реакция
Реакция на приготовление его любимой пищи.
Эрен
Эрен шагнул в кухню, где уже витал аромат чего-то знакомого, что погружало его в волны далёкого детства. Он замер у входа, наблюдая, как ты старательно доводишь до совершенства его любимое блюдо. На миг его суровое выражение лица смягчилось, словно груз долгих лет борьбы и утрат с плеч исчез на несколько секунд. Твои руки уверенно управлялись с готовкой, а в воздухе витала смесь запахов, напоминая ему уютные вечера дома, когда его мать заботливо накрывала на стол.
— Это… — голос Эрэна неожиданно прозвучал глухо. Он подошел ближе, стараясь заглянуть через твое плечо. — Ты… приготовила это для меня?
Ты лишь кивнула, отмечая, как его глаза потеплели, становясь куда мягче, чем обычно. Эрен слегка нахмурился, видимо, пытаясь скрыть свои эмоции, но запах готового блюда оказался сильнее его. Он взял в руки вилку, стараясь не показывать, как жадно он хочет попробовать. Проглотив первый кусок, Эрен будто утонул в собственных воспоминаниях, и едва заметная улыбка дрогнула на его губах.
— Спасибо, — тихо произнёс он, будто боясь, что эти простые слова сломают момент, слишком драгоценный, чтобы его разрушить.
Микаса
Микаса вошла в кухню бесшумно, как тень, но ты сразу почувствовала её присутствие. Она остановилась на мгновение, окинув взглядом твои движения. Её глаза всегда холодны и бесстрастны, но теперь в них блеснуло что-то тёплое, почти недоверчивое. Ты сдержанно улыбнулась и жестом пригласила её подойти ближе.
— Ты готовишь... для меня? — её голос был чуть выше обычного, с лёгким оттенком удивления.
Ты молча кивнула, разливая её любимое блюдо по тарелке. Микаса осторожно взяла ложку, словно готова была встретиться с чем-то, что может поколебать её стойкость. Она отведала первое блюдо, и, хотя её лицо оставалось спокойным, ты заметила, как её плечи слегка расслабились.
— Это как... — она на мгновение замерла, видимо, не желая говорить слишком много. Но потом, едва слышно добавила: — Как в детстве.
Тебе не нужно было больше слов. Микаса была мастером выражать чувства через действия, а не через разговоры, и теперь её тихий кивок в твою сторону говорил больше, чем любые фразы. Её рука едва заметно коснулась твоей, на мгновение позволяя себе мягкость, которую она редко показывала.
Армин
Армин вошел в комнату, едва уловив аромат блюд, которые ты с любовью готовила. Он остановился на пороге, глаза расширились от удивления, а губы разомкнулись в невысказанном вопросе. Его обычно мягкие, задумчивые глаза светились интересом, когда он подошел ближе.
— Ты… Ты правда сделала это? Мое любимое блюдо? — в его голосе прозвучала нотка искренней радости, почти детской.
Ты молча предложила ему сесть, заметив, как его глаза блестят от волнения. Армин осторожно взял вилку, словно не веря своему счастью, и сделал первый укус. Его лицо мгновенно озарилось радостью, словно он вернулся в те дни, когда мир был проще и беззаботнее.
— Это невероятно... — прошептал он, и его голос затих, будто воспоминания захватили его целиком. — Как ты узнала? — спросил Армин, искренне удивленный, и в его взгляде было столько благодарности, что тебе стало немного неловко.
Ты улыбнулся, не произнося лишних слов, ведь видел, как много это значило для него. Армин поднял на тебя свои добрые глаза, и на его лице появилась самая тёплая улыбка, какую ты когда-либо видел.
Леви
Леви зашел на кухню, его движения были, как всегда, точны и контролируемы. Первое, что привлекло его внимание, — это идеальный порядок на рабочей поверхности, но вскоре его взгляд задержался на готовом блюде. Ты с ожиданием посмотрела на него, не зная, как он отреагирует. Леви вскинул бровь, явно удивленный, но старался не показывать это.
— Это для меня? — спросил он сухо, но ты почувствовал лёгкий оттенок удивления в его голосе.
Леви не был человеком, который легко поддавался эмоциям, и всё же ты заметил, как он слегка напрягся, будто собирался оценить что-то весьма важное. Он сел за стол, взял ложку и сделал первый укус. Его лицо осталось таким же бесстрастным, но ты уловил едва заметное изменение в его взгляде. Вкус явно был ему приятен, но Леви не собирался выражать это явно.
— Неплохо, — сказал он наконец, отложив ложку, но ты знал, что это была самая высокая похвала, на которую он был способен. — Спасибо.
Его тон был всё таким же сдержанным, но ты чувствовал, что за этой невозмутимостью скрывалось искреннее признание твоего старания.
Саша
Когда ты только достал(а) блюдо из духовки, Саша уже была рядом. Она, как всегда, появилась внезапно, носом уловив запах её любимой еды. Её глаза, полные восторга, расширились, словно она не могла поверить своим глазам.
— Это что, мое любимое? — её голос звучал так, словно она нашла спрятанный клад. — Я не верю! Ты действительно это приготовила?
Саша не стала ждать ответа и тут же схватила вилку, моментально принявшись за еду. Её лицо озарилось чистым счастьем, а глаза закрылись от удовольствия, как только она сделала первый укус. Каждый раз, когда она откусывала, её радость только усиливалась. Она съедала кусок за куском, напевая под нос и качаясь из стороны в сторону, словно дитя.
— Это… просто… волшебство! — с трудом произнесла она сквозь полные щеки. — Как ты это сделала? Я… Я так счастлива! — Саша почти плакала от радости, и было очевидно, что для неё это был лучший момент за весь день.
Она внезапно обняла тебя, крепко, как всегда, обожая тот факт, что кто-то угадал её вкусы и приготовил её любимое блюдо. Это была Саша в её самой искренней и радостной форме — полная жизни и благодарности за малейшие радости.
Жан
Когда ты показала Жану его любимое блюдо, он скептически прищурился. Он всегда был немного осторожен, когда речь шла о приятных сюрпризах, и сейчас его лицо выражало привычное недоверие.
— Это… для меня? — спросил он, скрестив руки на груди и сделав вид, что не слишком взволнован.
Но ты заметила, как его взгляд неотрывно следил за каждым твоим движением, когда ты ставил(а) тарелку перед ним. Он взял вилку, сделав вид, что это обычный обед, хотя его рука дрожала от едва скрытого нетерпения. Первый укус был словно переломный момент — Жан замер, и на его лице появилась тень улыбки.
— Ладно, это... не так плохо, — проговорил он, стараясь сохранить невозмутимый вид, но ты почувствовала, как он, возможно, был тронут больше, чем хотел признаться.
Он быстро продолжил есть, притворяясь, что всё ещё сомневается, но по его молчаливому одобрению стало понятно: твоё блюдо принесло ему немалое удовольствие.
Хистория
Хистория посмотрела на тебя с лёгким недоумением, когда ты предложила ей тарелку с её любимым блюдом. Её голубые глаза светились искренним удивлением, а нежная улыбка, как всегда, озарила её лицо.
— Ты готовила это для меня? — её голос прозвучал удивлённо, почти застенчиво. Она привыкла быть тем, кто заботится о других, и жест внимания, направленный на неё, казался ей непривычным.
Хистория осторожно села за стол и взяла вилку. Она попробовала блюдо, и её лицо осветилось счастьем. Легкий румянец коснулся её щек, а глаза заблестели.
— Это так вкусно… Я даже не ожидала, что кто-то может это сделать для меня, — её голос звучал тихо, но в нём было столько искренности и благодарности, что твоё сердце на мгновение сжалось от тёплых эмоций.
Она взглянула на тебя с той самой мягкой, почти материнской нежностью, которая была частью её сущности, и ты понял(а), что этот момент был для неё по-настоящему особенным.
Райнер
Когда ты показала Райнеру его любимое блюдо, он на мгновение замер, его массивная фигура напряглась, словно он не был уверен, как на это реагировать. Он привык носить на плечах груз ответственности, редко позволял себе моменты личного удовольствия, и такой жест казался ему чуждым.
— Ты это… для меня сделала? — его глубокий голос звучал с ноткой недоверия, как будто он не мог поверить, что кто-то нашел время, чтобы приготовить что-то специально для него.
Он сел за стол и взял вилку, делая первый укус с осторожностью, словно боялся, что что-то пойдет не так. Но затем на его лице мелькнула тень довольства. Он продолжил есть, медленно и вдумчиво, как человек, который наконец-то позволил себе расслабиться.
— Это... хорошо. Очень хорошо, — наконец проговорил Райнер, поднимая на тебя взгляд. — Спасибо.
Ты заметила, как его обычно напряжённые черты смягчились, и впервые за долгое время на его лице появилось что-то, напоминающее настоящий покой.
Ханжи
Ханжи влетела на кухню, словно ураган, едва уловив запах. Её глаза, полные огня и любопытства, мгновенно сфокусировались на тарелке с едой, которую ты приготовила. Она на мгновение замерла, потом широкая улыбка озарила её лицо.
— Ты готовила это специально для меня? — её голос взвился в воздухе с неподдельным восхищением. — О, как замечательно! Я обожаю, когда готовят что-то необычное!
Она с интересом склонилась над тарелкой, будто изучая какой-то научный эксперимент. Её лицо светилось восторгом, и ты знала, что это была не просто еда для неё — это был шанс насладиться каждым аспектом вкуса и текстуры. Сделав первый укус, Ханжи резко распахнула глаза и воскликнула:
— Боже мой, это так вкусно! Ты должна поделиться этим рецептом! Это точно что-то уникальное!
Она засмеялась, отпуская одну из своих фирменных шуток, и тут же начала вести монолог о том, как определённые ингредиенты взаимодействуют друг с другом. Ты знала, что Ханжи может превратить даже обычный ужин в увлекательное событие, и её бесконечный поток слов был самым искренним комплиментом твоим стараниям.
Энни
Энни была одной из последних, кто вошёл на кухню. Её шаги были тихими, как всегда, а лицо — бесстрастным. Она бросила быстрый взгляд на стол, где стояло её любимое блюдо, но не проявила никаких эмоций.
— Это для меня? — её голос был сухим и сдержанным, без всякого намёка на удивление.
Она села за стол, держа вилку в руке так, будто это было просто очередное рутинное занятие. Энни всегда была осторожна с выражением эмоций, и даже сейчас, когда ты видел(а), как она делает первый укус, её лицо оставалось непроницаемым. Но ты заметил(а), как она слегка напряглась, словно пыталась удержать в себе реакцию.
— Вкусно, — коротко произнесла она, не поднимая взгляда.
Это была всего лишь односложная похвала, но для Энни даже эти слова значили многое. Ты знала, что её сдержанность — это просто способ сохранить контроль над собой, и тот факт, что она вообще отозвалась о твоём блюде, был для неё настоящим проявлением признательности.
Конни
Конни подскочил к столу с такой скоростью, что ты даже не успела заметить, как он оказался рядом. Его глаза засветились, когда он увидел перед собой тарелку с его любимым блюдом.
— Ты серьёзно? Это для меня?! — воскликнул он, с улыбкой, которая сияла на его лице, как у ребёнка, нашедшего под ёлкой подарок.
Не теряя ни секунды, Конни схватил вилку и жадно отведал первое блюдо. Он не мог сдержать восторженного вздоха, когда почувствовал вкус. Его смех был искренним и заразительным, и он продолжал есть, делая небольшие паузы, чтобы успеть сказать что-то весёлое.
— Это лучше, чем в любом ресторане! Ты настоящий шеф! Как тебе удалось так вкусно приготовить? — он говорил между укусами, восхищённо оглядываясь на тебя.
Конни был таким простым и искренним в своей радости, что тебе было приятно видеть, как твоя готовка принесла ему столько счастья. Он продолжал болтать и шутить, и в его словах не было ни грамма притворства — только чистое наслаждение моментом.