зависимость

Гермиона любит свою работу. Гермиона - сама госпожа Министр Магии. она просыпается в шесть тридцать, занимается йогой, завтракает тостами и глазуньей. подводит глаза. укладывает волосы, собирая передние пряди заколкой сзади, чтобы не мешали. надевает белую рубашку и брючный костюм. туфли на небольшом каблуке.

Гермиона - это ровная до хруста осанка. Гермиона - это ни чуть не вычурная строгость во всем.

она всегда входит в кабинет ровно в восемь и на её столе горячий эспрессо в красной чашке. она улыбается и кивает - «все то она знает» - и садится за стол.

у Гермионы много работы: встречи, подписание документов, утверждение новых законов и пресс конференции. у Гермионы всегда дежурная улыбка на лице. пускай устала, не выспалась, быть может переработала - Гермиона Грейнджер всегда добра, вежлива и готова к бою.

и лишь один человек знает её настоящую.

в данный момент Гермиона советуется с коллегами на счет насущного вот уже пару месяцев вопроса - легализации ковров-самолетов. в большой комнате с круглым столом семь человек, один из них - Гарри Поттер. Мальчик-Который-Выжил. Мальчик-Который-Умер. Мальчик-Который-Смог. впрочем, все эти «мальчик» уже не актуальны, ведь Гарри - мужчина. по нему это видно. ни осталось и грамма того школьного ребячества, неуверенности. Гарри теперь в своей тарелке.

Гермиона вежливо предлагает кофе присутствующим и тут в зал входит она.

Панси Паркинсон на высокой шпильке. Панси Паркинсон в облегающей юбке. Панси Паркинсон с красной помадой.

Гермиона позволяет себе чуть прикусить губу, но не более. а Паркинсон во всю на неё глазеет и во взгляде этом желание, эйфория, похоть, злость.

какая же шлюха.

она ещё несколько раз пытается привлечь внимание Гермионы - виляет бедрами, томно вздыхает и выгибает - «ну обрати же на меня внимание!» - спину.но Гермиона - крепкий орешек. она держится. Гермиона всегда выигрывает в этой игре, ведь это в ней вышколено. а затем Грейнджер встречается взглядом с Гарри и понимает: он все знает. видит. и щеки Гермионы даже чуть вспыхивают румянцем, но она не замечает во взгляде Поттера осуждения. лишь понимание.

тоже изменяешь Джинни, а, Поттер?

встреча заканчивается через сорок пять минут и Гермиона наконец-то может снять с себя улыбку. она открывает дверь в кабинет. вздыхает с каким-то полустоном. а на столе сидит совершенно обнаженная Панси Паркинсон с тонкими очками на носу. сидит и совершенно невинно почитывает очередной отчет. её тело прекрасно, оно идеально и модные журналы глотки рвут друг другу, чтобы получить её на обложку. на плечи её спадают черные волосы, стриженные под каре, а игривые глаза смотрят на мир цепким взглядом: с кем бы поиграть, к кому подойти, кто согласится пригреть змею Паркинсон на своей груди. Панси - шлюха и любит деньги. она - фотомодель, секретарь и проститутка лишь одной львицы.

Гермиона чуть усмехается. Паркинсон - её личный наркотик. её черная тайна. её зависимость.

у неё есть своё рабочее место, где она разгребает кипы разных бумаг. Грейнджер работает здесь же и часто ей удается отключиться. погрузиться в работу. но сегодня у Паркинсон на неё другие планы.

— ты сидишь на важных бумагах, — звучит почти механический голос Гермионы.

— точно? может проверишь? — отвечает шатенка. «давай же, Грейнджер, самой не надоело играть в эти игры?».

— может, — голос Гермионы срывается на шепот. в голове возникают яркие картинки. Панси стонет, натянута как струна, кажется ещё чуть-чуть и... но это её стихия, ей нравится делать вид, что она подчиняется, когда на самом деле ведёт она. а Гермионе так чертовски непривычно шевелить пальцами в горячем влажном теле, она видит, как Паркинсон подбрасывает на простынях и быстро учится, ускоряется.

— тебя возбуждает лишь работа, — грустно выдыхает Панс и вырывает Грейнджер из красочных воспоминаний.

полгода назад Гермиона совершенно не понимала, чего хочет. она запуталась. её дочь росла, взрослела, Рон твердил о втором ребенке, Гермиона не давала никакого четкого ответа, она не знала, куда двигаться дальше. всю свою жизнь она была бесконечной школьницей, училась, зубрила, потом радовалась, что её школьная мечта - помочь эльфам-домовикам - исполнилась, гордилась, когда стала Главой Министерства Магии. казалось, все, что можно желать, у неё есть — семья, карьера, друзья, но... что дальше? рутина, которая всю жизнь приносила спокойствие, умиротворение и чувство стабильности, стала вызывать хроническое раздражение, которое сидело внутри и томилось, ждало, разрасталось и периодически проявляло себя в скандалах с мужем по мелким пустякам.

но затем появилась Панси и Гермиона поняла, чего хочет. она хочет её.

Паркинсон была той искрой, которой Грейнджер не хватало всю жизнь. Паркинсон стала той, кто дарит незабываемые эмоции, кто помогает расслабиться и снять напряжение. той, с кем рядом легче дышать.

Гермиона её не любила, нет. Гермиона в ней нуждалась. видела в ней чертов спасательный круг.

а Панси была рядом. была рядом, потому что хотела. и не скрывала, что спит с другими, за деньги, ради карьеры и связей, не скрывала, что она последняя шлюха и продажная тварь. но она была рядом и наслаждалась. называла Гермиону львицей, готовила кофе, читала скучные бумаги.

в её жизни Грейнджер, наоборот, стала каплей стабильности. они идеально друг друга дополняли. такие разные. такие похожие.

Гермиона часто задаётся вопросом: давно ли это в ней? давно ли это в них?

ведь в школе они ни то, чтобы ненавидели друг друга, скорее это было что-то на уровне инстинкта. Слизерин против Гриффиндора - исторически так сложилось. всегда так было. и кто они такие, чтобы эти негласные законы нарушать?

к тому же Паркинсон всегда крутилась вокруг Малфоя, а на последних курсах они стали встречаться. нужно предположить, что именно тогда у Панси появилась любовь к легким деньгам. семейство Малфоев никогда не отличалось бедностью.

а ещё Грейнджер не особо похожа на доминантку, но ей нравится чувство власти. поэтому она входит в Паркинсон горячими пальцами. поэтому она исследует все её тело - до одури бледное и горячее - миллиметр за миллиметром. она внутри Панси. эта мысль отплясывает в голове диким экстазом и заставляет тело плавиться.

когда наступает очередь шатенки показать коготки, она берет разные игрушки. Гермиона всегда дрожит от предвкушения и немного от страха. Гермиона никогда не стонет - ей это не идёт, она просто теряется в ощущениях, цепкими пальцами хватаясь за простыни.

Гермиона не знает, как давно Панси стала шлюхой, но точно знает, что именно это в ней и обожает.

каждый поцелуй — огонь, взрыв, миллиард искр.
каждое касание — ожог, дикий кайф и наслаждение.

Гермиона знает, что Паркинсон будет принадлежать ей всегда, но до последнего доллара. постоянно, но до последней минуты.

и Гермиона берёт максимум.

[ 21.07.20 ]