Бордель Зейна Малика

Тёмная ночь сверкала за окнами автомобиля. Мы ехали уже полчаса, но никто из нас за это время не сказал и словечка. Зейн вёл машину очень агрессивно. Будто бы он опаздывал на какую-то важную встречу. Вены на его руках, которые держали руль, буквально выпирали наружу. Взгляд его был сосредоточен на дороге, а губы держались в тонкой линии. Он был зол. Но на что, чёрт возьми? Что за преступление я совершила, что пришла в клуб? Я ему всё объяснила. Я не понимаю, что с ним. Может, он ещё не отошёл от того инцидента с Хораном? В любом случае я должна все разузнать. Иначе я просто взорвусь.
Через ещё несколько долгих минут мы уже были на улице нашего дорогого "дома". Заглушив мотор, Зейн вышел на улицу и, подойдя к моей стороне, открыл для меня дверь.

- Спасибо, - прошипела я и, держась за его руку, вышла из машины. - Ауч, - громко пискнула я в ту же секунду, когда сделала шаг вперёд. Так как чуть ли не грохнулась на своих высоченных каблуках.

- Меньше нужно было выпендриваться на своих граблях, - без единой эмоции пробурчал Малик.

- Я не выпендривалась! Мне больно! И вообще, сам ты грабля, - ну вот задолбал уже его грубый тон.

- Замолчи, - сказал он и, взяв меня на руки, понес в дом.

Как только мы оказались внутри, я попросила его поставить меня на землю. И он, послушав меня, выполнил мою просьбу. Сняв с себя шпильки, я наконец-то вздохнула с облегчением. Боже, и как люди их носят? Никогда не пойму. Бросив туфли куда-то в сторону, я выпрямилась и посмотрела на Зейна. Ну вот, теперь я снова ниже него на целую голову. Посмотрев на меня сверху вниз, он взял меня за руку и потащил по лестнице в свою, точнее уже нашу, комнату.
Закрыв после себя дверь на ключ, Малик повернулся ко мне.

- Снимай платье, оставь только лифчик и трусики и ложись на кровать. Сейчас же.

От его слов я просто приросла к земле. Что? Что он сейчас сказал? Это не смешно.

- Ты сошёл с ума? Ты сказал, что объяснишь мне своё чертово поведение! Что ты говоришь сейчас? Меня просто задолбала твоя смена настроения! Что не так? - не, я была просто ошарашена его просьбой. Или скорее приказом. Я не сделаю это.

- Да что ты хочешь, чтобы я тебе объяснил? Это ты должна мне все объяснять! Какого чёрта ты посмела прийти в клуб? Ты не должна была этого делать! - Закричал он мне в ответ и снял с себя кожаную куртку, бросив её в сторону.

- Да хватит уже говорить об этом грёбанном клубе! Я знаю, что дело не в этом! Ты можешь просто рассказать мне, что с тобой?

Он смотрел на меня, как обезумевший. Его смуглый цвет лица приобрёл красный оттенок. У меня такое чувство, что он сейчас меня ударит.

- Сделай то, что я тебе сказал. Сними это проклятое платье!

- Нет! - Я не буду отступать.

- Нет? Ну хорошо.

Сделав шаг ко мне, он грубо притянул меня к себе за талию и подняв на руки, кинул на кровать.

- Снимай платье, - прошипел он сквозь зубы прямо мне в рот.

- Чем тебе моё платье не нравится? - решила пококетничать я.

- Всем. Мне не понравилось то, что ты почти голая пришла в клуб и показала перед всеми свои прелести. Ты не должна была этого делать. И сейчас я тебя за это накажу, - прошептал он горячо мне в ухо.

- Нет, Зейн. Давай поговорим. Почему ты меняешь тему? - честно сказать, я испугалась его последних слов.

- Это ты сейчас меняешь тему, малыш, - оттянув зубами кончик уха, он начал его немножко посасывать.

Дерьмо.

- Зейн...

- Платье! - громко сказал он и, отстранившись, встал с постели. - Ты будешь делать то, что я тебе сказал или я сделаю тебе очень больно. Выбирай, милая.

Тяжело вздохнув, я начала снимать с себя платье. Протянув руки за спину, я потянула вниз маленький замочек и, приподнявшись, начала снимать с себя платье.
Кроме розовых, кружевных трусиков снизу, у меня не было ничего. Стянув окончательно платье со своего тела, я положила его на край кровати и бросила свои длинные волосы на плечи, тем самым закрывая ими вид на свою грудь.

Зейн не отрываясь смотрел на меня все это время.

- Я вижу, ты осмелела прийти в клуб не только в открытом платье, но ещё и почти без нижнего белья. Похвально. Двойное наказание, - похлопал он ладошками. Мерзавец.

Такое ощущение, как будто я пришла туда и танцевала для всех стриптиз. Чертов Томлинсон, это из-за тебя и из-за твоего: "Ты должна выглядеть как настоящая женщина". Но, честно сказать, я не жалею, что преобразилась так. Нужные эмоции от Малика оно всё-таки вызвало. Я довольна. Но вот последствия...

- Перевернись на четвереньки и выпяти свою попку. Давай, - нахально улыбнулся брюнет.

Что?

- Зачем?

- Какая же ты у меня всё-таки невинная. Делай то, что попросил и меньше вопросов.

- Что ты собираешься со мной сделать, Зейн?

- Ты не сделаешь то, что я сказал, да?

- Нет! - Закричала я и, потянув одеяло из под себя, свернулась боком к нему, и накрылась головой одеялом.

- Ну хорошо.

Слышу его голос, и спустя минуту меня отрывают от постели, и я чувствую голый торс Зейна за своей спиной.

- Я хотел по хорошему, малышка, - шепчет мне в ушко и зажимает мою грудь в своих руках.

- Отпусти меня, - прошу я и кладу свои руки на него, пытаясь их убрать от заветного место.

- Никогда, - говорит он и в следующую минуту сажает меня в ту самую позу, в которую он приказывал мне сесть.

- Что ты.... - не заканчиваю слово, как ощущаю несильный шлепок по своей заднице. - Ты совсем рехнулся? Отпусти!

Я кричу и пытаюсь вырваться, но он слишком крепко держит мои руки за спиной и прижимает моё лицо к подушке.

- Не кричи. Кристина, заткнись и просто получай наказание. Слышишь меня? Ты слишком сильно разозлила меня за этот день.

Шипит Малик мне в спину и, приподнявшись, начинает массировать мою задницу.

- Я обожаю твою "Отличную Попку", - парадирует он слова того парня из клуба, и слишком больно сжимает мои ягодицы.

- А... ай, - то ли шиплю, то ли стону. Не знаю.

- Когда ты так неожиданно подошла к моей компании и напала на ту девушку, что была возле меня, мне хотелось там же затрахать тебя до смерти.

Тянет трусики вниз и останавливает их на моих коленках.

- Моя ревнивая девочка, - шепчет и целует в ямочку на спине. Мурашки на моём теле заставляют о себе знать.

Но то, что он сделал в следующую секунду, заставило моё тело не только покрыться мурашками, но и закусить подушку почти до боли в зубах.

Проведя дорожкой мокрых поцелуев вниз по спине, он руками развёл мои ягодицы в стороны и провёл языком по моей анальной дырочке.

Господи. Боже. Мой.

Спустившись чуть вниз, он так же провёл языком по моей вагине, немного вошёл, вышел и потянувшись к клитору, начал его посасывать.

Где, чёрт возьми, мой воздух?

От всего того, что вытворял его язык, воздух в лёгких буквально пропал, я начала задыхаться.
Мой рот был открыт в немых криках.

Боже мой, что же он вытворяет со мной?

- Тебе хорошо, моя девочка? - спрашивает он меня, отстраняясь от моей промежности и дуя на неё.

- Боже мой... - в бреду шепчу я и понимаю, что хочу, чтобы он сделал это ещё раз.

Вдруг он полностью снимает с меня трусики и, кинув их на пол, шире раздвигает мои ноги, снова же опускаясь к моей киске.

- Зейн... Господи, Зейн... - Я никогда не смогу объяснить на словах то, что сейчас происходит со мной.

- Да, малыш, люблю, когда ты стонешь моё имя, - говорит Зейн и поднимается.

Внезапно он соединяет мои ноги и притянув меня к себе за руки, целует в губы самым развратным поцелуем. Его язык гуляет у меня во рту, и я стону ему прямо в рот.

- Мне нравится такое наказание, - отрываясь от него, шепчу я, смотря на его губы. И вижу, как после моих слов, они расплываются в ухмылке.

- Это ещё не наказание, малыш, - улыбается он и грубо впечатывает моё лицо к кровати, - Наказание будет сейчас, - рычит мне в ухо и, поднявшись, со всего маху бьёт меня по заднице.

- Ааа! - кричу я, не веря тому, что он сделал. Боже, как же больно.

- Да, моя маленькая, теперь можешь кричать.

Его голос такой довольный, хитрый, он просто ужасно доволен собой и ему ужасно нравится то, что он сейчас делает.

Прижавшись своими губами к моим половым губам, он начинает их целовать, закусывать клитор, оттягивать, посасывать. Как только я чувствую, что оргазм вот-вот накроет меня, он отодвигается и бьёт меня с новой силой по попе.

- Зейн! - кричу я, потому что просто не могу уже сдерживать крики.

- Ненавижу, когда на тебя смотрят другие мужчины!

Третий удар по горящей заднице.

- Ненавижу то, что Луи одел тебя в это платье и смотрел оценивающим взглядом!

Четвёртый удар.

- Ненавижу то, что чертов Хоран поцеловал твои губы, зная, что ты принадлежишь лишь мне!

Пятый удар.

- Ты моя, чёрт возьми! Только моя!

Шестой удар.

- Только я имею право на тебя смотреть, целовать, оценивать, трахать и тому подобному!

Седьмой удар и я уже просто не чувствую свою задницу.

- Ты моя! Слышишь меня?

Наконец, прекратив свои удары, он, потянув меня за локоть, поворачивает лицом к себе, и смотрит мне в глаза. Слёзы льются из моих глаз и я смотрю на него через едкий туман.

- Скажи это! Скажи, блять, это! - кричит он, держа моё лицо в своих руках.

- Я... Я твоя, Зейн....Всегда твоя... - шевелю я губами, но он слышит меня.

И спустя секунду прижимается своими губами к моим. Он целует меня с такой нежностью, будто просит прощение за то, что сделал больно, за то, что заставил слезам политься из моих глаз.

- Моя девочка, - спускается поцелуями к шее, покрывая её мокрыми поцелуями.

- Я хочу тебя, - улыбается, аккуратно опускает меня на постель, ложится на меня и медленными поцелуями спускается к моей груди.

- Зейн, - морщусь я, когда соприкасаюсь больной задницей с кроватью.

- Больно? - спрашивает он, снова же переворачивая меня на живот. - Встань в туже позу, - просит он. Я выполняю его просьбу.

Сев на колени, опираюсь об кровать руками и встаю перед ним на четвереньках. Снова.

Погладив мои ягодицы, он опускается к ним и оставляет на них мокрые поцелуи.
Руками массирует дырочку промежности, продолжая целовать горящие ягодицы.

Удивительно, но это заставляет забыть меня про боль, я потихоньку начинаю стонать.
Сквозь стоны слышу шелест фольги, и через минуту чувствую твёрдый член парня возле своих половых губ. Из меня выходит тяжёлый вздох, и Малик начинает проводить своим стволом по клитору, как бы собирая мою влагу.

- Как же я люблю быть в тебе, - рычит парень и тихонько начинает входить меня.

Полностью войдя, он делает первый толчок. Я кричу от неземного удовольствия.

- Боже... Да! - стону, когда он делает ещё один толчок.

Потом ещё. Ещё, ещё, ещё. Кровать под нами начинает скрипеть ужасным шумом.

- Хочу... Тебя видеть, - толкаясь в меня с новой силой, рычит Малик и тянет меня к себе за волосы. - Боже, какая же ты сексуальная, - оттягивает зубами мою верхнюю губу.

- Я тоже... хочу... видеть тебя, - шепчу ему в губы, продолжая двигать задницей к его толчкам.

Вдруг он останавливает движения, выходит из меня, садится на колени и, держа меня за талию, сажает меня на свой член.

- Давай, опустись на него... Медленно, вот так... - учит он меня. И я со вздохом опускаюсь на его друга.

Господи, это совсем другое чувство.

- О Боже мой... Зейн, - смотрю я вниз на то место, где соединены наши тела, и начинаю двигаться.

Держа меня за талию, Малик помогает мне это делать. И уже через несколько минут мы находим свой темп, и со шлепками двигаемся вверх-вниз.

- Ааа... Даа ...Зейн... - мои стоны звучат так, словно я плачу.

Мне безумно хорошо. Мне очень хорошо. Я обнимаю его за шею и целую его в губы. Его руки лежат на моих ягодицах, сжимая их с неземной силой. Казалось бы, они ещё недавно гудели от боли, но сейчас я даже не чувствую этого. Мне хорошо.

- Блять, - кричит Зейн и от нахлынувшего удовольствия запрокидывает голову назад.

Я же, воспользовавшись удачей, начинаю покрывать его шею поцелуями, при этом ни на секунду не переставая скакать на нем.

Одна его рука переносится на мою грудь и начинает сжимать её, а другая же остаётся на заднице.

Наши безумно липкие тела страстно двигаются навстречу друг другу.
Его руки гуляют по моему телу, не остаётся ни одного места, где они не побывали. Его прикосновения - это безумно сладкий рай. Каждое прикосновение, каждый толчок, каждое слово, которое он шепчет мне в ушко - это мой личный рай на земле.

Ещё один сильный толчок. И все. Лёгкие сжимаются. Тело начинает дрожать. Из горла выходит слишком громкий стон. Оргазм накрывает нас от макушки головы до кончиков пальцев.
Наши тела обмякивают в руках у друг друга. Я обнимаю его за шею и сильно-сильно прижимаюсь к его телу. Его руки, обхватывающие мою хрупкую фигуру, прижимают меня к себе ещё большей силой. Казалось бы куда ещё? Ведь наши кости могут сломаться от такой силы притяжения. Но мы не можем иначе. Мы как будто бы хотим раствориться в друг друге. Хотим все время быть вот так вот, рядом. Слишком рядом. Навсегда рядом.
Оторвавшись от него, я смотрю ему в глаза и произношу то, что прямо сейчас с нереальной скоростью бьётся в моём сердце:

- Я люблю тебя.