YOU STAY [He's a MONSTER Part 2]

Я посмею посвятить это продолжение тому человеку, который поддерживает меня во всех начинаниях и за пару месяцев успел узнать меня лучше, чем близкие люди за годы жизни. Надеюсь, ты рада ❤️

Также хочу попросить всех тех, кому наскучило и кто считает эту историю затянутой, просто не читать. Пожалуйста, не сбивайте мое вдохновение негативными комментариями.

Буду очень рада вас видеть в моих новых историях. Смотрите профиль :)

Sam Smith — So Serious

Мы так боимся быть навязчивыми, что кажемся равнодушными.

Эрих Мария Ремарк, "Время жить и время умирать"

POV Harry

Когда я тихо прикрываю за собой дверь ее маленькой квартиры, вместе с едва слышным щелчком замка будто рушится все мое самообладание. Не хочу уходить. Этого я и боялся. За одну ночь я стал так слаб, так зависим...

Вдруг неожиданная злость охватывает все внутри. Я не должен был оставаться. Я не могу быть ни к кому привязан.

Слова Маркуса эхом отдаются в голове. Он способен на все. Он способен разрушить множество жизней ради этого бизнеса.

При входе в дом на пороге меня встречает Сара. Она спрашивает, буду ли я завтракать, и узнает планы на день. Я настолько утопаю в наводняющих разум мыслях, что пропускаю ее речи мимо ушей и слишком стремительно прохожу в кабинет.

Сбрасываю все книги с полок, практически разбираю по частям стол, но ничего не нахожу. Осматриваю все спальни, затем спускаюсь на второй этаж и заметно пугаю Сару грохотом и своей руганью.

На шум сбегается охрана. Я нервно оглядываю каждого из них и увольняю всех разом.

Я должен очистить свою жизнь от всех следов Маркуса, избавиться ото всех его подарков, ото всех навязанных близких друзей и прочих привычек.

Звоню Тодду и прошу приехать. Мне больше не к кому обратиться. Мне, черт возьми, кажется, что меня предал весь мир.

POV Ashley

Я просыпаюсь слишком резко, будто от удушья. Не сразу осознаю, где я. Затем перед глазами проявляется знакомый белый потолок, светло-зеленые стены... Его сильные руки и неровное дыхание...

Оборачиваюсь и уже ничему не удивляюсь...
Его снова нет рядом.

Тяжело выдыхаю и закрываю глаза. Что со мной не так?

Одни из выходных в этом месяце мы проведем в Нью-Йорке. Мне бы хотелось сказать, что мы проведем их вдвоем, но это не так. Это деловая поездка. Гарри будет сопровождать отца Адриана, а я буду сопровождать Гарри...

Остается только надеяться, что у него будет хотя бы пару часов на то, чтобы прогуляться со мной по широким проспектам города.

Поднимаюсь и неохотно плетусь в душ, но стоит мне открыть дверь ванной, как поток воздуха развевает вокруг вчерашние минуты бесконечного счастья. Его мокрые волосы и розовые губы...

Мысли в голове не складываются в единый пазл, и хочется просто лежать и ничего не делать. Бездумно смотрю на себя в зеркало, пока чищу зубы; бездумно шагаю под душ и так же бездумно стою под водой пару десятков минут.

Брошенный на кухне телефон разрывается от назойливых звонков.

— Привет. Какие планы на сегодня? — голос Люси неожиданно заряжает энергией.

— Никаких, — произношу на выдохе и падаю на диван. — Хочешь, можем посмотреть фильм у меня? Я куплю вино.

— Мне нужно купить новую одежду. Может, сначала пройдемся по магазинам? — буквально чувствую ее бодрый настрой через вибрации голоса и невольно улыбаюсь. Слышу, как Люси закрывает дверь, и понимаю, что она уже очень скоро будет на моем пороге.

— Хорошо.

POV Harry

— Я не знаю, что делать, — мой голос уже кажется мне каким-то отчаянным криком.

— Успокойся, — Тодд шагает рядом со мной, и по его лицу я могу понять, что он тоже в глубоких думах. — Кто еще знает об этом?

— Только ты. Тайлер приедет к трем, но я не могу ему доверять. Буду делать вид, что ничего не произошло. Но он увидит, что нет охраны.

— Я постараюсь найти хороших парней в течение недели, но ты сам знаешь, что это нелегкий и небыстрый процесс, — он качает головой, а я все еще не могу свыкнуться с мыслью о том, что Тайлер может быть предателем.

Мы проходим в конец сада и останавливаемся, чтобы закурить. Я оглядываю участок, пустующий дом, высокие насаждения и голубое небо. Я здесь всего лишь год, может, даже меньше, но уже дважды сменил всю охрану...

— Что Маркус может сделать? Если вы хорошо спрячетесь, он вас не сможет достать, — Тодд внимательно смотрит на меня, а я не могу дать ему ответа, ведь не знаю, на что способен Марк.

— Отец Эшли тоже настроен против меня. Время уже ушло. Нужно было предпринимать такие действия вчера.

— Эш знает? Об отце?

— Да.

— Как она? — в его глазах читается искренний интерес.

— Я не знаю, — пожимаю плечами. Я ведь сбежал сегодня утром. Снова.

Если бы я остался до ее пробуждения, то провалялся бы в той кровати до самого обеда.

— Она тоже зла на них и уже какое-то время не общается ни с отцом, ни с матерью... — отвечаю на его немой вопрос. — Ты ведь знаешь, как тяжело ее прочесть. Мне кажется, она в порядке.

— Гарри...

— Не надо, — перебиваю его, прежде чем он скажет все то, что я уже слышал.

— Нет, ты знаешь, что она достойна лучшего. Ты не можешь снова так вести себя с ней!

— Я знаю, — выдыхаю дым. Я прекрасно знаю... — Я просто не смогу себе простить, если с ней что-то случится.

— Ничего не случится. Перестань об этом думать, — Тодд злится, и мне трудно сдержать ухмылку.

Телефон в кармане вибрирует. Достаю его и получаю несколько уведомлений от Сэм. И ни одного от нее... На секунду закрываю глаза и невольно качаю головой. Чертов идиот.

Открываю нашу скудную переписку, но ничего не пишу. Я не знаю, что писать! Спросить, что она делает? Банально.

— Она с Люси в торговом центре, — Тодд отвечает на мои мысли, и я машинально блокирую телефон.

Когда мы вновь заходим в дом со стороны сада, нам на встречу идет Тайлер. Он здоровается с нами, и первым же его вопросом становится: "а где охрана?"

— Я их уволил, — произношу без колебаний.

— Всех? — Тай удивленно приподнимает брови.

— Да.

Вот он — мой самый приближенный человек — стоит прямо передо мной. Может ли он быть предателем? Если это так, как же я могу доверять кому-то? Как же я могу доверить кому-то ее? Ведь я не смогу быть постоянно рядом.

— Что-то случилось?

— Это вынужденная мера. Я уговорил Гарри. Ни один из них и не шевельнулся, когда я тут расхаживал по участку в капюшоне, — Тодд выдумывает на ходу эту историю, и я с благодарностью киваю.

Тай кивает в ответ и оборачивается на движение за спиной. Сара.

Он здоровается с ней и просит кофе. Мы садимся на диваны в гостиной, которая уже тщательно убрана после устроенного мной утром погрома.

— Как Эшли? — и снова ее имя. Она преследует меня даже в мыслях моих друзей.

— В порядке.

Он изгибает бровь в ответ на мой строгий тон. А я просто не могу сидеть напротив него и лгать ему в лицо. Мне так хочется вскочить, схватить его за воротник и выбить всю правду.

— Уже пару часов расхаживает с Люси по магазинам, — Тодд наигранно закатывает глаза, старательно прикрывая мою несдержанность.

Внезапно осознаю, что этот дом мне больше не уютен. Я не могу здесь расслабиться, потому что приходится раз за разом отгонять параноидальные мысли о прослушке и слежке.

— Вы поедете к ним?

— Нет, — отвечаю без промедления.

— Да, — в ту же секунду произносит Тодд.

Тайлер усмехается.

— Я... Думаю, я продам этот дом, — кладу локти на колени и снова осмысливаю свое решение. Мне не остается ничего иного, кроме как поменять в своей жизни все и всех.

Оба мужчины удивленно оглядывают меня и обмениваются непонимающими взглядами.

— Ты хочешь переехать? Почему? — Тай непонимающе хмурится. — Из-за Эш?

— Да, — Тодд вновь перебивает меня, и это уже начинает злить.

Но мой некогда верный помощник не замечает моей ярости и улыбается, словно радуется этой новости.

Сара неожиданно ставит на стол кофе. Она ходит слишком бесшумно. Сейчас это особенно напрягает.

Встречаю ее испуганный или взволнованный взгляд и понимаю, что она услышала, что я продаю дом.

— Ты свяжешься с риэлтором? — обращаюсь к Тайлеру.

— В понедельник, — он кивает.

— И машины тоже. Обе.

— Гарри, что-то случилось? — Тай вновь хмурится и подается вперед, внимательно разглядывая меня.

Да, бл*ть. Случилось.

— Нет. Просто хочется все начать сначала.

POV Ashley

После каждой вибрации телефона я наивно надеюсь увидеть там всего лишь одно имя. Напрасно.

Люси болтает без умолку о своих теперь более не секретных отношениях, о работе, о трендах в одежде и в целом обо всем. Я слушаю ее и чувствую себя живой.

Она постоянно смешит меня и каждый раз оценивает мое настроение своим острым сканирующим взглядом.

— Хватит так на меня смотреть, — улыбаюсь и качаю головой.

— Я просто пытаюсь понять, натворил ли что этот мудак, или ты просто устала после вчерашней ночи, — она щурится и едва заметно улыбается.

Смеюсь в ответ и заметно смущаюсь. Разговаривать о Гарри кажется таким недозволенным, запретной темой.

— Он предложил мне поехать с ним в Нью-Йорк, — пожимаю плечами.

— Это ты так отгул просишь? — подруга усмехается и приподнимает брови.

— Пока не знаю, на какой день, — едва сдерживаю смешки и прикрываю лицо руками.

— Значит, все в порядке?

А все ли в порядке?

Может быть, мне стоит свыкнуться с тем, что его никогда не будет в постели утром? Может, стоит привыкнуть к отсутствию каких-либо принятых знаков внимания от него?
Я не хочу так. Мне нужно это внимание. Иначе кажется, будто вне наших встреч я его совсем не интересую...

— Эш?

— Он молча испарился еще до того, как я успела проснуться. И вот уже целый день поддерживает радиомолчание, — произношу на выдохе, чем заставляю подругу отложить выбор новых туфлей и обратить все свое внимание на меня.

Она сначала недолго молча о чем-то думает, словно анализирует мои слова, затем поджимает губы и устремляет свой взгляд в мои глаза.

— Он зачем-то позвал сегодня Тодда. Может, что-то случилось?

Перед глазами мелькают картинки вчерашнего вечера: его резкое желание покинуть маскарад, сдержанное молчание и задумчивый вид. Мне ведь тоже показалось, что что-то случилось...

— В любом случае, мы никогда не узнаем, — подруга подхватывает меня за руку и выводит из магазина. — Не забивай себе этим голову, дорогая. Если хочешь, напиши ему сама.

— Я не знаю, что написать, — пожимаю плечами. Мы так редко общаемся в сети...

— Как насчет: "Привет. Какого хера ты свалил так рано, придурок?" — она улыбается и смотрит на меня так, будто это истина первой инстанции. — Ладно, шутка. Не знаю, — Люси пожимает плечами и заворачивает в очередной бутик. — Спроси, приедет ли он сегодня.

Качаю головой. Я не хочу спрашивать у него, приедет ли он. Я, кажется, исчерпала весь свой запас сил для борьбы за эти отношения вчера вечером.

— Не хочешь, чтобы он приезжал? — ее всегда прямолинейные вопросы позволяют спокойно дышать, ведь я четко вижу их цель, и не приходится искать потайной смысл.

Мне вдруг становится так легко и спокойно. Нужно всего лишь знать, что рядом есть тот, кто тебя поддержит и поставит на место заблудившиеся чувства.

— Не знаю.

.

.

.

Ближе к вечеру мы оставляем в машине Люси покупки и поднимаемся в ресторан, чтобы поесть. Обсуждаем наши планы на завтра и на неделю в целом.

Подруга рассказывает мне, что они с Тоддом собираются завтра на пляж. Она, конечно же, зовет меня, но я вежливо отказываюсь, ведь буду им только мешать.

Также у них есть общие планы и на следующие выходные, и на выходные через месяц.

Могут ли у нас с Гарри вообще быть общие планы?..

— Я знаю, как мы поступим, — подруга допивает свой кофе и смотрит на меня таким уверенным, убежденным взглядом, что на мгновение я пугаюсь ее мыслей. — Идем.

Мы расплачиваемся и спускаемся на парковку. Она ничего мне не объясняет. Так мы останавливаемся у супермаркета и покупаем вино. Я долго кручусь возле полок, стараясь найти хоть одно из тех, которыми меня угощал Гарри, но мои поиски безуспешны. Однако я нахожу одно из любимых вин мамы и беру две бутылки.

Мама...

Прикусываю губу и шумно выдыхаю. Я скучаю по ней. Мне не хватает ее советов и искреннего интереса моей жизнью, моим настроением, моей работой. Но мысли о ней непременно ведут к отцу, слова которого надолго отпечатались в памяти, и вновь становится не по себе.

— Ты же знаешь его адрес, — Люси отрывается от телефона и кладет в корзину пинту мороженого.

— Мороженое? — удивлённо приподнимаю брови и смотрю на нее.

— Брось, Эшли, — подруга закатывает глаза и делает глубокий вдох. Она проверяет корзину в последний раз, и мы направляемся к кассе. — Я уверена, он будет рад тебя видеть, — она многозначительно подмигивает, а я чувствую, как мое лицо даже от такого безобидного жеста уже покрывается краской.

— Я не знаю, хорошая ли это идея. Особенно, если у него что-то случилось. Вдруг его не будет дома?

— Я только что узнала, — Люси победно склоняет голову. — Они играют в PlayStation.

Усмехаюсь в ответ, но все же сомневаюсь.

— Это как-то странно. Я не могу наведываться к нему домой без приглашения... Да еще и с вином... — демонстративно качаю бутылкой и сканирую штрихкод. — Я не хочу навязываться, Люси. Я итак навязалась вчера.

— Тем, что попросила его остаться?

Киваю в ответ.

— Ты точно издеваешься, Эш. Произносить вслух свои желания — это нормально. Ты не заставляла его оставаться. Если он решил остаться, значит, он сам этого хотел, — Люси раздраженно размахивает руками и одновременно складывает наши продукты в пакет. — В конце концов, ему можно приехать и трахнуть тебя. А тебе нельзя?!

Я обреченно оглядываюсь на людей вокруг и в улыбке закрываю глаза. Никогда не смогу привыкнуть к ее безутешному истинному возмущению и неприкрытому сквернословию на людях. Но никогда не перестану это любить.

.

.

.

На пороге нас встречает Сара. Я невольно смотрю на наручные часы и фиксирую время. Девять вечера. Но ведь она работает до восьми.

Тут же вспоминаю ее оговорку про Маркуса, и ноги тяжелеют. Желание переступать порог этого дома растворяется в ее фальшивой улыбке. Люси замечает мою реакцию, и по ее лицу я понимаю, что она спросит меня об этом позже.

Она просит Сару не предупреждать о нас, потому что мы хотим сделать сюрприз. Домработница кивает, забирает у нас пакеты и уходит на кухню.

Мы снимаем обувь и останавливаемся перед большим зеркалом. Пересекаемся взглядами в отражении и усмехаемся. Поправляем прически и одежду и проходим дальше.

Все внутри замирает от звука его голоса, и я останавливаюсь. Поджимаю губы и беспомощно смотрю на Люси.

— Надо было зарядить тебя парой коктейлей, — шепчет она и подталкивает меня вперед, одновременно оглядывая помещение.

Она комментирует все то, что видела здесь на вечеринке и то, чего не замечала. Ее тихий шепот расслабляет, и я вновь могу спокойно дышать.

Тодд замечает нас сразу, и его взгляд будто стекленеет. Он мгновенно восстанавливается и улыбается. Мы улыбаемся ему в ответ, и тогда я впервые за день встречаюсь взглядом с Гарри. Его выражение лица резко сменятся с веселого на серьезное, отчего кровь в венах холодеет.

Мужчины встают и выходят из-за диванов нам навстречу. На журнальном столике я замечаю бутылку виски.

Люси тут же громко проговаривает: "Привет, Гарри!"
Он улыбается ей в ответ и вновь переводит взгляд на меня.

Пока моя подруга будто фея в волшебной ослепляющей счастьем пыльце подлетает к своему молодому человеку и целует его, я неуверенно произношу "привет" и опускаю взгляд.

Гарри здоровается со мной и тут же произносит: "я не знал, что вы приедете", и обращает свой негодующий взгляд на Тодда.

— Не смотри на него так. Он тоже не знал. Это сюрприз, — шутливо и одновременно строго отрезает Люси. — Но если мы Вам помешаем, то не переживайте. Мои родители живут в десяти минутах езды отсюда, а я давно у них не была.

— Нет-нет, это не то, что я имел ввиду, — Гарри расторопно качает головой и поправляет челку. Люси умеет заставить краснеть любого. — Просто у нас тут... — он оглядывает оглядывает комнату, — ох, все. Я молчу. Хотите чего-нибудь выпить?

Я не могу пошевелиться, словно меня сковали парой крепких цепей. Гарри улыбается и жестикулирует проходить дальше в гостиную, и лишь когда Люси касается моего предплечья, я снова обретаю силы.

Он не был рад меня видеть. Он был слишком удивлен.

— Мы привезли вино и закуски, — Люси улыбается и свободно следует за Тоддом.

— И пинту мороженого, — усмехаясь, добавляю я.

— Эшли выбирала вино, — подруга тут же выдает меня и пожимает плечами в ответ на мой и без того смущенный взгляд.

Я тут же мимолетно смотрю на Гарри и замечаю его приподнятые брови и заинтересованное выражение лица.

— Тогда попрошу Сару помочь нам. Сейчас вернусь, — он по-прежнему улыбается и покидает нас.

Подхожу ближе к Тодду и понимаю, что вовсе и не поздоровалась с ним. Когда он раскрывает руки для объятий, с плеч падает часть за минуты взращенного волнения. Я быстро крепко обнимаю его и ищу за его спиной взглядом Люси, но та слишком увлечена картиной на стене.

Мы обмениваемся привычными "как дела?" и успеваем немного поговорить о вчерашнем бале до того, как Гарри возвращается и вручает бокал Люси, а затем мне.

Следом за ним приходит и Сара. Она не поднимает на меня взгляда, ставит блюдо с закусками на стол и уходит.

— Гарри, — голос подруги обычно кажется мне спасением в таких неловких ситуациях, — надеюсь ты не против, если я попрошу Тодда показать мне все картины? — но не в этот раз. Я тут же испуганно смотрю на нее, но она не подает виду и спустя всего каких-то пару секунд и вовсе исчезает в широких просторах этого дома.

Кажется, будто земля уходит из-под ног, но я вовремя беру себя в руки и поднимаю уверенный взгляд на молодого человека передо мной.

— Вкусное вино. Я попробовал, — он почти незаметно улыбается и указывает на бокал в моих руках.

— Мама его любит, — я так же мельком улыбаюсь в ответ.

Между нами повисает терпкое молчание, от которого, кажется, начинает звенеть в ушах. Я делаю глоток вина и прокручиваю стеклянную ножку меж пальцев.

Почему я чувствую себя настолько чужой? Словно мы незнакомцы, оставшиеся впервые наедине.

Я бы могла еще в самом начале подбежать к нему и крепко обнять, ведь обожаю так делать со всеми дорогими мне людьми, но буквально чувствую барьер между нами, предотвращающий все мои подобные действия. Будто один его взгляд убеждает меня держаться подальше...

Я не хочу быть одной из тех, кто вешается на своих парней и всегда бдительно оглядывает всех вокруг. Мне достаточно понимать, что он тоже хочет быть рядом со мной не только в моей спальне, но и на людях. Однако я невольно вспоминаю, как когда-то он твердил мне, что отношения — не для него. А я наивная думала, что смогла это изменить.

Собираюсь с силами и хочу шагнуть в сторону и бессильно упасть на диван, но Гарри вдруг касается моей руки, забирает бокал, останавливая его вращение, и ставит его на журнальный столик.

Он шагает чуть ближе и касается пальцами моей щеки. Я закрываю глаза.

— Прости, — его голос звучит так тихо и одновременно так громко. — Я идиот.

Все ранее копившееся напряжение лавиной скатывается по плечам.

Гарри наклоняется и прикасается губами к моему лбу, и я успокаиваюсь. Буквально обретаю нужное равновесие, и все губительные мысли растворяются в привычном запахе его одежды.

Ощущаю себя ужасно зависимой от него.

И мне все равно.

Чувствую, как наши щеки соприкасаются, и мурашки охватывают спину. Быть так близко к нему — равнозначно терять контроль — здесь не действуют никакие силы.

Он украдкой целует мои губы. Когда я обреченно подаюсь навстречу, обнимает за талию и прижимает ближе к себе. Касаюсь ладонью его груди, чтобы удержать равновесие, и внезапно осознаю, что он — мое равновесие. Рядом с ним я могу позволить себе быть собой. И так хочется раствориться в этом медленном нежном поцелуе и больше никогда не переживать столько волнений из-за его отсутствия...

В гостиную вдруг входит Сара, и я поворачиваюсь, но Гарри будто и вовсе не замечает ее присутствия. Он, не глядя, отправляет ее домой, а я кладу голову на его плечо и провожаю ее взглядом.

Кажется, мы стоим так еще целую вечность. Он рассказывает мне об их вечере с Тоддом и расспрашивает про прогулку с Люси. Если бы только можно было навсегда забрать его и вечно находиться рядом, ведь в его руках так спокойно и тепло...

Когда наши друзья возвращаются, мы рассаживаемся на противоположные диваны и включаем фильм, посмотреть который нам не удается из-за оживленной и бесконечной беседы на различные спорные темы, в течение которой мы то и дело делимся на команды по убеждениям и едва ли можем прекратить дискуссию.

Гарри обнимает меня за плечи, и я удобно устраиваюсь у него на груди. Невероятная усталость и вселенское умиротворение уносят меня в теплый мечтательный сон, где я навечно остаюсь в его объятиях.