179.
Амелия Адамс
/Настоящее время/
Ночные кошмары продолжались каждую ночь в течение следующих трёх дней. Гарри либо пытался нанести себе вред, либо кричал как сумасшедший, так или иначе, а я была рядом, чтобы держать его, пока он не засыпал или не просыпался.
Но на четвёртую ночь они прекратились.
Гарри впервые за почти неделю выспался. Это было здорово для нас обоих. Я проснулась сегодня впервые с чувством лёгкости и спокойствия. Когда я проснулась, его не было в кровати, но когда я спустилась на кухню, он насвистывал и готовил что-то на сковороде. Он взял сковородку на конфорке, выключил плиту и подошёл к холодильнику.
Я стояла в дверях, наблюдая за ним издалека, как много раз до этого. Он не знал, что я была там, открыл холодильник и искал глазами по полкам в поисках чего-то. Конечно, у него не было футболки— когда он вообще её носил? Он был в этих серых спортивных штанах, и, Боже, они сидели низко на его скульптурных бёдрах. Его v-образные линии были такими острыми, сужающимися к покорной полосе серого материала.
Его стояние у холодильника напомнило мне о том, как я впервые издалека разглядывала его на второй день нашего знакомства. Он стоял точно так же, как и сейчас.
/Гарри стоит там с открытой дверцей холодильника. Он размышляет над холодильником, прежде чем повернуть голову ко мне. Его чёрная рубашка отсутствует на его теле, и я смотрю на чернила, тянущиеся по его коже. Я представляла, что у него татуировки, но не так много.
-Могу ли я помочь тебе? - говорит он, прерывая мои мысли, пока я неловко смотрю на его тело. Мои глаза быстро метнулись к нему в ту минуту, когда он заговорил.
-Амелия, если ты хочешь смотреть на моё тело своими большими оленьими глазами, по крайней мере, постарайся не делать этого так явно, - говорит он, прежде чем закрыть холодильник./
Я помню одно воспоминание, как будто это произошло вчера. Это был первый раз, когда я анализировала каждую грань его анатомии, чувствуя себя запертой в трансе, потому что я никогда не видела ничего столь заманчивого. С самого начала меня всегда интриговал этот мужчина в самых незначительных проявлениях - даже при обстоятельствах.
-О, детка, я не видел тебя там, доброе утро. - Он с улыбкой закрывает холодильник.
-Привет, прости, я не хотела пялиться. - Я хихикаю, идя навстречу его телу.
-Ты можешь пялиться сколько хочешь, принцесса. - Он хихикает, наклоняясь для быстрого поцелуя.
Я улыбаюсь, когда наши губы встречаются, целуя его в ответ. Инстинктивно я углубляю поцелуй, так что он становится более страстным и возбуждающим, заставляя его замереть от удивления. Он в шоке вдохнул через нос, когда я соединила губы, так что это было больше, чем просто поцелуй.
Он отстраняется и смотрит на меня с улыбкой, полной зубов, но в то же время смущённым выражением лица.
-Кто-то жаждет в четверть одиннадцатого. - Он усмехается, а его губы становятся более розовыми от поцелуя со мной.
-Это проблема? - Я немного смеюсь, кладя руки ему на грудь.
-Нет, нет, конечно, нет. Я просто удивлён. - Он улыбается, прежде чем опустить голову, чтобы снова поцеловать меня.
Он ведёт меня к более жаркому поцелую на этот раз, наши губы сцепились, как будто им суждено было остаться так навечно. Он продолжал крепко держать меня за бёдра, пока я проводила руками по его крепкому торсу, чувствуя, как загорелая кожа проходит под моими пальцами.
У меня было такое сильное желание к нему этим утром, и я не знаю почему. Я имею в виду, что у меня всегда есть желание к нему, но сегодня оно было просто сильнее.
Мои руки достигли пояса его спортивных штанов, проведя рукой по его длине по хлопковой ткани. Он тут же прекращает целовать меня и отстраняется от моих действий с выражением шока, но с ухмылкой.
-Ого, ты действительно собираешься это сделать, да? - Он усмехается.
Я прикусываю губу и киваю, вставая на цыпочки и целуя под его острым подбородком. Я провожу руками по его надвигающейся выпуклости, заставляя его дыхание меняться.
-Что с тобой, детка? - Он хихикает, держа меня за бёдра, пока я целую его оливковую кожу.
-У меня все гормоны на месте, — бормочу я, заставляя его снова смеяться.
-Я бы так сказал. - Он соглашается, хватая меня за зад и шлёпая по нему правой рукой поверх моих пижамных штанов. Я провожу губами вниз к его плечу и ключице, целуя татуированную кожу и двигаясь к его горлу.
Я ухмыляюсь и целую впадину на его горле, чувствуя, как он становится твёрже от лёгкого прикосновения моей руки. Очень слабый стон задрожал в глубине его горла, его руки сильнее сжимали мою задницу. Мне нравилось заставлять его чувствовать себя так, покусывая сладкие части его губ, нежно обнимая его поверх его спортивных штанов.
-Ты хочешь, чтобы я сделал тебе приятно, детка? — его хриплый голос почти прошептал мне.
Я оторвала губы от его челюсти и посмотрела на него в его тёмные глаза с прикрытыми веками. Я прикусила губу и кивнула, чувствуя боль в глубине души, которая нуждалась в нём.
Он схватил мою руку, чтобы засунуть её себе в штаны, а не над ними, но когда он это сделал, я сильно вздрогнула от боли, пронзившей мою руку. Его глаза расширились, когда я выдернула руку из его хватки, зная, что он только что щёлкнул своей хваткой по синякам моих костяшек.
-Что случилось? — обеспокоенно говорит он, глядя на мою руку.
Синяки, которые мне удавалось скрывать от него последние три дня, заживали, но всё ещё были заметны. Они были скорее жёлтыми, чем фиолетовыми, но всё ещё были видны невооружённым глазом.
Он нахмурился и схватил моё запястье, поднося мою руку ближе к своему лицу, чтобы он мог смотреть. Его глаза выражали замешательство, а вертикальная щель между бровями показывала, что он обеспокоен.
-Что это, блять? - Он бросает на меня свои зелёные глаза, когда я кусаю внутреннюю часть щеки.
Боже, я так хорошо скрывала это три дня, и, конечно, когда это было на грани исчезновения, он должен был заметить.
-Синяки, - бормочу я.
-Да, но от чего?
-Гарри, они не болят, всё в порядке. - Я пытаюсь отмахнуться от них, выдёргивая своё запястье из его хватки и складывая руки на груди, чтобы они не были видны.
-Амелия, ты только что вскрикнула от боли, когда я до них дотронулся — я знаю, что это больно. Как ты их получила? — снова спрашивает он, пугая меня своим жгучим видением.
-Я упала? — придумываю я плохое оправдание, пожимая плечами.
-Амелия, — строго сказал он, устав от того, что я ему ничего не говорю.
-Ладно, отлично! — огрызаюсь я, зная, что не выпутаюсь из этого.
-Это было, когда у тебя был ночной кошмар несколько ночей назад. Ты постоянно бился головой о стену, а у меня не было физической силы остановить тебя, поэтому я просто держала руку между изголовьем кровати и твоей головой. - Я выплёскиваю, чувствуя себя нехорошо. Я никогда не хотела говорить ему об этом, потому что он не мог этого контролировать.
Он замолчал на мгновение, сохраняя то же нахмуренное выражение лица.
-Ты засунула руку между моей головой и стеной? — спрашивает он.
-Да. Ты собирался получить сотрясение мозга. Что ещё я должна была делать в панике? — бормочу я.
-Дать мне получить сотрясение мозга. - Он заявляет.
-Гарри! Конечно, нет. Синяки пройдут, и они на самом деле не так уж и болят, я просто не могу их трогать. - Я ругаю его за то, что он подумал, что мне следовало просто позволить ему причинить себе вред.
Он вздыхает и проводит рукой по волосам, качая головой и глядя вниз на землю.
-Даже во сне я всё ещё причиняю тебе боль... — бормочет он себе под нос удручающе.
Я чувствую, как часть моего сердца разрывается от одного его тона. Он казался таким разочарованным в себе из-за того, что он просто не мог контролировать.
-Гарри... - Я поднимаю его голову, нежно лаская его щёку, заставляя его посмотреть на меня.
-Это не твоя вина. Не зацикливайся на этом, — шепчу я, чувствуя его мягкую кожу под своей рукой.
Его глаза были полны страдальческой печали и неудовлетворённости. Я не уверена, что я могла бы сказать много, чтобы удовлетворить пустые холодные мысли, кружащиеся в его голове, но я могла бы попытаться.
-Я люблю тебя, хорошо? Я сделала это, потому что люблю тебя. Я не злюсь и не расстраиваюсь из-за этого, так что ты тоже не должен. Я знала, что это оставит след, но я бы делала это каждую ночь, если бы пришлось. Хорошо? — шепчу я, держась за его щёку, чувствуя, как эти изумрудные глаза обжигают мои.
Он делает паузу, прежде чем медленно кивнуть. Я провожу рукой по его волосам, позволяя мне видеть его полное лицо.
-Не причиняй себе вреда из-за меня, пожалуйста. - Гарри говорил так тихо, что я едва могла его услышать.
Его руки обхватили меня, и он опустил голову, чтобы уткнуться носом в моё плечо, крепко обняв меня. Я обнимаю его сильную спину, чувствуя, как его сердце колотится рядом с моим. Его плечи были слегка ссутулены, так что его голова касалась моих плеч, вероятно, он нуждался в этом объятии больше, чем я когда-либо могла себе представить.