Последний из Мраксов

- Гарри, у тебя лицо перекосило, - сказала Гермиона, дернув его за рукав. Он вздрогнул и быстро неловко улыбнулся ей и тем, кто смотрел на него. Грейнджер нахмурилась и вдруг подложила ему на тарелку еще еды.
- Спасибо, Гермиона, - Гарри ласково сжал ее руку, которой подруга дергала его за рукав, и вернулся к тарелке, на этот раз пытаясь контролировать выражение лица. Он чувствовал себя кошкой, попавшей в мышиный дом. Это был Хогвартс, с детства хорошо знакомый, но почему-то вокруг творилась непривычная чехарда. Неужели так было всегда, а раньше он не замечал ее или просто забыл? Рон чавкал, а еда из его рта летела в разные стороны, когда он говорил. Волосы Гермионы были грязными и неприятно пахли. Парвати и Лаванда обсуждали ужасно вульгарные вещи, о которых пристало молчать в приличном обществе.
И неужели дети всегда были настолько распущенными? В сороковых, когда Гарри преподавал в Хогвартсе, разве посмела бы какая-то парочка целоваться прямо в Большом зале? Да их бы мгновенно сделали изгоями! Девушка, посмевшая пойти на такое, лишилась бы возможности выйти замуж за приличного человека. Даже безбашенная Вальбурга позволяла Ричарду в присутствии посторонних лишь держать ее за руку!
Глупо. Когда он пришел сюда в сороковых, то сравнивал Хогвартс с родным временем: смотрел на одежду, прически, поведение, а теперь делает совсем наоборот. Невольно Поттер повернулся к слизеринскому столу и в каком-то помутнении разума попытался найти за ним Марволо. Но там на лучшем месте сидел Драко, о чем-то беседуя с Панси. Если бы Гарри прямо сейчас спросили, в чью пользу – прошлого или настоящего - было сравнение, то Гарри не смог бы дать точный ответ.
Но самое ужасное, что заставляло Гарри дрожать от отвращения и с трудом отвлекаться на все остальное, это ботинки. На протяжении последних лет обувь ему изготовляли на заказ точно по ноге. Младшая версия же по причине, которую он не мог вспомнить, все еще с упорством, достойным порицания, донашивала обувь Дадли. Дурсли, конечно, покупали сыночку все самое современное, но Дадли умудрялся снашивать свои ботинки на сторону. В прошлом это было настолько привычно, что Гарри не замечал проблемы, но теперь ему казалось, что ноги закованы в какие-то адские приспособления. Идея припрятать свою собственную, хорошую обувь, в которой он пришел, уже не казалась столь же разумной как раньше.
И все же он снова сидел рядом с Роном и Гермионой, людьми, по которым действительно скучал. Теперь он знал, почему «Пророк» в 1997 году называл его предателем. Он сам себя им считал, там, в прошлом, винил себя за то, что бросил их и убежал. Однако газета, скорей всего, имела в виду совсем другое. Вероятно, через несколько месяцев Волдеморт сделает хотя бы попытку нападения на Хогвартс, а Гарри Поттер, наверняка, проявит себя как его союзник. Было больно осознавать, что вскоре он снова, второй раз – хотя они не узнают, что уже второй – предаст их. И от этого еще слаще сидеть с ними.
- Ребята, а вы что, помирились? – спросил Гарри, вспомнив кое-что. У него самого воспоминаний об этом не осталось. Слишком мутным был в его памяти шестой учебный год до побега в маггловский мир. Голова тогда была занята лишь страшными, полубезумными мыслями и смертью Сириуса. Однако Блейз рассказывал Гарри на последней встрече, что Гермиона и Рон в ссоре из-за того, что Уизли начал встречаться с Лавандой Браун.
Гермиона покраснела в ответ на его вопрос. Рон что-то забубнил в тарелку.
- Ты вчера опять допоздна шлялся со своим слизнем, так что я не успел тебе рассказать, - наконец, прожевав, пояснил Рон. – Мы все обсудили и решили помириться.
- Это так по взрослому, - улыбнулся Гарри. Он не сдержал порыва и обнял их обоих за плечи. – Я так рад, что наше трио снова вместе.
Они непонимающе посмотрели на него. Ведь для них прошло не так много времени, тогда как Гарри ждал воссоединения больше десяти лет.
- У тебя тоже случилось что-то хорошее? – спросила с улыбкой Гермиона. – Ты так давно не улыбался настолько беззаботной улыбкой.
- Я просто рад, что вы помирились, - ответил Гарри.
- Эй, вы на занятия не собираетесь? – окликнул их Симус. И засмеялся, увидев, что они вздрогнули от неожиданности и засуетились, спешно доедая завтрак.
Вместе сидеть за партой, перекидываться записками и болтать о всякой ерунде вроде квиддича, а потом спешно делать домашние задания, которые нужно было написать еще неделю назад, веселье в красной гостиной. Как разительно все это отличалось от того, что Поттер видел последние годы своей жизни. Должно быть, это действительно не было ни лучше и ни хуже, просто все было иначе. Гарри окунулся в море ностальгии, забыв обо всем. Путешествие в прошлое, сумасшедшая любовь, словно пламенем выжегшая его душу и повлиявшая на весь волшебный мир, все это превратилось в сон, когда он открыл глаза в спальне мальчиков Гриффиндора и увидел над головой красный с золотом полог. Гарри забыл о Марволо, о том, что ему нужно возвращаться домой, о том, что у него вообще есть этот дом.

- Мистер Поттер, Гарри, не мог бы ты остаться ненадолго? – позвал его профессор Слизнорт после урока зельеварения. Гарри остановился уже у дверей. Рон презрительно посмотрел на профессора, он все еще не мог простить зельевару, что тот не пригласил его в клуб Слизней. Гарри подтолкнул друга в спину, выгоняя его за дверь. Должно быть, Гораций снова попытается заманить его на очередную вечеринку или хочет похвалить за очередное хорошо сваренное зелье. Дверь за Роном захлопнулась. Они остались в классе наедине.
- Я бы хотел узнать, все ли в порядке с Гарри Поттером, - тихо спросил Гораций. Он отошел к своему столу и повернулся к собеседнику спиной, словно боялся говорить ему прямо в лицо.
- О чем вы, профессор? Со мной все хорошо, - удивленно посмотрел на него Гарри.
- Лорд Найджелус, этот мальчик... мне действительно хочется надеяться, что вы не причинили ему зла. Я знаю, вы всегда потакали своему воспитаннику во всех его капризах, но неужели сейчас вы продолжите потакать Сами-Знаете-Кому? Разве сами вы не говорили летом, что его нужно остановить? – на одном дыхании выпалил Слизнорт.
Гарри выдохнул, сдерживая свой первый порыв – достать волшебную палочку и приготовиться защищаться неведомо от чего.
- Как вы узнали? – быстро спросил он. Гарри столько репетировал с Блейзом, постарался узнать о своей прошлой жизни все, что забыл, и даже волшебную силу сдерживал как мог, чтобы Дамблдор не почувствовал, что Гарри Поттер стал намного сильнее, чем раньше.
- Я просто обратил внимание на то, как вы варили зелье, - признался Гораций. – Гарри талантливый мальчик, но он всегда все свои действия сверяет с книгой. Вы же слишком уверены в себе. Это понятно, вы же столько времени занимались опытами с Фламелями, да и для того, чтобы стать целителем, должно быть, много учились. Вы делаете некоторые вещи по привычке, потому что знаете: если бросили в котел лепестки фиалки – мешать нужно против часовой стрелки, иначе ни за что не добьешься результата, и вам не надо для этого смотреть в учебник...
- Я понял, что вы хотите сказать, - кивнул Гарри. Конечно, его успех на зельеварении в первом полугодии объяснялся книгой Принца-полукровки, однако он все же должен был очень внимательно читать ее, чтобы справляться. Найджелусу Певереллу совсем не нужно было делать это. Он не пылал страстью к зельеварению, но привык к нему и привязался за годы, которые провел у котла в попытках найти лекарство. – Не волнуйтесь, с Гарри все нормально. Спасибо за ваше замечание, я буду более внимателен.
Гарри направился к дверям, но отчаянный полустон профессора остановил его:
- Лорд Найджелус... Почему вы снова на его стороне? Летом вы были настроены совершенно иначе. Он чудовище, вы понимаете? Чудовище!
- Я знаю, Гораций, - пожал плечами Гарри. - Но это не значит, что я перестану любить его.
- А он вас? – тихо уточнил Слизнорт. Он обернулся к Поттеру. Гарри на несколько мгновений показалось, что профессор постарел лет на двадцать разом. Его взгляд выглядел обреченным.
- Я надеюсь, - улыбнулся Поттер. – А впрочем, мне все равно.
Он вышел из кабинета и догнал Рона и Гермиону, которые обеспокоено ожидали его около окна.
- Все в порядке, идемте обедать? – предложил Гарри.
- Я еще хочу забежать в библиотеку, - поспешила сообщить Гермиона. – Нужно поискать кое-какую информацию по рунам.
- Гермиона, займешься этим после занятий, - простонал Рон.
- Гарри! – Поттер обернулся на голос. Если говорить честно, то сейчас ему бы хотелось остаться в одиночестве и подумать. Он собирался оставить друзей и закрыться в туалете. Гораций неосторожно вывел его из той иллюзии, которой молодой волшебник позволил овладеть собой. Гарри Поттер сейчас находился где-то в маггловском мире. Он же совсем другой человек и проблемы у него совсем другие. К тому же сегодня следовало вернуться домой хотя бы на несколько часов, а он забыл об этом и даже не подумал о том, как убежать из Хогвартса.
Окликнул его Колин Криви.
- Профессор Дамблдор велел передать тебе, что ждет тебя в своем кабинете. Срочно! – сообщил парень. – А, и еще, что он любит лакричные палочки.
- Последнее, несомненно, самое важное, - буркнул Рон. Гарри усмехнулся реакции друга и насмешливому выражению лица Криви. Поттер сразу понял, что речь идет о пароле.
- Если так срочно, то пойду, - сказал он друзьям и поспешил в нужном направлении. Вызов его насторожил. Гарри помнил, что весь шестой курс директор приглашал его для бесед о Томе Реддле, где показывал частенько подделанные воспоминания. А еще Альбус просил Гарри достать воспоминания Слизнорта, но подробности вспомнить оказалось сложно, а Блейз ничем не смог помочь в этом вопросе, потому что младшая версия, похоже, темнила с этой темой даже перед Забини.
Но вполне возможно, что речь сегодня пойдет совсем о другом. Может быть, за дверями кабинета его будет ждать Орден Феникса в полном составе, и они попытаются задержать одного из самых опасных сторонников Темного Лорда? Гарри на всякий случай приготовил волшебную палочку, пока чудесная лестница за горгульей поднимала его к кабинету директора. На самом деле он сомневался, что сможет отбиться, если они все кинутся на него, однако глупо было бы пренебрегать шансом убежать. Он замер на секунду перед дверями, прислушиваясь к голосам внутри, готовясь шагнуть внутрь, а потом услышал ласковый голос директора:
- Гарри, мой мальчик, заходи.
Он шагнул внутрь, готовясь увидеть все, что угодно. Внутри было не так уж много людей, и Поттер выдохнул с облегчением, прежде чем напрягся вновь. В кресле напротив директора сидела женщина, которую Гарри видел только на фотографиях – миссис Забини. У окна стоял Снейп, парочка авроров наблюдали за всем со стороны. Наконец-то волшебники начали разбираться с исчезновением Блейза Забини. У Поттера уже была заготовлена легенда, так что он не особо волновался. Другое дело, что впервые он должен был так близко столкнуться с директором. Раз уж Дамблдор все еще ничего не знает, то этот разговор не должен дать ему что-то заподозрить.
- Проходи, садись. Чаю? – радушно предложил Альбус.
- Спасибо, - ответил молодой волшебник, пытаясь изобразить робость и смущение под взглядами остальных присутствующих.
- Гарри, ты догадываешься, почему мы позвали тебя? – продолжил директор, наливая чай и ставя чашку напротив того места, куда сел Гарри. Поттер нарочито покосился на мадам Забини.
- Конечно, он знает, - процедил Снейп. – Не настолько же он идиот.
- Северус, - строго оборвал его Альбус. – Гарри, нам известно, что между тобой и мистером Забини были довольно тесные отношения, поэтому...
- Хватит этого! – громко прервала старика женщина. Она подалась к Гарри и посмотрела прямо на него своими яркими горящими глазами. – Мальчишка, немедленно отвечай, где мой сын? Ты знаешь, где он? Что ты с ним сделал?
- Он ушел, но я не знаю куда, - ответил Гарри, имитируя страх. Наверняка, уже было обнаружено, что Блейз собрал вещи и ушел сам. Единственная трудность – объяснить, почему он это сделал, но Дамблдор все облегчил, сказав, что знает об отношениях слизеринца и гриффиндорца. Гарри постарался заставить себя покраснеть хоть немного. – Как вы и сказали, о наших отношениях стало известно слишком многим людям, понимаете? В любой момент об этом мог узнать Темный Лорд. Даже в школе, директор, есть его шпионы...
-Мы уже говорили с тобой об этом, Гарри, - строго покачал головой Альбус. Молодой волшебник подавил ухмылку. Конечно, Дамблдор по-прежнему не хотел слушать обвинения в адрес Снейпа и Малфоя.
- Да, профессор, как бы там ни было, но Блейз испугался, что Темный Лорд будет преследовать его за отношения со мной. И поэтому решил бежать.
Директор кивнул в задумчивости и смерил Гарри оценивающим взглядом. Поттер постарался выглядеть как можно более встревоженным поступком Забини.
- Это не логично, - зло фыркнула мать. – Если он так боялся, то мог просто придти ко мне, я помогла бы ему.
- Может, он не хотел подвергать вас опасности? – предположил Гарри. – Или не доверял вам?
Поттер хорошо знал, что верен последний вариант. Блейз никогда не питал сильных родственных чувств к матери, а она, кажется, отвечала ему тем же. В период, когда отношения мальчишек еще были достаточно близкими, они немало наговорили друг другу о своем прошлом, детстве и семье. Если бы выбор стоял между безопасностью Гарри и безопасностью матери, Забини выбрал бы возлюбленного. Да и Блейз сомневался, не является ли мать сторонницей Волдеморта.
- Много ты знаешь!
- О Блейзе? Достаточно.
Внезапно в душе поднялось чувство резкой антипатии к этой женщине, которая не смогла дать сыну достаточно любви. Злость подогревалась еще и тем, что сам Гарри поступит в будущем еще хуже, чем она сама.
Женщина отстранилась, гневно прищурившись.
- Где он? Раз у вас такие хорошие отношения, то почему он не остался? Почему поддался страху?
Она все же достаточно хорошо представляла себе, как мыслит ее ребенок. Блейз бы действительно ни за что не ушел, если бы не потянулся за Гарри. Он бы остался с возлюбленным до последнего, даже если бы весь Слизерин восстал против него. Ведь в итоге он умер, так и не предав Гарри.
- Я не знаю, где он, но уверен, что когда придет время, Блейз вернется, - уверенно ответил Поттер. Он надеялся, что такой ответ сделает его очень похожим на себя прежнего.
Взрослые молчали, оценивающе глядя на него. Видимо, они сами еще не пришли к мнению о том, что сделать, если Гарри не захочет отвечать. Поить Избранного сывороткой правды или обвинять в чем-то в сложившихся обстоятельствах министерство никогда не решилось бы. Дамблдор, как всегда, позволял ему действовать по наитию. Единственные, кто был полон решимости выяснить правду – Снейп и мать Блейза, но вряд ли их желания будет достаточно.
- Гарри, ты точно не хочешь ничего рассказать нам?
- Нет, профессор.
- Он лжет! – заявил Снейп. – Наверняка знает, где Забини. Поттер, вы подвергаете своего любовника нешуточной опасности. Хогвартс – самое безопасное место в Англии.
- Значит, он не в Англии, - ответил Гарри, небрежно махнув рукой и улыбнувшись. Он мгновенно понял, что сделал что-то не то, потому что Снейп вдруг сделал шаг назад, явно с трудом совладав с собственным выражением лица. Гарри пришла в голову запомнившаяся еще с лета фраза Горация: «Зельевары замечают все мелочи». Учитывая, что Северус совсем недавно общался с Найджелусом Певереллом, стоило быть с ним осторожнее.
- Ах, ты все-таки знаешь, где он, - прошипела мадам Забини. – Отвечай! Ты понимаешь, что если Сам-Знаешь-Кто найдет его, то Блейза убьют?! Все из-за того, что ты любишь трахаться с парнями!
- Как будто я в этом один участвовал, - буркнул Гарри.
- В твоем положении нужно уметь сдерживаться и не подвергать опасности людей, которые тебе дороги, - откликнулась ведьма. Гарри нечего было ответить на это. С высоты своего двадцатисемилетнего возраста он понимал, что она права, но Забини говорила это одинокому испуганному шестнадцатилетнему мальчишке. Взгляд на секунду упал на чашку, стоявшую на столе. Как же хотелось запустить ею в кого-нибудь. Гарри сжал кулаки, сдерживая порыв.
Они так и не добились от него в итоге ничего. Гарри ушел, хлопнув дверью. Следом быстро удалились авроры и разозленная мадам Забини, пообещавшая, что не оставит это просто так. Дамблдор и Северус остались в кабинете вдвоем.
- Ты заметил в Гарри что-то подозрительное? – спросил директор после некоторой паузы.
- А должен был? – невозмутимо переспросил Снейп.
- Он назвал Волдеморта Темным Лордом, - пояснил директор. – Раньше никогда такого не было.
- О чем вы, директор? – нахмурился декан Слизерина. – В чем-то подозреваете своего Золотого мальчика? Даже его непроходимой тупости и самодовольства не хватило бы на то, чтобы перейти на сторону Волдеморта.
- На сторону Тома, конечно, нет. Но Найджелус - совсем другое дело. Лорд Певерелл может быть весьма очаровательным, когда хочет. Когда он преподавал в Хогвартсе, молодежь у него с рук ела, - задумчиво сказал директор.
- Я думаю, вы ошибаетесь, - ответил Снейп. – Возможно, это дурное влияние Забини, тогда нам только на руку, что Блейз сбежал.
- Я беспокоюсь об этом мальчике, если он действительно так опасался Тома, то ему следовало придти ко мне.
- Может и лучше, что не пришел, - буркнул Снейп, вспомнив свои обманутые надежды. – У меня скоро занятия, нужно идти.
- Да, разумеется, - улыбнулся ему Альбус.
Он отлично видел, что в какой-то момент Гарри очень хотелось швырнуть в мадам Забини чашку. Какая отвратительно знакомая привычка.
Северус, в отличие от своего наставника, в котором поведение Гарри заронило семя сомнения, уже ни в чем не сомневался. Он действительно видел Найджелуса Певерелла совсем недавно, на похоронах Джейсона Принца, который после сорока лет игнорирования все же согласился признать полукровного внука своим наследником. Конечно, доступ к наследству Северус должен был получить только в случае, если женится на чистокровной ведьме и вместе с ней продолжит род Принцев. Именно Певерелл уговорил старика поступить с внуком так. Северус был ему благодарен, поэтому подходил к лорду Найджелусу поговорить во время похорон. Тот казался действительно расстроенным гибелью старого друга. Глаза у него были на мокром месте, и он осторожно промакивал уголки белоснежным платком. Рядом с ним стоял недовольный молодой мужчина, в котором многие узнали Темного Лорда. На чей-то недоуменный вопрос он снисходительно пояснил:
- Все же когда я был ребенком, он часто появлялся в нашем доме.
Тем не менее, сейчас мысли Северуса больше занимал до боли уже знакомый жест, которым Найджелус отмахнулся от него, когда Снейп спросил, не посоветует ли ему лорд Певерелл хорошую невесту.
- Из меня отвратительная сваха, - покачал головой Най. – Все браки, что я устроил, оказались неудачными.
Самое печальное, что тот же жест досконально повторил Гарри Поттер несколько минут назад. Конечно, его можно легко сымитировать, но мальчишка явно сделал это машинально и даже не обратил внимания.
Северус не мог не думать о том, что они сделали с настоящим Гарри? Похитили и держат где-то? Убили? Тогда Блейз, скорей всего, погиб вместе с возлюбленным. Забини был человеком как раз такого склада. Снейп дал клятву защищать сына Лили любой ценой. Однако прежде чем делиться тревожными новостями с Дамблдором, он хотел поговорить с Найджелусом. Альбус отзывался об этом человеке положительно, и у Северуса были причины полагать, что Певерелл действительно был неплохим человеком, единственным недостатком которого оказалась привязанность к Волдеморту. Возможно, этот волшебник нашел способ спрятать Гарри и Блейза в безопасном месте, оградить от войны и Волдеморта. Поттер, бесшабашный мальчишка, которым он был в течение пяти лет учебы, никогда не согласился бы бросить друзей. Однако последние полгода мальчик сильно изменился, и Снейп уже не знал чего от него ждать.

Выбраться из замка удалось через все тот же ход под гремучей ивой. Оказывается, никто так и не заметил, что защита повреждена. Гарри прошел до Визжащей хижины и спокойно аппарировал, хотя такая простота и вызвала в нем подозрения. Время было позднее, так что коридоры родного поместья оказались путы. Возможно, все уже спали и не ждали его сегодня. Однако в кабинете Темного Лорда кипела бурная деятельность.
- Вряд ли сейчас общественность благосклонно примет законы против магглорожденных, - упрямо твердил Руфус Скримджер.
- Кого волнует мнение общественности? – сварливо отвечала Белла. – Они должны подчиняться сильнейшим!
- Я, конечно, не знаю, как у вас обстоят дела с ресурсами, но не думаю, что вы потянете полноценную войну с авроратом и Орденом Феникса, - отозвался Руфус.
- Мне казалось, что аврорат, как впрочем и все министерство, на нашей стороне, - холодно возразил Волдеморт. – Или я не прав?
- Вы не правы, - храбро ответил министр. – Я подчиняюсь лорду Найджелусу. А я уверен, что он не одобрит подобные законы. Тем более, мне очевидно, в какую сторону вы планируете развивать их. Нет, если не будет прямого приказа от Ная, я не стану этого делать.
Темный Лорд достал палочку так быстро, что Скримджер успел только вздрогнуть и отшатнуться от него, но если бы заклинание было произнесено, то министру нечего было бы ему противопоставить. Все же Руфус не зря служил долгое время главой департамента правопорядка – смелости ему было не занимать.
- Если я начну делать это, станет очевидно, что вы завладели министерством. Дамблдор этого так не оставит.
- Дамблдор скоро умрет, - усмехнулся Волдеморт. Он направил свою палочку на Скримджера, дразня его. Руфус подавил порыв выхватить свою. Возможно, у него был бы шанс в драке один на один, но в кабинете находилась Белла, Люциус и еще несколько Пожирателей, которые наверняка присоединились бы к развлечению.
- Возможно, прежде чем ссориться, вам следовало поискать компромисс? – поинтересовался Гарри в самый напряженный момент, разорвав оцепенение, несколько минут владевшее помещением. – Что за законы о магглорожденных? Первый раз слышу.
- Гарри, ты здесь, - констатировал Волдеморт. – Ожидал тебя завтра.
- Я вижу, - ехидно подтвердил Поттер. – Что происходит?
Руфус явно вздохнул с облегчением и поспешил показать Гарри документы.
- Это закон о регистрации магглорожденных. Так же планируется создать специальную комиссию, которая займется определением того, откуда магглорожденные взяли свою магию, с целью выявления случаев хищения магии.
- Первый раз слышу подобную глупость, - поморщился Поттер. – К чему это? – он внимательно посмотрел на своего супруга.
- Чтобы мерзкие выродки знали свое место! – воскликнула Белла.
- Вас не спрашивали, леди Лестрандж, не забывайте о своем месте, - оборвал ее Поттер. – Выйдите все.
Пожиратели помялись мгновение, но вышли после кивка Темного Лорда.
- Пользуешься тем, что меня нет дома? – спокойно поинтересовался Гарри, едва за последним волшебником закрылась дверь.
- Ты же не думал, что я этим не воспользуюсь? – холодно уточнил Волдеморт.
- Я знал, что ты что-то предпримешь, но положился на своих людей, - кивнул Гарри. – И не напрасно, как вижу. Руфус проявил храбрость, достойную Гриффиндора.
- И глупость.
- Все же это странный закон, - вернулся к теме Поттер. – Может, нам стоит придумать что-то другое, чтобы показать магглам их место?
Волдеморт не ответил ни да, ни нет. Он собрал бумаги со стола в аккуратную стопку.
- Мы никогда не сможем договориться в этом вопросе.
- Я знаю, - кивнул Гарри. – Но давай попытаемся, мы же смогли договориться по множеству других.
Темный Лорд усмехнулся и качнул головой.
- Ты скучал по мне?
- Четно говоря, новые впечатления так опьянили меня, что я совсем забыл о тебе, - виновато признался Гарри. – А ты? Или был слишком занят, плетя интриги?
- Я ждал пятьдесят лет, два дня это ерунда, - небрежно сказал он. А потом быстро обошел стол и, к восторгу Гарри, впился в его губы жадным поцелуем, заставив задыхаться и стонать в забытьи.
- Не смей говорить мне, что не скучаешь обо мне каждую минуту своего глупого существования, - прошипел Марволо ему в ухо, когда, наконец, оставил губы и начал покрывать мокрыми обжигающими поцелуями все лицо, шею. Они прижались к стене и, опровергая собственные слова о том, что совсем не тосковали друг по другу в разлуке, принялись раздеваться прямо там.
Гарри все же не мог решить, что лучше - прошлое, настоящее или будущее. Наверное, ему было хорошо везде, где был Марволо. Но все же... все же... как прекрасно было хоть ненадолго представить, что эта ненормальная тоска и страсть друг к другу, пережившая полвека, всего лишь ночной кошмар.