∞
Роксана смежила веки. Ещё чуть-чуть, и огонь доберется до газовых проводов и тогда...
В её голове что-то щелкнуло и она широко распахнула глаза.
Отчаянное желание жить.
Убежать с Сириусом в Америку, объехать с ним весь мир в трейлере, продавать пластинки и толкать дурь, а в конце концов остановиться где-нибудь у моря или океана, построить там маленький уютный домик и прожить долгую, насыщенную, счастливую жизнь.
Эти мысли придали Роксане сил и она начала неистово махать палочкой, выкрикивая "Агуаменти!". Вода брызнула из её палочки и огонь, с громким, словно змеиным шипением, начал понемногу отступать.
Роксана нещадно поливала водой всё вокруг и бежала, оглядываясь назад и пытаясь найти выход.
Да, в этих подземельях безошибочно мог ориентироваться только Блэк.
— Черт, черт, черт!, – Роксана злилась, ругалась, но продолжала тушить огонь и метаться по подземельям.
Вдруг она отчетливо услышала запах дыма и, доверившись своему обонянию, побежала туда, откуда шел запах.
И действительно, совсем рядом замаячило яркое пламя и Роксана поняла, что это выход, но он завален обломками камней.
— Бомбарда!, – камни с грохотом разлетелись и Роксана вылетела из подземелий.
Руки неистово тряслись.
Дом задрожал, раздался сильный хлопок. Роксана испуганно огляделась, подняла глаза вверх и поняла, что если сейчас, в данную минуту не соберется с силами, то на нее просто опустится весь этот огромный старючий дом.
Сердце было готово выпрыгнуть.
Раздался еще один, более сильный хлопок и Роксана рванула к выходу, наугад выпаливая все заклинания, которые только знала.
Она выбежала из горящего дома и взрыв сокрушительной силы разорвал подземелья Блэквуда в клочья, заставил просесть всю правую сторону дома. Земля содрогнулась, подкинув Роксану.
Она вскрикнула и упала на траву, закрыв голову руками, потому что в следующую секунду на нее посыпались горящие обломки.
Почувствовав под собой мокрую траву, Роксана засмеялась, провела по ней руками. И отключилась.
...Роксана смеется.
Роксана плачет. Роксана злится.
Всех этих эмоций он больше никогда не увидит.
Не прикоснется к её телу, не почувствует бархатную нежную кожу.
Не вдохнет её запах. Не посмотрит в её глубокие, темные глаза. Не услышит её хриплый голос и не заговорит с ней.
Её нет.
Эти мысли разрывали сердце Сириуса, он понимал, что больше так не может.
Не протянет и дня без нее.
Он словно со стороны наблюдал за самим собой, за чуть поседевшим Сириусом Блэком с грустными, усталыми глазами, на дне которых залегла печаль.
Наблюдал за тем, как этот Сириус узнал о том, что Малфой погибла, сгорела заживо в его доме.
Как он подсел на кровь и понемногу начал сходить с ума.
Как спустя какое-то он приехал к берегу океана и что-то развеял по ветру и оглушительно закричал : "РООООООООКС!"
— Рокс!, – Сириус проснулся от своего собственного крика и заметался по кровати.
Две пары рук легли ему на плечи и мягко прижали к кровати.
— Всё хорошо, Бродяга, это просто дурной сон, – Джеймс ощутил, что Сириус немного расслабился и убрал руки с его плеч.
Устало потёр глаза и взглянул на Лили.
Открыв глаза, она не сразу поняла где находится.
В комнате были белые стены, из окна лился яркий солнечный свет, а легкий, свежий, летний ветерок слегка теребил прозрачную ткань штор.
Роксана с интересом осмотрела помещение и приподнялась на кровати.
Дверь тихонько приоткрылась и в палату вошла молоденькая медсестра, удивленно взглянула на Роксану.
— Очнулась, – улыбаясь, произнесла медсестра, смотря на свою пациентку, как на восьмое чудо света.
Роксана недовольно на нее посмотрела и отвернулась. Ей не нравилось, когда на нее вот так откровенно пялятся.
— Где я?, – спросила Роксана, не глядя на медсестру.
— Вы в Мунго, мисс Малфой. Выжить в таком чудовищном пожаре – настоящее везение.
Можете праздновать свой второй день рождения.
К счастью, с вами всё в порядке, если не считать вывихнутой ноги, синяков и ссадин, а также сильного потрясения. Целитель рекомендовал вам пить...
— Я жива и остальное меня не интересует, – перебила медсестру Роксана, – Где Блэк?
Медсестра стушевалась.
— Мистер Блэк находится в палате через стенку, но к нему пока нельзя, он серьезно пострадал и сейчас отдыхает, – холодно произнесла медсестра, разглаживая складки на халате.
Роксана соскочила с кровати, незаметно сунула в рукав больничной пижамы палочку и босиком попыталась прорваться к выходу, но медсестра оказалась ловчее и опередила ее, встала возле двери, сложила на груди руки и недовольно уставилась на Роксану.
— Мисс Малфой, я же сказала...
Роксана оглушила надоедливую медсестру и приоткрыла дверь своей палаты, воровато осматриваясь.
Тихонько, на цыпочках, побежала к заветной двери палаты, находящейся через стенку.
Внезапно дверь открылась и из палаты Сириуса вышел Люпин. Роксана замерла и тупо уставилась на него.
— Ну как ты?, – первым нарушил молчание Ремус.
— В порядке. А Блэк?
— Отдыхает, но я думаю, что ты можешь к нему зайти, – Ремус улыбнулся.
Роксана дернула ручку двери на себя и вошла в палату.
Вокруг спящего Сириуса собрались его друзья : Джеймс, Лили и Питер.
Все присутствующие одновременно повернулись и посмотрели на Роксану.
Лили издала какой-то странный хриплый звук, сорвалась со своего стула и подлетела к ней, заключая ее в крепкие объятия.
— Жива, жива!, – шептала Лили, покачивая Роксану.
От такого проявления чувств Роксана растрогалась и чуть было не пустила слезу.
— Ну хватит, Эванс, я сейчас разревусь, – произнесла Роксана хриплым от подступающих слез голосом.
Лили отстранилась, вытерла рукой слезящиеся глаза и тепло улыбнулась.
Следующим к ней подошел Джеймс.
Они стукнулись кулаками, как в старые добрые времена, и довольно сдержанно друг друга поприветствовали.
Толстый, невысокий парень, Питер, так и не решился подойти к Роксане и просто махнул ей рукой.
С кровати Сириуса раздалось деликатное покашливание. Роксана обернулась и увидела, что он уже не спит, а лежит и с самым хитрожопым выражением лица наблюдает за ними.
— Меня сейчас стошнит от ваших милостей, – с ухмылкой произнес Блэк и жестом показал рвотные позывы.
Лили хихикнула.
— Наверное, нам стоит оставить вас наедине, – произнес Джеймс, многозначительно глядя на Лили.
— Я слышала, что внизу, в кафетерии, подают замечательные кокосовые пирожные, – сказала Лили, хитро посматривая на Джеймса.
— Пирожные?, – удивленно спросил Питер, переступая с ноги на ногу.
— Да, Хвост, пирожные. Люпин уже пошел занимать столик, я думаю, нам стоит к нему присоединиться, – с этими словами он подмигнул Бродяге, подтолкнул Питера к выходу и закрыл за собой дверь.
Сириус и Роксана остались одни.
— Мерлин, Рокс... Иди ко мне, детка, – выдохнул Сириус.
Роксана постояла минуту и бросилась в его объятия.
Сириус обнимал её так крепко, что ей казалось, что у нее треснут кости. Целовал так исступленно, словно в последний раз.
— Как же ты выбралась, Рокс? Парни сказали, что не рискнули бежать за тобой. Я думал, что потерял тебя и всё время, пока я здесь нахожусь – мне снятся кошмары, будто ты умерла, – задумчиво произнес Сириус, поглаживая её щеку.
Они лежали в обнимку на его кровати, также, как когда-то лежали в Крыле, когда Роксана потеряла зрение.
— На самом деле я думала, что это конец. Белла улизнула, а я осталась в подземельях, окруженная огнем. И тут я вспомнила, что мы с тобой хотели сбежать туда, где нас никто не знает, путешествовать, посмотреть океан и это придало мне сил. Я начала тушить этот сучий огонь, по запаху дыма сориентировалась и нашла выход. За секунду до взрыва я выбежала и взрывной волной меня откинуло в траву. Больше я ничего не помню.
Сириус крепко обнял её и прижал к себе.
Роксана с наслаждением замурчала.
— Ты жива, Рокс, – шептал Сириус, утыкаясь носом в её волосы, – жива.
— Перестань, Блэк, иначе я пущу слезу во второй раз за сегодня, – ухмыльнулась Роксана, пряча в этой ухмылке подступившие слезы.
— Что будем делать дальше?, – спросил Блэк, выпусив Роксану из объятий и потянулся за сигаретами.
— Купим автодом и поедем колесить по миру?, – Роксана вытянула сигарету из пачки и закурила, с наслаждением вдыхая вишневый дым.
— Сбежим прям сейчас, Рокс?
Роксана затаила дыхание.
— Заглянем к Аберфорту, заберем мотоцикл и рванем к вампирам, а дальше – по ситуации, – Сириус деловито затушил сигарету о тумбочку, стоящую рядом с его кроватью. Затем встал, неуклюже покачиваясь, и трансфигурировал свою больничную пижаму в черную толстовку и серые рваные джинсы. Тоже самое он проделал с пижамой Роксаны.
Роксана всё ещё неверяще смотрела на Сириуса, шагнула к нему, обняла его за пояс и поцеловала.
Он нехотя оторвался от её губ и что-то быстро накорябал на салфетке, небрежно кинул ее на тумбочку.
— А теперь валим, детка, – улыбнулся Сириус, обнимая Роксану за шею.
— Навстречу новой жизни, – тихо произнесла Роксана, открывая дверь палаты.