Кошмар
Пейринг: Теодор Нотт/ОЖП
***
Во тьме раздавались звуки гулких шаркающих шагов. В какую бы сторону ни глянули путники - рядом не виднелось никакого источника света. Сколько времени прошло никто точно не мог сказать. Как и объяснить то, что глаза до сих пор не могли уловить ни единого очертания и привыкнуть к темноте.
Туннель или длинный коридор, неважно, чем бы он ни был, казался бесконечным. Трое юношей и девушка не могли здесь заблудиться, даже при огромном желании, туннель вел их только вперёд. Он был узким, таким, что, вытянув обе руки в стороны, можно было дотронуться до его холодных стен.
В любом случае, это лучше, чем то, от чего они сбежали пару минут назад... или прошел целый час? Девушка прижала руку к груди, сердце все еще бешено колотилось, от бега и страха, значит на все ушло не больше часа. С того момента, как за ними закрылась дверь, никто не проронил ни слова.
Услышать голос эхом, отражающийся от каменных стен было чем-то за гранью реальности. Мулат, который шел, судя по звукам, самым первым, вдруг заговорил, осипшим голосом:
- Сколько мы идем? У этого туннеля есть конец? - в ответ - привычное молчание, - Кто-нибудь скажет сколько времени прошло?
Девушка, что замыкала их цепочку, дрожащим голосом пролепетала:
- По ощущениям - минут десять.
Спустя какое-то время, пять минут или пятьдесят пять, парень идущий перед девушкой встрепенулся, видеть она не могла, но почувствовала это, он громко сказал:
- Осматривайте стены, в них может быть потайной проход, - он хлопнул ладонью по каменной кладке, надавливая руками на углубления в стенах, остальные без возражений стали повторять его действия.
Так шли еще какое-то время. Но казалось не продвинулись вперёд ни на метр. Стены на ощупь были холодными и шершавыми, местами влажными, откуда-то сверху по ним стекали тонкие струи воды, и судя по всему этим стенам было не меньше ста лет, камни заметно огрубели и потрескались, но при этом сохраняли свою мощь.
Мулат, идущий впереди, со злостью стукнул кулаком по стене, замахнулся еще раз и еще, затем в ход пошли ноги, он тарабанил по стенам, но ничего... Прохода не было. И конца у туннеля как казалось - тоже.
Тот же голос, что принадлежал юноше, безжалостно лупившему стену, бросил снова, но теперь в его тоне слышалась злость, которую он выплеснул на холодный камень:
- А теперь сколько времени прошло?!
Тот голос, что указал ощупывать стены, ответил, пытаясь сохранять самообладание:
- Около сорока минут.
Неожиданно заговорил тот, кто все это время молчал. Его голос, безжизненный и стальной, окутал всех присутствующих холодом.
- Мы идем час.
Девушка выдохнула весь накопившиеся в ней теплый воздух и обняла себя за плечи, ее тело начинало трястись. Не понятно из-за чего сильнее - холода или страха. Или его тона?
Ее пугало то, с кем она оказалась здесь заперта, пугало то, на что они способны. Что ж было бы лучше, если бы она не знала о некоторых подробностях их жизни. Черт же ее дёрнул вынюхивать о них информацию. Оставалась лишь надежда на то, что она сможет управиться с троими. В случае чего...
Она не страдала клаустрофобией и не боялась темноты, но здесь в холодном и тёмном туннеле, из которого они не могли найти выход, ее охватывал животный ужас.
Да и то, что она видела в Колдовстворце не сравнится с тем, что произошло часом ранее, но непонятный страх будто обуревал всю ее сущность.
- Час идти прямо по коридору и не прийти к выходу. Охренительно, - заключил мулат, пнув ногой ненавистную стену.
Девушка не выдержала, повернулась туда, откуда исходил голос, истерика едва не вырвалась наружу вместе с ее словами:
- И что ты предлагаешь, остановиться или может пойти назад? - ее голос дрожал и походил на писк запуганного, но храброго зверька.
В туннеле повисла звенящая тишина, было слышно лишь сбившееся дыхание девушки. Она не видела лиц тех, кому были обращены ее слова, но знала будь сейчас хоть немного светлее, они бы смотрели на неё с этим ужасным презрением и высокомерием, каким и одаривали с момента их первой встречи.
Она махнула руками, задев кого-то по плечу, выкрикнула в пустоту:
- Знаете, что? Катитесь вы к черту! - ее звонкий голос эхом отскочил от стен.
Не став дожидаться ответа, она стремительно двинулась вперёд по коридору. По крайней мере казалось, что вперед...
"Найду выход сама. Лишь бы не рядом с этими мерзкими змеями."
"Если бы я только знала, к чему это приведёт обходила бы слизеринцев за метр!"
***
За некоторое время до...
Дождь приятно отбивал свой ритм по стеклу, хоть карету и шатало из стороны в сторону, девушка смотрела в окно на то, как капли непрерывно и хаотично скатывались вниз. Вместе с ней в карете было ещё трое её однокурсников, они о чем-то увлечённо перешептывались, будто боясь говорить громче дождя.
Вдалеке показался замок.
"Хогвартс."
"Что же, пора репетировать речь? А нужна ли она вовсе? Ведь надо будет как-то знакомиться со студентами Хогвартса, а показаться мямлей не хочется."
Девушка вздохнула, при мыслях о том, что придется снова знакомиться и пытаться влиться в новый коллектив, становилось дурно. Казалось бы, ничего сложного. Всё бы ничего, не будь она асоциальной. Жаль, что в 1996 году этому не уделяли должного внимания и считали простым словом. Но выхода не было, карета приближалась все ближе к Хогвартсу. А значит и знакомиться предстояло все скорее.
"Хорошо. Я Мирослава Романова, студентка Колдовстворца. Да-да, русская... Так, нет, про русскую и так понятно, можно не говорить. Поступила на обучение в Хогвартс по обмену. Как и все студенты из других школ, кто сюда приехал, это тоже понятно..."
На этом откровения заканчивались. Точнее говоря, истинная причина приезда студентов других школ в Хогвартс оставалась секретной информацией.
Возвращение Волан-де-Морта, нападения Пожирателей Смерти и начало второй войны волшебников - любой поймёт, что это не самое удачное время для учёбы по обмену.
"Занесло же меня на чужбину."
Мира предалась воспоминаниям о том дне, когда только узнала, что ей предстоит. Это было месяц назад. Значит уже месяц девушка готовилась к этой поездке, читала историю Хогвартса и просматривала местные газеты. И надо сказать, изучила немало.
Директриса школы Ведовства Колдовстворец, она же Хозяйка Медной Горы - Анна Михайловна Мороз, была до раздражения спокойна и строга, когда объявляла о том, что лучшим ученикам школы необходимо будет отправиться в Великобританию.
Учиться. В Хогвартсе. И выполнять ее поручения.
Представителям четырёх отделений: Ярила, Хорса, Сварога и Дажбога, посчастливилось увидеть директрису, которая обычно появлялась только на праздники и перед началом учебного года с напутствующей речью.
В обычный летний день к ним прилетели голуби с письмами. И уже по прибытии в школу, директриса рассказала причину их срочного вызова в Колдовстворец.
Из всех сидящих перед директрисой учеников, а их было около двадцати, самый смелый подал голос и спросил:
- Но почему сейчас?
Звали этого храбреца Роман, он был учеником отделения Ярила, на нем же училась и Мира. Взгляд Хозяйки Медной Горы моментально метнулся к нему, тот со стойкостью его встретил.
Она кивнула, предвидя его вопрос и обратилась ко всем:
- Вы наверняка слышали или читали в газетах о прискорбных происшествиях, которые сейчас творятся в Великобритании. Не только в магическом мире, но и в мире простых людей. Это ставит в опасность наше положение.
Ученики опасливо переглянулись между собой и каждый думал об одном и том же. Мира сжала руку в кулак, пытаясь сохранять хотя бы внешнее спокойствие.
"Как это относится к нам? Это ведь... так далеко! Я была в Великобритании лишь раз на соревнованиях по зельям."
Но Анна Михайловна была непреклонна. Она уже обо всем договорилась и согласовала свои действия с директором Хогвартса - Дамблдором. Директриса подчеркнула и то, что между школами, после происшествия с Гриндевальдом, было заключено соглашение, по которому каждая из сторон отныне и впредь обязывалась оказывать содействие при возникновении необходимости.
И сейчас наступила необходимость.
- Вам стоит помнить о том, что в случае нападения Волан-де-Морта или преступников, коих именуют в Великобритании как Пожирателей Смерти, студенты должны будут оказать помощь и незамедлительно сообщить об этом в свои школы. Дабы объединить силы, ибо начавшаяся война касается всего магического мира, а не только Хогвартса, - директриса обвела серьезным взглядом присутствующих, и кивнув собственным мыслям, продолжила, - И прошу вас не думать, что я посылаю всех на верную смерть. Вы обучены и способны. В том, что вы сможете противостоять врагу нет сомнений, поэтому я отправляю именно вас.
"Неужели мы должны этим гордиться?"
Карета подпрыгнула на очередном камне, вырывая Мирославу из дымки воспоминаний. Ухватившись руками за сиденье, девушка уже было хотела начать проклинать дороги, но заметила, что карета вплотную подъехала к воротам школы. Рядом послышались голоса однокурсников, они стали выходить из карет.
Девушка всмотрелась лучше, дождь продолжал лить, но не так сильно. Внезапно скрипнув перед ней открылась дверца, и показался какой-то старик, с недовольным лицом.
- Приехали, - прошипел он и кивнул головой, указывая, что следует вылезать.
Мира с однокурсниками спешно выскочила из кареты под дождь. Благо мокнуть пришлось недолго, неподалёку девушка заметила великана с огромной бородой, но уже более доброжелательного, чем тот старик. Он созывал ребят, собирая вокруг себя и терпеливо дожидался пока все выйдут из карет.
- Меня зовут Рубеус Хагрид, - представился великан, и осмотрел толпу, - Если все собрались, идемте за мной, не годится здесь еще вам простудиться в первый же день!
Он двинулся в сторону массивных каменных дверей. Поспевать за Хагридом было весьма непросто. Про себя Мира приметила, что Хогвартс просто огромный. Едва студенты прошли внутрь, Хагрид, увидев женщину преклонных лет, в причудливой шляпе, заговорил с ней:
- Профессор Макгонагалл, студенты прибыли.
- Благодарю, Рубеус, - женщина благодарно склонила голову в сторону великана, а затем повернулась к гостям, - Добро пожаловать, надеюсь, дорога прошла без происшествий.
Некоторые ребята кивнули, подтверждая слова декана, некоторые ответили, что все в порядке. Мира ухмыльнулась, не осознанно качнув головой.
"Конечно, если бы не кочки на каждом шагу. А еще что-то про русские дороги говорят!"
Убедившись в целостности и сохранности учеников, профессор Макгонагалл продолжила.
- Я Минерва Макгонагалл, декан факультета Гриффиндор. Сейчас вам предстоит пройти распределение на один из факультетов: Гриффиндор, Хаффлпаф, Рейвенкло и Слизерин. Это разделение будет условным, оно необходимо для того, чтобы вам легче было адаптироваться к учёбе здесь. И разумеется, чтобы не возникало проблем с расписанием учебных предметов. Вы будете ходить на занятие с тем факультетом, на который вас распределит шляпа.
Из толпы взметнулась рука, заметив профессор поправила очки и кивнула:
- Слушаю вас.
Влад, ученик со Сварога, с акцентом выдающим его национальность спросил:
- Извините, нам нужно будет выполнять какое-нибудь задание?
Казалось на несколько секунд Макгонагалл опешила, но почти сразу уверенно произнесла:
- В этом нет необходимости, вы наденете шляпу на голову, а она озвучит ваш временный факультет.
"Шляпа? Всего то? Да уж, в Колдовстворце распределение посложнее будет."
И всё же многие студенты заметно расслабились после этих слов декана.
Минерва прошла к высоким резным дверям, оттуда доносился тихий шум, какой часто бывает в столовых. Но спустя мгновение двери открылись и додумывать, что же за ними находится не пришлось.
Это был Большой зал, в нем расположились четыре длинных стола, на вошедших студентов сразу посыпались сотни взглядов учеников Хогвартса, а в самом конце, напротив окон во всю стену, стоял стол, за которым сидели, по всей видимости, преподаватели.
Ребята переступили порог зала, и послушно следовали за профессором Макгонагалл. Мира взглянула на весьма интересный потолок. Он был усыпан сотнями звёзд, точно ночное небо.
Рядом со столом учителей, стоял какой-то старик с седой бородой. Директор, кажется. Едва Макгонагалл поравнялась с ним, он торжественно произнёс:
- Поприветствуем учеников школы Колдовстворец. И поблагодарим их за то, что они благосклонно прибыли к нам в это непростое время.
"Да, это директор. Альбус Дамблдор."
Пока директор нагло лгал прямо в лицо своим ученикам об истинной причине приезда, Романова стала осматривать студентов. Ее взгляд бегал от одного лица к другому, ни на ком особо не задерживаясь.
Приступив рассматривать учеников с бордовыми галстуками, Мира заметила странного мальчишку в очках, он отчего-то прижимал к своему носу платок, небрежно вытирая с него кровь. Когда тот невольно смахнул чёрные пряди со лба, девушка заметила шрам в виде молнии.
Повернувшись к однокурснице, что стояла рядом, Мира как бы невзначай произнесла на русском:
- О, я слышала про него. Вроде местная знаменитость. Гарри Поттер.
Однокурсница быстро нашла его, и пробежалась по нему взглядом, хитро сощурив глаза заявила:
- Хм, а он ничего, правда?
Мира усмехнулась, но строго отчеканила:
- Варя! Не забывай, зачем мы здесь.
- Да брось, одно другому не мешает. Кстати, я приметила одного блондинчика. Вон там, за тем столом, в зелёном галстучке. Симпатичный, да?
Мира выискала этого "блондинчика", и про себя согласилась со словами однокурсницы, а вслух вяло отметила:
- Такой важный... Будто мэр какой-нибудь, - Мира продолжила разглядывать парня, "симпатичный" это не про него.
Он был одет в идеальный чёрный костюм, видимо, сшитый на заказ специально для него. И то, как его платиновые волосы сочетались со светлым лицом и черным как уголь костюмом было не просто симпатично, а запредельно красиво. Это именно та страшная красота, которая может обмануть.
Да и в целом выглядел он слишком надменно, Мире хватило нескольких минут, чтобы заметить то, что он один не смотрит в сторону прибывших учеников. Все кидали редкие взгляды на них, но только не он. Погрузившись в свои мысли, девушка вслух проговорила:
- Где-то я его видела.
- Сомневаюсь, что где-нибудь в России, - хихикнула Варя.
- Да нет же! В газете... Точно, его фамилия Малфой.
"А его отец пожиратель смерти. Его и ещё нескольких пожирателей посадили этим летом в тюрьму... как же она называется... Азкабан".
От этих мыслей по телу пробежали мурашки, сын пожирателя смерти прямо у неё перед носом. Каково же другим учится с ним бок о бок? Опасаются ли они его?
Разумеется, в Колдовстворце тоже встречаются такие ученики - дети ужасных людей. Но их Мира обходит стороной. Может и тут так получится?
Но если он связан с пожирателями, значит ли что на него стоит обратить внимание? Ведь Директриса Колдовстворца так и говорила... оказать помощь.
А если пожиратели планируют нападение в школе? Перед глазами начали всплывать ужасные картины войны. Мира вздрогнула от неожиданного вопроса Вари.
- Ты что, про всех здесь всё изучила?
Посмотрела на однокурсницу немигающим взглядом, судорожно сглотнула и на выдохе проговорила:
- Надо же было знать, к кому мы едем.
- Что ж, хвалю! А тот, что рядом с ним, такой кудрявый паренёк. Его не знаешь случаем? - Варя шутливо пихнула Миру локтем. Та с укором уставилась на тихо хихикающую однокурсницу.
Но все же интерес пересилил и Мирослава взглянула еще раз в ту сторону, и нашла того кудрявого парня, что-то в его внешности заставило ее задержать взгляд дольше положенного. Он казался вполне обычным, но если всмотреться, то... он был красив.
Темно-каштановая челка небрежно спадала на лоб. Острые скулы, ровный нос, темно зелёные глаза, пухлые, красиво очерченные, губы. Но это все затмевал его взгляд.
Было в нем что-то манящее, такое скрытое, что хочешь рассмотреть, но оно ускользает из поля зрения и ты ищешь, но не можешь найти. Тогда Мире захотелось, чтобы он на нее посмотрел, но брюнет был занят разговорами и по сторонам не смотрел.
Наконец, оторвавшись от созерцания парня, Романова заметила, что Варя все еще ждет ответа, и как ни в чем не бывало произнесла:
- Нет, не знаю.
Благополучно пропустив мимо ушей речь Дамблдора, а потом и шляпы, Мира опомнилась, только когда объявили о распределении. Студенты стали по одному выходить в центр, там, где стоял стул, а Макгонагалл надевала на них ту самую говорящую шляпу, что призывали их быть храбрыми.
"Да уж, легко ей говорить, она же шляпа".
Что ж, выглядело это довольно просто. Когда очередь дошла до Миры, та уверенно прошла к декану и опустилась на стул перед всем залом, с гордо расправленными плечами. Под сотнями взглядов стало неуютно, но внешне Романова никак этого не выдала. И почему-то сейчас ее взор вернулся к столу с зелёным гербом. Она быстро нашла блондина и брюнета, но они не проявляли ни малейшего интереса к тому, что происходило прямо перед ними.
Студенты внимательно слушали какого-то мулата, склонив головы в его сторону, а он эмоционально что-то рассказывал им, жестикулируя руками и вырисовывая фигуры в воздухе. О нем Мира тоже ничего не знала, но парень показался ей поприятнее, чем Малфой, он не держался слишком высокомерно, напротив легко улыбался показывая свою ослепительную улыбку, а во взгляде его искрились огоньки, и казалось всем своим видом он излучал веселье, так что девушке вдруг захотелось услышать, о чем же он вещал своим друзьям.
В том, что эти трое друзья не было никаких сомнений, уж слишком по-доброму они смотрели друг на друга. Даже взгляд Малфоя не выглядел таким уж надменным, он с неподдельным интересом слушал парня, слегка подняв брови.
Шляпа едва коснулась головы Мирославы и помедлив будто считывая всю подноготную девушки, хмыкнула:
- Интересный экземпляр... - шляпа словно узнала, куда именно смотрит Мира и издав какой-то звук, вроде усмешки, громко произнесла, - Слизерин!
***
- Вы можете себе представить эту картину? - улыбался Блейз, с вызовом глядя на Драко и Теодора, - Я вваливаюсь домой, а там матушка потчевает с хмырем, видите ли у них званый ужин! Но не поверите, под сильным воздействием огдена, я вижу людей насквозь. И я чётко увидел, как этот тип тянет свои корыстные ручища к нашим галлеонам. Ну я беру и посылаю его в задницу соплохвосту. Он в шоке, матушка в шоке... я в хлам, еле стою на ногах. Сила притяжения сыграла со мной злую шутку. Не совсем помню, как он покинул наше поместье, но мне думается, что с позором. Матушка, конечно, посердилась, но не слишком, так ради приличия отчитала меня. После выяснилось, что этот джентльмен банкрот, поэтому я в некотором роде спас нашу семью от неминуемого провала. Представляете эти заголовки газет. "Леди Забини связалась с бедняком! Что это: внезапный акт милосердия или случайная оплошность?". Вряд ли бы матушке это понравилось, - Забини наконец закончил, чуть отодвинувшись, потянулся к стакану с соком и осушил добрую его половину.
Тео первым озвучил свои мысли:
- Ты как всегда не изменяешь себе. Что ни день, то очередная новость для ежедневного пророка. А к нам в поместье наведывались представители древних чистокровных семей. Ужины тоже были. И я бы с превеликим удовольствием понаблюдал за тем, как ты заваливаешься на один из таких. Но как ни печально, они проходили до тошнотворного официально. За исключением того, что однажды одна дама предложила мне сомнительную авантюру, - глаза Забини расширились и склонив голову на бок он скользнул взглядом по Тео вверх-вниз, - Да, Блейз, это то, о чем ты подумал, ты бы не отказался.
Мулат едва не подпрыгнул на месте, и нагло уставившись на Нотта воскликнул:
- А ты отказался?! Не расстраивай меня! Если скажешь, что да, упадёшь в моих глазах!
- Ну-ну. А я думал, падать уже некуда. Но да, отказался. Так что в этот раз не могу порадовать твою извращенную фантазию, - заиграл бровями Нотт.
- Что, Тео, бережешь себя для той единственной? - хохотнул Блейз.
- Да, Блейзи, тебе не перепадёт. Не надейся.
Теодор похлопал Забини по плечу, отчего тот едва не подавился соком. Блейз все еще покашливая прошипел:
- Решил свести меня в могилу?
- Жду не дождусь! - усмехнулся Нотт.
Ребята только сейчас заметили, что Малфой совсем не участвовал в их обсуждении. Хоть он и сидел рядом с ними, и вроде бы слушал, казалось мысли его были далеко отсюда. Тео заглянув в глаза Драко, учтиво спросил:
- А как твоё лето, Драко?
Малфой заметно потускнел, взгляд его стал отстраненным, и недавняя улыбка от шуточного разговора его друзей медленно сползла с лица. Он совсем не хотел рассказывать об этом прямо здесь, где сотни лишних ушей. Но прокашлявшись он начал:
- В общем-то...
Как раз в этот момент шляпа громче обычного объявила новую слизеринку. До этого еще никто из Колдовстворца не попадал на змеиный факультет. И когда на весь зал прозвучало могучее "Слизерин!", некоторые слизеринцы невольно обратили свой взгляд на шляпу, дабы увидеть новенькую, кто-то даже радостно хлопал, встречая новоиспеченную слизеринку.
Драко посчитав это знаком, чтобы не продолжать разговор, сделал вид, будто заинтересован в том, что происходило, и тоже поднял голову. Парни, последовав его примеру повернулись к шляпе.
Невысокая девушка с длинными русыми волосами, уже вставала с места и медленно, но уверенно двигалась в сторону их стола. Кто-то из слизеринцев достаточно громко произнес:
- О! Первая слизеринка за сегодняшний вечер.
Драко раздражённо фыркнул, ему был противен тот факт, что на его факультете будут учиться студенты из других школ. Справедливо ли будет сказать, но он считал их недостойными Слизерина. А тут какая-то девчонка, да и к тому же русская. Драко с отвращением озвучил свои мысли:
- Русские. Не доверяю им.
Тео, не глядя в сторону Малфоя, заключил:
- Ты никому не доверяешь.
Блейз усмехнулся и заговорщически наклонился к друзьям:
- Знаете, а я считаю, доверяй, но проверяй. Может у них за мантиями водка? Всегда хотел попробовать.
Нотт не сдержал смешок и повернувшись к Забини спросил у него:
- Водка? Неужто веришь в стереотипы? Тогда ты, наверное, полагаешь, что у неё за мантией припрятана не только водка, но и медведь с балалайкой?
Забини закатил глаза, и ничего не ответил, это был один из тех редких случаев, когда он не нашёл что ответить или его это не волновало. Он оценивающе и безо всякого стеснения разглядывал новенькую.
Девушка уже успела занять место за слизеринским столом, почти напротив них так, чтобы обзору ничего не мешало. Блейз заговорил, все еще не отрывая беззастенчивого взгляда от уже слизеринки:
- Ну знаете, господа, она весьма хорошенькая. Есть в русских какой-то особый шарм.
Нотт усмехнулся и скрестил руки на груди.
- Я думал тебя больше интересует, есть ли у неё водка.
- Если так, то это будет комбо, - наконец повернувшись к друзьям, сказал слизеринец.
Мира чувствовала себя мягко говоря не в своей тарелке. Но по сути так и было. Она упорно подавляла это нарастающее чувство тревоги, когда шляпа произнесла злополучное "Слизерин".
Уж что-то, а факультеты в Хогвартсе она успела изучить. И Слизерин явно не входил в ее планы. Она не обладала ни одним из качеств присущих слизеринцам и надеялась попасть на любой из оставшихся трёх факультетов.
Но прозвучал приговор шляпы, а сердце замерло и выдало кульбит с новой силой, время остановилось, а в следующую секунду Мира уже встала с места и направилась к их столу, на загвоздках сознания понимая, что весь год на этом чертовом стуле и в этой глупой шляпе она не просидит.
Мира даже не заметила, куда именно она присела. Разглядывать новых однокурсников не было никакого желания, и потому Романова вернула свое внимание к шляпе, ожидая, что кто-нибудь из ее настоящих однокурсников тоже попадает на Слизерин.
Время нещадно тянулось, а на Слизерин все еще никого не распределили. Надежда, сменившись отчаянием, быстро переросла в гнев. Мира со злостью вперила взгляд на ненавистный головной убор.
"Гадская шляпа!"
Казалось еще несколько минут и Романова нашлет на неё парочку заклинаний, но этого делать было нельзя. Девушка попыталась успокоиться и вспомнила наказ директрисы.
Она все же отвернулась от шляпы, от греха подальше, и внезапно наткнулась на блондина и его друзей, сидящих рядом. Они расположились почти напротив Миры, точнее это Романова села так.
Сейчас она могла не только рассмотреть их вблизи, но и услышать их голоса. То есть то, о чем они говорят, один из них ведь точно связан с пожирателями. Нужно узнать больше о врагах. Это немаловажно, ведь так?
Разумеется, есть одно "но" они не будут говорить о тайном заговоре в зале полном людей. Но тем не менее, энтузиазм Миры было не остановить и прямо с первых минут она решила, что немного понаблюдать за тем, кто хоть что-то знает о пожирателях будет не лишним.
Теперь Малфой о чем-то рассказывал, делал это он не так эмоционально, как его друг, но все же на его лице можно было прочесть эмоции. В основном одну: отвращение. Прислушиваясь изо всех сил, Мира разобрала несколько слов слизеринца.
- ... жалкое подобие школы... Я скорее бы бросился с башни, чем...
"Чем что? Черт, ничего не слышно! Он назвал Колдовстворец жалким подобием школы? Вот говнюк!"
Внезапная любовь к своей школе, когда ту оскорбляют, проснувшись в девушке, напрочь убила здравый смысл.
Чужие голоса мешали, сколько бы Романова не напрягала слух, разобрать слова было сложно, и про себя проговорив заклинание, девушка, не отрывая правой руки от стола, едва заметно провела в воздухе указательным пальцем, на которое было надето кольцо. И о чудо, магия свершилась. Остались голоса только их троих. Малфой все еще говорил:
- А что касается того, что я задержался после прибытия. Кое-кто подслушивал наш разговор, там в купе, и я решил его проучить.
Мулат искрометно быстро бросил взгляд на гриффиндорский стол и зло усмехнувшись произнёс:
- И этот кое-кто сейчас щеголяет с разбитым носом.
"Они говорят о Гарри Поттере. Но зачем ему подслушивать их? Только если... Поттер знает о пожирателях и том, что Малфой сын одного из них."
- Ты такой проницательный, Блейз. Мамочка не научила его манерам, поэтому это сделал я.
"Она ведь умерла, когда Гарри был всего год. Поганый слизеринец!"
- Поэтому нам не помешало бы найти место, где нас не смогут подслушивать.
Теодор Нотт нахмурил брови, немного приподнял уголки губ и спросил:
- Зачем искать? Комната. Или для тебя это слишком банально? - двусмысленно закончил слизеринец.
Малфой не задумываясь ответил:
- Даже у стен есть уши.
Блейз повернувшись всем корпусом к Драко раздражённо проговорил:
- Малфой, ты совсем параноик? Кому есть дело до наших разговоров? Ну кроме идиотской затеи Поттера, думаешь кто-то еще будет нас подслушивать?
"Упс..."
Девушка еле сдержала смешок, прикрыв лицо рукой. И приняла самый незаинтересованный вид. Все это время она не смотрела на парней, но как же ей хотелось видеть их лица.
"Вот ведь наивное дитя."
Спустя недолгую паузу заговорил Тео:
- Предлагаешь место без стен? Отлично. На улице? Уж там то нас НИКТО не услышит.
Малфой кажется принял самый таинственный вид сейчас:
- Место, куда вряд ли кто-то решится пойти.
Нотт засмеялся от его напускной загадочности, хоть и говорил Драко серьезно, но слышать это было комично. Потому Тео с нотками веселья издевательски произнес:
- Туалет для девочек? Малфой, ну ты имей совесть! Я туда не пойду!
- Салазар вас подери, запретный лес, - шикнул блондин.
- А... всего-то, - Нотт облегчённо выдохнул.
"Запретный лес, значит. Что же, звучит устрашающе. Проверим, так ли это на самом деле."
Полностью погруженная в подслушивание чужого разговора, Мира вздрогнула от неожиданного прикосновения к своему предплечью. По инерции дернув рукой, задела стоящий рядом стакан и тот со звоном упал, разбившись на десятки осколков.
Вернув себе способность слышать все вокруг, а не только разговор слизеринцев, Романова повернулась к нарушителю своего спокойствия. Сбоку от неё стоял высокий парень, и вопросительно смотрел на нее своими бездонными голубыми глазами.
- Тебе помочь?
Мира, стряхивая осколки со своей мантии, раздражённо пробурчала:
-Да уж, не помешало бы, это между прочим из-за тебя случилось! И не надо ко мне так подкрадываться.
Ответ прозвучал слишком резко и грубо. Юноша застыл в немом молчании, но быстро собравшись, взмахнул пальцем в воздухе и стекло поднявшись вверх соединилось вместе, стакан стал таким как прежде, аккуратно опустившись на стол. Романова услышала присвистывание и медленные хлопки в ладоши, за которыми последовал уже знакомый ей голос, который она только что подслушивала:
- Колдуешь без палочки?
Только сейчас Мирослава позволила себе повернуться к слизеринцам и ненадолго задержать на них свой взгляд. Блейз, который обращался к парню, скрестил руки на груди и смотрел с интересом и неким вызовом. Малфой отстранённо наблюдал не вмешиваясь. А Нотт внимательно следил за реакцией парня, глядя на него из-под опущенных ресниц.
Девушка снова повернулась к тому юноше и... О черт, это же ее однокурсник! Только учится он на Хорсе, поэтому близко она его не знает и имени не помнит... Что-то на букву "Р". Роман? Рустам?
Должно быть, ему, как и ей общество слизеринцев пришлось не по вкусу, и он решил подойти хоть к кому-то, кого знает. Как неловко вышло! Пока Мира мысленно била себя по лбу за то, что не узнала его сразу и уже успела нагрубить, парень повернулся к слизеринцу, засунув руки в карманы брюк.
- Без палочки, - с иронией сказал он, и насмешливо спросил, - А вы так не можете? Ну ничего, может и научат.
Не дождавшись дальнейших слов, парень опустился на скамью рядом с Мирославой. Восхищенная его дерзким ответом, Мира улыбаясь прошептала ему на своем родном языке:
- Похоже, они не знают, что все дело в наших кольцах.
- Пусть пока остаются в неведении, - парень подмигнул Мире, но не отвёл взгляда от ее лица. Мира сочла это хорошей возможностью, чтобы извинится.
- Прости, я правда тебя не заметила. Не хотела показаться грубой.
- Пустяки, - расслабленно проговорил парень, - Я Руслан Орлов.
"Руслан! Точно!"
Девушка хотела представиться, но юноша продолжил:
- А ты, насколько я помню, Мирослава, верно?
- Да, Мирослава Романова. Можно просто Мира. Не познакомились в своей школе, так хоть в этой...
- Ты же знаешь, межфакультетская дружба не особо у нас распространена. Как и здесь, судя по всему, - он обвел презрительным взглядом студентов, но заметив на себе взгляд Миры, сделал вид, что занят разглядыванием интерьера, - Интересный потолок, правда?
- Хм, да... - Романова неосознанно подняла голову, - Занимательно.
Как оказалось, пока Мира подслушивала, шляпа распределила на Слизерин троих человек, а после Руслана сюда попади еще двое, поэтому к превеликой радости девушки, на факультете змей она не одна.
По окончании ужина, директор попросил старост проводить новеньких до их гостиных и комнат.
Ученики начали потихоньку подниматься и выходить из зала.
Девушка с тёмным каре, встала и громко заявила:
- Я староста факультета, Пэнси Паркинсон. Прошу всех подойдите ко мне, если не хотите потеряется здесь и блуждать по коридорам одни.
"Ну и вредная же..."
- Фу, что за тон? - брезгливо сказал Руслан, смотря в сторону старосты.
Но все же поднялся, кивком зазывая Миру, девушка последовала за ним, и вот уже все новенькие окружили старосту. Мира заметила, как Малфой устало поднялся с места, прошел к темноволосой девушке и произнес, наклонившись к ней:
- Пэнси, проводи их сама.
Паркинсон резко повернулась к нему и со всей строгостью ответила:
- С чего бы это? Между прочим, на прошлом курсе ты всегда отлынивал от обязанностей. Теперь не выйдет!
Малфой устало потер лицо, и проговорил:
- Обычно я не повторяю по два раза, но будь так добра, проводи их сама. У меня дела.
- Дела подождут, - настаивала на своем Пэнси.
Голос Малфоя из усталого превратился в стальной и злобный, так что Мира поморщилась хоть и его слова обращались не ей:
- Не испытывай мое терпение.
Блейз растолкав новоприбывших студентов произнёс:
- Милые бранятся - только тешатся.
Тео появившись рядом из ниоткуда, ответил, сглаживая обстановку:
- Как ёмко, а главное точно сказано.
Пэнси отступив на пару шагов, потянула за собой Малфоя и поднявшись на носочки промурлыкала:
- Я ведь не просто так тебя зову с собой... после мы могли бы...
Малфой закрыл ей рот рукой, расправил плечи и быстро произнёс:
- Не продолжай, я понял. Идем, - заметив Блейза и Тео, сказал им, - Не обессудьте, ребята. Дела переносятся на завтра.
- Следуйте за нами! - скомандовала довольная собой Пэнси, и двинулась к выходу вместе с Малфоем.
Немного отстав от них Мира увидела, как Блейз игриво заиграл бровями и повернулся к Тео. В ответ Нотт состроил задумчивое и наивное выражение лица и предположил:
- Должно быть, после они идут обсудить график дежурств. А ты о чем подумал?
- О том же самом, - Блейз серьезно взглянул на Нотта, простояв так пару секунд, затем согнулся пополам от приступа хохота.
Друзья, не скрывая, бессовестно громко смеялись, по пути в свои комнаты, обгоняя студентов и старост. Мира засмотрелась на них, она всегда мечтала о такой веселой компании, но к сожалению, таких друзей у нее не было. Все свободное время Мирослава посвящала учебе, и нет, она не была заучкой, просто так выходило...
И все-таки чем старше она становилась, тем лучше понимала, что друзей у нее так и не будет. Девушка отмахнулась от этих мыслей и последовала за учениками.
Выискав в толпе Руслана, Мира поравнялась с ним, кажется он и не заметил ее недолгого отсутствия. Орлов с плохо скрываемым интересом разглядывал с головы до ног идущую прямо перед ними старосту Слизерина. Она шла громко, постукивая каблуками и высоко задрав голову. В это время Пэнси, не поворачиваясь к студентам произнесла:
- Гостиная находится в подземелье, пароль от гостиной я вам сообщу, когда доберёмся. Вам повезло попасть на Слизерин, гордитесь тем, что вы здесь.
Мира скривилась от этих пафосных речей, посмотрела на Руслана ища в нем ту же реакцию, но он будто не услышал слов Паркинсон, всё так же шел следом за ней. Девушка разочарованно отвернулась от парня и неожиданно ее пронзило какое-то странное ощущение, будто за ней наблюдают.
Она опустила голову вниз, смотря себе под ноги, сделав вид, что ее ничего не волнует и наткнулась на чёрные лакированные ботинки. Глаза сами начали подниматься выше к брюкам, вверх по рубашке и пиджаку, к плечам и наконец - к его глазам. От них веяло холодом и морозным утром, когда через приоткрытое окно в дом пробивается ветер со снегом. Малфой.
Он чуть сбавил шаг, нарочно замедляясь так, чтобы идти почти наравне с Мирой. Так вот откуда это чувство. Он смотрит так, что даже не видя взгляда, его можно ощутить.
"Ну и чего вылупился?"
Малфой слегка приподнял уголок губ, смотря на Миру сверху вниз. И дело не в росте, он со всем своим высокомерием показывал, что ей здесь не место.
"А если он видел, как я отреагировала на слова Паркинсон?"
Романова нахмурилась, а Малфой равнодушно отвернулся от девушки, будто ее и не существовало вовсе.
"Ну и что с того? Мне все равно, видел он или нет!"
Когда их наконец довели до гостиной, Малфой пошел сопровождать мальчиков, а Пэнси показывала спальни девочкам.
- Последняя комната ваша, - слизеринка распахнула дверь и указала рукой на спальные места, Мира и Варя (она тоже попала на Слизерин) прошли внутрь, - Вы будете делить эту комнату с Дафной Гринграсс, она не против соседок, пока я живу в башне старост.
"Эта Паркинсон, конечно, не внушает доверия, но она староста и не помешало бы с ней... подружится? Ну нет, обзавестись полезными знакомствами."
Романова повернулась к Паркинсон, и улыбнувшись представилась:
- Я Мира, - она приветственно протянула руку слизеринке.
- Пэнси, - та подала в ответ, - Располагайся, Мира. На этом всё, и после отбоя не гуляйте по школе, иначе будет нехорошо.
Развернувшись на каблуках, стук которых уже вызывал у Миры нервный тик, Паркинсон захлопнула за собой дверь.
Романова обвела взглядом комнату. Четыре кровати, под ними зелёные коврики, столько же шкафов и два письменных стола. Видали и похуже.
Одна кровать явно обжитая, сейчас пустовала, видимо это Дафны. Рядом с другими двумя стояли чемоданы.
- О, это наше, - Варя, заметив их, восторженно произнесла, - Какой у них сервис!
- Да уж, лучше не придумаешь. Пять звезд. Все включено.
- Ну ты чего? Неплохо ведь.
Пропустив мимо ушей слова соседки, Мирослава задумчиво проговорила:
- Она не сказала, когда начинается отбой.
- Нет... Наверное, уже начался.
- И где же тогда наша соседка Дафна? - кивнув в сторону кровати заметила Романова, - Пойду, спрошу, когда отбой. Пэнси всё равно еще недалеко ушла, - быстро выскочив из комнаты под удивленный взгляд Вари, Мира поспешила к гостиной.
Странная и местами пугающая тяга к приключениям, тянула Миру на вот такие поступки, следует предупредить, что в будущем это повторится и не раз. Но сегодня она почувствовала это еще острее, чем раньше. Здесь не было ее грозной директрисы, здесь можно было и парочку правил нарушить.
Миру нисколько не волновало то, когда здесь начинается отбой, она не могла попросту сидеть в комнате, пока здесь... что-то происходит. Она должна выяснить, какие тайны скрывает Хогвартс и его ученики. А в том, что они что-то скрывают, она была уверена. Не просто так же их сюда отправили!
Эти мысли придали Мире, как ни странно - злости, она ускорила шаг, не зная, куда идет и быстро свернув за угол, за которым находилась гостиная, обомлела, когда ее взору предстала не самая приятная картина.
Пэнси, ее Романова узнала по темному каре, стояла спиной к Мире, а высокий блондин, грубо обхватывал ее руками, и с жадностью целовал. Если это можно было назвать поцелуем.
Мире следовало уйти, сбежать, пока ее не увидели, но... застыв как вкопанная, она к своему ужасу наткнулась на острый взгляд серых глаз. Внутри всё упало вниз и пригвоздило ее к полу еще сильнее.
Малфой, не отрываясь от поцелуя улыбнулся, от этой улыбки способность двигаться вернулась к девушке, она отступила на шаг назад, а Малфой с маниакальной страстью потянул Паркинсон за волосы, при этом смотря прямо в глаза Мире, другой рукой грубо прижал слизеринку к себе.
Мира развернулась не досмотрев шоу, которое ей устроил Малфой, до конца, и ринулась прочь, только уже быстрее, чем по пути сюда.
"Твою мать! Твою мать! Твою мать..."
Могло показаться, что в этом ничего удивительного, не так ли? Ну застала Мира их нагло лобызающимися, ну и делов то? Но то, как Малфой смотрел на нее во время поцелуя с другой! Это, это...
"Гадство! Он не должен был так смотреть и лапать ее при мне!"
Мира судорожно начала поправлять мантию, пытаясь стряхнуть с себя его взгляд.
"Вот же... а если он какой-нибудь чокнутый, которому нравится, когда за ним наблюдают в такие моменты?"
"Совсем стыд потеряли! А если бы тут ходили дети!"
Не разбирая дороги, но уже почти перед самой дверью в свою комнату Мира остановилась, тяжело дыша, провела рукой по волосам. Опять возникло это чувство будто на нее смотрят. Девушка осмотрелась - никого, рядом висели только картины. Романова засмотрелась на одну из них...
И вдруг кто-то схватил ее за руку и властно притянул к себе. Мира хотела закричать, но не успела и звука издать, когда увидела перед собой Малфоя, она замахнулась свободной рукой, ударила его по груди, а он перехватив ее руку, лишь хмыкнул, и на лице его появилась та самая маниакальная улыбка, в следующее мгновение он примкнул к ее губам.
Мира протестующе замотала головой, промычала что-то гневное прямо ему в рот, но он был сильнее, и крепко сдерживал ее в своих руках. Мирослава укусила его за губу, все еще пытаясь оттолкнуть. Он ответил тем же, чуть прикусывая ее, но девушка упорно сопротивлялась. Отстранившись на пару сантиметров и схватив ее за подбородок, он гневно сверкнул глазами:
- Будешь дергаться, у нас ничего не выйдет.
Романова занервничала еще сильнее, они здесь одни, и ей никто не поможет, ее едва ли не трясло, расширив от ужаса глаза, она с немым вопросом уставилась на слизеринца.
"Чего не выйдет?"
Не ослабевая хватки, он нежно провел рукой по ее щеке, опустившись к шее. Мира опешив от этого жеста, позволила ему продолжить. Огромными распахнутыми глазами она наблюдала за его движениями, дыханием и тем, как он смотрит на нее. Малфой наклонился к ней, целуя шею, его волосы мягко коснулись щеки девушки. Мира прикрыла глаза от наслаждения - такими приятными были его прикосновения. Она вздрогнула от осознания того, что сейчас происходит.
"Нет! Нет! Мне не приятно это... нет...Тогда надо бежать! Почему я не бегу?"
- Отпусти!
Малфой на выдохе произнес:
- Ты же этого хотела.
- Нет! - выкрикнула Мира, сопротивляясь самой себе, - Нет!
- Посмотри на меня и скажи правду!
Мира отвернулась не в силах смотреть на Малфоя, зажмурила глаза. Все погрузилось во тьму. Его голос стал отдаляться, а Мирослава...
Распахнула глаза, ее кто-то тряс за плечо, но не так грубо, как Малфой.
- Эй, ты говоришь во сне, - склонившись над Мирославой с немного обеспокоенным видом стояла Варя.
Романова, поднявшись на локти, осмотрелась, поняла, что находится в своей спальне. Солнце уже светило в окна, просачиваясь сквозь шторы.
"Как же реалистично это было..."
Заметив, что Варя с нескрываемым интересом вглядывается в ее лицо, Мира спросила заспанным голосом:
- Что?
- Ты шептала: "Нет", - девушка присела на край кровати, и улыбнувшись спросила, - Что тебе снилось такого?
Мира упала обратно на подушку, смотря в потолок, поняла, что ее здесь ждет, и прошептала:
- Кошмар.