Упадок и Возрождение Будущего

— Клятву с ученика? — С удивлением перешептывались присутствующие в большом судебном зале. Король присматривался к реакции лордов и леди, а предки отмечали в пергаментах, что ученики не знают самого простого в магии. Книгу к себе призвала Гермиона Грейнджер, прочитав название главы, маги начали перешёптываться.
— Обнадеживающее название главы, — мрачно прокомментировал Антиох.
— Ничего нового брат, тут от главы к главе всё мрачнее и мрачнее, даже у нас было детство намного лучше, чем у потомка с его приключениями, — прокомментировал Игнотус.
—

Вы забыли, как мы вас обучали? — Спросил Мерлин.
— Нет, Мастер, мы не ничего не забыли, но заметьте, наследника целенаправленно к чему-то готовят, — задумчиво сказал Кадмус.
— И то верно, — прокомментировала Хельга.
— Читайте уже, мисс Грейнджер, — проговорила Ровена.
Гермиона взвизгнула, Блэк вскочил на ноги. Гарри подпрыгнул, словно его ударило током.
— Я нашёл это рядом с Гремучей ивой, — сказал Снейп, отбросив в сторону мантию — невидимку. Он всё время следил, чтобы волшебная палочка была нацелена в грудь Люпина. — Очень удобная вещь, Поттер, большое спасибо…
— А я то думаю, куда подевался мистер Снейп?! А он оказывается под родовой мантией моего потомка, — съехидничал Годрик.
— Прекрати, Годрик, давайте соберемся и будем слушать более спокойно, — прокомментировала Моргана.
— Но ведь и правда мы давно не слышали о мистере Снейпе, и я категорически не приемлю воровство родовых вещей, — сказал Кадмус.
— Вообще то, Кадмус, мистер Поттер сам потерял родовую вещь, — прокомментировал лорд Малфой.
Снейп слегка запыхался, но на его лице сияло выражение плохо сдерживаемого триумфа.
— Возможно, вас удивляет, как я узнал, что вы здесь? — Глаза профессора сверкали. — Я как раз шёл в ваш кабинет, Люпин. Вы забыли вечером принять своё зелье, я понёс вам лекарство и тут, к большому счастью — к счастью для меня, разумеется, — увидел у вас на столе некую Карту. Я взглянул на неё и сразу всё понял. Вы бежали известным мне тоннелем и далее исчезли…
— Северус… — воззвал Люпин, но Снейпа было не остановить.
— Сколько раз я говорил Дамблдору, что это вы помогаете старому другу Блэку проникать в замок. И вот оно, доказательство. Но мне и во сне привидеться не могло, что у вас хватит духа вновь воспользоваться этой развалюхой как убежищем…
— Северус, вы ошибаетесь, — настаивал Люпин. — Ведь вы слышали далеко не всё, я сейчас объясню… Сириус здесь вовсе не для того, чтобы убить Гарри…
— Этой ночью в Азкабане станет на двух узников больше. — Глаза Снейпа пылали фанатичным огнём. — Вот интересно, как это понравится Дамблдору… Он был так уверен в твоей совершеннейшей безвредности, Люпин, вервольф ты наш домашний…
— Но это же глупо, — заметил Люпин мягко. — Неужели старая школьная обида стоит того, чтобы отправить невинного человека в Азкабан?
Хлоп!
— Вообще-то, даже интересно почему вы,  мистер Снейп, не заявили в аврорат, — проговорила мадам Боунс.
— Какой позор, не отличать вервольфа от оборотня, — с сожалением проговорила Хельга.
— Школьная обида? Что вы натворили, мистер Люпин? — уточнил лорд Поттер, смотря прямо на Римуса, а тот лишь скукожился.
— Снейп, это глупо мстить за то, что было тогда, — прокомментировал Джеймс.
— Джеймс, как ты с этим связан? — уточнил Годрик.
Тонкие, гибкие, как змеи, шнуры вылетели из волшебной палочки Снейпа и захлестнулись вокруг рта, запястий и лодыжек Люпина; он потерял равновесие и рухнул на пол, не в силах пошевелиться. Яростно взревев, Блэк бросился к Снейпу, но тот нацелил волшебную палочку точно ему в лоб.
— Только дай мне повод, — прошипел Снейп, — дай повод, и, клянусь, я убью тебя.
Блэк замер. Трудно было сказать, чьё лицо сильнее искажала ненависть.
— Разборка века, или у вас обоих есть симпатия к друг другу? — Уточнила Моргана.
— Моргана, прекрати так шутить, — Резко сказал Мерлин, а женщина лишь посмотрела на него своим фирменным взглядом.
— Возмутительно, вроде взрослые маги, а творят демон знает что, — жестко сказал Антиох.
— Антиох, прошу вас, не упоминайте демонов, — проговорил мистер Уэсли.
— Дети наверное в ужасе находились, — прокомментировала Хельга.
Гарри оцепенело смотрел на них, не зная, что делать и кому верить. Он взглянул на друзей — Рон пребывал в полном смятении и продолжал бороться с Коростой; Гермиона, хотя и неуверенно, но всё же приблизилась к Снейпу и замирающим от волнения голосом спросила:
— Профессор Снейп… может… может, нет ничего страшного в том, чтобы выслушать… что они хотят… хотят сказать?
— Мисс Грейнджер, вы уже на грани исключения из школы! — рявкнул Снейп. — А что касается вас, Поттер и Уизли, вы вообще перешли все границы, проводите время в компании закоренелого убийцы и оборотня. Так что раз в жизни придержите языки.
— Но если… если это ошибка…
— Молчать, глупая девчонка! — Снейпа прорвало, он вдруг будто обезумел от злости. — Не рассуждай о том, чего не понимаешь!
С его волшебной палочки, направленной в лицо Блэку, слетело несколько искр, и Гермиона умолкла.
— Месть сладка, — шепнул Снейп Блэку. — Как же я мечтал, что сам поймаю тебя…
— Ты опять жертва шутки, Северус, — прохрипел Блэк. — До тех пор, пока этот мальчик будет находиться со своей крысой в замке, — он кивнул в сторону Рона, — я буду тихо пробираться…
— В замок? — вкрадчиво переспросил Снейп. — Зачем же так далеко? Вот выберемся из-под Ивы, и я сразу кликну дементоров. Они будут рады видеть тебя, Блэк, очень рады… Даже одарят тебя поцелуем…
Лицо Блэка стало мертвенно-бледным.
В большом судебном зале наступила тишина. Призраки Джеймса и Лили не смогли ничего не сказать и сделать, а тем временем бывший профессор зельеваренья обратился к наследнице рода Грейнджер с извинениями. Предки отметили на пергаментах некоторые спорные моменты. Министерские начали комментировать с их точки зрения вопросы:
— Кто вы такой, что решаете, кому в школе учиться или нет?
— Кем вы себя возомнили?
— А что, совет лордов уже недействителен? — уточнил мистер Уэсли.
— Я… я всё-таки заставлю тебя выслушать, — хрипло проговорил он. — Вот эта крыса — посмотри на неё хорошенько…
Но в глазах Снейпа плясали безумные огоньки, каких Гарри никогда раньше не видел. Было ясно: никакие доводы его не поймут.
— Все за мной! — скомандовал Снейп. Щёлкнул пальцами, и концы шнура, опутавшего Люпина, оказались у него в руке. — Я притащу и оборотня. У дементоров найдётся поцелуй и для него.
Не отдавая себе отчёта, Гарри в три прыжка пересёк комнату и загородил дверь.
— Прочь с дороги, Поттер, ты и так в серьёзной беде, — злобствовал Снейп. — Если бы я не подоспел сюда, чтобы спасти твою шкуру…
— Профессор Люпин в этом году мог бы сто раз со мной расправиться. — Гарри попытался урезонить Снейпа. — Он учил меня защищаться от дементоров. Мы постоянно оставались с ним один на один. Если он помогает Блэку, почему он меня не прикончил?
— Я не собираюсь разгадывать, что там происходит в голове у оборотня! — зашипел Снейп. — Дай пройти, Поттер!
— Вот именно, если бы Люпин хотел навредить мистеру Поттеру давно мог бы, — прокомментировала миссис Уэсли.
— Это было глупо, Гарри, с твоей стороны, зная характер Снейпа, — сказал Сириус.
— И все же, парень пытается спасти всех вокруг, — проговорил Кадмус.
— Мне кажется, даже могу с уверенностью сказать, что сработали закладки в разуме, — задумчиво сказал Мерлин.
— У парня наверное атрофировано чувство самосохранения, — прокомментировала Лариэйн.
— И этот парень твой потомок, сестричка, — проговорил Салазар.
— Это глупо! — закричал Гарри. — Из-за какой-то дурацкой всеми забытой шутки вы сейчас не хотите ничего слушать!
— Молчи! Не смей так со мной разговаривать! — безумствовал Снейп. — Каков отец таков и сын! Я только что спас твою жизнь, Поттер, ты меня на коленях благодарить должен! А тебя стоило бы убить. Умер бы, как отец, слишком самоуверенным, чтобы допустить мысль, что Блэк тебя одурачил. А теперь прочь с дороги, Поттер, или я заставлю тебя убраться!
Решение созрело в долю секунды. Не успел Снейп сделать шага, Гарри вскинул волшебную палочку.
— Экспеллиармус! — крикнул он, и, надо заметить, не он один.
Рон и Гермиона с удивительным единодушием приняли тоже решение.
Грянуло сразу три заклинания, раздался оглушительный взрыв, затрещала дверь, едва удержавшись на древних петлях; Снейпа сбило с ног и ударило о стену, он сполз на пол, потеряв сознание, из-под волос по лицу побежала струйка крови.
Гарри огляделся. Волшебная палочка Снейпа взлетела под потолок и упала на кровать рядом с Живоглотом.
— Зря ты это сделал. — Блэк, сдвинув брови, взглянул на Гарри. — Надо было предоставить его мне…
Джеймс, не давая себе отчет, кинулся на Снейпа, его злость разделяли предки, Салазар и Лариэйн невербально кинули на него цепочку проклятий.
— Вот это да!
— Что сказать, даже в наших рядах, мало кто мог обезоружить Снейпа, — проговорил Долохов под удивленные взгляды приверженцев темного лорда Воландеморта.
— Сильные ребята, а с принятием в род стали еще сильнее, если с Гарри и Гермионой все более менее понятно, с Рональдом много вопросов, — сказала мадам Боунс.
Гарри отвёл глаза в сторону. Даже теперь он не был уверен, что поступил правильно.
— Мы напали на преподавателя… Напали на преподавателя… — в ужасе прошептала Гермиона, как зачарованная глядя на безжизненную фигуру Снейпа. — Ох, какие нас ждут неприятности…
Люпин старался освободиться от пут. Блэк поспешно наклонился, развязал его, и тот поднялся, растирая запястья.
— Спасибо, Гарри, — поблагодарил он.
— Я ещё не сказал, что верю вам, — возразил Гарри.
— Значит, пора представить веские доказательства, — заявил Блэк. — Ты, парень, дай мне Питера.
— Да уж, ну и ситуация, — высказалась Моргана.
— В наше время вас бы молодые люди ждала встряска, а вот как вас наказывать в этой ситуации я еще думаю, хотя, как по мне, мистер Снейп получил заслуженно, — сказал Салазар Слизерин.
— Ты своим действиями показал, что веришь им, — сказала Ровена Рейвенкло.
Но Рон теснее прижал к груди Коросту.
— Не подходите. — Голос его был слаб, но решителен. — Вы что, сбежали из Азкабана только затем, чтобы свернуть ей шею? — Рон повернулся к Гарри и Гермионе, ища поддержки. — Ладно, допустим, Петтигрю мог превращаться в крысу. Но ведь крыс-то миллионы. Как же он в тюрьме ухитрился узнать, какая именно и есть Питер?
— А это законный вопрос, Сириус, — заметил Люпин, слегка нахмурившись. — В самом деле, как ты узнал, где Питер?
Блэк сунул под мантию крючковатые пальцы и вынул смятый клочок газеты, разгладил его и показал всем.
Это была фотография семейства Уизли, напечатанная прошлым летом в «Ежедневном Пророке». У Рона на плече сидела Короста.
— Как ты это достал? — поразился Люпин.
— Фадж дал, — ответил Блэк. — В прошлом году он приезжал инспектировать Азкабан и оставил мне газету. А там на первой полосе на плече у этого мальчика я увидел Питера. Я сразу его узнал, ведь я столько раз видел его превращения. В статье было сказано, что паренёк учится в Хогвартсе — там же, где и Гарри…
— Бог мой, — прошептал Люпин, переводя взгляд с живой Коросты на картинку и обратно. — Передняя лапа…
— Что с передней лапой? — резко спросил Рон.
— Нет одного пальца, — пояснил Блэк.
— Вот именно, — выдохнул Люпин. — Просто, как всё гениальное… Он сам себе его оттяпал?
— Перед последней трансформацией, — кивнул Блэк — Я загнал его в угол, и он заорал на всю улицу, что это я предал Лили с Джеймсом, и тут же, не успел я рта раскрыть, устроил взрыв, а палочку он держал за спиной. На двадцать футов вокруг всё в куски, все погибли, а сам он вместе с другими крысами шмыгнул в канализацию…
— Разве ты не знаешь, Рон? — сказал Люпин. — От Петтигрю нашли всего лишь палец.
— Но Короста могла подраться с другой крысой или ещё что-нибудь. Она живёт в нашей семье испокон веков…
— А точнее, двенадцать лет, — добавил Люпин. — Тебя никогда не удивляло подобное долголетие?
— Ну… мы о ней заботились…
— Хотя, пожалуй, сейчас крыса выглядит не слишком хорошо, а? — продолжал Люпин. — Думаю, она начала худеть, узнав, что Сириус вырвался на свободу…
— Её напугал этот чокнутый кот! — Рон мотнул головой в сторону Живоглота, который лежал на кровати, продолжая урчать.
«Но ведь это не так, — внезапно подумал Гарри. — Короста была явно больна ещё до появления Живоглота. Спала с тела после того, как Уизли вернулись из Египта, именно после побега Блэка…»
— Кот вовсе не чокнутый, — протянув костлявую руку, Блэк погладил рыжую пушистую голову Живоглота. — Таких смышлёных котов поискать. Он мгновенно почуял, что это за крыса. И сразу раскусил, что я не настоящий пёс. Какое-то время привыкал ко мне… в конце концов я растолковал ему, кого ищу, и он стал моим помощником.
— А как он помогал? — тихо спросила Гермиона.
— Пытался поймать Питера и принести мне. Но у него ничего не получалось. Тогда он выкрал для меня пароли в гриффиндорскую башню. Я понял: он взял их из тумбочки какого-то мальчика…
— Вот и пароли Невилла оказалось стащил Живоглот, для помощи Сириусу Блэку, — строго сказал Антиох, смотря грозно на профессора трансфигурации.
— А куда делся палец Петтигрю? — Спросил Гарри смотря на представителей министерства.
— Он был уничтожен, — ответил аврор.
— Как это глупо, было не проверить по пальцу жив или мертв Петтигрю, и где именно находится тело, вы совершенно не изучаете некромантию? Даже для лечения тяжелобольных? — Уточнил Кадмус смотря на представителей медицины и отдела тайн.
— Это темная магия, — резко сказал Альбус Дамблдор.
— Вот из-за таких фанатиков темной и светлой магии и рушатся традиции и законы магии, — прокомментировала Моргана.
— Что делать,  если молодёжь не видит грани добра и зла? — Риторически проговорила леди Лонгботтом.
— А на этот вопрос есть ответ, ведь вы сами виноваты, что позволили неучам работать в школе и министерстве магии, вы настолько кичитесь своей чистокровностью, а сами не сохранили чистую насыщенную магию, — сказал Судьба. Многие в зале опустили головы, некоторые прислушивались к голосу и интонации.
У Гарри от всего услышанного стали перегреваться мозги. Ведь бред же, абсурд — и всё же…
— Но Питер сообразил, чем запахло, и сбежал… Живоглот — вы так его называете? — сообщил мне, что Питер оставил кровь на простынях. Скорее всего, укусил себя. Что ж, фальсификация собственной смерти у него однажды сработала…
Последние слова подействовали на Гарри как удар хлыста.
— Хотите, объясню, зачем ему потребовалось имитировать собственную смерть? Да затем, что он знал: вы собирались его убить так же, как убили моих родителей!
— Да нет же, Гарри, — попытался успокоить его Люпин.
— А теперь вы здесь, чтобы прикончить его!
— Да, именно этого я и хочу! — Блэк с ненавистью взглянул на крысу.
— Значит, я зря помешал Снейпу схватить вас.
— Гарри! — торопливо вмешался Люпин. — Да пойми ты! Всё это время мы считали, что Сириус предал твоих родителей, а Питер выследил его. На самом же деле всё было наоборот: Питер предал твоих отца и мать, и Сириус это знал.
— Неправда! — Гарри судорожно сжал кулаки. — Он был их Хранителем Тайны! Он сам сказал до вашего прихода, что это он их убил!
Но Блэк медленно покачал головой, его ввалившиеся глаза ярко вспыхнули.
— Джеймс, Сириус, разве вы поняли по аниформе Питера, что он может предать? — Уточнил Годрик.
— Нет, честно говоря я вообще его не воспринимал всерьез, единственное что хочу знать за что Питер ты нас предал?! — печально сказал Джеймс.
— Хотите знать за что? Ты, Джеймс, и твои дружки воспринимали меня как слугу, принеси и подай, ко мне вы не прислушивались, мои идеи и мысли вы в упор не слышали, напомнить вам про усовершенствование разных шуток и вредилок, а далее мне стало удобно быть с вами, профессора вас просто обожали, они в вас души не чаяли, и я остался с вами для удобного момента чтобы отомстить! — С жаром проговорил Питер вставая со своего места, Сириуса и Римуса магией придавило, Гарри даже смотреть не стал на него, а вот дракон решил показать Гарри всю историю нахождения Питера в школе.
— А что тебе сделала моя жена? Лили, она всегда тебя защищала, относилась к тебе с уважением, скажи Питер?
— Лили являлась грязнокровкой на тот момент, поэтому прошу прощения у вас Лили, если бы я только знал, — с горечью сказал Питер смотря прямо на женщину призрака.
— Я скажу так, Питер, Магия сама вас накажет, но мои слова таковы: «Предавший предаст снова». За сына будь я жива, я бы в клочья разорвала, или препарировала самым тупым из скальпелей, а потом использовала еще и непростительные заклинания, — проговорила Лили сверкая своими призрачными глазами. Даже Тома Редлла проняло, он отметил что девушка будь она жива составила бы конкуренцию Беллатрисе Лейстрендж. Предки прекрасно её понимали, а вот присутствующие в большом зале были в шоке.
— Гарри… Я всё равно что убил их… В последнюю минуту я уговорил Лили и Джеймса переменить свой выбор, сделать Хранителем Тайны его. В этом моя вина… В ту ночь, когда они погибли, я хотел проверить, как там Питер, убедиться, в безопасности ли он. Приехал к нему в убежище, а его там нет. И никаких следов борьбы. Я заподозрил неладное и сразу же помчался к твоим родителям. Увидел их разрушенный дом, их тела и всё понял: Питер предал их. Вот в чём моя вина. — У Блэка сорвался голос, и он отвернулся.
— Довольно об этом, — суровым тоном, какого Гарри от него никогда не слышал, заговорил Люпин. — Существует лишь один способ выяснить, что произошло на самом деле. Рон, дай мне крысу.
— А что вы с ней сделаете? — с опаской спросил Рон.
— Заставим принять истинное обличье. Если это действительно крыса, ей это не повредит.
После краткой борьбы с собой Рон всё же решился, протянул Коросту, и Люпин взял её. Короста визжала уже безостановочно, крутясь и барахтаясь; её маленькие чёрные глазки лезли из орбит.
— Готов, Сириус? — спросил Люпин.
Блэк взял с кровати волшебную палочку Снейпа и подошёл к старому товарищу, держащему бьющуюся в руках крысу. Повлажневшие глаза Блэка запылали огнём.
— Давай вместе? — негромко произнёс он.
— Конечно. — Люпин крепко сжал крысу одной рукой, другой поднял волшебную палочку. — Действуем на счёт «три». Раз, два, три!
Всё кругом озарилось бело-голубой вспышкой из двух волшебных палочек; на какую-то секунду Короста зависла в воздухе, её чёрное тельце бешено извивалось, Рон взвыл, и крыса с негромким стуком упала на пол. Сверкнула ещё одна слепящая вспышка и тогда…
Как будто они наблюдали за ростом дерева в замедленной киносъёмке. Проклюнулась и стала увеличиваться голова, появились побеги — конечности. Ещё миг — и на том месте, где только что была крыса, стоял человечек, скрючившийся от страха и заламывающий руки. Живоглот на кровати зашипел, заворчал, шерсть у него на спине встала дыбом.
Перед ними предстал коротышка, едва ли выше Гарри и Гермионы; жидкие бесцветные волосы растрёпаны, на макушке изрядная лысина; кожа на нём висела, как на толстяке, исхудавшем в одночасье. Вид был облезлым, как у Коросты в последнее время. Да и вообще что-то крысиное сохранилось в остром носике, в круглых водянистых глазках. Прерывисто дыша, он оглядел комнату и бросил быстрый взгляд на дверь.
— А почему ты, Сириус, отказался быть хранителем тайны? — Спросил лорд Блэк.
— Я посчитал, что это очевидно будет, если буду я, — опустив голову сказал Сириус.
— В чем заключается заклятие доверия? — Спросил Антиох, грозно смотря на Сириуса.
— Простите, а Петтигрю и ранее так выглядел ужасно? — Спросила ученица с факультета Рейвенкло.
— Нет, это я так думаю из-за того, что он долгое время был в образе крысы, дракон мне показал все, мистер Петтигрю, и я знаю то,  что вы не просто так остались в окружении моего отца, — проговорил Гарри.
— О чем ты, Гарри? — спросил Кадмус.
— Дядя, вам я покажу воспоминая на перерыве, если конечно дракон разрешит, хотел бы я иметь способность дракона показывать на расстоянии свои воспоминания и мысли, — задумчиво сказал Поттер.
— Если сможешь уговорить Моргану, то думаю она тебя научит, мы не смогли, — прокомментировал Салазар.
— Ну здравствуй, Питер, — приветливо произнёс Люпин, как будто в Хогвартсе по три раза на дню крысы превращались в старых школьных друзей. — Давненько не виделись.
— С-с-сириус… Р-р-римус… — даже голос у Петтигрю остался писклявым. Он вновь быстро покосился на дверь. — Мои друзья… мои добрые друзья…
Рука Блэка с волшебной палочкой взлетела, но Люпин перехватил её, послав Блэку предостерегающий взгляд, и, повернувшись к Петтигрю, снова заговорил в самом непринуждённом тоне.
— Мы тут, Питер, беседовали о том, как погибли Джеймс и Лили. И вообще о той ночи. Боюсь, ты пропустил кое-какие подробности, пока визжал на кровати…
— Римус, — задыхаясь, вымолвил Петтигрю, и Гарри увидел капли пота, выступившие на его одутловатом лице. — Ты ведь не веришь ему, правда? Он пытался убить меня, Римус…
— Это мы уже слышали, — ответил Люпин уже гораздо холоднее. — Мне хотелось бы прояснить с твоей помощью несколько мелочей, если не возражаешь.
— Он явился сюда, чтобы опять мучить меня и убить! — неожиданно завопил Петтигрю, указывая на Блэка. Гарри бросилось в глаза, что он ткнул в Блэка средним пальцем — указательный на правой руке отсутствовал. — Он убил Лили и Джеймса, а теперь охотится и на меня. Помоги мне, Римус…
Блэк устремил на Петтигрю ледяной взгляд, и лицо его стало особенно похоже на череп.
— Никто не станет тебя мучить и убивать, — успокоил школьного приятеля Люпин. — Прежде надо кое в чём разобраться.
— Разобраться? — взвизгнул Петтигрю, по-прежнему украдкой озираясь и бросая взгляды то на заколоченные окна, то на единственную дверь. — Я знал, что он будет преследовать меня! Знал, что вернётся! Я двенадцать лет этого ждал!
— Ты знал, что Сириус собирается бежать из Азкабана? — сдвинул брови Люпин. — Да ведь оттуда никто никогда не убегал!
— На его стороне тёмные силы, какие нам и не снились! — пронзительно завыл Петтигрю. — Как иначе он смог оттуда вырваться? Тот-Кого-Нельзя-Называть наверняка кое-чему его научил!
Комнату огласил невесёлый жутковатый смех Блэка.
— Значит, это Волан-де-Морт меня кое-чему научил?
Петтигрю вздрогнул, словно Блэк пригрозил ему хлыстом.
— Что, страшно слышать имя старого хозяина? — спросил Блэк. — Не виню тебя, Питер. Его команда не очень-то была тобой довольна! Верно говорю?
— Не понимаю тебя, Сириус, — промямлил Петтигрю, дыша всё чаще; теперь всё его лицо блестело от пота.
— Не от меня ты прятался эти двенадцать лет, — усмехнулся Блэк. — Ты скрывался от прежних дружков Волан-де-Морта. Я кое-что слышал в Азкабане, Питер… Все они думают, что ты мёртв, иначе тебе пришлось бы держать ответ перед ними… Они много чего интересного говорили во сне, особенно об одном обманщике, который надул их. Волан-де-Морт ведь отправился к Поттерам по твоей наводке. И там его ожидал крах. Но не все же сторонники Волан-де-Морта кончили дни в Азкабане, не так ли? Их ещё достаточно много, они выжидают время, прикинулись, будто осознали свои заблуждения… Пронюхай они, что ты жив, Питер…
— Не понимаю… о чём ты, — снова повторил Петтигрю. Вытер лицо рукавом и поднял глаза на Люпина. — Ведь ты не веришь этой… всей этой чепухе, Римус?
— Должен признаться, Питер, мне трудно понять, зачем невиновному человеку жить двенадцать лет в облике крысы, — невозмутимо ответил Люпин.
— Невиновный, но смертельно испуганный! — вновь сбился на крысиный визг Петтигрю. — Если сторонники Волан-де-Морта настроены против меня, то лишь потому, что я отправил в Азкабан одного из их главарей — этого шпиона Сириуса Блэка!
Лицо Блэка исказилось.
— Вот и вся сущность Крысы выявляется, — с презрением проговорил Годрик.
— Хорошо, что нет матушки, она ненавидит таких как ты, — прокомментировал Антиох.
— Поверь мне,  племянник, Хель рвет и мечет, её еле сдерживают братья и сестры, — сказал Судьба.
— Да как ты смеешь! — Голос его зазвучал точно рык гигантского волкодава, которым он недавно был. — Это я шпионил для Волан-де-Морта? Я никогда не пресмыкался перед теми, кто могущественнее меня! Это ты, Питер, шпион. Никогда не пойму, как же я не сообразил это ещё тогда. Тебе всегда нравились большие и сильные друзья, которые покровительствовали бы тебе. Такими были мы… Я и Римус… И Джеймс…
Петтигрю снова вытер лицо, он почти задыхался.
— Я — шпион? Ты не в своём уме… Да как у тебя язык повернулся такое… такое…
— Лили и Джеймс назначили тебя Хранителем Тайны по моему настоянию, — продолжал Блэк с такой злобой, что Петтигрю попятился. — Я думал, что этот блеф сработает. Волан-де-Морт будет охотиться за мной, ему и в голову не придёт, что они возьмут в Хранители такое ничтожество, как ты. Но ты предал Поттеров. Наверное, разговор с Волан-де-Мортом стал звёздным часом твоей жизни…
Петтигрю что-то смятенно бормотал. Гарри уловил слова «странность», «помешательство», но его внимание больше привлекла мертвенная бледность лица Петтигрю и то, как он продолжал шнырять глазами по окнам и двери.
— Профессор Люпин? — неуверенно вступила в разговор Гермиона. — Могу… могу я кое-что сказать?
— Разумеется, Гермиона, — любезно разрешил Люпин.
— Ну… Короста… то есть, я хочу сказать, этот… этот человек — он три года жил в спальне Гарри. Но если он работал на Сами-Знаете-Кого, как вышло, что он никогда не пытался навредить Гарри?
— Вот видите! — пискнул Петтигрю, тыча в Гермиону покалеченной рукой. — Спасибо тебе! Слышишь, Римус? Я волоса на голове Гарри не тронул! Как ты это объяснишь?..
— Я объясню, — прервал его Блэк. — Ты никогда ничего не делал без выгоды для себя. Волан-де-Морт двенадцать лет в бегах, утратил всю свою силу, говорят, он едва жив. Так чего ради совершать убийство под носом Альбуса Дамблдора? Вот если ты будешь абсолютно уверен, что Тёмный Лорд опять в игре, тогда другое дело. Можно опять бежать под его покровительство. Потому ты и выбрал это пристанище — семью волшебников. Чтобы знать, что происходит в их мире. Вдруг старый хозяин обретёт силу — тогда ты сможешь спокойно к нему вернуться…
— Как вы сильно заблуждаетесь насчёт Петтигрю, он никогда не служил верой и правдой Тому Реддлу, у него один хозяин, — задумчиво сказал Гарри.
— Ш-ш-ш-што? — резко сказал Том Редлл.
— Успокойся потомок! Если Гарри это сказал, значит он знает что-то, — жестко сказал Салазар.
— Гарри, не объяснишь?! — уточнила Моргана.
— Все позже, пока могу сказать только одно: он доносил все, что видел и помнил своему хозяину, — ответил парень.
— Как много вы, Сириус, помните из заключения Азкабана? — спросила Хельга.
— Очень многое, просто некоторое становится размытым, — проговорил Блэк.
— Нужно, Моргана, изучить Сириуса повнимательнее, — проговорила Хельга.
— Мне нужна будет твоя и Салазара помощь, — ответила женщина смотря синими глазами внимательнее на Сириуса.
Петтигрю несколько раз открывал и закрывал рот — казалось, он утратил дар речи.
— Э-э-э… мистер Блэк… Сириус… — робко проговорила Гермиона.
Услыхав эти слова, Блэк вздрогнул и внимательно взглянул на девочку: очевидно, давно отвык от подобной вежливости.
— Позвольте вас спросить, как… как вам удалось выбраться из Азкабана без помощи тёмной магии?
— Благодарю! — исступлённо выдохнул Петтигрю, отчаянно кивая ей. — В самую точку! Именно это я и хотел…
Но Люпин взглядом заставил его умолкнуть. Блэк чуть нахмурился, глядя на Гермиону, но не потому, что рассердился — казалось, он обдумывает ответ.
— Сам не знаю как, — медленно произнёс он. — Думаю, единственной причиной, почему я не потерял рассудка, была мысль, что я невиновен. Её не назовёшь счастливой мыслью, дементоры не могли высосать её… но она сохранила мой разум и самосознание. А когда приходилось уж совсем круто, я превращался у себя в камере… становился собакой. Вы же знаете, дементоры ничего не видят, — он сглотнул, — они воспринимают людей только через их эмоции… И они ощущали только, что мои чувства в эти часы делаются менее… менее человеческими, менее сложными. Скорее всего, они думали, что я схожу с ума, как все остальные узники. Это их не беспокоило. Но я был очень слаб, и не было никакой надежды, что я с ними справлюсь без волшебной палочки… Летом я увидел Питера на той фотографии… Я догадался, что он в Хогвартсе, рядом с Гарри. Идеальная позиция для нападения, если однажды он проведает, что Тёмный Лорд вновь набирает силы…
Петтигрю мотал головой, безмолвно шевелил губами, но, будто загипнотизированный, не сводил глаз с Блэка.
— …Я не сомневался, он нанесёт удар, когда будут союзники… Продаст им последнего Поттера. Кто тогда посмеет сказать, что он предал Волан-де-Морта? И его примут назад с почестями… Так что видите, я должен был действовать… Ведь я единственный знал, что Питер ещё жив…
— А я то думал, ты о своем крестнике вспоминаешь! — С сожалением проговорил Джеймс.
— Джеймс, прости друг, я думал что с Гарри все хорошо, если бы я только знал что Петунья так с ним поступит, — проговорил Бродяга.
— А чего ты ожидал, после всего, что мы ей сделали? — проговорил Джеймс.
Предки внимательно слушали, делали выводы, записывали каждое высказывание присутствующих.
Гарри вспомнились слова мистера Уизли, сказанные жене: «Стражи сообщают, Блэк говорит во сне и произносит всегда одни и те же слова: «Он в Хогвартсе».
— И у меня в голове как будто зажёгся свет. Дементоры не могли мне помешать. Это не было счастливым чувством, это была навязчивая идея, она придавала мне силы, проясняла ум. И однажды вечером, когда дементоры принесли еду, я выскользнул в открытую дверь в облике пса… Им настолько сложнее улавливать чувства животных, что они были сбиты с толку… Я был так истощён, что сумел пролезть сквозь решётки… В обличье пса переплыл пролив, побежал на север и так добрался до окрестностей Хогвартса… Всё это время жил в лесу… Только однажды вышел — уж очень захотелось посмотреть квиддич… Ты летаешь так же здорово, как твой отец, Гарри…
Он посмотрел на Гарри, и тот первый раз не отвёл взгляда.
— Поверь мне, — прохрипел Блэк. — Поверь, Гарри. Я не предавал Джеймса и Лили. Я бы скорее сам умер.
И Гарри поверил. Комок в горле помешал ему говорить, и он просто кивнул.
— Неправда! — Петтигрю упал на колени, словно кивок Гарри был смертным приговором. Подавшись вперёд, он пополз к Сириусу, молитвенно сложив руки. — Сириус… это же я… Питер… твой друг… ты же не станешь…
Блэк оттолкнул его, и Петтигрю опрокинулся.
— На моей мантии и без тебя достаточно грязи!
— Римус! — заголосил Петтигрю, повернувшись теперь к Люпину и умоляюще извиваясь перед ним. — Ведь ты не веришь ему… Разве Сириус не сказал бы тебе, что они переменили план?
— Нет, не сказал бы, если думал, что я шпион, — ответил Люпин. — Наверное, ты именно так и думал и потому не сказал мне, Сириус? — мимоходом заметил он поверх головы Петтигрю.
— Прости меня, Римус, — вздохнул Блэк.
— О чём разговор, Бродяга? — сказал Люпин, закатывая рукава. — Прости и ты меня, что я столько лет считал тебя предателем.
— Да чего уж тут… — Тень улыбки скользнула по измождённому лицу Блэка. И он тоже принялся закатывать рукава. — Убьём его вместе?
— Да, вместе, — сурово произнёс Люпин.
— Не надо, пожалуйста… вы не можете… — заверещал Петтигрю и пополз к Рону. — Рон… Разве я не был тебе добрым другом… Твоим домашним любимцем? Ты не дашь им убить меня, правда? Ты ведь на моей стороне!
Но Рон смотрел на него с отвращением:
— И я разрешал тебе спать в моей постели!
— Стало теперь понятно, почему вы не предложили Римуса быть хранителем, — задумчиво сказала Ровена.
— А у меня вопрос к семье Уизли, почему вы не обнаружили у себя анимага, ведь даже у предателей крови хватит силы на это? — спросила миссис Уэсли.
— Потому что щитов над Норой нет, — ответил Билл.
— Надеюсь, Билл и Чарли, вы займетесь родом, — уточнил лорд Уэсли.
— Конечно, мой лорд, — проговорил Чарли.
— Почему род Уизли называют предателями крови? — спросила ученица из факультета гриффиндор.
— На перерыве все расскажу, — ответил Судьба.
— Мой добрый мальчик… добрый хозяин… Ты не допустишь этого… Я был твоей крысой… ласковым зверьком…
— Крыса, как видно, получилась из тебя лучше, чем человек. И хвастать тут нечем, — жёстко оборвал его Блэк.
Рон побледнел от боли и передвинул сломанную ногу, чтобы Петтигрю не мог до неё дотянуться. Тот развернулся на коленях, подполз к Гермионе и ухватил её за край мантии.
— Милая девочка… умная девочка… Ты… ты не позволишь им… Спаси меня…
Гермиона выдернула мантию из его пальцев и, потрясённая, отступила назад, к стене.
Петтигрю колотила неудержимая дрожь, он медленно повернулся к Гарри.
— Гарри… Гарри… ты так похож на отца… просто вылитый Джеймс…
— Как ты смеешь обращаться к Гарри? — В глазах Блэка полыхнуло бешенство. — Как смеешь смотреть ему в глаза? Говорить о его отце?
— Гарри, — прошептал Петтигрю, подползая к тому и протягивая руки. — Гарри, Джеймс не стал бы меня убивать… Он бы понял, Гарри, он пощадил бы меня…
Блэк с Люпином ухватили Петтигрю за плечи и оттащили. Он плюхнулся на пол, глядя на них снизу вверх и трясясь от ужаса.
— Ты продал Лили и Джеймса Волан-де-Морту. — Блэка тоже била дрожь. — Будешь ещё отрицать это?
Петтигрю зарыдал. Это было жуткое зрелище — он походил на лысого младенца-переростка, съёжившегося на полу.
— Сириус, Сириус, что я мог поделать? Тёмный Лорд… ты себе не представляешь… У него такая сила, что уму непостижимо… Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс… Я не хотел того, что случилось… Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть.
— Не лги! Ты стал его шпионом ещё за год до гибели Джеймса и Лили! Ты был его осведомителем!
— Его… его власть была безгранична, — хлюпнул Петтигрю. — Что бы я выиграл, если бы стал противиться ему?
— Да. Что бы ты выиграл, Питер, в борьбе с самым злым волшебником всех времён? — Блэк клокотал от ярости. — Всего-навсего несколько невинных жизней.
— Ты не понимаешь, Сириус! — проскулил Петтигрю. — Он убил бы меня.
— Значит, надо было умереть, — прорычал Блэк. — Умереть, а не предавать друзей. — Мы бы все так поступили ради тебя!
Блэк и Люпин встали плечом к плечу и подняли волшебные палочки.
— Ты должен был понимать, — произнёс Люпин тихо, — если тебя не убьёт Волан-де-Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер.
Гермиона закрыла руками лицо и отвернулась.
— Нет! — вдруг крикнул Гарри. Он бросился вперёд и загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. — Нельзя его убивать! — сказал он, задыхаясь. — Нельзя!
И Блэк, и Люпин были потрясены.
— Из-за этого выродка ты лишился родителей, Гарри, — прохрипел Блэк. — Этот пресмыкающийся кусок дерма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повёл бровью. Ты его сейчас слышал. Для него собственная вонючая шкура значит больше, чем вся твоя семья.
— Знаю, — тяжело дыша, сказал Гарри. — Мы отведём его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан… Но не убивайте его.
— Гарри! — простонал Петтигрю и обнял его колени. — Ты… Спасибо тебе… Я не стою этого… Спасибо…
— Прочь от меня! — гневно выпалил Гарри, с омерзением сбрасывая с себя руки Петтигрю. — Я поступаю так не ради тебя. Я уверен, мой отец не захотел бы, чтобы его лучшие друзья стали убийцами из-за такого, как ты.
Никто не шелохнулся и не издал ни звука, лишь слышалось неровное, с присвистом, дыхание Петтигрю, прижавшего к груди кулачки. Блэк с Люпином переглянулись и одновременно опустили палочки.
— Ты — единственный, у кого есть право решать, — признал Блэк. — Но подумай хорошенько… подумай, что он совершил…
— Пусть его отправят в Азкабан, — повторил Гарри. — Он это заслужил, как никто.
Сзади по-прежнему слышалось сопение Петтигрю.
— Ладно, — согласился Люпин. — Гарри, отойди в сторону.
Но Гарри в сомнении не двигался с места.
— Я только свяжу его, — пояснил Люпин. — Ничего больше, клянусь.
Гарри отошёл. Из волшебной палочки Люпина вылетели тонкие шнуры, и через секунду Петтигрю дёргался на полу связанный и с заткнутым ртом.
— Но если ты попытаешься превратиться, Питер, — Блэк потрясал над ним волшебной палочкой, — мы точно тебя убьём. Ты согласен, Гарри?
Гарри посмотрел на жалкую фигуру, скорчившуюся на полу, и кивнул — так, чтобы Петтигрю увидел.
— Ну вот что, — Люпин перешёл на деловой тон, — я, Рон, умею сращивать кости далеко не так хорошо, как мадам Помфри, поэтому пока самое лучшее — наложить шину.
Он подошёл к Рону, коснулся сломанной ноги волшебной палочкой и тихо произнёс:
— Ферула!
Тотчас же ногу обмотали бинты, плотно прижав её к гипсовому лотку. Рон с помощью Люпина встал, осторожно переступил и даже не поморщился.
— Гораздо лучше, — сказал он. — Спасибо.
— А что с профессором Снейпом? — вполголоса спросила Гермиона, глядя на распростёртую фигуру преподавателя.
— Ничего серьёзного. — Люпин склонился над ним и пощупал его пульс. — Просто вы немного… э-э-э… перестарались. Всё ещё без сознания… М-м-м… вероятно, будет лучше, если мы не станем приводить его в чувство, пока благополучно не возвратимся в замок. А доставим его туда вот так… — Он шепнул:
— Мобиликорпус!
Невидимые нити оплели запястья Снейпа, шею, колени, тело приняло вертикальное положение, но голова безвольно моталась во все стороны, словно у огромной куклы. Снейп повис в нескольких дюймах над полом, ноги его безжизненно болтались. Люпин подобрал мантию-невидимку и заботливо спрятал её в карман.
— Двоих из нас придётся приковать вот к этому. — Блэк дёрнул Петтигрю за верёвки. — На всякий случай.
— Меня, — предложил Люпин.
— И меня, — рявкнул Рон, прохромав вперёд. Блэк прямо из воздуха сотворил увесистые наручники, Петтигрю распрямился — левая рука скована с правой Люпина, правая — с левой Рона. Лицо Рона скорбно застыло — истинную сущность Коросты он воспринял как личное оскорбление. Живоглот легко спрыгнул с кровати и возглавил выход из комнаты — его хвост, похожий на ёршик для мытья бутылок, был самодовольно задран.
— Эх. Гарри, ты молодец, я бы его точно убил, тем более после всего, что услышал, — ответил Годрик.
— Меня вот что удивляет: почему ни одному из вас не пришло на ум, сбегать за профессором Макгонагалл или тем же Альбусом Дамблдором? — спросила леди Блэк.
— Рон был ранен, я не хотела оставлять Гарри одного с Блэком и его друзьями,— ответила Гермиона.
— Ну, а Живоглота? Почему не отправили? — Спросила Хельга.
— Я просто не знала что такое возможно, — ответила Гермиона.
— Надеюсь, вы без приключений доберетесь до школы, — сказал мистер Уэсли.
— Мечтать не вредно, — прокомментировал Игнотус.

5833 слова)