Что-то (Реми)
- Реми? - негромко позвала я, переступая порог гостиной.
Я ожидала встретить его здесь, в привычном полумраке, и на моих губах заиграла мягкая, почти сочувствующая улыбка. Мое предчувствие меня не обмануло, но сцена, развернувшаяся передо мной, заставила улыбку погаснуть. Люпин был не один.
- Вот как?! Значит, ты мне лгал?! - голос Доры сорвался на крик.
Ее волосы, казалось, налились яростным багрянцем, а в глазах плясали настоящие молнии. Я мгновенно считала накал эмоций, понимая, что сейчас здесь разразится буря, в которую мне лучше не ввязываться. Не желая становиться громоотводом, я быстро развернулась и направилась к кухне.
Там, в тишине, нарушаемой лишь мерным тиканьем часов, сидел Сириус. Он выглядел изнуренным; перед ним стояла кружка с давно остывшим кофе, к которой он даже не прикоснулся.
- Они всё никак не закончат... - глухо проговорил он, не поднимая глаз. - Голова уже пухнет от этих разборок.
Блэк обреченно отставил чашку и, тяжело вздохнув, уронил голову на скрещенные руки.
- Не переживай, всё будет хорошо... - я подошла к нему и ласково коснулась его волос. - Всё наладится, обещаю.
Сириус поднял на меня взгляд - усталый, но полный какой-то болезненной нежности. Он потянул меня к себе, крепко обнимая за талию, словно пытаясь заземлиться.
- Тебе самой-то нормально? - спросил он, заглядывая мне в глаза. А затем едва заметно, почти одними губами, добавил:
- С тобой - да.
Прошло время.
- Значит, всё кончено? - мой голос прозвучал почти бесстрастно, хотя внутри всё дрожало.
- Между нами - да, - отозвался Римус. - Мы больше никто.
И вот мы снова сидим на ступенях перед входом в «Нору». В моих пальцах дымится сигарета, Римус выглядит растрепанным и бесконечно уставшим. Всё кажется до боли знакомым, словно время решило совершить петлю, вернув нас в тот самый день.
- А знаешь, что это значит? - я посмотрела на него сквозь сизую пелену дыма.
- Что же?
- Если ты, конечно, не против... вернуться к нашей жизни?
Я запнулась, нервно затягиваясь. Сердце колотилось о ребра, но я изо всех сил старалась сохранить маску безразличия.
- Хах... - Римус горько усмехнулся. - Я, ты и Бродяга? Шоу еще то... Но если ты не хочешь, я не стану навязываться.
- Не хочу?.. - я выдохнула дым, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
- Знаешь, Крылатая, - его голос стал тише, в нем прорезалась печаль, - я не хочу делить тебя с кем-то. Тем более вы с Сириусом....
Я замерла. Имя Блэка отозвалось во мне странным, тягучим эхом.
- Блэк? Хах, это да... Но... Но я хочу. Я очень хочу.
Я игриво перевела на него взгляд и медленным, нарочито плавным жестом провела ладонью по галстуку вниз, к расстегнутой пуговице рубашки, выпуская остатки дыма.
- Но, Лия... - начал было он.
Я не позволила ему закончить. Я просто подалась вперед и накрыла его губы своими.
В тот же миг мир сузился до одного ощущения. Знакомый, обволакивающий запах шоколада. Нежность, которую невозможно забыть. С Реми не нужно было играть роль - не нужно было быть «хорошей девочкой» или идеальной спутницей. Эту роль он всегда брал на себя, оставаясь вечным, добрым и светлым Лунатиком.
В этом и заключалась их неразрешимая разница. Блэк - дерзкий, властный, обжигающий своей страстью. Люпин - уютный, мягкий, дарующий покой. Мне не хватало обоих, но именно сейчас я отчаянно нуждалась в тепле, которое излучала душа Римуса.
Я смотрела в его глаза, не в силах отвести взгляд. Он смотрел на меня с такой невыносимой теплотой, что дыхание перехватывало.
- Демон, ты это специально? - прошептал он, пытаясь разбавить повисшую тишину. Его взгляд метался, стараясь не задерживаться на моем наряде, который сидел на мне слишком вызывающе.
- "Специально" что? - я усмехнулась, откидываясь назад на руки.
Я видела, как он тяжело сглотнул, не в силах отвести глаз от изгиба моей талии.
- Ну так что? Специально что именно я делаю?
Я достала новую сигарету, позволяя себе привычку играть с его самообладанием. Я затянулась, не разрывая зрительного контакта. Когда он попытался отвернуться, моя рука легла ему на плечо, удерживая на месте.
- Чертовка... - едва слышно выдохнул он.
- Я?
Я поднесла сигарету к его губам и коснулась свободной рукой его обнаженной шеи. Римус затянулся, пытаясь сохранить маску безразличия, но я видела, как напряглись его мышцы.
Я поудобнее устроилась на ступенях и потушила окурок.
- Ну что, Люпин?
- Дрань, не кури больше, - усмехнулся он, наконец перехватив мой тон. Он понял, к чему я клоню, но упорно пытался сохранить лицо.
- И что, будешь играть в пай-мальчика? - я приподняла бровь, не скрывая лукавого блеска в глазах и многозначительно взглянув на его брюки. - Будешь делать вид, что не одержим желанием?
Смущение было его слабым местом. Взрослый мужчина, а краснеет, как мальчишка.
- Лунатик, ну чего ты отвернулся? - я поднялась со ступеней, оказываясь вплотную к нему. - Я хочу смотреть тебе в глаза. Хочу видеть твой взгляд.
- Демон, давай не будем... - пробормотал он, но в его голосе уже не было прежней решимости.
Он отвернулся и закрыл лицо ладонями, словно пытаясь спрятаться от собственного желания.
- Люпин, где твоя хваленая дерзость? - я вызывающе вскинула подбородок, упершись руками в бока. - Куда она делась? Где тот парень, которого я знала в школе?
Я улыбнулась, погружаясь в обрывки мимолетных воспоминаний о тех временах. В голове всплыл один вечер - особенный, пахнущий грозой и переменами. Я так увлеклась этим образом из прошлого, что не заметила, как Римус поднялся и бесшумно подошел сзади.
Его объятия были внезапными и крепкими.
- Неужели тебе так сильно нравилась моя дерзость тогда? - прошептал он мне в самое ухо. - Неужели она тебя не раздражала?
Он начал покрывать мою шею поцелуями, делая короткие паузы, чтобы уловить мою реакцию. Я молчала, затаив дыхание, наслаждаясь этим моментом. Заметив мое безмолвие, Римус лишь едва заметно ухмыльнулся, и его поцелуи стали более требовательными, более глубокими.
Я бы так и стояла, завороженная этой близостью, если бы не его настойчивость. Когда его губы оставили на моей коже горячие следы, по спине пробежал электрический разряд.
- Ах... - вырвалось у меня.
Мир качнулся. Я почувствовала его близость каждой клеточкой тела; мои руки были властно отведены назад, а в шее горел огонь его губ. Я попыталась тряхнуть головой, пытаясь вернуть себе рассудок и отстраниться, но его рука, железной хваткой сжав мою талию, вернула меня обратно.
- Ты просила дерзости? - его голос вибрировал от сдерживаемого напряжения. - Что ж... пусть будет так.
В следующую секунду реальность сменилась интерьером нашего дома. В нашем общем доме.
- Рем, что ты задумал? - выдохнула я, когда он подхватил меня на руки.
Он не ответил, лишь уверенно зашагал по коридору, на ходу скидывая обувь.
- Ты такая маленькая... такая беззащитная в моих руках, - проговорил он, и в его голосе не было привычной мягкости - только темная, обволакивающая страсть.
Он опустил меня на кровать. Одной рукой он потянул за узел галстука, освобождаясь от тесных пут, а я не могла оторвать взгляда от его фигуры. Мои глаза невольно задержались на ремне и линии брюк, и это было слишком очевидным приглашением.
Римус поймал мой взгляд. На его губах заиграла едва уловимая, хищная ухмылка. Он перехватил мою руку и потянул на себя, заставляя меня прижаться к нему всем телом.
- Римус... - только и успела вскрикнуть я.
В этом была еще одна его черта, отличавшая его от Блэка: в его страсти не было суеты. Никакой бешеной спешки, никакого хаоса. Всё было выверено, всё было направлено на то, чтобы смаковать каждое мгновение, каждое движение.
Я попыталась отвести взгляд, но он мягко, но настойчиво приподнял мой подбородок. Наши губы встретились. Если первый поцелуй был нежным обещанием, то этот стал настоящим штормом. Я обхватила его шею руками, и когда он снова поднял меня, я на автомате обхватила его талию ногами, не разрывая контакта.
- Тебе хорошо?.. - спросил он, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. Его голос звучал приглушенно, с нескрываемой нежностью.
- Просто замечательно... - прошептала я, запуская пальцы в его волосы. - С тобой так спокойно, Ремми... Спокойно... Аах!
Я вздрогнула от резкого, горячего прикосновения, но он держал меня уверенно, продолжая вдыхать запах моей кожи, то нежно целуя, то слегка прикусывая её.
- Ну что, милая... - он опустил меня на пол, и в этом взгляде был немой вопрос: «Ты готова? Мне позволено?»
- Да, - едва слышно выдохнула я.
Этого короткого слова хватило, чтобы его самообладание окончательно рухнуло. Движения стали стремительными. Платье соскользнуло на пол, открывая его взору изгибы моего тела, которые он так долго не видел.
Он навис надо мной, и в этом движении было столько первобытной силы, что я не выдержала. Через несколько секунд ситуация изменилась: теперь уже я сидела на нем сверху, глядя на него сверху вниз.
Римус замер. Он не произнес ни слова, лишь смотрел на меня, и в этом молчании было что-то странное. Он просто любовался мной, и эта тишина, вместо того чтобы умиротворить, начала давить на меня.
Я невольно сжалась и отвела взгляд.
- Ангел, что случилось? - его голос вернул меня в реальность. Он сел, не сгоняя меня, и осторожно положил руку мне на плечо. - Что-то не так?
- Это ты мне ответь... - мой голос дрогнул, и я почувствовала, как внутри закипает обида. - Что не так? Я тебе разонравилась? Я... я изменилась?
Я не поднимала глаз, пытаясь спрятаться в себе, свернуться маленьким, беззащитным комочком.
- Ангел, с чего ты это взяла? - Римус удивленно приподнял брови. Его пальцы скользнули по моей спине, вызывая волну мурашек, но мне было уже не до удовольствия.
- Ты никак не реагируешь! - я почти выкрикнула это, и к горлу подкатил комок. - ... Просто смотришь.
Слезы обожгли глаза. Чувство ненужности, внезапно возникшее из ниоткуда, душило меня.
- Лиюша... - он притянул меня к себе, целуя в затылок. - Ну только не плачь, мой небесный ангел. Я люблю тебя, слышишь? Пожалуйста, не плачь... Я дурак, я просто...
Я сидела неподвижно. Его попытки утешить меня казались мне запоздалыми. Его спокойствие, которое минуту назад было признаком высшего наслаждения, теперь казалось мне равнодушием.
- Наверное... - я отстранилась, чувствуя, как сердце разбивается на куски. - Мне лучше уйти.
Я резко высвободилась из его объятий и, не глядя на него, поспешно подобрала платье. Ткань скользнула по коже, напоминая о недавнем жаре, который теперь казался обманчивым.
- Ли... - позвал он, и в этом коротком слове было столько боли, что я замерла.
Я с тоской посмотрела на него, чувствуя, как внутри всё еще дрожит обида.
- Что такое?.. - неуверенно спросила я, не смея поднять глаз. Я стояла перед ним, выпрямившись, словно нерадивая ученица на экзамене, ожидающая приговора.
Ответа не последовало. Лишь тяжелый, надрывный вздох и звук его шагов, приближающихся ко мне. В следующее мгновение я почувствовала его теплое прикосновение и услышала шепот, от которого сердце пропустило удар.
- Мое единственное желание... - прошептал Римус, прижимаясь лбом к моему виску. - Только не уходи. Пожалуйста... Не оставляй меня одного.
Я медленно подняла взгляд. В его глазах, затуманенных невысказанной болью, я увидела отражение собственного страха. Мы вели безмолвный диалог, в котором не было места словам.
- Ты меня любишь? - я сделала шаг навстречу, положив ладони ему на плечи. Мой голос дрожал, но вопрос был предельно ясен.
- Люблю, ангел... - выдохнул он, и я увидела, как в его глазах блеснули слезы. - Люблю так сильно, что до сих пор не верю, что ты реальна. Мне кажется, это лишь сон, от которого я боюсь проснуться и снова оказаться в пустоте.
Он боялся одиночества. Того самого, ледяного одиночества, которое стало его единственным спутником на долгие годы.
Я подалась вперед, обнимая его, и уткнулась лицом в его плечо, вдыхая знакомый, дурманящий аромат шоколада и легкого одеколона.
- Я не брошу тебя, - прошептала я в его кожу. - Обещаю.
Я отстранилась лишь на мгновение, чтобы встретиться с ним взглядом, и в ту же секунду его губы накрыли мои. Его движения стали решительными; он подхватил меня на руки, одним движением отбросив платье в сторону, но не прерывая нашего, теперь уже влажного и неистового поцелуя.
Я начала расстегивать пуговицы на его рубашке, обнажая грудь, испещренную глубокими, неровными шрамами - следами его мучительных превращений.
- Ты всё еще хочешь быть со мной?.. - он горько усмехнулся, опуская меня на кровать и отбрасывая рубашку. - С таким уродом?
- Ремми... Никогда не говори так, - я коснулась кончиками пальцев самого длинного шрама, чувствуя его рельеф. - Это не уродство. Это твоя история. Твоя сила. Мне нравятся твои шрамы, хотя мне и больно от того, какую цену ты за них заплатил.
Я провела рукой по его груди, а другой свободной рукой распустила волосы. Спица выскользнула, и тяжелые вьющиеся локоны рассыпались по моим плечам, мягко прикрывая ключицы.
- Какая же ты красивая... - прошептал он, и в его голосе я услышала благоговейный трепет. - Просто невероятная.
Он откинул мои волосы назад, открывая доступ к шее, и вновь навис надо мной, толкая на кровать. Его поцелуи стали жадными, исследующими каждый сантиметр моей кожи. Когда с меня исчез последний барьер, он замер на мгновение, глядя на меня.
- Что-то не так?.. - спросила я, нервно сглотнув.
- Нет, - он едва заметно улыбнулся, его взгляд был тяжелым и темным. - Я просто любуюсь тобой.
Он потянулся к ремню, и глухой щелчок пряжки прозвучал в тишине комнаты как выстрел.
- Стой, - я приподнялась, перехватывая инициативу.
Я сама потянулась к его брюкам, и когда моя ладонь коснулась его разгоряченной плоти через ткань одежды, Римус издал глубокий, вибрирующий стон. Он быстро избавился от одежды, но я не дала ему возможности вернуть меня в пассивное положение. Мои пальцы скользнули по всей длине его возбуждения, заставляя его содрогнуться.
- Приятно? - я подняла на него взгляд, наблюдая за тем, как меняется его лицо.
Комнату наполнили его сбитые, глухие стоны и низкое, почти звериное рычание. Я видела, как на его коже проступают вены, как напряжены его руки. На мгновение я наклонилась ниже, слизывая капли предсемени с головки, и этот жест заставил его вскрикнуть, а его рука властно, но не грубо зарылась в мои волосы, удерживая мою голову.
Я продолжала ласкать его, переходя от нежных прикосновений к более глубоким, жадным движениям. Я видела его на пределе: запрокинутая голова, застывший во взгляде экстаз, прерывистое дыхание. В этот момент не было ни прошлого, ни шрамов, ни страха - существовали только мы и эта осязаемая, пульсирующая реальность.
Я отстранилась, оставив его на мгновение в тишине, и поднялась, глядя на него сверху вниз. Римус, тяжело дыша, залился густой краской. Его смущение было почти осязаемым.
- Да ты как мальчишка, Ремми... - я не удержалась от лукавой усмешки.
Я придвинулась ближе, касаясь губами его шеи, там, где кожа была напряжена до предела. Я ласкала его, оставляя легкие укусы и нежные поцелуи, чувствуя, как его руки властно ложатся на мои бедра, сжимая их сильнее с каждым моим движением. Пока я оставляла на его коже багровые отметины, Римус, потянув меня на себя, начал исследовать мои самые сокровенные нежности.
- Римус... - сорвался с моих губ едва слышный стон, когда его пальцы нашли правильный ритм.
Я зарылась лицом в его шею, сцепив пальцы на его затылке, полностью растворяясь в этом ощущении.
- Лиюш... - позвал он, его голос вибрировал от желания.
- М? - я на секунду отстранилась, пытаясь прикрыть свое обнаженное тело руками, поддавшись мимолетному порыву скромности.
Римус недовольно нахмурился. Он не позволил мне закрыться, перехватил мои запястья и одним уверенным движением притянул меня обратно к себе за талию.
- Если я зову тебя, это не значит, что ты должна отстраняться, - прошептал он, и в его взгляде промелькнуло нечто темное. - Мне это не нравится.
Я лишь кивнула, не успев ничего ответить - он уже опрокинул меня на кровать. В следующее мгновение мир взорвался вспышкой острого, заполняющего всё существо удовольствия.
- Прости, ангел... - выдохнул он мне в губы, - не смог больше ждать.
- Но ведь... - начала я, но фраза захлебнулась в горле, когда он толкнулся глубже, достигая самой сути моего наслаждения.
Я вцепилась ногтями в его плечи, выгибая спину и запрокидывая голову. Мир перевернулся. Мы подстроились под ритм друг друга, и когда он подхватил меня, меняя положение, каждое соприкосновение наших тел отзывалось во мне новой волной жара.
- Ангел, давай сменим позу? - его голос был низким, почти рычащим.
После последнего, сокрушительного движения, я поднялась, чувствуя приятную слабость в мышцах.
- Ложись! - почти скомандовала я, нарушая воцарившуюся после бури тишину.
Римус послушно прислонился спиной к изголовью кровати, но в его глазах всё еще читалась настороженность. Я села на край, положив ладонь ему на грудь, и медленно повела рукой вниз, к самому центру его желания. Он затаил дыхание, не пытаясь меня остановить.
Я видела, как он пытается отвести взгляд, как его лицо снова заливает румянец.
- Ну чего же ты? Боишься? - я заглянула в его бегающие глаза, наслаждаясь этой маленькой победой.
Я отпустила его, но лишь для того, чтобы перенести всё внимание на себя. Переместившись к центру кровати, я начала медленно, дразняще ласкать себя, наблюдая за его реакцией. Я видела, как его взгляд приковала к моему телу.
Это была игра. Я хотела увидеть не просто Люпина, а того зверя, который скрывается за его маской спокойствия. Я начала двигаться в такт собственному возбуждению, заставляя матрас едва слышно вздрагивать, и мои стоны становились всё громче, заполняя комнату.
Я намеренно доводила себя до предела, используя холод своих рук и жар собственного дыхания. Я закрыла глаза, откинув голову назад, демонстрируя ему свою полную, беззащитную и в то же время вызывающую покорность. Я знала, как этот образ действует на него.
Но даже когда я начала сомневаться, удастся ли мне окончательно сорвать с него эту маску благопристойности, я почувствовала это. Горячая, тяжелая ладонь Римуса легла на мою внутреннюю сторону бедра, стремительно продвигаясь к цели.
Игра подошла к концу. Начиналась реальность.
Еще секунда - и из моих уст вырвался даже слишком громкий, неконтролируемый стон.
Римус придвинулся ко мне вплотную. Его губы обжигали шею, оставляя на коже следы засосов; одна рука покоилась на моей ягодице, а его возбужденный член находился совсем рядом со входом, но сейчас внутри меня были лишь его пальцы.
- Луни~~~
Я беспечно посмотрела на Мародера, и наши взгляды наконец-то встретились.
И именно в это мгновение всё произошло слишком быстро...
Буквально за пару секунд я уже оказалась сверху Люпина. Мое лоно было заполнено им до самого пика. Его руки, лежащие на моей талии, настойчиво пытались опустить меня еще ниже, а губы продолжали исследовать мои ключицы.
Слегка поскуливая от боли внизу живота, я всем телом прижалась к Люпину и впилась когтями в его лопатки. Между нашими телами не осталось и миллиметра.
- Тебе больно? - озадаченным шепотом спросил Римус. Он уже пытался отстраниться, но я лишь сильнее прижалась к нему и сама села на его слегка отошедший член. Моя матка буквально застонала от нахлынувшего наслаждения, смешанного с болью.
Простонав ему в ухо, я не хотела прекращать это.
Да, головка члена, болезненно упиравшаяся в матку, казалось, набухала, принося с каждым движением всё более мощную волну боли и восторга. Я не дергалась, а лишь скулила от этого острого, болезненно-приятного чувства полноты.
- Ангел? Всё хорошо? - Римус обвел теплыми руками мое дрожащее от наслаждения тело, в его глазах читалось замешательство.
- Д-да... В-всё хор-рошо... Прос-с-сто...
Я слегка приподнялась, но тут же вернулась в прежнюю позицию, вновь громко вскрикнув от резкого чувства. Люпин определенно понимал, что я балансирую на грани боли и блаженства, но с каждым разом он всё сильнее хотел кончить прямо в меня...
- Просто что? - он самодовольно ухмыльнулся. - Просто тебе нравится, как мой член вбивается так глубоко внутрь?
Как только я вновь попыталась встать, он усадил меня до самого пика, отчего мой организм выдал новый болезненный стон. Я закатила глаза; ноги начали мелко подрагивать - настолько глубокое и долгое проникновение кружило голову.
- Неужели? - продолжал подзадоривать он. - Неужели ты и слова мне не скажешь?
Я недовольно цокнула, решив, что пора действовать. Но стоило мне приподняться наполовину, как в матку вновь последовал резкий, болезненный удар. Царапнув его сильную мужскую спину, я начала подпрыгивать на кровати, приближая себя к долгожданной разрядке.
Пара мощных ударов в нежный половой орган - и мое тело окончательно растворилось в океане желаний.
Полупрозрачная жидкость холодком потекла по его члену, но Люпин и не думал выходить из меня.
- Ты как, ангел? - тихо спросил он.
Я с еще большей силой прижалась к его крепкому телу.
- Ангел? - неуверенно повторил Мародер.
- Всё хорошо... Сейчас... - я немного отстранилась.
- Может, поменяем позицию? Для твоего удобства... А то я... - он смущенно отвел взгляд.
- Да, давай.
Мы перевернулись: теперь я лежала на подушках, а мужчина расположился между моих ног. Сцепив наши руки в замок, Люпин начал медленно и нежно проникать в меня снова.