85
5 лет спустя
— Догоняй! — прокричали Зои с Ноэль, с визгом убегая от Сириуса, который играл с ними, Тедди и трехлетними Хоуп и Виктуар в саду коттеджа.
— Вы слишком быстрые для 6 лет! — игриво возмутился брюнет, но схватился за колющий бок.
— Это ты слишком старый! — лающе рассмеялась Зои, а Ноэль показала дедушке язык.
— Где-то я уже это слышал. — усмехнулся Блэк и вновь помчался за детьми, на этот раз в облике Бродяги, из-за чего Сюзи решила устроить соревнование и подрезала его.
Июнь достиг своей середины, а на улице стояла непривычная, но весьма приятная жара. Джина с Молли и Андромедой готовили ужин ко дню рождения Хоуп — дочери Доры и Римуса, названной в честь их матерей, пока Эдди и Флер качались в саду, наблюдая за играми их детей, а Эдвард, Билл, Артур и Люпин устанавливали столы, чтобы все гости могли поместиться.
— Вы надолго приехали? — поинтересовалась Молли, ставя фаршированную курицу в духовку.
— До конца лета. — Джина налила ведьмам кофе и поставила на стол печенье. — Давно пора было навестить приют самим, да и Сирио хочет что-то изменить в убежищах.
После войны Джованна сразу переехала в свою квартиру в Риме, а Сириус на время вернулся в Великобританию, чтобы помочь с восстановлением школы. Доната и Эдди с девочками оставались с мамой. Лишь в сентябре они вернулись в Лондон, чтобы проводить Донатэллу на 6 курс.
Блэк к их приезду переписал дом на Гриммо на Эдвидже, Зои и Ноэль, купил Гарри домик на юге страны и уехал в Италию вместе с женой. С тех пор они часто навещали друзей и семью, хотя предпочитали, чтобы в гости приезжали к ним.
— Я понимаю, почему ты вернулась на родину, но разве не утомительно жить на 2 страны столько лет? Все же у вас тут дома для оборотней.
— Утомительно, — мягко усмехнулась брюнетка, — но в Италии у меня бутики, а здесь у нас прекрасные управляющие. — она благодарно улыбнулась Андромеде, которая вместе с Тедом взяла на себя руководство центром для страдающих от лекантропии.
Им с Сириусом потребовалось несколько лет бумажной волокиты и общественных заявлений, чтобы открыть свой фонд и убедить магов в необходимости усовершенствовать лагеря для леканов, но благодаря Римусу, который стал первым оборотнем, награжденным Орденом, и поддержке Кингсли, многие волшебники оставили их организацию в покое. В конце концов, все материальные траты лежали только ни их плечах и не касались чужих налогов.
— А как та девушка, Лаванда? Я слышала, она хорошо справляется.
— Да. В начале она очень переживала из-за своих шрамов. Думала, что дети будут ее сторониться, но они ее очень любят, особенно младшие. — Меда откусила кусочек печенья и стала тихо напевать, пережевывая его.
— Молли, а Джинни приедет? Донна надеется, что на этот раз они не разминутся.
— Нет. — вздохнула женщина, но после гордо улыбнулась. — Джинни сейчас на сборах, у них завтра важная игра. А Доната надолго вернулась?
— Она взяла отпуск на месяц, но ты ведь знаешь эти заповедники. — фыркнула Джина, а Молли понимающе закивала. — Хорошо, что в Перу он не такой огромный, как румынский. Я пойду проверю, как там Эдди.
Брюнетка взяла другую вазочку с печеньем и вышла в сад, где Сириус все так же играл с детьми, которые дружно повалили его и стали щекотать.
— Будьте с ним поласковее! Он все уже стар для таких забав! — крикнула она малышкам, лукаво улыбнувшись мужу, и села возле дочери. — Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась Джина, передав очень беременным девушкам выпечку.
Флер была на последнем месяце, ожидая еще одну дочку, которую собиралась назвать Доминик, а Эдвидже должна была родить только к концу августа, но ее живот был намного больше — они с Фредом вновь ждали близнецов, на этот раз идентичных.
— Отлично. — улыбнулась Эдди, кусая печенье. — Особенно радует, что дети мучают не нас. Надеюсь, Фрэдди с Джорджио скоро придут и следующую атаку возьмут на себя.
— А почему их до сих пор нет?
— Джорджио с Аличе на плановом осмотре, а Фрэдди занят в магазине.
— Они уже знают пол 'гебенка? — с любопытством спросила Флер.
— Да, у них тоже будет мальчик. Федерико.
Джордж начал встречаться с Аличе — троюродной сестрой Эдди — вскоре после свадьбы Фреда. Несколько месяцев назад пара обручилась, а Молли в этот раз не так сильно расстраивалась, что еще один ее внук родится вне брака.
— О-о, они правда собираются назвать сына в честь Фреда? — изумилась Джина, а Эдвидже рассмеялась.
— Эти два idioti, — беззлобно сказала она, — когда узнали, что мы с Аличе в одно время ждем дьетей, пошли отмечат, напилис и поклялись, что если у них будут сыновья, то назовут их в чест друг друга. Поэтому один у нас будет Джоржио. — девушка ласково улыбнулась, поглаживая живот.
— А второй? — спросила Джованна с искренним интересом, а Эдвидже поджала губы.
— Ты только не сердис... — брюнетка невольно нахмурилась, не понимая, с чего бы ей сердиться на их выбор. — Мы решили, что он будет Данте.
— Ты уверена? — Джина взволнованно посмотрела на дочь, взяв ее ладонь в свою. — Это будет трудно и для тебя, и для малыша — его все время будут сравнивать с дядей.
— Может первое время, но... Так будет правильно — если бы не Данте, Фрэдди не было бы... и этих малышей тоже. Если кто-то и достоин, чтобы в чьест него называли ребенка, так это Данте.
Эдди всхлипнула, уронив одинокую слезу на живот, а Джованна нежно обняла ее, успокаивающе поглаживая по плечу.
— Думаю, Данте не был бы п'готив. — уверенно сказала Флер, а Блэк согласно кивнула.
— Эй, у Джины печенье! — крикнул Сириус в надежде, что дети дадут ему передохнуть, и его план сработал.
С визгом «ПЕЧЕНЬЕ» малыши побежали к качелям, а Флер с Эдди бросили на брюнета неприязненный взгляд.
— Знаешь, я передумала дават сыну второе имя «Сирио». — прищурившись, в шутку сказала Эдвидже, а Блэк схватился за сердце и охнул.
— Ты... ты злая! — драматично сказал он, на что девушка лишь пожала плечами, а Джина с Флер рассмеялись.
Ближе к вечеру в коттедже собралась вся семья Блэков-Люпинов-Уизли. Джина с Сириусом, Медой и Эдвардом накрывали стол, а Римус складывал подарки на специальную подставку.
Дора с Тедди превращали свои носы в разные мордочки животных, веселя Хоуп. Малышка не унаследовала дар мамы, но внешне была больше похожа на нее, в то время, как Тедди рос копией Римуса. Но от папы ей досталось сильное обоняние и аллергия на серебро.
Фред с Джорджем и Аличе сразу присоединились к Эдди, Биллу и Флер, развлекая пополняющийся детский сад, а Доната забежала во двор с криком «Где моя любимая крестница?!» и начала кружить именинницу, которая радостно пищала «Додя», заимствовав это обращение у Зои и Ноэль.
Гарри пришел со своей девушкой Дейзи, которая работала с Роном в филиале «Вредилок» в Хогсмиде, что располагался на месте «Зонко», выкупленного близнецами вскоре после конца войны.
Они с Джинни пытались возобновить свои отношения сразу после битвы, но пережитый год сильно изменил каждого, и вскоре пара поняла, что быть друзьями у них получается намного лучше.
Перси с женой Одри и годовалой дочкой Молли сидел со своими родителями, пока старшая Молли настраивала радио, пытаясь словить волну, на которой играли песни Эдвидже.
И Флер, казалось, была больше всех рада, что у ее свекрови появилась новая любимая певица, вытеснившая Селестину.
Последними к празднику присоединились Гермиона и Рон. Ребята встречались почти 2 года, но все равно чувствовали себя неловко рядом с семьей Данте, хотя все были искренне рады за них. Особенно за Гермиону.
— О, Эрмиона! — воскликнула Эдди, когда девушка со съедобным букетом из клубники в шоколаде, вошла в сад. — Я хотела поговорить с тобой.
Шатенка, поздравив Люпинов и Хоуп, подошла к девушке, заправив непослушную прядь волос, которые отросли уже ниже лопаток.
— У нас с Фрэдди есть к вам с Флер просьба. — Гермиона и Флер удивленно переглянулись, а Джина с Сириусом, сидящие неподалеку, стали прислушиваться к разговору. — Мы бы хотели, чтоби вы стали крестными наших мальчиков.
— О! П'гавда?! Я с 'гадостью, Эдди! — воскликнула Флер, раскинув руки, пытаясь обнять подругу, но их животы никак не помогали им в этом.
— Только... Ты должна знат, что мы назовем их Данте и Джорджио. — тихо сказала Эдвидже, с беспокойством наблюдая за реакцией Грейнджер. — Если ты не захочешь, я пойму. — поспешила добавить она, но шатенка лишь мягко улыбнулась.
— Нет, что ты, я буду рада стать им крестной. — ответила Гермиона, поглаживая ремешок часов, что подарил ей когда-то Данте.
Джина с трепетом наблюдала за своей семьей, положив голову на плечо Сириуса. Та война навсегда разделила их жизни на «до» и «после», что-то отобрав навсегда, но что-то преподнеся взамен.
Она не могла сказать, что этот обмен был справедлив, но несмотря на боль, от которой никогда не избавиться, Блэк научилась с ней жить, а память о Данте стала ей путеводной звездой.
Звездой, рожденной великой и таинственной силой.
И имя ей —
Любовь, что движет солнце и светила.