Flower's mom

23. Все началось в Италии.

Снег за окном, затянутое серым цветом небо и так и не разобранная Рождественская ель никак не шли вразрез с двумя небольшими чемоданами, наполненными летними вещами.

Гермиона поджала губы и сложила руки в замок, все еще не уверенная в том, что эта командировка вообще была уместна. Они обнаружили дыру в финансах в Министерстве, еще кучу вопросов в других отделах, а сейчас просто отправляются в Италию из-за эльфов?

Тяжелый вздох отскочил от стен просторной гостиной, и Гермиона прикрыла глаза. Она чувствовала ужасную усталость с самого начала этого года, и ей уже совсем не хотелось слишком много и глубоко думать. Если нужно решить любые проблемы, с финансами или эльфами, она хотела бы скорее их решить и снова выдохнуть.

Расправляя складку на своем платье, Гермиона еще раз осмотрела его, прицениваясь, не слишком ли это и не будет ли жарко. Пэнси сказала, что должно быть в самый раз.

Стрелки на часах показывали без пяти полдень, и Грейнджер перевела взгляд в сторону детской, а затем сразу же туда и направилась, чтобы взять спящую малышку на руки и дождаться Драко для перемещения через порт-ключ.

В детской Гермиона как всегда улыбнулась, стоило ей переступить порог. Комната Далии, как комната маленькой принцессы, была воплощением всего, о чем мечтала девушка, будучи еще беременной. Сейчас, когда у них было все это, Гермиона благодарила каждый день жизни, что все сложилось так. Благодарила Драко за то, что он появился в их жизни.

Стоило Грейнджер поднять дочь на руки, она тут же зашевелилась, стала сонно мотать кудрявой головой.

— Тш, — стала укачивать ее Гермиона, укладывая у себя на груди, — еще нужно чуть-чуть поспать, цветочек.

Далия причмокнула губами, положила ладошку на шею Гермионы и продолжила свой сон. Тихое сопение разлилось сладостью в груди Гермионы, и она вышла из комнаты, не забывая о любимом плюшевом драконе дочери.

Еще на подходе в гостиную, она услышала звук пламени камина. Улыбнулась, зная, кто пришел. Продолжила все так же тихо и медленно идти на встречу с гостем.

Драко встретил ее широкой улыбкой, сразу же ускоряя шаг. Увидел, что малышка спит в руках Гермионы, и даже остановился, чтобы не разбудить ее. Когда Гермиона подошла ближе, Малфой аккуратно коснулся ее лба губами, на секунду прикрывая глаза.

— Готовы? — шепотом спросил Драко, делая шаг назад и оглядываясь.

Гермиона кивнула и увидела, что Драко нашел глазами их чемоданы, которые тут же, по велению магии, превратились в две крошечные фигурки, а следом оказались в кармане его брюк. Только сейчас, окинув взглядом мужчину, Гермиона увидела, что он был одет в льняную белую рубашку и льняные брюки в цвет платья Гермионы. Ну, Пэнси...

Драко тоже увидел это и улыбнулся, подмигивая Гермионе. Он протянул ей ладонь, раскрывая ее кверху. И Грейнджер с удовольствием вложила свою ладошку в его. Малфой сжал ее руку, переплетая пальцы, отчего по всему телу Гермионы прошел разряд тока. Она почувствовала, как напряглись ее соски под тканью белья и платья. Взгляд метнулся снова к глазам мужчины, и она даже открыла рот, видя, как он смотрел на нее. Разве могло быть столько любви, нежности и страсти в одних только глазах?

Из кармана Драко достал ракушку, небольшую и такую красивую. Все время не сводя глаз с Гермионы, он сжал ее в своей ладони. Мягкая улыбка все время освещала его прекрасное, идеальное лицо. Тишина, что сохранялась между ними, чтобы не разбудить малышку Далию, совсем не была напряженной. Но между ними явно искрило сегодня как-то по-новому.

Драко кивнул, и Гермиона кивнула в ответ. Тихий хлопок, и всех троих унесло из гостиной теплого дома, за окнами которого был морозный январь.

***

Яркий свет вестибюля отеля ударил в глаза, заставляя Гермиону зажмуриться. Она все еще крепко держала дочь одной рукой, пока вторая ее рука была в такой же крепкой хватке пальцев Драко.

Тихое детское мяуканье раздалось возле уха девушки, и она сразу же повернула голову к дочери. Драко отпустил ее руку, но остался стоять рядом.

Далия, лениво моргая, все-таки проснулась. Внезапное перемещение не осталось для нее незамеченным и, судя по тому, как задрожала ее нижнюю губа, было очень даже ощутимым и неприятным.

Детский плач коснулся уха сначала Драко и Гермионы, а затем и других постояльцев, о которых Грейнджер даже не думала до этого момента.

— Иди ко мне, малышка, — Драко протянул руки к девочке, забирая ее из объятий Гермионы, — все в порядке. Я рядом, все хорошо.

Гермиона наблюдала, как Драко, почти пряча Далию в своих объятиях, поглаживал малышку своей большой ладонью по спине и что-то шептал ей в волосы. Ее материнское сердце млело и горело от того, сколько любви ее мужчина отдавал ее дочери. Сколько вообще заботы, нежности, желания быть рядом, защищать и оберегать было в Драко. Вот о таком отце для своей дочери всегда мечтала Гермиона.

Но мысли от приятного быстро вернулись к необходимому. Грейнджер стала крутить головой, осматриваясь, и заметила несколько десятков эльфов, снующих туда сюда. Увидела большое количество волшебников, абсолютно счастливых от пребывания здесь. Чемоданы, разные сумки и предметы летали в воздухе, а над головой проносились маленькие самолетики, такие, как в Министерстве Англии, только ярко-желтые.

Все вокруг выглядело так завораживающе красиво, волшебно по-настоящему. Глаза собирали все искры, что отражались от величественных люстр. Каждый огонек, любое маленькое свечение заставляло Гермиону дрожать от восторга. Она никогда раньше не была в в таком, даже в подобном месте. Казалось, что Бальный зал в Малфой-мэноре не может затмить ничего, но вестибюль отеля, в котором они оказались, доказал обратное.

— Здесь так красиво, — со счастливой улыбкой произнесла Гермиона, — и это отель Блейза?

Она перевела взгляд на Драко с малышкой и улыбнулась еще шире, обнаружив, что малышка уже успокоилась и просто тихонько лежала на груди Драко, поглаживая его рубашку пальчиками.

Драко сделал шаг ближе к Грейнджер и поцеловал ее в лоб. Он, подобно ей пару мгновений назад, осмотрелся и снова вернул взгляд девушке.

— Да, один из немногих его отелей, — ответил Драко, — я впервые здесь.

Какое-то теплое чувство разлилось в груди Грейнджер. Быть где-то впервые вместе с ним, вместе с Далией было очень приятно. Какой-то другой трепет, предвкушение последующих пары дней, проведенных вместе в новом месте, окутывали ее теплом, словно солнечными лучами.

Снова возвращая взгляд на обстановку вокруг, Гермиона вдруг нахмурилась. Все работало, как часы. Облаченные в одинаковые маленькие деловые костюмы эльфы бегали туда-сюда, и было совсем не похоже на то, что они были чем-то недовольны. Обычно, если недовольство высказывал кто-то, все равно, кто из существ, все остальные протестовали вместе с ним. И судя по тому, что видела Грейнджер, протестом здесь и не пахло.

— Вот и голубки мои прибыли! — звонкий голос раздался за спиной, и Драко и Гермиона обернулись на звук.

К ним на встречу шел Блейз, широко расставив руки для объятий. Он лучезарно улыбался, обнажая ровные белоснежные зубы. Забини был одет абсолютно по-летнему, рубашку была расстегнута на несколько верхних пуговиц, обнажая верх его крепкой груди.

Грейнджер почувствовала странный укол в груди и отвела взгляд, посмотрела снова на Драко, на лице которого горела ехидная ухмылка, и снова на Блейза.

— Добро пожаловать, — подошел наконец-то Блейз, — ну как вам?

Его взгляд зацепился за всех троих, дольше всего, конечно, на малышке. Далия, как заметила Гермиона, по обыкновению засмущалась. Даже малышка не могла устоять под натиском харизмы и обаяния Блейза. Стоило мужчине протянуть к ней руки, как девочка тут же юркнула в его объятия.

— Все замечательно, — ответил Драко и достал из кармана уменьшенные чемоданы, — Далия немного не в восторге от перемещения, но, как ты видишь, все уже хорошо.

Драко влюбленно, почти по-отцовски тепло смотрел на то, как Далия изучала маленькими пальцами лицо Блейза, как Забини улыбался и подставлялся под ее цепкие ладошки, и его лицо едва не трещало по швам от широкой улыбки.

— Блейз, — позвала Гермиона, обращая на себя внимание, и двое мужчин повернулись к ней, — а что, собственно, не так с трудоустройством эльфов здесь? Они все выглядят... довольными?

Она больше спросила, не уверенная в своих словах, и снова окинула взглядом вестибюль. Все так же, как и было: слаженно, задорно, с энтузиазмом и широкими улыбками. Каждый эльф приветствовал гостей, улыбаясь, все они были в чистых, ухоженных костюмах, эльфы женского пола — в платьях.

Гермиона не увидела, как переглянулись Драко и Блейз, увлеченная рассматриванием обстановки вокруг. Но когда ее спины коснулась теплая ладонь, а мурашки вновь зароились по ее телу, Грейнджер подняла свой взгляд на Малфоя.

Все обожание, вся любовь в его глазах лилась на нее водопадом, и было невозможно устоять под таким давлением. Сладкой патокой разливалось внутри ощущение полного обожания с его стороны.

— А Драко тебе не сказал еще? — снова заговорил Блейз, вскинув брови, будто он чему-то удивлен.

Гермиона покачала головой, бросив взгляд на Блейза, и снова вернулась к Малфою. Она нахмурилась, сведя брови на переносице, и сложила руки на груди.

— Драко? — спросила с нажимом Гермиона, поворачиваясь к нему корпусом.

Малфой подошел еще ближе, все еще держа руку на спине девушки. Второй рукой он приподнял ее лицо за подбородок выше, не стесняясь интимности этого жеста и момента. Наклонился ниже, почти касаясь носом носика Гермионы, и наконец-то заговорил:

— Все мы знаем, что тебя не заставить отдохнуть, даже приставив палочку к твоему виску, — его глаза блестели озорством, превращаясь в блестящее серебро, — я нашел способ, как заставить тебя покинуть Лондон.

Гермиона открыла рот от возмущения, округлила глаза, шокированная услышанным. Он обманул ее! Малфой, ее любимый мужчина, взял и обманул ее!

— Прежде, чем ты начнешь кричать и возмущаться, я скажу кое-что еще, Гермиона, — он стал вплотную к ней, так, чтобы его тело прильнуло к ее хрупкому телу, — если бы я мог, я бы сделал так, чтобы ты не работала. Занималась материнством, домом, читала бы книжки, отдыхала и наслаждалась каждым днем так, как тебе хочется. Но я знаю, как важна для тебя работа, как важно Министерство. Но так нельзя. Ты ушла в декрет в день родов?

Гермиона слушала его, смотрела в его глаза и не верила, что заслужила все эти слова. Заслужила такую заботу. Заслужила такого мужчину: внимательного, чуткого, небезразличного.

— Далии нет и года, она нуждается в тебе, — продолжил Драко, — в отдохнувшей, счастливой тебе. А ты, собственно, нуждаешься в отпуске. Не в декретном, а в настоящем. Когда ты отдыхала последний раз?

— Я... — Гермиона замялась, потому что у нее не было ответа на вопрос.

Она не помнила, когда отдыхала. Материнство с первых дней тоже не расслабляло ее. Грейнджер с первых дней была с Далией одна, справлялась со всеми тяготами в одиночку. Пока не появился Драко.

— Вот именно, Грейнджер, — мягко проговорил Драко, заметив ее замешательство. От него точно не скрылось, что она расстроилась, вспоминая все прошлое, как ей было тяжело раньше, — я твой мужчина, в первую очередь, и я хочу видеть тебя расслабленной и отдохнувшей. Счастливой мамой маленькой волшебной девочки, — он посмотрел через плечо на Далию в руках Блейза, и Гермиона тоже обернулась, но потом они оба вернулись к диалогу и глазами друг к другу, — а как заместитель министра, я отправил тебя в заслуженный отпуск. В гонке за место второго заместителя тебе понадобятся силы.

Шокированная, но такая широкая улыбка, озарила лицо Грейнджер. Ее глаза округлились и засияли, когда она услышала слова Драко. Внутри взорвался целый фейерверк из чувств и эмоций, а сама девушка едва не запищала от радости.

— Вот, именно для этого мы здесь, а я сказал все это, — Драко наклонился и наконец-то чмокнул Гермиону в губы, — а теперь идем разбирать чемоданы и в номер.

Гермиона притянула мужчину к себе, размещая обе ладони на его лице. Коснулась его губ своими, требовательно и почти агрессивно, и Драко улыбнулся ей в рот, притягивая к себе за талию.

Они оба услышали возмущение Блейза за спиной и тихое "какой срам, тут же ребенок", а когда оторвались друг от друга и обернулись на Забини, то увидели, как он закрывает глаза визжащей от радости малышке.

Драко и Гермиона, как влюбленные школьники, похихикали, а затем, взявшись за руки, пошли за уже ушедшим от них Блейзом.

***

Номер малышки и Гермионы был таким прекрасным, просторным, светлым, что за его пределы даже не хотелось выходить. Здесь было все для удобства пребывания с маленьким ребенком, и Грейнджер снова удивлялась тому, как Малфой при поддержке Забини предусмотрел все. Просторная спальня-гостиная, оснащенная большой кроватью с балдахином, была очень светлой и уютной. Не смотря на дороговизну дизайна, здесь все было просто и со вкусом, почти так же, как дома у Грейнджер.

Детская была отдельной, чуть меньше по размеру, но такой же изящной и под стать маленькой принцессе. Большой балкон с видом на море соединял обе комнаты, он был больше похож на полноценную террасу, такую, как была в самом низу отеля, в ресторане.

Было очень приятно после одного дворца оказаться в другом. Как сказал Драко, иначе и быть не могло.

"Мои любимым девочкам все самое лучшее. Все под стать моей королеве и моей маленькой принцессе".

 Сейчас, снова, как совсем недавно, стоя перед зеркалом, Гермиона уговаривала себя выйти из номера и спуститься к обеду и отправиться наконец-то к морю. Но стеснение, недовольство своей фигурой и опасения касательно реакции Драко удручали. Пэнси битый час заставляла ее мерить новые наряды, купальники, даже белье, умоляя полюбить себя и принять. Она действительно чуть не встала на колени, только бы Грейнджер наконец согласилась с тем, что ее тело, которое выносило ребенка, прекрасно.

Переводя взгляд на Далию, которая ползала по полу и постоянно вставала на ноги у опоры, пытаясь делать шаги, Гермиона все-таки сдалась.

Она была в прекрасной форме очень долго. Ее тело претерпело девятимесячные изменения и перестройки, только бы на свет появилась эта чудесная маленькая девочка. То, как она выглядела сейчас, точно не должно быть поводом для ее беспокойства.

— Мерлин, помоги, — Гермиона проверила завязки на розовом купальнике и отошла от зеркала.

Она подняла с кровати полупрозрачное платье и накинула его на себя. Собрала волосы заколкой в форме цветка, которую так заботливо забросила ей в чемодан Пэнси, и наконец-то обратила внимание на малышку.

Далия сама потянула руки навстречу матери и заулыбалась, пружиня на ногах. Гермиона подняла ее и усадила поудобнее, а затем взяла с кровати пляжную сумку и направилась к выходу из номера.

— Готова встречать море, рыбка? — спросила Гермиона и поправила маленькую панамку на голове дочери.

Далия радостно завизжала, и обе Грейнджер вышли из номера, обе предвкушая прекрасный отдых, горячий песок и соленое море.

***

Оторваться от созерцания Грейнджер в купальнике было равносильно тому, что спастись от убивающего — нереально.

Малфой, приспустив слегка очки, сначала едва не потерял дар речи, когда только встретил их внизу вестибюле. Тонкая ткань пляжного платья Гермионы не оставила ему пространства для полета фантазии. Все ее брюки и юбки, платья, к которым он привык за время их совместной работы, и без того всегда красиво подчеркивали ее формы и сексуальность. Но сейчас...

Сейчас, плавно виляя бедрами, оставив то самое прозрачное платье на шезлонге рядом с Драко, Гермиона шла прямо в море. Она оставила малышку на Драко и Блейза, а сама пошла наконец-то на встречу с морем.

— У Далии есть слюнявчик, давай и тебе купим? — голос Блейза оторвал Драко от транса и заставил встряхнуть головой.

Малфой, удерживая малышку, играющую между его расставленных бедер на шезлонге, посмотрел на Забини. Он увидел его идиотскую ухмылку и сам едва не фыркнул. Не то, чтобы его задевал факт того, что его друг видит, как он пялится на свою женщину. В Драко просыпалась нездоровая, несвойственная ему ревность и собственничество.

— Ты думаешь громче, чем кричат чайки, Малфой, — хмыкнул Блейз, снова укладываясь на шезлонг, — весь отель видел, как она на тебя смотрит. Расслабься. Как на нее смотрят другие — вообще не твоя забота. Она очень красивая и сексуальная женщина, но она твоя.

Малфой сходил с ума. Слова Блейза отрезвили его, и он снова вернулся глазами к Грейнджер. Нашел ее в море и сразу же широко улыбнулся.

С уже мокрыми кудрями, со счастливой улыбкой, она подставляла лицо солнечным лучам, прикрыв глаза. Из-под воды выглядывала только ее шея и грудь, и Малфою было достаточно, чтобы в паху почти болезненно потянуло.

Самая красивая, сексуальная, восхитительно умная ведьма — его любимая женщина. Гермиона Грейнджер — его женщина. Это даже звучит, как мечта.

Пока его взгляд не отлипал от украшенного блаженством лица, Гермиона уже двигалась обратно по направлению к нему, выжимая волосы от воды. Капли, переливаясь в солнечных лучах, стекали по ее телу и высыхали на ходу. Красивая, налитая молоком грудь, покачивалась, как и округлые бедра, от каждого шага. Драко не знал, кого благодарить за то, что он мог видеть это произведение магловского и волшебного искусства перед собой.

— Драко, — позвала Гермиона, когда оказалась рядом и потянулась за заколкой.

Малфой встряхнул головой и снял очки, чтобы посомтреть на Грейнджер, не пряча глаза.

— М? — промычал он и на секунду опустил взгляд на девочку, которая до этого мирно сидела с игрушками возле него, а теперь снова капризничала и требовала у своей мамы взять ее на руки.

— Ты так пялишься, дорогой, — с ухмылкой произнесла Грейнджер и подняла малышку на руки, тут же целуя в обе пухлые щечки по очереди.

— Ты имеешь что-то против? — с ответной ухмылкой спросил Драко и перенес вес на руки, наклоняясь над шезлонгом ближе к Гермионе.

— Нет, конечно, — ответила Гермиона, — продолжай. Мне нравится.

И она снова развернулась к нему спиной и двинулась к морю уже с дочкой в руках. Дразнила его, опять являя ему свою аппетитную задницу и изящную спину.

Еще секунду Драко смотрел вслед девочкам, прежде чем подскочить и сорваться на бег, чтобы догнать их. Он обвил талию Гермионы рукой и притянул ее к себе, тут же целуя в висок. Она отняла одну руку от малышки и коснулась ею лица Драко, мягко поглаживая. Все его тело пронзили одновременно тысячи молний, а нежность, что дарила ему Гермиона, заполнила каждый уголок его души и сердца.

Оказаться вместе под жарким солнцем, окунуться вместе в соленое море под радостный детский визг — вот это воспоминание стало самым ярким и теплым в памяти обоих. Не первым, но и не последним. Если бы счастье можно было описать, то это точно были бы поцелуи с привкусом соли на губах и брызги воды, разлетающиеся в стороны от маленьких детских рук.

***

Гермиона вышла из душа, выжимая мокрые кудри полотенцем. Белый комплект белья смотрелся не ней теперь лучше прежнего благодаря жаркому итальянскому солнцу. Загар, полученный в первый день, оттенял красиво ее кожу, пряча веснушки.

Девушка подошла к кроватке и убрала мокрые кудряшки с лица дочери, целуя её в лоб. Она так сладко спала после купания в море и ужина в номере.

Раздался стук в дверь, и Гермиона обернулась на звук. Проверила, не услышала ли малышка, и прошла к двери. Прикрываясь полотенцем, осторожно опустила руку на ручку двери и впустила небольшую полоску света в комнату.

— Я зашел пожелать вам спокойной ночи, — на пороге стоял Драко, в домашних штанах и свободной футболке, с абсолютно беспорядочными и мокрыми волосами.

Его голос звучал тихо и совершенно не так, будто он и правда пришел за этим. Глаза мужчины опустились с лица Гермионы чуть ниже, и он увидел, как она прижимает к себе белоснежное полотенце, закрывая белье, белые бретельки которого были видны.

Гермиона смущенно улыбнулась и заправила мокрую прядь за ухо.

— Спокойной ночи, Драко, — её голос был тихим и томным одновременно. Её глаза смотрели в глаза блондина, и она понимала, что внутри что-то загорается, — что-то еще?

Она вопросительно подняла бровь, ухмыляясь. Она дразнила его?

— Нет, — ответила Драко, но не сдвинулся с места и даже ни разу не моргнул. Это было «да», однозначно.

— Хорошо, — закусив губу, сказала Грейнджер, немного отступая назад от двери вглубь комнаты.

— Хорошо, — повторил Драко, переступая порог комнаты и закрывая бесшумно за собой дверь.

Он смотрел на Гермиону сверху вниз, видел, как она все еще держит полотенце у груди, хотя оно едва ли что-то закрывало. Видел, как тяжело и медленно вздымается её грудь. Видел, как мокрые капли спадали с кончиков её кудрей и скатывались по плечам.

Драко подошел еще ближе к ней и положил одну руку на женскую щеку, отчего Гермиона сразу прикрыла глаза.

— Драко, — звучало, как «пожалуйста», не меньше. Гермионе хотелось, чтобы это звучало именно так.

И он понял это именно так, как она хотела, кладя вторую руку ей на другую щеку и притягивая к себе. Это произошло одновременно с тем, как Гермиона убрала руку от груди, позволяя полотенцу упасть под ноги, и обвила пальцами шею Драко, притягивая к себе.

Их губы наконец-то встретились. Это ощущалось как вода в пустыне. Как любая крошка еды после дичайшего голода. Как тень в самый жаркий день. Как чертов Круциатус после того, как ты не двигался годами.

Поцелуй был похож на признание друг другу в том, о чем оба так долго молчали. Драко держал руки на щеках Гермионы и целовал её так, будто она сейчас исчезнет. Гермиона прикусила его нижнюю губу, а затем высунула язык и провела им по месту укуса. Драко шире открыл рот, пуская её язык внутрь. И когда влажный кончик коснулся его языка, он резко опустил руки на ягодицы Гермионы и сжал их, что вызвало сладкий стон. Грейндежр поддалась Драко, позволяя поднять себя выше, и обвила ногами его бедра. На минуту отстранилась, чтобы набрать воздух в легкие.

— Гермиона, — Драко поцеловал её в скулу, опускаясь ниже. Девушка запрокинула голову, давая ему больше площади для поцелуев. Он тихими, но широкими шагами дошел до постели и опустился вместе с Гермионой на неё, нависая сверху, — нам нужно остановиться.

Он прошептал это, сам неуверенный в том, что думал так. Глаза женщины под ним потемнели, но все равно было видно, как они блестят, как тяжело и высоко вздымается её грудь.

— Нам не нужно, — шепотом сказала Гермиона, опуская пальчики с шеи вниз по мужским крепким плечам.

Она провела руками вниз к локтям мужчины, а затем потянулась ими к краю его футболки. То, что скрывалось под ней, ей уже удалось увидеть сегодня во всей красе, и сейчас она не собиралась лишать себя возможности полюбоваться снова.

Драко помог ей избавиться от вещи, оставаясь с обнаженным торсом. Гермиона разглядывала его и водила пальчиками по линиям груди и пресса, пока Драко опирался руками по обе стороны от неё. Малфой следил за её жадным взглядом и понимал, что горел внутри. И она тоже. И едва ли сейчас получится остановиться.

Его глаза спустились с её лица на загорелое тело, цепляясь за белое кружевное белье, которое так шло ей, особенно вкупе с загаром. Казалось, Драко уже изучил каждый изгиб ее тела за сегодня, но сейчас ее тело выглядело иначе под новым углом.

Драко опустился на локтях, оставляя поцелуй на губах Гермионы и кусая за нижнюю губу. Он оттянул её немного, а затем прошелся зубами и языком по подбородку, слыша, как шумно выдохнула Гермиона. Ее пальчики поднялись к его волосам и сжали их, когда он опустился и провел мокрую дорожку по шее и ниже. Сначала он оставил поцелуй над одной грудью, потом над другой, и медленно поднял голову, чтобы встретиться глазами с Гермионой. Ему нужно было разрешение.

— Пожалуйста, — она не оторвала голову от постели, когда Драко оставил её без внимания, и прямо сейчас просила его продолжать.

И Драко послушался. Коснулся языком через белье одного соска, чувствуя, как пальчики в волосах сжались сильнее, а руку просунул под спину Гермионы, чувствуя, как она выгнулась навстречу ему. Застежка быстро поддалась, и полная грудь освободилась от кружевного заточения. Драко стянул обеими руками бретели куда-то к локтям девушки, освобождая для себя больше территории. Его рот все это время был занят одним соском, и теперь перешел к другому, втягивая его целиком. Одной рукой он продолжал опираться на кровать, а второй очерчивал изгиб женской талии и спускался ниже.

Гермиона задыхалась. Она не могла найти себе места, выгибаюсь навстречу ласкам и сжимая светлые волосы в своих пальчиках. Ей было одновременно так жарко и так холодно, будто лихорадило. Весь момент ощущался сейчас так, будто она была под чем-то запрещенным. И ей нравилось быть где-то не здесь, ощущать, как пробегают по телу мурашки от касаний теплых рук и горячего мокрого языка.

 Драко спустился поцелуями к пупку, прошелся вокруг него языком и вернулся к губам девушки. Она была такой изголодавшейся по этому, так жадно цеплялась за его губы своими, будто было в каком-то отчаянии. Это было самое чистое наслаждение, знать, что эта великолепная женщина хотела тебя не меньше, чем ты её.

Продолжая целовать губы Гермионы, сминая, кусая и облизывая их, Драко пальцами одной руки стал опускаться от груди, очерчивая сосок, к животу, преодолевая круг и вокруг пупка, и ниже. Его средний и безымянный пальцы очертили край кружева белья, и Драко почувствовал через поцелуй, как жалобно почти проскулила Гермиона, пытаясь свести ноги вместе. Но у нее не получилось. И тогда Драко осторожно отодвинул кружево в сторону и вошёл в Гермиону одним пальцем.

Теперь задыхались оба. И отдавали весь кислород друг другу через поцелуй. Драко отстранился от замученных сладких губ и посмотрел на Гермиону, которая тоже пыталась прийти в себя и открыла глаза. Они были почти черными.

Драко двигал одним пальцев внутри, не прерывая зрительного контакта с Гермионой, и услышал её рваный вдох, когда ввел второй, ускоряя темп.

— Ты самая прекрасная женщина во всем мире, — он опустился ниже, носом касаясь щеки Гермионы, переходя ниже, на шею и целуя в тоненькую пульсирующую венку, — ты идеальная, Гермиона. Ты моя.

Его большой палец появился на клиторе одновременно с тем, как он закончил последнюю фразу, и начал массировать его. Гермиона ногтями вцепилась в его плечи, чувствуя, что та самая струна внутри сейчас разорвется.

— Драко, — хныкала его имя ведьма, пока его влажный язык блуждал где-то в районе груди и шеи, снова и снова цепляя горошины сосков, — я сейчас...

И Драко почувствовал, как влажные стенки сжались вокруг его пальцев, а ногти впились в его кожу еще сильнее, совершенно точно оставляя следы после себя.

Гермиона почти агрессивно потянула Драко за волосы к себе ближе, чтобы сразу же впиться в его губы своими, жадно сминая их и покусывая, будто от его губ зависела сейчас её жизнь. Ее рот открывался, ей хотелось что-то сказать, но вместо этого она снова и снова цеплялась за его губы, боясь упустить хотя бы одно касание.

— Я хочу... — Гермиона стала зацеловывать его лицо, метаясь по нему, чтобы не упустить ни дюйма, — тебя еще. Всего тебя.

Драко отвечал на её поцелуи, на каждый, едва успевая. Его руки гладили её тело, успокаивая от недавней вспышки наслаждения. Гермиона все еще слегка дрожала под его пальцами, между ног была сладкая пульсация, и ей совершенно не хотелось терять это ощущение.

— Все, что ты захочешь, — Драко щелкнул пальцами, избавляя себя от белья и штанов, чтобы не тратить лишние мгновение на раздевание. Он наклонился, еще раз втягивая Гермиону в сладкий, глубокий поцелуй, пока одна его рука прошлась вдоль члена, абсолютно готового для неё, размазывая выделившуюся смазку.

Когда Гермиона почувствовала влажную головку члена у своих зудящих набухших складок, её пальцы рук резко вцепились в Драко, а сама она оторвалась от поцелуя, переводя взгляд вниз, туда, где вот-вот должны были соединиться их тела. В глазах, вперемешку с новой волной возбуждения, появился страх. Последняя близость у неё была с Роном, к тому же, достаточно давно, еще перед родами, и она знала, что ей будет больно. Глядя на размер Драко, ей казалось, что будет очень больно.

— Драко, — она вернула ему свой взгляд, и Драко его поймал. Он прочитал абсолютно все в её глазах, о чем она думала сейчас.

— Гермиона, — он потерся своим носом о её носик, успокаивая, — я не сделаю тебе больно, обещаю. Мы остановимся в любой момент, если ты захочешь, хорошо?

Она кивнула и расслабила хватку своих рук, поглаживая плечи Драко, а затем откинула голову обратно на постель, закрывая глаза.

Драко несколько раз провел членом по её влажным складкам, а затем осторожно погрузил в них только головку, позволяя Гермионе привыкнуть. Она шумно выдохнула, когда он повторил движение еще раз, и еще. Следующий раз, погружаясь уже чуть дальше, Драко вернулся к её губам, целуя, извиняясь, успокаивая. Слеза скатилась по лице Гермионы и затерялась в её волосах, разбросанных на постели. Драко увидел это.

— Эй, — он одной рукой вытер слезу и погладил Гермиону по покрасневшей щеке, — тебе больно?

Драко остановился, ожидая реакции. Гермиона тяжело дышала, а затем резко обняла его сильнее, притягивая к себе собственными ногами. Это заставило Драко погрузить в неё член почти до самого основания, из-за чего из уст обоих вырвался достаточно громкий стон, больше похожий на шумный выдох, будто весь кислород разом пришлось выпустить.

— Боже, — Гермиона снова потянула Драко на себя, зарываясь пальчиками в его волосах, — это... так хорошо.

Драко стал медленно двигать бедрами, заполняя Гермиону собой, стараясь не сорваться на сумасшедший ритм, чтобы не сделать ей больно.

Гермиона резко оторвала одну руку и протянула в сторону двери в детскую, вспоминая, что они могут разбудить Далию. И как только невербальное заклинание запечатало дверь, чтобы в детскую не просочился ни один звук, она вернула свое внимание Драко и стала подмахивать бедрами навстречу.

Влажные шлепки отдавались эхом по всему номеру, вперемешку со стонами и вздохами. Драко блуждал одной рукой по телу Гермионы, то подразнивая сосок, то сжимая её талию. Она в свою очередь выгибалась ему навстречу, хватаясь за его плечи руками и царапая спину.

Их губы периодически встречались, да так резко, что они почти ударялись зубами. Гермиона чувствовала, что вот-вот кончит снова, отчего её ноги еще сильнее прижимали Драко, а мышцы вокруг него начинали сжиматься. Драко чувствовал это, и темп его движений становился более стремительным. Он зарылся рукой в волосы Гермионы, а носом уткнулся куда-то ей в шею, шумно выдыхая. Он слышал, как она тяжело дышала вперемешку со стонами. Слышал, как она почти закричала, сжимаясь вокруг него и прижимая сильнее.

Драко сделал еще пару толчков, глубоких и размашистых, прежде излиться на живот Гермионы. Он дышал тяжело, пытаясь вернуться в реальность. В ушах стоял звон, и казалось, что если он откроет глаза, то мир вокруг будет кружиться, как проклятый. Тонкие пальчики гладили его по спине, а затем одна рука снова скользнула в его волосы, массажируя. Гермиона оставила на них легкий поцелуй, и Драко почувствовал, что она улыбается.

Он отстранился, освобождая Гермиону от своего веса, и поднялся на локтях, которые предательски подрагивали. Она и правду улыбалась, смотря ему прямо в глаза. Ее пальчики блуждали по его лицу, и эти прикосновения были такими нежными и трепетными, что Драко готов был растечься под её руками.

Он тоже улыбался, любуясь блаженством, которое царило на её лице. Оба не могли ни слова вымолвить, наслаждаясь мгновением.

— Я даже представить себе не мог, насколько прекрасным будет этот момент, — Драко дотронулся снова своим носом до ее носика. Это было его любимым жестом по отношению к ней, после поцелуя в макушку.

— А ты часто представлял себе, как мы занимаемся сексом? — Гермиона сузила глаза, играя с ним.

Они оба тихо рассмеялись и снова соединились в поцелуе, чтобы выразить все свои чувства и эмоции по отношению друг к другу. Драко быстро невербальным заклинанием очистил их и продолжил блуждать по телу Гермионы теплыми руками. Будто не мог насытиться её телом. Они оба переместились по постели так, чтобы наконец оказаться в правильном положении, и укрылись одеялом. Драко притянул Гермиону ближе к себе, позволяя закинуть ножку на себя, а она прижалась еще сильнее, одной рукой обнимая за шею. Её голова оказалась на его плече, и глаза закрылись. Драко поцеловал её в лоб, обнимая рукой за талию, и тоже закрыл глаза.

— Ты делаешь меня самым счастливым мужчиной, Гермиона Грейнджер, — он вдыхал аромат её волос, и это действовало на него, как Умиротворяющий бальзам, — и я сделаю тебя самой счастливой женщиной, обещаю.

Он еще раз поцеловал её, слушая, как выравнивает её дыхание, и мягко поглаживал по нежной коже.

— Я люблю тебя, — эти слова почти шепотом прозвучали у его уха, но Драко снова улыбнулся, и его сердце будто пропустило пару ударов. Ему казалось, что нет ничего прекрасней этих слов из уст Гермионы.

— И я люблю тебя, Гермиона, — прошептал он ей в волосы и снова закрыл глаза, почти за мгновение, полностью умиротворенный, заснул.

Примечания:

Ну что, ну что, как вам? Дождались?)

Я точно дождалась. Отрывок этой главы был готов еще в феврале, а вот он уже перед Вами!

Жду ваших комментариев и напоминаю о том, что у меня есть тгк, где я публикую много другого контента и больше подробностей и выходе глав и визуал.

Присоединяйтесь: https://t.me/dramionesdiary