Часть 2
«Хогвартс-экспресс» в сгущавшемся сумраке рождественского вечера приближался к вокзалу «Кингс-Кросс», постепенно замедляя ход. В освещенных проходах уже толпились студенты-старшекурсники с клетками и корзинами, весело переговариваясь, застегивая теплые куртки и натягивая шапки до глаз.
За окном падал крупный, пушистый снег, покрывая город пеленой и легкой дымкой, смазывая фонарики и огни гирлянд. Ветер становился все сильнее, кидая хлопья прямо в лицо людям, спешащим по рождественским улицам.
Пока коридоры наполнялись студентами, а поезд тормозил у платформы девять и три четверти, в одном из купе последнего вагона стояла темнота и тишина. Лишь белый кот сидел в свободном углу дивана и мотал хвостом, наблюдая за белой совой в клетке на багажной полке. Только мерное дыхание четырех спящих подростков нарушало тишину купе.
Дверь резко открылась, разрезая темноту:
- Вы идете? - Роза замерла на пороге, оглядев спящих. Джеймс растянулся на одном из сидений, положив голову на колени Ксении. Скорпиус откинулся на спинку, прижав к себе Лили. Никто не пошевелился. - Подъем!
- Ай! - вскрикнул Джеймс, вскакивая, потому что испугавшийся крика Розы Ерш вцепился в его ногу, спасаясь бегством. Ребята зашевелились.
- Уизли, будильник из тебя посредственный, - еще в полудреме протянул Скорпиус, потягиваясь, а потом зарываясь лицом в рыжие волосы Лили. Та пошевелилась и открыла глаза, понимая, что поезд остановился.
Роза была уже полностью одета, а за ее спиной маячил Хьюго.
- Малфой, прости, что разбудила тебя, но знаешь, не думаю, что ты мечтаешь остаться в поезде, когда его отгонят на запасные пути, - фыркнула девушка, зажигая свет в купе и наблюдая, как Джеймс шнурует ботинки. - Твоих родителей бы занесло снегом прежде, чем ты бы добрался до них...
- О, Уизли, ты заботишься о моих родителях? Перепила вчера сливочного пива? - Скорпиус поднялся и подал Лили ее куртку.
- Скор, уймись, - мягко попросила девушка, подмигнув Розе.
- Ладно, мы ждем вас на платформе, - Роза вышла из купе, надеясь, что до Рождества они попадут домой.
Через две минуты четверо друзей вышли из вагона на уже полупустую платформу, Скорпиус все это время сражался с Ершом, пытаясь на ходу запихнуть свободолюбивого и напуганного кота в корзину.
- Привет, дядя Гарри, - Роза подошла к мужчине и поцеловала его в щеку, отметив, что он перестал быть болезненно худым, и взгляд его уже не попадал под категорию мучительно-тоскливого. Он улыбался, пожимая руку Хьюго и следя, как его дети вываливаются из вагона. Платформу огласил визг кота и чертыханье Малфоя:
- Или ты лезешь в корзину, или я свяжу тебя узлом, лохматый зубастик!
Лили рассмеялась и забрала кота у слизеринца. Ершик сразу же успокоился, но зашипел в сторону Скорпиуса. Джеймс усмехнулся, пожимая руку Малфоя. Ксения пристально посмотрела на Гарри Поттера, а потом повернулась к кузену:
- Трансгрессируем?
Малфой кивнул.
- Вас никто не встречает? - Лили оглянулась к отцу, он ей понимающе улыбнулся.
- У нас сегодня прием в поместье, так что им некогда, - Скорпиус легко коснулся губами щеки гриффиндорки и отстранился. - Увидимся...
Он подтолкнул девушку в сторону ожидающего их с Джеймсом отца. Гарри кивнул слизеринцу. Через пару мгновений ни Малфоя, ни Ксении на платформе уже не было.
- Привет, папочка, - Лили обняла и чмокнула отца, сбив с его волос снег. Потом подняла глаза и замерла.
Отец, видимо, поймав ее взгляд, усмехнулся:
- Да, это Гермиона нашла какое-то заклинание, - Гарри запустил руку в волосы, ставшие опять черными, как смоль, только виски все еще серебрились, словно паутина на осенней земле.
- А где Гермиона? - Джеймс подхватил корзину с Ершом и клетку с Бэгом, когда они направились к барьеру платформы, где пожилой волшебник пропускал последних студентов и их родителей.
- Они с Алом готовят рождественский ужин, - Гарри взял сумки у Розы и Лили, пока девушки проходили через барьер.
- Что ж, мясной пирог с шоколадом и кремом украсит наш стол, - ухмыльнулся Джеймс, следуя за сестрами.
У вокзала их ждала министерская машина, за рулем сидел веселый водитель-волшебник, который выскочил и стал помогать укладывать вещи детей в багажник. Гарри сел впереди, а четверо ребят - на широкое заднее сиденье.
- Нам далеко ехать? - спросил Джеймс, сладко зевая.
- Нет, за минут пять домчимся, - пообещал водитель, надвигая на глаза кепку. - Домчим с ветерком.
- Как бал? - Гарри обернулся к детям, с улыбкой глядя на них. По лицу Джеймса было понятно: он еле держал глаза открытыми, но улыбался блаженно и мечтательно. Лили чуть хмурилась, покусывая губу, и Гарри даже мог сказать, о чем дочь думает - о новом доме и новой семье, потому что на платформе, рядом со Скорпиусом Малфоем, она выглядела по-другому: счастливой и довольной.
- Все было замечательно, - Роза хлопнула кузена по спине, когда Джеймс пытался устроиться на ее плече поспать.
- Ага, - Джеймс просто наклонился в другую сторону и склонил голову к Лили. - Наша Роза закадрила Манчилли и учила его вальсировать...
Роза одарила кузена убийственным взглядом, а Гарри постарался сдержать удивленное выражение лица. Роза и Теодик Манчилли? Рождественский сюрприз... Хотя, почему нет? Тео - это не Снейп...
- А Хьюго прослушал трактат о размножении песочных нарглов в исполнении Виолы Линч, - промычал Джеймс, не открывая сонных глаз.
- Джим, ты, очевидно, не выспался: с каких пор ты стал тем, что мы зовем «Шелли и Кэтлин»? - Роза ткнула кузена в бок. - Лучше бы о себе рассказал...
- Думаю, Хагрид до сих пор прикладывает к синяку мясо дракона, чтобы залечить тот «фонарь», что оставила ель, которую ты, Джеймс, сдернул с постамента, пытаясь на нее залезть, - Лили попыталась не засмеяться, но не выдержала - и начала хохотать.
Даже Хьюго засмеялся, а Гарри лишь покачал головой, отворачиваясь и невольно заражаясь всеобщим весельем - смеялся даже Джеймс. Мужчина чувствовал приятное тепло от этого смеха, от того, что сегодня вся его новая семья будет дома.
Машина свернула с шоссе и притормозила у ограды, за которым возвышался красивый кирпичный дом с покатой крышей. Во дворе стояли три высокие ели, на которых мигали гирлянды, три нелепых снеговика прижались к крыльцу. В окнах первого этажа - а их было три - горел свет.
- Приехали!!! - из входной двери вылетел Альбус, на ходу завязывая шарф поверх красного джемпера. Он побежал по дорожке к калитке, где Гарри выгружал вещи ребят.
Лили подхватила брата и обняла, улыбаясь.
- Привет, Ал, - Джеймс потрепал брата по голове. - Лил, своего кота бери сама, он у тебя сегодня бешеный...
- Я возьму! - Альбус схватил клетку с Ершиком и потащил к крыльцу вслед за Хьюго. - А я вчера весь день делал подарки, - признался мальчик идущей рядом сестре. - Гермиона мне помогала, но ее подарок я ей не показал... Я резал лимон для пирога...
Лили с Джеймсом переглянулись над головой брата, а потом зашли в небольшую прихожую, где их уже встречала Гермиона.
- Привет, мам, - Хьюго поцеловал ее в щеку, скинул кроссовки и прошел дальше, с гостиную. Его за руку схватил Ал:
- Пойдем, я покажу тебе твою комнату, она рядом с моей.
Джеймс ухмыльнулся и пробормотал:
- Удачи тебе, Хью, - а потом проследовал в гостиную, где тут же развалился на диване. - Экскурсию откладываем до тех пор, пока я не высплюсь...
Подошел отец и одним толчком поднял Джеймса на ноги.
- Ладно-ладно, я сделаю вид, что мне безумно интересно, где тут кладовка и чердак, - ухмыльнулся парень, потирая глаза. Потом он увидел, как по лестнице сбегают три кота, и застонал:- Нет, а я-то понадеялся, что эти существа исчезли из моей жизни...
Лили присела рядом со своими питомцами, потом выпустила из корзинки Ерша, и четверо котов устремились на кухню.
- Гарри, тебе пришло письмо, - Гермиона протянула мужчине конверт, мягко погладила его по руке, поймав взгляд зеленых глаз, в очередной раз за эти месяцы поразившись их чистому, спокойному выражению. - Я покажу детям комнаты.
Он кивнул, позволяя Гермионе, как и всегда, взять все в свои руки, а сам пошел в небольшой кабинет, счастливым обладателем которого он стал.
Гермиона поднялась на второй этаж. Роза, Лили и Джеймс последовали за ней. Где-то еще выше был слышен возбужденный голос Альбуса.
- Здесь у нас будут жить девочки, - женщина указала на двери в спальни. - Первая - для Розы, вторая - для Лили, в конце коридора комната для гостей.
Джеймс нахмурился, вдруг понимая, что...
- На третьем этаже комнаты для мальчиков, - с улыбкой объявила Гермиона, заглушая притворный стон Джеймса, закатившего глаза.
- Ну, я же просил... - как-то по-детски захныкал Джим, с неохотой продолжая подъем по лестнице.
Гермиона проводила взглядом парня, а потом повернулась к Розе и Лили. Она успела поймать на себе долгий и немного злой взгляд дочери Гарри, но не подала вида, понимая, что если и могли возникнуть проблемы с детьми, то они воплотились в лице Лили.
Девушки разошлись по своим спальням, куда уже были принесены все их вещи, а Гермиона спустилась вниз и зашла в кабинет Гарри. Помещение было небольшим, обитым темными панелями, с массивным столом и креслом, с книгами на полках, что занимали всю правую стену. Гарри стоял у окна, о чем-то думая.
Он оглянулся, услышав, как Гермиона вошла. Он мягко ей улыбнулся - только ей он дарил такую нежную, беззащитную улыбку - и обнял одной рукой, когда она подошла и встала рядом.
- Она привыкнет, - сказал Гарри, понимая то, что хотела сказать ему Гермиона. - Просто мы должны дать ей время.
Она кивнула, прижавшись щекой к его плечу.
За окном падал снег, в вечернем сумраке светились фонарики на елках.
- Папа! - в кабинет ворвался Альбус, неся что-то в руках. - Смотрите: Роза привезла мне значок!
Гермиона улыбнулась и взяла из рук мальчика значок с надписью «будущее Хогвартса».
- Пристегни, пожалуйста, - Ал выпятил грудь, позволяя Гермионе прикрепить значок на его свитер, и гордо посмотрел на отца.
- Замечательно, - Гарри потрепал сына по голове. - А где остальные?
- Джеймс завалился спать, а Хьюго раскладывает вещи... - Альбус забрался в кресло Гарри и стал мотать ногами, недостающими до пола. - А Роза влюбилась...
Гермиона подняла брови, оглянувшись на Гарри, - они оба уже привыкли к странным заявлениям Ала, который иногда бессознательно проникал в сознание других людей, даже не замечая этого, и поэтому знал часто больше, чем другие.
- Альбус, я же тебя просил, чтобы ты не разбалтывал чужие секреты, - Гарри взял сына на руки, и втроем они вышли в гостиную, в углу которой стояла еще не наряженная елка.
- А это секрет? - изумился Альбус, сползая на пол. - Я не знал... А когда мы будем наряжать елку?
- Я позову девочек, а вы пока достаньте шары.
Гарри проследил, как Гермиона поднималась по лестнице - он понял, что она хочет поговорить с Розой. А, может, и с Лили. Он давно научился легко ее понимать.
- Пойдем сначала проверим, что вы там наготовили, - Гарри увлек сына на кухню.
А Гермиона, тихо постучавшись, вошла в комнату своей дочери. Роза уже разложила вещи и теперь сидела на постели. Когда вошла мама, она подняла голову и улыбнулась.
- Ну, как? - Гермиона села рядом с дочерью.
- Мне нравится, - пожала плечами Роза. - Но ведь дом делают домом не комнаты и пространства, правда? Мне кажется, что здесь нам всем будет хорошо. Даже дяде Гарри...
- Почему даже?
- Потому что он стал другим, - девушка улыбнулась. - И ты стала другой.
Гермиона смутилась под пристальным взглядом дочери.
- Я скучаю по папе, - прошептала Роза и обняла мать. - Но я знаю, что ничего уже не изменить. Да я и не хочу...
- Я тоже скучаю по папе. И Гарри по нему скучает, - Гермиона прижала к себе дочь.
- Но ты не грусти, мам, - Роза отстранилась, поправляя волосы и улыбаясь. - Кто, кроме тебя, сможет позаботиться о дяде Гарри и Альбусе? Я рада, что ты счастлива. Ведь это главное, правда?
Гермиона прикрыла глаза, в которых скопились слезы, и погладила дочь по голове. Ее взрослая, все понимающая девочка.
- Альбус сказал, что ты влюбилась, - Гермиона справилась с собой и взглянула на дочь. Та залилась румянцем, пряча взгляд.
- Ал такой же болтун, как и Джим, - фыркнула девушка.
- Это тот человек без счастливых воспоминаний?
Роза кивнула, комкая в руках край джемпера.
- У него есть счастливые воспоминания.
- Свои? Или ты их создала? - подмигнула девушке Гермиона, радуясь за дочь. Роза усмехнулась, пожав плечами. - Почему ты не пригласила его к нам?
- Я пригласила. Но он поехал к себе домой, к своей матери. Он не видел ее много лет.
- Как его зовут?
Роза с каким-то вызовом взглянула на мать:
- Тео. Теодик Манчилли.
Гермиона онемела от неожиданности.
- Я знаю, мам, что он странный, что он сын Северуса Снейпа, что он...
- Роза, - Гермиона погладила дочь по плечу. - Он хороший молодой человек, он, как и любой другой, достоин любви. Его отец был одинок и несчастен, поэтому он стал таким, каким мы его знали. Я рада, что с его сыном этого не произойдет. Ведь у вас все взаимно, да?
Роза кивнула, чуть смущаясь, но улыбаясь открыто и искренне.
- Он поехал к своей маме, с которой поссорился очень давно. А еще я убедила его, что он... Что он достоин носить фамилию Снейп, - на одном дыхании выдала девушка, а потом посмотрела на мать, ища поддержки. - Я знаю, как для него это важно! Но ведь это будет трудно, да? Трудно доказать, что он сын профессора Снейпа...
- Трудно, но не невозможно, - Гермиона усмехнулась. - Не забывай, что твоя мама - заместитель начальника Отдела магического правопорядка, а твой дядя Гарри - старший преподаватель Академии Мракоборцев.
- Правда? Дядя Гарри принял предложение?!
Гермиона кивнула, разделяя радость дочери, потому что считала, что Гарри не сможет без работы, а вернуться в Отдел он категорически отказывался, тем более его возглавить.
- Так что не переживай: раз Тео так важно носить фамилию отца, он обязательно получит это право, - Гермиона поднялась. - Альбус ждал вас, чтобы нарядить елку, так что спускайся вниз. А я пойду к Лили...
Роза кивнула, долго смотрела на мать, улыбаясь:
- Все будет хорошо, мам, ей просто сейчас тяжело. Ты же знаешь, что она любит тебя...
Гермиона кивнула и вышла. Значит, она была права, решив, что Лили все еще не смирилась.
Лили сидела на подоконнике, обняв колени, и смотрела на улицу. Она обернулась, когда услышала стук.
- Можно?
Девушка кивнула, спустила ноги и в ожидании посмотрела на Гермиону.
- Помощь нужна? - женщина кивнула на еще не разложенные вещи. Лили покачала головой, чуть улыбнувшись. - Альбус зовет наряжать елку...
- Да, - кивнула девушка, - мы всегда делали это всей семьей в рождественский вечер.
Гермиона поймала испытывающий взгляд Лили, но глаз не отвела. В молчании проходили мгновения.
- Лили, я знаю, что ты скучаешь по маме и что тебе трудно принять то, что я и твой отец...
Лили спрыгнула с подоконника и сделала шаг к кровати.
- Все нормально. Мамы нет. Вы имеете право...
- Лили, - Гермиона заставила девушку посмотреть ей в глаза, взяв ее за плечи. - Я никогда не займу место твоей мамы, да я и не хочу этого. Она - твоя мама, и я знаю это. Ты любишь ее и будешь всегда любить, и это правильно. И твой папа тоже всегда будет ее любить. А я буду любить Рона. Но это прошлое, пойми.
Лили смотрела на Гермиону, но ничего не говорила.
- И твой папа всегда будет любить тебя.
Девушка вздрогнула, чуть отстранилась.
- Я никогда не займу твое место или место Джинни в его сердце. Да мне этого и не надо... Я просто хочу, чтобы вы все были счастливыми. Твой папа заслужил это, ты же знаешь...
Лили кивнула, отводя взгляд.
- Мертвые не чувствуют, им все равно... любить надо живых, - проговорила девушка тихо. Потом посмотрела на Гермиону:- Прости, я знаю, что не права... Просто... мне нужно время. Я действительно рада, что рядом с отцом есть ты. Я же вижу, - Лили чуть отошла, обхватив себя руками, - вижу, что ему с тобой легче... Но ведь совсем недавно была мама, а теперь ее нет... Я тоскую без нее, а папа...
- Лил, - Гермиона обняла девушку, поглаживая по голове. - Отец тоже тоскует по ней, только не показывает вам этого. Мужчины не плачут. Ты же знаешь своего отца: он сильный, он хочет быть сильным и непобедимым, каким все его видят... Я уверена, что если ты захочешь поговорить с ним об этом...
- Я не буду, - покачала головой Лили, отстраняясь и вытирая слезу со щеки. - Я не хочу напоминать ему об этом. Просто... это очень трудно. Первое Рождество без мамы...
- Все образуется, - уверенно произнесла Гермиона. - Поверь...
Лили кивнула.
- Идем, Альбус, наверное, уже все шары повесил без нас.
Они вместе вышли из комнаты, но на лестнице Лили остановилась:
- Гермиона, я действительно рада, что отец не один.
Женщина улыбнулась, потрепав Лили по плечу.
- Ну, скорее же! - встретил их нетерпеливый крик Ала, который скакал вокруг елки и открытых коробок с шарами. Гарри в это время доставал мишуру, а Роза разворачивала ангела для верхушки. Джеймс сонно развалился на диване, одним глазом приглядывая за котом, который сидел у камина и собирался, кажется, устроиться на коленях парня. Хьюго жевал бутерброд, сидя на ковре, и читал газету.
Гарри быстро скользнул взглядом по лицу Лили, потом посмотрел на Гермиону, которая успокаивающе ему улыбнулась, подошла и потрепала по волосам. Он накрыл ее руку своей большой, теплой ладонью, ловя взгляд, который дарил ему свет и надежду. Дети переглянулись, пряча понимающие усмешки, только Альбус прыгал вокруг елки и пел, иногда запинаясь, немного знакомую, но подправленную кем-то песню:
«И Ала-героя домой отвели,
Туда, где резвится он в малые лета,
С ним рядом в кровати Липучка лежит,
К подушке приклеилась чудо-конфета...».
Часть 3
- Дедушка, отгадай, в чем разница между совой и фениксом? - Альбус хитро улыбнулся, сидя на бочке и болтая в воздухе ногами. Он поднял голову, когда темный человек, стоявший рядом, хмыкнул. Он всегда так хмыкал - будто все знает, но никому не расскажет.
- Не подсказывайте, Северус, я сам догадаюсь, - Дамблдор тоже сидел на бочке. Он приложил к губе палец, выражая глубокую задумчивость. - Так-так, здесь, наверное, какая-то заковырка, какой-то подтекст, и ответ не лежит на поверхности... Ну, то, что феникс - дух огня, а сова - дух воздуха, это не то...
Альбус рассмеялся и покачал головой.
- Так... - глаза Дамблдора весело сверкнули. - Нужно смотреть в корень проблемы, да? Итак, сова разносит почту, а феникс нет...
- Сдаешься?! - с радостью подпрыгнул на своей бочке Ал, свалился, но тут же вскочил и подошел к Дамблдору. Старый волшебник кивнул, доставая из бочки, на которой сидел, лимонную дольку. - Ага, сдаешься! Смотри: все просто! - мальчик вынул из-за спины коробку с надписью «Сладкие птицы». - Сова всегда мятная, а феникс - лимонный.
Раздалось раздраженное фырканье Снейпа.
- Правда, однажды мне попался феникс апельсиновый, но, мне кажется, это просто по ошибке, правда, дедушка? - Альбус вернулся к своей бочке. - А дядя Северус знал ответ...
- Северус, что же вы стоите, садитесь, - Дамблдор махнул рукой, и рядом появилась еще одна такая же бочка. Снейп лишь криво усмехнулся:
- Благодарю, - но не двинулся с места.
- Дядя Северус, может, ты не хочешь сидеть на этой бочке? Тогда давай поменяемся, - предложил Альбус, спрыгивая и подбегая к свободному месту. - У меня бочка удобнее и лучше.
Снейп посмотрел сначала на одну бочку, потом на другую, которые отличались лишь тем, что на сидении Альбуса значилось «Шоколадные лягушки», а на новой бочке - «Друбблс».
Альбус с разбегу заскочил на бочку «Друбблс» и встал, чтобы быть на уровне глаз стоящего Снейпа.
- Дядя Северус, ты какой-то не праздничный, а ведь сейчас Рождество! - мальчик оглянулся на Дамблдора, который развернул очередную лимонную дольку и отправил в рот, подмигнув Альбусу. - Вот у дедушки на кончике шляпы - елочная игрушка. У меня - рождественская улыбка, смотри, - Ал осклабился, показывая Снейпу ряд недавно выросших коренных зубок. - А ты неправильный, хмурый... Надо...
Альбус огляделся и увидел свисающую сверху зеленую мишуру. Он дернул, - мишура послушно осталась в руках - а потом нахмурился, потому что Снейп стоял слишком далеко и Ал не мог дотянуться.
- Дядя Северус, пододвинься, - попросил мальчик, но Снейп лишь поднял надменно брови и сложил руки на груди. Альбус не растерялся - сполз с бочки, пододвинул ее вплотную к мужчине и снова забрался наверх, нежно обвив вокруг шеи и плеч Снейпа мишуру. Тот скосил глаза, но промолчал. - Вот теперь мы все рождественские, можно вручать подарки, правда, дедушка?
Дамблдор кивнул, глаза его мерцали, улыбка пряталась в бороде, когда он смотрел на украшенного мишурой Снейпа.
- Что бы ты хотел получить на Рождество, Ал? - Дамблдор проследил, как мальчик сползал с бочки.
- Очки, как у тебя, - тут же ответил Альбус, подходя к старому волшебнику. Дамблдор снял со своего крючковатого носа очки и протянул Алу. Мальчик улыбнулся, убрал свои в карман пижамы и водрузил подарок Директора на свой маленький нос, задорно улыбаясь.
- Смотри, дядя Северус! Похож я на дедушку? - Альбус повернулся к Снейпу. - Похож?
Мужчина промолчал, лишь криво усмехнулся. На лице Дамблдора уже сияли новые очки-половинки.
- Теперь я буду дарить подарки, ладно? - мальчик порылся в карманах пижамы и извлек оттуда пару шерстяных, ярко-желтых, покрытых узором из конфет, носков. - Это тебе, дедушка, носи и не болей.
Дамблдор расплылся в радостной улыбке, тут же скинув туфли и натянув желтые носки.
- Спасибо, Альбус, давно мечтал о таком подарке.
- А я знал, - ухмыльнулся Ал и снова водрузил себя на бочку возле Снейпа. - Я не знал, что ты хочешь на Рождество, дядя Северус, поэтому я решил подарить тебе радость. - Снейп нахмурился, видимо, предвкушая. - Твоего сына любит наша Роза. Она его спасла. И он станет Снейпом, Гермиона так считает. Она думала о том, что обязательно добьется, чтобы твой сын стал... как его там... ну... Тео... ну, да, Тео Снейпом...
Северус сморгнул, потом развернулся на каблуках и вскоре растворился среди белых стен. Альбус обернулся к Дамблдору - тот мягко улыбался.
- Ты не хочешь посмотреть другие свои подарки?
- А уже пора? - подпрыгнул мальчик, оживляясь. Дамблдор кивнул.
- Иди.
- С Рождеством, дедушка Альбус! - Ал обнял старого волшебника, прижавшись на мгновение.
- И тебя, тезка. Иди...
Альбус кивнул и открыл глаза, сразу же садясь на постели. Хмурый свет рождественского утра вызвал улыбку на лице мальчика. Он увидел в ногах кровати гору свертков. Он соскочил на пол и тут же начал разворачивать подарки.
Метла для начинающих звезд квиддича. От папы и Гермионы. Здорово, можно будет разгоняться и влетать в сугроб!
Набор для юного мага-художника с шестью зелеными карандашами, красками и книгой-инструкцией для оживления рисунков. От Тедди и Мари. Ура, а то ведь портрет дяди Северуса он никогда не допишет без зеленых карандашей!
Книга «Приключения садового гнома» от дедушки Артура и сладости от остальных Уизли. Класс, вечером папа обязательно почитает ему о гномах, не каждый же раз ему сидеть у камина с Гермионой, блаженно улыбаясь! А столько сладостей! Дедушка Альбус свалился бы с бочки от зависти!
Зеленый шарф с вышитой эмблемой Хогвартса от Розы и Лили. Ал сразу же намотал его на шею поверх пижамной рубашки.
Сборник с картинками «Двадцать способов вырасти озорником» от Джеймса. Ал нахмурился - он мог бы привести двадцать семь способов, они с дедушкой Альбусом недавно считали...
Очки-половинки в самом маленьком свертке с эмблемой Хогвартса! Очки-половинки!!!
Ал тут же вскочил, посадил на нос новые очки и пару раз подпрыгнул на кровати. Затем улыбнулся, обняв Липучку Джо, нашел тапки, надел их и пошаркал из комнаты.
Альбус всегда просыпался раньше всех в доме. Ему это нравилось - сколько всего интересного можно найти в спящем доме, когда никто за тобой не следит.
Он остановился возле плотно закрытой двери Джеймса, улыбнулся и тихо вошел. Брат спал, по привычке скинув на пол одеяло и поджав колени к животу. Альбус осмотрел комнату, потом улыбнулся и вышел. Через пару минут он вернулся, держа в руках волшебные краски.
Джеймс спал крепко, но пару раз заворочался, когда мягкий пальчик Ала касался его лба, но не проснулся.
- С Рождеством, Джим! - прошептал мальчик и выскользнул из комнаты. - Это двадцать третий способ стать озорником...
Альбус спустился вниз, в гостиную, заглянул в спальню папы и Гермионы. Непонятно, как им не тесно вдвоем? Ал считал, что это неудобно...
Мальчик хотел уже пойти на кухню, - часы тихо пробили восемь часов - когда в дверь позвонили. Альбус слышал, как в комнате папы кто-то проснулся, но сам пошел в холл и выглянул в окошко. На крыльце, постепенно заметаемые снегом, стояли друг Джеймса и красивая девушка-блондинка.
Ал потянулся открывать, когда сзади возник отец с сонными глазами.
- Это друг Джима, - улыбнулся Альбус, пропуская Гарри к дверям.
- С Рождеством! - улыбнулась красивая девушка, когда они с другом Джима вошли в холл, стараясь отряхнуться.
- И вас, - чуть удивленно произнес Гарри, надевая очки и пропуская гостей внутрь. - Проходите.
- Я Альбус, - Ал улыбнулся красивой девушке, взял ее за холодную руку и потянул в комнату.
- Я знаю. Меня зовут Ксения, - девушка сняла мантию и отдала ее Скорпиусу.
- А я тебя помню, - Альбус подошел к другу Джеймса. Отец отправился в спальню, чтобы одеться.
- Глубоко поражен сим фактом, - ухмыльнулся Малфой. - Где твой братец?
- А почему вы не со своей семьей на Рождество? - Ал заглянул в глаза Ксении, которая опустилась на край дивана.
- Потому что для них Рождество - очередная рекламная акция, - фыркнул Малфой, развалившись в кресле, как у себя дома, и оглядываясь. Потом задержал свой взгляд на зеленом шарфе, что был замотан на шее Альбуса. - Оригинальная пижама... И очки...
Из спальни вышла Гермиона, уже одетая, со свежим, выспавшимся лицом и приятной улыбкой. Она поприветствовала ранних гостей.
- Вы голодны?
- Я хочу есть! - тут же откликнулся Альбус.
- Тогда скоро будем завтракать, - Гермиона потрепала мальчика по голове. Она заметила новые очки Ала, но промолчала. - Пойди и оденься, а заодно разбуди ребят.
Мальчик кивнул и побежал наверх. Снизу послышался голос отца, о чем-то говорящего с гостями. Он бежал по лестнице и кричал: «У нас гости!!! Приехал Малфой! Приехала Ксения! Вставайте, у нас гости!!! Вставайте, уже принесли подарки!».
- Альбус, ты труп, - пообещал из-за приоткрытой двери Джеймс, когда мальчик пробегал к своей комнате. - Ты рождественский труп...
- Приехал Малфой! И Ксения! Вставай! - Ал на секунду остановился и засунул голову в комнату брата.
- Чего? - Джеймс тут же вскочил и чуть не упал с кровати.
- Твои друзья приехали! - и Ал устремился обратно по лестнице вниз, совершенно забыв о второй части поручения Гермионы.
Этажом ниже он столкнулся с Лили, которая на ходу поспешно завязывала волосы.
- С Рождеством, Ал, - она поцеловала брата в щеку.
- И тебя! А там Малфой...
- Я слышала, - улыбнулась Лили. - У тебя интересные очки...
Альбус лишь хмыкнул, не собираясь всем рассказывать, откуда они. Вместе они спустились в гостиную, полную света и запаха мандаринов.
Альбус остался на лестнице, глядя, как встает высокий и красивый мальчик, как он подходит к Лили...
- Завтрак! - подпрыгнул Ал, заметив, что из кухни выходит отец.
- Черт, Малфой, я надеялся получить от тебя подарок в рождественское утро, а не тебя самого, - по лестнице спустился Джеймс, лениво приглаживая волосы. Он улыбнулся Ксении - Альбус тоже улыбнулся, понимая, что не одна Роза в этом доме влюблена - и подошел к друзьям.
- Вот и радуйся - я самый лучший подарок на свете, правда, Лил? - Скорпиус подмигнул девушке, а потом нахмурился, обернувшись к другу. Альбус хихикал в ладошку, Лили пыталась сдержать рвущийся наружу хохот, Ксения смеялась. - Черт, Поттер, а где твоя борода?
- Чего? - не понял Джеймс, глядя, как всех сотрясает смех. - Что такое?
- Ну, насколько я знаю, Санта-Клаус обычно носит бороду, так его изображают магглы...
- При чем тут Санта-Клаус? - недоумевал парень. Лили, сгибаясь от смеха, развернула старшего брата лицом к зеркалу, чтобы он увидел надпись зелеными буквами на его лбу «Санта-Клауз».
- Ал!!! - развернулся разгневанный Джеймс, но мальчик уже стоял вне зоны досягаемости брата. Джим достал палочку, но Ксения положила руку ему на плечо, улыбаясь, потом избавила его от надписи. - Еще одна такая шуточка, и ты станешь подарком на Рождество для какого-нибудь дракона!
Альбус не испугался, перехватил взгляд отца и подмигнул ему.
- Кстати, о подарках, - Ксения чуть толкнула Малфоя в плечо.
- Ах, да, - притворно вспомнил парень. - Раз уж мы в такую рань вас потревожили... Донг! Дирк!
Посреди комнаты тут же возникли два домовых эльфа. Альбус взвизгнул от восторга - он еще ни разу в жизни не видел живого домовика! Да еще с такими огромными глазами! И ушами! Да еще целых два эльфа!
- Мистер Поттер, - Скорпиус обернулся к отцу семейства, который прислонился к косяку и наблюдал за происходящим с легкой улыбкой. - Думаю, вашему клану теперь не обойтись без домового эльфа, так что... Дирк, я дарю тебя Гарри Поттеру...
- Ух! - эльф с большими лиловыми глазами чуть не сел на пятую точку от восторга.
- Скорпиус, ты... - начал Гарри.
- Ему все равно грозила смерть в нашем доме, - усмехнулся Малфой. - Он наслушался рассказов Донга о его служении великому Гарри Поттеру и был таким идиотом, чтобы восторгаться этим в присутствии моего отца. Так что, считайте, что вы спасаете ему жизнь...
Дирк издавал булькающие звуки, преданно глядя на Гарри Поттера и попискивая иногда. Альбус подбежал к эльфу и схватил его за руку:
- Привет, я Ал, ты любишь леденцы?
- Спасибо, Скорпиус, - Гарри улыбнулся, глядя на сына и своего домового эльфа.
Малфой лишь пожал плечами. Ал во все глаза смотрел на домовика, который поднялся и посеменил к своему новому хозяину:
- Что мне делать, сэр Гарри Поттер?
- Пока пойди и познакомься с Гермионой, она тебе найдет работу, - кивнул Гарри на кухонный проем у него за спиной. Дирк с радостью бросился выполнять первое указание нового хозяина.
- Поттер, для тебя есть особый подарок, - Скорпиус повернулся к Донгу, который тут же с громким хлопком исчез, чтобы через мгновение появиться посреди гостиной Поттеров, держа в руках большую кадку с землей, откуда торчало деревце с темным стволом и мягкими зелеными иголками. Дерево было около метра высотой и издавало приятный, нежный аромат хвои. - Пихта для ежика.
Лили снова прыснула, Малфой расплылся в довольной улыбке, а Джеймс открывал и закрывал рот. Донг воспользовался оцепенением парня и вручил ему дерево, отчего Джим чуть не рухнул на пол вместе с подарком.
Альбусу стало неинтересно - ну, чем интересно дерево, если рядом есть настоящий домовой эльф?
- Ал, ты же хотел есть, - напомнил ему отец, отрывая сына от созерцания Донга. Альбус пожал плечами и пошел на кухню, лишь раз оглянувшись: Скорпиус стоял, приобняв за плечи Лили.
* * * Многие считают, что я наивный и простой мальчик и что я многого не понимаю. Но я вижу, как изменились лица моих родных. Я каждый день вижу, как папа с удовольствием ест, хотя он так и не полюбил шоколад и лимонные дольки. Я вижу, как Гермиона складывает папины рубашки, приглаживая их руками. У нее очень мягкие руки, такие, как у мамы. Дедушка Альбус сказал, что мама была бы довольна тем, что Гермиона присматривает за нами с папой, и я ему верю.
Я вижу, как папа смотрит на Гермиону, а она смотрит на него. Наверное, поэтому им не тесно спать в одной кровати, хотя это действительно неудобно, ведь тогда не поворочаться, не подвигать во сне ногами, а что же это тогда за сон?!
Иногда я наблюдаю за ними, потому что это интересно. А еще интересно, что они ведут себя не так, как Лили и Скорпиус и как Джеймс с Ксенией. Они никогда не спорят, они не заливаются безудержным смехом. А еще они никогда не прячутся по углам дома, чтобы поцеловаться или обняться.
Папа часто смотрит на луну. Он и раньше это делал, я знаю. Но теперь он смотрит вместе с Гермионой. И они оба думают об одном - о дяде Роне. И когда наверху смеются ребята, все шестеро, папа и Гермиона вздрагивают и грустно улыбаются друг другу.
Я мог бы рассказать им о том, что знает Тедди, но не говорит им. О том, что дядя Рон теперь живет в Болгарии и что у него есть Сара и ее дочь. Тедди думал об этом, когда приходил вчера на обед. Он ездил к семье Сары и узнал, что они с дядей Роном три недели назад забрали ту девочку, что тоже любит конфеты. Наверное, им хорошо всем вместе. Как и нам.
Я наблюдаю за папой и Гермионой, потому что мне страшно, что папа снова будет другим. Что он станет таким, как дядя Северус или еще мрачнее. Или как Тео Снейп, который приходил к нам вчера. Хотя Тео тоже другой - иначе он не смог бы гулять с Розой и даже пить чай с нами. Джеймсу не нравится Тео, и Скорпиусу не нравится Тео, а папе он нравится. И мне нравится, потому что он сын дяди Северуса. И дядя Северус играет моими картинками, чтобы видеть своего сына, и я разрешаю ему это делать, как он разрешил мне повесить на него мишуру на Рождество.
Вот и сейчас я наблюдаю за ними, сидя на крыше дома и прижимая к себе метлу. Рядом сидит Дирк, наш эльф, папа разрешил ему играть со мной. Мы едим конфеты и смотрим, как папа и Гермиона гуляют по заснеженной дороге, взявшись за руки. Мои братья и сестры вместе с гостящими у нас Скорпиусом и Ксенией (она очень добрая и всегда угощает меня конфетами) играют в снежки. Малфой хитрит, направляя снежки прямо в Розу с помощью палочки. Но это интересно и весело.
- Ал, спускайся! - махнула мне Лили, утирая с лица растаявший снег. Но я не хочу спускаться, потому что тогда я не смогу наблюдать за папой и Гермионой. А еще у трубы появился паук с мохнатыми лапками и тут же принялся за работу, соединяя красивые нити в узор. Я люблю наблюдать за ним, этот паук кажется мне очень добрым. И у него добрые глаза, я знаю. Мы с ним уже почти друзья, поэтому я люблю смотреть, как он плетет свою паутину.
- Альбус, иди сюда! - махнул папа из-за калитки. Я рад, что он меня позвал, но не хочу спускаться. В этот момент Джеймс запустил снежком в папу, и тот просто взмахнул палочкой, посадив ближайший сугроб на голову Джиму. Я хохочу, а Дирк держит меня, чтобы я не упал. И остальные хохочут, пока Джеймс выбирается из-под снега и сердито смотрит в сторону папы и Гермионы.
А они идут по дороге, весело смеясь.
И я вижу, как паук ткет паутину чьей-то судьбы.
* * *
Моим героям...
Я завершаю длинный путь.
В огне сгорают документы.
Но дашь ли ты мне отдохнуть
Душа?...Опять эксперименты
С чужой виной, чужой тоской,
С любовью, муками борьбы...
Не я - паук моей рукой
Сплел паутину их судьбы...
Я отпускаю их на волю,
Стирая слезы со щеки.
Пусть будет Свет всегда с тобою,
Герой, познавший Тьму тоски...