Паутина

Это был странный и безумный день. Наверное, самый необыкновенный в его жизни. Даже если вспоминать тот случай, когда Мари-Виктуар поцеловала его на виду всей платформы девять и три четверти.

- Тед?

Бабушка поднялась из кресла, когда молодой человек неуверенной походкой вышел из камина. Наверное, она была немного напугана, потому что Люпин редко заявлялся без предупреждения, да еще в таком виде, словно подрался. Ну, или наткнулся на особенно пыльную стену. Или забыл причесаться.

Ах, да, ведь у него сейчас ярко-синие волосы и фиолетовые зрачки, вспомнил Тедди, улыбаясь Андромеде и делая три довольно уверенных шага.

- Тед, ты пьян?

Да, наверное, его поведение казалось бабушке странным.

- Нет, - Люпин сел, глядя на Андромеду глазами сумасшедшего. - Я не пьян, я вообще не пил. Ну, бутылку сливочного пива не стоит считать...

- Тогда объясни мне, пожалуйста, что - это? - она указала на волосы внука и его потрепанный вид. - Где ты был?

Люпин слабо улыбнулся:

- Был я много где. На работе, у Гарри, у мистера Уизли, дома...

- Тед, если ты думаешь, что я от тебя отстану, то ты глубоко ошибаешься, - бабушка сурово поджала губы. - В чем причина таких кардинальных изменений в тебе? А главное - что за странное выражение лица?

- Ба, - блаженно простонал Тедди, откидывая голову на спинку. - Не надо только меня ругать. Не порть мне лучший день в жизни...

- То есть лучший день в твоей жизни - это когда ты стал похожим на сумасшедшего фаната «Ведьмоков»?

- Бабушка, ты знаешь рок-группу «Ведьмоки»? - улыбнулся Тедди, пытаясь придать своему лицу обычное выражение. Но не получилось, да и не могло.

- Тед, не надо делать из меня древнюю старуху, помешанную на вязании, - попросила Андромеда, складывая в корзину спицы и наполовину связанный джемпер. - Ну, и что же все-таки стряслось? Мари-Виктуар накормила тебя, наконец, сносным обедом?

Люпин опять улыбнулся, глядя на бабушку. Как же ей сказать?

- Она всегда кормит меня очень вкусно, - заметил Тедди, почесывая макушку. - Просто...

- Тед, ты же знаешь, это твое любимое слово «просто» выводит меня из себя, - проворчала бабушка, садясь рядом.

- Это не мое, это Гарри...

- Да-да, это я и так знаю, но на твоего крестного я повлиять не могу, но от тебя не отступлюсь, пусть ты хоть Министром магии станешь...

- Ба, меньше надо читать книжек, - Тедди протянул руку и взял со столика «Диадему» Пруэтт. - О, нет, только не это... - простонал он, отодвигая от себя книгу. - И здесь она меня достала...

- Мари-Виктуар пригласила меня на премьеру, поэтому я должна была прочесть первоисточник, - заметила Андромеда. - И ты отклонился от темы. Что с твоими волосами? Если бы ты все еще учился в школе, я бы тебя поняла, твоя мама очень любила такие фокусы в школьные годы... Но ты уже не мальчик...

- Бабушка, - Тедди усмехнулся, - чем тебе не нравится? По-моему, стильно, а главное - выделяет меня из толпы...

- С каких пор ты решил выделяться из толпы? - изумилась Андромеда. - Ты всегда старался быть незаметным и тихим, сироткой и одиночкой... Слава Мерлину, Мари-Виктуар тебя хотя бы немного изменила... Хотя твои яркие рубашки...

Тедди посмотрел на свою кремовую рубашку, выглядывавшую из-под жилета, но промолчал.

- Надеюсь, ты не собираешься ходить в таком виде?

Люпин усмехнулся:

- Собираюсь.

Бабушка выглядела шокированной:

- Тед, что с тобой? И как долго это будет продолжаться?

- Девять месяцев, - просто ответил Тедди, - хотя нет, меньше, где-то восемь и еще чуть-чуть...

Бабушка выронила из рук книгу, которую перекладывала на столе.

- Только не говори мне, что это то, о чем я подумала...

- Откуда же я знаю, о чем ты подумала? - ухмыльнулся Тедди, вставая и подбирая «Диадему».

- Тед, перестань темнить, говори прямо!

- Я тебе прямо и сказал, - рассмеялся Люпин, обнимая бабушку и целуя в щеку. - Мари ждет ребенка.

Андромеда выдала такой поток из сочетания непроизносимых отдельно магических слов, что Тедди не смог сдержать улыбку, глядя на раскрасневшуюся бабушку.

- Это значит: я безумно рада?

- Нет, это значит, что я слишком молода, чтобы стать прабабушкой, а вы с Мари-Виктуар слишком молоды, чтобы быть родителями! - Андромеда высвободилась из рук внука и села в кресло, поджав губы. - И вы не женаты...

Люпин тоже сел, все еще блаженно улыбаясь. Он знал бабушку - она не сердилась, а просто была ошеломлена. Как и он сам.

- Почти о том же, только более эмоционально, мне сказала Мари...

- Зная твою невесту, я могу представить себе целый спектакль, - фыркнула Андромеда. - Неудивительно, что ты вывалился из моего камина с таким фигуральным выражением на лице...

- О, она просто немного... потрясена, - улыбнулся Тедди. - Она начала с того, что я испортил ее театральную карьеру, продолжила тем, что мы не женаты, а закончила на том, что даже не представляет, как мы назовем малыша!

- А ты все время молчал и только поддакивал, - покачала головой Андромеда, с осуждением глядя на внука. - Никуда ее карьера не денется, да и не ты один виноват, или Флер и Билл не объяснили девочке, откуда берутся дети?

- Ба, - рассмеялся Тедди. - Ты же знаешь, какая она эмоциональная...

- Знаю, и ее эмоции только повредят ребенку. Где-то у меня были убраны старые вещи, что мы покупали в Париже для твоей мамы, когда она родилась... Кроватку можно взять у Гарри, у Альбуса была очень милая...

- Бабушка...

- Вам стоит пожениться, иначе, боюсь, все будет как-то странно...

- Бабушка.

- Думаю, когда родится ребенок, мне придется бросить свой сад и переселиться к вам, чтобы показать, как нужно...

- Бабушка! - рассмеялся Тедди, вставая и опускаясь рядом с креслом Андромеды. - Бабушка, остановись, - он пытался перебороть смех. - Я тебя прошу, остановись...

- Кстати, а почему ты здесь? Почему не с Мари?

Люпин смущенно улыбнулся, поднимаясь с пола:

- Мари меня выгнала.

- Что?

- Она была вся в растрепанных чувствах, сказала, что поскольку я не выказал должного раскаяния по поводу того, что ей придется бросить сцену и вязать носочки, то она хочет побыть одна...

- То есть ты не обрадовался? - сердито сощурившись, спросила Андромеда.

- Обрадовался! - даже обиделся Тедди. - Мы чуть не убились, когда я вертел ее по комнате! Ты же видишь, что приключилось с моей головой... Просто это же Мари... Она сказала, что не желает, чтобы я видел ее с опухшими от слез глазами...

- Что же будет, когда она станет кругленькой и пухленькой? - нахмурилась Андромеда. - Спрячется ото всех?

Люпин лишь пожал плечами.

- Ну, и что ты сидишь? - вдруг вскрикнула бабушка.

- А что мне делать?

- Иди домой, сейчас же!

- Но, ба... - растерялся Тедди.

- Только не надо мне слов Мари-Виктуар, беременные женщины обычно очень импульсивны: что-нибудь скажут, а через три минуты уже жалеют об этом. Даю голову моего пса на отсечение, что она сейчас сидит и бьет подушку, злясь, что ты ушел...

- Я хотел еще зайти к Гарри...

- Переживет твой Гарри день без тебя, - Андромеда буквально толкала внука к камину. - До чего же вы, молодежь, глупы...

Тедди усмехнулся и покорно отправился домой.

Мари действительно злилась: она вышагивала по гостиной, пиная каждый раз диванную подушку. Когда Тедди вошел, она зло на него посмотрела - и метнула этой подушкой ему в лицо. Люпин успел поймать ее и откинуть.

- Ну, и где ты был?! У крестного?

- Нет, у бабушки, - Тед медленно подходил к девушке. - Ты же сама меня выгнала...

- А ты и рад, - огрызнулась Мари, отворачиваясь. - И что же твоя бабушка сказала? Небось, что я во всем виновата?

- В чем же? - Тедди подошел к ней сзади и обнял, прижимая к себе. Он сложил ладони на ее пока еще плоском животе, где билась жизнь их малыша.

- Да во всем, - надув губы, ответила Мари.

- Нет, бабушка вспоминала, куда убрала детские вещи из Парижа, думала о том, что нужно взять кроватку у Гарри, и мечтала о том прекрасном времени, когда станет прабабушкой... - Люпин потерся подбородком о затылок любимой девушки, улыбаясь. - И о том времени, когда ты будешь пухленькой и кругленькой...

- Люпин! - она резко повернулась в его руках. - Я не хочу быть пухленькой! Я буду ужасной! И ты перестанешь меня любить!

Тедди покачал головой:

- Я буду любить тебя любой. Тем более, когда будешь носить нашего малыша... - он поцеловал ее в кончик носа. - Ты кому-нибудь еще говорила?

- Нет, - она опустила глаза. - Я не знаю, как...

- Ну, теперь можешь не беспокоиться. Я не просил бабушку хранить секрет, поэтому к вечеру жди наплыва гостей. Зная бабушку, удивлюсь, если к этому моменту половина Англии еще не знает о том, что она станет прабабушкой, - усмехнулся Люпин.