Длог крови

— Драко Люциус Малфой! — голос Гермионы сотряс стены поместья, и внизу в холле у статуи вздрогнул даже домовой эльф.

Драко, который пытался спокойно читать отчёт от Гринготтса, устало отложил бумаги. Он уже знал: это не заклинание, это она.

Он поднялся в спальню, осторожно приоткрыл дверь:

— Что на этот раз? Я обещаю, если ты опять хочешь, чтобы я достал тебе мороженое с сиропом из Франции — я на грани…

Гермиона, сидя в пижаме с совами, посмотрела на него с самой серьёзной, глубокой и почти трагической грустью:

— Мне нужен Тедди.

Драко замер. Он моргнул. Потом сделал шаг назад.

— Прошу прощения?

— Мне нужен Тедди. Немедленно. Прямо сейчас.

— Гермиона. — Он говорил осторожно, как с гиппогрифом. — Сейчас половина десятого вечера. У ребёнка режим. У Андромеды режим. У меня режим — я только что сел.

— А у меня два ребёнка внутри, которые пинают меня под рёбра и создают чувство, будто я проглотила гиппогрифа! — с жаром воскликнула она. — Мне хочется обнять Тедди, услышать, как он жалуется на трансфигурацию и как он ненавидит брокколи! Мне нужен хоть кто-то, кто не пугается, если я одновременно плачу, смеюсь и ем сыр с вареньем!

Драко прошёл к кровати, сел рядом и прикрыл глаза.

— И всё же ты выбрала меня.

— Потому что ты красивый. И терпеливый. Но не волшебник, который умеет превращаться в Тедди!

Он усмехнулся, посмотрел на неё:

— Хорошо. Завтра он будет здесь. Рано утром. Обещаю. Я даже предложу ему остаться на день. Или два. Или… на неделю. Если ты вдруг решишь, что тебе нужна его компания, когда снова появится желание разговаривать с розеткой.

— Я разговаривала с ней один раз, и она напомнила мне твой характер. Упрямая и квадратная!

— И всё-таки ты меня любишь, — вздохнул он, притягивая её к себе.

— Только потому, что ты терпишь мои гормоны. И скоро приведёшь мне Тедди.

— Условия сделки приняты, миссис Малфой.

Она вздохнула, устроилась поудобнее, и вдруг прошептала:

— Я правда соскучилась по нему.

Драко, уже закрывая глаза, мягко ответил:

— А он — по тебе. Только не проси, чтобы я надел его халат и попытался говорить его голосом. Это уже перебор даже для меня.