Глава 31
Взяться за голову. Начать жить по-человечески. Абстрагироваться. Перестать себя жалеть. Понять, чего я хочу. Закрыть долги. Усерднее тренироваться. Почитать про заклинания для ОД. Взяться за голову. Начать....
Как зацикленный список дел повторялось в моей голове на протяжении круглых суток. Это уже даже перестало отвлекать.
Отказ Фреду стал хорошим пинком под зад. Хотелось доказать самой себе, что я это сделала не просто так. Что я действительно хочу измениться. Но не признать, что Фред был прав, невозможно. Быть рядом чуть ли не 24 часа в сутки и притворяться, что между нами нет ни малейшей искры, крайне тяжело.
Даже сейчас, за завтраком, когда он обсуждает всякие глупости вместе с Джорджем, я не могу перестать вслушиваться в их болтовню, изредка посмеиваясь.
— ...да на кой черт кому-то вообще может пригодиться шляпа, которая делает голову невидимой?
— Чтобы напугать Профессоров?
— Есть же миллиард других, гораздо более оригинальных способов!
— И, если ты вдруг не заметил, все из них мы уже перепробовали.
— Да эта шляпа может быть хороша только чтобы над почти безголовым Ником поиздеваться! И то, я даже не могу здесь придумать достойную шутку.
— Потому что у тебя отстойное чувство юмора.
Их разговор постепенно заглушил шум.
— Боже, опять... — чуть ли не завыла я, увидев, как рой сов влетает в Зал, и закрыла голову руками.
— Не бойся, я как рыцарь защищу тебя! — с напускным героизмом воскликнул Фред, пододвинулся ко мне, взялся за край своей мантии и накрыл мою голову ею.
— Они здесь абсолютно каждый день в одно и то же время прилетают, почему тебя это удивляет? — усмехнулся Рон, высматривая среди сов знакомую.
— Да она как будто на завтрак ходит. Спит до талого. Готова даже до обеда голодной ходить, лишь бы не вставать.
Я, удобно находясь прямо под боком у Фреда, ткнула его локтем в ребра. Тот поспешно замолчал, но обиженно убрал руку с мантией с моей головы, не забыв по пути по обыкновению переполошить мои волосы. В это же время на стол прилетел привычный номер "Ежедневного пророка". Гермиона по обыкновению тут же раскрыла его и принялась читать, а Гарри как бы невзначай поинтересовался:
— Ну что, есть там что-нибудь интересное?
— Да будто ты не знаешь, что там пишут... — отмахнулась Гермиона. — ...сомневаюсь, что в этот раз они выдадут что-то оригина.... Боже!
Вся наша компания одновременно подняла взгляд на Гермиону, а те, кто сидели на одной лавочке с ней, включая нас с Фредом, вскочили и встали сзади нее, выглядывая из-за её плеча и пытаясь прочитать газету.
Первым делом в глаза бросились десять чёрно-белых колдографий, от которых я едва ли не вздрогнула. Десять жутких, пугающих как своей изможденной внешностью, так и поведением людей красовались на первой полосе. Кто-то из них скалился, выпучив глаза, кто-то тарабанил по невидимой четвёртой стене, отделяющей изображение от реального мира, а кто-то беззвучно закатывался безумным смехом. От такого зрелища пошёл холодок по коже, а ведь это лишь колдографии. Под каждой из них было подписано имя и преступление. Одно жёстче другого.
"Август Руквуд
Осужден за передачу секретных сведений министерства Магии Тому-Кого-Нельзя-Называть.
Антонин Долохов
Осужден за зверское убийство Гидеона и Фабиана Пруэттов"
Хм, Антонин Долохов... Звучит по-странному знакомого. Либо же просто дело в том, что у него славянские имя и фамилия.
"Беллатриса Лестрейндж
Осуждена за пытки, нанёсшие непоправимый вред здоровью Фрэнка и Алисы Долгопупс."
"Долгопупс?!" – возник вопрос в моей голове, но я так и не успела его озвучить.
— Массовый побег из Азкабана. — прочитал вслух Джордж.
И лишь тогда я обратила внимание на заголовок. Нам понадобилось не меньше половины минуты молчания, во время которого мы лишь тревожно переглядывались, чтобы уложить это в голове.
— Это Пожиратели Смерти, да? — тонким голосом спросила я, не желая верить в это.
— Да. Читайте дальше.
— Министерство опасается, что "Душа заговора" старых Пожирателей Смерти - Блэк. — продолжил Джордж отстранённым голосом.
— Что? Какого чёрта опять Блэк? — возмутился Фред, перебив брата.
— У них Сириус главный козёл отпущения. Пора бы привыкнуть. — недовольно сказал Гарри.
— Не было бы Сириуса, сказали бы что им помогли сбежать соплохвосты, но никак не...
— Тсс! — прошипела Гермиона. — Говорите о таком тише! И вообще, лучше читайте про себя.
"Вчера поздно вечером Министерство магии сообщило, что из Азкабана совершён массовый побег.
В ходе беседы с репортёрами у себя в кабинете министр магии Корнелиус Фадж подтвердил, что несколько часов назад из камер строгого содержания совершили побег десять заключённых, о чём, ввиду особой опасности беглецов, он уже проинформировал премьер-министра маглов.
— К великому сожалению, повторилась ситуация, с которой мы столкнулись два с половиной года назад, когда из тюрьмы бежал убийца Блэк, — заявил вчера вечером Фадж. — И между этими происшествиями нельзя не усмотреть взаимосвязи."
— Ну да, а еще нельзя не усмотреть взаимосвязи между этим побегом и вторым пришествием Волан-де-Морта, но вы с этим отличное справляетесь. — вслух прокомментировала я, чувствуя, как у меня закипает кровь от этой вселенской глупости и несправедливости.
— Рина, не так громко! — возмутился Рон.
"Побег подобного масштаба предполагает помощь извне, и следует помнить, что Блэк, первым в истории вырвавшийся из Азкабана, идеально подходит для роли такого помощника. Мы считаем весьма вероятным, что бежавшие преступники, в числе которых кузина Блэка Беллатриса Лестрейндж, группировались вокруг своего вожака Блэка."
— Беллатриса кузина Сириуса?! — удивленно воскликнула я, ощутив себя в драматичном сериале, который крутят по вечерам на канале для домохозяек.
На этот раз на меня зашипели все, Гермиона вновь отругала, а Фред и вовсе закрыл мой рот рукой, и все спокойно продолжили читать.
"Тем не менее мы прилагаем все силы к задержанию преступников и просим волшебное сообщество проявлять бдительность и осторожность. Ни в коем случае нельзя приближаться к этим лицам."
— Теперь я понимаю... — тихо сказал Гарри, уставившись в пустоту.
— О чем ты?
— Вчера вечером я чувствовал его радость, ликование... Это были очень сильные эмоции. Теперь понятно, в чём причина.
— Я не думал, что Волан-де-Морт начнёт набирать обороты настолько быстро...
— Даже не представляю, какой сейчас переполох в Ордене Феникса.
— А в министерстве? Фадж наверняка себе места не находит. Вон, смотрите, даже Амбридж какая-то нервная.
— Я удивлена, что они не решили всё это скрыть, и сделать вид, что ничего не произошло. — почесала затылок Джинни.
— Дело слишком громкое. Правда всё равно бы всплыла. И был бы сильнейший скандал, что Министерство укрыло от нас правду, подвергнув людей опасности. — пояснила Гермиона. — А Министерству сейчас ни процента доверия терять нельзя.
— Знаете, если после ТАКОГО до народа не дойдет, что что-то не так, то человечество обречено. На беспросветную тупость. Более очевидного доказательства правоты Гарри уже просто не придумаешь! — в приступе обострённого чувства справедливости воскликнула я.
— Фред, ты на кой черт её затыкать перестал? — усмехнулся Джордж.
— Я думал она перебесилась.
— Но ведь с Риной не поспоришь. Может хоть это им что-то да даст понять. — со слабой надеждой в голосе сказала Джинни.
Пока за пределами учительского стола всё было тихо. Все спокойно завтракают и готовятся к занятиям. Ученики редко читают ежедневный пророк. По крайней мере сейчас. Но такая новость недолго будет оставаться незамеченной. Дело времени, когда информация о том, что самые опасные преступники сбежали из тюрьмы, станет причиной для обсуждения номер один.
Сидеть и вместо завтрака переваривать свалившиеся как снег на голову новости мы можем бесконечно, но уроки никто не отменял из-за кучки преступников. Поэтому мы, потеряв аппетит и побросав наполовину полные тарелки, встали и разошлись в разные стороны на занятия. Выходя из зала, я кинула взгляд в сторону стола Слизерина. Уж они то точно должны что-то знать. И правда, атмосфера у них будто слегка поменялась. Но как бы я не блуждала глазами по змеиному столу, никак не могла найти хоть сколько-то интересных и значимых личностей, чья реакция что-то разъяснила бы.
— Да осторожней ты, смотри куда идешь. — проворчал Фред и взял меня за плечо, тем самым остановив.
Я ойкнула, повернула голову в сторону дороги и судорожно вздохнула, едва сдержав еще один "ой".
На длину всего коридора распластались идущие куда-то Слизеринцы, которые буквально светились от счастья. Конечно, ведь наверняка для половины из них наконец-то из тюрьмы вышли их родственники. Слизеринцы с довольными ухмылками переговаривались, но, увидев нас, сменили тон и как бы невзначай выставили вперёд одного из главных героев – Эдриана.
— Разворачиваемся и уходим нахрен. Я даже дышать с ними одним воздухом не хочу. Он точно отравлен. — с отвращением прошептал Джордж, взял меня за второе плечо и попытался развернуть, но мы с Фредом остановились как вкопанные.
Я думала лишь о том, как бы узнать от них хоть толику информации. Как их спровоцировать на диалог? Хотя, это бессмысленный вопрос, ведь одно наше существование является для них провокацией.
— Эй, ребята, ну куда вы. — кинул нам Малфой, даже не успев подойти. Так ему не терпелось поделиться своей радостью со всем миром. — Сегодня такой замечательный солнечный день, не правда ли? Куда вы торопитесь, до занятий еще куча времени.
— А чего вы такие хмурые, будто смерть свою увидели? — усмехнулся Эдриан, и остальные подхватили его смешок.
Он сделал ещё шаг вперед навстречу ко мне и уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но то, как близнецы сделали пол шага вперед, загородив меня своими плечами, уж больно Эдриана позабавило.
— Как вы печётесь о своей принцессе. Это даже мило. Жаль, что ни ей, ни вам, уже ничего не поможет, не так ли? — он наклонился так, чтобы его глаза были на уровне моих, и рассмеялся прямо мне в лицо, глядя сквозь плечи Фреда и Джорджа.
— Десятью идиотами больше, десятью меньше, какая разница? — с как можно более сильным нахальством сказала я, распихав близнецов. Хочу видеть его наглые глаза без препятствий.
Это моё высказывание, ожидаемо, вызвало волну недовольства со стороны Слизеринцев, от кого-то даже послышались оскорбления.
— Большая, солнце. — со снисхожденим ответил Эдриан. Эта его манера говорить со мной как с глупым ребенком выводит меня из себя как по щелчку пальцев.
— От таких идиотов как ваши, будь их хоть сотню, толку не будет никакого. Не нужно судить по ним. Главное ведь качество. — подхватил Теодор Нотт.
— Сколько они лет в Азкабане пробыли? Пятнадцать? — спросил Фред, которого явно задело уничижительное высказывание в сторону Ордена.
— Ты нам предлагаешь бояться кучку недолюдей, которые пятнадцать лет питались гнилым хлебом, не практиковались в магии и ежедневно становились завтраком, обедом и ужином для дементоров? — подхватил Джордж.
— Забавно, когда такие как вы говорят о чем-то так, будто в этом разбираются, не правда ли? — усмехнулся Малфой.
— Это лишь первый, символический шаг. Можете верить, что он нам ничего не даст. Может вы даже и правы. Но самое главное в этом то, что это – только начало. Мы доказали, что можем сделать невозможное. — почти шёпотом произнес Эдриан, приблизившись еще сильнее. Их прямое отношение к сбежавшим преступникам – явно не то, о чем можно прямо кричать на весь коридор, но это не отменяет гордости Слизеринцев за Пожирателей и за связь с ними. — Знаешь, сейчас самое время сделать правильный выбор. Этих идиотов мы рядом с собой в любом случае не вытерпим, но вот за тебя я могу замолвить словечко и дать тебе второй шанс. — подмигнув, ещё тише сказал он.
От такой наглости я даже потеряла дар речи на несколько секунд, но все же взяла себя в руки и сказала:
— И как это, после того как я была такой "чертовски невыносимой" всё это время, ты вдруг решил, что готов меня потерпеть? — я, в отличие от него, и не пыталась что-то скрыть от проходящих мимо учеников. Будет здорово, если все как можно скорее узнают о том, что Пожиратели сбежали из тюрьмы, и что Эдриан – последний мудак.
— Ты просто можешь оказаться полезной нам. А мы можем оказаться полезными тебе. Тебя ведь ничего не держит на стороне мнимого добра. Даже наоборот. С нами у тебя гораздо больше общего.
Эдриан протянул мне правую руку для рукопожатия.
"— Я сам не вижу смысла во вражде между факультетами.
Все что происходит на поле должно оставаться на поле." — эхом произнёс Эдриан из моих воспоминаний. Несколько месяцев назад он точно также стоял с протянутой мне рукой и говорил о том, как хочет мира. И это никак не вязалось с тем Эдрианом, которого я вижу сейчас.
— Засунь свои идиотские предложения себе в задницу и затолкай поглубже. — прошипел Фред, ударив Эдриана по протянутой руке, и тут же приобнял меня за плечо, заставив сделать пол шага назад.
— Так вот что её держит на вашей стороне? — усмехнулся Эдриан, потирая ушибленную руку. — Ты типа её возлюбленный?
— Я типа её не твое блять деланный.
Интересно, как бы всё было, если бы ещё несколько месяцев назад Фред точно также ударил бы Эдриана по руке, взял меня и увёл оттуда?
— Эд, забей. Это та потеря, которую мы уже точно переживем. — Уоррингтон положил руку на плечо Эдриану и повёл его прочь.
— Знай, потом, даже если будешь сильно плакать, не возьмем. — закатил глаза Монтегю и пошёл следом.
— Ты слишком высокого мнения о себе, Джонсон. Рано или поздно это тебе ой как аукнется. — сказал Малфой мне вслед, и они, всей своей компанией пошли дальше по коридору, громко смеясь и расталкивая на своем пути младшие курсы.
Мы развернулись и проводили их взглядом, как вдруг я краем глаза заметила, что Фред начал доставать из внутреннего кармана мантии палочку.
— Убери. Это того не стоит. — сказала я Фреду.
— Дай я хотя бы Эдриану волосы подожгу. Мы не можем его просто так отпустить.
— Успокойся. Мы же не мелкие пакостники. Настоящее возмездие ещё впереди. Подожди немного, и отыграешься за всё сразу. — успокоил брата Джордж, и это, что не удивительно, как нельзя лучше помогло. Фред убрал палочку, но прожигающего взгляда со спин Слизеринцев не убрал.
— Погодите, что значит "настоящее возмездие"? — удивлённо спросила я.
— Вот чёрт, это же должен был быть сюрприз! — театрально схватился за голову Джордж.
— Ну Джордж, я же просил держать это в секрете!
— Что это значит?
— Ничего особенного. Просто мы сделаем всё, чтобы наш уход из школы больше всего запомнился не только Амбридж, но и Эдриану. Это дело чести. Мы не можем уйти, не попрощавшись с ним красиво.
— Знаете, я иногда вас до жути боюсь.
— Тебе боятся нечего, не переживай. Мы прощаем тебе все испорченные нервные клетки.
— Нет, ну правда, зачем вам это всё? Даже я не стремлюсь ему отомстить и давно уже забила! — конечно же это ложь, мне нескоро станет все равно, но я научилась жить, не обращая на него внимания.
— Это меня и напрягает! Ты мне неделю мстила, когда я твои чернила поменял на исчезающие, когда ты писала эссе по Зельеварению. Неделю! А к этому кретину откуда столько доброты? Может ты к нему ещё и вернешься?
— Не перегибай. Я лучше вместо пожирателей в Азкабан сяду. Там хотя бы кормят гнилым хлебом, а не пустыми обещаниями. Я просто пытаюсь жить дальше, оставив его в покое.
— Так а он тебя не собирается оставлять в покое, как ты это не поймёшь! Ему же нравится измываться над тобой. Либо ты его, либо он тебя.
— Мерлин, Фредди, хватит ревновать Рину. — закатил глаза Джордж. — Нашёл к кому.
Мы с Фредом кинули на него мрачный взгляд.
— Ладно, простите, я по привычке. А ведь когда это не шутка, это уже не так смешно. Но прекратите уже ссориться из-за этого идиота. Какая разница что он там собрался делать Рине, если ты с ней как курица наседка везде носишься? Не верю, что говорю это, но мы такими темпами опоздаем на ЗОТИ. Вставайте по разные стороны от меня и пойдёмте. У меня обезболивающие закончились, я не хочу на отработку.
***
Как ожидалось, новость о сбежавших пожирателях смерти быстро распространилась по все школе. И, что не могло не радовать, как и ожидалось, это породило атмосферу сомнения среди учеников. Только на моих глазах к Гарри подходили три человека и извинялись за то, что не верили ему. Это не могло не радовать нас и не могло не злить Амбридж. И меры по "решению проблемы" она приняла очень быстро и привычным ей способом, но совершенно неудачным.
ПРИКАЗ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА ХОГВАРТСА Преподавателям запрещается сообщать ученикам информацию, не относящуюся непосредственно к предмету, для обучения которому они наняты. Основание: Декрет об образовании № 26. Подписано: Долорес Джейн Амбридж, генеральный инспектор.
Очередной глупый бессмысленный декрет. Их после пятнадцатого уже перестали воспринимать всерьёз, а конкретно этот и вовсе стал предметом бесконечных шуток. На одном из занятий по ЗОТИ Ли Джордан указал Амбридж, что в соответствии с новым правилом она не вправе выгонять Фреда и Джорджа из класса за то, что они играли сзади со взрыв-кусачкой, ведь она не имеет никакого отношения к её предмету.
Конечно же, этим вечером Ли вернулся в гостиную с кровоточащей рукой. Но на его лице была улыбка, которая свидетельствовала о том, что он ни о чем не жалел, и что близнецы ему, как другу, продали большую партию обезболивающего по абсурдно низкой цене.
Каким образом по мнению Амбридж этот декрет должен был ей помочь, я так и не поняла. То ли она боялась, что преподаватели настроят учеников против нее, то ли она боялась, что если ученики начнут её расспрашивать и тыкать носом в несостыковки, она не сможет ответить. Но что бы это ни было, это не сработало.
***
— В связи с недавними новостями, о которых, я думаю, все знают, нам придётся отложить отработку Патронуса на неопределенное время. — сказал Гарри, меряя шагам выручай-комнату.
По всему помещению эхом пронёсся разочарованный стон.
— Понимаю, вы расстроены, но последнее, о чем нам сейчас нужно волноваться – это дементоры.
— Ну да, они доказали, что угрозу они слабую представляют. — пошутил какой-то когтевранец в толпе, на что ответом были мрачные смешки толпы.
— Если кого-то я оборвал за шаг до создания телесного патронуса, — продолжил Гарри, — не стесняйтесь подходить ко мне или к Гермионе или к Рону после занятий, мы с вами лично поработаем, но пока тратить на это время общих занятий мы не можем. Сейчас нам в первую очередь нужно максимально обезопасить себя.
— Действия Волан-де-Морта и его приспешников максимально непредсказуемы, и мы в этом убедились. Сейчас, когда на свободе разгуливают Пожиратели Смерти, нам важнее всего научиться защищать себя и других. Потому что напасть и одолеть их, мы, как школьники, очевидно не сможем.
— Сегодня нужно в идеале отработать щитовые заклинания. Знаю, что вы и так это умеете, но всех нас учили отражать только несложные заклинания, которые на вас насылают такие же школьники как и вы. Ещё и некоторые из вас умеют выполнять их лишь вербально.
— На сегодня у нас задача довести до идеала "Протего", то есть уметь создавать щит вокруг себя, натренировать "Протего Максима", которое работает с более сложными и опасными заклинаниями, а также все должны уметь ставить щит в пространстве, то есть "Протего Тоталум". В конце занятия проведём небольшой экзамен: вы должны будете невербально отразить наши заклинания тремя разными способами. Все из них мы так или иначе затрагивали, так что проблем возникнуть не должно. Сейчас разбейтесь на пары и начните отрабатывать щитовые чары. И да, не используйте друг на друге слишком опасные заклинания, особенно если не уверены в том, что партнер сможет их отразить. Можете приступать.
Все разбились по привычным им парам, и я, быстро найдя глазами Джинни, подошла к ней.
— Нет, Фред, Джордж, расходитесь. Вы больше вместе не встанете. — тут же замахал руками Гарри. — То, что выручай-комнату можно восстановить, не значит, что её нужно разваливать.
— А какого ты результата ожидал, давая нам такие заклинания?
— Какие такие? Ты про заклинание левитации? Расходитесь сейчас же.
Джордж закатил глаза и тяжело вздохнул, но всё же отошёл от брата, взял за руку Джинни и повел её к свободному уголку. Мы тут же начали возмущаться, но меня также быстро схватил за руку Фред.
— Вот вообще не лучше если честно. — закатил глаза Гарри.
— Тогда сам ищи того, кто захочет со мной встать...
— Да и я не то чтобы желанием горю. — пробубнила себе под нос я.
— Не надо на меня так смотреть, Гарри. Мы будем тихо. Ладно, обещать того, чего не сделаю, не буду, но выручай-комнату не взорвем. Клянусь.
— Ладно, разбивайтесь на пары как хотите, но встаньте туда, подальше от Джорджа и Джинни. Если ваш дуэт еще пережить можно, то квартет из вас слишком убийственный.
— Пусть сами отходят. Отсюда Захарию не видно, его колонна загораживает. — прыснул Фред.
Гарри лишь тяжело вздохнул и, махнув рукой, пошел к Гермионе и Рону. Я могу поклясться, что слышала, как он бубнит себе под нос что-то вроде "за что мне всё это".
— Мне его даже жалко как-то. — глядя вслед Гарри, сказала я. — Может зря ты ему так мозги компостируешь?
— Это не я ему мозги компостирую, это он предвзято ко мне относится. Я вообще-то очень спокойный и уравновешенный. Ну, когда надо.
— Конечно. Только проблема в том, что тебе это никогда не надо.
Фред передразнил меня, отошёл на несколько шагов и достал палочку.
— Вставай уже по-человечески и давай начинать отрабатывать. Кто нападает первый?
— Тот, кто знает, что лучшая защита – это нападение. — загадочно сказала я, махнула плащом и встала в стойку.
— Вот так Гарри на нашем экзамене и скажешь. Давай, готовься, сейчас буду нападать. Начну с обезоруживания.
— Вот так своему противнику и скажешь.
Фред закатил глаза и сделал вид, что хочет отвернуться, но резко направил на меня палочку с возгласом:
— Экспеллиармус!
Я едва успела поставить блок, и заклинание, отразившись, улетело куда-то в стену.
— Эй! А вот это уже подло. — усмехнулась я и сделала пару шагов Фреду навстречу.
— Противнику также скажешь?
— Ты не знаешь о таком понятии как золотая середина? Сейчас пойдешь к Захарии тренироваться. Вон он, на тебя смотрит, явно ждет. — я махнула голову куда-то за плечо Фреду и, когда тот развернулся невербально применила к нему обезоруживающе заклинание.
Он даже не успел ничего понять, как я словила его палочку и отбежала на несколько шагов назад, припрыгивая от радости за свою мелкую шалость.
— А вот это не подло?! — с невероятным возмущением спросил Фред и побежал на меня.
Я тут же направила на него обе палочки, что заставило его остановиться.
— Даже не пытайся напасть на вдвойне вооруженного человека.
— Ну и ладно, больно мне нужна палочка. Мое главное оружие – мой мозг. — загадочно сказал он, постучав пальцем по своей голове.
— А какой в нем смысл, если патроны закончились?
— Эй! — возмущенно рассмеялся Фред. — Так, всё, отдай палочку, а то я сейчас Гарри пожалуюсь.
— О нет, прошу, только не Гарри. — театрально умоляющим тоном ответила я и кинула ему его палочку.
— Давай, я отыграюсь. Нападай.
Я закатила глаза, но все же произнесла:
— Экспеллиармус.
— Протего! — Фред успешно отразил заклятье, но отшатнулся на шаг назад.
Я повела бровью и тут же наслала обезоруживающее заклинание невербально, и вместо того, чтобы его отразить, Фред невероятно ловко увернулся от заклинания.
— Да ты издеваешься! — возмутилась я.
— А что не так? Палочка же всё ещё у меня.
— Что ж когда мы отрабатывали Флиппендо, ты вместо использования заклинания просто не пинал предметы?
— Пинал. Но просто забавы ради. — усмехнулся Фред. — Да ладно тебе, я что виноват, что ты этот Экспеллиармус посылаешь постоянно, его уже скучно блокировать.
Я тяжело вздохнула и вновь направила на Фреда палочку.
— Давай что-нибудь посильнее. Может тебя обездвижить? Или подвесить над землей?
— Попытаться обездвижить, выражайся корректнее. — поправил меня Фред, но увидев выражение моего лица замялся. — Да всё, всё, нападай.
Я задумалась на секунду, усмехнулась и выпалила:
— Аква эрукто!
— Проте... Погоди, что?
Секундная заминка привела к непоправимому: струя воды ударила прям в лицо Фреду. Он попытался закрыться от нее руками, но из-за этого лишь промок еще больше. Я недолго его мучила, но лишь из-за того, что смеяться, сгибаясь в три погибели, и колдовать одновременно было очень тяжело.
Фред пару мгновений приходил в себя, после чего зачесал мешающиеся мокрые волосы назад, попытавшись принять самый непринуждённый вид из всех возможных.
— Что ж, я уже говорил, что привычные способы весьма скучны? Так они еще и бесполезны...
Я была так ослеплена смехом, что заметила, как Фред бежит на меня и сорвалась с места слишком поздно. Ему понадобилась лишь несколько секунд, чтобы догнать меня, обхватить руками со спины и остановить с такой резкостью, что мои ноги приподнялись от земли.
— Фу, Фред, ты мокрый! — воскликнула я, чувствуя, как промокает спина моей рубашки. — И холодный!
— Правда? Боже, ну и напасть. Как же так вышло? — самым саркастичным тоном спросил он и поволок меня к тому месту, где мы тренировались. — И как ты это терпишь, бедолага?
— Ну отпусти ты уже! — проскулила я и, в попытке освободиться, полуразвернулась на него.
Мы пересеклись взглядами, и глаза Фреда вдруг почему-то округлились. Он резко отпустил меня и отошел на шаг назад.
— Я одного понять не могу: — начала я, стараясь заполнить неловкое молчание. — Вы такие вещи творите с заклинаниями, так почему у тебя такие проблемы с протего?
— Потому что я предпочитаю сталкиваться с проблемами лицом к лицу, а не избегать их. — с напускной гордостью ответил Фред.
— И к чему это тебя привело?
— Ни к чему — он, не теряя ни секунды, направил на себя волшебную палочку и применил осушающее заклинание.
— Ты же понимаешь, что это самое базовое защитное заклинание, без которого никуда?
— Ну давай, ты мне ещё нотации прочитай. — закатил глаза Фред и направил палочку с теплым отсушающим воздухом на меня, заставив меня зажмуриться. — В этой комнате и без тебя учителей хватает.
— Я не нотации читаю, а пытаюсь помочь. Если ты вдруг забыл, то я твоих учителей учила некоторым заклинаниям. Я понимаю, что у тебя голова на плечах пошатывается, но потерять то её окончательно никому не хочется. — непривычно серьёзно сказала я и уставилась прямо в глаза Фреду, который немигающим взглядом смотрел в стену. — Чего молчишь?
— Пытаюсь придумать шутку про почти безголового Ника, но что-то не выходит.
— Мерлин... — тяжело вздохнула я, перехватила палочку и отошла от Фреда на несколько шагов. — Давай ещё раз. Я на тебя нашлю заклинание, а ты отбейся. Может, если как следует присмотрюсь, пойму в чем дело. Готов? Экспеллиармус!
— Протего!
Защитные чары сработали успешно, но все равно были слишком неустойчивыми, из-за чего Фред вновь покачнулся, едва устояв на ногах.
— Ну конечно! — озарило меня. — Пока ты будешь так дергать рукой, да ещё и под углом, так и будешь едва ли с ног не валиться.
— Чего? А как надо тогда?
— Просто ведёшь снизу вверх и резко на половину вниз. — сказала и показала я. — Должна быть ровная прямая линия. Ну нет, не так ведь! Слишком размашисто, ты пока так палочкой взмахнешь, на тебя десять проклятий наложить успеют. Почему у тебя рука так ходуном ходит?
— Да не понимаю я, чего ты от меня хочешь! Я всё нормально делаю, просто это не моё заклинание.
Я тяжело вздохнула, закатила глаза и подошла к Фреду. Он удивленно посмотрел на меня, когда я встала справа от него и положила одну руку на его кисть, держащую палочку, а вторую для удобства на плечо, но ни слова против не сказал.
— Это одно из самых элементарных движений. — я подняла его руку, провела линию вверх и затем быструю короткую линию вниз. — Не нужно размахивать всей рукой, начиная от плеча. Зафиксируй и его, и локоть. Ты можешь действовать только кистью, и тогда точно будешь успевать ставить блок. Понял?
— Ага...
— Тогда попробуй сам. — я отпустила его кисть, но мне понадобилось меньше секунды, чтобы схватить её обратно. — Ну нет же! Я для кого тут распинаюсь? Зафиксируй локоть. — я убрала вторую руку с плеча, обвила ее вокруг правой руки Фред и схватила за предплечье, держа настолько крепко, насколько могла, чтобы он им не дергал. — Сосредоточься и работай кис-тью.
— Слушай, Рина, не пойми неправильно, но если ты продолжишь так близко стоять, то сосредоточиться я не смогу. — с плохо скрываемым под раздражение смущением сказал он.
Я ещё несколько мгновений осознавала поступившую информацию, после чего, зардевшись, чуть ли не отпрыгнула от Фреда и неловко закашлялась.
— Противнику на поле боя также скажешь? — отшутилась я.
— По крайней мере я уже знаю что это его собьет с толку. — буркнул Фред и вновь выставил палочку перед собой. — Давай, нападай, противник.
Я отошла от него на несколько шагов и попыталась обезоружить. На этот раз, отразив заклинание, Фред лишь едва пошатнулся и, что более важно, вовремя среагировал.
— Уже лучше. Если ещё прекратишь палочку пол углом ставить, цены тебе не будет. Она должно проходить четко вдоль оси твоего тела. Даже если ты, допустим, лежишь, то движение палочки должно быть параллельно движению линии твоего позвоночника. Понял?
— Понял. — промямлил Фред.
— Ну и что ты понял?
— Что надо создавать вредилки, связанные с щитовыми чарами. Какие-нибудь плащи. Да, непростительные заклинания они отражать конечно не смогут, но мелкие и средние...
Я нервно хмыкнула.
— А учитывая то, что у тебя с щитовыми чарами сильные проблемы, заколдовывать плащи будет Джордж? — со слабой надеждой в голосе спросила я. — Так ведь..?
Фред поднял голову и посмотрел на меня с той улыбкой, которая никогда не предвещала ничего хорошего.
— Мерлин... — вздохнула я.
— Даже не будешь отпираться?
— Я уже смирилась. Тут хоть задумка благородная. И смысл есть. Но это тебя не освобождает от обязанности отработать щитовые чары. Ставь палочку наготове.
Ещё несколько попыток. А затем еще несколько. Стоит отдать Фреду должное, он невероятно способный. С каждой попыткой он становился всё лучше и лучше. Он явно из тех, о ком бы профессора из Колдовстворца говорили бы "способный, но ленивый" и "может, когда хочет". В конце концов, я даже решилась заменить обезоруживающее заклинание на что-то более серьёзное. И Фред наконец-то смог идеально его отразить, даже несмотря на то, что сильно удивился непредвиденной смене заклинания.
— Да! Именно так! — радостно воскликнула я и подбежала к нему. — Молодец. Умничка. Видишь, и ведь совсем несложно? Зато ты сейчас гораздо более в безопасности. — на радостях я подошла совсем близко, зловеще смеясь потрепала Фреда по голове, да так, что все его волосы встали дыбом. — Ха-ха, всегда мечтала так сделать!
— Если ты так радуешься, потому что думаешь, что я теперь не буду тебя просить помогать нам с вредилками, то зря.
Всё-таки он очень плохо маскирует смущение под раздражение.
***
— Да это просто грёбаный цирк! — возглас Ли Джордана пронесся по всей гостиной Гриффиндора. — Квиддич – не её ума дело, на кой чёрт она в него лезет? Она из вредности хочет, чтобы мы проиграли?
Гриффиндорская команда по квиддичу и прочие заинтересованные люди, узнав о печальном известии, в секунду навели в помещении такой шум, что те немногие младшекурсники, что засиделись в гостиной допоздна, разбежались по своим комнатам.
— Да при чем тут вообще проигрыш! Мы этих Пуффендуйцев с закрытыми глазами разнесём. Они так-то тоже только что узнали о том, что матч перенесли.
— Ага, только вот у них матчей не было с прошлого года, и все это время они изучали нас как соперников. А у нас последний матч сколько недель назад был..? — добавила щепотку пессимизма в котел истерии я.
— Погодите, если не для нашего проигрыша, то для чего вообще Амбридж нужен весь этот "цирк"? — недоуменно спросил Рон.
— Ты совсем глупый? — вспылила раздражённая Алисия. — Это всё грёбанная политика! Из-за сбежавших пожирателей, Гарри наконец начали верить. Все только и говорят о сомнениях в Министерстве. Учителей она заткнула своим очередным декретом. Но запретить ученикам разговаривать друг с другом на темы, не связанные с учебой, не в силах даже ей. А знаешь самый легкий способ заставить всех прекратить говорить о шокирующей новости? Подкинуть на растерзание толпе другую шокирующую новость, которую все начнут обсуждать, позабыв о предыдущей.
— Для Амбридж самый вредный и опасный факультет – Гриффиндор. — подхватила Кэти. — Половина Когтеврана предпочитает оставаться в "дипломатическом нейтралитете", да и с нами у нас уже матч был, а вот Пуффендуйцы тоже не из самых послушных, еще и вечно за справедливость, и матч с ними нам только предстоит. Поэтому его и перенесли.
— И думаете им это поможет?
— Уже помогло. — угрюмо ответил Гарри. — Как минимум, мы, вместо того, чтобы воспользоваться моментом и переманивать колеблющихся на свою сторону, сейчас думаем о том, как бы с горящими сроками не продуть матч. И права проиграть мы не имеем.
— Да... Наша команда состоит из Гарри и его соратников, не скрывающих свою позицию. Проиграем – на нас все обозлятся, и не захотят выслушивать ни в чём. Глупо, конечно, из-за проигрыша в школьном матче ставить свою жизнь под такую угрозу, но это то как работает чертов мозг школьников.
Обреченное молчание длилось пару секунд, ровно до того момента, как Гермиона вдруг резко встала и начала собирать вещи.
— Эй, ты чего?
— У меня есть идея, как все исправить. Или же хотя бы подправить. И вам, ребята, не понадобиться ничего делать ради этого. Кроме Гарри, конечно же.
— В смысле? Что ты придумала?
— В смысле кроме Гарри?
— Я в...
— ...библиотеку. — хором продолжили за Гермионой Гарри и Рон, но та остановилась и уставилась на них как на совсем глупых.
— Нет, в совятню. Неважно. Меня не ждите.
— Терпеть не могу, когда она так делает. — буркнул Рон.
— В общем, я постараюсь до завтра перестроить график тренировок. На завтраке или обеде вам сообщу о нём. Нужно увеличить количество тренировок минимум в два раза. И не пытайтесь торговаться.
— Мы и не думали. Давайте постараемся ребята. Если нас уделает Захария Смит, можете начинать искать нового загонщика в ту же секунду.
— Двух. — подхватил Фред.
— И охотника. — присоединилась я.
— Сразу троих.
— В таком случае и капитана нового ищите.
— Э, вы чего, на меня это все скинуть решили? — возмутился Рон.
— Ты должен был сказать, что тоже уйдешь, дубина.
— А вы только спите и видите, чтобы я ушел.
— Ну не из команды же! Всего-то из дома.
Рон передразнил Фреда себе под нос, скрестил руки на груди и насупился.
— Как думаете, насколько мы можем доверять плану Гермионы?
— Процентов на 90. Но что бы она там не придумала, это всё ещё не решит наши проблемы с квиддичем. Так что...
— Тренируемся до потери пульса, да-да.
— Я хотел сказать "Идите набираться сил и решимости", но... твоя формулировка мне нравится больше.
— Ну уж нет, я пошел набираться сил и решимости в срочном порядке. Фред?
— Эссе. — лишь ответил он, на что Джордж, пожав плечами, поднялся в спальню.
— Для Зельеварения? — спросила я, параллельно кивая всем остальным в знак прощания.
— Именно.
— Я тоже его не сделала. А сдавать завтра, да?
— Послезавтра.
— Ну хоть так. А то я и предыдущий еще не сдала.
Фред сел на диван и я уселась рядом. Все остальные не торопясь разошлись по своим комнатам. Время близится к ночи, как-никак.
Между нами же повисло молчание. Мы сидели, уставив взгляд в камин, и совершенно не спешили доставать пергамент и перья.
— А ты хоть учебники брал из библиотеки?
— Конечно нет.
— И я нет.
После этого короткого диалога мы, и не пошевелившись, продолжили наблюдать за мерцающими языками пламени. Нам было что обдумать, прежде чем мы смогли бы начать выполнять домашнюю работу. Хотя, если быть честными с самими собой и друг с другом, то стоит признать, что эссе – это последнее из-за чего мы здесь
— Переживаешь? — спросил Фред после пары минут молчания.
— Чуть-чуть волнуюсь. Не знаешь, чего ожидать от этого всего. Вот бы у нас был жучок. Как тот, который отправляли вместе со мной в Орден. Подкинули бы в гостиную к Слизеринцам и все бы узнали. — мечтательно ответила я, откинувшись на спинку дивана.
— А может и не узнали бы. Они еще дети. К тому же глупые дети. Кто им доверит тайны?
— Но ведут они себя так, будто они там главные.
— Вести себя так, будто они центр Вселенной у них в крови, так что не аргумент. Как вспомню их поведение в Большом зале, аж передергивает. Еще и говорят загадками...
— Хочешь их поразгадывать? — спросила я, чувствуя, что он не просто так уводит разговор в эту степь.
— Немного. А то есть одна, которая не даёт мне покоя дольше, чем следовало.
— И какая же?
— Что имел в виду Эдриан, когда говорил, что с ними у тебя общего больше, чем с нами? Сначала я думал, что отгадка в том, что вы встречались, но потом понял, что это бред, ведь после расставания у вас из общего только общая неприязнь друг к другу.
Похоже, его это действительно беспокоит, при чем долго.
— Звучит так, будто ты меня в чем-то подозреваешь.
— Ни в коем случае. Просто... Просто хочу знать тебя. — совершенно спокойно сказал Фред, будто это не самая трепетная фраза, которую мне когда-либо говорили.
— В таком случае я сама себя не знаю. Потому что я тоже не поняла, что он имел в виду. Хотя, подозрения есть... Но я не хочу их озвучивать, пока не уверена наверняка.
— Это связано с отцом, да?
— Да. — тише обычного ответила я.
— Боишься, что он заодно с этими людьми?
— Он то? Ну уж нет. Он посуду-то даже под дулом пистолета мыть не будет, а тут такое. Слишком запарно для такого слизняка паразита как он. Слишком много ответственности. Он бы испугался.
— Просто... Я понимаю, что ты не маленькая девочка, — неловко начал Фред, — но лето не за горами, и мне страшно от мысли, что ты поедешь обратно в свой дом. Мы эту тему еще давно поднимали, но тогда все было совсем по-другому. Конечно Джинни тебе наверняка об этом не так давно говорила, но... В общем, не хочешь летом пожить с нами?
Я грустно усмехнулась и затеребила край юбки.
— Ты же сам видел, как тяжело мне дались несколько дней в штабе Ордена в Рождество, а тут целые летние каникулы. Я же с ума сойду.
— Хочешь, я попрошу маму чтобы она тебе нашла чем заняться на все лето, чтобы ты себя виноватой не чувствовала? У нас всегда полным полно работы по дому. Знаешь, сколько у нас гномов в саду? Постоянно их выгонять приходится. Ты может с ними как со своими собратьями хоть поговоришь, вдруг договоришься и они по-хорошему уйдут уже с концами.
— Эй! — возмущенно прошипела я.
— Да ладно-ладно, я же шучу. В общем, ты просто скажи, что тебе нужно, чтобы не чувствовать себя плохо у нас дома. Но не возвращайся туда, где тебе так опасно.
— Не переживай за меня. Я и правда не маленькая девочка. Дожила же как-то до такого возраста, при чем не используя магию. А тут вернусь домой совершеннолетней. Кто кого еще кошмарить будет.
— Но ведь можешь и не возвращаться! Что тебя там держит?
Я смущённо отвернулась, опустила взгляд вниз и съёжилась. Но вдруг я почувствовала, как Фред берет меня за руку и сжимает её.
— Знаешь, иногда у меня ощущение, что я знаю о тебе всё. Что ты любишь есть, а что ненавидишь, как долго спишь, как быстро бегаешь, над какими шутками смеешься, какие заклинания терпеть не можешь, даже какие ошибки в словах допускаешь... Но порой я понимаю, что не знаю о тебе абсолютно ничего. Ничего о том, что было до 1 сентября. Будто может и существовали те места, но не ты в них. С кем ты дружила в Колдовстворце? Чем ты там занималась? Какие забавные истории оттуда у тебя остались? Почему тебя оттуда выгнали? Ну или не выгнали, я ведь понятия не имею, что было... В конце концов, что творится у тебя дома?
— Ты же понимаешь, что я предпочитаю молчать об этом, потому что ответы на эти вопросы тебе не понравятся, и мне очень трудно об этом говорить?
— Разве молчать не труднее? И мы с тобой дружим достаточно, чтобы я заслужил доверия, тебе так не кажется?
Я посмотрела на Фреда и задумалась.
— Ты не так часто разговариваешь так серьёзно... Видимо, для тебя это и правда важно.
— Представь себе, для меня может быть важным что-то кроме мелких пакостей и мечтаний о своём магазинчике.
— Тогда что для тебя сейчас важнее всего знать? Я разорвусь, если расскажу сразу обо всём. Давай я ещё немного помучаю тебя неизвестностью и расскажу лишь о чём-то одном.
Фред всерьез задумался, и лишь спустя полминуты выпалил:
— Расскажи о своей семье. С моей-то ты знакома, и очень даже близко.
— Малфой ведь все рассказал ещё на нашем со Слизерином матче: матери у меня нет, а отец меня бьет. — буркнула я, насупившись. Это именно та тема, на которую я хотела говорить меньше всего.
— А я хочу услышать обо всём не от Малфоя и его неадекватного восприятия мира, а от тебя.
Я молчала ещё с минуту. Я никогда никому не рассказывала о своей семье. Хотя и об этом всё равно постоянно каким-то образом узнавали. И эту информацию всегда использовали против меня. А тут я должна сама, добровольно предоставить всю информацию, которая сделает меня уязвимой?
Заметив мои сомнения, Фред придвинулся ближе и сжал мою ладонь уже обеими руками.
Я вдохнула побольше воздуха в лёгкие и заговорила:
— О маме я ничего не помню. Это странно, хоть я и была малышкой, когда она умерла. Мне кажется, прямо перед своей смертью она что-то сделала, чтобы я о ней забыла. Чтобы не сожалела. Не скучала. Не плакала. И у неё получилось. Но в обмен на это я всю жизнь живу с чувством вины за то, что не грущу. И с чувством, что я забыла что-то важное, но вот-вот вспомню. Как слово, которое вертится на языке.
— Мне жаль.
Его грустные, даже немного испуганные глаза меня так невовремя смешили. Всегда так. От нервов хочется смеяться, когда совсем не смешно.
— С отцом у меня всегда отношения были натянутые. — поборов себя и сдержав даже ужмылку, продолжила я. — Ему было тяжело со мной в детстве. На него навалилось очень многое. К тому же, смерть его жены очень сильно его подкосила. Я думала, что когда я пойду в школу, перестану ему мозолить глаза и приносить проблемы, то всё станет лучше. Я перестала пытаться добиться его внимания, перестала из раза в раз надоедать, в попытках заслужить любовь. Стала прислугой, которая почти не появляется дома. Но, несмотря на мои ожидания, с возрастом всё становилось только хуже. Упреки становились всё более абсурдными, а наказания всё более жестокими. А я всё никак не понимала, за что я это заслужила. И до сих пор не понимаю.
— С чего ты вообще взяла, что ты это заслужила? Почему ты будто бы пытаешься выгородить его, когда рассказываешь об этом кошмаре?
— Потому что его тоже что-то тревожит. Всё время, что я его знаю. Но он не может мне довериться. Мы же семья. Я верю, что мы сможем жить нормально, если наконец обо всём договоримся, спокойно, без истерик. Он единственный родной человек, который у меня остался. — я перешла почти на шёпот и почувствовала, как у меня дергаются плечи, а дыхание становится сбивчивым. — Знаешь, я верю, что если произойдёт что-то действительно страшное и серьёзное, он меня защитит. Я до сих пор помню, как в детстве я поздно гуляла, меня окружили какие-то пьяницы, а он их разогнал и увёл меня домой. Он так перепугался, что потом до полуночи читал мне нотации и очень сильно отругал. — я на секунду задумалась и ещё тише прежнего добавила — И первый раз ударил.
Я поджала губы, чтобы не заплакать. Надо как-то абстрагироваться. Будто рассказываю доклад. Так будет проще. Нельзя вкладывать так много чувств в этот рассказ.
— Рина... — невероятно жалостливым тоном сказал Фред и приободряюще приобнял меня. — Ты правда думаешь, тебя больше некому защитить, случись что? Да Джинни за тебя любого порвёт и не будет при этом бить.
— Джинни-то? Ещё как будет. — грустно усмехнулась я.
— Ладно, не лучший пример. — Фред вздохнул и задумался на пару секунд. — Я ведь тебя не обижу. И больше никому не позволю.
— Я правда благодарна тебе за это.
Я наконец решилась взглянуть ему в глаза и постаралась улыбнуться. Фред же высвободил вторую руку, притянул меня за талию и обнял обеими руками.
— Так что пожалуйста, не усложняй мне работу по защите тебя.
— Я научилась давать ему отпор в двенадцать, не переживай.
— Это меня и пугает. — Фред сжал меня ещё сильнее, будто одним этим движением пытался защитить от всего мира.
Нельзя размывать границы.
Но пусть этот запрет начёт действовать только через несколько секунд. Или минутку.
Нет, надо остановиться, иначе границу уже перейду я.
Я разомкнула руки, положила их Фреду на плечи и отстранилась.
— Знаешь, это не очень по-дружески... — оправдалась я.
— Да, точно. — он убрал руки и, будто не зная куда их теперь деть, неловко почесал затылок. — И что ж тогда по-дружески?
— Наконец начать писать эссе?
— Ну не-ет, Мерлин. — взвыл Фред, закатив глаза. — Обязательно было всё портить? Я сейчас спать пойду.
— Не надо, погоди! — засмеялась я, хватая привставшего с дивана Фреда за руку.
— Ну всё так ведь здорово начиналось! Всё, ты убила момент, я пошёл.
_______________________________________
бебебебебебебе))))
обещала начать сюжетку в итоге глава проходная ну а кто хороший (точно не я)
за то что долго не выкладывала не извиняюсь даже не пытайтесь вызвать чувство вины я слишком старая чтобы считать что обязана что-то делать за бесплатно (все еще жду когда мне напишут в личку и скажут что будут мне платить лишь бы я выпускала главы почаще (ни разу не намек))
Последнюю сцену скорее всего перепишу, хз он мне чет не нравится, если все-таки перепишу дам знать на своей странице