стареют не так быстро. Успокойся, пап, он ничем меня не опаивал. То что он зельевар — не повод. Да, люблю и жить не могу! Почему так быстро и неожиданно он? Выросла, поняла, что хочу рядом надёжное плечо, а не рыжее недоразумение.»
В общем, вечерок был тот ещё, и ночью Гермиона выпила услужливо всунутое Северусом успокоительное зелье. А потом и вовсе трансгрессировала к Снейпу на квартиру. За поддержкой. Конечно же — за моральной.
А сейчас Гермиона сидела за своей партой в кабинете ЗОТИ и жутко нервничала. Даже больше, чем перед признанием с повинной у родителей. Тогда-то она знала, чего ожидать и заранее была готова пресечь любые возмущения веским аргументом. А сегодня — даже боялась предположить.
Нет, насмехаться над собой, конечно, она не позволит никому. Несколько умников уже огребли. В частности Рон Уизли и Симус Финниган. Больше комментировать в отрицательно-насмешливом русле её причёску никто не решался. Но то были однокурсники. А вот если Северус решит что-либо сказать — а он решит, в этом даже не надо сомневаться — она даже не сможет качественно его заткнуть. Ведь об их отношениях знали единицы. Поэтому, только они и не удивятся, если Гермиона позволит себе свободное общение с профессором. А остальные будут, мало сказать, озадаченны таким свободным диалогом.
Из мыслей Гермиону вырывал долгожданный звонок. Практически вместе с ним в кабинет вихрем ворвался Северус. Конечно, на учеников восьмого курса его грозно развивающаяся мантия уже мало действовала, но она явственно поддерживала злобный имидж. И не важно, что его имя «освещено» теперь со всех сторон только положительно.
Северус разворачивается и цепко пробегает взглядом по лицам учеников. Останавливается на Гермионе и на мгновение замирает. Девушка чувствует, как к щекам приливает горячая кровь и учащается дыхание. Она наблюдает, как Северус сначала едва заметно хмурится, а потом растягивает губы в не предвещающей ничего хорошего усмешке.
— Мисс Грейнджер, — его бархатный голос разлетается по помещению. Несколько однокурсников нервно хмыкают, ощущая леденящую кровь вежливость, — вы наконец поняли, что не относите себя к женскому обществу и решили приобщиться к своим великолепным друзьям?
Гермиона возмущённо открывает рот, но тут же натыкается на горящий яростью взгляд, и покорно решает промолчать. И лишь в ответ прищуривает глаза.
— Хотя, разве мне должно быть дело до личной жизни обычной школьницы? — риторически интересуется Северус у всего класса и порывисто разворачивается, резко взмахивая рукой с волшебной палочкой, проявляя записи на доске, — тема нашего сегодняшнего занятия…
И всё. Гермиона невольно уцепилась за слова: «…обычной школьницы»? «…быть дело…»?
Гермиона упрямо поджала губы. Так значит, вот в чём проблема? Его это не интересует? Девушка раздраженно фыркнула — который раз он напоминает о критически нарушенной субординации между ними? Нет, ну в конце концов, уже поздно жаловаться — не раз они доказали друг другу, что им хорошо вместе. Причём очень.
Она бездумно поправила лежащий на парте пергамент, невольно погружаясь в воспоминания. Один раз они даже чуть не расстались по этому поводу. Это было начало года и их близких отношений, а Гарри внезапно проявил талант подмечать всё важно и неважное и заметил, что Гермиона слишком долго не появляется в гостинной, а потом Джинни сказала ему, что она не всегда ночует в общих спальнях. И тогда лучший друг стал очень напорист в цели помочь ей. А ещё отвратительно уверен в своих мыслях, что у лучшей подруги что-то случилось. Конечно же, что-то плохое, и о чём лучше не рассказывать. Впрочем, в последнем он был прав — Гермиона не то чтобы была в тот момент готова рассказать обо всём Гарри. Но он и сам всё прекрасно узнал, видимо вспомнив, что у него есть волшебная карта. В конечном итоге, чуть не дошло до дуэли… или даже драки. Поттер был уверен, что Снейп её околдовал, и упрямо это доказывал. А Северус… а он, змея, ничего не отрицал и лишь пакостно ухмылялся, негромко сцеживая яд.
Гермиона еле их развела, и конечно, сперва решила успокоить Гарри. Ведь этот упёртый баран мог натворить поистине опасных дел. Но, к счастью, к Гермионе на помощь примчалась Джинни, которая, как настоящая подруга, пригрозила суровым разговором, но послушно увела сопротивляющегося Поттера, при этом клятвенно пообещав его утихомирить. А Гермиона побежала к Северусу в покои, где тот уже, — явно плюнув на выдержку, — уже пил. Благо, зельеварам запрещается употреблять большое количество алкоголя, и в его руках был пустой стакан. А стоящая рядом бутылка, едва опустошенна.
— Сев… — начала она тогда, но была прервана тяжёлым фирменным взглядом.
Снейп молчал несколько секунд, а потом, отставив бокал, сделал несколько шагов вперёд, но остановился, едва расстояние между ними стало меньше пяти метров.
— Нам надо расстаться, — холодно сказал он, — ты видела реакцию Поттера, представь, что будет потом. Думаю, это будет лучший вариант. У тебя будет время найти кого-нибудь себе до того, как…
— Северус! — тихо, но довольно грозно сказала Гермиона и сложила руки под грудью, — ты думаешь, что говоришь?
— Вполне, — он кивнул, — это будет разумное решение для нас обоих. Ты молода и через год уже покинешь Хогвартс. А я останусь здесь. Вряд ли мы встретимся потом ещё раз. Обещаю даже избегать на Праздниках Победы и не трогать ухажёров.
Гермиона тихо зарычала. Он ещё и шутить умудряется! Вот что за упрямость?! Никакой разумности — одни глупые принципы. А ещё взрослый человек, называется.
— Нет, — фыркнула Гермиона и сделала несколько шагов вперёд.
— Нет? — Северус приподнял бровь.
— Нет, — она остановилась напротив него, вглядываясь в притворно ледяной взгляд почти чёрных глаз, — я никуда не уйду.
И она порывисто рванулась к нему, впиваясь пальцами в плечи и прижимаясь губами к его губам. Как и ожидалось, сопротивлялся он недолго и уже через пару секунд перенял инициативу, обхватывая её талию.
Разорвав поцелуй, Северус тут же заглянул Гермионе в глаза. Она там к собственному облегчению увидела лишь привычную теплоту.
— Что тебе сказал Поттер?
Гермиона чуть расслабилась.
— Ничего особенного, — она улыбнулась, — усомнился, правда, в моей адекватности, и сказал, уж извини, что ты старый.
Снейп фыркнул.
— Пусть доживёт до моего возраста, я посмотрю, что он будет говорить.
Гермиона на это лишь рассмеялась и, проведя ладонью по линии скулы Северуса, снова потянулась за поцелуем.
— Мисс Грейнджер, у Вас какие-то проблемы? — внезапно обратился Снейп к ней, устанавливая мгновенный зрительный контакт и вырывая девушку из воспоминаний. Гермиона чуть не отшатнулась от холода в этих чёрных глазах, что разительно отличались от глаз в её воспоминании, — десять баллов с Гриффиндора.
И он… отвернулся, продолжая вести урок. А Гермиона сначала напугалась, что он снова решил расстаться, а потом вдруг поняла, что Северус… обиделся?
Эта мысль конечно была иррациональна, но по крайней мере всё было на это похоже. Девушка нервно закусила нижнюю губу. Во-первых, с неё за этот год ни разу никто не снял баллы. Во-вторых, сам Северус ни разу безразлично на неё не смотрел.
Гермиона в упор посмотрела на его фигуру, облачённую в чёрную мантию. Казалось, он даже старался не поворачиваться в ту сторону класса, где она сидела. Вот… и что ей делать?
Внезапно, перед ней на парту опустилась аккуратная записка. Гермиона обернулась и увидела обеспокоенный взгляд Джинни.
«Что это с ним? Вы поругались? Какой-то он злой… по крайней мере, злее, чем обычно.»
А ниже было приписано:
«П.С. Причёска — отпад! Подруга, ты бессмертная!»
Гермиона хмыкнула и нервно оглянулась — Северус не смотрел. Она быстро написала ёмкий ответ «Из-за неё и злой. Он не знал.»
И отлевитировала ответ Джинни. Та, едва заглянув в лист, подняла сочувствующий взгляд и провела большим пальцем у шеи.
Гермиона сглотнула и резко повернулась. Что ж… нужно хотя бы записать лекцию.
Весь урок она сидела, как на иголках. Постоянно дёргалась, ёрзая на стуле, оборачивалась на Северуса, который на неё даже не смотрел, и то и дело нервно проводила пятернёй по волосам, которые приятно покалывали ладонь.
Когда прозвинел колокол, Гермиона не сдвинулась с места, дожидаясь, пока Снейп их отпустит.
А затем, конечно же, начала удивительно медленно собирать вещи в сумку. Она уронила учебник и тут же за ним наклонилась, скрываясь за партой и котлом, чтобы избежать рысшющего взгляда Гарри, что сканировал класс в поисках её. Благо Джинни нарочито громко его окликнула, утаскивая подальше.
— Мисс Грейнджер, что-то Вы не торопитесь на следующий урок, — прошелестел Северус, подходя к Гермионе со спины, но тем не мение не приближаясь слишком близко, — Вам что-то нужно?
Гермиона обернулась.
— Северус…
— Для Вас профессор Снейп, — перебил он её, буквально протыкая остротой своего взгляда. Девушка сжала ладони в кулочки, и стойко выдержала его. Затем чуть нервным движением руки с волшебной палочкой запечатала дверь в класс и снова обернулась к мужчине.
— Северус, — упрямо выделила она голосом, делая шаг вперёд, — что это с тобой?
— Со мной? — он хмыкнул, — абсолютно ничего. А вот у Вас…
— Хорошо, — выдохнула Гермиона сквозь зубы, — говори. — Снейп вопросительно приподнял бровь, — я слушаю все твои недовольства в мою сторону.
— Какие у меня могут быть к Вам недовольства, мисс Грейнджер? — он продолжал гнуть свою линию. Его взгляд пылал, — я могу лишь…
— Северус! — внезапно даже для себя воскликнула Гермиона, и гордо расправленные плечи у неё чуть опустились, — ну извини меня. Пожалуйста.
Снейп чуть насмешливо, но с львиной долей упрямства, на неё глянул, явно ожидая продолжения.
— Я не должна была стричь волосы, — выдохнула она, — я вижу, что тебе не нравится, но… понимаешь, я давно этого хотела, а родители не разрешали. Но, я обещаю, ни за что не буду делать это ещё раз. Особенно, если ты против.
Гермиона и не заметила, как зажмурилась на последних словах, а потом почувствовала, как её к себе притянули сильные руки, почти намертво прижимая к себе.
— Я не против. Но! — он чуть отстранился, заглядывая ей в глаза, — Гермиона, я бы очень хотел знать, что творится в твоей слишком разумной голове. Хотя бы периодически. И уж поверь, твоя причёска ни капли меня не трогает в плане… привязанности.
— Но…?
— Но я не хочу узнавать о таких… критических переманах, просто становясь перед фактом.
— Значит, ты не злишься?
— Нет, — Северус выдохнул, — просто… мне было не приятно, что ты мне ничего не сказала. А то, жалуешься на мою скрытность, а сама ведёшь себя в пример не лучше. Не находишь это лицемерным?
Гермиона уткнулась носом куда-то в ворот мантии и тихо фыркнула.
— Единственное, конечно, что меня будет напрягать, — Северус мягко провёл ладонью по её затылку, чуть шевеля волосы, — ощущение, что я целую мальчишку.
Гермиона чуть отсранилась и хитро прищурилась.
— Но это лишь до того момента, пока я не разделась.
Северус хмыкнул и внезапно ещё крпече прижал девушку к себе, прижимаясь губами к нежному уху.
— А за такую провокацию, не грех наказать, — Гермиона почувствавала, как по шее побежали мурашки, — так что жду тебя вечером. А пока, сгинь с глаз моих.
Северус прервал объятия.
— И скорее открой эту дверь, у меня скоро урок, а из закрытого кабинета страшного зельевара сейчас выпорхнет лучшая ученица школы. И что подумают ученики шестого курса?
— Что я очень любознательна и нашла подход к суровому декану Слизерина, — Гермиона улыбнулась, закидывая сумку на плечо, — увидимся.
Она резво приподнялась на носочках, чмокнула Северуса в губы и, не оборачиваясь, направилась к двери.
Всё оказывается, было не так уж и плохо. А доверять… она научится полностью.
Без остатка.