7
Коридор второго этажа. Весь исписанный цитатами и надписями. Он - вся жизнь в доме. Но единственное, что живое - рисунки. Леопард умел передать всю красочность фауны Леса.
Бык, дельфин, тигр, динго и коршун. Леопард любил скрытый смысл в рисунках.
Белый бык, нарисованный возле третьей и больше похожий на призрака, символизировал могильную землю и призрак Тени. Вечную скорбь и траур.
Тигр был возле второй. Символ огня, обозначающий взрывной характер и агрессию обитателей комнаты.
Дельфин возле четвертой обозначает непостоянность и неоднозначность ее жильцов
Динго - дикие псы. Думаю даже нужно объяснять где нарисован один из них.
А коршун висит над дверью директорского кабинета. Грозно наблюдая за всеми. Хотя многие даже не знают, что он там.
Останавливаюсь возле Перекрестка. Здесь нет рисунков, зато есть надписи. Множество объявлений и оборвашихся мыслей неизвестных стенописцев. Я тоже отметилась здесь, но теперь моя маленькая девочка, нарисованная в первые месяцы в Доме, исчезла под толстым слоем краски, мела и бог знает чего ещё.
В голову приходит мимолётная мысль. Обыскиваю все имеющиеся у меня карманы и вынимаю маленький швейцарский ножик. Подхожу к стене с меньшим количеством надписей и пытаюсь выскребсти похожую девочку.
- Блять - ножик соскальзываяет, порезав мне запястье. Возвращаю орудие пыток в карман и плетусь в комнату. Девочка на стене остается без пары рук.
В комнате только несколько человек, включая парочку Птиц. Все остальные уже на ужине.
Промыв руку под холодной водой, пытаюсь найти хоть что-то похожее на бинты, не залив при этом кровью всю тумбочку. В процессе выясняется, что у Птиц с собой какие-то целебные травы, и мы решаем засунуть из под повязку. Жжет конечно ужасно, но по их словам это хороший знак. Не удивлюсь, что после этого "хорошего знака" мне почудится всякая хрень.
А пока беру в руки любимую книгу и усаживаюсь на общую кровать.
Примерно через полчаса подтягиваются остальные из группы. А я стараюсь скрыть свою незначительную проблемку от Шакала. После той травы мазать рану маринадом от скорпиона не очень хочется. Для этого приходится залезть на верхнюю полку. И всё идёт хорошо ровно до того момента, пока Македонский не решает забраться ко мне. Прятать руку становится бессмысленно, он все равно увидит.
- Что это? Не говори что ты опять начала... вредить себе. - Шепчет он, осторожно поглаживая бинт большим пальцем.
- Нет, Мак, просто ножик соскользнул, скоро заживёт. - Мягко улыбаюсь ему и накрываю его руку своей.
Он сводит брови. Не верит. Правильно, я бы тоже себе не поверила.
Не успеваю заметить, как он уже заклеивает рану пластырем. Травку он убрал, опять недовольно взглянув на меня. Не следует ему знать зачем она там.
- Я правда ничего не делала, Мак. - Зарываюсь рукой в рыжеватые волосы и заставляю его посмотреть мне в глаза. Он не любит этого, но мне нравятся его глаза в крапинку. Словно листья невинных деревьев падают в лужи осенними вечерами. Он отводит взгляд, всеми силами стараясь избегать моего, прячется, стараясь скрыть свои секреты. Наивный и добродушный.
Табаки прав, просто так драконы не появляются в вашей жизни. В моей он стал проклятьем и счастьем одновременно.
Жить в принципе сложно, когда подмечаешь всякие мелочи. А особенно сложно, когда драконы, склонные к постоянности, резко меняются и пытаются скрыться, после вполне хорошего и открытого общения.
Притягиваю его чуть ближе, тихо шепча
- Не нужно, я всегда буду видеть тебя лучше чем ты сам. - осторожно целую его куда-то в висок и отстраняюсь.
Ночь в четвертой - это дымящие благовония, для лучшего сна, запах сигарет и недоеденных бутербродов, неспящие состайники, тихо работающий магнитофон и одинокий призрак на окне.
Он молчит. Он устал, устал быть незаметным, устал от меня и Македонского, устал, потому что не может спокойно уйти.
Я сижу напротив, так хочется обнять, прижаться как можно сильнее и разрыдаться в плечо от собственной ничтожности. Ведь я всегда боюсь, подозреваю что-то. Меня трясет от необъяснимого волнения. И Волку я не доверяла, я считала его ненадежным, думала, что он раскроет все, что я расскажу ему.
А сейчас я даже коснуться его не могу. Не могу, потому что потеряла навсегда.
Краем уха слышу кипящий чайник, Мак всегда чувствовал мое беспокойство. И ему я доверилась. Отчасти потому, что знаю его слабость, его секрет. И пусть я поклялась себе не использовать это против него, но с этим мне спокойнее.
Я... люблю его.
Не как парня, не как друга, и даже не как брата. Просто как человека, просто за то что он есть рядом.
В руки приземляется кружка с горячим чаем. По виду даже и не скажешь, что там, заместо сахара, пару ложек валерьянки.
А за окном прекрасный ночной пейзаж. За рядами Расчесок было видно просторное поле, чистый, незастроенный мир. Смотря туда каждый вечер, я видела свое будущее. За оградой Дома, за этими высотками я продолжу свой путь через пару годиков.
Надеюсь это не станет самой большой моей ошибкой.