Не умирай

Этот день должен был быть определенно хорошим, как считала Гермиона. Нет, не считала, она была уверена в этом. Осенний ветер тепло обволакивал тело девушки, а пока что яркое солнце грело свежее и гладкое личико Грейнджер, добавляя на кожу незаметные глазу веснушки. Листья на деревьях все еще висели на ветвях деревьев, тихо шурша, при этом придавая такой домашний уют, хоть Гермиона была не в помещении.

Сегодня была суббота и девушка была в прошлом уже как две недели. Сидя в одной лишь кофте с молнией нараспашку около Черного озера, которое как всегда внушало Грейнджер одно лишь умиротворение, было тихим и неподвижным. Гладкие и темны воды озера иногда вздымались из-за ветра, что в эти моменты все сильнее дул Гермионе в лицо. В такие моменты ей вспоминались посиделки с Гарри и Роном, что вечно баловались и не давали сделать девушке домашнее задание, как и нее, так и их. А сейчас она одна..Сидит, но все так же не может сосредоточится, смотря на другой берег озера, вечно щуря глаза, будто пыталась что-то разглядеть. Волосы сегодня она не собрала в хвост и, поэтому они метались в воздухе под напором маленького ветерка, изредка ложась на худые и понурые плечи. Кончик носа девушки был красноватым, будто ей холодно, но все же это было не так...

Вдруг Гермиона опустила ресницы и тут же снова подняла. Маленькая и тоненькая струйка солоноватой воды спустилась по щеке и скулам девушки, тут же оказываясь на заостренном подбородке. За ней тут же градом побежали, словно наперегонки, другие капельки, падая на светлую рубашку. Большие карие глаза тут же заморгали, пытаясь предотвратить этот потоп, но слезы все продолжали течь из под ресниц.

Гермиона утерла глаза рукавом кофты, изредка всхлипывая. Она не могла находиться тут, в этом мире, в этот день, прямо тут и сейчас. Она просто не должна была быть тут. Грейнджер казалось, будто сам мир вместе с его обитателями не хотят, чтобы тут была она. Будто выталкивали ее на границу между этим миром и пропастью... Пропастью, в которой, как думала девушка, она и раньше или позже все равно окажется. Никуда не деться..

Пара слезинок упала на пергамент с эссе по Заклинаниям,тут же оставляя вместо себя большую водяную кляксу, медленно смешивающийся с темно-фиолетовыми чернилами. Красивое и аккуратно написанное сочинение, тут же приобрело испорченный и ужасный вид. Если раньше Гермиону разозлило бы, то сейчас.. Она как-то безэмоционально смотрела на то, как окончательно и бесповоротно портился ее труд. Казалось, что Грейнджер совершенно не волнует это, будто..Она находилась где-то в другом месте.. В другой реальности.

На глаза быстро накатывала пелена слез и девушка тут же отшвырнула от себя бумагу, утыкаясь в колени, всхлипывая. Чувствуя, как намокают джинсы в области колен, она все сильнее начала плакать, чувствуя как подкатывает к горлу комок безвыходности. Она терпела, старалась не плакать все эти две недели, даже ночью, пытаясь не разбудить своими всхлипами Лили, Алису и Марлин, что с того рокового дня больше не разговаривали с ней, но постоянно и неотрывно следили за ней. Гермиона держала в себе всю боль и обиду от того, что не верила в это. Из рассказов Римуса и Сириуса в ее времени, в голове Грейнджер сложился образ Лили Эванс, как доброй и умной девушки, любящей матери и той, что всегда придет на помощь любому встречному. Старый Блэк неоднократно говорил, что у нее был мягкий и гладкий характер, добрые черты лица и милая улыбка. А Римус утверждал, что именно за это она и приглянулась отцу Гарри.

Гермиона вновь всхлипнула в колени, чуть вздрагивая. Ту Эванс, что девушка увидела перед собой совершенно не была похожа на образ, который Грейнджер представляла у себя в голове. Лили предстала ей в этом мире как стервозная девушка с резким и можно таки сказать острым, колючим характером. Два разных человека. Две разные судьбы... Казалось, что люди, окружавшие сейчас Гермиону были не теми, кем являлись на самом деле в ее мире. Все были непохожи..

Даже Дамболдор... Он всегда казался ей мудрым старцем, что всегда даст дельный совет и сунет в рот парочку лимонных долек, от который всегда становилось так спокойно, будто в них есть снотворное или же успокоительное. Но..В этом мире он был совсем другим. Даже добрые голубые глаза, что раньше вызывали у девушки только умиление, теперь внушали лишь недоверие. К тому же, в том день, когда он "якобы" открыл великую тайну Гермионы было несколько нюансов.
Во-первых, он показал лишь малейшую долю всех воспоминаний Грейнджер. А точнее, он осветил лишь то, что девушка из будущего. А после лишь обрывками были показаны ее школьные дни. Ни про то, что она сражалась бок о бок с сыном его учеников, ни то, что он Избранный не было засвечено. К тому же, потом, как догадалась Гермиона, Дамболдор подстроил ее возвращение в будущее. Это была всего лишь жалкая постановка, качественно сделанная на основе ее светлых воспоминаний о Гарри.
Во-вторых, когда Грейнджер зашла в зал, она обратила внимание на то, что весь потолок помещения был укутан бело-синей пеленой Непреложного Обета, а значит, что никто из учеников не должен был рассказать постороннему, который не присутствовал в Зале, иначе проговорившегося ждет неминуемая кара - смерть. Однако, на следующий день все газеты магического Лондона трезвонили о том, что в школе волшебства и магии "Хогвартс" появилась студентка из будущего. Как-то странно было.

Вдруг..Гермиона почувствовала на ее плечах тепло широкой ладони. Встрепенувшись, она тут же вскинула голову с палочкой на изготовку, поднося ее к подбородку изумленного юноши. С широко раскрытыми глазами парень тут же поднял руки вверх, нелепо улыбаясь.
- Прости. Не знал, что ты не любишь, когда к тебе прикасаются. - на плече у него висела школьная, немного потрепанная сумка. - Я могу присесть тут?
Девушка медленно опустила руку, глубоко вздыхая. Уголки губ тут же встрепенулись, создавая что-то на подобии усталой улыбки. Да..Она его не видела уже давно...
- Да-да, конечно садись. - Гермиона тут же убрала палочку в сумку, что бесхозно валялась неподалеку от сочинения девушки. Грейнджер опустила голову, закрываясь от юношей копной волос, чтобы он не увидел ее слезы, что вновь пытались прорваться сквозь пелену на глазах. Рукавом, она, как можно незаметнее вытерла дорожки от слез. Взяв пергамент с эссе, она только сейчас поняла, что его придется заново переписывать.

Парень все прекрасно видел. Он старался делать вид, что увлечен своим домашним заданием, что достал из сумки. На его бледном лице мерцали солнечные зайчики, которые появились от вод Черного Озера. Его светлые волосы цвета соломы были такими густыми и пушистыми, можно сказать . легкими, вечно спадали ему на глаза, не давая дописать одну и ту же строчку.

Мимолетно взглянув на девушку, что закрылась от него забором ореховых волос, он заметил испачканный пергамент.
- Слушай, Гермиона.. - сказал он неуверенно, боясь напугать Грейнджер. - Можно твой пергамент? - Резко вскинув голову, девушка в изумлении посмотрела на него, что тот тут же сконфузился, однако продолжал дальше. - Я помогу.

Девушка медленно протянула пергамент, с интересом наблюдая за юношей. Его тонкие и длинные пальцы тут же схватили бумагу, кладя к себе на колени. Взяв палочку, парень прошептал заклинание и..Клякса тут же испарилась, оставляя за собой только еще видный отпечаток. Довольно улыбнувшись, парень отдал бумагу девушке.

- Спасибо, Римус.. - на что парень лишь пожал плечами.
- Не хочешь сделать со мной работу по зельям? - Он тут же придвинулся, вглядываясь в карие глаза Грейнджер.
- Конечно! - Гермиона заставила себя улыбнуться и придвинуться еще ближе, раскладывая учебник на траву.

Она ошибалась.. Есть все-таки человек который ни капельки не изменился. Тот, который все также добр и мил с ней. Тот, что всегда придет к ней на помощь в самую трудную минуту ее жизни. Тот, кто не оставит ее в этом мире одну, а будет прикрывать ее от нападок. Римус Люпин, тот кто не изменился за все это время...