Брак

В кабинете директора было непривычно многолюдно для этого времени года. Минерва Макгонагалл окинула взглядом присутствующих: никто не переговаривался, в воздухе зависло тревожное ожидание. Она вопросительно посмотрела на седого мужчину, стоящего рядом, как бы спрашивая о готовности. Мужчина коротко кивнул.

– Господа, позвольте представить вам целителя Джексона. Мистер Джексон ознакомит нас с результатами, проведенного вчера, консилиума по поводу состояния Гермионы. – Целитель шагнул вперед:

– Здравствуйте. Я так понял, что здесь собрались самые близкие мисс Грейнджер. Во-первых, хочу вас уверить в собственной компетентности и в высоком профессионализме остальных участников консилиума. Напомню вам историю ее болезни... – Целитель сложил руки за спиной и с видом университетского лектора продолжил:

– Итак, во время битвы за Хогвартс мисс Грейнджер попала под действие непростительного заклинания «Круциатус», что, впрочем, в единичном случае является хоть и болезненным, но совершенно не смертельным явлением. – Снейп презрительно скривил губы, стоя практически спиной к целителю, так, как будто картина за окном его интересовала намного больше, чем состояние Гермионы.

– Как показывают очевидцы и сама пострадавшая, воздействие «Круциатуса» было совершенно обычным, без каких либо особенностей. Как мы знаем, накануне битвы мисс Грейнджер подверглась множественному воздействию этого болезненного заклинания, когда ее пытала безумная Беллатрикс, таким образом, возможности для сравнения у нее были. – Здесь передернуло уже Рона.

– Так вот, состояние девушки после «Круциатуса» было болезненным, но стабильным. Нимфадора Тонкс, видя страдания девушки, применяет к ней лечебное заклинание «Энервейт». А вот далее события принимают иной оборот. Что-то происходит, и магические силы, а затем и жизненные начинают стремительно покидать юную волшебницу. Осмелюсь высказать свою точку зрения: только быстрая победа Гарри Поттера и догадка одного из стажеров погрузить мисс Грейнджер в кому спасла ее жизнь. – Целитель Джексон кивнул Поттеру и продолжил:

– Состояние пациентки, находящейся в коме, длительное время было стабильным, но спустя месяц стало регистрироваться постепенное истощение. Возвращение же в сознание всегда сопровождалось стремительной потерей магических и жизненных сил. В настоящее время прогноз такой: без принятия каких-либо мер девушка проживет в ясном сознании пять-шесть часов и еще часов восемь агонии. Если же не возвращать сознание в течение месяца, она перейдет в вегетативное состояние, другими словами, станет овощем, – произнес целитель, словно ставя точку.

В кабинете директора повисла тишина. Минерва Макгонагалл судорожно вцепилась в чашечку. Невилл Лонгботтом пытался согреть ледяные руки бабушки. Гарри и Рон смотрели друг другу в глаза, не веря в сказанное. Одному Снейпу, казалось, все равно: он все так же смотрел в окно. Замерли все, даже портреты не издавали ни звука. Первым не выдержал Рон:

– Да какого Мерлина? Так просто не может быть! – закричал он, разбивая это странное оцепенение. – Мы должны что-нибудь придумать, что-нибудь сделать... – У него перехватило горло от эмоций.

В этот момент обернулся профессор Снейп:

– Как ни странно, соглашусь с мистером Уизли. – Он презрительно глянул на целителя. – К чему этот душещипательный экскурс в историю? Вы не сказали нам ничего нового. Кто-то только что восхвалял профессионализм собственный и остальных членов консилиума? – Казалось, Снейп сейчас захлебнется собственным ядом.

Целитель страдал некоторым избытком театральности и сам знал об этом, но все же обиделся.

– Конечно, у нас есть результаты.

– Так мы ждем, когда вы их, наконец, озвучите. – Злобный зельевар подался чуть вперед, по мнению целителя, приняв еще более угрожающую позу. – И постарайтесь не отвлекаться на историю, здесь все в курсе происходящего, – практически рявкнул он.

– Северус, – немного укоряющее сказала Минерва, профессор снова отвернулся к окну. – Продолжайте, пожалуйста, мистер Джексон.

Седой целитель, обиженный в лучших чувствах, собрал весь свой профессионализм и практически без эмоций продолжил:

– Сейчас доподлинно известно следующее... Во время пыток Беллатрикс наложила на мисс Грейнджер фамильное заклинание, направленное на уничтожение сквибов. – Джексон все же не удержался и пояснил: – Сейчас во всем мире не осталось идеально чистокровных магических семей. В результате множества близкородственных браков в чистокровных семьях начали рождаться сквибы. Большинство семей нормально приняло этот факт, но только не Блеки. Фанатичные борцы за чистоту крови, они создали заклинание на основе фамильной магии, практически необнаружимое, оно постепенно и незаметно лишало сквиба жизненных сил. А как говорится, нет человека – нет проблемы. – Тут он грустно усмехнулся.

– Да... мама говорила, что кровь Блеков сжигает недостойных, – Августа Лонгботтом произнесла как будто в никуда, Невилл покрепче сжал ее холодные пальцы.

– Заклинание накладывал глава семьи, как только становилось точно известно об отсутствии магического дара. – Кивнул, соглашаясь, Джексон. – Непонятно, с какой целью Беллатрикс применила его к Грейнджер; однозначно известно лишь то, что она была сумасшедшей.

– Вы говорите, что действие заклинания медленное и незаметное, почему же так быстро угасает Гермиона? – спросил Гарри у целителя.

Джексон опять принял вид лектора:

– Дело в том, что заклинание нестабильное, несмотря на то, что им пользовались несколько поколений Блеков, накладывалось оно всегда только на людей с минимальным или отсутствующим магическим фоном. Мисс Грейнджер, помимо того, что является одной из самых сильных ведьм столетия, перенесла очень много непростительных заклинаний за короткий промежуток времени, а они, как нам известно, вызывают дисбаланс магического фона. Применение лечебного заклятия наложенного с помощью фамильной магии Блеков послужило катализатором резонанса и каким-то странным образом обеспечило его цикличность.

– Нимфадору лечебным заклятьям учила мать, в девичестве Андромеда Блек, – подала снова голос Августа Лонгботтом.

– Возможно, есть какие-то упоминания в библиотеке Сириуса? Вы там почти две недели безвылазно сидели. – Гарри с надеждой посмотрел на Джексона.

– Боюсь, что практически ничего нет. – Целитель развел руками. – Мы нашли только одно упоминание о выжившем сквибе – это было три столетия назад.

Минерва подняла голову от чашки, все с надеждой смотрели на целителя.

– Да говорите же, Мерлин вас побери! – Даже профессор Снейп обернулся к Джексону.

– Было упоминание в личной переписке. Некая Денебола Блек делилась нечаянной радостью с сестрой. Уважаемый мистер Блек сильно проигрался в карты какому-то авантюристу и тот в обмен на проигрыш потребовал руки его дочери с проведением полного брачного магического обряда. О том, что у мистера Блека две дочери, мало кто знал. Вторая была сквибом и была она настолько больна, что священник ночевал в гостевой комнате. Денебола пролила море слез, умоляя не отдавать умирающую дочь в грязные лапы авантюриста, но муж не стал ее слушать. В полночь в глухой деревушке был проведен полный обряд заключения магического брака между молодым человеком и умирающей тринадцатилетней девочкой. Когда раскрылся обман, мистер Блек хохотал, как дьявол в преисподней. Он не дал ни гроша в приданое дочери и откровенно издевался над молодым супругом. Материнское же сердце верное, Денебола собрала все свои девичьи украшения в слабой надежде на то, что молодой супруг устроит достойное погребение ее дочурке. Мистер Блек очень скоро забыл о существовании второй дочери и удалил ее имя с фамильного древа. А мать страдала, она описывала свои терзания сестре, единственному близкому человеку. Через полгода она не сдержалась и, скрыв ото всех, поехала повидать дочь или ее могилу. Какова же была ее радость, когда ее встретила пышущая здоровьем девушка и притом ослепительная красавица. Молодые супруги хорошо встретили матушку, ведь благодаря ее драгоценностям они смогли купить долю на корабле, идущем в далекую Америку, и уже через неделю отправлялись туда жить. Вот единственное упоминание о хотя бы похожем случае, – закончил свой рассказ Джексон.

«Все же у меня есть какой-то талант рассказчика», – подумал целитель, видя задумчивую реакцию слушателей. Полюбовавшись пару секунд, он все же счел нужным добавить:

– Так как это даже не семейные хроники, мы не можем рисковать. – Он снова развел руками.

– Теоретически это может сработать, – раздался голос с портрета Альбуса Дамблдора. – Я бы даже сказал, это должно сработать при соблюдении некоторых условий.

Надежда вновь появилась на лицах присутствующих.

– Какие условия, Альбус? – спросила Минерва. – И почему ты думаешь, что сработает?

– Мини, это же просто. – Он тепло ей улыбнулся. – Проклята магия мисс Грейнджер. Блекова составляющая впиталась, проникла и даже видоизменила ее магию.

– Да, да, – закивал целитель, – мы тоже заметили, что показатели магии разнятся, даже если сравнивать с первым днем поступления в госпиталь.

– В какой школе вы учились, Джексон? – резко спросил Профессор Снейп.

– В Салеме, – машинально ответил целитель.

– Ну да, никакой дисциплины, – прошипел себе под нос зельевар. – Какие условия, Альбус, и как здесь может помочь брак? – Северус Снейп обратился к портрету.

– Ты прав, Северус, мальчик мой, простой брак здесь не поможет. И то, что вы сейчас называете магическим браком, тоже. Нужен обряд заключения средневекового брака, а это, увы, пожизненное взаимное рабство. Прошедшие обряд обречены на друг друга, даже и не любя. Не сможет мужчина захотеть другую женщину, кроме жены. Не сможет супруга отдаться чужому, даже изнасилования не допустит родовая магия. Этот обряд полностью меняет магию вошедшего в род, и в нашем случае, если произойдет 100% замена, Гермиона будет спасена.

Трое присутствующих мальчишек переглянулись и сказали почти хором:

– Я готов на ней жениться, – шагнул вперед Гарри.

– Она может выйти замуж за меня, – на долю секунды отстал от него Рон.

– Пусть выбирает любого из нас, она много раз спасала нам жизни, мы готовы на все ради спасения ее, – подвел краткий итог молчаливый Невилл, бабушка одобрительно пожала ему ладошку, в ее глазах была гордость. Минерва Макгонагалл тоже гордилась своими учениками и думала, как же правильно они воспитали мальчишек, если те способны на такие поступки. И только Снейпа, как всегда, перекосило от излишней торжественности.

– Не все так просто, – промолвил расстроенный Дамблдор. – Жениха в этой комнате мы не найдем.

– Почему? – спросили все, но громче всех Минерва. Она уже успела немного расслабиться и представить свадьбу Гермионы с одним из этих чудесных мальчиков.

– При всей моей толерантности, жених Гермионы должен быть очень чистокровным. Чем чище его кровь, тем больше шансов на 100% замещение магии.

– Получается, я не подхожу? – расстроился Гарри.

– К сожалению, это так, мой мальчик, – тоже расстроился портрет директора. – Мини, дай ему лимонную дольку. – Минерва протянула Гарри сладость, он машинально взял и смутился.

– Остаемся я и Невилл, – сказал Рон.

– Мини, и им тоже дольку... – совершенно расстроился портрет.

– Да почему же? – не унимался Рон. – Я чистокровный. У меня даже Блеки в роду были.

– В этом все и дело. – Печаль в глазах Дамблдора была практически осязаемой. – Гермионе нельзя и капли крови Блеков, иначе все зря.

– Насчет капли вы, конечно, преувеличили, – выступил снова целитель. – Но никак не меньше трех поколений без Блеков.

– У нас и не найдешь чистокровных без примеси «черного». – Минерва с Августой Лонгботтом как-то нервно переглянулись.

– Крам, – донеслось от окна, все оглянулись на Снейпа, он все так же смотрел сквозь стекло. – Чистокровный болгарский род... и у них вроде были какие-то отношения.

– Я ему напишу, – тут же вскинулась, как девочка, Минерва... Даже Снейп оглянулся посмотреть на этот странный избыток энтузиазма.

– В таком случае хочу подкорректировать сроки, – сказал целитель Джексон, собираясь уходить. – В течение десяти-пятнадцати дней мы еще сможем провести обряд, но при затягивании сроков... боюсь, прогноз мисс Грейнджер, несмотря на брак, будет неутешительным. Желаю нам успехов. До свидания.

– Я попробую поискать запасные варианты, – встала Августа и потянула за собой внука.

– До свидания, – Гарри и Рон попрощались и вышли следом.

– Северус? – Минерва окликнула зельевара. Тот лениво обернулся и увидел, что они остались вдвоем. – Присядь, Северус. – Она похлопала по креслу, стоящему рядом с чайным столиком.

Зельевар отошел, наконец, от окна. Подошел к столику и быстро налил две чашки чая. Одну протянул Минерве.

– Лимонную дольку, Мини? – с доброй иронией в голосе спросил он, женщина улыбнулась и слегка расслабилась.

– Что ты об этом думаешь, Северус?

– Я думаю, что Гермиона была отсроченной ловушкой... Легко было предположить, что она выйдет замуж или за Поттера, или за Уизли. И скорее всего, свадьба будет уже в мирное время. Представляешь горе молодого супруга и его друга... Жена сгорает за сутки после мимолетного касания родовой магии... Вполне в духе Беллатрикс. – Снейп пожал плечами и сделал маленький глоток чая.

– А какие у нас шансы ее спасти? Как считаешь?

– Жалко, что тех троих нельзя использовать... У них долг жизни... Эта девочка буквально за уши вытаскивала их из разных неприятностей, в том числе и смертельных. Знаешь... у меня долг жизни Невиллу... а это давит. – Поморщился и сделал еще глоток.

Они посидели в тишине еще некоторое время.

– Чай остыл, Минерва, пить его невозможно. Давай прощаться, уже вечер.

Снейп резко встал с кресла, Минерва тоже поднялась проводить его. Уже у самой двери она коснулась его и с плохо скрываемой тревогой произнесла:

– Северус... посмотри, пожалуйста, про этот обряд... там, наверное, подводных камней тьма, ну и, возможно, зелья какие-нибудь понадобятся при проведении. – Зельевар кивнул и молча вышел.

Всегда строгая и чопорная директор Макгонагалл обессилено прислонилась лбом к закрытой двери.

– Альбус, Альбус, как же мне тебя не хватает, – прошептала она еле слышно.