Глава 1
"Ты никогда больше не сможешь пройти мимо его кабинета, не плача. Верно?"
Подсознание.
Хоть тысячу раз признай это, Гермиона, ты все-равно будешь плакать.
Она хорошо помнила ту ночь. В последний раз зашла в его кабинет, встретилась с его презрительным взглядом.
Он молчал, как всегда, черт его возьми, молчал. Ты могла сидеть тут сутками, он все равно не сказал бы ни слова, а с тем же отсутствующим видом смотрел в окно. Он никогда не отличался многословностью, все происходило в полной тишине, лишь иногда он кидать замысловатые фразы, над которыми можно было очень долго думать.
- Что же Вас привело сюда сегодня? - будто разговаривает сам с собой.
"Я опустошена настолько, что хочется выть. Я пустая, мною можно управлять как куклой, я устала от этого. Я устала быть чертовой марионеткой в руках у совершенно чужих людей. Не вы ли меня поймете как никто другой?"
- У вас тут тихо.
"Тихо. Все что мне нужно это тишина, которая поглотит меня. Все, что мне нужно это ваше чуть надменное выражение лица."
Все готовились к финальной битве. Все. Кроме двоих молчаливых людей, которые находили спасение в друг друге. Они знали, что одного из них в этой битве не станет. Они знали, кто этот "одного".
Отогнать мысли подальше из головы, оказалось очень трудно. Гермиона знала, что сидит перед ним в последний раз. В чертов последний раз вглядывается в эти грубые черты лица. В чертов последний раз он будто не видит ее.
Никто другой не мог бы просидеть около него больше двадцати минут, его боялись, его уважали. Кто бы мог подумать, что когда к нему заявиться эта невыносимая всезнайка, то он ее не выгонит. Гермиона вошла к нему без стука и молча села перед ним, пытаясь высмотреть в темноте то, что видел в ней он, но каждый из них видел свое, что-то очень личное и болезненно стекающее по легким.
Кто бы мог подумать, что когда она потянется к нему за поцелуем, он не запустит в нее непростительным. В этот раз он не сидел за столом, как всегда. Северус всматривался в гнетущую темноту стоя перед окном, она вошла, как всегда - без стука, и тихо, тихо, будто мышь, приблизилась к нему. Можно было подумать, что он не заметил. Но он ее чувствовал на уровне подсознания.
- Сегодня очень темно, - тихо будто боялась.
Все случилось слишком быстро, она просто взяла свою волю в кулак и обняла его со спины. Он напрягся, а в ее открытых глазах читался такой откровенный страх, что он его чувствовал. Гермиона вцепилась в мантию профессора, обхватывая его руками, пытаясь задержать момент.
"Пожалуйста, не отталкивайте меня. Я не хочу возвращаться снова в ту темноту, дайте мне хотя бы не много света, что бы я наконец выбрала от туда".
- Мисс.
Снейп развернулся и поднял ее, еще-секунда-и-заплаканное, лицо и внимательно всмотрелся в него, пытаясь запомнить каждую чертову деталь.
"Зачем?" - немой вопрос в голове.
"Ты же знаешь, что не выживешь" - замолчи, и внутренний голос замолкает, давая наконец насладиться этими пылающими шоколадом глазами.
"Грейнджер, вы никогда не поймете, что я в них вижу".
- Громко, постоянно очень громко, - полушёпотом заговорила она, - в большом зале, в гостиной, в коридоре. Эти голоса и взгляды везде. Они не оставляют никогда, ни на одну чертову секунду. Только тут до боли тихо и если вы сейчас меня пошлете к чертям. Я просто сломаюсь, сломаюсь без непростительного. Мне так страшно, - она просто вцепилась руками в его мантию, жуткое отчаяние.
- Не бойтесь, пока что я тут, - он кричал внутренне, кричал и наконец позволил это гриффиндорке прижаться к нему всем телом, нелепо поглаживать ей волосы и шепча какую-то глупую чушь, - ничего не бойся я тут, никогда ничего не бойся, я с тобой. Прекрати немедленно плакать, я не знаю, что делать с твоими слезами.
Она разбилась. Вместе с этим поцелуем. Тысячи осколков заполнили эту комнату. Ее кинуло на самое дно его океана. Она вдыхала его. Это чудесное чувство дышать им. Сминала его губы и мысленно умирала. Она ощущала, как он рушит стены в ее мире. Она, наконец, почувствовала свет.
Он понимал, что это, наверняка, последней счастливый момент в его жалкой жизни.
- Мисс, вы не поймете. Даже вам не под силу это понять. Я вас запомнил, Грейнджер.
Выдох на уровне подсознания. Сжать ее в последний раз в своих руках, заглянуть в глаза и вылететь из кабинета, не давая ей сказать последнее слово.
-
Слишком густой воздух. Ощущение, что его можно потрогать руками. Но, проводя по нему рукой, он лишь рассеивается.
Крики. Кровь. Непростительные заклинания, рассекающие густой воздух. Ощущение полнейшей паники. Гермиона не знает, где Гарри, куда так быстро делся Рон. Полуразрушенный замок, некогда блиставший своей красотой, превратился в руины, жалко напоминавшие о прежнем величии.
Ее кто-то резко схватил за руку. Паника накрыла Гермиону с головой. Непростительное заклинание промелькнуло в голове, но так в ней и осталось. Слава Мерлину.
- Грейнджер, Визжащая Хижина, сейчас, - знакомый, чуть хрипловатый голос Малфоя, - Снейп с Темным Лордом там. Лорд серьезно настроен. Ты успеешь, я верю.
- Малфой, скажи мне, что ты меня не обманываешь, скажи, иначе я сойду с ума, - где-то на грани безумия.
- Твою мать, Грейнджер, о таком не шутят! Трансгрессируй, барьер разрушили, давай, сейчас!
И она трансгрессировала. Приземлилась почту у самой хижины, чудом не оказавшись в ней. Она стоялая к хижине спиной и боялась повернуть голову. Все тело будто парализовала. Гермионе казалось, что если она сейчас повернется, то случится неминуемое, то она уже ничего не исправит.
Три.
Два.
Один.
- Северус! - вскрик, разрушающий тишину этой минуты.
"Дышит, он дышит" - самовнушение.
- Северус, - он подбегает к нему он обхватывает руками уже безжизненное тело.
Последний час прошел словно в тумане. Она помнит, как качала Северуса на руках, успокаивая то ли себя, то ли пытаясь оживить его. До боли кусала руки. Рвала на себе волосы и зажимала кулаки так, что ногти оставляли почти кровяные следы. Она кричала в темноту, хваталась за палочку, использовала мощнейшие восстанавливающие заклинания, отбрасывала ее, металась в нежелании жить, снова хватала палочку, прикладывала ее к горлу, плакала не в силах произнести непростительное. Она не могла поверить, она не хотела верить. Северус, молчаливый, немного грубый, но уже ее Северус, мертв.
- Гермиона, - тот же хрипловатый голос Драко, - Грейнджер, мать твою, хватит, - берет ее за руки, в попытках оттащить от Северуса, - он мертв, Грейнджер, мертв, - Драко почти срывается на крик и неожиданно приземляется рядом с ней. Истерика накрывает его с головой. Грязными руками он пытался оттереть слезы. Ничего не выходило.
Еще час прошел почти в полном молчании, лишь короткие всхлипы прерывали его.
- Грейнджер, - голос полный отчаяния, - нам пора. Я трансгрессирую нас, дай руку.
Не дождавшись ответа, хватает ее за руку, и они оказываются у замка.
Темный Лорд был мертв. По ее ощущениям, она тоже.
-
- Девочка моя, когда же ты придешь в себя, - мягкие руки Минервы поправляли одеяло.
Перед глазами Гермионы стояло безжизненное тело Северуса. Даже закрывая глаза, она его видела.
- Профессор, когда всех будут хоронить? - попытка взять себя в руки.
- Через день, Гермиона. Я тебя разбужу, спи, девочка моя, ты потеряла много сил.
-
Слишком много хороших людей унесла эта война. Война безжалостно сожгла все, что держало ее в этом мире.
Вопросы по кругу прокручивались в голове.
Вопросы пустые, не имеющие ответа.
Вокруг все врали, что все будет хорошо. Лишь Малфой не врал, и когда она у него спросила, что дальше? Он немного наморщился и сказал, что дальше для него кроме темноты ничего нет, будет трудно, мы не скоро увидим счастье. Он посоветовал ей на многое не надеяться.
Затем Рон с Гарри начали расспрашивать ее о том, где же она была в самый разгар битвы и почему они с Драко спокойно распивают огневиски в общей гостинной? Гермиона не отвечала, лишь грустно улыбалась и говорила, что теперь врагов нет и детские обиды - это глупо.
День похорон был одним из самых трудных в ее жизни. Когда она увидела Северуса в гробу, у нее началась настоящая паника, взгляд метался с лица на лицо, куда угодно, лишь бы не смотреть на бледное мертвое тело, самого дорогого, что у нее было на время битвы, ради чего стоило сражаться. Паника накрывала с головой, подминая под себя. Помог тот, от кого этого совершенно не стоило ожидать, Драко. Он крепко сжал ее руку, она не сдержалась и заплакала, так искренне и отчаянно, что Малфой не вытерпел и прижал ее к своему плечу, под удивленные взгляды всей школы.
В последний момент, перед магическим закрытием гроба, она взяла себя в руки и все же подошла к нему. Она никогда не забудет последнее прикосновение к Северусу, вместе с ним улетела ее душа. Ей понадобилась помощь Драко, чтобы отойти от гроба.
-
После похорон прошел месяц. Рон неожиданно понял, что любит Гермиону и чуть-ли не каждый день просил ее руку и сердце. Через полгода она ответила согласием. Она сознательно ломала себе жизнь. Гермиона помнила, как в тот же вечер к ней явился разъяренный Драко и начал кричать о том, что она полнейшая идиотка и дура, и если ей так уж приспичило замуж, то тогда она обязана выйти за него, а не за придурка Уизли. Гриффиндорка лишь посмеялась, затем отмахнулась ответом из разряда "Мне нечего терять, Драко, а твою жизнь я портить не стану." Малфой ушел, жутко злой и расстроенный, готовый сломать Уизли нос.
Подготовка к свадьбе занимала много времени, но истинное удовольствие от этого получали все кроме Гермионы. Ей было совершенно безразлично, какое на ней будет платье, сколько будет гостей, где это все будет проходить, ей просто было п-л-е-в-а-т-ь. За этими хлопотами вокруг прошло три месяца.
Никто не мог поспорить с тем, что Гермиона выглядела идеально. Платье, несмотря на ее почти болезненную худобу, смотрелось безукоризненно. Прическе, сделанной лучшими парикмахерами магической Британии, могли позавидовать многие. Жених, заметно накачавшийся за последние месяцы, был самым желанным парнем, после Гарри, конечно. Но Грейнджер было плевать. Она научилась правильно улыбаться. Никто и подумать не мог, что она несчастна. Конечно, на церемонию пришел Драко, такой же злой и недовольный с их последней встречи, но он выдавил из себя поздравления.
После третьего танца у Гермионы разболелись ноги от туфель на высоком каблуке и она убежала на балкон, подышать свежим воздухом. Так ее и подловил Драко.
- Ты не сможешь начать новую жизнь, - медленно начал парень, - ты не сможешь плакать вечно по Нему, - Драко подходил к Грейнджер ближе, на каждой слово - шаг, - ты не сможешь выйти за Уизли по-настоящему, - горько усмехнулся он, - я смогу рассказать тебе причину.
- Говори, - не поворачивая головы, пытаясь не заплакать и не прыгнуть вниз с этого балкона.
- Ты никогда не забудешь черноволосого мужчина, в черном сюртуке и скверным характером. Ты никогда больше не сможешь спать спокойно, тем более рядом с Уизли. Ты никогда не забудешь губы и руки Северуса. Ты никогда не забудешь его голос, - Драко встал рядом с Гермионой и облокотился о перила, - Грейнджер, ты его будешь любить вечно, пока смерть не соединит вас. Ты не заменишь себе Северуса, - парень повернулся к девушке лицом, - и какая же ты все таки дурочка, Грейнджер, - он поцеловал ее в лоб и трансгрессировал.
-
Гермиона умерла через пять лет после свадьбы. От хронической депрессии и болезней сердца. На ее похороны пришло много людей. Все любили и знали Гермиону.
И лишь один человек, стоящий поодаль ото всех, знал, что она умерла глубоко несчастным человеком.
Он знал, что смерть соединила их и она наконец вспомнит, что такое счастье.
-
- Северус?
- Я тебя долго ждал.
Родные, любимые руки. Теплые, нежные губы.