...

В пяти метрах от меня -
Да, только так он может идти,
В любом случае со мной нельзя.
Он может на меня смотреть, а я на него - нет,
Даже улыбнуться ему опасно.
Я знаю,
Это ваши традиции.
Это ваш мир,
Тем не менее, я хочу делать то, что нравится мне,
Но это...

Запрещено. Всё это запрещено...
Но я люблю его,
Я не отступлю, потому что я такая.
Но любовь запрещена,
Всё запрещено....

Verboten (оригинал LaFee)

Гермиона отчаянно пыталась не зевнуть и сосредоточиться на словах Нарциссы, но бессонная ночь давала о себе знать. Нервное состояние и усталость усугублялись и отрицательным воздействием фамильного кольца Лестрейнджей. Тем временем Нарцисса продолжала что-то рассказывать, ведя девушку все дальше по саду. После завтрака тетя предложила отправиться на прогулку и Гермиона, не задумываясь, согласилась. Все лучше, чем сидеть в полупустом доме и думать о возвращении Лорда, который обещал привести пару маглов, чтобы Гермиона могла доказать ему свою верность. Он, конечно, не сказал этого прямо, но довольно прозрачно намекнул, что от нее потребуется.

— На самом деле, я бы хотела поговорить с тобой о Драко, — эта фраза резко выдернула Гермиону из полусонного состояния. 

— Что? — нахмурилась Гермиона. Зачем миссис Малфой было обсуждать Драко с ней? 

— Как ты к нему относишься? — спросила Нарцисса. Глаза Гермионы полезли на лоб. 

— Миссис Малфой, я... 

— Нет-нет, не в том смысле, — улыбнулась женщина. — Я имею в виду, что ты активно пытаешься показать свое презрение к нему, и мне интересно, действительно ли ты так думаешь о моем сыне. 

Это был сложный вопрос. С одной стороны, они с Драко договорились скрывать свою дружбу от Лорда, а Гермиона не была уверена, может ли она доверять Нарциссе. С другой, вряд ли любящая мать сделает что-то, что может навредить ее сыну. К тому же, Гермиона практически доверилась Люциусу, и как ей показалось, Малфой-старший был почти готов перейти на другую сторону или хотя бы поддерживать Гермиону. 

— Миссис Малфой... 

— Называй меня Нарцисса. 

— Хорошо, Нарцисса, мы находимся сейчас в сложной ситуации. И я, и моя мать, и ваша семья. Я не хочу поставить никого под удар, если что-то случится. Не хочу, чтобы кто-то вынужден был расплачиваться за мои ошибки. Понимаете, о чем я? 

— Не хочешь ли ты сказать, что пытаешься своим поведением оградить Драко от неприятностей? 

— В некотором роде. Не хочу вмешивать его. Ваш сын и так многое пережил в прошлом году, — услышав это, Нарцисса вздрогнула. 

— И что ты знаешь о произошедшем? — спросила она. 

— Я подруга Гарри Поттера, который с детства находился в самой гуще событий, — усмехнулась Гермиона. — Так что могу сказать, что знаю всю историю в подробностях, вплоть до количества Пожирателей, проникших в школу, и до Непреложного обета, который вы взяли с профессора Снейпа. 

— Не знала, что дети в наше время такие информированные, — удивленно сказала миссис Малфой. 

— Это наша работа, как друзей Гарри. 

— Ты говоришь о вашей дружбе в настоящем времени, хотя совсем недавно утверждала, что Поттер тебя предал, — заметила Нарцисса. 

— Это просто привычка, — быстро ответила Гермиона. Слишком быстро, чтобы слова прозвучали правдиво. 

— Знаешь, ты можешь доверять Драко. Что-то подсказывает мне, что вы на одной стороне, — скорость, с которой миссис Малфой перескакивала с одной темы на другую, приводила Гермиону в замешательство. Сама она не умела так быстро переключаться. Да и слова Нарциссы звучали странно. «На одной стороне». Значит ли это, что женщина намекала на то, что они оба не поддерживают Лорда? 

— Я знаю это, однако легилименцию никто не отменял, — осторожно сказала Гермиона. 

— Пора возвращаться, — ответила Нарцисса и повернула к дому. Весь путь они проделали молча. 

*** 

Драко снова пробирается через холодный, липкий туман... Воздух настолько густой, что дышать практически невозможно, а нереальная тишина поглощает окружающие звуки. Но он все равно упорно движется вперед. Драко уверен, что, если он выберется из этой белой мглы, то узнает... Как и в прошлые разы, туман внезапно исчезает, и Малфой обнаруживает себя в незнакомой комнате. Слизеринец осматривается, пытаясь понять, где он, и видит Гермиону, сидящую на ковре у камина, и самого себя, нервно расхаживающего перед ней. 

— Это невероятно! Вот, значит, чем ты занималась все это время! — громко говорил другой Драко. — Но не думаешь же ты, что справишься в одиночку? А я не стану тебе помогать, даже не проси! Это безумие! Как тебе только в голову могло прийти...? 

— Драко, пожалуйста, — перебивает его Гермиона. Ее голос звучит тихо и надломлено. — Мне и правда не справиться одной. Если ты откажешься, я, конечно, пойду и попытаюсь сделать все сама, я уже слишком далеко зашла, но я прошу тебя... Ты... ты ведь говорил, что на моей стороне, помнишь? Неужели ты соврал? 

Туман поглотил комнату прежде, чем Драко услышал ответ себя из сна, но он был уверен, что согласился. Когда тебя так просят, сложно отказаться. И все же интересно, о чем она его просила? Додумать эту мысль он не успел, следующая сцена, неожиданно появившаяся перед глазами Малфоя, ошеломила его. Это снова была Гермиона. Бледная, неподвижная, в грязной, запачканной кровью одежде и мертвая. Определенно мертвая. Стеклянные глаза безжизненно смотрели в потолок Большого зала Хогвартса, а рот удивленно приоткрыт. 

— Нет! — закричал Драко и проснулся. 

Тяжело дыша, Малфой сел на кровати и зажег свет на конце волшебной палочки. Похожий сон уже снился ему в канун начала учебного года, и самым страшным было то, что он исполнялся. Драко уже видел две сцены из того видения и был совершенно уверен, что увидит и остальные. Но сегодняшний сон испугал Драко. Гермиона должна погибнуть? Он просто не хотел в это верить. А что, если эти видения посланы ему, чтобы предупредить? Может быть, он еще сможет все изменить, и тогда Гермиона не умрет?  

Но прежде всего он должен был понять природу этих снов, а для этого ему нужна была информация. Поэтому сразу после завтрака, на котором Драко внимательно следил за Гермионой, наплевав на все ее предупреждения насчет Лорда, он отправился в библиотеку. 

Запах пыльных фолиантов немного успокоил Драко. В семейной библиотеке Малфоев было практически все. Проблема состояла лишь в том, что Драко не знал, что именно ему нужно. Призвав всевозможные книги, содержащие информацию о вещих снах, Драко зарылся в них и даже не заметил, что прошло около двух часов. Очнулся он только от голосов одного из домовых эльфов поместья и Гермионы, доносившихся из-за нескольких стеллажей. 

— Хозяин приказал отдать вам это, — пропищал домовик. 

— Спасибо, Тинки, — ответила Гермиона. — Передай Люциусу мою благодарность. 

— Тинки сделает, мисс. 

Послышался хлопок и приближающиеся шаги. Через несколько секунд, за которые Драко чудом успел собрать книги и запихнуть их под стол, Гермиона появилась перед ним. 

— Малфой? Что ты здесь делаешь? 

— Это библиотека, Грейнджер. Вероятно, я здесь читаю, — ответил Драко. Его разозлило то, что у Гермионы с его отцом были какие-то тайны. Судя по тому, как Гермиона нервно спрятала что-то в кармане, едва завидев его, она явно что-то скрывала. И то, что она назвала отца Люциусом, тоже отнюдь не радовало. Когда это они успели так сродниться? 

Гермиона кинула в сторону двери запирающие и заглушающие заклинания и опустилась на соседний стул. 

— В чем дело, Драко? — обеспокоенно спросила она. 

— А что-то не так? 

— Почему ты так разговариваешь со мной? 

— Ты сама просила держать дистанцию, пока мы находимся здесь. Или что-то изменилось, а мне не сообщили? — ядовито ответил Малфой. 

— Во-первых, держать дистанцию и грубить — это разные вещи! А во-вторых, здесь же никого нет, кроме нас! — воскликнула девушка. 

Драко пожал плечами, призвал к себе первую попавшуюся книгу и демонстративно погрузился в нее. Но в следующий миг книга была выхвачена из его рук и с грохотом брошена на стол. 

— Какого черта ты творишь? — прошипел Малфой, поднимаясь со стула. 

— Объясни мне, что происходит, Драко! Что я сделала не так? — закричала девушка, вскакивая на ноги вслед за ним. 

— Лучше ответь мне, что у тебя с моим отцом! 

— Что? — ошеломленно выдохнула Гермиона, — С чего ты взял...

— Он передает тебе какие-то вещи, которые ты спешно прячешь от меня, — перебил ее Драко, — называешь его Люциусом, а меня по фамилии, несмотря на то, что здесь никого нет! Ты вскакиваешь посреди ночи и несешься в библиотеку, едва оправившись от пыток! Думаешь, этого мало? Я - не дурак, Грейнджер! Итак, я снова спрашиваю, что у тебя с моим отцом? 

— Драко... ты с ума сошел! Ничего нет, ты все придумал! Мне нужна была кое-какая информация, а мы здесь находимся слишком мало, чтобы терять время, поэтому я так сорвалась прошлой ночью. А то, что я здесь встретила твоего отца — совершенная случайность! Мы и разговаривали-то всего пять минут! Да что я оправдываюсь! То, что ты говоришь — абсолютный бред! За кого ты меня держишь? Люциус старше меня на двадцать с лишним лет, да к тому же приходится отцом моему однокласснику, что у меня может с ним быть? 

— Почему я должен тебе верить? — Драко все еще сомневался. Гермиона была умной девушкой и могла придумать на ходу любую легенду. 

— Да потому что твои аргументы абсурдны! — закричала девушка. — Потому что если бы ты подумал чуть больше двух минут, то понял, что мне бы просто времени не хватило завязать с Люциусом какие-то отношения! Тем более у меня уже есть тот, который мне нравится! 

Гермиона резко замолчала, поняв, что только что сказала. А вот сейчас Драко ее точно неправильно поймет. Ведь на самом деле девушка имела в виду совсем не Рона... Это стало открытием даже для нее самой. Неужели Малфой стал для нее важнее Рона? Такого родного, милого, доброго Рона? Черт! 

— О, ну конечно, как я мог забыть о Уизли! Это все объясняет! — с сарказмом сказал Малфой и направился к двери. 

— Идиот! Я говорила вовсе не о Роне! — уже не думая ни о чем, закричала Гермиона вслед Драко. Тот резко обернулся и медленно вернулся обратно. 

— Тогда о ком? — чуть слышно прошептал он. 

— О тебе, придурок, — также тихо ответила Гермиона, улыбнувшись. 

В следующую секунду их губы слились в поцелуе. Языки переплелись, дыхание смешалось. Казалось, они стали единым целым. Гермиона положила руки на грудь Драко, сминая черную ткань рубашки. Малфой сильнее обнял девушку, притягивая к себе. Нежность, страсть, возбуждение, любовь — все смешалось в этом поцелуе. 

Стук в дверь показался им чем-то нереальным, поэтому они заметили его, только когда за дверью послышались крики. Драко и Гермиона резко оторвались друг от друга, тяжело дыша. 

— Гермиона, немедленно открой дверь! — снова раздался вопль Беллы. — Что за дурацкое заклинание! 

Девушка сориентировалась первой. 

— За дальний стеллаж, быстрее! — прошептала она, подталкивая Драко и попутно приводя себя в порядок. — Наложи маскирующие чары и веди себя тихо. Не дай Мерлин, она узнает! 

Малфой быстро выполнил указания Гермионы и кинулся в дальний угол библиотеки. Она тем временем сняла свои чары и распахнула дверь, за которой оказалась раскрасневшаяся Беллатриса. 

— Как это понимать? Почему ты закрылась здесь и не впускаешь меня?! — яростно воскликнула она. 

— Я просто зачиталась и уснула. Вчера был тяжелый день, и я плохо спала, — невинно ответила Гермиона. — Что случилось? 

— Никогда больше так не делай! Хочешь спать, нечего идти в библиотеку! И что за дурацкие заклинания, которые я не смогла вскрыть? 

— Может, магия поместья? Я не накладывала никаких запирающих... 

— В любом случае, это неважно сейчас, — ответила Белла. Она уже немного успокоилась и вспомнила о цели своего прихода. 

Зайдя в комнату, женщина направилась к одному из столов и удобно расположилась за ним. Гермиона села напротив, ожидая продолжения разговора. 

— Я пришла поговорить с тобой о Темном Лорде, — начала Беллатриса. — Твое вчерашнее поведение никуда не годится! Или ты хочешь, чтобы он пытал тебя каждый день? Ты должна научиться вести себя соответственно своему положению: забыть свои гриффиндорские замашки и научиться уважать великих волшебников! 

— Я уважаю великих волшебников, но пресмыкаться ни перед кем не буду! — яростно прервала Гермиона высокопарную речь матери. — Я говорила с Лордом достаточно вежливо. Что думаешь на эту тему ты или он или еще кто-либо, меня не интересует. Если будет надо, я переживу любые пытки, но сломать меня не позволю! Страх, который вы все испытываете перед Волан-де-Мортом... 

— Не смей называть его по имени! 

— ..мне отвратителен, так же как и страх перед его именем. 

— Вчера ты говорила по-другому! Ты обещала, что будешь вести себя разумно! — отчаянно воскликнула Белла. 

— Это лишь то, что тебе хотелось услышать. Я же говорила, что буду на стороне Лорда, только пока это выгодно мне, что хочу отомстить Гарри, но не могу согласиться с тем, что маглы — грязь под ногами чистокровных волшебников. 

— И чего ты добиваешься непослушанием? Ты хоть понимаешь, что Темный Лорд убьет тебя, если ты будешь продолжать в том же духе?! 

— Я не говорю, что не буду выполнять его приказов, — твердо сказала Гермиона, — но унижаться перед ним я тоже не стану. Я хочу, чтобы меня уважали, и я добьюсь этого. 

— Ты моя дочь, и я беспокоюсь о тебе, — сменила тактику Белла. — Неужели тебе так сложно молчать, когда тебя не спрашивают, отвечать только по существу и не дерзить? 

— Не смеши меня, — с сарказмом ответила Гермиона, — если бы я не согласилась на ваши условия, ты бы первая запустила мне Аваду в лоб. Единственный, о ком ты заботишься, это твой обожаемый Темный Лорд. И ты никогда не поймешь, что такое честь, отвага и уважение к себе. На этом я предлагаю закончить эту бесполезную беседу. 

— Я поняла, что не смогу тебя переубедить, но может быть, Круциатусы Лорда тебя облагоразумят, — вздохнула Беллатриса. — И мне жаль, что ты считаешь, будто я способна на убийство собственной дочери. 

Гермиона равнодушно пожала плечами. Если Белла убила своего кузена, не моргнув глазом, что еще она могла о ней думать? 

— А если ничего не изменится, то в итоге ты кончишь, как Драко и вся семейка Малфоев. 

— Не нужно сравнивать меня с ними. Я уверена, что Малфой не смог выполнить задание не из-за своих убеждений. 

Собственно, Гермиона не соврала. Она на самом деле так думала. 

— Это не имеет значения, — отрезала Белла и, не дожидаясь ответа, покинула библиотеку. 

*** 

Драко стоял за стеллажами и внимательно вслушивался в каждое слово. Малфой каждый раз поражался отваге Гермионы. На самом деле, он и сам не был трусом, но чувство самосохранения у него присутствовало. У Гермионы, по-видимому, нет. То, что она говорила, звучало хоть и смело, но достаточно по-детски. Будь она умней, смогла бы избежать и пыток, и необходимости убивать. В этом мнение Драко совпадало с мнением его тетки. 

Малфой, как и все слизеринцы, всегда старался приспособиться к окружающим его условиям, а не бороться с ними. Вставать на сторону более сильного, делать все ради собственного благополучия — это было у него в крови. Однако теперь все шло наперекосяк. Как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься. Драко все еще не мог объяснить себе желание защищать Гермиону, идти против всего, чему его учили в детстве, отказываться от достаточно хорошего будущего ради неизвестности. 

Слова Беллатрисы о нем и последующий ответ Гермионы не удивили парня. Он был согласен с обеими. Пожалуй, никаких идеалов у него не было. Разве что врожденные. Потому что тогда, стоя на астрономической башне, он не мог убить Дамблдора не из-за того, что он не убийца. Он убивал и прежде. Малфой просто не смог этого сделать из-за того, что считал себя намного ниже директора Хогвартса и по уму, и по магическим способностям. А его с детства учили уважать сильных. Это было все равно что поднять палочку на Темного Лорда.

Когда Беллатриса сдалась и покинула комнату, Драко Малфой подождал некоторое время на случай, если ей вздумается вернуться, и, сняв с себя маскирующие чары, направился к Гермионе. Девушка сидела на том же месте, безразлично уставившись в стену. Казалось, она даже не заметила его появления. 

— Гермиона, — негромко позвал он. 

— Это слишком опасно, — не глядя на него, произнесла она. 

— О чем ты? — не понял Драко. 

— Быть нам вместе. Особенно здесь, — Гермиона, наконец, повернулась к нему и посмотрела в глаза. — Ты ведь слышал, чего они от меня хотят. Беллатрисе было бы все равно, если бы Лорд не приказал заняться моим воспитанием, я уверена. И то, что я сказала, действительно так. Я вытерплю любые пытки, но останусь собой. Но если он начнет пытать тебя... Я не смогу... Понимаешь? 

— Я уже говорил, я могу подождать, — мягко ответил Драко, обнимая ее за плечи. — Все будет так, как ты захочешь. 

— Спасибо, — прошептала Гермиона. 

*** 

Весь день Гермиона была как на иголках. После событий в библиотеке она отправилась в свою комнату и занялась домашним заданием. Это ее всегда успокаивало. Еще когда Гермиона училась в магловской начальной школе, она отвлекалась от всех своих проблем, занимаясь математикой. Закончив с трансфигурацией и нумерологией, Гермиона уже почти полностью пришла в порядок и собиралась заняться древними рунами, когда перед ней появился домовой эльф и сообщил о прибытии Темного Лорда, который желал видеть ее немедленно. 

С тяжелым сердцем Гермиона накинула на себя самую мрачную и закрытую мантию и спустилась в малый зал, где ее уже ждали Волан-де-Морт, Беллатриса, вся семья Малфоев и еще несколько Пожирателей, среди которых она узнала Питера Петтигрю, Антонина Долохова, Рабастана Лестрейнджа и Северуса Снейпа. 

— Мой Лорд, — поклонилась Гермиона, занимая единственное свободное место в круге. 

Стараясь смотреть лишь на Волан-де-Морта Гермиона не сразу заметила пленницу, распятую заклинанием на стене. Зато та обратила внимание на вошедшую девушку сразу, как увидела. 

— Гермиона! — закричала она. — Гермиона! 

Услышав этот крик, полный боли и отчаяния, девушка повернула голову и посмотрела на свою будущую жертву. Сердце Гермионы разбилось на миллионы осколков, когда она поняла, кто перед ней. Огромным усилием воли она заставила себя равнодушно отвернуться и посмотреть на Лорда, который уже завел вступительную речь, запечатав рот пленницы заклинанием. 

— Сегодня мы собрались здесь, дорогие друзья, чтобы дать возможность нашему новому поколению проявить себя. Я имею в виду нашу неожиданно появившуюся дочь всем известной Беллатрисы Лестрейндж Гермиону и Драко Малфоя, с которым все вы уже знакомы и который в прошлый раз не показал удовлетворительных результатов. 

Краем глаза Гермиона заметила, как Малфой побледнел. Но самой ей стало спокойнее. Она не одна. Драко с ней. 

— Итак, сегодня мы провели очередную показательную акцию, доказывающую наши силы. Результатом стало пятьдесят шесть жертв — маглов, проживающих на западной окраине городка Крейфорд... 

Гермиона не могла дышать. То ли из-за чувства вины, то ли из-за огромного облегчения. Волан-де-Морт не просто так отправил Пожирателей именно туда: он искал ее приемных родителей. С одной стороны, девушка была безумно рада, что отправила их в Австралию, но с другой... пятьдесят шесть человек, а среди них ее соседи, друзья, знакомые... Гермиона снова повернула голову к пленнице и встретилась с ней глазами. В них плескалась боль, непонимание, страх и мольба. Мерлин, ну почему здесь оказалась именно она?! 

— Мисс Лестрейндж несомненно знакома с нашей сегодняшней гостьей, — задумавшись, девушка пропустила часть речи Темного Лорда и вздрогнула, когда он обратился к ней. — Не так ли, Гермиона? 

— Да, мой Лорд, — с трудом выдавила из себя она. — Это Эмили Уайт.

«Эмили-Эмили, прости меня, я и подумать не могла, что все так обернется!» — эту мысль Гермиона пыталась передать глазами своей бывшей подруге. 

Они дружили с детства. Эмили — полная противоположность Гермионы: неусидчивая, веселая, улыбчивая девочка с прямыми русыми волосами и голубыми глазами, только она всегда была рядом, только она заставляла подругу отрываться от своих книжек и выходить в мир. Когда Гермиона узнала, что она волшебница, то сложнее всего ей было не рассказать об этом Эмили. Это и стало разрывом их дружбы. Белокурая девочка не смогла простить подруге, что та уехала в неизвестную школу практически без объяснений и отказалась взять ее с собой. Эмили ждала Гермиону целый год в надежде, что та, вернувшись из этой таинственной школы, все-таки объяснит, расскажет... Гермиона вернулась совершенно другой. Она снова зарылась в учебники, отмахивалась от любых расспросов Эмили и говорила лишь о своих новых друзьях, с которыми, к сожалению, не могла ее пока познакомить. В конце концов Эмили не выдержала и высказала Гермионе все, что думала. 

— Если бы не я, да с тобой бы и общаться никто не стал! — кричала подруга детства. — Кому ты нужна, нудная заучка?! Всем, что у тебя было, ты обязана мне! А ты оказалась неблагодарной зазнайкой! Мало того, что уехала без объяснений, так и теперь ничего не хочешь рассказывать! Кто такие Гарри и Рон? Чем они лучше меня? Они понимают тебя, поддерживают? Да это же всего лишь мальчишки! Ты просто дура! 

Это был грандиозный скандал. Гермиона не промолчала тогда, и дело дошло почти до драки. После этого они больше никогда не разговаривали. Гермиона видела Эмили всего несколько раз и всегда отворачивалась, едва узнав бывшую подругу.
Но теперь, увидев Эмили, привязанную к стене, с заплаканными глазами и надорванным голосом, Гермиона забыла все прошлые обиды. Имело ли это значение, когда ее первой настоящей подруге, возможно, осталось жить максимум несколько часов? Конечно, нет! 

Мозг Гермионы усиленно работал, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Волан-де-Морт притащил Эмили сюда, чтобы Гермиона проявила себя и доказала свою верность. Значит, пытать ее все равно придется. Но, чтобы облегчить муки Круциатуса, у Гермионы было заклинание Долор Сепаратио. Здесь проблем возникнуть не должно. Сложности же начнутся тогда, когда Темный Лорд потребует убить жертву. Кроме того, в начале речи он упоминал, что хочет испытать еще и Драко. Что ж, похоже, придется импровизировать. 

— Итак, Гермиона, возможно, я требую от тебя слишком многого, но я хочу, чтобы ты рассказала мисс Уайт, что происходит, а потом показала ей, через что ей предстоит пройти сегодня. 

«А вот теперь потребуется хорошая актерская игра», — подумала Гермиона. Она очень надеялась, что ей удастся этот спектакль. 

— Разумеется, мой Лорд. Для меня это будет удовольствием, — чуть склонив голову, сказала Гермиона. Выражение ее лица было равнодушным, словно ей вовсе не предстояло пытать свою бывшую подругу. 

— Мисс Уайт, вы давно хотите что-то сказать, так будьте добры, задайте все ваши вопросы, — произнес Волан-де-Морт, снимая заклинание молчания. 

— Что происходит? — закричала пленница. — В какие игры вы играете? Гермиона! 

— Не нужно так кричать, Эмили, — спокойно ответила та, медленно приближаясь к своей жертве, — это никакие не игры. Это магия. То, о чем я не могла рассказать тебе, когда ты так требовала этого. Причина, по которой я не могла взять тебя с собой. Ты всего лишь магла! Ты не могла учиться со мной в Школе волшебства! Вы, глупые маглы, ничего не понимаете, не видите того, что происходит у вас под носом. Идет война, Эмили! Твои предки сжигали ведьм на кострах, разбрасывались магией направо и налево. И теперь наша цель — отомстить, показать вам ваше место.

Гермиона продолжала говорить что-то о том, что маглы не имеют право притеснять волшебников, а должны им подчиниться, размахивая руками и театрально повышая и понижая голос. Тем временем она приблизилась к Эмили вплотную, незаметно накладывая на всех присутствующих заклинание Оглохни. 

— Я постараюсь тебя вытащить. Но ты должна подыграть мне, — отчаянно зашептала Гермиона на ухо Эмили. — Когда я скажу слово "Круцио", ты должна закричать и продолжать кричать, пока я не уберу волшебную палочку. Пожалуйста, делай, что я говорю, если хочешь выжить. 

Отстранившись, Гермиона быстро сняла заглушающие чары и зло рассмеялась. Со стороны все выглядело так, словно окончание речи было предназначено специально для пленницы, чтобы еще больше запугать ее, и Гермиона осталась довольна ее реакцией. 

Девушка огляделась по сторонам. Семья Малфоев выглядела ошарашенной, другие Пожиратели вместе с Темным Лордом - довольными представлением, и только Снейп смотрел с подозрением. 

— Могу ли я приступить к главному, Мой Лорд? — обратилась Гермиона к Волан-де-Морту. 

— Тебе так не терпится? — похоже, он был изрядно удивлен поведению бывшей гриффиндорки. 

— Эта девушка оскорбила меня, и я хочу отплатить ей и показать, что она никогда не имела права вести себя со мной подобным образом, — пояснила Гермиона. 

— О, ну, в таком случае, конечно, приступай, — усмехнулся Темный Лорд. 

Без дальнейших раздумий Гермиона направила на Эмили волшебную палочку и произнесла пыточное заклинание, добавив невербальное «разделение боли». Эмили пронзительно закричала, и Гермиона начала вытягивать из нее боль от Круциатуса. Легкое покалывание сменилось жжением по всему телу, становившимся почти нестерпимым. Из последних сил удерживаясь на ногах и сжимая зубы от боли, она наблюдала за Эмили, послушно продолжавшей кричать. Гермиона знала, что подруге больно почти так же, как и ей самой, но мечтала оказаться на ее месте, ведь тогда бы ей не приходилось сдерживать крик и сознательно причинять себе боль. 

Гермиона не была уверена, сколько это продолжалось. Впервые она сняла заклинание через несколько минут, давая передышку и себе, и Эмили. Но Темный Лорд потребовал возобновить пытку. Почти теряя сознание, Гермиона продолжала размышлять над тем, как не дать Эмили умереть. Выход оставался только один, без шанса на ошибку.  

— Достаточно, — наконец сказал Волан-де-Морт, и Гермиона мгновенно сняла заклинание. — А теперь, Драко, твоя очередь проявить себя. Убей ее. 

Малфой вздрогнул и неуверенно поднял палочку. Он не был уверен, что сможет это сделать. Одно дело — убить неизвестного магла, а другое — подругу Гермионы. Что бы она ни говорила сейчас, на самом деле Малфой догадывался, что Эмили очень дорога ей. 

— Смелее, Драко. Ты ведь уже делал это, — чуть слышно прошипела Беллатриса.  Малфой встретился глазами с Гермионой, и в этот момент в его голове раздался ее голос: «Брось заклинание в стену рядом! Не попади в нее!» Чуть заметно кивнув, Драко поднял палочку и, все еще указывая на Эмили, выкрикнул: 

— Авада... 

В следующий миг свет в комнате погас. 

— ...Кедавра, — закончил Малфой, сдвигая палочку вправо. Зеленая вспышка пронеслась перед глазами и исчезла в стене. Но Пожиратели не обратили на это внимания, пытаясь вернуть освещение и выяснить, что произошло. Когда же свет снова загорелся, все присутствующие повернулись к пленнице. Девушка безжизненно повисла на магических веревках, пустые широко распахнутые глаза, в которых смешалось удивление и страх, взирали прямо на Драко. 

Сердце Малфоя похолодело. Неужели он все-таки попал в нее? Но ведь этого не может быть! Он сам видел, как заклинание ударило в стену! 

Сделав шаг назад, слизеринец огляделся по сторонам. Но никто не смотрел на него, все взгляды были прикованы к мертвой Эмили. Драко отчаянно посмотрел на Гермиону. Она дрожала, словно от холода, и заламывала руки. 

— Хорошая работа, Драко, — похвалил Волан-де-Морт. — Кто избавится от тела? 

— Я сама это сделаю, — сказала Гермиона надломленным голосом. — Если позволите. 

— Да, ты можешь забрать ее, — кивнул Темный Лорд. — Драко, проводи мисс Лестрейндж. 

Антитрансгрессионный барьер начинался довольно далеко от особняка. Весь путь до ворот они проделали молча, Драко не мог выдавить из себя ни слова, а Гермиона не желала ничего говорить. Покинув территорию поместья Малфоев, она взяла Драко за руку и трансгрессировала. Они оказались на опушке незнакомого леса. Гермиона осторожно опустила Эмили на землю и сделала несколько шагов назад. 

— Гермиона, я не хотел! — наконец обрел дар речи Малфой. — Я клянусь, что целился в стену, не понимаю, как заклинание попало в нее! Мне очень жаль, я прошу про... 

— Успокойся, Драко, — перебила его Гермиона и вдруг улыбнулась. — Все прошло по плану, смотри! 

Малфой медленно перевел взгляд на Эмили и шарахнулся в сторону, когда та пошевелилась и открыла глаза. 

— Как ты это сделала?! — заорал он. — Она же была мертва! 

— Это магия, Малфой, — засмеялась Гермиона и подошла к бывшей подруге. — Эмили, ты как? 

Белокурая девушка дернулась и уставилась на Гермиону. 

— А теперь объясни, какого черта только что произошло! — потребовала она осипшим от крика голосом. — То, что ты долбанная ведьма, я уже поняла, а вот почему вы не убили меня, мне не ясно. 

— Я все расскажу тебе, но сначала скажи, что произошло дома. В плен взяли только тебя? Кого они убили? 

— Мои родители уехали в Лондон на весь день. Я была дома с друзьями, как вдруг услышали на улице крики. Я выглянула в окно и увидела странный череп над домом напротив и много людей в черных плащах с капюшонами, почти как на тебе сейчас. Они махали волшебными палочками, тогда я, конечно, не знала, что это за штуки, и люди на улице просто падали. Я даже не сразу поняла, что они так убивают. В общем, мы выключили свет и заперли двери... 

— Глупые маглы, — засмеялся Драко. — Как будто это могло помочь! 

— Заткнись, Малфой! — разозлилась Гермиона. — Я бы посмотрела, что бы ты сделал, окажись против магловского оружия! Тебе бы даже волшебная палочка не помогла! 

Малфой скривился, но замолчал. Гермиона была права. 

— Они что-то сделали и вошли в дом. Этот недочеловек, которого ты называла «Мой Лорд» спросил, кто из нас Эмили Уайт. Никто, конечно, не признался, и тогда он убил Эндрю. Я тут же выдала себя. Я думала, что он убьет меня, а их оставит в покое, но тогда он что-то выкрикнул, и я больше не могла двигаться. А потом он... убил их всех. 

Эмили разрыдалась, и Гермиона обняла ее, успокаивая. 

— Ты знала! Знала, что они придут! — всхлипывала девушка. — Иначе, почему твои родители уехали еще летом? 

— Я не думала, что они дойдут до того, чтобы убивать моих соседей! Когда я заставила переехать маму и папу, ситуация была совершенно другой! 

— Ты могла предупредить! — продолжала обвинять Гермиону Эмили. 

— Это бы не помогло, — не выдержал Малфой. — Вы бы все равно ничего не смогли сделать. Радуйся, что ты и твои родители выжили. 

— Ты, вообще, кто такой? Один из ее дружков, из-за которых она перестала со мной общаться? — закричала Эмили Малфою. 

— Успокойтесь оба! — твердо сказала Гермиона. — Нужно как-то защитить тебя и твою семью, Эмили. Но я не знаю, что делать! Я даже не знаю, где сейчас база Ордена Феникса!

— Ты обещала все объяснить! — воскликнула блондинка. — Я слушаю. 

И Гермиона рассказала ей о своих друзьях, о многолетней войне между Волан-де-Мортом и Дамблдором, о событиях этого года. 
И о заклинании иллюзии смерти из книги Снейпа, которое позволило ей спасти Эмили.  

— Выходит, ты теперь на стороне Пожирателей? 

— Это сложно объяснить. Я не могу сейчас по-другому. Но мои убеждения остались прежними. 

— Ладно, в таком случае... спасибо, что спасла меня. И ты, — Эмили обернулась к Малфою, лениво прислонившемуся к дереву, — спасибо, что помогаешь ей. 

— Да, Грейнджер, — протянул Драко недовольно, — теперь меня благодарят маглы. Какая радость! 

— В чем дело, Малфой? Что на этот раз ты себе вообразил? — сказала Гермиона. Ее уже начали раздражать перепады настроения слизеринца. 

— Вообразил? Ничего. Все в порядке. Ты всего лишь заставила меня думать, будто я убил твою подругу и ты меня никогда не простишь! 

— А что я, по-твоему, должна...? 

— Хватит уже, ради Бога! — перебила Гермиону Эмили. — Как вы вообще встречаетесь, если постоянно ссоритесь? 

— Мы не встречаемся, — хором ответили парень с девушкой. 

— Мда, тяжелый случай, — подвела итог Уайт. — Ладно, сейчас большее значение имеет безопасность моей семьи. Что предлагаете? 

— Да, ты права, — согласилась Гермиона. — Так, для начала мне необходимо как-то связаться с Орденом. Можно было бы использовать Джинни, но Нора сейчас слишком хорошо охраняется. Думаю, наилучшим решением было бы найти Римуса и Тонкс. Драко, ты знаешь, где живет твоя тетя, Андромеда? 

— Откуда? Она же предательница крови. Я и видел-то ее только на фотографиях. 

— Ладно, я примерно представляю, где это может быть. 

Гермиона взяла за руки Драко и Эмили, и они трансгрессировали. Дом Андромеды оказалось найти не так уж и сложно. Вокруг него была такая сильная магическая энергетика, что было трудно дышать. Гермиона знала, что это за чары: если человек пытается проникнуть на территорию дома с плохими побуждениями, то защита ни за что его не пропустит. Было большим везением, что Андромеда использовала именно это заклинание. 

— Не думаю, что им нужно видеть тебя, — обратилась девушка к Малфою и протянула ему мантию-невидимку Грюма. 

Гермиона поднялась по ступенькам и громко постучала в дверь. Послышались шаги, и все трое услышали мужской голос: 

— Кто там? 

— Хвала небесам! Это Римус! — пояснила она Драко и Эмили. 

— Профессор Люпин, это Гермиона Грейнджер! Мне нужна ваша помощь! 

— Что сказал Гарри Поттер, когда узнал, что нас предали этим летом? 

— Он сказал: «Это не их вина. Мы должны доверять друг другу. Я доверяю вам всем и не думаю, что кто-нибудь из вас способен продать меня Волан... Сами-Знаете-Кому». 

Дверь распахнулась. Люпин выглядел уставшим и постаревшим. 

— Проходите. 

Малфой дотронулся до плеча Гермионы, показывая, что не пойдет внутрь. Девушка согласно кивнула, и они с Эмили последовали за оборотнем. Люпин провел их в гостиную и расположился в глубоком кресле. Девушки заняли диван напротив. 

— Итак, Гермиона, для начала расскажи мне, как получилось, что ты оказалась дочерью Беллатрисы. 

До нее только сейчас дошло, что Сириус был близким другом Римуса, и он мог отреагировать достаточно плохо на ее родство с убийцей Блэка. Но отступать было уже некуда, и Гермиона рассказала все с самого начала. 

— Выходит, теперь ты играешь в двойного агента, и тебе помогает в этом Джинни Уизли? 

— Да, к счастью, моего уровня окклюменции хватило, чтобы Сами-Знаете-Кто ничего не узнал. 

— Удивительно для девушки твоего возраста, хотя ты всегда была способной. Хорошо, ты просишь, чтобы мы укрыли Эмили и ее семью, так? 

— Да, я просто не знаю, к кому обратиться. 

— Ты все правильно сделала. Я все организую. А что касается информации, которую ты сможешь добывать для Ордена, то передай Джинни, чтобы она все рассказывала мне. Тогда это не будет подозрительным. 

— Спасибо вам огромное! А мне, к сожалению, уже пора.
Думаю, Темный Лорд не поймет такого долгого отсутствия. 

— Да, ты права. Я провожу тебя до двери. 

— Эмили, береги себя, — Гермиона обняла подругу и последовала за Люпином. 

— Мне очень жаль, что все так вышло, — сказал Римус напоследок. — Веди себя осмотрительно и постарайся выжить. Могу пожелать тебе только удачи. 

— Спасибо за все. Надеюсь, мы еще увидимся. 

Спустившись по лестнице, Гермиона медленно побрела прочь, зная, что Драко следует за ней. Холодный ветер забирался под легкую мантию, но она ничего не замечала. Гермионе вдруг стало ужасно жалко себя. Что бы она ни делала для других, сколько бы жизней не спасла, все равно ее ждала только боль, убийства, пытки, ложь и разорванная душа. Но несмотря на это, Гермиона была твердо настроена победить. Она сильная, она сможет. Она будет бороться за тех, кого любит, и не позволит причинить им боль.