Глава 29: Патронус
— Неужели?
— Мы дождались?!
Вся выручай-комната радостно загудела, даже посыпались аплодисменты.
— Да, но... Да тише вы, тише. Знаю, вы уже очень давно хотите научиться заклинанию Патронуса, и этот день наконец настал, поздравляю. — развел руками Гарри. — Но давайте немного терпения, не забывайте, что Патронус – очень сложное заклинание. Его не просто так нет в школьной программе. Это уровень куда выше. И вам потребуется усердно трудиться, чтобы научиться ему, и еще усерднее, чтобы действительно им овладеть, а не просто научиться выпаливать сноп искр. Куда усерднее, чем...
— И бла-бла-бла... Гарри, прекрати бубнеть, умоляю. — театрально зевнул Джордж.
— Для патронуса ведь нужно быть счастливым? А ты своими речами похуже дементора всю радость высасываешь. Мне из тоски прикажешь Патронуса делать? — подхватил Фред.
Гарри раздражённо выдохнул и закатил глаза.
— Прежде чем вы начнете, отыщите в своей голове самое счастливое воспоминание. Это может быть как какое-то конкретное событие, так и что-то абстрактное. Или это даже может быть кто-то, кто делает вас счастливым. Всё что угодно, что вызовет у вас приятное умиротворение на душе, которое не нарушит никакой внешний фактор. Не торопитесь, подумайте. Это, можно сказать, самая важная часть в овладении патронусом.
Зал на минуту погрузился в полную тишину. Все сосредоточенно смотрели в никуда, пытаясь отыскать то самое воспоминание. Кто-то напряжённо хмурил брови, в какой-то момент кто-то начинал улыбаться себе под нос, а кто-то растерянно оглядывал других, будто искал у кого списать ответ на такой сложный вопрос.
Только в этот момент я вышла из роли наблюдателя и осознала происходящее.
Я, как и все, с нетерпением ждала этого занятия. Оно столь долгое время было тусклым, но всё же лучиком света в конце коридора, до которого лишь стоит дойти, и всё будто бы должно наладится.
Но голова слишком забита всяким хламом вперемешку с алхимическими формулами. И нельзя было заранее предупредить, что именно сегодня будет Патронус? Я бы хоть выспалась. Хотя вряд ли бы это помогло, только вдобавок и контрольную по зельеварению завалила бы.
— Экспекто Патронум. — тихим, но уверенным голосом сказал Гарри, прерывая тишину прежде, чем я успела даже задуматься о счастливых воспоминаниях. Из его палочки полилась невесомая серебряная струя, устремившись куда-то вперёд. За несколько мгновений она начала обретать черты животного. Туловище, копыта, голова и размашистые рога. Благородный олень не бежал, а плыл по полу, перебирая ногами. Все разошлись, пропуская его, словно он не был чем-то нематериальным. Десятки восхищенных взглядов устремились на это светящееся полупрозрачное животное, которое вслед за махом палочки воспарило вверх, оставляя за собой серебристый след. Олень поскакал почти к самому потолку, после чего устремился вниз, в толпу, и в ней же растворился прежде, чем кто-то успел испугаться.
На секунду в комнате повисла тишина, но через мгновение ее прервали аплодисменты. Завороженная этим представлением, я так и не успела к ним подключиться и лишь восхищенно взглянула на Гарри. Разве магия должна так сильно удивлять того, кто всю жизнь живёт среди неё? Но патронус я вижу впервые, и это поистине волшебное явление.
Глаза учеников, и без того горевших желанием научиться этому заклинанию, загорелись еще сильнее. Дай им чуть меньше такта и ума – и они тут же пойдут махать палочкой направо и налево, крича "Экспекто патронум".
— Неужели и мы так сможем?
— Обязательно. Все до единого. Я вам это обещаю. — тепло улыбаясь, сказал Гарри. — Но это займёт больше времени, чем остальные заклинания. Нам потребуется как минимум три долгих занятия, посвящённых разучиванию самого заклинания. И ещё желательно выделить парочку, чтобы потренировать вас в условиях, близким к условиям присутствия дементоров. Может, удастся найти боггарта или что-то вроде... Вызвать патронус в светлой безопасной комнате среди своих друзей далеко не так сложно, как на поле боя.
— Начинай быстрее, пока тебя не съели заживо. — похлопал его по плечу Рон, видя, что все едва ли не подпрыгивают на месте от возбуждения.
Сегодня все слушали Гарри куда внимательней. Даже шебутные близнецы прилежно повторяли все его действия, а Захария ни разу не попрекнул "наставника" в чём-либо. Такими увлеченными и старательными я давно не видела этих уставших детей. За несколько часов никто даже не думал передохнуть, а фраза "Экспекто Патронум" звучала за этот вечер столько раз, что будто перестала иметь смысл.
— Эй, эй, смотри! — похлопала меня по плечу Джинни, не отводя радостного взгляда от палочки.
Я обернулась и увидела, как из неё полился серебристый свет. Он даже начинал принимать форму какого-то большого животного, но быстро растворился, из-за чего начало казаться, будто это было лишь игрой воображения, так желавшего увидеть долгожданного зверя.
— Ого, ты молодец. Это большой прогресс. — сказал проходивший мимо Гарри.
— Это ведь не телесный патронус... Я так надеялась, что сейчас-то его получится вызвать.
— Телесного патронуса так просто и быстро не вызовешь. Да и знаешь, даже тем, что тебе удалось вызвать, можно было бы отпугнуть дементора.
— Он просто успокаивает меня, так ведь? — с невеселой усмешкой сказала мне Джинни, когда Гарри отошел.
— Не думаю. У тебя здорово получается. Ты продвинулась куда дальше остальных.
— Ага, особенно Гермионы. — она обиженно проводила глазами выдру, которая скакала по всей выручай-комнате последние несколько минут.
— Если бы мы все каждый раз расстраивались из-за того, что у Гермионы что-то получается быстрее и лучше, то давно бы попрыгали с астрономической башни.
Джинни угрюмо взглянула на меня, хмыкнула и все же немного расслабилась.
— А что там у тебя?
Я растерянно улыбнулась, сжала палочку и выставила её перед собой, ярко представляя перед собой магические узоры.
— Экспекто патронум. — почти шепотом, затаив дыхание, произнесла я.
Но эти слова будто бы были пустым звуком. Ровным счётом ничего. Даже какой-нибудь жалкой светящейся струи.
Я поджала губы и опустила голову. Неужели всё настолько плохо? Я ведь уже битый час стараюсь не меньше остальных.
— Ничего страшного, это ведь только первое занятие. — попыталась приободрить меня Джинни.
— Кто бы говорил. — с иронией ответила я.
— Просто попробуй другое воспоминание. Это нормально, что ты не смогла подобрать подходящее с первого раза.
Я кивнула и отошла чуть подальше, чтобы сосредоточиться на своих мыслях. Каждый раз, когда я произношу заклинание, у меня в голове совершенно пусто, поэтому удивляться и тем более расстраиваться нулевому результату не стоило бы. Я так зациклилась на технике, что совсем забыла, что не она играет здесь первую роль.
Присев на одну из подушек и оглядев остальных я поняла, что все уже неплохо продвинулись. Парочка животных уже время от времени бегали по комнате, пусть и очень недолго, в разных углах то и дело мелькали вспышки голубоватого света. Даже Невиллу удалось призвать что-то напоминающее патронус, пусть и отдаленно. Очень.
Я определенно делаю что-то не так. Но в голове всё ещё было пусто.
Я даже в теории не понимаю, о чём нужно думать. Может, радость за успехи других мне поможет?
— Экспекто патронум. — тихо произнесла себе под нос я, но вновь ровным счетом ничего.
Может, с палочкой что-то не так? Ну не может же не быть совершенно никакого результата.
Я повернула палочку несколько раз, оглядев ее со всех сторон и поднесла на свет. Вроде ничего необычного.
Я взмахнула ей, чтобы проверить палочку на другом заклинании, но сноп искр, который я хотела призвать, оказался чуть ярче, чем планировалась, и я тут же в панике замахала руками и начала дуть на кончик палочки, когда та потухла, будто это свечка.
— Рина, Рина, взгляни! — ко мне на всех парах, как мотыльки на свет, спешили близнецы, увидев во мне единственного человека, которому они ещё не успели похвастаться.
Я вновь вздрогнула и зачем-то убрала палочку за спину, но тут же осознала глупость этого движения, которого, впрочем, воодушевлённые близнецы и не заметили.
Они встали друг напротив друга, одновременно произнесли заклинание, и свет из их палочек, переплетаясь, начал образовывать что-то, что смутно напоминало животных и растворилось слишком быстро, чтобы понять, что это за зверь.
— Клянусь, это была птица!
— Нет, птица это мой патронус, а у тебя непонятная жижа. Ставлю ставки на то, что это бундимунд. Или соплохвост.
— Идиот, патронусом не может быть волшебное животное.
— Да вы оба идиоты, к Трелони не ходи, чтобы понять, что они у вас одинаковые. — усмехнулась я.
— Только не это. — Джордж многострадальчески прислонил тыльную сторону ладони ко лбу и плюхнулся на подушку рядом. — Я и так с ним делю лицо, комнату, бизнес и жизнь. — он поочередно загнул четыре пальца. — Так вы предлагаете еще и патронус?
— Интересно, а патронусов можно подписать? Как мама подписывала нашу одежду.
— Ты думаешь, мы их путать будем?
— Ты один раз перепутал мою тетрадь по зельеварению с сырьём для растопки печи. Так что да, конкретно ты будешь.
— Когда-нибудь до него дойдет, что это была не случайность. — наклонившись ко мне, прошептал Джордж.
— А у тебя как оно? — спросил Фред, присел рядом с другой стороны и толкнул меня локтем.
— Клянусь, если ещё хоть один человек ещё раз задаст мне этот вопрос, то всё плохо будет не только у меня.
— Расстраиваешься, что у тебя не получилось создать телесного патронуса и отогнать всех дементоров в радиусе десяти километров в первый же час? — с доброй издевкой спросил Фред, потрепав меня по голове. — Тебе нужно что-то делать с этим синдромом отличницы.
— Ха-ха, как смешно. — съязвила я, поправляя волосы.
— Это тебе чтобы не зазнавалась.
Но это меня и напрягало. У меня много проблем с теорией, но с практикой заклинаний всё всегда даётся, как правило, легко. Может, сегодня просто не мой день?
— Трудно зазнаться, когда у тебя получается примерно ничего.
— Тогда попробуй другое воспоминание. Я вот тоже думал, что воспоминание, в котором мы подложили навозную бомбу в кабинет Амбридж, подойдет, но пока не поменял его на что-то другое, у меня вообще ничего не получалось.
— Так что, Рина, в качестве самого счастливого воспоминания не подойдёт то, в котором ты подмешала нам в сок икательные конфеты.
— Да с чего вы взяли, что я именно его выбрала? — с очень искреннем возмущением воскликнула я. — То, где я подсыпала Фреду в котел огненный порошок, куда радостнее.
Близнецы усмехнулись и закатили глаза.
— Думаю, на этом мы на сегодня можем остановится. Вы все отлично поработали, но время уже очень поздно, так что заканчивайте и подходите к выходу. — громко сказал Гарри, и я поникла еще больше. Настолько безрезультатного занятия у меня ещё не было.
— Не переживай ты так. У тебя ещё есть два собрания. — ободряюще сказал Джордж и ткнул меня кулаком в плечо.
— А между ними столько дней, чтобы собраться с мыслями и откопать нужно воспоминание. — Фред также ткнул меня кулаком в другое плечо.
— Или приобрести.
— Не хотел я раскрывать карты раньше времени, но наш новый товар...
— А если быть точнее тестирование его на Амбридж...
— ...заставит призвать с первой же попытки патронуса даже человека, у которых счастливых воспоминаний нет от слова совсем. Хочешь покажем что за вредилка?
— Вы еще спрашиваете? — воодушевившись, спросила я и вскочила с места.
Близнецы заговорщически улыбнулись, схватили меня под руки, взяли свой чемоданчик и мы втроем побежали к выходу, разгоняя очередь.
***
— Судя по тому, что мы здесь, а не в Выручай-комнате, это что-то безобидное? — самонадеянно спросила я, когда мы расположились у камина в Гостиной факультета.
— Ты еще никогда так не ошибалась. — со смешком ответил Фред.
— Ну как сказать, по сути вполне безобидное, но вот когда мы начали мы это разрабатывать и тестировать, разгромили половину Выручай-комнаты и чуть не убили испытуемых. — Джордж отвёл взгляд в пол и неловко закашлялся.
— То есть друг друга.
— Хорошо, что выручай-комната – место, которое легко восстановить.
— Жаль, что мы – нет.
— А гостиная вам что плохого сделала тогда? — хмыкнула я, снимая мантию.
— В смысле? А... Да просто когда мы в прошлый раз пришли в выручай-комнату поработать, то случайно наткнулись на Захарию с его пассией.
— И время они зря не теряли.
— Меня это слишком травмировало. Я теперь вообще боюсь там появляться.
— Ты так на них матерился, что я уверен, что их это травмировало не меньше. И теперь Выручай-комната – это последнее место, которое Захария выберет в качестве места для свидания.
— Но я всё равно предпочитаю не рисковать так своей психикой.
— Зато не рисковать гостиной вы не предпочитаете.
— Вообще-то сейчас у нас всё под контролем!
— Мне напомнить что случилось в последний раз, когда вы так говорили? — я как бы невзначай взмахнула волосами и уставилась на них, но под виноватыми взглядами быстро сдалась. — Да шучу я, проехали. Показывайте уже, что вы там удумали опять.
Джордж с грохотом положил чемоданчик на стол, открыл его и достал оттуда флакончик с каким-то порошком.
— В общем, это не сама вредилка, а её, так скажем, "устранение". Вообще, суть в том, что... — начал объяснять он, но Фред его перебил.
— Погоди. — тот повернулся ко мне. — Дай руку.
— А без этого вот вообще никак?
— Ты мне не доверяешь?
— Мне кажется я на этот вопрос уже вполне внятно ответила.
Тогда Фред сам схватил мою руку и поднес к себе. Не обращая внимания на мои возмущенные восклики, он достал палочку и, нашептав себе что-то под нос, взмахнул ею.
Вдруг моя ладонь вспыхнула пламенем. Я испуганно вздохнула и принялась махать ей из стороны в сторону, надеясь потушить, но через пару секунд осознала, что совсем не чувствую боли. Лишь не очень приятное, но более чем терпимое покалывание. Я облегченно выдохнула и удивленно уставилась на близнецов.
— Ну как тебе?
— Что именно? Сердечный приступ или ваше новое изобретение?
— Это искусственный огонь. Впечатляет, да? Совсем как настоящий. Только не вредит абсолютно. Ни боли, ни разрушений.
— Вообще-то слегка пощипывает. Ай! — я вновь встряхнула рукой, но на этот раз от неприятных ощущений.
Фред резко выхватил у Джорджа склянку с порошком и высыпал его мне на руку. Огонь мгновенно потух, и я тут же начал ощупывать и осматривать свою руку на предмет повреждений. Как ни странно, она оказалась полностью целой.
— И правда впечатляет. Как вы его собрались использовать?
— На следующем занятии с Амбридж "подожжём" ей волосы. Или документы. Или и то и другое.
— Смотря насколько сильно выбесит.
— Если будем решать, отталкиваясь от этого, придется "сжечь" всю школу.
— А после такой зажигательной рекламной кампании пустим вредилку в продажу в виде какого-нибудь распылителя.
— Но, судя по тому, что я здесь, как сделать это в виде распылителя вы пока не представляете?
— За кого ты нас принимаешь? Неужели мы просто не можем с тобой поделиться своими успехами или показать тебе что-то хорошее, чтобы развеселить? — не на шутку возмутился Фред.
— Да или нет? — серьезно переспросила я.
— Да. И времени в обрез.
Я лишь усмехнулась, закатала рукава рубашки и села на диван, втиснувшись между ними.
— Рассказывайте давайте, что за заклинание и как вы до него додумались.
Джордж потёр руки и с энтузиазмом начал объяснять. Сразу после этого мы принялись за работу.
Голову пришлось ломать долго. К тому моменту, когда мы сообразили, как же можно решить проблему, гостиная уже опустела.
Но тихая и спокойная атмосфера полуночи то и дело нарушалась смехом, вскриками и бессмысленными разговорами.
Я и без того была уставшая, но после часа ночи или около того меня совсем начало клонить сон. И на мои попытки незаметно подремать мне отвечали постоянными тычками в бок, от которых я подпрыгивала на месте.
После пары часов мозгового штурма, усердия и труда мы приступили к куда более монотонной работе – производству множества экземпляров. Мы помогали друг другу не заснуть, рассказывая по очереди разные истории. В основном, понятное дело, дурацкие, но атмосфера ночи возымела эффект и порой проскакивали даже достаточно личные. Но в основном всё же дурацкие.
— ...после этого Чарли и перестал нам доверять. Но зато больше не называл детьми, и даже начал брать нас с собой на прогулки в лес.
— А помнишь, как он хотел над нами пошутить, и спрятался от нас, когда мы были в лесу, чтобы мы подумали, что потерялись?
— Это когда мы этого даже не заметили, в итоге вышли из леса сами, а Чарли искал нас до самого вечера?
— Ха-ха, именно. Бедному Биллу пришлось час по этому лесу бегать искать его... Эй, Рина-а... Джонсон! — вслед за парой мелких тычков последовал один сильный и резкий.
Я вздрогнула и поняла, что совсем задремала, случайно в упав носом Джорджу на плечо. Их диалог уже давно превратился для меня в неразборчивое бормотание, колбочка с тушительным порошком безжизненно упала и половина её содержимого рассыпалась мне на колени, а я сама уже видела смутные сны.
— Я не сплю... — пролепетала я, едва разлепив глаза. — Просто...
— Просто долго моргаешь, ага. — закатил глаза Фред. — Иди уже спать, ради Бога. У нас не так много товара, чтобы им так просто раскидываться. — проворчал он, стряхивая порошок с моих колен.
— Всё нормально. Я вообще бодрячком. Слушайте, может вы бодрящее зелье в продажу пустите? Скоро как раз экзамены, у вас их с руками разбирать будут.
— Фред, ради всего святого, запиши куда-нибудь. У нас тут энергии на троих процентов десять, на утро эту идею никто не вспомнит.
Дальнейшая часть диалога медленно но верно становилась невнятной. Веки даже при неимоверных усилиях стремились вниз, а мысли путались всё сильнее. Последнее, что я помню – чье-то ворчание, которое убаюкивало еще сильнее, теплые руки, куда-то укладывающие мою голову, и тяжелую мантию, вдруг оказавшуюся на моих плечах. А после – яркие сны.
— Я конечно очень не хочу нарушать эту картину, но всё же вы мне рассказали о своих грандиозных планах на первые уроки, и я не переживу, если вы их не исполните. — пробился голос сквозь сон.
Глаза наотрез отказывались разлипаться, а голова соображать, так что я лишь зевнула и поудобнее устроилась на единственном источнике тепла.
— Э-эй, подъем! Завтрак скоро закончится. — голос стал громче и чётче.
Вслед за воскликом последовал неприятный щипок в руку, и я резко проснулась и недовольно замычала. Голова будто свинцовая, а шея затекла просто до ужаса. Едва разлепив глаза, я увидела причину этого. И эта причина также была недовольна фактом пробуждения.
— Джинни, я сделаю тебе пожизненную скидку если ты прямо сейчас забудешь о нашем существовании. — проворчал Фред, сжимаясь в комочек.
Моя голова лежала на его плече, а его голова – на моей макушке. Я резко освободилась и выпрямилась, что произошло не без хруста всех возможных суставов, и Фред, потеряв опору, клюнул носом и что-то недовольно замычал.
Джордж громко зевнул и потянулся, я принялась разминать шею, а Фред положил голову на подлокотник дивана и вновь попытался уснуть.
— Я надеюсь это того стоило. — сказала Джинни, разглядывая один из готовых экземпляров, стоявших на столе.
— Который час? — промямлил Джордж.
— Половина девятого! Я уже с завтрака пришла. Бегите быстрее, я за вашими скляночками прослежу.
— Твою же... — прошептала я, многовенно очнувшись.
Мы переглянулись с Джорджем, вскочили с дивана и, взяв всё ещё не проснувшегося Фреда за шкирку, выбежали из гостиной.
***
Выручай-комнату заполонили разнообразные животные всех видов и пород. Время от времени попадались даже те, о существовании которых обычные люди, как правило, слышат лишь однажды и краем уха. Будь они настоящими, комната превратилась бы во вселенский хаос, но серебристые и безобидные звери лишь освещали её своим голубоватым светом, привнося только счастье и гармонию.
— Хватит так переживать. Нет ничего страшного в том, что у тебя всё ещё не получается. — уже несколько минут пытался успокоить меня Гарри. — Я, честно говоря, удивлен, что всем всё так быстро и легко далось. Даже быстрее и легче, чем мне, а у меня ведь был лучший учитель.
— А ещё у тебя была висящая над головой смертельная опасность и полная непереносимость дементоров. И никакой дружелюбной и весёлой атмосферы. — пробубнила я себе под нос.
— Вообще Римус говорил, что есть те, кто так и не смог освоить это заклинание даже спустя годы тренировок. Ты учишься в своём темпе, это нормально. К тому же, это не заклинание первой необходимости. После третьего курса к нам дементоры на чай нечасто заглядывают.
— Есть разница между "не могу призвать патронуса" и "не могу призвать даже чертову серебряную пылинку". Мне кажется я изначально что-то не так поняла. Будь дело в том, что я недостаточно стараюсь, выходило бы хоть что-то.
— Найти действительно счастливое воспоминание куда тяжелее, чем кажется. У меня в свое время с этим были большие проблемы. Попробуй что-то из недавнего. Чувства притупляются со временем. То, от чего ты год назад была готова скакать по комнате от радости, сейчас ты можешь и не вспомнить. А свежие воспоминания всегда наполняют тебя куда более сильными эмоциями. Это не обязано быть чем-то возвышенным. Я, например, несколько раз вызывал патронуса благодаря тому, что прокручивал в голове момент, где мы выигрываем матч. Возможно мелочно для такого заклинания, но ведь срабатывало. Но это так, ты можешь взять на первое время, чтобы просто научиться. Просто самые сильные и стабильные воспоминания, как правило, не обременены временем. Это что-то более абстрактное. Например, занятие любимым делом, что-то из глубокого детства, кто-то близкий или даже родной дом. — он резко оборвал себя же и виновато взглянул на меня. — А, ну да, прости, глупые примеры...
— Не тебе за это извиняться. — вздохнула я и подперла подбородок ладонью.
— В общем, я надеюсь, ты поняла. — Гарри почесал затылок, встал и, замявшись, направился помогать другим ученикам, но через пару шагов остановился и развернулся. — А, и да... Если тебе это как-то поможет... Я, как правило, представляю Хогвартс.
Я улыбнулась ему и кивнула. Даже трогательно, что он поделился со мной этим. Воспоминания, используемые для патронуса, – это ведь что-то очень личное, не так ли? Ни за что бы никому не рассказала, что представляю. Если бы у меня наконец получилось, конечно...
Я решительно встала, вытянула перед собой руку с палочкой и твердо настроилась перепробовать всё. Недавние воспоминания... Значит брать что-то, что было до Хогвартса, даже не имеет смысла. Да и не то чтобы время до него изобилует счастливыми моментами.
Я зажмурилась и напряглась, пытаясь вспомнить всё с самого начала, прямиком с первого дня. Нужно что-то, от чего прямо сердце начнет трепетать...
Само первое сентября? Нет, бред, ужасно неловкий день, хотя и полный восторга. Я была рада поступить сюда, я наконец почувствовала себя свободной, но чёртовы близнецы, которые пытались довольно жестоко надо мной подшутить, их разговоры за спиной... Сейчас это мелочь, но тогда мне это знатно подпортило настроение. Определённо нужно что-то другое.
Весь первый месяц учебы был весёлым, но назвать счастливым его тоже трудно. Постоянные стычки с близнецами были забавными, мне даже нравилось издеваться над ними, но они никогда не оставались в долгу, что нещадно доводило меня. Да и издевки эти были какими-то слишком злыми. Если сейчас мы шутим друг над другом чтобы всем вместе посмеяться, то тогда мы действительно хотели подпортить друг другу жизнь. Даже жутковато от этих воспоминаний. И когда всё успело так поменяться?
Нет, нужно событие... Какие были события? О, меня же тогда приняли в команду! Я ведь так сильно хотела продолжить заниматься квиддичем, да и попала я туда так красиво: забила мяч с закрытыми глазами, утёрла нос Маклаггену... Но ведь глаза у меня были закрыты из-за заклинания слепоты, которое чуть меня угробило. Очередная жестокая шутка близнецов, с которыми мы, вдобавок ко всему, после отбора сильно поругались. Они тогда мне наговорили таких вещей... Мы были очень злы друг на друга. Нет, этот день определенно не подходит.
— Э-эй. — протянул кто-то, щелкнув пальцами прямо перед моим лицом.
Я вздрогнула, выйдя из транса, и подняла голову. Передо мной стояли счастливые близнецы, которые едва ли не перепрыгивали с ноги на ногу от возбуждения.
— Чего? — спросила я.
Еще секунду назад, до щелчка, перед глазами стояла картинка, где Фред и Джордж смотрят на меня с презрением, будто едва держаться, чтобы не плюнуть в меня от переполнявшей их неприязни. А сейчас, когда та картинка размылась, передо мной предстала настолько другая, что это даже вогнало в ступор.
— Ничего. Просто хотели поинтересоваться, как у тебя дела идут.
— Неужели даже то, что мы Амбридж волосы подожгли, не помогло? — поинтересовался Джордж.
— К сожалению подожгли не по-настоящему, так что нет. — тоскливо ответила я.
— Да ладно, зато орала он как от настоящего. Смешно же было.
— Зато на наказании потом было совсем не смешно. — Тяжело вздохнула я и почесала зудящую тыльную сторону ладони, после чего перевела взгляд на близнецов. — Ну?
— Что "ну"?
— Я же знаю, что вы пришли не потому что вам интересно как у меня дела. Давайте уже хвастайтесь. — с усмешкой закатила глаза я. — Получился, да? Прям телесный?
Близнецы активно закивали головой, словно малые дети, и достали палочки.
— Экспекто Патронум! — в один голос воскликнули они, и из их палочек полился свет.
Переплетаясь, он медленно но верно начал формироваться во что-то небольшое. Еще несколько секунд, и две птицы резво вспорхнули к потолку, будто играя в догонялки. Они также быстро спикировали, оставляя за собой блестящую дорожку из света, и запрыгали вокруг нас.
Я не смогла сдержать улыбку, несмотря на удручающее состояние. Энергичные пташки приземлились на подушку рядом с моей, соскочили на соседнюю и вновь взмыли в воздух. Такие игривые и забавные.
— Впечатляет. — сказала я, не желая слишком льстить им. — Получше сов будут по крайней мере. А кто это, кстати?
— Гермиона сказала, что это сороки.
— Ух ты. — я усмехнулась, когда одна из птичек села прям напротив меня, любопытно наклонив голову, и даже протянула к ней руку, но быстро одёрнула её, вспомнив, что они нематериальные. — А вы знаете примету, связанную с ними?
— Какую?
— Две сороки – к счастью, а одна – к несчастью.
Близнецы многозначительно переглянулись и медленно закивали головой.
— Слушайте, а у заклинания Патронуса есть чувство юмора. — сказал Джордж.
— Только в вашем случае две сороки к двойному несчастью.
— А у тебя его нет. — Фред протянул руку к моим волосам и грубо взъерошил их.
— Да твою же... — я оттолкнула его руку и принялась поправлять прическу, но это уже было бессмысленно. — И почему вы так любите мучить меня и мои волосы? Чем они вам не угодили? Того, что вы сожгли половину моих волос вам мало? Хотите оставшиеся добить?
— Ну не знаю, ты просто такая милая когда взъерошенная. — пожал плечами Фред.
Не успела я уточнить, правильно ли я расслышала его слова, как эти двое, не сговариваясь, накинулись на меня и принялись взъерошивать волосы с двойным усердием.
— По какому поводу издевательства? — невозмутимо спросила подошедшая Джинни, которая давно привыкла к чему-то подобному.
— А давно им повод для этого нужен? — прокряхтела я и пустила в ход ноги, в попытках отбиться. — Да хватит уже!
— Ты вообще отойди, твоя зверюга наших птичек сожрет! — Фред прекратил чудовищное насилие над моей прической, но перекинул руку мне через плечо и зажал в тиски.
— Лошади травоядные! — возмущенно воскликнула она, и под её восклик Фред, с моей подачки, едва не отлетел на пару метров, чудом удержавшись на ногах. — И вообще, что за бред, это же патронусы, какой сожрет? Вы так о них печетесь, еще имена им дайте.
— Точно! — воскликнул Джордж. — Вот, что мы забыли сделать.
— Вы им еще пшена дайте, они наверняка голодные. — прошипела я, тяжело дыша после такой встряски, и сдула волосы с лица.
— Может лучше на тебя натравим?
— Я смотрю тут у нас сформировался кружок людей, готовых сразится с дементором? — язвительно спросил появившийся из ниоткуда Гарри.
— Да хоть прямо сейчас и с сотней! Я их голыми руками. — Джордж встал и угрожающе вытянул кулак.
— Ага, и с сорокой на плече, как пират с попугаем. — усмехнулась Джинни.
— Вы плохо друг на друга влияете, займитесь делом, пока я вас снова по разным углам не развел. — тяжело вздохнул Гарри.
— Хорошо, профессор. — саркастично ответил Фред и состроил недовольную мину.
Джинни подтолкнула близнецов, уходящих недостаточно быстро, подошла ко мне, села рядом на корточки и принялась убирать волосы с моего лица.
— Только попробуй спросить как дела с патронусом.
— Я и не думала. — она усмехнулась, оглядела меня и вновь хмыкнула. — Да ладно, ты и правда миленькая, когда растрепанная.
— Значит мне не послышалось. Это был отвлекающий маневр, чтобы застать меня врасплох и напасть?
— Они не со зла. Со мной они тоже себя так раньше вели.
— Со стороны так и не скажешь.
— А я просто лет в 12 драться научилась. Чарли тогда к нам на каникулы приехал.
Я рассмеялась.
— Тогда мне нужно взять у тебя пару уроков.
— Бей в солнечное сплетение, всегда работает. Лучше локтем. А вообще, они оба на самом деле боятся щекотки. Но я тебе этого не говорила. Если они узнают, что я тебе это рассказала, мне не жить.
— Джинни, подойди пожалуйста. — подозвал ее Гарри.
— Да твою же... — Джинни тяжело вздохнула, похлопала меня по плечу, поправила волосы и пошла к нему. Я проводила ее взглядом и увидела, как Гарри кивнул мне.
Да, мне надо заняться делом.
Сначала ною, что у меня ничего не получается, а потом отвлекаюсь на дурачества. Сос-ре-до-то-чить-ся! И на чем же я остановилась...?
Точно, Гарри же говорил что-то про победу в матче. А мы ведь выиграли матч со слизерином. Размазать их по стенке было тем ещё удовольствием. Особенно после всего, что они с нами сделали. Не лучший вариант, но и я непривередлива на воспоминания.
Я уже попыталась как можно ярче представить момент, ради которого и хожу на изнуряющие тренировки по несколько раз в неделю. Момент победы. Вспомнила радостный крик Ли Джордана, улыбки на лицах сокомандников, как мы соскочили на траву и принялись обниматься, как обозленные Слизеринцы начали кидаться едва ли не истерить... Но резко в голову начали проникать и дальнейшие события.
"— Конечно ты с радостью у них погостишь. Тебе ведь где угодно, лишь бы не дома, так ведь?".
Слова Малфоя больно врезались в память.
"— Для тебя у Уизли даже неплохо. Там ведь и мать в доме есть, и не бьют."
До сих пор дословно помню.
Я встрепенулась от настолько неприятных воспоминаний.
Даже крайне веселое празднование победы в гостиной омрачено письмом Амбридж, в котором она нас приглашала на отработку. Да и в целом весь чертов Хогвартс омрачнен ее присутствием. А другой эту школу я и не знаю. Получится ли использовать её для патронуса, как это делает Гарри?
Надо просто больше стараться. От того, что я сижу на месте и ничего не делаю, лучше не станет. Я просто слабее других, вот у меня ничего и не получается.
Хогвартс, значит Хогвартс. Не самый худший вариант.
Я встала на ноги и выставила палочку вперед.
— Экспекто патронум. — произнесла я, но в голове вновь было пусто.
Я ударила себя ладонью по лбу и ярко представила свою школу. Друзей, которых я приобрела, интересные занятия, глупые, но веселые моменты, преподавателей. Ну, кроме Амбридж и Снейпа.
На душе немного потеплело.
— Экспекто патронум. — вновь произнесла я, внимательно наблюдая за палочкой.
И чудо произошло. Но слишком маленькое и недолгое. Парочка серебряных искр. Больше, чем ничего, но гораздо меньше, чем надо. Но мне хватило, чтобы хоть немного воодушевиться. И я хотя бы поняла, что именно нужно испытывать, чтобы вызвать Патронус.
Я раз за разом произносила заклинание, надеясь на чудо. Пару раз я даже замечала голубое свечение, но в большинстве всё равно выходила лишь пустота.
— Ри-ина. — подозвал меня кто-то, выводя из транса.
Лишь тогда я огляделась и поняла, что в комнате почти не осталось людей.
— Урок окончен...? — растерянно спросила я, глядя на друзей, кроме которых в комнате никого и не было.
— Уже минут пятнадцать как. Почти всех распустили.
— Выходи вместе с Джинни, пока Филч в туалете. — мотнул головой в сторону выхода Гарри, держа карту Мародеров в руках. — У нас еще следующее занятие выделено под Патронус, не волнуйся.
— Вы идите, а я ещё на полчасика останусь.
Не успокоюсь, пока не смогу. Не выйду отсюда, пока не достигну хоть какого-нибудь результата. Пусть хоть до завтра придётся проторчать.
— Завтра первым уроком контрольная у Амбридж. Тебе не нужны силы чтобы выводить её из себя и спасать всю группу? — спросил Фред.
— Я это и мёртвой сделать смогу. Оставьте мне карту Мародеров, я потом занесу вам. Не волнуйтесь, не потеряю. И комнату по всем правилам закрою.
— Ладно. Но сильно не задерживайся. Уже скоро десять часов. Сама знаешь, что будет, если после комендантского часа поймают.
Я коротко кивнула и отошла в дальний угол. Оно и к лучшему, что останусь одна – проще будет сосредоточиться. Никакого шума, никаких чужих патронусов, которые только заставляли меня чувствовать себя ещё более никчёмной. Отчаяние росло пропорционально желанию наконец достигнуть результата. Просто сделать это. Просто сосредоточиться, не психовать, и наконец достать из головы то, что у всех получилось достать в первую же минуту.
Представлять Хогвартс – пустая трата времени. Нужно идти дальше. На чем я остановилась?
Следующие пару месяцев после матча и вспоминать не хочется. Вся школа была настроена против меня, все поверили чему-то, о чём не имели ни малейшего представления. От меня отвернулась половина друзей. Сущий кошмар. А после...
Площадь Гриммо, точно! Я познакомилась с Орденом Феникса, которым так сильно восхищаюсь, сблизилась с ребятами, впервые отметила Рождество в семье, пусть и в чужой. Там я и вправду была счастлива. Приятные люди, никаких забот с учёбой...
Вновь то самое чувство тепла в груди. Я быстро вытянула палочку вперед, боясь упустить импульс.
— Экспекто патронум! — воскликнула я, и с удивлением обнаружила прогресс. Подобное свечение для всех было лишь первым шагом, но для меня огромным прыжком вперед.
Я повторила заклинание вновь, параллельно пытаясь всё ярче вспомнить те дни. В подробностях, начиная с самого прибытия.
Как вдруг в ушах эхом раздался звон разбившихся тарелок. Этот звон как дементор высосал все краски из той счастливой картинки, что я себе представила. Перед глазами стояла картина, где я, доведя саму себя до нервного срыва, роняю посуду прямо перед Молли Уизли, в панике извиняюсь не меньше сотни раз, а потом рыдаю на морозе.
Захотелось обнять себя от одних воспоминаний об этом дне, но я и без того уже тону в этой жалости к себе. Заместо неё начала приходить злость.
Просто найти одно чертово воспоминание. В котором не происходит никакого дерьма, омрачнившего его. Будь это невыполнимой задачей, все бы не справились с ней так легко.
Я продолжала прокручивать в голове абсолютно всё, что могла вспомнить, раз за разом. Пробовала даже самые мелкие, едва не забытые моменты. Но ничего не помогало. Всё бесполезно. Абсолютно каждый день моей чёртовой жизни.
Я злилась, ходила из стороны в сторону, кидала подушки, но вскоре полностью отчаялась и скатилась вниз по стене, глядя на свою волшебную палочку. Уже даже сил не осталось.
А может, ответ всегда был куда ближе, чем я думаю? Да, Хогвартс это не то, что я могу использовать как счастливое воспоминание. По крайней мере, пока в нем есть люди, делающие меня несчастной изо дня в день. Но ведь есть Отряд Дамблдора. Точно!
— Экспекто патронум. — моя последняя надежда. Почти оправдалась. Результат есть, пусть и совсем никчёмный.
Всё наладилось, как только начались разговоры о нём. После переговоров в "Кабаньей голове" люди встали на мою сторону. А как только начались собрания, у меня появилась отдушина. Здесь я занимаюсь настоящей магией, которую так сильно люблю. Здесь весело. Это ведь Отряд Дамблдора, здесь все мои друзья.
— Экспекто Патронум! — воодушевленно воскликнула я и увидела, как поток магии взмывает вверх и быстро растворяется.
Здесь нет никого, кто мог бы мне навредить. Даже столь раздражающий Захария. Здесь никто не желает мне зла. Нет тех, кто омрачает пребывание в Хогвартсе. Ни Амбридж, ни Снейпа, ни Филча, ни Малфоя, ни Эдриана.
Эдриан...
Это ведь Отряд Дамблдора...
Ради которого мне пришлось пережить настоящие пытки. Из-за которого меня использовали. Из-за которого мне разбили сердце. Последняя надежда с треском разбилась на мелкие кусочки.
В солнечном сплетении неприятно заныло. Тело всё еще помнит это боль.
Я прижала колени к себе, обняла руками ноги и уткнулась в них лицом. От этих воспоминаний всегда хочется спрятаться, сжаться в комочек, забиться в угол. По телу пробежались неприятные мурашки. Я пытаюсь притворяться сильной перед другими, делаю вид, что меня это больше не волнует, что я давно отошла, да и вообще это мелочи, есть вещи куда серьёзнее. Они не заслужили выслушивать моё нытьё изо дня в день, да и кому интересно будет с вечно грустным человеком?
Но я просто вру, мне всё ещё больно, мне всё ещё страшно. Я всё ещё помню этот день, будто он был вчера. Мне всё ещё снятся кошмары, в которых я снова оказываюсь на этом кресле.
Это конец. Ничего. Абсолютно ничего. Я вытряхнула из себя всё до последней крошки. Ни одного чертового по-настоящему счастливого воспоминания.
Но я ведь не несчастный человек. Этого не может быть. Я просто где-то ошиблась.
— Экспекто патронум. — в отчаянии произнесла я и лишь тогда поняла, что слезы уже давно подступили к горлу, мешая произносить заклинание чётко и громко.
Ожидаемо, никакого результата. Но сдаться – значит признать, что я несчастный человек. Ещё одна попытка, а за ней третья. С каждым разом я делала себе же всё больнее и больнее, и в конечном итоге не выдержала и дала себе расплакаться, уткнувшись лицом в колени.
— Рина? Ты до сих пор здесь? — послышался голос неподалеку от меня.
Я подняла голову и с удивлением увидела перед собой Фреда, появление которого я даже не заметила.
— Что ты здесь делаешь? — вытирая слёзы, спросила я.
— Да чемоданчик с вредилкам забы... Рина, ты чего? — он резко поменялся в лице, подскочил ко мне и присел рядом.
Взглянув в его глаза, я лишь вновь расплакалась и попыталась спрятать лицо за руками. Но Фред не дал мне этого сделать и перехватил их.
— Что случилось?
— Это чертово бесполезное заклинание... Ничего... Совсем ничего... — смогла лишь выдавить из себя я.
— Ты это из-за патронуса что ли? — он улыбнулся, но улыбка его всё равно оставалась тревожной. — Не переживай, ты и без него одна из самых сильных волшебниц на нашем курсе. Было бы несправедливо, если бы у тебя в арсенале вдобавок ко всему ещё и патронус был. Во всём должен быть баланс... А дементоров наши птички от тебя будут отгонять. Верхом на лошади!
— Да не в том, что у меня не получается дело, а в том, почему не получается.
— И почему?
— У меня, оказывается, совсем нет по-настоящему счастливых воспоминаний, представляешь? — я горько усмехнулась. — Всю свою чертову жизнь перебрала. И каждый раз, как мне начинает казаться, что я нашла то что мне нужно, оказывается, что тот самый момент... Он будто... Покрыт чем-то черным, склизким, от чего нельзя отмыться. И так каждый раз.
Я судорожно вздохнула, поджала губы, в попытках не разрыдаться сильнее, и посмотрела на Фреда, надеясь найти в нем спасение. Тот же, в свою очередь, отпустил моё предплечье, взял за руку и сжал мою ладонь.
— Я же не несчастный человек, так ведь? — жалобно спросила я, сжимая его руку в ответ. — Мне ведь... Мне так часто весело, меня постоянно что-нибудь смешит. Но почему тогда ни одно заклинание не работает? Почему я чувствую себя так, будто если прямо сейчас сюда влетит дементор, я его не буду ощущать, а он не увидит меня?
Только сейчас я поняла, что из себя представляет моя жизнь. Я будто все годы пряталась за вечными смешками и шутками, сбегала от реальности в любые, даже в самые глупые и опасные занятия, которые попадались под руку. Растворялась в людях и их проблемах, ныряла в бессмысленные отношения, привязывалась к тем, к кому не стоит. Всё, лишь бы не на секунду не задумываться: "А что из себя представляет моя жизнь? Что из себя представляю я? А на самом деле?"
Но реальность догнала меня. Я лишь самозванка. И искренней, настоящей и сильной радости в моей жизни днём с огнём не сыщешь.
— Вся твоя жизнь еще впереди. — мягко сказал Фред, пододвинулся ближе и принялся аккуратно убирать волосы с моего лица. — Ты больше не в старой школе, Малфой больше не пытается отомстить тебе за всё, Амбридж тебя боится, а Эдриан тебя больше не тронет. Отпусти то, что было в прошлом.
Он убрал последнюю прядь волос за ухо и оставил руку у меня на щеке. Такое легкое, невесомое прикосновение заставило меня на секунду затаить дыхание и задуматься.
А почему я так мало внимания уделяла моментам, связанным с близнецами?
Прогулка в Запретном лесу... До жути опасное, тяжелое и богатое на травмы приключение, но как сильно оно мне понравилось! А ночная прогулка на поле для квиддича перед последним матчем? Кто знает, может там, лежа на холодном песке под луной, я была счастливее, чем за все годы обучения в Колдовстворце. Да даже совсем недавнее покорения Воющей хижины. Разве мне было плохо, когда я танцевала с Фредом вальс посреди заброшенной комнаты?
— Если я скажу тебе, что больше не позволю тебе быть несчастной, ты мне поверишь? — глядя мне прямо в глаза, серьезно спросил Фред.
Этот взгляд... Он будто что-то растопил внутри меня. Он мог спросить что угодно, глядя на меня так, и я бы согласилась. Но этот вопрос окончательно раскромсал остатки любого льда между нами.
Эти странные смешанные чувства напугали меня, и я потянулась к его руке, инстинктивно желая убрать её со своей щеки, но передумала и лишь накрыла его руку своей.
— Я тебе верю.
Фред пододвинулся еще ближе. Я затаила дыхание и начала ждать. Он принялся вытирать слезы с моего лица и одновременно с этим придвигаться все ближе к нему. Сердце билось так сильно, что в этой тихой комнате это наверняка было слышно.
Но когда между нами осталось буквально пара сантиметров, он остановился. Тогда уже инициативу проявила я и сократила это чертово расстояние, отделявшее нас от столь желанной ошибки.
Поцелуй оказался совсем лёгким, нежным и даже невинным, но сильно вскружил мне голову и заставил усомниться в том, что это ошибка. Но еще через пару секунд сомнений не осталось, и я полностью забылась.
Каждое его невесомое прикосновение к моему лицу вызывало новую волну мурашек. Я подалась вперед и осторожно положила дрожащую руку ему на плечо.
Фред вдруг вздрогнул и отстранился. Он явно замешкался, и я, испугавшись, убрала ладонь. Но Фред перехватил ее и, переплетая пальцы, снова накрыл мои губы своими.
На душе вновь встало легко, а в голове возникла приятная пустота. Будто ничего, кроме того, что происходит сейчас, не существует и не существовало.
Нормально ли то, что сейчас происходит, меня не волновало. Раньше мысли вроде: "Он ведь брат моей подруги.", "Мы просто шутим друг на другом. Так всегда было, разве может быть как-то по-другому?" не позволяли мне и задуматься о том, почему его глаза такие красивые. И почему точно такие же глаза Джорджа вызывают у меня лишь улыбку, а не странное трепетание.
Мы отстранились друг от друга и мягко улыбнулись. Волшебство этого момента натолкнуло меня на странную мысль. Я взяла волшебную палочку, выставила её перед собой и тихо, почти шепотом, произнесла:
— Экспекто Патронум.
Из палочки медленно полился серебряно-голубой свет. Очень тихо и мирно он взмыл на пару метров над землёй и начал формироваться во что-то телесное.
— Вау... — прошептала я, восхищенно глядя на эти переливы света. Так вот какие эмоции испытываешь, когда видишь своего патронуса. Такое умиротворение...
— Ты молодец. — с ухмылкой сказал Фред и потрепал меня по голове.
Наконец Патронус сформировался в полноценное животное. И, увидев его, я тут же рассмеялась.
— В чем дело? — спросил он, не отводя от меня взгляда.
— Это... Сова... — ответила я и вновь расхохоталась.
Взмахнув крыльями, она облетела половину выручай-комнаты и приземлилась рядом.
— И какой же воспоминание помогло тебе призвать это очаровательное создание? — с издевательским смешком спросил Фред.
— Вспомнила как ты с метлы на вчерашней тренировке упал. — ответила я, и мы вместе усмехнулись. — А что ты представляешь, когда вызываешь патронуса?
Фред замешкался, но всё же ответил, потупив взгляд в пол.
— Джорджа. Только ему не говори, зазнается ведь.
_______________________________________
я вот блять даже комментировать это не буду
достаточное извинение за такое долгое отсутствие?
Вы девушки не то что солдата вы блять девушки зэка потому что так долго никто не служит и вы сука дождались
это победа ребята этот момент настал никто в меня не верил но они пососались это достойно аплодисментов
щас когда писала я поняла что не очень довольна и вот стоило бы еще хотя бы главу подождать и только потом с ними как та собака с фигурками и подписью саситес но куда блять еще дольше ждать
Короче гайсы ставьте рожки и наслаждайтесь пока можете потому что следующую главу вы возненавидите и именно поэтому я думаю что она выйдет относительно скоро и я уже хочу приступить к ее написанию