часть 69
Я не чувствую рук, поэтому с грохотом падаю на пол, освобождаясь от цепей. Удивляюсь себе, поскольку не ощущаю радости. Раньше я бы с благоговением принимала помощь и благодарила судьбу за предоставленный шанс. Сейчас меня посещает лишь пустота, приправленная подозрением. Рита могла сразу же улететь, не думая ни о чём, а вместо этого она использует мою палочку и освобождает от цепей. К тому же с заметным нетерпением ожидает, когда я приду в себя.
Яндекс.Директ
Разминаю распухшие, окровавленные руки, стараясь избавиться от онемения, и сорванным голосом спрашиваю: — Почему ты помогаешь мне? Корчась в негодовании от моей медлительности, Рита по привычке тянется к лицу, чтобы поправить очки… которых сейчас нет. Сказать по правде, Скитер выглядит ужасно, но не хуже, чем я. Розовое атласное платье покрыто грязью, волосы спутаны, а на щеке заметен тёмный синяк, под глазами размазана тушь от пролитых слёз, а на запястьях различимы кровоподтеки. Моя глубинная душевная доброта призывает жалость к чужой судьбе, но я по-прежнему окутана жестокой стеной равнодушия, поскольку эгоистично злюсь на целый мир из-за собственного поражения. Я всегда всех спасала, но почему никто не защищает меня?! Страдающее сознание понимает несправедливость своего упрека, ведь я сама во всём виновата и нарочно подставилась под удар. К тому же Орден никогда бы не бросил меня, если бы имел возможность спасти. Даже понимая все эти нюансы, я всё равно не могу избавиться от злости на судьбу, хотя лучше назвать это незаслуженным укором. Я хочу отомстить всей земле за пережитые страдания, но вполне достаточно отплатить только одному человеку. Риддл… нет, я не могу произносить имя… Неведомым образом я перестаю олицетворять его с тем, кем недавно любовалась. Теперь я разделяю его сущности и ставлю посмертный крест на Томе Риддле. В моих глазах появляется лишь облик змееподобного существа с бледной кожей, которая покрыта огрубевшими рубцами. Красота исчезает, заменяясь уродством, пугающим до дрожи в костях. — Милочка, я уже начинаю жалеть о своем порыве! — Скитер брезгливо хватает меня за локоть и тянет вверх, но я вырываюсь, придерживая сломанные пальцы. Пребывая в отчаянии и безразличии ко всему происходящему, я превозмогаю боль и выворачиваю фаланги пальцев, издавая глухой хруст. Мычу себе под нос, часто дышу носом и медленно встаю с колен, выхватывая палочку из рук Скитер. Вероятно, мой вид вызывает отталкивающее впечатление, поскольку Рита вздрагивает и делает шаг назад. Смотрю на неё исподлобья и повторяю свой прежний вопрос. На этот раз она отвечает прямо: — Я не знала, что ты здесь. Пыталась пролететь через подземелья, но главный вход защищен более сильной магией, — Скитер поднимает руки перед собой и в открытом жесте просит меня ей поверить. — Анимагам не выбраться отсюда без палочки. Что ж, Риту привела ко мне корысть и безвыходное положение… — К тому же… — она отворачивается от меня и, надув губы, без особого желания продолжает, — ты спасла мне жизнь. А может и не совсем корысть… — Если уж тебе и этих причин мало, то признаюсь, что у меня увеличилось число читателей после твоего наглого вмешательства! Всё-таки я на самом деле слабый человек, поскольку сердце отзывается на любое проявление человечности. На одном из уроков Ксантиппа говорила, что жизнь уже прожита не зря, если мы повлияем на судьбу хотя бы одного человека. От Риты я не требовала ничего взамен и не ждала платы, но сейчас она передо мной. Благодарит за спасение и завуалированно хвалит за проделанную работу со статьями. Моим сознанием легко манипулировать, ведь её слова помогают новой надежде засиять и вернуться из глубин темноты. Неудивительно, что Волдеморту так легко удается играть мною. Слова обладают силой, скажи мне пару искренних строк, и я восстану из пепла. Слабая… слабая и глупая. «Благодушие — твоя главная сила» — нет, мадам, эта смертельная слабость, затягивающая меня под землю к мертвецам. Перекладываю палочку в другую руку и бегло осматриваю плащ. Нельзя допустить, чтобы журналисты узнали про беременность. С горькой иронией думаю о пользе потрепанного и грязного вида. Больше всего меня раздражает мерзкое ощущение между ног, и я крепко закрываю глаза, считая про себя до трех. Только бы выбраться из мэнора. Только бы успеть и тогда я никогда его больше не увижу. Концентрируюсь на внутренних магических потоках и с решительным взглядом направляюсь к двери. Рита семенит за мной, звонко стуча каблуками. — Хилиопус! — ставлю заглушающие и маскировочные чары, раздумывая о возможности появления Добби. Скорее всего, после исчезновения Нагини Лорд усилил анти-аппарационный барьер, и вряд ли эльф попадет сюда во второй раз. — Ну, мозг львиного трио, какой у тебя план? — Рита дотрагивается до моего плеча, будто боясь, что я оставлю её здесь. — Золотого. — Что? — Золотого трио! С раздраженным хмыканьем Рита отдергивает ладонь, давая мне свободное место, а я взмахиваю палочкой. — Алохомора! — замок слабо сверкает, а я добавляю, — Портоберто! Ничего не происходит. Мерлин, мне всё надоело! Всё, вся и весь! Весь этот ужас! Кровь горячее огня, а удары сердца заглушают все звуки. — Бомбарда Максима! Пячусь назад, наступая на Скитер, и ставлю защитное поле от летящих щепок. Хватаю временного союзника за запястье, болезненно морщась от боли в пальцах, и кричу: — Что бы ни случилось, не отставай! — Ты сумасшедшая! — крик Риты сопровождается грохотом в коридоре тюрьмы, — мы должны были сбежать по-тихому! По-тихому? Да я спалю дотла этот треклятый мэнор! Желательно с Лордом в придачу! — Используй анимагическую форму! К счастью, Рите не нужно дважды повторять просьбу. Аккуратно обхватываю крупного жучка и прячу его за воротник. — Держись крепче, Рита! Словно внезапно сорванная петля, я наполняюсь обжигающей злобой. Месть пожирает каждую клетку, а душа страдает от плена агрессии. Невзирая на моё сопротивление и боль, Лорд использовал грубую физическую силу и психологическое давление. Мы не сражались на дуэли и не пользовались магией. Я не являюсь оскорбленной ведьмой, а чувствую себя униженной девушкой, чью гордость он втоптал в грязь. Я проиграла своё тело, но магия за меня отомстит. Саркастично усмехаюсь повторению судьбы — во время побега был разрушен особняк Мальсибера, а теперь… в руинах окажется поместье Малфоев. Как бы убедительно профессор Снейп ни оправдывал Нарциссу и Драко, я не стану испытывать жалость к их семье. Сейчас я не готова к пощаде, поскольку унижено женское самомнение. Зачем мне жалеть тех, кто не может побороть страх? Зачем мне спасать Малфоев? Они сами виноваты! У них был выбор! Что мешало им помогать Ордену? Авроры защитили бы Хорька… Мне безразличен их мэнор. Пусть каменные стены падут, а Малфой-старший сгниет в тюрьме! — Тергео! — прочищаю себе дорогу и выбегаю в коридор. — Бомбарда! — посылаю заклинания на железную дверь в конце коридора, — Редукто! Боковым зрением замечаю другие темницы подземелий и, не боясь последствий, направляю на них заклятия! Задеваю потолок, с которого начинают падать камни. Уверившись в открытии всех дверей, я направляюсь по коридору, как вдруг в одной из камер замечаю силуэт со страниц «Придиры». Высокий длинноволосый блондин выходит из темницы, придерживая незнакомую женщину с порезами на лице. — Мистер Лавгуд! На мой окрик издатель журнала отвечает с трудом и тихо спрашивает:
Яндекс.Директ
— Кто вы? — осматриваю остальные двери, отвечая на вопрос отца Луны. — Гермиона Грейнджер! — Это вы… — с усталым видом он крепче обхватывает соседку по темнице, — я знаю вас. Пустой взгляд и заметная дрожь наводят подозрение об истощении и контузии. Бедная Луна! Я не знала, что её отца похитили. — Подождите! Я сейчас… — быстро осматриваю остальные камеры, заметив в одной из них молодого человека без сознания. — Энервейт! — ноль реакции, — Энервейт! — с дрожью наклоняюсь к нему, переворачивая на спину, и с криком отскакиваю от холодного тела. Узнаю его. Начинающий корреспондент журнала «Ведьмин досуг». Мертв. Приказ Волдеморта больно поражает моё сердце. Ксенофилиус Лавгуд, Рита Скитер и остальные журналисты… Пожиратели похищают тех, кто пишет правду про тиранию Тёмного Лорда. — Экспульсо! О нет! В коридоре раздается мужской крик, и я бросаюсь туда. — Экспеллиармус! — заметив у входа Пожирателя, я сразу же направляю на него заклинание. — Конфундус! — по голосу не могу узнать врага, но очертания напоминают Алекто. Крик, принадлежащий мистеру Лавгуду, заглушает нашу дуэль. Подступаю к Пожирателю, закрывая собой пленников, и краем глаза замечаю, как оседает на пол женщина. Проклятие! Её оглушил Пожиратель. Ксенофилиус крепко держит женское тело, опускаясь рядом на колени. Срываясь на предельную ярость, я отправляю во врага заклинания. Столкновения вспышек рикошетом отбиваются в боковые стены. Факелы слетают с креплений, а камни покрываются широкими трещинами. — Ступефай! — направляю луч на ближайший к Пожирателю факел, который падает прямо на него. Эхо раздающегося визга доказывает, что передо мной женщина. — Ступеф… — Мисс, остановитесь! — Пожирательница падает назад, врезаясь в стену, и скидывает маску, отряхиваясь от обжигающего угля. — Экспеллиармус! — её палочка летит ко мне и, не отводя глаз от врага, я подхожу к Лавгуду, — возьмите, сэр! Ксенофилиус берет палочку и пытается привести в чувство оглушенную узницу. Возвращаюсь к Пожирательнице и узнаю в ней Нарциссу Малфой. Со сбитым дыханием направляю палочку, чтобы лишить её сознания, но, видимо, она воспринимает моё свирепое выражение по-другому. — Мисс Грейнджер, успокойтесь! Не убивайте меня! — облокачиваясь на дверь, она поднимается с пола и выставляет вперед руки. Времени нет, а усиленное жужжание рядом с ухом доказывает нервный срыв Скитер. Шум наверняка привлекает внимание наверху, поэтому я поворачиваюсь к Ксенофилиусу и говорю: — Мистер Лавгуд, мы должны уходить! К счастью, неизвестная женщина приходит в себя и, к моему удивлению, смотрит на меня весьма заинтересованным взглядом. — Гермиона Грейнджер? Не теряю из вида миссис Малфой и киваю в согласии. Кто она? Лицо знакомо, но из-за сильных ссадин сложно понять. — Я Амелия Боунс. Невероятно! Сама не осознавая, я решила спасти одну из самых важных фигур в Министерстве. Амелия — член Визенгамота и активный борец за права магглорожденных. До освобождения Яксли она сотрудничала с Отделом магического правопорядка. Как только она пропала, аврорат лишился защиты и был подвергнут проверкам. Мерлин! Я должна помочь ей, ведь тогда она снова вернется к своим обязанностям, и аврорат открыто будет бороться с Пожирателями. Волдеморт! Я так и знала, что важные министерские чины пропали по твоей вине! — Нужно бежать, миссис Боунс! — у меня нет времени на формальность, и я направляю палочку на Нарциссу. — Инкарцеро! — руки обвивают веревки, я разворачиваю её спиной к себе, выводя из коридора к лестнице. Сзади слышу шаги Лавгуда и Боунс, и аккуратно поднимаюсь наверх. — Миссис Малфой, где Лорд? Она не отвечает мне. Глубоко внутри я жалею о том, что не могу использовать угрозу нападения, чтобы добиться правды. Волдеморт сразу бы использовал Круциатус или… как жаль, что я в должной мере не владею легилименцией. Обязательно продолжу своё обучение, если выберусь. Сжимаю плечо хозяйки мэнора и слегка надавливаю палочкой в спину. Мы поднимаемся на первый этаж и заходим в прямоугольное помещение с высокими колоннами по бокам от дверей. Вновь обращаюсь к своей заложнице и тихим шепотом произношу: — Миссис Малфой, прошу вас! Наверное, глупо умолять человека, которому я угрожаю расправой, но иного выхода нет. — Тёмный Лорд в большом зале. Хочу уточнить, большой зал — это тот, где проводятся собрания или же… — Нарцисса! Вздрагиваю от неожиданного мужского окрика и ослепляющей вспышки заклинания из дальнего угла помещения. — Протего! — Лавгуд реагирует на заклинание защитным полем и встает перед нами. Узнаю Пожирателя по длинным светлым волосам и знакомому голосу. — Люциус! — его жена толкает меня локтем, но я сильнее сжимаю её плечо, отходя назад. — Круцио! — Малфой атакует непростительным заклинанием мистера Лавгуда. — Эвердо Статим! — облегченно выдыхаю, спрашивая себя, где обычный издатель научился обороняться. Малфоя подбрасывает проклятием вверх. Ударившись о колонну, он отлетает в противоположный угол зала. — Гермиона, у вас есть ещё одна палочка? — ко мне подходит Амелия и настороженно осматривает комнату. Качаю головой, но затем мысленно бью себя по лбу и произношу: — Акцио, палочка Люциуса Малфоя. Амелия хватает чёрное древко с рукоятью в виде змеи и использует исцеляющие чары, заживляя порезы на лице. — Мисс Грейнджер, вас убьет Тёмный Лорд, — приглушенным шепотом ко мне обращается Нарцисса. Хватит! Мне всегда об этом говорят. Даже Драко угрожал. Лорд не убьет, а доведет до невменяемого состояния, заставив на подсознательном уровне желать собственной смерти. В данный момент я борюсь с внутренними противоречиями. Я хотела и до сих пор хочу разрушить мэнор, чтобы хоть немного отомстить Лорду, но теперь… со мной рядом более сильное оружие в лице высшего руководства Министерства, поэтому я ставлю интересы общества выше своих и раздумываю, как бы сбежать незаметно. — Миссис Малфой, где ближайший камин? — Вам не сбежать из мэнора, — Нарцисса нервничает больше, чем мы, или же это беспокойство за супруга, — все камины заблокированы! — Враньё! — с удивлением перевожу взгляд на Амелию Боунс, отмечая схожие черты с её племянницей. Сьюзен Боунс вступила в отряд Дамблдора и крайне успешно использует атакующие заклинания на практике. Седрик как-то упоминал, что большинство учеников Пуффендуя связаны семейными узами с политическими деятелями. Сьюзен похожа на свою родственницу. Теперь я могу рассмотреть Амелию внимательнее и с уверенностью сказать, что она производит впечатление статной и серьезной женщины. — Миссис Малфой, я неоднократно присутствовала на званых вечерах, — Амелия свысока осматривает взглядом комнату и со злостью останавливается на Нарциссе, — как вы посмели держать меня взаперти? Я обо всем доложу министру, будьте уверены!
Яндекс.Директ
Не хочу прерывать эту женщину, но мы по-прежнему находимся в опасности. Нарцисса дергается в сторону Амелии, поднимая связанные руки в защитном жесте, как внезапно миссис Боунс взмахивает палочкой, и моя заложница перестает быть заложницей. Нарцисса теряет сознание, оседая на пол, а я с недоумением перевожу взгляд на Амелию. — Мисс Грейнджер, позвольте вас поблагодарить, — с легкой улыбкой она подходит ко мне и кладет руку на плечо, — я наслышана о вас и мистере Поттере, а теперь убедилась в вашей доблести самостоятельно. — Спасибо, — чувствую себя, как на уроке профессора Макгонагалл, и покрываюсь красными пятнами. Я не предполагала подобный исход, не ожидала проворства Лавгуда и удивлена решимостью Боунс. — Ксенофилиус, вас я тоже благодарю за помощь! Я бы умерла от потери крови, если бы вы не перевязали раны. Лавгуд тяжело вздыхает и кивает в ответ, а Боунс резко поворачивается к двери и грозным голосом произносит: — Вперед, мне знаком этот дом! Используйте маскировку, чтобы попасть на второй этаж, — Амелия направляется к выходу из зала и дает инструкции, — наверху возле лестницы находится гостевой камин, через который мы сможем сбежать. — Да, мэм, — начинаю потихоньку усмирять свой взрывоопасный настрой. Амелию считают выдающейся колдуньей с безупречной репутацией и объективным мнением на происходящее в обществе. Она напоминает мне декана Гриффиндора и вызывает доверие, поэтому я следую за ней, используя невербальное «Протего» от внезапной атаки Пожирателей. Жужжание подтверждает, что Рита на месте. Всей своеобразной компанией мы выходим в длинный коридор с изысканными фресками вдоль стен. Усиливая защиту, мы проходим расстояние будучи незаметными для портретов, но, к несчастью, нас замечает домовик, протирающий окно. — Воккиус! — Амелия взмахивает палочкой, и домовик теряет сознание, так же как Нарцисса. Наконец, мы доходим до гостиной, в которой я вижу лестницу, но внезапно из соседней комнаты раздаются голоса, и Амелия говорит: — Быстрее! — срываемся к лестнице, отчаянно молясь успеть. — Вы! — к сожалению, я слышу шокированный голос с верхних ступеней, а затем звонкий крик, — Вердимилиус! — Протего! — Ступефай! Заклинание сбивает с ног Амелию, а Лавгуд скрещивает лучи от проклятий, которые задевают стены гостиной. — Диффиндо! — направляю на Пожирателя, но промахиваюсь и попадаю в светильник. Свечи падают на ковер, и происходит возгорание. — Импедимента! — Ксенофилиус оглушает Пожирателя, и тот с громким шумом падает с лестницы. Помогаю подняться Амелии и резко оборачиваюсь на скрип дверей. О нет! — Пленники сбежали! — Схватите Боунс! — Не дайте им уйти! С двух сторон в комнату вбегают Пожиратели. Огонь от ковра переходит на гардины. Различные проклятия дополняют яркий свет. — Круцио! — узнаю Алекто и отпрыгиваю от Боунс, чтобы отразить заклинание. — Редукто! — Лавгуд поднимается по ступеням, отбивая проклятие Пожирателя в маске. — Депульсо! — Протего! — Сообщите Тёмному Лорду! Делая негодующий вздох, я замечаю размытое очертание за спинами Пожирателей и тихо говорю скорее для себя, чем для кого-то ещё: — Он уже здесь. Столик, разделяющий нас с Пожирателями, разгорается быстрее. Я хватаю Амелию за руку и направляю заклинание на середину комнаты. — Инсендио! — увеличенное пламя закрывает нас от врагов высокой огненной пеленой. — Инсендио! — повторяя за мной, Амелия направляет палочку на потолок, и широкая стеклянная люстра загорается яркими, красными искрами. — Бежим! — Лавгуд зовет нас со второго этажа, а я толкаю вверх Амелию. Огонь увеличивается, но сильнейшая волна ледяной воды от заклинания Лорда поглощает собой пламя, создавая подобие мокрой сферы. — Не останавливайтесь! — закрываю собой Боунс и за секунду до столкновения с оранжевым лучом выставляю усиленное защитное поле. Находясь на возвышенности, я сразу же узнаю дуэлянта и с ненавистью смотрю на яростный оттенок красных глаз. — Баубиллиус! — Амелия дополняет моё заклинание ещё одной атакой. — Протего! — Лавгуд защищает нас от Пожирателей. Древняя магия! Прошу, помоги! Он причинил мне столько боли, пожалуйста, защити меня! Эмоции льются через край, и я вкладываю всю свою силу в защиту. С трудом поворачиваю палочку в сторону стен. Середина скрещенных лучей разбивает камни, и фрески разлетаются на кусочки, причиняя урон Пожирателям. — Авада Кедавра! — Алекто направляет проклятие в Боунс, но промахивается, а я снова встречаюсь защитой с заклинанием Лорда. Комнату освещает зеленое свечение со второго этажа, а зов Лавгуда доказывает, что возле лестницы есть работающий камин. — Гермиона! Назад! — голос Амелии сопровождается выкриками заклинаний, но странным образом меня никто не атакует, кроме Лорда. За ярким светом я не могу увидеть лица, но сила его атаки не уменьшается. Если бы я не владела жертвенной магией, то давно бы проиграла его натиску. Используя Обряд, я усиливаю защиту и ступаю вверх по лестнице. Боюсь не успеть, поэтому выкрикиваю: — Миссис Боунс, уходите без меня! Спасайтесь! Слышу гневный вскрик Амелии и с изумлением вижу направленный зеленый луч в сторону Пожирателей. — Гермиона! Я не отдам вас в лапы преступников! Опасная женщина, но чувство защищенности помогает мне побороть отчаяние, и я делаю последний шаг, оказываясь на втором этаже. — Экспеллиармус! — Оппуньо! — Конфундус! Лавгуд исчезает в зеленом пламени, а Амелия хватает порох и дергает меня за плечо. — Грязнокровка! — вздрагиваю от свирепого возгласа с первого этажа и беру в ладонь порох. — Уходите! — толкаю Амелию к камину. — Я за вами! Боунс исчезает в зеленом пламени, а я направляю за спину заклинание. — Аква Эрукто! — сильный водный поток смывает врагов с лестницы, и я бегу к камину, однако прямо передо мной появляется черная дымка. — Редукто! — отпрыгиваю в сторону, падая на пол, и выкрикиваю, — Ступефай! Древняя магия! Обряд Жертвы! Возьми мою жизнь. Прошу дай мне сил! Ради моих родителей! Умоляю, помоги! С животной яростью и алыми зрачками Лорд направляет на меня палочку. — Круцио! — Протего! — поднимаюсь на ноги, держа в ладони порох, и улучшаю защиту. Использую самое неподходящее для атаки заклинание и вкладываю максимальную энергию. Только бы получилось! Обряд, умоляю! — Люмос Солем! — мощная форма Люмоса в несколько раз превышает допустимый предел, и я ослепляю Лорда, отступая к камину. — Продо Верис! — меня настигает его заклинание, и я морщусь от боли в голове, но кидаю порох и шепотом называю место. — Я найду тебя, грязнокровка! — гневное шипение является последним, что я слышу во всепоглощающем ярком свете, и исчезаю в порыве зеленого пламени. Нет! Хватит с меня. Я отравилась ядом и теперь буду искать антидот…