58
Рождественским утром Джина, Сириус и Донна отправились на Гриммо, чтобы встретиться там с близнецами и вместе пойти в Нору на обед. Тонкс с Римусом отказались присоединиться, собираясь провести день у родителей Доры, а Джованна, хоть и не хотела отмечать праздник с Молли, понимала, что должна быть там, чтобы поддержать Эдди и Фреда.
Эдвидже тоже не горела желанием видеться с миссис Уизли, но она не могла позволить себе проявить неуважение к матери своего парня, какой бы стервой по отношению к ней та ни была. К тому же, там ее ждали Флер и Артур, а также ей не терпелось рассказать Джинни и Рону о своем положении.
Компания собиралась в гостиной, водружая на себя куртки и шапки, и только Данте нигде не было видно, потому Джина решила подняться в его комнату и проверить, все ли в порядке.
— Эй, — мягко прошептала она, слегка постучав в приоткрытую дверь, — могу я зайти? — парень кивнул, откладывая в сторону подаренную Гермионой книгу. — Ты не пойдешь?
— Рождество — семейный праздник, а Уизли не моя семья. — пожал плечами Данте, повернувшись к маме.
Джина присела возле сына на край кровати и ласково коснулась его ладони, замечая, что он чем-то подавлен.
— Ты останешься здесь или у тебя есть планы?
— Здьес. Как раз приготовлю ужин к вашему возвращению.
— Я тебе помогу. — успокаивающе улыбнулась она, ловя удивленный взгляд сына. — Они ведь и не моя семья. — беззлобно усмехнулась брюнетка.
— А Эдди и Донна?
— Сирио будет с ними, он в любом случае пойдет в Нору из-за Гарри. К тому же, может Доната тоже захочет с нами остаться.
Риччи спустилась вниз, чтобы сказать о своем решении остальным. Эдвидже поддержала выбор мамы, зная, как брат был расстроен со вчерашнего вечера, а Донатэлла, как Джованна и предполагала, решила остаться с ними, ведь Джинни она и так видит в школе каждый день, и убежала в комнату к Данте.
— Не переживай, если Молли вновь станет цепляться к Эдди, я поговорю с ней. — сказал Сириус, приобнимая брюнетку, когда близнецы с дочерью вышли в коридор.
— Не думаю, что она тебя послушает. — горько усмехнулась она в ответ. — Просто возвращайтесь пораньше, если там будет сильно напряженно.
Блэк мягко улыбнулся и нежно поцеловал Джину на прощание, свободной рукой касаясь ее шеи. Она крепче прижалась к нему, углубляя поцелуй, неспешно сплетаясь с ним языками, когда в гостиную вернулся Джордж, чтобы поторопить брюнета.
— О, п-просите. — пробормотал он, отводя взгляд от пары, которую это вмешательство в частную жизнь нисколько не смутило. — Нам тебя ждать или...
— Я уже иду. — прервал его Сириус, не отводя взгляд от Джованны.
Она помахала им на прощание, а Джордж лишь робко кивнул в ответ, все еще смущенный тем, что застал их в такой момент, и только сейчас понял, почему близнецы Риччи так недовольно отреагировали на его рассказ о вчерашних покупках Блэка.
***
— Dannata neve /(проклятый снег)! — прорычала Эдди с трудом пересекая сугробы на пути к Норе. — Почему мы должны идти через это ебучее болото?! Неужели нельзя сделат точку трансгрессии ближе к дому?!
Ей приходилось поднимать ногу до живота, чтобы сделать шаг и переступить кучи снега, и даже помощь Сириуса и Фреда, которые держали ее с двух сторон, не сильно облегчала задачу.
— Не ругайся — здесь дети. — рассмеялся Фредерик и сразу же получил подзатыльник от девушки. — Эй! Насилие — не ответ! — защищаясь, игриво сказал он.
— Да, это решение. — проворчала Эдвидже, ковыляя от него подальше, чем очень рассмешила Блэка.
Не успели они открыть дверь в Нору, как им навстречу выбежала Флер и крепко обняла подругу.
— Наконец-то вы здесь! — радостно воскликнула она, помогая Эдди войти в дом, а близнецы понимающе переглянулись, «предвкушая» семейный обед.
Сириус снял с дочери пальто, пока Фред помогал ей разуться, а француженка сетовала на «отвратительные вопли, которые миссис Уизли ошибочно принимает за красивое пение», когда к ним подбежали Гарри с Роном и Джинни, одетые в фирменные свитера Молли.
Заметив внушительный живот Эдвидже, они застыли в паре шагов от нее, не веря своим глазам. И хоть Поттер знал о ее положении, ему было трудно понять, как сильно все изменилось за последние 4 месяца.
— С Рождеством! — радостно сказала Риччи, глядя на ребят и поглаживая свой живот, с которого они не сводили глаз.
— Кровавый ад... — пробормотал Рон. — Как это возможно? — риторически спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно.
— Ну, когда-нибудь, Роникинс, ты вырастешь и узнаешь, откуда берутся дети. — ухмыльнулся Джордж и потрепал младшего брата по голове.
— У вас будет ребенок или вы молчали все это время?! — удивленно воскликнула Джинни, слегка толкнув Фреда в плечо.
— Вообще-то, два. — ухмыльнулся он, от чего младшие Уизли еще больше побледнели. — И хватит меня бить! Сегодня что, все женщины какие-то агрессивные?
— Вот у мамы шок будет. — усмехнулся Рон, повернувшись к Гарри.
— Она уже знает. — сухо ответил Фред и своей интонацией очень удивил брата с сестрой. — Все, хватит тут толпиться! Эдди нужно сесть. — в более озорной манере добавил рыжий и повел девушку к дивану. — Тебе что-нибудь принести?
Риччи отрицательно покачала головой и поцеловала парня в щеку. Близнецы ушли искать родителей, Флер пошла за Биллом, а подростки столпились около беременной, и по их виду было понятно, что у них куча вопросов.
— Хотите потрогат? — с мягкой улыбкой предложила Эдди, слегка приподняв свитер.
Джинни первая подсела к девушке и осторожно коснулась живота ладонью.
— Мерлин, они всегда такие активные? — пораженно спросила рыжая, а Риччи слегка кивнула, смеясь.
— Если мама знает, почему они с Фредом не разговаривают? — непонимающе спросил Рон, наблюдая, как двигается живот из-за шевелений детей, а Сириус с дочерью быстро переглянулись.
— Поэтому и не разговаривают. Она считает, что они — ошибка. — тихо пробормотала брюнетка, пока в ее глазах стали собираться слезы.
Блэк мигом сел с другой стороны от дочки и нежно обнял ее, пытаясь успокоить, а Джинни недоверчиво смотрела на девушку, хотя по покрасневшим ушам было ясно, что осознание ситуации очень ее злит.
— П-простите, это все гормони. — всхлипнула Эдвидже, а Рон и Гарри неловко ей улыбнулись. — Ой, смотрите! — бодро воскликнула она, показывая на ручку ребенка, которая отчетливо проступала сквозь кожу.
— Мерлиновы панталоны! Так и должно быть? — спросил Рональд, с легким ужасом наблюдая, как детская ладошка практически машет им изнутри.
— Ах, да. — усмехнулась брюнетка. — Я тоже не знала, что так бывает и очьен испугалас, когда впервые увидьела. Потом так же Фрэдди с Джорджио пугала.
Джинни прыснула, смеясь, представив, какое выражение лиц у ее братьев могло быть в этот момент, и даже Гарри с Роном не сдержали лукавых ухмылок.
— О, Эдди! — воскликнул Артур, подходя к девушке вместе с близнецами.
— С Рождеством, Артур. — улыбнулась она и развела руки, намекая, чтобы он обнял ее, ведь встать ей было трудно, а Сириус поднялся, чтобы уступить ему место.
— С Рождеством. А где Джованна и Данте с Донатой?
— Они осталис в штабе — готовят ужин.
Артур кивнул, поджав губы, а Джинни тихо вздохнула. Казалось, единственным, кого эта новость обрадовала, был Рон, который по понятным для всех причинам не хотел пересекаться с Данте.
— Так вы не останетесь на ночь? — спросил Артур, переводя взгляд с Эдди на Сириуса и сыновей.
— Нет, мне сейчас трудно долго ходит или сидет, — поглаживая живот, сказала брюнетка, а мужчина понимающе улыбнулся, — а на одномьестной кровати я не помещус.
— Ничего страшного. Твой комфорт сейчас важнее. — сказал старший Уизли, ласково приобняв девушку за плечи. — Может пойдем на кухню, будем занимать места?
Все согласились с предложением и пошли за мужчиной в другую комнату, а Блэк вместе с Фредом помог Эдди подняться. За столом они сели по обе стороны от девушки, чтобы она чувствовала себя более защищенной, когда на кухню спустились Билл с Флер, а за ними недовольная чем-то Молли.
— С Рождеством, миссис Уизли. — сказала Эдвидже, с легкой надеждой на принятия, глядя на женщину.
— С Рождеством. — ответила она с натянутой улыбкой, едва посмотрев на девушку.
Эдди расстроенно потупила взгляд, Фред ласково взял ее ладонь в свою, шепча разные глупости, чтобы отвлечь ее от темы, пока Флер и Сириус с неприкрытым недовольством смотрели на женщину, а остальные бросали друг на друга пораженные взгляды.
***
Обед проходил в легком напряжении, которое преимущественно исходило от Молли. Сириус заметил, что все были в свитерах Уизли, кроме Флер, которую, казалось, это ни капли не волновало. Она стоически игнорировала женщину, воркуя с Биллом, и весело болтала с Эдди, пока близнецы веселили младших небольшими фокусами, а Артур перешептывался с ним и Гарри насчет беспокойства последнего о Драко.
— Я думаю, ты можешь быть прав. — серьезно сказал Сириус, глядя крестнику в глаза.
— Но зачем... ему 16-летний подросток в своих рядах? — непонимающе спросил Артур.
— Не думаю, что дело в том, нужен он ему или нет. — криво ухмыльнулся брюнет. — Малфой — старший — не смог выполнить приказ и попал в Азкабан вместе с некоторыми важными сторонниками. Он может просто использовать парня, чтобы отомстить за проступки Луциуса, а также держать в узде Нарциссу. К тому же, он и раньше брал к себе несовершеннолетних. — с горечью добавил Блэк, переводя взгляд на свои руки.
И, если Артур понял, на кого намекает брюнет, то Гарри не сводил взгляд с крестного, ожидая каких-нибудь объяснений.
— Мой младший брат... Регулус, — с трудом проговорил он, ведь это имя стояло у него костью в горле, — был фанатиком, как и вся моя семья и... присоединился к Пожирателям в 16 лет.
По голосу Блэка было слышно, что ему трудно говорить об этом, и благо Поттер все понял и не стал дальше рыть эту тему.
— Это Перси? — неожиданно раздался голос Эдди, которая показывала куда-то на окно.
— О, Артур, это правда Перси! — радостно воскликнула Молли, вскакивая из-за стола. — О, он с министром.
Фред с Джорджем криво ухмыльнулись, понимая, почему Перси вдруг появился дома на праздник, а Блэк ощутимо напрягся, не понимая, что здесь забыл Скримджер.
— С Рождеством, матушка. — сказал блудный сын, стоя на пороге дома, но не промолвил ни слова остальным, а близнецы с мистером Уизли сурово смотрели на него.
Министр о чем-то говорил с Молли, пока та уговаривала их сесть со всеми за стол, но тот только протолкнул помощника ближе к его семье, а сам попросил поговорить наедине с Гарри, что очень не понравилось Сириусу.
— Вы не можете говорить с ним с глазу на глаз — ему нет 17. Либо вы будете говорить при мне, либо не будете говорить вообще. — встав напротив мужчины, резко сказал Блэк.
Понимая, что спорить с законным опекуном он не может, Скримджер согласился на эти условия и вышел во двор вместе с Поттером и Сириусом, а дом погрузился в звенящую тишину, заполненную взволнованным дыханием каждого из присутствующих.
— Привет, Перси. — дружелюбно поприветствовала его Эдди, чтобы разбавить гнетущую атмосферу, чем удивила всех остальных.
Парень вежливо перевел взгляд на нее, но застыл, как вкопанный, когда увидел ее живот.
— О-о, привет. — спохватился он, нервно поправляя галстук. — П-поздравляю, какой срок?
— 27 недель. — мягко улыбаясь, ответила она. — Через 2 месяца уже родятся.
— Родятся? Их несколько?
— Двое. — беззлобно усмехнулась Эдди, а Фред продолжал сверлить брата недовольным взглядом.
— Почему я не удивлен, хотя должен быть? — добродушно спросил Перси, искренне улыбнувшись девушке, а близнецы с Артуром с удивлением наблюдали за их общением.
— Хочешь потрогать? — предложила Эдвидже, указывая на живот, и тот к еще большему недоумению своей семьи согласился.
Он медленно подошел к ней и осторожно положил ладонь на живот, с трепетом глядя на девушку, когда дети начали толкаться.
— Данте собирался передат тьебе письмо при встрече с новостью о детях. — сказала Эдди, а у Перси от шока даже очки перекосились. — Мы специально ждали Рождества, чтоби всем рассказат.
Риччи понимала, почему Фред и остальные продолжали холодную войну с Перси, и частично разделяла их негодование, но лично для себя не хотела конфликтов с кем-то еще из Уизли. К тому же, она знала, что сама поступала не лучше по отношению к своей семье, и чувствовала некоторое родство по несчастью с парнем.
Перси собирался что-то спросить у девушки, но тут в дом вернулись недовольные Блэк с Поттером, а министр одним взглядом показал, что им пора уходить.
— Прости, я должен идти. — поджав губы, сказал он, а Эдди понимающе кивнула. — С Рождеством. — парень улыбнулся ей на прощание и кивнул близнецам, которые оставили этот жест без ответа.
***
Сириус с Гарри не стали вдаваться в подробности разговора со Скримджером, а Джинни предложила перейти к обмену подарками, в надежде, что станет хоть немного веселее.
Все вернулись в гостиную, и Блэк начал передавать коробки и свертки, которые лежали у дерева. Поттер, увидев, что Лаванда прислала Рону специфический кулон, стал подтрунивать над другом вместе с Джиневрой, а Флер поспешила написать Джованне письмо, благодаря ее за ожерелье из натурального жемчуга. Фред с Джорджем были стиснуты в крепких объятиях растроганной Молли, которая гордо носила подаренную ими шляпу с натуральными камнями и золотое колье, а Эдди объясняла Артуру, как пользоваться проектором, который они с близнецами купили ему, а Сириус заколдовал.
Когда все презенты были получены, Молли ушла на кухню, чтобы разрезать рождественский пирог. Эдвидже и Флер оказались единственными, кому миссис Уизли не подарила свои фирменные свитера, что очень огорчило итальянку и не осталось без внимания Фредерика и Сириуса.
— Мам, мы можем поговорить? — спросил Фред, подойдя к матери на кухне.
— Конечно, милый. Вот, возьми. — она передала сыну тарелки, чтобы он помог ей с десертом.
— Почему ты не подарила свитер Эдди? — Молли выронила нож от строгого тона парня, и тот со звоном упал на пол.
— Она же не Уизли. — ответила она, стоя к сыну спиной, а Фред лишь сухо рассмеялся ее заявлению.
— Ты это серьезно?
— Ты же знаешь, что я вяжу эти свитера только своим детям.
— Гарри не твой ребенок. — решительно сказал Фред, скрестив руки на груди.
— У Гарри никого нет! — Молли резко повернулась к сыну, закинув полотенце на плечо.
— У него есть Сириус!
— И только! А у Эдвидже есть своя семья, весьма большая. — грубо протараторила ведьма, указав на парня пальцем. — Я не понимаю, почему ты так беспокоишься об этом — Билл же ничего не говорит о том, что у Флер нет свитера.
— Да Билл просто боится вытащить язык из задницы и вступиться за любимую женщину! — вскрикнул Фред, от чего все в гостиной переполошились. — Он знает, что мгновенно перестанет быть в твоих глазах золотым ребенком, и это, по всей видимости, для него куда важнее, чем собственная невеста! Но мне ведь терять нечего, не так ли?
— О ч-чем ты говоришь? — дрожащим от возмущения и обиды голосом спросила Молли.
— Я ведь никогда не был любимчиком, как и Джордж. Ты ведь нас даже различить не можешь.
— Фред, ч-что ты такое...
— Разве не так? С самого детства все, чтобы мы ни делали, чем бы ни увлекались, ты всегда находила это пустой тратой времени и пыталась нам навязать свои взгляды! Заметь, единственный ребенок, который следовал твоим словам во всем — Перси, и посмотри, что из этого вышло!
— Фред, послушай... — спокойно обратился к нему Артур, прибежав на кухню, чтобы помочь уладить конфликт.
— Нет, вы послушайте! — он с силой хлопнул по столу, со слезами в глазах глядя на маму, которая вздрогнула от его реакции. — Ты только и делала, что кричала на нас каждый раз, когда тебе что-то не нравилось! Всегда ставила нам в пример других наших братьев, но ни разу не похвалила нас! Когда мы начали зарабатывать на своих изобретениях, ты уничтожила все наработки, хотя на их создание мы не взяли у вас ни кната! Просто взяла и избавилась от полугода наших стараний, несмотря на то, что они уже начали приносить неплохой доход, но ты называла все это ошибкой! А потом ты стала так говорить о моих с Эдди детях! О детях, черт возьми!
Фред шумно вздохнул, проводя руками по волосам в попытках успокоиться, не в силах больше кричать.
— С того момента, как мы рассказали вам о них, папа был единственным из вас, кто общался с Эдди, а ты ни разу не спросила, как она себя чувствует, все ли в порядке с малышами, а при встречах делала вид, что Эдди просто нет. И сегодня — тоже самое. — горько продолжил он, показывая, насколько устал от всего этого. — Ты продолжаешь относиться к ней как к чужому человеку и пытаешься убедить меня, что она просто водит меня вокруг пальца. Знаешь, мама, я тебя люблю, но это слишком, даже для тебя.
Молли растерянно переглянулась с мужем, ища в его глаза поддержку, но Артур лишь тяжело вздохнул и покачал головой, молча разделяя мнение сына.
— Ты можешь считать хоть всю мою жизнь ошибкой, говорить, насколько я бестолковый, называть глупым, несносным, неблагодарным ребенком — мне все равно, но я не позволю относиться так к моим девочкам. И раз тебе так не нравится Эдди и тот факт, что я сам скоро стану отцом, то можешь не утруждать себя — их бабушкой ты не будешь.
Он быстро вышел из кухни, подходя к Эдвидже, которая сидела в объятиях Сириуса и Флер и тихо плакала. Фред помог ей подняться и вместе с Блэком стал ее одевать, чтобы они могли вернуться на Гриммо. Джордж последовал за ними, кивнув на прощание остальным, пока те сидели в полной тишине, задумавшись над словами парня.
Билл нервно смотрел на свою невесту, которая лишь робко улыбнулась ему, поджав губы; Гарри неуверенно ерзал на месте, чувствуя себя неловко посреди чужой ссоры; Джинни гневно скрестила руки на груди, словно отказывалась верить, что ее мама могла себя так вести; Рон с тоской смотрел на близнецов, разделяя их чувство «неудавшегося» ребенка, хотя и не догадывался, что они держали в себе такие эмоции, а единственным звуком в доме были прерывистые рыдания миссис Уизли.
***
Вернувшись на площадь Гриммо сразу после ссоры, четверка застала Джованну с детьми, когда те сидели на полу в гостиной, испачканные мукой, пили глинтвейн и над чем-то смеялись.
— У вас тут явно веселее. — с тоской сказал Джордж, глядя на смеющуюся троицу.
— Что случилось? — с беспокойством спросил Данте, заметив подавленность сестры.
Сириус с Джорджем взяли на себя пересказ прошедшего обеда, уведя всех на кухню, кроме Фреда с Эдди, чтобы те могли побыть наедине. Дослушав историю, Доната с братом собрали тарелку любимого печенья Эдвидже, сделали ей глинтвейн на соке и отнесли в зал, пока Джина шепотом проклинала Молли всеми известными ей ругательствами.
— Мerda/( дерьмо)... Нужно было идти с вами... — успокоившись, сказала брюнетка, наливая Блэку и близнецам Уизли глинтвейн с добавлением бренди. — Может после этой ссоры она наконец начнет относиться к вам уважительнее.
Джордж лишь признательно улыбнулся и забрал напитки у ведьмы, чтобы помочь отнести их в гостиную. Джина села возле Эдди, которая сразу же прижалась к ней всем телом, кладя голову на грудь, а Сириус по-отцовски похлопал Фреда по плечу, глядя на парня взглядом полным гордости и благодарности.
— Не вини себя. — ласково сказала Джованна, посмотрев на Фредерика, который выглядел так, словно сделал что-то непростительное. — Отстаивать свои границы всегда трудно, особенно с родителями, но у тебя есть право злиться и требовать уважения к себе и своей собственной семье.
Парень тепло посмотрел на итальянку и мягко сжал протянутую к нему ладонь.
Сириус вместе с сыном и Джорджем накрыли небольшой стол в зале, пока Данте рассказывал им, как прошел их день, чтобы отвлечь от тягостных мыслей.
— Мы хотим кое-что вам показать. — воодушевленно сказал Фред, многозначительно переглядываясь с братом. — Это наш новый товар, который мы планируем запустить в начале февраля ко дню святого Валентина.
Все заинтриговано посмотрели друг на друга, когда Джордж приманил небольшую коробку, внутри которой было 5 свечей молочного цвета в глиняных цилиндрических формах.
— Они ароматические и пахнут для каждого по-своему, тем, что человеку больше всего нравится.
— Как амортенция? — спросил Блэк, с интересом рассматривая продукт, а Уизли синхронно кивнули.
Первой схватила свечу Доната и через несколько мгновений восторженно затараторила:
— Мамино ореховое печенье, цветущая вишня и костер.
Все, кроме Фреда с Джорджем, шокировано посмотрели на нее, пораженные тем, что это может работать, и Сириус взял свечу из ее рук, чтобы проверить, будет ли она пахнуть для него иначе.
— Кофе, красные апельсины и прохладная летняя ночь. — пробормотал брюнет, глядя на Джину, и передал свечу ей.
— Океан... бергамот... — задумчиво перечисляла она, пытаясь понять остальные запахи, как вдруг резко посмотрела на Сириуса, крепче сжимая в руке горшочек.
— И мокрая собака? — иронично спросила Эдди, от чего Джина громко рассмеялась, а Блэк, наоборот, обиделся. По крайней мере, попытался сделать вид.
— Древесный одеколон.
Сириус расплылся в ехидной улыбке, слегка прикусив нижнюю губу, а Джованна поняла, что он эту тему так просто не оставит, и передала эстафету Эдвидже, чтобы немного отвлечь внимание брюнета.
— Хвойный лес, винил и порох. — она ярко улыбнулась Фреду, который с благоговением смотрел на нее, и передала свечу брату, который пока что не проявил к ней особого интереса.
— Книги, чернослив... — спокойно начал он, но вдруг недоверчиво нахмурил брови, а после растерянно посмотрел на свои руки и тихо пробормотал: — Жасмин.