♠
Песня: Anthem Lights - Just The Way You Are
***
Лежа на не слишком прибранном полу моей комнаты, мы смотрим друг на друга, и никто из нас и не думает вставать. Я опять потерялся в его взгляде, и ничего больше не имеет значения. И я понимаю, как же сильно не хочу, чтобы это когда-нибудь прекращалось. Такое чувство, что если я не буду забывать собственное имя, смотря в его глаза, то жизнь потеряет смысл. Его руки все еще на мне, пальцы гладят кожу, и атмосфера снова меняется.
- Гарри, у тебя, эм, ну...было много..?
И я замолкаю, краснея. Мне неудобно спрашивать у него такое, но мне, черт возьми, нужно знать со сколькими людьми он спал. Больше ли у него опыта, чем у меня. Кажется, он понял, что я хотел сказать, и отрицательно качает головой.
- Нет, - он опускает взгляд на свои пальцы, проводя ими по моей руке. - Ты будешь вторым. У меня была только Саманта.
Он закусывает губу и снова смотрит мне в глаза, прежде чем повторить: «Ты будешь вторым». У меня перехватывает дыхание, и я даже непроизвольно открываю рот. То есть... вы его видели вообще? Да я сам был свидетелем того, как официантка чуть не вывалила на него свою грудь просто потому, что он ей улыбнулся. Он не мог спать только с одним человеком. Он слишком шикарен.
Но ведь это правда. Если в мире есть один человек, который не будет врать о своих похождениях, то это - Гарри Стайлс. А самое ужасное - что я всегда знал это. Просто до последнего надеялся, что ошибаюсь. Но нет, он слишком уважает себя, чтобы трахать все, что движется. В отличие от меня.
ЛАДНО, не нужно было задавать этот вопрос, потому что я ещё никогда не чувствовал себя настолько жалким. Он собирается спросить у меня то же самое. А я лучше умру, чем отвечу.
- Нет, заткнись. Даже не спрашивай.
И я пытаюсь встать. Но поскольку наши ноги переплетены, и я идиот, то он лишь сильнее притягивает меня к себе, улыбаясь уголками губ.
- Почему?
- Потому что.
У меня наконец-то получается встать.
- Их было так много?
Я его сейчас убью. Нет, правда, что за чертову насмешку я слышу в его тоне? Громко падаю на кровать, зарываясь лицом в подушку. Только вот он идет за мной.
- Заткнись.
Он ложится рядом, но я отказываюсь смотреть на него. Он смеется. Так, давайте занесем тактичность в список его врагов.
- Ну же, давай, скажи.
- Отвали.
Он снова смеется, и я бросаю в него подушку.
- Я могу угадать, если хочешь.
- Нет.
- Сто?
Что?! Резко поднимаю голову, широко раскрываю глаза.
- Сто? Ты с ума сошел? Я же не робот.
- Так сколько?
- Не знаю, я никогда не считал.
- Врунишка.
И я попытался что-то неразборчиво пробормотать в подушку, надеясь списать все на его плохой слух. Не сработало. И, как можно крепче закрыв глаза, я накрываю голову еще одной подушкой.
- Восемьдесят.
Какого черта он опять смеётся?! Это не смешно. Я чувствую себя очень, очень жалким. Поэтому, когда он пытается обнять меня, я лишь напрягаюсь и что-то бурчу. Да это же легендарно. О приключениях Луи-кретина скоро будут книги писать.
- Посмотри на меня.
Его рука поднимается по моему бедру, мне щекотно. Мать вашу, почему он снова смеется?
- Нет.
- Почему?
- Стыдно.
Но он не оставляет мне выбора. Кладет руки на талию и переворачивает меня на бок, прежде чем прислониться и переплести наши ноги. А я смотрю на его кулон. Почему бы и нет? Начинаю играть с висящей на цепочке звездой Давида.
- Я не знал, что ты еврей.
- Меняешь тему?
- Да.
- Мой отец еврей. Почему тебе стыдно?
Я все еще не хочу смотреть на него. Продолжаю играть с его кулоном.
- Потому что, по сравнению с тобой, я - последняя шлюха.
- Не говори так.
Наконец-то поднимаю на него взгляд.
- Но ведь...
- Нет.
- Да, я...
- Нет.
- Подож...
- Тшш.
Он специально. Перебивает каждый раз, когда я открываю рот. У меня самый невыносимый парень на свете.
- Ты дашь мне сказать?
- Если ты снова скажешь такой бред - тогда нет.
- То есть, тебе плевать на то, что я переспал с половиной планеты?
- Да.
- Правда?
- Конечно. А почему меня должно это волновать? - и я не знаю, что ему ответить. Сам не понимаю, почему я так на этом зациклился. - Теперь ты со мной. Больше ничего не важно.
Его слова эхом отражаются в моей голове. «Теперь ты со мной.» Да, теперь я с ним.