Навеки твоя

Гермиона медленно открыла глаза, ощущая, как солнечные лучи пробиваются сквозь занавески и наполняют комнату мягким светом. Она потянулась, пытаясь избавиться от остаточной сонливости, и в тот же миг её охватило чувство удивления. Вчерашние события всё ещё крутились в её голове: как она и Северус, человек, которого она когда-то считала загадочным и недоступным, стали ближе друг к другу. Их разговоры, его откровения о боли и одиночестве — всё это оставило глубокий след в её сердце.

Она улыбнулась, вспомнив его слова о том, что он будет стараться быть счастливым. Это было нечто большее, чем просто обещание; это был шаг к новой жизни для него — и для неё тоже.

Гермиона решила встать и выйти из комнаты, чтобы немного прогуляться по замку и обдумать всё произошедшее. Но как только она подошла к двери, её уши уловили звуки разговоров из соседней комнаты. Она замерла на месте, прислушиваясь.

— Северус, ты не можешь игнорировать это чувство! — произнёс знакомый голос Люциуса Малфоя. Его тон был настойчивым и полным уверенности.

Гермиона прижалась к двери, стараясь не издавать ни звука. Её сердце забилось быстрее от неожиданности. Что же они обсуждают?

— Я не знаю, о чём ты говоришь, Люциус, — ответил Снейп с явным раздражением в голосе. — Это просто глупые мысли.

— Глупые мысли? Ты начинаешь чувствовать что-то к этой… Грейнджер! — продолжал Малфой с лёгким насмешливым оттенком. — Ты не можешь отрицать это!

Гермиона затаила дыхание. Её сердце заколотилось ещё быстрее при упоминании своего имени. Она никогда бы не подумала, что Северус может испытывать какие-либо чувства к ней.

— Она просто… она просто хорошая зельеварка и умный человек! — резко ответил Северус. В его голосе звучала борьба между нежеланием признать свои чувства и тем фактом, что они действительно могли существовать.

— Хорошая зельеварка? Северус, ты знаешь лучше! Ты сам говорил о том, как она проявила доброту к тебе после всего того, что произошло! — настаивал Люциус.

Гермиона почувствовала прилив тепла к щекам. Ей было приятно слышать такие слова о себе от Зельевара, но одновременно это вызывало у неё смятение. Неужели он действительно начал чувствовать что-то большее?

— Я не могу позволить себе этого… — произнёс он тихо. Его голос звучал так уязвимо.

Гермиона почувствовала лёгкую боль в груди при этих словах. Она знала о его страхах и внутренней борьбе; она сама переживала подобные чувства после всего того ужаса и боли в их прошлом.

— Почему? Потому что ты боишься? Или потому что ты не веришь в то, что заслуживаешь счастья? — спросил Люциус с лёгкой насмешкой.

Снейп замолчал на мгновение. Гермиона могла представить его выражение лица: сосредоточенное и полное внутренней борьбы.

— Я просто… я не знаю… — наконец произнёс он с трудом.

Гермиона сделала шаг назад от двери, осознавая всю сложность ситуации. Она понимала: если он действительно начинает чувствовать что-то к ней, это может изменить всё между ними. Но сможет ли он преодолеть свои страхи? И сможет ли она помочь ему в этом?

Собравшись с мыслями и чувствуя прилив решимости, Гермиона решила выйти из комнаты.

Когда Гермиона вышла из покоев, она столкнулась с глазами Люциуса Малфоя, который сидел на диване, словно застывший в ожидании. Его серые глаза, полные интереса, скользнули по её лицу, и она почувствовала, как внутри неё закипает злость. В этот момент она заметила, как Северус, сидевший немного поодаль, напрягся и сжал челюсти. Он наблюдал за Люциусом с явным недовольством.

— Мисс Грейнджер, — произнёс Люциус с лёгкой улыбкой на губах. — Как приятно тебя видеть. Я хотел бы пригласить тебя на рождественский ужин в Мэнор. Это будет отличная возможность провести время в более уютной обстановке.

Гермиона приподняла бровь и почувствовала, как её сердце забилось быстрее от его слов. Она вспомнила все те мучительные моменты, когда Лейстрендж пытала её, и как Люциус не пришёл ей на помощь.

— Ужин? — переспросила она с недоверием. — И вы думаете, что я просто так соглашусь? После всего того, что произошло?

Люциус слегка нахмурился, но затем его лицо вновь приняло уверенное выражение.

— Я понимаю твоё недовольство. Я не смог вмешаться тогда… Но я хочу загладить свою вину. Ты заслуживаешь лучшего.

Снейп почувствовал прилив ревности и внутреннего напряжения. Он не мог позволить Люциусу манипулировать Гермионой своими уловками.

— Гермиона! — произнёс он резко.

Гермиона посмотрела на Северуса и затем вновь на Люциуса. Её сердце колебалось между гневом и любопытством.

— Я подумаю над вашим предложением, Мистер Малфой, — сказала она наконец сдержанно. — Но сейчас мне нужно идти.

Она развернулась и направилась к выходу из коридора в Большой зал на завтрак. Её мысли были полны противоречий: приглашение Люциуса было неожиданным и даже заманчивым, но воспоминания о его бездействии во время её пыток не давали ей покоя.

Снейп остался стоять в гостиной с недовольным выражением лица. Он понимал её колебания и внутреннюю борьбу; он сам испытывал подобные чувства к ней и к тому, что происходило вокруг них.

— Гермиона! — окликнул он её тихо, когда она уже почти вышла из коридора.

Она обернулась и встретила его взгляд.

— Если тебе нужно поговорить или просто побыть одной… я рядом, — произнёс он с искренностью в голосе.

Гермиона почувствовала тепло внутри себя при этих словах. Она знала: несмотря на все сложности их отношений и прошлые обиды, у них есть шанс построить что-то новое вместе.

— Спасибо, Северус. Я это ценю, — ответила она с лёгкой улыбкой перед тем как уйти в Большой зал.

Люциус же сразу отправился к себе через камин, напоследок оглянув подземелья странным взглядом, напоминающим раздумье перед чем то плохим.

В конце дня, когда вечерние сумерки окутали Хогвартс, Северус направился в Выручай-комнату. Он знал, что Гермиона часто приходила сюда, чтобы уединиться и сосредоточиться на своих мыслях. Открыв дверь, он увидел её в центре комнаты, где она танцевала с невидимым партнёром, словно погружённая в собственный мир.

Гермиона двигалась грациозно, её движения были полны уверенности и страсти. Она репетировала танец, который им предстоит танцевать у всего Хогвартса на виду. Северус замер на пороге, наблюдая за ней с лёгким удивлением. В этот момент он почувствовал магию, исходящую от неё — не только ту магию, которую она использовала в своих заклинаниях, но и ту, что возникала между ними.

После нескольких минут наблюдения он не смог удержаться и произнёс:

— Ты танцуешь с воздухом? Это довольно смело. Если ты ищешь партнёра, я могу предложить свою кандидатуру. — Язвил мужчина.

Гермиона резко обернулась к нему, её глаза блестели от неожиданности и радости. Она улыбнулась, но в её взгляде читалось и недоумение.

— Северус! Ты напугал меня! — сказала она с лёгким смехом. — Я не ожидала увидеть тебя здесь.

Снейп шагнул ближе к ней, его голос стал мягче:

— Я просто наблюдал за твоими движениями. Ты выглядишь… свободной и счастливой.

Гермиона покраснела от его комплимента и немного смутилась.

— Спасибо… Я просто пыталась отвлечься от всего происходящего. Танец помогает мне сосредоточиться.

— Это заметно, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Но если ты не против… я бы хотел потанцевать с тобой. Завтра мы будем блистать.

Они начали двигаться вместе, хотя их тела всё ещё не касались друг друга. Между ними витала особая магия — невидимая нить притяжения, которая заставляла их сердца биться быстрее. Каждый шаг был полон нежности и понимания; они чувствовали друг друга даже без физического контакта.

Северус смотрел в её глаза и понимал: этот момент был важен для них обоих. Он чувствовал себя более живым рядом с ней, чем когда-либо прежде. Гермиона же ощущала поддержку и защиту в его присутствии; она знала, что может доверять ему.

Танец продолжался, а время словно остановилось. В этом волшебном пространстве они были только вдвоём — без прошлого и без будущего; только они и их чувства друг к другу.