New beginning | Новое начало [РЕДАКТИРОВАНИЕ]

Холодно, очень холодно. Я почувствовала, как ступни словно немного онемели. В голове появилась мысль об открытом с вечера окне. Да, это было очень зря. Пошарила рукой по прохладной постели, и после нескольких секунд безрезультатных поисков, нахмурившись, повернула голову чуть-чуть влево и хотела попросить Рона закрыть створку, но его там не было. Спустившись вниз, мои надежды вновь не оправдались, и там его не было. Кофе, мне срочно нужен кофе. В стальном корпусе кофемашины отразились мои каштановые кудряшки. Со времен войны волосы заметно отросли, но завитки кое-где остались такими же смешными и взбалмошными, как и в детстве. За эти несколько лет утекло много воды.

Гарри Поттер работает аврором, его мечта исполнилась. У них с Джинни появилась уютная квартирка в одном из приватных домов Йоркшира. Джинни тоже какое-то время работала авроркой в министерстве, но потом ушла преподавать в начальную школу маглов. Она всегда говорила: «Эти неугомонные ребятки меня очень забавляют и иногда напоминают времена, когда Фред и Джордж чудили в Норе, устраивая сильную встряску для мамы». После смерти Фреда - Джордж долго не мог прийти в себя. Их знаменитый, и всегда всем поднимающий настроение, магазинчик - временно закрылся, а Джордж уехал в отпуск, в погоне за старой стабильностью в жизни.

«Орден Феникса» стал официальной миротворческой организацией. И некогда небольшой штаб, состоящий из не более, чем пары десятков человек - превратился в огромную компанию с большим количеством сотрудников, несколькими филиалами по всему Лондону, высокими рейтингами и популярностью.

Рон вначале был приглашён в команду «Пушки Педдл», но в какой-то момент квидич ему надоел. Через Гарри ему дали работу в министерстве. Однако, его постоянно переводили из отдела в отдел, так что подолгу он нигде не задерживался. Периодически он ездил в командировки, и привозил разные сувениры, из посещённых стран. Конечно, это были не просто открытки или магнитики. На деревянной полке, покрашенной в глубокий фиолетовый оттенок, стояли довольно редкие корни хвосторога, крылья златовласки, шипучие корнеплоды аралий. В стеклянной баночке, привезенной из поездки в район лесного массива, аккуратно свернутыми, лежали перья феникса.

Но однажды, Рон поехал знакомится с родителями Гермионы, и когда он увидел на холодильнике огромное количество магнитов, привезенных из разных стран - очень удивился такой традиции. Однако после этого стал изредка привозить и такие мелочи. Гермиона очень смеялась, когда Рон, только что приехавший из Австралии, стоял посреди кухни и размахивая руками, эмоционально рассказывал, как посетил первую магловскую ярмарку в жизни.

Когда война закончилась Гермиона захотела вернуть память родителям. Она обратилась к Минерве МакГонагалл за помощью, так как боялась, что действие стирания памяти хоть и обратимо, но заклинание очень сложное и наставничество сильного мага не помешает. Но та порекомендовала обратиться в больницу Святого Мунго. Сейчас Мистер и Миссис Грейнджер живут своей привычной жизнью, частью которой является их дочь.
От сонного взгляда в свое отражение в кофемашине меня отвлек оглушительный стук в дверь. С недовольством я поплотнее укуталась в халат, глянула на часы и обнаружила мужчину в серой, слегка поношенной и глуповато висящей форме, на его правом кармане была вышивка компании.
- Здрасьте, Вы мисс Грейнджер? - промямлил доставщик.
- Да, - я приподняла одну бровь.
- Эт Вам, - он протянул мне букет белоснежных роз. Я натянула улыбку на лицо и коротко кивнула. Долго держать интригу не собиралась, однако в голову закрадывалась мысль, что это цветы совсем не от Рона.
На небольшом квадратике плотным ровным почерком было написано:

"Мисс Грейнджер,

Мне нужно встретиться с Вами. Есть предложение по работе. Все подробности в письме. Будьте добры, если не хотите приходить, отправьте ответную сову.

Д.Л. Малфой„

***

Капелька воды стекает по лбу, блестит на носу, упала. Еще одна. Еще. И еще. Махровое полотенце кораллового цвета коснулось лица.

Мысль о сегодняшней встрече не дает покоя. Я отодвинула душевую шторку с цветочками и встала на махровый коврик мятного цвета. В комнате витал пар.

Зачем Малфою встречаться со мной? Зачем злейшему врагу всей моей юности от меня что-то нужно? Я протянула руку к запотевшему зеркалу и быстрым движением сделала небольшую полоску на нем. Увидела розовые щеки, веснушки и карие глаза.
Абсолютно все наши с ним перепалки, заканчивались жутким осадком на душе. К тому же, в последнем году сожительство в одной башне старост, увы, не прибавило человечности в наши взаимоотношения.
После каждого наезда или ссоры хотелось прижать его к каменной стене и не отпускать, пока его тело не станет бездыханной тряпкой. Стычки, из-за одной должности, были неминуемы.

В один момент в голове возникла мысль отказаться от привилегии быть старостой и просто вернуться к старому образу жизни, спокойной и размеренной грффиндорской гостиной, а не видеть это бледное, надменное лицо врага каждое утро и каждый вечер.

Я гневно отлепила от лица влажные пряди волос и взяла с полочки крем для лица.
А каждая «суббота, семь вечера» мне запомнилась до такой степени, что даже если разбудить меня ночью, я в точной хронологической последовательности опишу все происходящее, на сдаче отчетности, с первого сентября до первого июня. МакГонагалл, как нарочно, ввела эту глупую отчетность, в субботу, в семь, именно тогда, когда на пост старост вышли два злейших врага Хогварца.

***

На наручных часах было 4:48. Меня все еще терзали сомнения, казалось, что я зря пришла. Но отступать было поздно. С минуты на минуту слизеринец должен оказаться тут и будет очень смешно, если увидит убегающую меня из ресторана. Я нервно постучала кончиками пальцев по деревянному столу.

Дверь открылась, мимо меня прошел мужчина, сел. Малфой. Потрепанный, бледный, волосы прилизаны, как всегда. Он приподнял руку. Рядом оказался официант в белоснежно - ослепляющем смокинге.

- Красное вино, стейки из говяжьей вырезки, картофель и овощи, традиционный пудинг из кляра, с подливкой и ростбифом. Обоим, - Голос был тихий, но властный. Он отличался от того голоса, который был раньше.

Когда он был старостой - будто пустозвонил, любил растягивать слова, а в промежутках ухмыляться чисто по-Малфоевски.

Сейчас же, жизнь его потрепала, сил на лишние движения не было. Стал как его отец. Возле него было трудно дышать. Он заполнял собой все пространство и не давал сделать и шагу без своего взгляда на себе. Волнение не давало начать разговор первой. Боже, я прямо как первокурсница, вжавшаяся в угол при виде Северуса Снейпа.
- Здравствуй, - официант по левую руку от него наливает вино. - обойдемся без вступлений, есть предложение от Карен Миллен, - бесцеремонно кладет конверт на стол.
В письме короткими, витиеватыми буквами было написано:

"Здравствуйте. Я Карен Миллен.

У меня к Вам есть предложение по работе. Мой сотрудник мистер Малфой не справляется с работой - ему нужна помощница, „

- Малфой, и не справляется с работой, - я усмехнулась.
Блондин бросил на меня пронзительный и холодный взгляд. Я вновь опустила глаза в письмо.

"Я ознакомилась с Вашим резюме и была вполне довольна. Так же Миссис Нотт, ваша бывшая босс, дала хорошие рекомендации. Рада сообщить, что Ваша кандидатура идеально подходит на эту должность.
Наша компания имеет филиалы во многих городах Европы. В этом году мы запланировали поездку в Германию.
Поэтому к Вашим стандартным обязанностям добавятся: сопровождение мистера Малфоя во время поездки (присутствие на просмотрах и модных показах, работа переводчиком и т.п), информация по датам прилагается ниже, а также дополнительная информация прилагается ниже„.

Нам принесли блюда.
- Знаешь, Малфой, у меня уже было сотрудничество с тобой и мне было несладко, - честно призналась я.
- Я в курсе, - прошипел он. - но, к сожалению, у меня не получилось отговорить Карен и найти другую кандидатку. Повисла длительная пауза.
- У меня будет время подумать? - спросила я, поковырявшись какое-то время в ростбифе, аппетита как-то не было.
- До вечера, - слизеринец аккуратно вытер губы салфеткой. - вечером дай ответ.
Малфой вновь подозвал официанта. Заплатил за двоих и коротко кивнув, скорее в пространство, чем мне, вышел из ресторана. Немного переждав, я покинула заведение и свернув за угол, трансгрессировала домой.

***

Темно. Странно, а ведь в это время Рон уже дома, может все-таки что-то случилось? На секунду призадумалась и попыталась вспомнить, может он говорило каких-то отъездах. Ничего не пришло в голову. Поэтому я кинула немного серо-фиолетового порошка в камин. Загорелось голубое пламя, а через секунду из огня выглянула женщина. Ее кудри слегка колыхались, будто от ветерка, а на лице была скорее гримаса, чем улыбка.
- Привет Мэгги, Рон был сегодня в Министерстве? - я кинула сумочку на диван и начала собирать волосы в пучок.
- Рон? - Мэгги усмехнулась, - Рон уехал сегодня рано утром, разве он тебе не говорил? Его отправили по делам, - и увидев мой взгляд, добавила. - в Министерстве уже давно запланировали эту поездку.
- Спасибо Мэгги. - теперь была моя очередь сделать гримасу.

Огонь потух.

Все эмоции сейчас сводились к единственному вопросу - какого Мерлина Рон не сказал, что уезжает. Обычно он всегда рассказывал мне о своих поездках, о срочных делах или даже о чем-то невероятно экстренном. Если он не удосужился меня предупредить о запланированной поездке, то это безумно странно.

В последнее время, признаться честно, у нас ним было не все гладко. Мы часто ссорились, случались стычки. То ты опоздала, то ужин не тот, то ты что-то забыла, то одета не так. Конечно, у всех пар в какой-то момент происходит кризисный период в отношениях, когда хочется послать все куда подальше. Но периодически я начала ловить себя на мысли, что пытаюсь вспомнить о том, почему я вообще с ним начала встречаться. Я даже невольно начала его сравнивать с Виктором Крамом, и даже Кормаком, упаси боже. Виктор тоже был не самым приятным человеком, хотя иногда был достаточно обходительным, но очень часто молчал, не хотел открывать свою душу, он не был холодным, нет - просто был черствым. К тому же у него были постоянные спортивные тренировки, бесконечный квидич, который я стала просто не переносить всей душой. Помню, как вчера: «Прости, ребята ждут, квидич». А я не жду? А после того, как возвращался с поля - сразу заваливался спать, какие уж там разговоры. Иногда мы переписываемся, но была ли у него девушка он не говорил. В газетах был как-то заголовок «Виктор Крам нашел новую спутницу!». Тогда было как-то не до того, и я просто отбросила газету в сторону, к тому же, никогда не стоит верить желтой прессе, это мы все поняли еще во времена войны.

Я вновь задумалась о Малфое и о том, что, наверное, хотела бы поработать в Германии. Такая возможность, сотрудничать с самыми лучшими людьми, выпадает не часто и странно будет, если я откажусь только из соображений гордости. Конечно, мне бы не хотелось находится под покровительством злейшего врага. Ведь получается, что он будет моим начальником. Но это всего один год?

Помню, как Гарри и Рон рвали и метали, узнав, что я буду делить башню старост с Малфоем. Как-то мне даже пришлось остановить их, почти у двери Дамблдора, чтобы они не отдали место старосты какой-то девочке с Когтеврана, не предупредив об этом меня. А однажды, после нашей очередной стычки с хорьком, о которой узнал Рон, Малфой вновь получил в нос. Рон подкараулил слизеринца около выхода из башни старост и с размаху врезал ему по лицу. МакГонагалл меня чуть за это не прожгла своим взглядом, когда я стояла у нее в кабинете и глупо смотрела в каменный пол, рисуя на нем какие-то буквы носком ботинка. А после того, как мадам Помфри вставила Малфою нос на место, и он вернулся в нашу гостиную - взаимоотношения, строившиеся на максимально возможном игнорировании друг друга, совсем испортились.

Но сейчас он изменился и, возможно, не станет вести себя как маленький ребенок, да и к тому же, некому теперь исподтишка давать в его наглую морду. Только если не мне, как на третьем курсе. Я усмехнулась. Да...

Замерев на пару секунд, я медленно протянула руку к серо-фиолетовому порошку и кинула его в камин.

Вновь голубое пламя.

Кудри Мэгги и ее раздражающая улыбка.
- Грейнджер, - Мэгги недовольно протянула мое имя.
- Соедини меня с отделом по увольнениям, - быстро кинула я.
- Ты же знаешь, что эта информация конфиденциальна и посторонним ее не дают. Хватит геройствовать, теперь в Министерстве есть порядки и чужие носы в их делах совсем не уместны, - она поправила локоны.
- Мэгги, я хочу подать заявку на увольнение, - я вновь усмехнулась.
Секунда, и голубой огонь стал лиловым, а вместо Мэг появился мужчина в возрасте восьмидесяти, с весьма удручающим видом, слегка выпуклыми глазами, седой бородкой и в сатиновой мантии. Он сосредоточено читал какой-то посредственный журнал про скандалы волшебного мира.
- Мистер Браун, отдел увольнений... - монотонно произнес старик, даже не взглянув в мою сторону.
- Гермиона Грейнджер, хочу написать заявление об увольнении, - живо произнесла я.
- Хорошо... через пять минут к вам доставят письмо, заполните все графы и отдадите сове... - также тихо и монотонно произнес Мистер Браун. Через пару секунд комнату перестал заливать лиловый свет и все опять погрузилось во тьму.

***

Заполняя графы, сипуха Министерства с белой мордашкой и медно-голубыми перьями на крыльях, внимательно и с любопытством следила за мной, потом протянула лапку, дождалась, пока в черном мешочке окажется галлеон, и с письмом скрылась в ночном небе.

Как только я закрыла окно, то сразу достала из винтажного шкафа, со стеклянными вставками, пергамент и перо. Написала всего два слова, аккуратно упаковала и направилась в соседнюю комнату, чтобы отправить письмо в поместье Малфоев. Сова открыла один глаз и негромко ухнула в качестве приветствия. Я протянула руку с крекером, угостила птицу и выпустила за окно с конвертом на лапке. Опершись о раму, я проследила за маленькой точкой и зябко вздрогнув пошла спать.

Возможно я пожалею о своем решении, возможно. Но это будет когда-нибудь потом, не сейчас.

***

На оконный карниз уселась белоснежная сова. Эльф поднял голову, отчего большие уши затрепетали, а янтарные глаза заблестели вдвое сильней от света лампы, свисающей так низко с потолка, что она буквально доставала тому до макушки. Эльф аккуратно открыл окно, отчего весь старый пергамент на полу, который, по каким-то причинам, казался ему невероятно нужным, зашевелился и зашуршал, словно трава около реки в ясный летний день.

Сова подала лапку существу в белых плёнках. Как только письмо оказалось в тонких серых руках у эльфа, птица расправила крылья и через маленькое окошко стремительно вылетела в небо.

Драко сидел в своем кабинете, в одной из многочисленных комнат поместья Малфоев. Пергамент перед ним лежал ровными стопками, он выписывал что-то из книги, которая стояла в их домашней библиотеке нетронутой уже много лет. Многие из остальных помещений пустовали, в некоторых был толстый слой пыли и наглухо закрытые, тяжелые атласные шторы. Из-за отсутствия света, там был холод и мрак.

На третьем этаже огромного дома, вообще почти никого и никогда не бывало, а узкие витиеватые коридоры, резные двери от пола до потолка, были нетронуты со времен войны. Тогда, в тех комнатах, только Воландеморт собирал пожирателей, или в гостиной, где стоял длинный дубовый стол, покрытый лаком.

Много раз Нарцисса пыталась привести в порядок все помещения, но в какой-то момент у нее опустились руки. Драко иногда было искренне жаль мать. Раньше она была полна жизни, в ее глазах горел огонь. Но постепенно ее чувства иссякли. И к мужу, и к сыну. Она потеряла себя, ее внутренний стержень был сломлен. Когда Белатрисса сбежала из Азкабана и пришла к ним в дом - Нарцисса начала сходить с ума. А когда пожиратели собирались в поместье - ей было уже совсем все равно. Только однажды она призналась Драко, что верила в Поттера и его друзей. Ее вера, что однажды все закончится, давала небольшую, но такую отрезвляющую, каплю сил. Сейчас леди Малфой уже не та, что была давным-давно. Много времени она пыталась прийти в себя, а сначала и вовсе плыла по течению.

После того, как Люциуса посадили в Азкабан - Нарцисса уехала. Периодически Драко пишет ей, спрашивает про новый маленький домик, который она купила себе на берегу озерца, в какой-то глубинке. Много раз он обещал матери приехать, но так и не выполнил обещание. Он не хотел нарушать ее идиллию, спокойствие. Каждое новое письмо от нее - наполнено чем-то безопасным. Возможно, он не приехал, потому что побоялся сделать матери больно. Да, ведь Драко очень похож на отца, а мать его ненавидит.

Младший Малфой иногда и правда видит в зеркале не себя, а Люциуса. Такие же холодные, безжизненные глаза. Такая же улыбка, одними губами, та же маска на лице. Маска непоколебимости и... отвращения, ко всем, даже к себе, к отцу, к этому дому.

В кабинет постучали. Это был домовой эльф. Он протянул письмо и моментально скрылся в дверях.
В конверте, на небольшом прямоугольнике пергамента, было написано тонким идеально ровным почерком, какой могла иметь только Грейнджер:

" Я согласна. „

Малфой скривился от этих слов и небрежно отбросил письмо в сторону.
Устало протерев переносицу, он вздохнул и тихо прошептал: «Будет весело...».