Брак

  В кабинете зельеварения снова два факультета: бывшие враги гриффиндор и слизерин. Те самые мальчишки и девчонки, которые еще год назад неистово воевали друг с другом. Прошел всего один год, но их не узнать. Они прошли горнило войны. Дети выросли, как будто в один момент стали другими. Стали серьезнее, им незачем теперь нарабатывать дешевую репутацию. Движения потеряли излишнюю резкость и детскую непосредственность. Пропала постоянная напряженность, ожидание смертельной шутки от соседа. Нет, они не стали вдруг друзьями, но и привычной злобы уже не испытывали.

Профессор Снейп ходил между котлами и не мог не признать, что без этой гнетущей атмосферы уроки проходили гораздо спокойнее. Для детей спокойнее... Снейпа же бесконечно раздражал Невилл Лонгботтом, который теперь перестал его бояться и, что удивительно, стал очень неплохо успевать по Зельеварению. С начала года на его счету ни одного испорченного котла.

Зато его маленькая женушка за неполные два месяца взрывает уже второй котел. Она – это еще один источник непрекращающегося раздражения. Что с ней происходит? Оценки не ухудшились, но у Снейпа возникли подозрения, что учебники она открывает нечасто, выезжая на старых знаниях. Свои догадки он озвучил Макгонагалл еще неделю назад, но что-то результата не видно. Придется, видимо, с ней поговорить. Оставить её после урока? Не стоит: следующая пара у слизеринцев – еще подслушают, что им не нужно. Тогда остается отработка.

– Мисс Грейнджер, двадцать баллов с гриффиндора за порчу школьного имущества и отработка сегодня в 20:00 в лаборатории. – Уизли подскочил, собираясь возразить, и был усажен обратно твердой рукой Поттера. – Урок окончен, до свидания. – Ребята потянулись к выходу.

Рон все же не удержался и бросился на защиту подруги:

– Профессор Снейп, как вы можете? Она же еще не восстановилась после болезни, – Уизли распалялся, не замечая, что предмет его заботы уже покинул кабинет. – Вы бесчувственный и злой человек. – К нему подошел Гарри Поттер.

– Вы себе противоречите, Уизли, – ядовито произнес Снейп. – Злость – это чувство. Вы как-нибудь определитесь: либо злой, либо бесчувственный. – Уизли собирался ответить, но его резко дернул за рукав Поттер и потянул к выходу.

– Извините его, сэр, – уже на ходу сказал Гарри. – Он вовсе так не думает. До свидания, профессор. – И вышел за дверь вместе с другом, оставив Снейпа в недоумении.

В коридоре Рон выдернул свою руку из крепкого захвата.

– Что это было, Гарри? Какого черта ты меня остановил? Я бы сейчас этого гада по стенке размазал, – кипятился рыжий.

– Не здесь, Рон. – Военный опыт привил бывшим мальчишкам некоторую предусмотрительность.

Разговор они продолжили уже вечером, выйдя из школы и неспешно прогуливаясь около озера. Рон уже успокоился и мирно спросил:

– Я жду объяснений... Снейп, конечно, герой и прочее, но за Гермиону я его порву на части. Ты вроде бы не так давно разделял мои убеждения?

– Я думаю, что Снейп – это муж Гермионы, – выпалил Гарри, предварительно наложив вокруг них чары против подслушивания. Рон вытаращил на друга глаза:

– Ну нифига себе! – только и мог выдать он. – А знаешь, это очень даже может быть. – В нем проснулся аналитик, и теперь Рон складывал эпизоды как кусочки мозаики в цельную картину. – А ты сам-то как догадался? – спросил раздосадованный рыжий, картинка как-то очень легко сложилась.

– Не завидуй, не такой уж я наблюдательный. Мне намекнула Гермиона. Помнишь, позавчера она быстро ушла с Зелий? Я ее догнал, – удрученно сказал Гарри. – Она плакала... У меня реакция была не лучше твоей. Я вспомнил, как Снейп обращается с ней последнее время, и собрался идти его убивать. Герми меня остановила и сказала, что он имеет полное право обращаться с ней так. И попросила ради нашей дружбы не влезать между ней и Снейпом.

– Гарри... – Рон тоже поник, – даже если забыть, что он слизеринский злобный упырь... он же ее в два раза старше.

– Чуть больше, Дамболдор говорил, что Снейп родился в шестидесятом году. Значит, у них разница в возрасте около двадцати лет, – быстро подсчитал Гарри.

– Гарри... – простонал рыжий. – Что же нам теперь делать?

– Ничего. Брак необратим... Нам остается только поддерживать Гермиону, – тихо произнес он, помолчал немного и мстительно продолжил: – А еще можно вернуться в Болгарию и доломать Краму оставшиеся кости.