Когда смотришь сердцем

Драко мерил шагами гостиную уже второй час. С тех пор, как Блейз наконец сказал ему, что да, уже закат. А потом — да, солнце уже село. А потом... а потом он просто ходил как маятник и ругался сквозь зубы. И никакие уговоры Блейза успокоиться, выпить, прогуляться, почитать, остыть не помогали. И когда прошло уже часа три после заката и Блейз заразился настроением Драко и сам стал волноваться, не случилось ли чего, в холле раздался характерный хлопок, и на лестнице послышались сначала странные звуки, а потом торопливые легкие шаги.

Драко остановился, прислушиваясь. У него отлегло от сердца. Она здесь, она вернулась! А он так боялся... Боялся, да, но еще больше он теперь злился. Он был просто в ярости за то, что еще минуту назад так боялся не услышать этих шагов на лестнице своего дома.

Гермиона легко взбежала по лестнице и замерла на последней ступеньке. Она явно не ожидала, что ее будут встречать с таким зверским выражением лица.

— В-веселого Рождества! — ее голос испуганно дрогнул, когда Драко сделал шаг в ее сторону. Она помимо воли отступила. — Что-то случилось?

Она повернулась в сторону Блейза и поставила сумки на пол, стягивая перчатки и начиная расстегивать пальто.

— Где ты была?! — Драко не говорил, а рычал.

— В Норе, конечно. И в Лондоне. А что?

— Ты обещала быть на закате, а он давно отгорел! Ты опоздала! — столько ярости, как будто она убила кого-то по дороге и только что попросила их помочь припрятать труп в его саду.

— Что происходит? — она уже смотрела на Блейза, пытаясь понять причину такого приема. Ну, в самом деле, не потому же он такой злой, что она задержалась? Сегодня у нее еще выходной, и она вполне могла себе это позволить, хотя и понимала, что обещала вернуться раньше.

Забини попытался разрядить обстановку.

— Наш гостеприимный — он сделал акцент на том слове, стараясь отрезвить Драко — хозяин не любит, когда опаздывают к ужину, видимо. Когда он голодный — он становится злым. А еще он соскучился, — Блейз ухмыльнулся.

— Да уж, я вижу! — она подошла к огню и протянула ладони, чтобы согреть их. — А на улице такая метель, ступеньки совсем замело. Надо бы наложить заклятье, а то завтра не выберемся из дому. А мне так хотелось бы погулять по саду, он такой красивый в снегу. Слепить снежную бабу...

— Кого? — Драко даже забыл, что сердится и с недоумением повернулся на голос Гермионы.

— Снежную бабу. Волшебники лепят из снега ведьм и колдунов и надевают им островерхие шляпы. А магглы лепят снеговиков и снежных баб, и надевают на них, что хочется. В этом и вся прелесть — она засмеялась, глядя на их удивленные лица. — Но это будет завтра. А сейчас, если наш гостеприимный — она тоже сделала акцент на этом слове, чем вызвала ухмылку у Блейза — хозяин уже успокоился и перестал на меня рычать, я подарю вам подарки. Только переоденусь. А то я жутко замерзла и промокла, пока пробиралась от ворот сюда.

— А чего тебе понадобилось тащиться от ворот? — Драко удивленно поднял брови. — Не могла сразу в дом трансгрессировать?

— Мне до ужаса нравится снег, и захотелось посмотреть на поместье в метель. Ну, и не рассчитала сил, да еще с сумками. Спасибо твоему домовику, он как-то понял, что я там, и вытащил меня из сугроба, — она засмеялась.

Драко порадовался про себя: если бы он не приказал домовикам просматривать территорию парка на всякий случай — она бы совсем закоченела там.

— Сумасшедшая девчонка, — он нахмурился. — Еще мне болезней тут не хватало! — и вспомнив ее давние слова, добавил: — Я не стану давать тебе поблажек из-за простуды!

Она засмеялась снова. И убежала к себе переодеваться. А он стоял и все прислушивался, впитывая в себя ее смех, ее голос, запах, который она принесла с собой, такой странный, несовместимый — запах мороза и жасмина, зимы и лета разом...

— Да, дружище, ты пропал, — тихо проговорил Забини.

Драко опомнился и опустил голову. Вся его ярость улетучилась, и сейчас он только и думал: понравится ли ей его подарок и как жаль, что он не увидит ее лица в тот момент, когда она его откроет. Он ведь еще никогда ей ничего не дарил.

Гермиона быстро переоделась в джинсы и темно-зеленую блузку, распустила волосы, чтобы те подсохли, и взяла подарки. Она улыбалась. У нее получилось не отвечать на его рычание и усмирить бурю. И это радовало потому, что у нее было отличное настроение и она просто не могла позволить кому-то испортить этот вечер. Спустившись, она нашла друзей на диване у камина.

— Сначала хозяину! Сиди тихо и не шевелись, Малфой! — она подключила к плееру большие наушники, запустила музыку, проверила громкость, чтобы было комфортно слушать, и подошла к Драко.

— Не шевелись, — еще раз попросила она. И аккуратно надела ему на голову наушники. Он сначала не понял, что она делает, и схватился за наушник рукой, но потом замер, прислушиваясь. В наушниках играла ее любимая песня, та самая, что он уже однажды слушал у нее в плеере. Но теперь это был совсем другой звук, четкий и глубокий, в котором, казалось, можно утонуть. И он заслушался, даже забыв поблагодарить ее за подарок.

Видя, что он не обращает на них никакого внимания, она повернулась в Забини и тихо спросила.

— Как он?

Блейз удивленно посмотрел на нее.

— Он не слышит нас, он слушает песню. И пока она играет, можно говорить свободно.

Он понимающе кивнул.

— Все нормально. Только очень злился, что ты опаздываешь. Я уже думал, что он тебя стукнет, когда ты появишься.

— Ничего, — она улыбнулась. — Помнится, в начале моей работы у него он хотел превратить меня в сороконожку.

Забини удивленно посмотрел на нее, но она только отмахнулась.

— У меня и для тебя есть подарок. Я подумала, что тебе будет интересно узнать, что это такое у Малфоя, и купила портативный плеер и вакуумные наушники. Позже, если тебе понравится, я подскажу, где выбрать такие наушники, как у него, или другие.

Она протянула ему коробку. Он удивленно повертел ее в руках, кашлянул.

— Я не умею...

— О, тут все просто, — она распечатала коробку, показала, как включать и как надевать наушники. — Я не знала, какой стиль ты предпочитаешь в музыке, поэтому у тебя то же, что и у Малфоя. Потом покажу где покупать музыку в Лондоне и как заряжать.

— Спасибо! Не ожидал, если честно. Приятно.

— Мне тоже. Веселого Рождества!

У Драко закончилась песня, и он снял наушники с головы. У него был слегка обалдевший вид.

— Гермиона... Спасибо... Это... это... просто великолепно! Там такой звук! Блейз, ты должен это попробовать!

— Обязательно, потому что мне подарили почти такой же плеер, как и у тебя, только наушники у меня вак...ваки... Грейнджер, как называются мои наушники? — Блейз повернулся к ней и замер. Она смотрела на Драко и ее взгляд... Она даже не слышала, что Блейз звал ее. Потому что Драко только что впервые назвал ее по имени. Так просто. И это было так... так приятно. Ее имя, произнесенное его голосом. Драко тоже повернулся в ее сторону.

— Что-то случилось? — спросил он удивленно, слыша, что она не отвечает Блейзу.

Она вздрогнула, обхватывая себя руками.

— Прости, что ты спросил? — она повернулась к Блейзу и наткнулась на внимательный изучающий взгляд, который он тут же отвел.

— Как называются мои наушники? — повторил Забини.

— Вакуумные.

— Ах, да. Вот именно так они и называются, — засмеялся Забини, и Драко, поняв, что друг не может повторить это слово, захохотал следом. Гермиона держалась, но глядя, как парни хохочут, тоже не выдержала и рассмеялась. Напряжение спало, стало легче. Отсмеявшись, Драко повернулся в сторону Гермионы.

— Теперь наша очередь дарить тебе подарки. Ты готова?

— Я обожаю получать подарки, — она протянула к ним руки и снова засмеялась.

— Блейз! — Драко повернулся к другу.

— Секунду! — Забини вышел из комнаты.

Драко сразу повернулся к Гермионе.

— Ты удивила меня, я просто в шоке! Спасибо. Это потрясающий подарок.

— Я рада, что тебе нравится, — она присела рядом с ним. — Там не только музыка. Я привезла несколько аудиокниг, подумала, что тебе это может понравиться тоже. И потом можно будет купить еще. Только скажешь, в каком жанре ты хочешь. Ты сможешь их слушать, когда меня не будет рядом и некому будет тебе читать. Я покажу, как выбирать музыку или книги.

Драко напрягся.

— Ты куда-то собралась? — в голосе зазвенело напряжение... страх?

— Нет, я имела в виду, когда я работаю в библиотеке, к примеру. Или перед сном...

— А, — он выдохнул с заметным облегчением. — Понятно. Почему ты так задержалась? — голос дрогнул, но прежней злости уже в нем не было. — Я уже подумал, что ты решила не возвращаться.

— А ты бы расстроился? — она явно улыбалась и дразнила его.

— Я бы разозлился, озверел и отправился в Нору за тобой!

— Ой, мне уже страшно! — Гермиона рассмеялась, представив себе удивленные лица всех Уизли вместе и Поттера в придачу, если бы Драко действительно ринулся в Нору за ней.

Вернулся Забини, левитируя перед собой несколько больших и маленьких упакованных пакетов и складывая их на стол перед Гермионой.

— Ну давай, показывай нам, как ты любишь подарки, — он улыбался, а Драко вдруг стал напряженным и занервничал. Гермиона удивилась — с чего вдруг? Боится, что подарок не понравится? Она развязала ленту на самой маленькой коробке, открыла и увидела красивый серебряный браслет. Он лежал, скрученный тонкой змейкой, но стоило ей достать его, как змейка легко скользнула на руку девушки, обвив кисть спиралью. Гермиона тихонько охнула, а Драко сразу потянулся к ней.

— Что? Что случилось? — его голос был полон тревоги и испуга за нее.

— Все хорошо..., наверное. Просто эта змейка как живая. И я испугалась.

У Драко отлегло от сердца. Он уже успел придумать себе все самое страшное, правда, до конца так и не оформившееся во что-то адекватное.

— Это амулет. Носи его не снимая, он напитается твоей энергией, и ты всегда будешь знать, если тебе лгут или пытаются околдовать. Конечно, от черной магии он не спасет, но простенькие заклятья или зелья, типа приворотного или сыворотки правды, он узнает. Ну и ложь, однозначно. Когда все хорошо — глаза змейки изумрудные. А когда что-то не так — рубиновые. Чтобы снять браслет с руки, надо прижать головку змейки к руке, и она сползет в ладонь. Но лучше не снимай, пожалуйста.

— Она красивая. Змея... Я уже было подумала, что вы меня в Слизерин переманиваете, — она ухмыльнулась, почти как Драко. — Спасибо. Мне нравится. И спокойнее, когда знаешь, что можешь различать, где правда, а где ложь. А ты не боишься, что теперь я всегда буду знать, когда ты мне врешь?

— А какой мне смысл тебе врать?

— А когда ты отлыниваешь от занятий под видом того, что не выспался или голова у тебя болит, а сам потом отжимаешься до чертиков в глазах?

Он вдруг вспыхнул и закашлялся, а она поняла, что проболталась. Потому что откуда ей было бы знать, чем он там занимается в своей комнате, когда отказывается от уроков и почти убегает к себе? Но она знала. Потому что подсмотрела как-то, пусть и случайно. Дверь осталась приоткрытой...

Забини молча переводил взгляд с одного на другого. Какие же они милые и наивные, особенно она. Ведь ежу понятно, что Драко сгоняет физической нагрузкой сексуальное напряжение, а с уроков уходит потому, что понимает: может не сдержаться и боится, что она заметит его возбуждение. Мужчинам это намного сложнее скрыть, чем женщинам. Тем более, что он-то сам себя не видит и не контролирует процесс... Надо спасать ситуацию.

— Ну, это только один подарок, что ж мы зависли. Ты еще мой не открыла, Гермиона!

Она с облегчением повернулась к нему.

— Да? А какой твой?

Он достал из кучи пакетов еще одну коробочку и подал ей с деланным поклоном.

— Вам, леди.

Она развязала ленту и открыла коробку. Внутри лежали серьги и кулон на тонкой цепочке. Тоже из серебра, серьги были выполнены в форме змеи с открытой пастью, но змея была с крыльями и немного напоминала дракона. Глаза были изумрудные. И такой же кулон-подвеска свешивался с тонкой ниточки — цепочки, почти незаметной в руках.

— Я выбрал полузмею-полудракона, чтобы твои друзья не очень ругались на тебя, — Блейз улыбнулся ей открыто и с пониманием.

— Спасибо, — Гермиона была ошеломлена такими подарками. Она явно не ожидала ни такой щедрости дарителей, ни такого внимания к своей особе. — Они очень красивые, — она надела серьги и застегнула на шее цепочку. Дракончик-змейка уютно устроился на груди. — А что в остальных коробках?

— О, это Драко никак не мог выбрать тебе подарок и потому купил все, из чего поначалу хотел что-то выбрать.

Драко рыкнул в сторону друга, но ничего не сказал, только смущенно улыбнулся.

— Открой, — попросил он. — Я надеюсь, что тебе понравится.

Гермиона начала распаковывать оставшиеся несколько пакетов. В первом был очень красивый кожаный блокнот-ежедневник с разными магическими картинками на каждой странице. На одной пролетала сова, на другой проявлялась и исчезала каждый раз новая надпись — какие-то пословицы и поговорки о магии. На третьей вспыхивал огнем феникс. На четвертой из леса медленно выступал единорог. И так далее. К блокноту в комплекте шло красивое перо золотого фазана. Гермиона была в восторге.

— Драко, это так прекрасно! — она не удержалась и махнула длинным пером по кончику его носа, рассмеявшись, когда он его сморщил.

Он почесал нос, поняв, что она открыла блокнот, и с серьезной миной заявил:

— Я подумал, что ты сможешь в нем планировать наше расписание дольше, чем на один день, как мы делали раньше. Так удобнее.

— О, какой ты предусмотрительный. Я это учту на будущее, — так же серьезно ответила она и, не удержавшись, рассмеялась. Он тоже посмеивался, изо всех сил стараясь не показать, что заметил, как она только что назвала его по имени.

— Итак, последний пакет, самый тяжелый! — провозгласил Забини голосом продавца на распродаже. — Давай, Гермиона! Я весь в предвкушении!

Она с опаской начала разворачивать последний пакет и онемела. Книги! Да какие! Три старинных, просто древних фолианта лежали перед ней на столе. И все они были полны нового, еще непрочитанного, неизведанного, неизученного, непознанного... Она перестала дышать, открывая верхнюю и забывая, где она, с кем она. «История древних заклятий», — гласило название книги. Она успела прочитать несколько первых абзацев, когда хохот, раздавшийся над ее головой, отвлек ее от чтения. Она подняла глаза, еще не вполне вернувшись в этот мир из мира книжного и увидела, что Забини просто сползает на пол от гомерического хохота, а Драко, ничего не понимая, встал и шагнул к столу, пытаясь понять, что происходит. Она с сожалением закрыла книгу, поднялась и взяла Драко за руку. Он слегка вздрогнул, но тут же ухватился за ее пальцы.

— Что с ним?

— Это у него такая реакция на то, что я увидела эти книги и забыла обо всем на свете, — она с сожалением вздохнула, понимая, что сейчас почитать не удастся.

Он истолковал этот вздох по-своему.

— Тебе не понравилось?

Она повернулась к нему и сжала его руку крепче.

— Драко, это лучший подарок. Это дает нам надежду. Я не знаю, где ты достал эти книги, но таких я нигде не видела. Я почти все перерыла в твоей библиотеке, и ничего. Я уже думала писать Дамблдору, спрашивать его о книгах, но ты... ты сам нашел. Или тебе помог Забини, но в любом случае — это замечательно. Это лучший подарок из всех, правда!

— Я жуткий эгоист, Гермиона! Я, конечно, подозревал, что тебе понравится этот подарок, это же книги, это твой наркотик, но о себе я тоже думал и тоже надеялся... Ну, не то что бы, но вдруг ниточка какая. Даже просто любопытно...

— Не смей! Не смей не верить, понятно?! — она стукнула его кулачками в грудь. — Не смей не верить, что у нас получится! — она схватила Драко за плечи и попыталась встряхнуть, но силенок хватило лишь на то, чтобы толкнуть его на диван. Он не удержался на ногах, но, вскрикнув и схватившись за локоть, сразу же с криком вскочил, а с дивана раздалось шипение.

— Что это?! — он повернулся к Блейзу, ничего не понимая. — Что это было?

Гермиона испугалась.

— Прости, пожалуйста. Только не злись. Я сейчас все залечу.

— Да скажет мне кто-нибудь, что это было?!

— Это мой кот. Малфой, прости, но я так соскучилась по нему, и он не отходил от меня все время, пока я была в Норе. Я подумала: у тебя же столько места и он совсем не будет мешать тебе. Я никак не ожидала, что он полезет сюда, обычно он не идет к незнакомым людям. — Живоглот, брысь отсюда, бессовестный кот! — в голосе Гермионы уже чувствовались слезы. Она взяла Драко за руку и быстро залечила глубокие царапины, которые оставил ее кот.

— Так! Отставить слезы! Гермиона! — Блейз приобнял девушку за плечи. — Это всего лишь еще одна пушистая подушка в поместье Малфоя. Никому он не помешает. Просто это получилось несколько неожиданно, — он улыбнулся ей, успокаивая, пока Драко переваривал услышанное, и перешел на заговорщический шепот: — Поскольку мы тебя ждали долго, то очень проголодались. И теперь самое время...

Гермиона судорожно вздохнула и выпрямилась, аккуратно освободившись от рук Забини.

— Ты прав. Простите меня. Спасибо вам обоим за такие прекрасные подарки. Вы замечательные! Драко... если ты... в общем, тебе стоит только сказать, и я отправлю Живоглота назад в Нору, — опустив голову, она ушла в сторону столовой, распорядиться об ужине.

— Дружище, ты как? — Блейз подошел к Драко и хлопнул его ладонью по плечу. Драко вздрогнул и затряс головой.

— Я... Я не знаю, Блейз. Слишком много всего сегодня. Наверное, мне надо выпить. Но я не хочу коньяка, — он щелкнул пальцами, и в гостиной появился домовик. — Подай к ужину сладкого вина из подвалов отца.

Домовик кивнул и исчез.

— Ей должно понравиться, как думаешь?

— Хочешь ее напоить?

— Нет, с чего ты... — Драко вдруг замолчал и задумался, а Блейз рассмеялся.

— Не нужно, друг. Она заслуживает другого.

— Да я знаю, но я сам, сам боюсь, понимаешь? Ты заметил хоть что-то?

— О, я много чего заметил. И тебе вовсе не стоит переживать — она явно неравнодушна к тебе. Так что реши свои проблемы с этикой и моралью и вперед. Она ждет тебя, явно. И озвучь свое решение с котом, а то у нее такое лицо...

— Да кот — это самое малое, что я могу сделать для нее! А вот остальное... Легко сказать. Как я могу заставлять ее жить с кротом?

— Хм, как по мне, так хорек тебе больше подходил, — Драко грустно усмехнулся, вспоминая, за что ему дали эту кличку гриффиндорцы. — Хорек изворотливый и хитрый. А ты сейчас какой-то... кролик скорее. Ты же никогда не был трусом, друг?

— Ну, вот. Теперь как-то так... — он запустил пальцы в волосы, стаскивая резинку и растрепав их окончательно. — Я не боюсь услышать «нет». Я боюсь, что она с этой своей гриффиндорской честью не сможет уйти, когда поймет, что ничего не выйдет и я так навсегда и останусь слепым. А быть вечной сиделкой и жить со мной из жалости... Я такого не хочу. Не смогу вынести. И тогда точно забью на все обещания Северусу.

Забини приобнял друга за плечи.

— Давай-ка мы сейчас забудем о грустном и составим девушке компанию за ужином. А что делать дальше — подумаем потом. А то она возьмет и подслушает нас так же, как подсматривала за тобой, когда ты сбегал от нее и утешал себя бесконечными отжиманиями, — он хихикнул.

— Что?.. — Драко растерянно повернулся к другу.

— А ты как думал — откуда она узнала, что ты врал о том, что у тебя башка твоя тупая болит, а сам качался до потери сознания?

— Блин! — Драко закусил нижнюю губу. — Вот это да, я и не обратил внимания тогда на ее слова, думал, как теперь буду выкручиваться с этим браслетом. А оно вот что...

— А то! Двери закрывать надо, друг мой. Хорошо еще, что ты отжимался, а не... снимал свое напряжение другими способами, вот это было бы зрелище, — Забини захохотал и потащил обалдевшего от всех этих новостей Драко за собой. — Пошли, а то ей придется топать сюда за нами, а это уже перебор.

— Да, пошли, — Драко наконец собрался и взял себя в руки. Собрал волосы в хвост, и друзья отправились в столовую.