Летние каникулы
Начало летних каникул. Гермиона в легком желтом платьице и сандалях входит в клинику своих родителей, чтоб с ними пообедать в маленьком кафе напротив. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, девушка и не догадывается, что её ожидает сюрприз.
В маленьком холле среди обычных пациентов сидит блондин, запрокинув ногу на колено и с важным видом просматривая журнал о болезнях рта. Парень был одет в потертые джинсы и серую рубашку. Ничего приметного. Поэтому Гермиона по нему лишь скользнула взглядом, но секунду спустя, как это обычно бывает, показалось, что он напоминает ей одного знакомого, о котором с некоторых пор, а точнее с некоторого поцелуя, она думает чаще, чем хотелось бы. Именно это её заставляет посмотреть на парня еще раз, и всего лишь удостоверить свой возбужденный и перегруженный мозг, что Слизеринцу в её родных краях делать нечего. Вот только...
Девушка быстрой походкой пересекает маленький холл клиники и начинает шипеть, пытаясь не привлекать внимание пациентов:
- Что ты здесь делаешь, Малфой?! - Гермиона, кажется, в таком ужасе, что каждое слово дается ей с большим трудом.
- Пришел познакомиться с твоими родителями, - как само собой разумеющееся произнес Малфой.
- Что? - не вникая в фразу, спросила девушка, но через мгновение смысл слов дошел до Грейнджер, и теперь она истерично воскликнула,- Что?
Все таки ей не удалось не привлекать внимание.
- Кажется, тебе нужно обратиться к специалистам в Мунго. Проблемы со слухом?
Гермиона сделала глубокий вдох, незаметно пару раз ущипнула себя за руку, в целях выяснения, что происходящее не сон, а Малфой не предмет её фантазий.
- Малфой, я не знаю что ты тут забыл, но думаю самое время тебе сейчас же отправиться в свой дворец или где ты там живешь! - прозвучало это как руководство к действию, но Драко и бровью не повел.
В это время из кабинета высунулась голова миссис Грейнджер.
- О, милая, ты уже подошла. Мы сейчас переоденемся и выйдем.
- Конечно, мам. Жду. - с натянутой улыбкой произнесла Гермиона, своим телом пытаясь скрыть Слизеринца. - Малфой, тебе пора... - уже шипела девушка.
Парень закрыл журнал, положил на кресло рядом и поднялся, одновременно поправляя ворот рубашки. Гермиона решила, что тот послушался ее и собирался уходить. В этот момент вышли родители Грейнджер, и девушка вновь попыталась заслонить собой Слизеринца, хотя трудно кого-то "заслонить", если этот самый кто-то на голову выше.
- Итак, мы готовы. У нас есть час на знакомство с твоих однокурсником,- озвучила мама Гермионы, вероятно, общую мысль с отцом.
Грейнджер выпучила глаза на Малфоя, и начала грозно шептать ему незаметно от родителей, пока они все вместе выходили на улицу:
- Ты что уже и с моими папой и мамой познакомился? - брови были сведены,губы тонкой полоской - весь вид Гермионы выражал её готовность вцепиться в Слизеринца и разорвать его на мелкие, очень мелкие кусочки.
- Я познакомился с ними еще на прошлой неделе, - как ни в чем не бывало отвечал Драко, будто все идет по плану, одному ему известному плану.
Девушка немного подумала, где Малфой мог пересечься с её родителями.
- Мы на прошлой неделе только из Хогвартса приехали. На вокзале?
- Я вышел из вагонов один из первых, и премило пару минут побеседовал и миссис Грейнджер. Тогда мы и договорились как-нибудь сходить отобедать вместе. Раз я твой друг, - последнее слово Драко выделил, будто имел ввиду что-то большее, чем "друг", но Гермиона не захотела замечать и понимать его интонации, и на автомате ответила:
- Ты мне не друг, - и умолкала надолго: пока они рассаживались за столиком, заказывали еду, ждали пока подадут обед - все это время атмосфера была напряженная и неловкая.
Разрядить обстановку решил вдруг отец, и прямо скажем не удачно, но молчание, тем не менее, было нарушено.
- Так как долго вы двое встречаетесь?
Зато для это фразы мистер Грейнджер выбрал идеальное время, как раз тогда, когда Гермиона пыталась осушить свой стакан с апельсиновым соком. Она подавилась от отцовской фразы и выплюнула жидкость с такой силой и точностью, что попала на противоположено сидящего. Малфоя. Его лицо было в оранжевых каплях сока, и девушке захотелось хохотать, но вместо этого она протянула салфетку и произнесла:
- Извини, пожалуйста. Мне очень жаль.
Вид Слизеринца не предвещал ничего хорошего. Его лицо было совсем пунцовым от злости, но он скрипя зубами, все же ответил на вопрос мистера Грейнджера.
- Пару месяцев.
Гермионе сразу перехотелось смеяться. И она начала обдумывать, как бы сказать своим родителям, что перед ними их с друзьями личный враг, и он её оскорблял, подставлял, и как думала она, всеми фибрами души ненавидел.
- Пару месяцев? - что-то не сходилось в словах Драко, например, то, что она практически не общалась с ним в этом году, не считая танца в Астрономической башне на Рождественском балу и поцелуя в последние дни учебного года. Гермиона вспомнила об этом и вспыхнула до корней волос.
- Гермиона любит во всем точность, последние три месяца,- лилейно протянул Малфой, - Простите, я отойду.
- Я тоже отлучусь ненадолго, - вскочила Грейнджер со своего стула.
Малфой уже был в дверях мужской уборной, когда Гриффиндорка схватила его за локоть и резко дернула.
- Как ты вообще посмел заговорить с моими родителями? Я же грязнокровка и ты ненавидишь меня. Ты же все это помнишь? Что ты вообще делаешь? Зачем тебе это? Знаешь что я с тобой сделаю, когда это закончится? - затараторила девушка.
- Ты знаешь ответы на большинство из этих вопросов, хоть и не хочешь в них верить, - печально посмотрел на Гермиону Драко и вошел.
Последующую часть вечера девушка вела себя отстраненно, не поддакивая и не опровергая разглагольствований Драко об их якобы отношениях. Она чувствовала некоторую вину из-за слов, сказанных Слизеринцем, и от этого было не по себе.
* * *
На следующий день Гермиона вышла с утра за газетой. Обычное дело, обычного человека. Вот только необычный Малфой вдруг решил преследовать обычную Грейнджер.
Именно напротив её дома на скамейке и расположился наблюдательный пункт Слизеринца, который сейчас преспокойно читал книгу. Вся вчерашняя вина, за её неосторожные слова и действия, способные ранить душу необычного Малфоя, как рукой сняло. Тут уж не до церемоний перед его, возможно, несуществующими чувствами, тут уже уголовное преследование, и именно эти мысли Гермиона и решила сейчас озвучить Драко.
- Малфой, если ты считаешь, что с утра сидеть около моего порога это приемлемо, то ты глубоко ошибаешься. Уходи, или же мне придется вызвать полицию. И я это сделаю с бо'льшим удовольствием, чем это можно представить!
- Грейнджер, - протянул он, - не думаю, что твои родители согласятся так легко отправить парня своей дочери в участок. И я, сидя здесь, абсолютно не нарушаю твоих прав. Полагаю эта улица общественное место, я читаю,- повертел он книгой перед глазами девушки,- в общественном месте.
Гриффиндорка зацепила глазами корешок книги.
""Важные магические открытия последнего времени"... по-моему я читала её когда-то давно".
Проследив за взглядом Гермионы, Драко усмехнулся:
- Даже сейчас не можешь побороть свое любопытство, всезнайка Грейнджер?
- Мало того, что ты мои летние каникулы портишь своим присутствием, так еще и оскорбляешь?
Это было выше того, что могла вытерпеть Гермиона, поэтому следующие действия были закономерны и логичны. Девушка развернулась и пошла по направлению к дому, твердо решив:
"Сколько бы он тут не решил просидеть, даже не взгляну в его сторону. Игнорирование - лучшее и единственно верное решение в этой ситуации".
Только слова это одно, а знать, что Слизеринец сидит под окнами другое. Даже несмотря на всю свою силу воли, глаза Гермионы то и дело устремлялись к окну, это раздражало и не давало сконцентрироваться. Лишь, когда в обед Грейнджер посмотрела сквозь щель между портьерами, и Малфоя не оказалось на скамейке, она смогла выдохнуть и расслабиться.
* * *
Малфой, довольный своим утренним поступком, сидел за обеденным столом со своей семьей и совершенно не замечал напряженности родителей. Люциус был на редкость невнимателен и рассеян, уронив бокал и разлив содержимое по столу, он не кинулся отчитывать эльфов за их недобросовестный труд, а не заметил этого, или посчитал, что по сравнению с его новыми проблемами в виде возродившегося Темного Лорда и Пожирателей, вино на белоснежной скатерти меньшее из зол.
Нарцисса видела и нервозность мужа, и счастье сына, но поддерживать светскую беседу, избегая намеков и о Воландеморте, и о грязнокровках, было трудновато. Поэтому ужин протекал под гробовое молчание. Никто не пытался нарушить тишину, каждый думал о своем.
После ужина Нарцисса встала перед дилеммой - с кем поговорить сперва, но рассудив, что Воландеморт - тема деликатная и даже опасная, направилась в комнату сына.
Тихо постучав в дверь и дождавшись ответа, Нарцисса вошла.
- У тебя хорошее настроение, Драко.
- Возможно есть повод, - ответил парень и отложил в сторону книгу, которую читал, лежа на софе.
- Ты не хочешь поделиться? - Нарцисса колебалась, не зная степень откровенности сына, и обдумывая: будет ли разговор официальным и расположиться в кресле, или личным и тогда уместнее рядом с Драко. Ответ предлагает сам парень, завидя замешательство матери, садится сам, жестом приглашая устроиться рядом.
- Я был у Гермионы. Как бы это не звучало странно, но я сидел у нее под окнами все утро.
Нарцисса задумалась, стоит ли беспокоиться о сыне, кажется, слишком зацикленном на Грейнджер. Но довольный своим заявлением, точнее эффектом от произнесенных им слов, Драко поспешил успокоить мать:
- Все в порядке. Это часть хорошо продуманного плана. Отдает преследованием, но им не является. Хотя... Наверно, именно этим является. Но все под контролем, - и опять загадочная улыбка.
- План есть. Контроль есть. Надеюсь все выйдет именно так, как тебе того хочется.
- О! Все даже лучше, чем хотел! Грейнджер, пока я был там, каждую минуту подсматривала за мной!
- Наверно это показатель, - не уверенно произнесла миссис Малфой.
- Ты явно видишь ситуацию не под тем углом, но объяснять её тебе сейчас, мне не хочется. Прости.
Нарцисса, правильно расценив о том, что разговор окончен, также тихо как и вошла, покинула комнату. Направилась к кабинету мужа, уверенная, что застанет Люциуса с огневиски и кучей проблем...
* * *
Весь следующий месяц, недели за неделями, Малфой как по часам с утра прибывал к дому четы Грейнджер и сидел на скамейке, читая книгу, до обеда, а потом исчезал.
Гермиона всеми правдами и неправдами пыталась как-то отгородиться, от Слизеринца и бесконечного роя мыслей о нем. В результате чего думала о нем в два раза чаще, чем раньше, до его визита в клинику родителей.
Девушку удивляла настойчивость Малфоя, с которой он каждое утро появлялся напротив её дома. Временами Грейнджер задавалась вопросом о способе его передвижений, ведь замок-дворец Малфоев, явно не на соседней улице расположен. Но стоило Гермионе подумать о том, что она спрашивает о чем-то Слизеринца, так вопросы отпадают сами собой.
Заносить по утрам газету, теперь стало ежедневной обязанностью Гермионы, ведь не выйди она за прессой, выйдет один из родителей, и тогда завтрак в компании Малфоя. Так было однажды. На следующее утро после его первого визита к её дому, Гермиона замешкалась в ванной, и вышел проверить почтовый ящик отец. И, конечно, мистер Грейнджер заметил чинно расположившегося на твердой неуютной скамье, и было бы плохим тоном не пригласить парня своей дочери в дом .
Гермиона спустилась к завтраку в пижаме. Она же не ожидала, что Слизеринец каждый день будет наведываться. Она думала о разовой акции.
- Малфой? - ошеломленно уставилась на парня Гриффиндорка.
- Гермиона, Драко сказал, что был приглашен тобой сегодня на завтрак, а после на утреннюю прогулку, а ты нас и не предупредила, - начала причитать миссис Грейнджер.
- Прости, мам, я забыла, - ох уж, это её самопожертвование, не желание волновать родителей, боком выйдет ведь выйдет когда-нибудь.
Завтрак прошел на удивление спокойно и даже как-то по семейному, учитывая присутствие Малфоя. Слизеринец вел почтительно с родителями Гермионы, и этого нельзя было не отметить.
- Ну, ладно, мам, мы пойдем, - через некоторое время уже одетая произнесла Гермиона и вышла на улицу, а ней и Драко.
- И куда мы идем? - спросил Малфой, заметя как уверенно девушка петляет среди узких улочек и переходов.
- В библиотеку, - строго сказала Гермиона, подражая голосу Макгонагалл.
- Что? Ты шутишь? - тратить время на то, что они занимались и в Хогвартсе, это не имело смысла. Он так удачно вытащил из дома Грейнджер не для того, чтоб таскаться по библиотекам, но тут парень заметил смешинки в глазах Гриффиндорки. - Ты на самом деле шутишь, это успокаивает. Так и куда мы на самом деле?
Гермиона все еще улыбалась от своей удачного розыгрыша и от того, что сообщит сейчас Слизеринцу:
- Мы идем на совиную почту.
Драко напрягся:
- И кому ты хочешь отправить письмо?
- Письма, - поправила его Гермиона, - Рону и Виктору.
И после этого Малфой хмуро следом шел за Грейнджер, не делая попыток снова заговорить.
"Это маленькая месть за завтрак, - подумала Гермиона, - вероятно, теперь каждое утро мне придется выходить за почтой".
* * *
Утро выдалось пасмурным, что не удивительно для Англии. И все же это не первое утро с плохой погодой, Малфой мог просидеть и под дождичком, но когда Гермиона по привычке сквозь полупрозрачную штору взглянула на скамейку - Драко там не было. Если Гриффиндорка думала, что наличие Слизеринского хорька, мешает ей насладиться летними каникулами в полной мере, то она ошибалась. Отсутствие Малфоя ощущалось острее. Девушка места себе не находила целый день, но Драко так и не появился.
В это время в Малфой-мэноре состоялся серьезный разговор отца с сыном. Дословно можно было описать сказанное как предупреждение о скорых переменах, возможно, для их семьи хороших, но ради этого нужно будет иметь идеальную репутацию. Драко испугался за Грейнджер, он решил, что Люциус знает о его влюбленности, но Нарцисса уверила его в обратном. Тогда Слизеринец поверил Поттеру. Темный Лорд вернулся и нужно быть максимально осторожным с Гермионой, ведь она маглорожденная.
* * *
Следующий день был такой же дождливый, как и предыдущий. Гермиона встала раньше обычного, ей казалось с Малфоей что-то приключилось раз он вчера не появился. И какое было её облегчение, когда на скамье под зонтом Слизеринец сидел как ни в чем не бывало и читал.
Гриффиндорка еще сама не сообразила что делает, но уже бежала через улицу, а через минуту втащила прибалдевшего парня к себе в комнату.
- Тебя вчера не было! - без предисловий начала отчитывать.
У Драко дрогнули губы:
- Да неужели, до тебя наконец снизошло озарение, ты поняла, что я тебе нравлюсь и ты беспокоишься обо мне!
Атмосфера в комнате в мгновение изменилась, став серьезной и откровенной.
- Разве ты видишь... - Гермиона пыталась правильно подобрать слова, - ...возможность?
- То есть сейчас вопрос уже стоит так? - Малфой улыбался: он понимал, что девушка сомневается. Она сомневается в своих чувствах к нему. Это давало надежду. Это именно то, на что мог надеяться Драко.
- Не совсем. Но сейчас меня интересует ответ на этот вопрос. - Гриффиндорка не могла смотреть в глаза Слизеринцу, ей казалось, что они выдадут её. Она сильно зажмурилась, чтоб Малфой не увидел того, что он уже и так знал.
- Я действительно вижу возможность. Если даже я считаю, что кровь не показатель, разве ты можешь сомневаться в этом? - Драко начал доказывать свою точку зрения, но Гермиона хотела услышать не это.
У девушки дернулась рука, она хотела прикрыть рот, но опасалась, что собственное тело подведет ее, боялась прикосновения Его. Неправильные слова.
- Дело ни в крови, ты виновник своих поступков.
Тут смысл её слов дошел до Драко.
- Я не желал зла тебе.
- Но желал Гарри и Рону...
- Я не контролирую себя. Поттер унизил меня. Я не могу по другому относиться к нему, к ним. Я не смогу изменить свое мнение о Святом Поттере и его подпевале Уизли.
- Тогда чем я отличаюсь от них?
- Твои вопросы пробуждают во мне то, чего я бы не хотел чувствовать при тебе.
- Если мы начнем встречаться, - у Гермионы возникли проблемы с произношением последнего слова, она сама не верила, что такое произносит, обращаясь к Драко Малфою, - у нас рано или поздно возник бы этот разговор.
- Мне нравится вариант с "поздно", - Слизеринец попытался разрядить обстановку, но неудачно.
- Ответь сейчас, - Грейнджер непоколебима.
- Я не знаю. Я всегда тебя выделял из них, хотел этого или нет.
Только тогда Гермиона открыла глаза. А в них плескались симпатия, доверие и осуждение одновременно. Драко довольно долго наблюдал за девушкой в библиотеке и это первый теплый взгляд предназначенный специально для него. Ни Краму, ни Уизли, ни Поттеру. Исключительно для Малфоя.
Он не удержался.
Медленно Драко потянулся к губам Гермионы. Задержка дыхания. Сердца пропустили удары. Раз. Два. И забились чаще. Поцелуй был нежным... не торопливым... тягучим. Они не спешили. Привыкали друг к другу. Оценивали. Драко притянул ближе за талию девушку. Гермиона запустила руки в белокурые волосы Малфоя. Первого целомудрие оставляет Малфоя. Он уже не сдерживается. Целует шею, руки, глаза, возвращается к губам - все, до чего только может дотянуться. Девушка запрокидывает голову, прижимается ближе. По комнате раздаются тихие стоны. Гермиона понимает, что они зашли слишком далеко, когда Малфой расстегнул полностью рубашку от пижамы девушки. Слегка отталкивает парня, он с секунду еще не может понять причину остановки, где-то в прострации. Несколько минут уходит на попытки восстановления дыхания и приведения в порядок внешнего вида обоих. И чуть позже вместе спускаются к завтраку со всей семьей Грейнджер.
* * *
Счастливо и легко. Так пролетели летние дни. Даже ни смотря на нависшую опасность в виде возвращения Воландеморта, казалось, что вся их жизнь будет такой же спокойной и беззаботной. Драко и Гермиона наслаждались друг другом. Это было их время.
* * *
По одной из улиц Лондона шла влюбленная парочка и спорила:
-И куда же мы идем?- спросила Гермиона.
-Увидишь,-загадочно приподнял бровь Драко.
-Я не люблю загадки. Сейчас решу ни куда не идти,- не сдавалась девушка.
-А если скажу, тем более не пойдешь.
И это так заинтриговало Грейнджер, что она стала выдумывать варианты.
"Может мы с помощью какого-нибудь портала перенесемся в Румынию и понаблюдаем за драконами. Или он устроил встречу с Гарри и Роном, заметив как я по ним скучаю, пересилив себя. Хотя... это вероятно даже меньше, чем драконы. Может в косом переулке поедим мороженое. А может он ведет меня к своим друзья, чтоб наконец-таки, поведать, что все происходящее между нами всего лишь шутка, и посмеяться надо мной."
Подойдя к роскошному ресторану в центре Лондона, Гермиона стала склоняться к своему последнему предложению о шутке.
"Слизеринцы вряд ли пойдут ужинать в маленькое кафе, а тут им более приемлемая обстановка и все такое..."- обдумывала девушка, но покорно шла за Малфоем.
Что бы не могла представить себе Гермиона, она явно не ожидала её. Миссис Малфой. Мать Драко.
Нарцисса церемонно сидела одна за столиком и ожидала, вероятно, их.
Гриффиндорка дернулась к обратно к двери, но Драко крепко держал её на руку.
- Я наконец-то рада с тобой познакомиться лично, Гермиона.
- Да, я тоже счастлива встречи, - неестественно ответила девушка.
- Раз приветствия пройденный этап, предлагаю ознакомиться с меню, - предложил Драко.
Малфой с пристрастием осмотрел меню и со всей серьезностью сказал, в своей излюбленной манере растягивая слова:
-Я бы посоветовал тебе лобстера. Тут не дурно их готовят.
У Гермионы была такая растерянность на лице, что казалось она сейчас убежит. И это очень веселило Драко, да так веселило, что он решил продолжать:
-Хотя его не сравнить с приготовленным лобстером нашего повара. Не таки ли, мама?
Нарцисса не одобрительно взглянула на сына, у которого играли лукавые искорки в глазах, еще минута и Драко рассмеялся на весь ресторан. Именно поэтому, стремясь не испугать Гермиону,и предупредить взрыв хохота со стороны сына, миссис Малфой деликатно положила руку на кисть девушки в успокаивающем жесте и сказала:
-Гермиона, Драко шутит.
Только тогда Грейнджер заметила веселье Слизеринца, и, конечно, разозлилась на него, и первым порывом было дать ему подзатыльник и отчитать, как она делала это миллион раз со своими друзьями, или же заказать этого самого лобстера. Но ей казалось неприличным все то, что она задумывает, и не достойным её. Гриффиндорка только одаривает Малфоя строгим взглядом а-ля Макгоногалл, и продолжает изучать меню.
А миссис Малфой восхитилась поведением девушки, так держать себя, когда собственный сын нарушает все правила приличия и провоцирует на это и других.
Час спустя бесед на светские темы, Драко откровенно задремал, чтоб не уснуть за столом пошел проветрить.
Миссис Малфой, как только Слизеринец скрылся из виду, наклонилась к девушке и прошептала:
- Гермиона, Драко искренне любит тебя. Пожалуйста, не разбей сердце, моему мальчику.
Возможно, это самое откровенное и, наверное, самое домашнее из того, что когда-либо слышала от семейства Малфой девушка. И ей захотелось утешить миссис Малфой и уверить её в светлом и счастливом будущем:
- Я приложу все возможные усилия, чтоб не допустить этого.
Все слова были сказаны, блюда поданы, и вечер знакомства с родителями плавно перетек в романтическое свидание, как только Нарцисса почувствовала своим внутренним аристократическим чутьем, что она лишняя.
Гермиона не захотела оставаться в этом помпезном ресторане, и они отправились к дому девушки, через портал так удобно расположенном в переулке рядом.
* * *
Они не захотели расставаться. Они сидели прямо на свежескошенной траве на заднем дворе и смотрели на закат. Гермиона была захвачена моментом, знакомство с матерью Драко было тем, что подтвердило его серьезные намерения к ней. Он действительно любит ее, или думает, что любит. Но сейчас под властью этого заката и теплой ладони на талии, девушка решается.
-Драко, я согласна. Мы должны попробовать встречаться и в Хогвартсе,- произносит она, будто боится нарушить момент и развеять волшебство.
Малфой продолжает молчать, и склоняет голову Гермионы на свое плечо и целует макушку. Это ответ. Он рад. Сейчас он счастлив. И пусть весь волшебный мир подождет...