Глава 45. Побочный эффект.
— С-сириус! Умоляю! Я не хотел! — Питер Петтигрю скорчился на земле, закрывая голову уцелевшей рукой. Его тело сотрясала крупная дрожь, а высокий, срывающийся голос все еще напоминал крысиный писк.
— Не хотел?! — на Блэка было страшно смотреть. Его глаза лихорадочно блестели, лицо побледнело и на фоне этой бледности темные круги под глазами проступили еще отчетливее. По судорожно сжатым кулакам можно было с легкостью догадаться, чего ему стоит держать себя в руках. — Чего именно ты не хотел?! Предавать нас? Становиться пожирателем? Воскрешать своего хозяина? Или, может быть, ты не хотел убивать тех магглов?
— С-сириус, прошу тебя! Мы ведь были друзьями! — заскулил Петтигрю, вжимая голову в плечи.
— Друзьями?! — взревел Блэк и с силой ударил его ногой в живот. Питер захлебнулся словами, согнувшись пополам. — Из-за тебя, сволочь, я провел в Азкабане двенадцать лет! Ты хоть представляешь себе, что это такое?! Подлая, ничтожная мразь!
— Сириус! — Тонкс бросилась к нему и перехватила руку с зажатой в ней палочкой. — Его нельзя убивать, помнишь? Мы допросим его, узнаем всю правду и передадим аврорам! Живой, он будет гораздо лучшим доказательством твоей невиновности, чем мертвый!
Блэк на секунду прикрыл глаза, пытаясь успокоиться.
— Где зелье? — сквозь зубы прошипел он, испепеляя Петтигрю взглядом.
Гай, связывающий заклинаниями бесчувственное тело Волдеморта, молча бросил ему флакон с Веритасерумом, заранее приготовленным Снейпом. Мгновение, и Питер зашелся кашлем, поперхнувшись насильно влитой в его глотку жидкостью. Его взгляд помутился и приобрел рассеянно-равнодушное выражение.
— Отвечай на мои вопросы, крыса, — прошипел Сириус, глядя ему в глаза. — По чьему приказу ты выдал Поттеров Волдеморту?
На кладбище повисла зловещая тишина. Все напряженно ждали ответа.
— По приказу… — Петтигрю вдруг захрипел, схватившись за горло. — Прика… зу… — его затрясло, глаза конвульсивно закатились.
— Не смей устраивать спектакль! — Блэк схватил его за плечи и с силой встряхнул. — Отвечай на вопрос! Мне нужно имя!
— Подожди, — Тонкс сжала его плечо, недоверчиво глядя на задыхающегося Питера. — Я уже видела подобное на допросах в аврорате. Такая реакция бывает, когда Веритасерум вступает в конфликт с ментальными закладками. Кто-то подстраховался, обработав его разум так, чтобы он не мог сказать правду, здесь нужен обходной путь, — она присела рядом с Петтигрю и щелкнула пальцами перед его лицом. — Питер, смотри на меня. Успокойся. Скажи, это Тот-кого-нельзя-называть заставил тебя выдать тайну Поттеров?
— Н-нет, — с трудом выдавил тот, отчаянно замотав головой.
Тонкс медленно подняла взгляд на Сириуса, а затем вновь посмотрела на Питера.
— Это сделал Альбус Дамблдор? — тихо спросила она. — Это он приказал тебе привести Темного Лорда в ловушку?
— Н-не м-могу! — Петтигрю в ужасе заскулил, зажимая рот рукой. — Не могу, пожалуйста… не заставляйте меня… Мне больно! Больно! — по его обрюзгшим щекам покатились крупные слезы.
— По-моему, все и так понятно, — совсем тихо произнесла Тонкс, поднимаясь на ноги. — Гай был прав. Все было спланировано…
— Простите меня! — рыдал Петтигрю, раскачиваясь вперед назад. — Сириус, я клянусь, я не знал, что они погибнут… Умереть должен был только Темный Лорд! Но он… он убил Джеймса и Лили, и я… я испугался! Все решили бы, что я предатель!
— Ты поэтому решил переметнуться к Волдеморту? — внезапно спросил Гай, до этого молча слушавший их диалог. — Почему же ты не попросил защиты у Дамблдора после всего, что сделал для него? Полагаю, он должен был помочь своему человеку?
— Да? — визгливо крикнул Питер, неожиданно вскинув голову, его маленькие глазки сверкнули злобой. — То-то он Сириусу помог, когда его арестовали!
Блэк и Тонкс молча переглянулись.
— Я боялся, — жалобно продолжал Петтигрю. — Дамблдору было невыгодно оставлять меня… Я единственный, кто знал о ловушке! Он стер бы мне память или еще что похуже…
— Не верю! — Сириус запустил пальцы в спутавшиеся волосы.
— Он не лжет, — севшим голосом возразила Тонкс. — Сыворотка не позволит. И мы ведь сами думали, что Дамблдор…
— Да я не об этом! — отмахнулся Блэк. — Дамблдор умный, неужели он доверил бы важную миссию этому ничтожеству? Вы же видите, он жалкий трус!
— Возможно, у него не было выбора, — задумчиво произнес Гай. — Сам подумай, кто еще из Ордена согласился бы с этим планом, ставящим под угрозу жизнь целой семьи?
— Не знаю, — буркнул Блэк, отворачиваясь. — Я уже ни в ком не уверен. Черт, я до последнего надеялся, что ошибаюсь! Что мы все ошибаемся! — он яростно пнул чугунную ограду возле могилы Реддла. — Дамблдор всегда был примером для нас. Эталоном света и добродетели!
— Я тебя понимаю, — грустно сказала Тонкс, обнимая его. — Я тоже никогда не сомневалась в его святости.
— Друзья, я разделяю вашу печаль от крушения идеалов, но предлагаю перенести поминки по светлому образу на более удачное время, — в своей излюбленной ехидной манере заметил Гай.
Сириус фыркнул.
— Общался бы ты поменьше с нашим драгоценным Нюнчиком, Прайдер. Похоже, его язвительность заразна!
— А сам-то? — Тонкс шутливо стукнула его в грудь. — Но вообще, Гай прав. Петтигрю нужно доставить в министерство… Сам справишься?
— О, поверь, я сделаю это с огромным удовольствием! — Блэк окинул бывшего друга недобрым взглядом. — Мне до смерти надоело прятаться, — он взглянул в сторону Волдеморта. — А с ним…
— Мы сами, — успокоил его Гай. — О нем не думай, занимайся своими делами.
— Не думай, — тихо пробормотал Сириус. — Легко сказать. Не каждый день, знаешь ли, участвуешь в воскрешении серийного убийцы! Да-да, — он поднял руку прежде, чем ему успели возразить, — я помню. Путь наименьшего сопротивления. Хотя, честное слово, Прайдер, ты натуральный псих. И мы с Тонкс такие же. Удачи, — он схватил Питера за шиворот и аппарировал, оставив после себя звенящую тишину.
— Да-а, — медленно протянула Тонкс, посмотрев на три связанных тела на земле. — Знаешь, в этом я с ним согласна. Мы — психи.
***
Если бы в этот тихий предрассветный час кто-нибудь из жителей Литтл-Хэнглтона рискнул заглянуть в заброшенный особняк на холме, вот уже несколько десятилетий окруженный мистическими легендами и жуткими байками, он мог бы увидеть удивительную картину.
Темная гостиная с обветшавшей, покрытой толстым слоем пыли и паутины мебелью. В одном из углов, прислоненные спинами к стене и погруженные в глубокий сон полулежат двое связанных мужчин, еще один — до синевы бледный, накрытый плотной черной тканью — лежит на продавленном диване с выцветшей, некогда роскошной обивкой. Тоненькая девушка с короткими, торчащими в разные стороны волосами, одетая в странного вида плащ стоит возле двери, направив в сторону дивана палочку, и нервно закусив губу. И молодой слепой парень, расположившийся в одном из пыльных кресел, задумчиво перебирает пальцами цепочку на своем запястье.
Внезапно с улицы раздалось громкое воронье карканье, и девушка вздрогнула, а затем выругалась сквозь зубы, крепче сжав в руке палочку. Парень едва заметно усмехнулся.
— Долго ты еще будешь так стоять? — поинтересовался он, разминая шею.
— Отстань, Прайдер! — огрызнулась Тонкс, встряхивая затекшую руку. — Я понимаю, что тебе море по колено, но у нас тут вообще-то главный злодей века на диване валяется! А я, на минуточку, аврор!
— Тонкс, он в отключке, связан, и у него нет палочки, — мягко заметил Гай.
— Гай, он — только что воскресший маньяк-психопат, перебивший кучу народа, — в тон ему ехидно отозвалась Тонкс. — Что ты мне предлагаешь? Угостить его чаем с печеньем? Кстати, как скоро он должен очнуться?
— Ты это у меня спрашиваешь? — Гай поднял бровь. — Я вообще удивлен, что он выжил после нашей рискованной импровизации. В записях Гонта, конечно, были описания последствий ритуала, но вряд ли он предполагал, что слияние души будет производиться одновременно с обретением тела, да еще и с добавлением исцеляющего камня, который… — он осекся, — в рецепт не входил.
— Исцеля… — растерянно начала Тонкс, но в этот момент Крауч-младший слабо пошевелился, и она отвлеклась, запустив в него еще одним сонным заклятием. — Черт бы побрал эту воскресшую семейку! — она сердито сдула со лба челку. — Надо было их тоже с Сириусом отправить!
— Пусть сначала с Петтигрю все уладит, — Гай хмыкнул. — А то многовато оживших покойничков для нервного министерства.
— Как думаешь, у него получится? — с надеждой спросила Тонкс. — Они ведь не могут не оправдать его, да? Ведь живой Петтигрю уже доказательство его невиновности, а если прибавить к этому воспоминания о допросе… — она вдруг замолчала, а затем расширила глаза. — Погоди, а если он проболтается о воскрешении?
— Думаю, Сириус позаботится об этом. Если вообще не прибьет Питера по дороге. Он явно…
— Гай! — внезапно вскрикнула Тонкс, инстинктивно отступив на шаг назад. — Он… он…
— Я чувствую, — тихо ответил Гай, сжимая палочку.
Он и сам уже заметил, что Волдеморт пошевелился, насколько позволяли опутывающие его магические веревки, и открыл глаза.
— Только двиньтесь, и вы — труп, — громко предупредила Тонкс, напряженно наблюдая за ним, и ужаснулась.
«Мерлин, что я несу?!»
Волдеморт медленно повернул голову, и девушка почувствовала, как по коже поползли мурашки. Пронзительный взгляд темных глаз будто прошил ее насквозь. Волдеморт дернулся, но веревки держали крепко, и от осознания собственного унизительного положения в его глазах полыхнула ярость.
— Где я? — прошипел он сквозь зубы.
Тонкс невольно поежилась и бросила быстрый взгляд на Гая, а тот, поднявшись из кресла, встал рядом с ней, оказавшись в зоне видимости Волдеморта.
— Добро пожаловать в мир живых, Том, — поразительно спокойно произнес он. — Вы находитесь в доме, принадлежавшем семье вашего отца. Меня зовут Гай Прайдер. Это я принес вас сюда после ритуала воскрешения.
В темных глазах мелькнула растерянность.
— О чем вы? — неожиданно спокойно произнес Волдеморт, оглядывая комнату. — Кто вы? И кто такой Том?
Тонкс недоверчиво моргнула и посмотрела на Гая. Тот тоже выглядел удивленным.
— Вы не помните? — он поднял брови. — Том — это ваше имя.
Волдеморт раздраженно поморщился.
— Дурацкое имя… Черт возьми, да развяжите меня, наконец! Что вообще происходит?! И почему я ничерта не помню?
— Что… совсем… ничего? — настороженно спросила Тонкс, не опуская палочки.
Том Реддл яростно сверкнул глазами.
— Вы что, издеваетесь надо мной? Немедленно освободите меня! Я не знаю, кто вы, но точно знаю, что похищать людей противозаконно!
— Э-э… Гай? — протянула Тонкс, во все глаза глядя на возмущенного Реддла.
— Да? — несколько озадаченно отозвался тот.
— Я, конечно, не спец в ритуалах, — осторожно пробормотала она, — но почему-то мне кажется, что что-то пошло не так.
Гай задумчиво наклонил голову.
— Ну… Стоит признать, это еще не худший вариант развития событий, — он пожал плечами. — По крайней мере, он жив. И даже относительно адекватен…
— Ты что, шутишь что ли? — сердито зашептала Тонкс, дергая его за руку и отводя подальше от дивана, где Реддл с раздраженным шипением пытался освободиться. — Что мы с ним теперь будем делать?
— Попытаемся вернуть ему память, — предложил Гай.
— Что?! Хочешь, чтобы он вспомнил, что является самым сильным темным магом нашего времени?!
— А ты что предлагаешь? Избавиться от него?
— Ну… — Тонкс неуверенно взглянула на Тома. — Нет, но… Почему вообще у него исчезли все воспоминания? Я думала, после воссоединения души его разум наоборот должен был проясниться!
— Чтобы узнать причину, нам нужен специалист, — Прайдер оперся плечом о косяк двери. — Нужен тот, кто сможет залезть к нему в голову и понять, что там происходит. Иди на улицу и отправь патронуса Северусу. А я пока попробую договориться с Томом.
— А может, все-таки…
— Он нужен мне, Тонкс, — Гай неожиданно взял ее за руку и сжал в ладонях. — Нужен живым, адекватным и при памяти. Пожалуйста…
— Ладно, — тихо пробормотала она, растерявшись от этой просьбы в его голосе.
Тонкс привыкла, что обычно он командует, создавая впечатление человека полностью уверенного в своих решениях, а тут…
— И почему мне кажется, что я об этом пожалею? — мрачно буркнула она, уже выйдя на улицу, где в воздухе уже разливалась розоватая утренняя дымка.