Глава 3.
Я сидел в квартире, которую купил еще совсем молодым. Лет в 20 наверное. Иногда трансгрессировал в нее и наблюдал как в окнах через дорогу включался свет ровно в 9 часов вечера. А приглядевшись можно было увидеть, как уставшая девушка невысокого роста раскладывала кипу бумаг на деревянный стол и облокотившись на руку, изредка попивая кофе, изучала документацию. Периодически она злилась и метала листы по комнате, словно Зевс молнии. Эта девушка никогда не сдавалась, потому как даже после часовой истерики она садилась заново за стол.
Цветы всегда стояли на краю стола, но она ни разу не посмотрела на них. Меняла вазу, воду, сами цветы, но не свое отношение к ним. Никогда. В ее квартире не было мужчин. Один лишь раз я видел Уизли, который чуть ли не в слезах в тот день ушел. Она отказала ему в предложении. Как я понял.
Я не возвращался в эту квартиру с того дня. Прошло 4 года и вот я снова здесь. Совершенно не зная, чем и как живет моя соседка напротив, но хотя бы живет.
Свет включился. На часах 9.00 p.m.
Все как и раньше. Такое чувство не покидало меня. И я снова обращал свои воспоминания к Хогвартсу и нашей истории. Как все таки неплавно она закончилась. Меня это не устраивало. И я хотел бы все исправить...
.
.
.
Дома было пусто. Как и всегда. Я осмотрела прихожую, включила свет и наконец упала вниз.
«Что же ты творишь, Грейнджер?!»
.
.
.
Она села за свой стол, прижатый к огромному окну, раскрыла шторы и начала пилить взглядом окно напротив. Оно было ярко освещено, а мужчина в том доме смотрел телевизор. Он не смеялся, когда шутили актеры, но часто поворачивал голову на Гермиону. Ей это нравилось. Нравилось то, что она была интересна чьему-то вниманию.
Ее дневник наполнялся новыми мнениями и отзывами, рука легко выводила буквы, а почерк неизменно оставлял красивые хвосты у последних слогов.
Перечитывая то, что написала, она часто бросала взгляд на соседа.
«Малфой, тебе не удастся это снова» - мысленно говорила она себе.