224 days

Тёплые лучи осеннего солнца пробирались сквозь плотную ткань тёмных занавесок. Лучики блуждали по телу шатена, по тёмным стенам, деревянной мебели, создавая иллюзию тепла.

Парень неподвижно лежал на кровате, смотря в потолок. В голове крутились слова: "Не отворачивайся от мамы. Она единственная, кто любит тебя только за то, что ты есть. Живи хотя бы для неё. Ты единственная её радость.", которые были сказаны его сиделкой. И как бы прозаично это не звучало, но Луи задумался над его словами. Да, Гарри был прав. Томмо эгоист. Но, так же он понимал, что через 8 месяцев он уйдёт навсегда, и не стоит вновь кого-то пускать в свою жизнь. Луи пообещал себе, что никогда этого не допустит. Но умеет ли он держать обещания? Он не хочет, чтоб кто-то страдал, когда он уйдёт. Да, безусловно, семья всегда будет вспоминать тот день с ужасом и болью. Пусть лучше сейчас он отгородится от всех, заранее делая себя мёртвым, пусть все отвыкнут от весёлого и живого Луи. Пусть все забудут о его существовании. Но сможет он отгородиться от ещё одного человека?

***

- Гарри, проходи скорее.

- Доброе утро, мистер Томлинсон.

- Доброе. Чай, кофе?

- Нет, благодарю. А где Луи?

- Он в комнате. В прочем, как и всегда.

- Хорошо. Я тогда пойду к нему. Всего доброго.

- И тебе того же.

Гарри прошел в комнату парня.

- Здравствуй. Почему ты до сих пор лежишь? Пора вставать.

Складывалось впечатление, что кудрявый разговаривает со стенкой, потому что в этой комнате никто не реагирует на его слова. Разве что, шторка развивающуюся от дуновения ветра.

- Эй, ты порядке? - садясь на край мягкой кровати, произнёс Стайлс, и заглянул в глаза парня, читая в них ответ на свой вопрос, точнее это был вопрос на вопрос. А после произнёс:

- Нет, я не издеваюсь. Ты ведь об этом подумал, верно? Нет, я не читаю мысли. Просто этот вопрос слишком очевиден. Ну, так всё же?

Луи поднял руки вверх и поднял большие пальцы, тем самым убеждая Гарри, что с ним всё в порядке. Но как только руки снова оказались под одеялом, Луи отвернулся от зеленоглазого.

- Ты врёшь. Развернись. Посмотри на меня. Вот так. У тебя впереди вся жизнь. Зачем ты страдаешь? Почему нельзя жить обычной жизнью? Что тебе мешает?
Томмо выслушал парня, а после потянулся за блокнотом, который лежал на прикроватной тумбочке. Он что-то быстро написал, и вырвав лист, отдал его Гарри.

"Я просто не хочу жить."

- Почему?

"Можно не задавать таки тупые вопросы?"

- Нет, нельзя. Ты молодой, красивый парень...

"Я инвалид!!!"

- Ну и что? То, что ты не такой как все, это даже лучше. Ты по другому смотришь на мир. И сейчас, медицина творит чудеса. Настоящие чудеса. Я знаю. И я уверен, ты будешь ходить. Ты слишком замечательный, чтоб всю жизнь просидеть в инвалидной коляске.

"Так, стоп. С каких это пор я считаю его замечательным?"

"Ты ведь тоже врешь. Ты не знаешь никаких чудес. Потому что их не бывает. Это реальный мир, а не сюжет "Гарри Поттера."

- А почему бы тебе просто не поверить в чудо? Нет, не пиши ничего. Просто задумайся.
Стайлс уже хотел встать с кровати, как тёплая и мягкая рука перехватила его запястье. Он взглянул на Томлинсона, тот что-то писал.

"Спасибо за пирог. Он был вкусный."

- Не за что... А что? Это идея! Одевайся, я кое-что придумал. Или тебе помочь?
Луи покачал головой. И снова этот вопросительный взгляд.

- Я ничего тебе не скажу. Скоро сам всё увидишь. Жду тебя в гостиной.

Через 10 минут в комнате появился Луи.

- Тебе понравился мой пирог говоришь, да?
Кивок.

- А теперь я хочу, чтоб мне понравился твой. Мы с тобой будем готовить пирог. Какой хочешь?
Луи пожал плечами.

- Окей, я понял, - обходя парня и толкая коляску в сторону кухни, сказал кудрявый.

- Доброе утро, Луи. Как спаслось?
Два больших пальца уже вверху.

- Отлично, завтракать будете?

- Вот, по поводу завтрака. Саманта, мы бы хотели одолжить твою кухню и парочку кулинарных книг.

- Ой, да, конечно. Книги на второй полке от духовки. Если что - зовите.

- Спасибо, Сами. Ты просто чудо.

- Ой, ладно тебе, подлиза.
Саманта вышла из помещения.

- Вот тебе книга по выпечке, выбирай.
Луи принял книгу из рук парня, и начал листать её.

- Апельсиновый пирог с оливковым маслом? Ты серьёзно?
Кивок.

- Почему именно этот?
Луи лишь взял апельсин со стола из корзинки с фруктами, и протянул его Гарри.

- Из-за апельсинов?
Кивок.

- Почему именно апельсины?
Луи достал блокнотик из-под пледа.

"Мне нравится их цвет."

- Цвет? Оранжевый цвет вызывает бодрые и радостные ассоциации. Что говорит о том, что у тебя сейчас хорошее настроение.

"Откуда ты всё это знаешь?"

- Я пекарь. Знать всё о фруктах - моя обязанность. Но, всё же, хочу сказать, что у тебя отличный вкус. Уверен ты никогда этого не забудешь.

"Что ты ещё знаешь о фруктах?"

- Я знаю о них всё.

"Расскажи мне о... яблоках."

- Полагаю, что не стоит говорить о их физических качествах?
Кивок.

"Расскажи что-нибудь интересное."

- В яблоках мало интересного. Разве что в Японии этот фрукт относят к любовной символике. Подарить яблоко, значит признаться в любви.

"Здорово!"

- Знаю. А теперь готовить.

Луи однозначно этого не забудет. Всё прошло так замечательно. Он и подумать не мог, что есть ещё человек с которым ему будет так легко. Единственным таким человеком была Эль. Да... Он скучает по ней. Ему не хватает её. Лу любил её, что уж тут говорить. Она была его светом, его жизнью, его воздухом. Они познакомились на школьном выпускном. Элеанор пришла туда со своим братом, который был одноклассником Луи. Всё так быстро завертелось. Это была любовь с первого взгляда. Они всегда были вместе. С ней всегда было легко и уютно. А теперь её нет рядом, но сейчас он всё равно ощущает этот комфорт, но уже с Гарри. И не понимает почему. Они едва знакомы, но это нисколько не мешает ему готовит пирог со Стайлсом. На первый взгляд ничего необычайного не происходит, но нет. Если учесть тот факт, что ещё неделю назад распорядок дня Луи был примерно таким:
1. Проснуться.
2. Позавтракать.
3. Закрыться в комнате, и не выходить от туда, даже если случится апокалипсис.
Всё. Он в буквальном смысле закрывался в своём мире. Никто не мог открыть его. Поднять его... А сейчас он готовит пирог с человеком, которого знает два дня. И он считает это... странным? Да, странным.
Сейчас Гарри вышел из кухни, а Луи тем временем взбивал яйца с сахаром. Он никогда раньше не готовил, и сейчас ему это так нравится, что на его милом личике виднеется едва заметная улыбка. Гарри замер. Он видел его улыбку. Он чёрт возьми видел его улыбку, и пусть только секунду. Это было одно из лучших, что Гарри удосужилось видеть. И пусть всего мгновенье.

- Однако, у тебя прекрасная улыбка. Тебе идёт.
Луи лишь сильнее начал взбивать субстанцию.
- Так, давай это сюда, - забирая миску с веществом, проговорил кудрявый, - А теперь, просей муку. Вот, держи.

Томлинсон взял из рук парня сито и муку. Томмо начал выполнять данное ему задание. Но что-то дернуло его сделать следующее. Набрав в руку немного порошка, он тут же бросил его в сторону Гарри. Но именно в эту секунду он наклонился дабы поднять что-то и мука угодила прям в его прелестные кудряшки.

Сам того не ожидая, Луи не удержался и расхохотался. Гарри застыл. Его смех... Он парализовал его. Он просто стоял и смотрел на своего смеющегосядруга. Гарри готов смотреть на это вечно.
Луи не понимал, почему он так на него смотрит. Наверно Стайлс зол на него, а возможно он ещё и ударит его сейчас. А он даже защититься не сможет... Томмо попытался остановить смех, прикусив щеку с внутренней стороны, и сейчас на Гарри опять смотрели печальные и холодные глаза. Луи опустил голову и принялся пальцами изучать плед на своих ногах.

- Ой, прости. Эй, посмотри на меня. Всё хорошо, ты слышишь? Просто, ты смеялся... Это было так необычно.

Луи поднял глаза на парня и увидел нежную улыбку.

- А на счёт волос... Ты поплатишься за это, мелкий поганец, - прищюривая глаза и хитро улыбаясь, проговорил Гарри, - У меня много муки?
Кивок.

- Ну тогда убирай её, - присаживаясь напротив Луи, сказал Стайлс.
Томмо принялся чистить волосы. И, чёрт возьми, это так было... странно. Спустя пару мгновений, Луи обнаружил свои руки в волосах зеленоглазого, а на своем лице блаженную улыбку. Он сразу стёр её. Он обещал. Он не сдастся

- Всё? Спасибо. И ещё. Что это вообще было? Зачем ты кинул в меня муку? Дать блокнот? - видя как Томлинсон что-то искал под пледом.
Кивок.
- Вот, держи.

"Я просто захотел это сделать."

- Зачем?

"Не знаю... Прости."

- Нет, всё в порядке. Я не против, если каждый раз ты будешь смеяться.

"Я не должен был этого делать."

- Я повторяю, всё в порядке. Продолжим?
Кивок.

Парни продолжили готовить. Луи очень увлекал процесс. Когда Гарри достал противень с пирогом из духовки, глаза Томмо светились ярче солнца. И Гарри не оставил это без внимания.

- Тебе нравится?
Кивок.

- Согласен. На вид это довольно прекрасно выглядит. Сейчас будем прибывать. Позовешь Саманту? Или мне это сделать?
Луи выставил руку вперёд, и выехал из кухни. Гарри улыбнулся и опустил глаза на блюдо. Даже не пробуя его, он знал, что он вкусный. Просто чувствовал. Дебют Лу не может быть провальным. Он так старался, что этот пирог ну просто не мог получиться плохим.

- Он прекрасен! - воскликнула женщина.

- Ну это ты ещё его не побывала. Так что, прибереги красивые слова для похвалы, когда попробуешь.

- Я ставлю чайник, а ты разрезай пирог.

***

- Гарри, не смущайся. Пирог на самом деле удивительный. А вообще... вы с Луи очень постарались.

- Да, ладно. Просто всё по рецепту

- Нет, я не про пирог. Я давно его таким не видела. Он буквально светился. Это... У меня нет слов. Он так много потерял. Он пол года умирал здесь живя прошлым, даже на улицу не выходил, а сегодня он как-будто вернулся от туда.Ты вернул его. Ты ведёшь себя так спокойно с ним, как-будто он вовсе не инвалид...

- Вот в этом-то всё и дело. Все всё видят, и ведут себя с ним, как с инвалидом. И это ещё больше убивает его. Он чувствует себя неполноценным. Нет, он не неполноценный. Да, он не может ходить. Но, это не значит, что он "не целый". Он другой. И я понимаю это. И отношусь к нему, как к обычному человеку.

- Это ведь так тяжело. Делать вид, что не замечаешь очевидного.

- Нет, вовсе нет. Ты возможно не поймёшь меня, но это действительно легко. Просто разговаривай с ним как обычно. Не бойся задеть его, или обидеть. Так он почувствует себя обычным.

- Я поняла тебя. Он мне как сын. И то, что произошло, действительно подкосило всех нас. Я уже и забыла, какого это, видеть его улыбку, слышать его смех, тихонько открывать ему дверь, когда он задерживался допоздна, готовить ему его любимые черничные оладушки, слышать от него такое забытое: "Милая Сами".

- Эй, тихо, не плачь. Все будет хорошо.

- Просто я так давно не видела его таким... счастливым? Да, ты делаешь его счастливым. Если бы ты знал, сколько таких же как и ты молодых парней и девушек уволились от сюда, потому что не могли справиться с ним. Даже из комнаты вытащить его не могли, а сегодня он готовил с тобой. Первый раз в своей жизни он готовил... с тобой. Это так здорово.

- Видимо, они не могли найти к нему подход. Да. То, что он не ходит и не разговаривает всё усложняет, но все мы немного сложные. Я повторяю, он просто другой. Это делает его особенным. Не переживай, ещё всё впереди. Я уверен, он поправиться и в этом доме скоро всё будет как раньше. Просто ему нужно поверить в чудо. Мой отец был парализован два года, но год назад ему сделали операцию, и сейчас он правда так же в коляске, но уже может сам управлять ею, есть самостоятельно, а недавно он даже помог мне покрасить стене в моей комнате. Медицина творит чудеса. Я уже говорил ему об этом.

- О, мне жаль, что в твоей семье было такое событие. Но, на счёт Луи... наверно... ты прав. Если ты будешь с ним рядом, возможно у него получится, что-то. Только ты не привязывайся к нему. Когда он уйдёт, тебе будет больно.

Гарри уже хотел спросить, что Саманта имела ввиду, как в комнату въехал Луи. И зеленоглазый решил оставить вопрос на потом.
- Ты уже проснулся, милый. Как спаслось?
Да, снова два больших пальца.

- Отлично, ты голоден?
Кивок.

- Что ты хочешь?
Томмо достал блокнот и что-то быстро написал в нём.

"Черничные оладушки, милая Сами."
Да, он слышал их разговор.
Гарри на секунду показалось, что он видел слёзы в глазах женщины.
- Хорошо, я на кухню, а вы пока развлекайтесь.

- Ну, что же, фильм?
Кивок.

- Какой?

"Твоя очередь выбирать."

- Начнём с классики. "Титаник"?
После нескольких секунд раздумий последовал кивок.

***

- Милый, оладушки готовы, - оповестила женщина, заходя в гостиную, - Ой, он уснул?
Кивок.

- Как думаешь, его стоит будить?
Луи дал понять, что нет.

- Согласна, - укрывая Гарри пледом, прошептала Сами, - Пойдём на кухню.

Гарри проснулся от хлопка входной двери. Он не помнил как уснул. Ему потребовалось пара мгновений, чтоб понять где он находится. В гостиной появилась Джоанна.

- Добрый вечер, Гарри.

- Здравствуйте, Джо.
В комнате появилась Саманта.
- Миссис Томлинсон, добрый вечер. Ужинать будете?

- Да, Саманта, я ужасно голодна. А где Луи? - спросила Джо и посмотрела на Гарри, который складывал плед.

- Он в своей комнате, сидит за ноутбуком.

- Как день прошёл? Всё нормально?

- Довольно не плохо, было весело. Что ж, я тогда пойду.

- До завтра, Гарри, - мягко улыбнулась Джо.

- Я только с Луи попрощаюсь.

- Да, конечно.
Стайлс направился в комнату Томмо.

- Луи, я уже ухожу. До завтра. И... спасибо за этот день. И помни, чудеса случаются, просто нужно поверит в них, - проговорил парень и вышел из комнаты.

POV Louis
Осталось 222 дня до свободы.

Нет, не медицина творит чудеса. Ох, Гарри, далеко не медицина. Любовь. Но, почему я думаю об этом? Это не правильно. Стоило только этому парню появится в моей жизни, как я сразу стираю свои принципы. Так не должно быть. Это просто молодой парнишка с такими красивыми кудряшками и глазами. Стоп. Просто парень. Просто кудряшки. Просто глаза.