Я люблю ночное небо, полное звезд.

Тайная комната, которую ребята обустроили для ритуала, встретила их полумраком и тишиной. Блэйз и Драко постарались на славу: они принесли сюда мягкие подушки, теплое одеяло и несколько зажженных свечей, чтобы создать максимально комфортную обстановку. В воздухе слабо пахло успокаивающими травами, которые Мэри бережно разложила по углам, чтобы помочь Оливии расслабиться.

Когда все устроились, Драко и Блэйз кратко пересказали всё, что им удалось вычитать из старинных фолиантов о направленных сновидениях.

— Твое сознание должно быть абсолютно сфокусировано на одном вопросе, — серьезно произнес Драко, сверяясь со своими записями. — Ты должна мысленно удерживать образ Кубка и тех, кто имел к нему доступ.
Оливия кивнула, устраиваясь на подушках. Черные длинные волосы рассыпались по её плечам. Перед тем как закрыть глаза, она внимательно обвела взглядом ребят.

— Послушайте меня внимательно, — её ярко-зеленый взгляд стал предельно серьезным. — Что бы со мной сейчас ни происходило... как бы я ни дергалась, что бы ни шептала — ни в коем случае не будите меня. Я должна досмотреть всё до конца и выйти из сна сама. Если вы прервете ритуал, мой разум может просто застрять между реальностью и видением. Обещайте.

Ребята хмуро переглянулись, но после твердого кивка Тео каждый из них дал безмолвное согласие. Мэри крепко сжала руку Пэнси, пытаясь справиться с волнением.
Оливия закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она сосредоточила всю свою волю, направляя восстановленное за неделю магическое ядро на призыв пророчества.

Магия мягкой волной окутала её сознание, и вскоре девушка погрузилась в глубокий, контролируемый сон.

Видение началось не с лабиринта, а с темного, заваленного вещами кабинета защиты от темных искусств. Оливия видела всё словно со стороны, паря бесплотным духом под потолком.
За столом сидел Грозный Глаз Грюм. Его деревянная нога глухо стучала по полу, а волшебный глаз бешено вращался. Но в следующую секунду мужчина судорожно схватился за горло, достал из кармана походную флягу и сделал крупный глоток.
В ту же секунду его тело начало неестественно меняться. Оливия с замиранием сердца наблюдала, как грубая, покрытая шрамами кожа Грюма разглаживается, седые волосы темнеют, а магический глаз выпадает на стол с глухим стуком. Перед ней сидел совершенно другой человек — молодой мужчина с бледным лицом и безумным взглядом. Барти Крауч-младший.

Сон урывками показал Оливии всю правду. Настоящий Аластор Грюм, истощенный и скованный заклятиями, лежал на самом дне огромного, заколдованного сундука, стоявшего в углу этого же кабинета. Предатель использовал Оборотное зелье, каждый час принимая облик профессора, чтобы никто ничего не заподозрил.

Картинки сменялись одна за другой, открывая детали заговора. Оливия увидела, как Крауч-младший под видом Грюма незаметно наводит Гарри Поттера на правильные подсказки: как намекает Хагриду показать драконов, как передает через Невилла книгу о жаброслях. Он вел Поттера сквозь Турнир, как овцу на убой, устраняя любые препятствия на его пути. Именно Крауч заколдовал кубок, превратив его в портал, ведущий прямо на кладбище к его возродившемуся хозяину.

Оливия резко распахнула глаза и села на подушках, тяжело и часто дыша. Реальность Тайной комнаты мгновенно вернулась к ней.
Перед собой она увидела застывшие от паники лица друзей. Пэнси прижимала ладонь к губам, Мэри испуганно переглядывалась с Блэйзом, а Тео уже тянулся к ней, готовый перехватить, если начнутся судороги. Оливия почувствовала знакомое тепло над верхней губой и поняла, что из носа снова идет кровь.

Не дав друзьям запаниковать еще сильнее, она просто слегка закатила глаза, устало вздохнула и сделала короткий, плавный взмах правой рукой. Невидимая магия мгновенно повиновалась её воле — вся кровь бесследно исчезла, словно её и не было, а дыхание девушки тут же выровнялось.
— Спокойно, — негромко произнесла Оливия, глядя на опешивших друзей. — Это всегда так происходит при направленном призыве. Ничего страшного.
В комнате повисла звенящая тишина. Драко первым обрел дар речи, его глаза округлились от удивления:
— В смысле «всегда так происходит»?! Ты что, Флоренс, и до этого сама вызывала свои вещие сны?!

Ребята буквально взорвались возмущенными возгласами. Пэнси гневно уперла руки в бока, а Мэри разочарованно покачала головой:
— Оливия! Ты с ума сошла? Почему ты молчала?! Мы тут чуть с ума не сошли от страха, думали, это смертельное истощение, а ты тайно ставила над собой эксперименты?!
— Больше никаких секретов, Лив, — строго добавил Тео, хотя в его голосе слышалось облегчение от того, что она в порядке. — Ты обязана была нам рассказать.

Оливия подняла руки, призывая их к тишине:
— Накажете меня позже. Присядьте. Я знаю, кто предатель.

Ребята мгновенно притихли и сели ближе, ловя каждое её слово. Оливия без утайки пересказала всё, что увидела во сне: про Оборотное зелье, про сундук в кабинете, про Барти Крауча-младшего и про то, как тот тайно помогал Поттеру дойти до финала Турнира, чтобы заманить его в ловушку.
Когда она закончила, в комнате воцарилось тяжелое молчание. Блэйз потрясенно покачал головой, а Драко нервно сглотнул, осознавая масштабы безумия, творящегося прямо под носом у Дамблдора.

— Это меняет дело, — нарушила тишину Оливия, решительно поднимаясь на ноги. — Теперь, когда мы знаем, кто кукловод, у нас есть шанс всё исправить. И для этого мне нужно поговорить с Поттером. Наедине.

Друзья встретили эти слова без малейшего восторга. Тео сурово сдвинул брови, Драко недовольно фыркнул, а Пэнси состроила брезгливую гримасу. Идея делиться такой информацией с гриффиндорцем никому из них не нравилась, но они понимали: без Поттера эту ловушку не разорвать.

Оливия сидела за столом Тайной комнаты, пристально глядя на чистый клочок пергамента. Ей не нужны были ни чернила, ни перо — лишь концентрация собственной воли. Сосредоточившись, она заставила буквы аккуратными, ровными линиями проступить на бумаге, складываясь в короткое и четкое послание:
«Через час у опушки Запретного леса. Будь один. Это касается Турнира и твоей безопасности. О.Ф.»

Она аккуратно сложила пергамент. Легкий, едва заметный взмах тонких пальцев — и магия окутала письмо, заставляя его бесшумно раствориться в воздухе, отправляясь прямиком к адресату сквозь стены замка.
Еще некоторое время они сидели все вместе, вполголоса обсуждая грядущие недели. Блэйз и Драко перебирали варианты того, как Крауч умудряется доставать ингредиенты для зелья, Мэри и Пэнси тихо переговаривались, а Тео просто сидел рядом, упрямо согревая ладонь Оливии в своей. Час икс неумолимо приближался, и атмосфера была пропитана предчувствием неминуемых перемен.
Наконец, Оливия поднялась, мягко высвобождая руку. Перед тем как накинуть мантию и отправиться на встречу, она остановилась у самого выхода и обвела друзей долгим, бесконечно теплым взглядом ярко-зеленых глаз. В её голосе, обычно холодном и сдержанном, сейчас звучала искренняя, глубокая нежность:

— Что бы ни принес нам этот июнь, какие бы штормы ни бушевали за стенами этого замка... помните одно. Вы — моя семья. И чтобы ни случилось, я всегда буду рядом с вами, буду защищать вас и помогать, несмотря ни на что. Моя сила принадлежит вам, и я не позволю никому из вас сгореть в этой войне.

Оставив ребят в тяжелом, но трепетном молчании, Оливия скользнула за дверь.

В это же время в башне Гриффиндора, в спальне мальчиков четвертого курса, царила привычная вечерняя атмосфера. На соседней кровати, раскинув руки и нелепо уткнувшись лицом в подушку, громко дрых Рон, абсолютно не заботясь о приближающихся экзаменах или Турнире.

Гарри Поттер сидел на постели, уставшим взглядом разглядывая карту Мародеров и пытаясь разложить в голове подсказки к третьему испытанию. Внезапно воздух прямо перед его лицом едва заметно дрогнул, и на колени парня бесшумно опустился аккуратно сложенный пергамент.
Гарри вздрогнул и настороженно огляделся, но в комнате никого не было, кроме сопящего Уизли. С опаской развернув записку, он быстро пробежал глазами по строчкам. Инициалы «О.Ф.» не оставляли сомнений — это была Оливия Флоренс. Та самая слизеринка, которая совершила невозможное на втором испытании и которая сейчас, судя по всему, знала нечто чрезвычайно важное.
Поттер не стал колебаться. Интуиция подсказывала ему, что этот разговор может стоить жизни. Он быстро поднялся, бесшумно вытащил из чемодана старую мантию-невидимку, накинул её на плечи и, стараясь не скрипеть половицами мимо спящего друга, покинул спальню, направляясь к темной, окутанной туманом опушке Запретного леса, где его уже ждал силуэт с длинными черными волосами.

заходите в тгк..