Butterfly. Part 1

POV Гарри

10 ок­тября. Па­риж

Ши­роки­ми ша­гами в мгно­вение я пе­ресёк не­боль­шое лоб­би оте­ля, ярос­тно тол­кнув стек­лянную дверь, на­конец выб­рался из той удуш­ли­вой ло­вуш­ки и об­ра­довал­ся хо­лод­но­му дож­дю, ко­торый ог­ромны­ми хо­лод­ны­ми кап­ля­ми па­дал на ли­цо.
Ог­ля­дел­ся по сто­ронам и к моему счастью, вок­руг бы­ло прак­ти­чес­ки ни ду­ши, по­тому что ка­тас­тро­фичес­ки хо­телось ко­му-то вре­зать, а это бы­ла очень пло­хая идея. В ме­ня буд­то по­сади­ли ди­кого зве­ря, ко­торый ме­тал­ся по клет­ке, же­лая выр­вать­ся на во­лю, меч­тая ощу­тить вкус тёп­лой пло­ти.

Твою же мать!

— А­ааа! — За­орал я во всю глот­ку, зап­ро­кинув го­лову на­зад и за­пус­тив паль­цы в уже мок­рые во­лосы.

— Не­нор­маль­ный! — взвиз­гну­ла, про­ходя­щая ми­мо фран­цуз­ская ба­буля, ко­торую я сов­сем не за­метил до это­го, и пос­ко­рее за­семе­нила от ме­ня по­даль­ше, пря­ча ли­цо за ог­ромным чёр­ным зон­том.

Я за­катил гла­за и фыр­кнул. Уже нель­зя че­лове­ку и по­орать нор­маль­но.

Мо­жет вер­нуть­ся об­ратно и вре­зать ещё это­му уб­людку? Ес­ли бы не Эли­забет, я бы на нём и мес­та жи­вого не ос­та­вил. Не пом­нил ког­да точ­но в пос­ледний раз драл­ся, но уро­вень ад­ре­нали­на сей­час нас­толь­ко шка­лил, что ду­мать о чём-то дру­гом прос­то не мог. Вер­нее не хо­тел, ес­ли я от­пу­щу это чувс­тво зло­бы на не­го, то что ос­та­нет­ся мне вза­мен?
Уни­жение?
Пре­датель­ство?

Та боль, ко­торую чер­тов­ски не хо­телось ис­пы­тывать, уже на­чала пус­кать свои гни­лые кор­ни во мне.

Нуж­но пос­ко­рее уби­рать­ся от­сю­да по­даль­ше.
Ма­шиналь­но я по­тянул­ся в кар­ман паль­то за те­лефо­ном, что­бы пос­мотреть, ког­да бли­жай­ший рейс об­ратно в Лон­дон, но по­том вспом­нил, что я чёр­тов иди­от-слэш-по­беди­тель по жиз­ни, за­был его до­ма.
Ос­та­вил ле­жать на ду­рац­кой тум­бочке у вы­хода.
Прос­то ге­ни­аль­но!

Обер­нувшись пос­ледний раз взгля­нуть на у­ют­ное лоб­би оте­ля, я на­де­ял­ся уви­деть там её. Ду­маю, имен­но по­это­му я всё ещё сто­ял тут вни­зу не дви­га­ясь с мес­та, как вко­пан­ный. По­тому что ждал, что она до­гонет, вы­берет ме­ня.
Не его.

Но там ни­кого не бы­ло кро­ме ску­ча­юще­го ре­сеп­ши­онис­та, ко­торый вре­мя от вре­мени бросал в мою сторону взгляды, аб­со­лют­но точ­но при­нимая за су­мас­шедше­го.

Под­няв во­рот паль­то, я скло­нил го­лову, как мож­но силь­нее втя­гивая шею и за­сунув ру­ки в кар­ма­ны, по­шёл прочь, про­тивос­тоя по­рывам вет­ра, ко­торые каж­дый раз хлыс­та­ли моё ли­цо ле­дяной во­дой, да­вая по­нять, что в этой вой­не про­иг­равший имен­но я.

Не он.
Не этот мис­тер - я пер­вый прим­чусь в Па­риж и ук­ра­ду твою де­вуш­ку, а по­том по­дарю ей ба­буш­ки­но коль­цо и сде­лаю сво­ей же­ной.
Чёрт!
Ну чёрт же!

Мои ша­ги ста­нови­лись всё бо­лее раз­ма­шис­ты­ми, а че­люсть за­боле­ла от то­го, нас­коль­ко силь­но я её сжи­мал.
От­ку­да в мо­ей го­лове этот об­раз Эли­забет в под­ве­неч­ном платье с длин­ной фа­той во­об­ще взял­ся? И нах­рен там у ал­та­ря сто­ит и ждёт её Он?!
Мне во­об­ще всё рав­но!
На их обо­их.

Нет ни­како­го де­ла! Пусть де­ла­ют, что хо­тят. Я от­лично с ней по­раз­влёк­ся и те­перь пусть ка­тит­ся на все че­тыре сто­роны!

— Пле­вать, — про­бур­чал се­бе под нос и обер­нулся на до­рогу в по­ис­ках так­си, как раз вов­ре­мя. Вски­нул ру­ку и к мо­ему счастью, хоть в чём-то се­год­ня, оно тут же ос­та­нови­лось.
Зап­рыгнув в тёп­лый са­лон, на сво­ём снос­ном фран­цуз­ском бур­кнул во­дите­лю, что­бы от­вёз ме­ня в а­эро­порт и сло­жив ру­ки на гру­ди, ус­та­вил­ся в ок­но.
Ни­ког­да не ду­мал, что ста­ну не­нави­деть этот го­род, эти ули­цы и её...

***

— Что ты тут де­ла­ешь? — Не ожи­дая та­кого втор­же­ния, я под­ско­чил на мес­те и чуть не вы­пус­тил ги­тару из рук.

— Ра­ботаю, — бур­кнул в от­вет и снял на­уш­ни­ки, в ко­торых всё рав­но бы­ла толь­ко ти­шина.

— Я ви­жу, — Джеф, один из мо­их нем­но­гих дру­зей, а по сов­мести­тель­ству ещё и ме­нед­жер, взял в ру­ки поч­ти пус­тую бу­тыл­ку шотландского вис­ки. — Ты в кур­се, сей­час все­го во­семь ут­ра? — Спро­сил он, ука­зывая в сто­рону ста­кана, ря­дом со мной всё с той же ян­тарной жид­костью внут­ри.

— Мне не спа­лось. Ду­мал по­может, — я от­ки­нул­ся на спин­ку сту­ла и тот ле­ниво зас­кри­пел.

Го­лова по ощу­щени­ям ве­сила сей­час не мень­ше тон­ны. Гла­за бо­лели от ус­та­лос­ти, но мозг от­ка­зывал­ся от­клю­чать­ся нап­рочь. Всю ночь я про­вёл имен­но там, где чувс­тво­вал се­бя спо­кой­нее все­го, где мог вып­леснуть ко­мок тех пе­режи­ваний, что ду­шили моё нут­ро вот уже боль­ше не­дели.

Я ис­про­бовал всё, но толь­ко сту­дия по­мога­ла мне ды­шать. Прав­да все пес­ни, ко­торые я на­писал за эти дни, бы­ли... о ней. Я пи­сал сти­хи в сво­ём не­боль­шой блок­но­те, а по­том вы­рывал лис­ты и бро­сал в ур­ну, ко­неч­но же не по­падая, от­че­го мя­тые клоч­ки бу­маги с мо­ей болью, ра­достью и страстью ва­лялись по всей сту­дии. Я на­чинал иг­рать ме­лодии, ко­торые ли­лись от­ку­да-то пря­мо из сер­дца и на­ходи­ли вы­ход на стру­нах мо­ей ги­тары, ко­торую я бо­ял­ся вы­пус­кать в эти дни из рук, но не мог их за­кон­чить, буд­то че­го-то пос­то­ян­но не хва­тало. Я пил вис­ки вмес­то во­ды и упо­вал на то, что ста­нет лег­че. Толь­ко ни­чер­та лег­че не ста­нови­лось. Я чувс­тво­вал се­бя всё нич­тожнее и ник­чемнее с каж­дым днём.

Я не­нави­дел её.
И се­бя то­же не­нави­дел.

Мно­го раз брал те­лефон в ру­ки и от­кла­дывал его об­ратно, так и не ре­шив­шись поз­во­нить. А она не зво­нила мне. Хо­тя мог­ла, ес­ли бы бы­ло же­лание, но ви­димо, име­лись де­ла по­важ­нее.

Мне хо­телось, что­бы она стра­дала так же, как я. Чёр­тов эго­ист. Толь­ко в этой ис­то­рии зло­дей не я ока­зал­ся, а она. Я бы ни за что не из­ме­нил ей. И не из­ме­нял. Да­же сей­час. Чёр­то­ва Эли­забет прис­ле­дова­ла ме­ня пов­сю­ду.

Нес­коль­ко раз я вы­ез­жал на ноч­ную охо­ту, как наз­вал её сам. В оди­ноч­ку я кру­жил по ту­совоч­ной час­ти Лон­до­на на сво­ём ав­то, пы­та­ясь, как ка­кой-то мань­як уви­деть хоть од­ну де­вуш­ку, с ко­торой мне за­хочет­ся пе­рес­пать, но всё ми­мо. Всё, что я ви­дел пе­ред со­бой - это Эли­забет и её яс­ные го­лубые гла­за.
Мммм.

Мыс­ленно зас­то­нав, я ус­лы­шал, как Джеф шур­шит ка­кими-то лис­тка­ми. От­крыв на­конец гла­за, уви­дел, что он под­ни­ма­ет с по­ла, раз­бро­сан­ные мною бу­маж­ки и по оче­реди чи­та­ет их.

— Я бы это не выб­ра­сывал. Мне нра­вит­ся. Что­бы там у вас с этой де­вицей не слу­чилось, это те­бе идёт на поль­зу.

— По­шёл к чёр­ту! Она не де­вица и эта хер­ня не мо­жет быть ко­му-то на поль­зу, — Уве­рен, что выг­ля­дел я так же хре­ново, как и ощу­щал се­бя. О ка­кой поль­зе мог­ла ид­ти во­об­ще речь.

— Лад­но, лад­но, уй­ми свой пыл. Сти­хи мне прав­да не­кото­рые нра­вят­ся, вот и всё.

— Яс­но, — взяв бо­кал в ру­ку, сно­ва сде­лал гло­ток, на­мерен­но рас­тя­гивая удо­воль­ствие. — Хо­чешь, сыг­раю те­бе что-то?

— Ко­неч­но, — Джеф при­сел ря­дом на стол и упер­ся в не­го ру­ками.

Усев­шись нем­но­го по­удоб­нее, я под­нёс ги­тару к се­бе поб­ли­же, и про­питы­ва­ясь её зву­чани­ем, ко­торое от­ра­жало стру­ны мо­его сер­дца, на­чал петь. Сло­ва са­ми ли­лись из ме­ня, ос­во­бож­дая от лиш­не­го гру­за эмо­ций, на ко­торые я об­ре­кал про­живать се­бя сно­ва и сно­ва каж­дый раз, ког­да бу­ду петь эту пес­ню. Но как ина­че? Ес­ли это си­дит во мне?
Ког­да я сыг­рал пос­ледние ак­корды, Джеф мед­ленно на­чал ап­ло­диро­вать, на­мерен­но вы­дер­жи­вая па­узы меж­ду хлоп­ка­ми.

— Вот, как-то так, — ти­хо ска­зал я, сно­ва ус­та­ло зак­ры­вая гла­за.

— Это чер­тов­ски боль­но, но оно дол­жно вой­ти в твой сле­ду­ющий аль­бом.

— Ага, сей­час прям, — фыр­кнул я.

— Лад­но, по­казы­вай что ещё там у те­бя но­вого?

И я иг­рал. Иног­да пол­ную ерун­ду, а иног­да вы­ходи­ло что-то сов­сем неп­ло­хо. Но каж­дый раз, сно­ва и сно­ва я воз­вра­щал­ся к той пес­не и ме­лодии.
Мо­жет он и прав? Мо­жет она и вой­дёт в мой сле­ду­ющий аль­бом.

Не знаю сколь­ко ча­сов спус­тя, Джеф всё же сог­ла­сил­ся выб­рать­ся со мной за по­пол­не­ни­ем мо­ей ал­ко­голь­ной кол­лекции, по­тому что пить бы­ло боль­ше в сту­дии не­чего, а ус­нуть как-то хо­телось. Я по­ражал­ся си­ле вы­дер­жки сво­его ор­га­низ­ма, ко­торый нап­рочь от­ка­зывал­ся от­клю­чать­ся, буд­то по­ломал­ся ка­кой-то пе­рек­лю­чатель и я на­чал су­щес­тво­вать в ре­жиме ав­то­ном­но­го пи­тания. Так что с раз­ре­шения и под­дер­жкой Дже­фа мы от­пра­вились в паб. Это был один из на­ших лю­бимых в Лон­до­не, не­пода­лёку от сту­дии, где мы уже ус­пе­ли за­казать по па­ре вис­ки со ль­дом, си­дя на вы­соких та­буре­тах за бар­ной стой­кой.

— Я ду­мал, что это вре­мен­ное ув­ле­чение, — про­тянул Джеф.

— Мм? — Воп­ро­ситель­но за­мычал я.

— Ну, де­вуш­ка эта. Эли­забет, —  по­яс­нил он.

— Я то­же ду­мал, — сде­лав оче­ред­ной гло­ток, об­жи­га­ющей моё гор­ло жид­кости, гром­ко пос­та­вил тя­желый ста­кан на стой­ку, а по­том всё же взгля­нул на дру­га. — А в ито­ге ока­зал­ся в этом дерь­ме по уши.

— Чу­вак, ты прос­то влю­бил­ся, ни­чего страш­но­го, это прой­дёт, — он пох­ло­пал ме­ня по пле­чу, но пря­мо сей­час мне бы­ло нах­рен нас­рать на его мне­ние. Та­ким кус­ком дерь­ма я дав­но се­бя не чувс­тво­вал.

— Это уже всё не важ­но, она ока­залась та­кой же, как все и сей­час уве­рен тра­ха­ет­ся с этим мис­тер -иде­аль­ная ук­ладка бой­френ­дом где-то в Нью-Й­ор­ке, а быть мо­жет и в Па­риже? Где го­луб­ки ре­шили прод­лить свой ро­ман­ти­чес­кий у­икенд.

Сер­дце опять сда­вило же­лез­ны­ми клеш­ня­ми от од­ной толь­ко мыс­ли, что его ру­ки пря­мо сей­час ка­са­ют­ся её неж­ной ко­жи.

— Так иди трах­ни ко­го-то и ты! Лю­бая сей­час же прыг­нет в твою кро­вать! — я за­метил, как он об­вёл ру­кой не­боль­шой лон­дон­ский паб, но я так и про­дол­жал пя­лить­ся на иде­аль­но рас­став­ленные ря­ды бу­тылок пря­мо пе­ред со­бой, пы­та­ясь про­читать наз­ва­ния на каж­дой эти­кет­ке. Это очень по­мога­ло хоть как-то от­влечь­ся и скон­цен­три­ровать­ся. — Ты ведь чер­тов Гар­ри Стай­лс, хва­тит ныть.

—  Да пош­ло к чер­ту это ду­рац­кое имя! Не­нави­жу его! Жи­ву, как гре­бан­ный бро­дяга! Где мой дом? У ме­ня его нет! Ни тут ни там, вез­де и ниг­де...

— Сей­час ты ре­аль­но не­сёшь пол­ный бред! Мо­жет оно всё и к луч­ше­му? За­чем она те­бе? Я пов­то­рюсь, лю­бая, ко­торую ты по­жела­ешь, мо­жет быть тво­ей, толь­ко сни­ми свою пар­ши­вую кеп­ку, сколь­ко раз го­ворил, что её дав­но по­ра от­пра­вить в му­сор­ку, — даль­ше я прос­то уже не слы­шал, что он ещё там го­ворил, по­тому что за­метил её...

Бо­ковым зре­ни­ем я уви­дел, как она слов­но ми­раж проп­лы­ла ми­мо и дви­нулась в уз­кий, тём­ный ко­ридор.

Я не ви­дел её ли­ца, но это точ­но бы­ла Она.
Её длин­ные, об­ласкан­ные ка­лифор­ний­ским сол­нцем, свет­лые ло­коны, уз­кие бёд­ра, об­тя­нутые ту­гими джин­са­ми и бес­ко­неч­но длин­ные но­ги.

Раз­ряд, си­лой с са­мую мощ­ную мол­нию в ис­то­рии че­лове­чес­тва, уда­рил мне пря­мо в сер­дце, а по­том вих­рем опус­тился в пах и рас­тво­рил­ся где-то там вни­зу, па­рали­зуя всё те­ло.

Во рту пе­ресох­ло, я сам то­го не по­нимая, с шу­мом отод­ви­нул вы­сокий та­бурет от бар­ной стой­ки и вско­чил на ват­ные но­ги, ко­торые тут же по­нес­ли ме­ня сле­дом за ней.
Как по­ганая со­бачон­ка я та­щил­ся за сво­ей хо­зяй­кой.

Что она де­ла­ет в Лон­до­не?
Как сю­да по­пала?
Мо­жет спе­ци­аль­но при­еха­ла, что­бы ме­ня най­ти?
Но по­чему не поз­во­нила?

Мой за­тума­нен­ный ог­ромным ко­личес­твом ал­ко­голя ра­зум ни­чер­та не со­об­ра­жал, толь­ко те­ло маг­ни­том тя­нуло к ней.
Вот она, сто­ит у жен­ско­го ту­але­та, ка­жет­ся смот­рит что-то в те­лефо­не, ли­ца всё так же не вид­но. Я хо­тел сна­чала поз­вать, но же­лание кос­нуть­ся её губ ока­залось нам­но­го силь­нее ме­ня. Быс­тро ог­ля­нув­шись по сто­ронам и убе­див­шись, что вок­руг ни­кого нет, два ша­га спус­тя, я рез­ко по­вер­нул её к се­бе, и зак­рыв гла­за впил­ся в гу­бы, на­вали­ва­ясь всем те­лом, от­че­го она чуть не упа­ла и мы оба упёр­лись в стен­ку.

Но что-то не так.
Что-то сов­сем не так.
Мне не хо­телось от­кры­вать гла­за, ка­жет­ся, я на­чинаю схо­дить с ума. Но ре­шил всё-та­ки ска­зать, про­из­нести это вслух.

— Эли­забет, как же я ску­чал, — прошептал у её губ.

— Эм, что?

Реальность ско­рос­тным по­ез­дом вре­залась в моё соз­на­ние.

— Прос­ти, ни­чего, — я быс­тро отс­тра­нил­ся и от­вернул­ся в сто­рону, нас­толь­ко был сам се­бе про­тивен.

— Всё в по­ряд­ке, рас­слабь­ся, ес­ли хо­чешь, я мо­гу быть и Эли­забет, — де­вуш­ка кос­ну­лась паль­ца­ми сво­их губ, а по­том по­пыта­лась взять ме­ня за ру­ку и сде­лала шаг навс­тре­чу, но я от­шатнул­ся на­зад.

— Нет. Ни­чего не в по­ряд­ке, — стя­нув свою кеп­ку и за­пус­тив паль­цы в во­лосы, я по­шёл прочь, ос­тавляя ту, кто так бы­ла по­хожа на де­вуш­ку, за­поло­нив­шую все мои мыс­ли. Но в тот же мо­мент она бы­ла сов­сем дру­гой. Не тот аро­мат, не те гу­бы и ру­ки не те...
Черт.

— Про­шу, за­бери ме­ня пос­ко­рее от­сю­да, — я сжал пле­чо Дже­фа, у ко­торо­го от удив­ле­ния рас­ши­рились гла­за.

—  Что слу­чилось? Ты буд­то при­веде­ние уви­дел.

—  Так и есть, — моё ли­цо ис­кри­вилось в по­добии улыб­ки.
Приз­нать­ся чес­тно, не­объ­яс­ни­мое чувс­тво теп­ла ста­ло раз­ли­вать­ся внут­ри, буд­то я и прав­да толь­ко что по­цело­вал свою Ли­зи. Буд­то ка­кой ого­нёк вос­по­мина­ния из прош­ло­го и толь­ко что я ис­поль­зо­вал ту нез­на­ком­ку, как про­вод­ник. Нас­то­ящее ли это вос­по­мина­ние? Но са­мое луч­шее за пос­леднее вре­мя.
Ка­жет­ся, у ме­ня серь­ёз­но едет кры­ша. По­ра за­вязы­вать с ал­ко­голем.

— Идём, — Джеф пох­ло­пал ме­ня по пле­чу, а по­том под­тол­кнул в сто­рону вы­хода, ос­та­вив на бар­ной стой­ке нес­коль­ко ку­пюр.

Я ещё раз обер­нулся, что­бы удос­то­верить­ся, что то бы­ла не Эли­забет, и сей­час, ког­да она что-то рас­ска­зыва­ла под­ружкам, ты­ча паль­цем мне вслед, точ­но удос­то­верил­ся, как силь­но мой мозг пы­тал­ся вы­дать же­ла­емое за ре­аль­ность.

Уве­рен ис­то­рия о том, как я на­пал на неё у вхо­да в жен­ский ту­алет, по­том тран­сфор­ми­ру­ет­ся в неч­то та­кое, за что мо­гут на ме­ня и в суд по­дать.
Я чуть не зас­то­нал в го­лос.
Ну что за иди­от?!

Но де­вуш­ки, вро­де толь­ко ми­ло хи­хика­ли, так что бу­ду на­де­ять­ся на луч­шее, но на вся­кий слу­чай, я всё ре­шил рас­ска­зать Дже­фу, что­бы он был в кур­се.

— Кста­ти, тут та­кое де­ло....

Он толь­ко за­катил гла­за от мо­ей вы­ход­ки и ска­зал, что­бы я поз­во­нил Ли­зи и всё с ней вы­яс­нил или прос­то по­шёл и трах­нул уже ко­го пос­ко­рее.
То­же мне, со­вет­чик.

Ког­да мы си­дели в так­си, я на­тянул се­бе на ли­цо кеп­ку, что­бы он не дос­та­вал ме­ня сво­ими лю­бов­ны­ми нра­во­уче­ни­ями и при­кинул­ся, что сплю. Сна­чала ме­ня ста­ло нем­но­го под­ташни­вать, от ко­личес­тва вы­пито­го и от­врат­но­го вож­де­ния то­го, кто си­дел за ру­лём, но по­том я и прав­да про­валил­ся ку­да-то очень да­леко, где не дол­жно быть бо­ли и ра­зоча­рова­ний.
Но это был оче­ред­ной раз, ког­да я ока­зал­ся неп­рав.

Я сно­ва стою в чер­то­вом лиф­те чер­то­вого оте­ля в Па­риже, пря­мо пе­редо мной, толь­ко ру­ку про­тяни,  Эли­забет.

— Гар­ри... — ед­ва шеп­чет она, при­жимая ла­донь к жи­воту, удер­жи­вая бе­лое мах­ро­вое по­лотен­це, но я от­во­рачи­ва­юсь и за­пус­каю паль­цы в во­лосы, не хо­чу смот­реть в её зап­ла­кан­ные гла­за ина­че сор­вусь и за­тяну её сле­дом за со­бой. Сов­сем не по­нимаю, что дол­жен чувс­тво­вать сей­час. Но эти злость на неё и ра­зоча­рова­ние всё ещё слиш­ком ося­за­емы. — Гар­ри, по­моги, — Эли­забет про­тяги­ва­ет ко мне ру­ку, но она вся в кро­ви и по­лотен­це её в кро­ви!
Как я рань­ше не за­метил? Она что ра­нена? Она сно­ва при­жима­ет ру­ку к жи­воту, буд­то пы­та­ясь ос­та­новить кровь, ко­торая ус­пе­ла ок­ра­сить бе­лую ткань в жут­кий алый цвет.
Я хочу вый­ти из лиф­та, но две­ри зах­ло­пыва­ют­ся и он мчит ме­ня вниз.

— Эли­забет! Нет! — Я бью ку­лака­ми о две­ри, жму все кноп­ки, но лифт так дол­го не останавливается, буд­то я еду в сам ад. — Эли­забет! — кри­чу ещё гром­че, до хри­поты. Мне её уже не спас­ти.

Я рез­ко рас­пахнул в ужа­се гла­за.
Во рту пе­ресох­ло, сер­дце пы­талось со­вер­шить по­бег из гру­ди, а всё те­ло бы­ло про­тив­но лип­ким от по­та, по­тому что на мне бы­ла всё та же одеж­да, что и в па­бе, а свер­ху ещё и на­тяну­то оде­яло. За ок­ном бы­ло так тем­но, что слож­но­ оп­ре­делить ут­ро сей­час или ве­чер, уг­рю­мый лон­дон­ский дождь та­раба­нил по стек­лу, от­да­ва­ясь эхом в мо­ём вос­па­лён­ном моз­ге.
Я сел, про­тирая гла­за и рас­смат­ри­ва­ясь по сто­ронам.
Что за чер­товщи­на мне толь­ко что прис­ни­лась?
Ка­жет­ся, по­ра воз­вра­щать­ся в Лос-Ан­дже­лес.
Срочно.