Грязная Королева

  Малфой быстрым движением распахнул дверь ее комнаты, не останавливаясь для того, чтобы выслушать спешивших за ним домовиков. Глаза метали молнии в застывшую рядом с окном Гермиону. Ее глаза покраснели то ли от отсутствия сна, то ли от слез. Драко не был уверен, что хочет знать правильный ответ.

- Грейнджер, - рычание вырвалось непроизвольно. Практически само собой. Она вздрогнула, будто только сейчас заметила, что находится в комнате не одна.

Она даже не потрудилась повернуться. Только тихо вздохнула. Драко с силой сжал зубы, проклиная Грейнджер за ее существование. За то, что снова вывела его из привычного состояния. Да и как у нее это вообще получалось?!

В комнате внезапно повисла оглушающая тишина. Даже какая-то густая, мешающая дышать. Он взглядом врезался в Грейнджер и понял, что дышать мешает далеко не тишина.

Она стояла около окна в одной ночной рубашке, освещенная лунным светом. Домовики, что-то пищавшие до этого, с приоткрытыми ртами уставились на нее. Грейнджер выглядела как принцесса. Нет, даже не так. Принцесса - слишком просто. Она была королевой. Его грязной королевой. Эта мысль впечаталась слишком глубоко.

- Пошли вон отсюда, - приказал он домовикам, не отводя напряженного взгляда от бледного лица Грейнджер. Дверь моментально закрылась за ними.

Казалось, все вокруг замерло в ожидании. Неподвижная Гермиона, спертый воздух в комнате, гримаса нервного шока на его лице. Какого хера вообще происходит?

Ее тихое дыхание резало слух. Вызывало гребаную дрожь на затылке.

- Зачем ты пришел? - невесомо прошептала она. Драко даже показалось, что ему послышалось. Гермиона даже не повернулась в его сторону, только крепче обняла руками дрожащее тело.

Такой, на первый взгляд, легкий вопрос завел его в тупик. Потому что он не знал. Понятия, блять, не имел, что здесь делает. Просто нужно было убедиться, что она в порядке. Вдохнуть ее дурацкий запах. Черт, после секса с волшебницей, чье имя он даже не запомнил, ему хотелось вдохнуть запах жены.

Мерлин, вот ведь херня. Совсем не так должно было быть. Он должен был издеваться над ней, отомстить за свою маму, заставить ее бояться его. А выходило наоборот. Пропитанная сарказмом ухмылка привычно появилась на губах.

- А ты не ждала меня, Грейнджер? - вопросом на вопрос. Чтобы уйти от прямого ответа. Она тихо фыркнула - тоже поняла это. - Скажи правду, хотя бы себе.

Ее напряжение тут же передалось ему. Губы Драко сжались в тонкую полоску.

- Только после тебя, Малфой, - изо всех сил, стараясь не смотреть на него, злобно выговаривает Грейнджер. Ухмылка на его лице становится шире. - Прекрати так мерзко ухмыляться, кретин!

Терпение Грейнджер лопнуло, и она подлетела к нему, словно разъяренная кошка, бешено сверкая глазами. Ее глаза становились темнее, когда она злилась. И черт, ему это нравилось.

Взгляд пробежался по ее покусанным губам. По таким до охеревания возбуждающим. В голове моментально вспыхнула картинка, когда эти губы касались его... Блять, не думай. Прекрати думать об этом.

- Не смей указывать мне, - свистящим шепотом кинул Драко. - Ты всего лишь...

- Грязнокровка? - саркастически приподняв бровь, договорила за него Гермиона. Воинственно сжав кулачки, сделала шаг вперед, почти упершись ему в грудь. - Ты ведь это хотел сказать, а, Малфой?

Воздух накалился до уровня лавы в вулкане. При каждом резком вдохе гланды обжигало приятной болью. Луну накрыло тучей, и комната погрузилась в полный мрак. Драко потер виски пальцами, чтобы хотя бы создать иллюзию спокойствия. Вместо этого, воображение кинуло его в объятия к Гермионе.

Он скорее не увидел, а почувствовал как ее язык вдавливает нижнюю губу внутрь, а когда сделать это не получилось, белоснежные зубы прикусывают ее.

Че-ерт.

- Пошла ты, Грейнджер, - он сделал шаг назад, сцепив руки на груди. - Я сам знаю, что хотел сказать.

Это прозвучало как минимум глупо, и Драко раздраженно передернул плечами.

- О, неужели? И что же ты хотел сказать? - она сощурилась, делая еще один шаг к нему.

Мерлин, это правда Грейнджер? Малфой прикрыл глаза, вспоминая свою последнюю встречу с ней в Хогвартсе. До начала военных действий. Казалось, после этого прошла целая вечность. Этой неугомонной Гермионы, со счастливыми карими глазами и растрепанными во все стороны волосами, больше не будет. И он отчасти виноват в этом.

Зубы скрипнули, когда она подошла к нему вплотную. От этой раздирающей ярости хотелось крушить все вокруг. Но, в принципе, причин для этого не было. Он просто начал сходить с ума.

- Ты хоть раз в жизни можешь промолчать, а? - как-то устало пробормотал Драко, подняв голову вверх. Чтобы не видеть за показушной храбростью в ее глазах слезы. Чувство вины предательски проползло по вздутым венам. Что за херня? Он же не виноват! Ни в чем не виноват.

Драко устало прикрыл глаза, отгораживаясь от окружающего мира. От ее гребаного запаха. Ему нужно хотя бы пару секунд, чтобы отдохнуть от бурлящей огнем реальности. Совсем чуть-чуть побыть просто Драко. Без лишних слов и эмоций.

Но не рядом с Грейнджер.

Грейнджер и отсутствие эмоций - несовместимые вещи. Она была крайностью. Драко усмехнулся, за столько времени он так и не внял советам отца. Всегда оставаться невозмутимым.

- Проваливай, - выпятив вперед подбородок, приказала Грейнджер.

Его бровь иронично приподнялась, словно ничего смешнее и глупее он даже не слышал. Наверное, так и было. Наверное. Рука метнулась вверх, чтобы ослабить душивший галстук.

- С каких пор ты стала такой смелой?

- Почему именно я, Малфой?

Вопросом на вопрос. Он даже сначала не понял, о чем она. А потом сам задумался. Какого черта она? Грязная кровь - обязательное условие. Если бы за него не выбрали Грейнджер, то стал бы он ее искать? Ответ лежал где-то на поверхности. Достаточно было просто протянуть руку, чтобы узнать правду. Но и это было слишком сложно, а может, просто не нужно. Пусть все будет как есть. Так проще. Черт, да зачем она вообще задала этот дурацкий вопрос?!

Он чувствовал, что прогибался под ее взглядом. Медленно опускался в самую бездну. Хотя куда там медленно. Он просто со скоростью света падал вниз.

- Иди к чертям, Грейнджер, - так тихо, вымученно. Будто она была не молодой женщиной, а чертовым дементором. - Ты можешь наконец-то оставить меня в покое?

Хриплый, судорожный выдох. Почему он просто не уйдет? Это ведь так просто: развернуться и оставить Грейнджер с ее чертовым запахом в одиночестве. Малфой запустил руку в волосы, пытаясь придумать себе оправдание.

Гермиона даже не думала отвечать. Просто сверлила его каким-то тяжелым взглядом. Сейчас она выглядела на десять лет старше своего возраста. И в этом был виноват только он. Он насиловал ее. Он позволил ей выйти к этим чертовым волкам. Он не смог удержать ее, и она убила своего бывшего.

Это должен был сделать он, а не она.

- Малфой, пожалуйста. Уходи.

Голос сорвался. Она обняла дрожащие плечи руками, и он сделал шаг назад. Это было чересчур личное. Или так просто было удобно думать - не важно. В любом случае, он больше не мог оставаться с ней в одной комнате. В одном доме. Это было физически нереально, не то что в остальных смыслах.

Быстрым шагом Драко покинул комнату.

_________________

Опьяняющие слова. Разрывающий взгляд. Подавляющий секс.

Он не любил Асторию настолько, что каждый день, пожирая ее глазами, представлял ее в объятиях Малфоя. Сжимал зубы, чтобы не блевануть от этой картинки, но представлял. Перебирал ее волосы после секса и думал, как сказать ей о том, что ей снова нужно вернуться к Малфою. Тео в который раз передернулся от этой мысли.

Такая привычная злость покалывала под кожей. Если бы не она, он бы сдвинулся. Серьезно, сошел бы с ума, не ощущая ровным счетом никаких эмоций. Каждый день, когда они обсуждали план, который прервет то, что их сейчас связывает, он умирал. Цеплялся за последние остатки мыслей, но все равно проигрывал борьбу. В который раз. Но даже этого сделать полностью не получалось. Черт, у него не получалось сдохнуть. Это же совсем.

Взгляд пробежался по заголовку "Пророка". Ничего интересного. Кого-то убили, кто-то был подвержен жестоким пыткам. Ничего особенного. С тех пор как Волан-де-Морт вернулся, убийства стали настолько привычны, что их перестали выносить в заголовок. Тео с холодной ухмылкой смял газету, отшвыривая ее от себя.

- Что-нибудь новое? - Астория присела на подлокотник кресла, в котором он сидел, чуть наклонившись к нему.

Слизистую носа щекотнул аромат ее духов. Напряженный взгляд уперся в выпирающие ключицы.

- Ничего, - осторожно выдохнул из себя Тео, стараясь не шевелиться, чтобы ненароком не коснуться ее. - То же самое, что и последние два года. Смерти, пытки, разбушевавшиеся дементоры.

Астория тихо фыркнула, и он почувствовал на щеке ее дыхание. Теплое, чуть отдающее мятой.

Блять.

Кожа мгновенно стала гусиной. И опять мысли разнеслись в пух и прах, оставляя в голове только одну. Паническую, но такую нужную. Что вообще происходит?

С ним. С ней. С ними в конце концов.

Перед глазами замерли ее хрупкие подрагивающие плечи. Тео зажмурился, пытаясь прогнать чертово видение, но оно становилось только отчетливее. Ярче. Пальцы непроизвольно сжали обивку кресла, и он почувствовал, как она успокаивающе гладит руку. Мозг взорвался ярким фейерверком.

Тео запрокинул голову назад, чуть выгнувшись ей навстречу. Глаза рефлекторно прикрылись, и он явственно увидел перед собой осуждающее лицо Гермионы. Она смотрела, как Астория выгибается под ним, а он хрипло кричит ее имя. Не Гермионы. Астории. На лице Грейнджер появляется грустная улыбка и... Фу, блять.

Прекрати об этом думать.

Стало противно от самого себя, и Тео презрительно скривился, убирая от Астории свою руку. Она посмотрела на него непонимающе-убитым взглядом. Черт, этот взгляд стоил одного Круциатуса. Но ему ведь похер. У него ведь Грейнджер. Он молча наблюдал за тем, как она медленно встала и подошла к окну, сомкнув руки на груди.

- Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала.

Мертвым голосом произнес он, не глядя на нее. Почувствовал, как она вздрогнула. Оба прекрасно понимали, что за этим последует, но, тем не менее, она холодно поинтересовалась:

- Что?

Что-то внутри с треском рассыпалось от этого простого вопроса. Какого хрена она вообще спросила, если знает ответ? Лицо Грейнджер в воображении стало тускнеть.

- Нам нужно знать планы Малфоя.

Нам нужно. Стало тошно от самого себя. Как у него вообще получилось выдавить из себя такую глупость и не подавиться собственной желчью? Зубы свело.

- Ты предлагаешь мне снова спать с ним?

Вопрос повис в воздухе без ответа. Да она и не ждала его. Мозг лихорадочно работал, пытаясь придумать хотя бы пути отступления. И, как назло, в голове не было ни одной более-менее разумной мысли.

- Хорошо, Тео, - четко произнесла она, прожигая в нем дырку безразличным взглядом. - Я сделаю это для тебя.

Он сильнее сжал зубы, проклиная себя за то, что вообще ввязался в это. Тогда, в школе. Он сейчас ненавидел себя за то, что решил сделать Малфою больно. Он мог бы просто быть счастлив рядом с ней. Такой невинной, веселой, по уши влюбленной в него. А сейчас она стояла с неестественно ровной спиной, отстраненно вглядываясь в горизонт. Ему стало не по себе от того, что в этом снова виноват он. В который раз, ее глаза потухли из-за него.

Блять, какой же он кретин.

Руки принялись массировать виски, чтобы хоть как-то снять напряжение. Он чувствовал, что физически истощен. Просто не было сил, чтобы двигаться дальше.

Все стало слишком сложно. Грейнджер. Астория.

Мерлин, он окончательно запутался. В своих чувствах, в реальности, даже в своих гребаных желаниях. В крови пульсировал какой-то нездоровый адреналин.

- Ладно. Договорились.

Она тихо всхлипнула, заставив его упасть еще ниже. Куда-то ниже бездны. Зубы с силой впились в нижнюю губу, а осуждение на лице Грейнджер сменилось мягкой улыбкой.

Видишь, Гермиона? Это все для тебя.
_______________

Сейчас, наверное, был день. Парвати громко жаловалась на слишком яркое солнце, а он хотел придушить ее за то, что она не ценит того, что видит его.

Какого хрена они все не ценят?!

Он слабо усмехнулся своим же мыслям. В последнее время, он перестал искать общения с другими. Достаточно было "переговариваться" в мыслях со своим вторым Я. И сейчас оно скептически напоминало о том, что он тоже не шибко-то ценил зрение. До того как потерял его, конечно же. Еще один усталый вдох.

Мерлин, да зачем он вообще живет?

Чтобы спасти Гермиону. Он обещал Гарри и Рону, что позаботится о ней и сдержит свое слово. Пусть не совсем вовремя, но он вернет ей нормальную жизнь. А потом...

А потом он будет свободен.

Наконец-то он избавит друзей от необходимости заботиться о нем. До охерения надоело быть обузой для них, тем более в такие тяжелые времена. Всем было не до этого. И все это понимали, просто старались не показывать. Наверное, они даже ждали, когда он наконец решится. Считали гребаные секунды, как бы мерзко это не звучало.

Он и сам считал. Сходил с ума, но терпел.

- Нам нужен план, чтобы украсть Гермиону у Малфоев!

Внимание мгновенно навострилось. Они привыкли разговаривать о нем обо всем. Думали, что он ничего не может сделать. Возможно, так и было. В любом случае, он либо сделает это, либо умрет, пытаясь.

- Мы не можем напасть на дом Псов, нас слишком мало.

Ну, хоть какая-то здравая мысль. В принципе, у Анджелины всегда были здравые мысли. Еще в школе, когда они играли за одну команду. Сердце слегка защемило от воспоминаний.

Но сейчас это было неважно.

Только Грейнджер. Маленькая Гермиона, которая всегда вздергивала носик, когда разговаривала с ним. Пыталась казаться взрослее, чем есть на самом деле. Позже они долго смеялись с этого.

Он уже давно продумал план, осталось дождаться нужного времени. Просто подождать, ничего не делая, что, в принципе, было не так уж сложно. После гребаного заклинания одного из Псов он никчемный. Даже не может постоять за себя.

Но это в прошлом. Все Псы для него в прошлом.

А сейчас...

Темнота.

Когда же он наконец окунется в нее до конца?