Часть 30
Тор отстранился, наконец, от девушек, и склонился, как подобает:
- Леди Сиф, Джейн Фостер.
А его уже обнимал Вольштагг с радостным смехом, Огун и Фандрал дружески хлопали по плечам.
- Друзья мои, как я счастлив вас видеть! – просиял улыбкой бог, - вы пришли навестить меня. Как вам удалось получить разрешение?
- Ну, вообще-то, никакого разрешения у нас нет, но причина нашего прихода сюда очень серьезна, Тор, послушай... – начал Фандрал, но Тор перебил его громогласным смехом.
- Гарри, я же говорил, они здесь незаконно, - бог обернулся к своему чародею и наткнулся на пристальный испытующий взгляд. Тор мысленно обругал себя за невоспитанность и поспешил исправиться, взял колдуна за плечи и мягко выдвинул вперед себя:
- Друзья мои, знакомьтесь – это Гарри, сын Поттеров, великий чародей Мидгарда, самый мудрый и достойный человек, которого я знаю, - с гордостью представил всем присутствующим дорогого сердцу мага. Гарри почему-то особо радостным не выглядел, Сиф смерила его недоверчивым взглядом, троица воинов недоумевающее переглядывалась, Эрик Селвиг пробормотал что-то про сумасшедших, и только Дарси Льюис восприняла его слова серьезно. Она медленно подошла к юному чародею, внимательно разглядывая с ног до головы, обошла его кругом, а потом и вовсе откинула ему челку со лба.
- О. Мой. Бог. Гарри Поттер! Самый Настоящий! – девушка подпрыгивала на месте от возбуждения, - Мальчик-Который-Выжил!
Тор, непонимающе наблюдающий за этой сценой, заметил, что Гарри поморщился.
- Волшебница? – обреченно уточнил чародей.
- Нет, только мой младший брат, он все уши о тебе прожужжал, - продолжала восхищенно тараторить девушка, - у него над кроватью висит постер с твоим изображением, и я читала о тебе в его книгах: «Взлеты и падения темных искусств», «Новейшая история магии мира», «Четвертая Европейская война. Победители и побежденные.» «Самые величайшие маги столетия» и «Тайны артефакторики» твоего авторства. Ты просто обязан дать мне автограф, это будет лучший подарок Кевину на день рождения, - девушка все же замолчала, чтобы перевести дух. Богу такое внимание к его Гарри было не по вкусу, но он благоразумно молчал. Маг мученически застонал, спрятав лицо в ладони:
- Мисс, вы сейчас, походя, нарушили Статут Секретности, вам грозит штраф в размере двухсот галеонов, ваших знакомых ожидает стирание памяти, а вы просите автограф?
Дарси умоляюще сложила ладони вместе и несчастными глазами смотрела на колдуна:
- Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, дай автограф. Кевин мне не простит, когда узнает, что я познакомилась с самым знаменитым волшебником столетия и не попросила расписаться!
Тор нахмурился, запоминая новые факты о Гарри, и только решил вмешаться, как Эрик Селвиг резко осадил девушку:
- Какие еще волшебники, какие темные искусства, что ты несешь?
Но та лишь упрямо вздернула подбородок:
- Магия существует, мой брат – волшебник. Этот парень – тоже, - она ткнула пальцем в сторону Гарри, - он вообще в восьмидесятом году родился.
- Дарси, вслушайся в свои слова, волшебники – это даже звучит глупо! – вмешалась молчащая до этого Джейн.
- А скандинавские боги – это, по-твоему, образец нормальности! – едко парировала Дарси. Ученые принялись наперебой спорить, друзья Тора не вмешивались, Гарри прижал пальцы к виску и с силой зажмурил глаза. Тор тут же подошел к нему вплотную и обеспокоенно заглянул в лицо:
- Что с тобой? Тебе больно?
Маг криво усмехнулся и ответил:
- Голова немного болит. Не люблю крики.
Тор тут же привлек его в свои объятия, не обращая внимания на слабые протесты, подхватил на руки и, не напрягаясь, понес к ближайшему стулу. Он присел на мягкое сиденье и устроил легкого, как перышко, колдуна на своих коленях. Тот восхитительно розовел, ему, похоже, было неловко, но бог и не подумал его отпускать, пусть лучше все сразу видят, что в борьбе за сердце чародея у них есть конкурент. Но остальные были увлечены спором, и никому не было до них никакого дела. Тор примостил голову Гарри у себя на плече и принялся легонько поглаживать пальцами затылок, в надежде, что нежные касания уймут боль. Чародей, после нескольких проведенных так минут, окончательно расслабился и позволил делать с собой все, что заблагорассудится, только иногда тихо вздыхал с закрытыми глазами. Громовержец не смог удержаться, аккуратно стянул с него очки и осторожно поцеловал чуть шершавые губы, мягко провел по ним языком, уговаривая разомкнуться. Гарри сладко вздохнул, и Тор тут же углубил поцелуй, нежно лаская рот мага, бережно поглаживая ладонью его щеку.
Они настолько увлеклись друг другом, что не замечали повисшей в помещении ошеломленной тишины. В напряженном молчании раздались одинокие хлопки, заставившие мага вздрогнуть в руках Тора и отстраниться. Фандрал, ехидно улыбаясь, с чувством аплодировал:
- Ого, а ты, друг, я смотрю, время тут даром не терял!
Остальные смотрели на них в немом изумлении.