Безжалостный

Как только Гарри сошел с поезда, он направился в Косой переулок, возвращаясь в Дырявый Котел, где сдавали свободные комнаты для всех желающих. Спустя неделю он обнаружил у себя на пороге весьма злого декана факультета Слизерин — Северуса Снейпа.

— Вам, мистер Поттер, следует проследовать за мной к своим маггловским родственникам. Никаких возражений, — зловещим голосом произнес он.

Гарри прикинул свои шансы, возможные риски, осложнения, но в конце концов лишь кивнул.

После весьма непродолжительного путешествия со Снейпом он опять оказался в Литтл-Уингинге. Время противостояния еще не пришло. Он мог обучаться защите разума одинаково хорошо и в волшебном мире, и в маггловском.

* * *

— Что ты думаешь об этом мальчишке — Поттере? — его тон был обычным, но интерес — неподдельным.

Драко опустил глаза, пытаясь не встретиться взглядом с отцом.

— Он очень скрытен, отец.

Лорд Малфой взял со стола бокал и слегка встряхнул, наблюдая, как жидкость плещется внутри. После этого осторожно отхлебнул и отставил бокал.

— И? Это все, что ты сумел разузнать после года, проведенного рядом с ним?

Драко колебался. Он не мог признаться отцу, что Поттер запугал слизеринцев (даже тех, кто старше него). Дело было в его безэмоциональности, в зеленых глазах, в том, как он вел себя — никто не мог возразить ему. Примерно как тогда в поезде, когда Драко имел глупость потребовать от него ответа. Он больше так и не заставил себя приблизиться с предложением дружбы, особенно когда рядом с Поттером находился Нотт и эта грязнокровка.

Драко медленно выдохнул.

— Он истинный слизеринец во всем, кроме одного — дружбы с Грейнджер.

Люциус усмехнулся и отпустил сына, сопроводив наследника советом.

— Женщины — слабость для многих мужчин. Запомни это.

* * *

Эльф слушал их и заламывал руки.

Он спас их, победил злого волшебника, который наводил ужас на всех. А теперь спаситель в беде. Добби знал это и понимал, что должен сделать что-нибудь. Но маленький наследник — сын хозяина, жестокий мальчик, который пинал и заставлял наказывать себя по несколько раз в день, сказал, что спаситель попал на факультет Слизерин, как и злой волшебник, как и хозяин с наследником.

Может, Добби нужно подождать с поспешными решениями.

Возможно, спасителю не нужна помощь.

Пожалуй, будет очень неразумно помогать истинному слизеринцу.

* * *

Конечно, Гарри получал письма от Нотт и Грейнджер. Он читал их, но не утруждал себя ответами.

Третье письмо от Грейнджер содержало лишь одно предложение, подчеркнутое несколько раз:

"Если ты не утруждаешь себя ответами, о, безмолвный, то пошли хотя бы знак, что ты еще жив!"

Гарри лишь улыбнулся на это, но в ответ вложил в конверт совиное перо. Сова улетела, и он решил не смеяться, потому что было уже поздно, а он ненавидел разрушать тишину вокруг себя.

* * *

Второй год в Хогвартсе, и с самого начала он опять ощутил, что как-будто кто-то направляет его по заранее выбранному пути. Они хотели, чтобы Гарри стал героем; хотели, чтобы он выбирал нужные им решения. Это давило, но он как мог пытался очищать свой разум, концентрируясь на полнейшей пустоте.

Тайная комната была открыта. Магглорожденные и полукровки были в ужасе перед монстром, обитающим там. Уже произошли нападения на призрака и кошку Филча.

В ответ на произошедшее был открыт дуэльный клуб. Учителя должны были научить студентов самозащите, но Гарри не возлагал на него больших ожиданий. Скорее всего, это сделано лишь для того, чтобы создать для студентов иллюзию безопасности.

Дуэли были занимательны, но не более. И в этот момент декан факультета вызвал его и Малфоя на подиум. Очевидно, это еще один акт спектакля, который разыгрывался для других. Сам блондин не улыбался, он помнил встречу в поезде.

Поединок начался, но бой — еще нет. Малфой был осторожен, используя слабые заклинания. Гарри спокойно уклонялся, отступая в сторону. Где-то в толпе Локхарт восхвалял его умения, но сам Гарри смотрел лишь в глаза Малфоя, пытаясь вынудить его показать, чего тот на самом деле стоит. И тогда блондин призвал змею.

Гарри наблюдал за пресмыкающимся; он знал, что может приказать ей ничего не делать, знал, что она подчинится. Но это было плохое решение.

Вместо этого он сжег змею, вслушиваясь в ее шипения боли и пытаясь убедить себя, что это создание магии, а не настоящая змея.

Теперь его очередь; заклинание вырвалось из палочки и попало прямо в Малфоя, не ожидавшего ничего подобного.

Когда блондина отнесли в Больничное крыло, Гарри ощутил, что те, кто пытался направлять его, очень недовольны.

* * *

Он даже не пытался найти эту Тайную комнату. Это было не его дело — разбираться в этом безумии.

Но затем произошло нападение на Грейнджер... Ее нашли окаменевшей в одном из коридоров возле библиотеки, в одной руке у нее находилось зеркало, во второй — записка.

Видимо, оставлять ее одну было плохой идеей, любопытство редко бывало хорошим решением.

Технически, она свой выбор сделала, и ему нужно было предпринять нечто в ответ.

В этот момент он вывел для себя новое правило.

"Отвечать на угрозы нужно не только тогда, когда угрожают тебе, но и когда под угрозой находится кто-то из твоих... подопечных".

Поэтому следовало выбрать лучший из худших вариантов.

* * *

На владение Гарри парселтангом Нотт выказал не больше удивления, чем на то, что вход в Тайную комнату Салазара Слизерина находился в туалете для девочек. Правда, недоумение несколько секунд проскальзывало в его взгляде, когда Гарри рассказал ему, что они отправляются на спасительную миссию во имя чести Грейнджер!

Пожалуй, для Нотта это был разрыв шаблона, как и для любого другого студента, если бы они это услышали.

Несмотря на это, мальчик продолжал следовать за ним глубже в недра, пока они не нашли огромную статую головы Салазара Слизерина.

Он выглядел старым и уродливым, и Гарри на секунду даже удивился, почему скульптор не создал икону своего времени получше.

В любом случае, у него не было особо времени задумываться об этом, так как василиск стремительно атаковал. Конечно, у огромного змея была своя слабость, и они практиковали специальное заклинание из раздела трансфигурации десятки раз, прежде чем войти в Тайную комнату.

И тогда появилась “огненная курица” (с жуткой какофонией угрожающих звуков, которые отражались от высоких потолков зала) и обрушилась прямиком на василиска, метя в самое ценное — глаза. Змей дергался из стороны в сторону, пытаясь сбросить ее, но безуспешно. Спустя несколько минут все было кончено. Нотт рискнул приоткрыть один глаз и вздохнул с облегчением. Гарри стоял возле огромного змея и слегка толкал его ногой.

— Знаешь кого-нибудь, заинтересованного в редких ингредиентах?

* * *

За какой-то день василиск был разделан с завидным профессионализмом, этим занялся человек с Лютного переулка, с которым раньше работала семья Нотта. Таким образом Гарри с Ноттом стали немного богаче, а также обладателями чешуи василиска, из которой можно сделать много интересных вещей.

Гарри (в свою очередь) оставил себе несколько клыков змеи и, не обращая внимания на мадам Помфри, дал Грейнджер зелье мандрагоры. Она содрогнулась всем телом, вдыхая воздух, и за мгновение до того, как успела закричать, Гарри прикрыл ей рот.

— Пожалуйста, не надо.

Грейнджер начала приходить в себя, и Гарри убрал свою руку. Она приподнялась, осматривая Больничное крыло, и сразу увидела остальных, все еще парализованных студентов.

И тогда посыпались вопросы.

“Что случилось?”

“Почему остальные не очнулись?”

“Что ты сделал?”

“Как ты это сделал?”

“Ты сохранил для меня ингредиенты с тела василиска?”

На последнем, вполне разумном вопросе, Гарри еле подавил стон и повернулся к Нотту, который подошел к Колину Криви, наклонил его голову в их сторону и сказал, подражая мальчику:

— Сомневаюсь, что от василиска осталось хоть одно пятнышко.

Грейнджер откинулась на кровати, и в этот момент Гарри услышал шум со стороны кабинета целительницы. Он предпочитал не встречаться с теми, у кого было больше власти, чем у него, ведь они делали его решения сложнее.

Голос Грейнджер донесся до него уже возле двери.

— Спасибо тебе, Гарри.

* * *

Спустя неделю обнаружили, что Джинни Уизли находилась под властью темного артефакта, который контролировал ее мысли. Остальных парализованных переправили в больницу Святого Мунго для дальнейшего лечения, а артефакт был уничтожен директором и Министром. Оказывается, книга заставляла Уизли окаменять студентов.

Гарри и Нотт просто переглянулись, узнав эти новости, но не проронили и слова.

В этот раз Северусу Снейпу понадобился месяц, чтобы найти его в небольшой гостинице неподалеку Кале (Франция). Он прибыл слишком быстро (по мнению Гарри), а это давало повод задуматься о существовании следящих заклинаний.

С другой стороны, он избавился от одежды сразу же, как покинул вокзал. Возможно, это было нечто вроде ритуала? Тогда у них есть или вещь, которая принадлежит ему, или, что еще хуже, часть его самого: кровь или волосы.

Гарри позволил профессору использовать портключ, и они оказались на Тисовой аллее. Настало время придумать план на следующее лето.