Глава 7
Несколько дней после ритуала я учился вновь контролировать свою магию. По словам моих предков, в течение месяца я освоюсь полностью, и даже буду правильно рассчитывать количество энергии, вкладываемые в заклинания. Но в изучении новых заклятий и чар могут быть сбои. В Хогвартсе надо быть осторожнее.
31 июля у меня было отличное настроение. Свой день рождения я отмечать не привык, но подарки ждал. Кстати, в Поттер-мэноре я хорошо экранирован от сов. Все совы должны доставить подарки, ориентируясь на голема, в Суррей. Конечно, с таким нетерпением я ожидаю только одну сову из Гринготтса. С гоблинами я договорился, их сова тоже должна прилететь к голему.
Не теряя времени, я решил подготовиться к Лугнасаду. К празднику надо было все приготовить.
— Спиро! Где я могу найти сейчас своих предков?
— Мастер Ранделл в «Семейной» гостиной, остальные в Зале Предков.
— «Семейная» — это там где мы вместе общались?
— Да, Мастер Гарнет.
— Спасибо, можешь идти.
От слов домовика я немного обалдел. Обращение ко мне «Мастер Гарнет» признавало меня Родовой Магией Наследником. Решив посоветоваться с предками, я направился в гостиную, где находился Ранделл. Он был занят изучением ритуальной мантии.
— Добрый день, Ранделл.
— Добрый, Гарнет!
— Что там такого интересного?
Я подошел ближе к мантии, которую изучал Ранделл. Она была белая, но на ней черным цветом выделялись пять полос. Две были в районе груди, одна в поясе, и еще две в районе бедер.
— Это мантия, в которой ты был на ритуале. Вот, смотри, в этих местах были на тебе ограничители.
— Почему нет на голове?
— Тогда бы твоей магии не надо было бороться с паразитом, ограничитель его бы сдержал. Наверняка Дамблдор об этом знал. Пробивать ограничители я начал с верхних. На три ограничителя моих сил хватило, Маркус пробил следующий, а самый нижний — Дамайон.
— Странно, Маркус и Дамайон всего лишь немного слабее тебя, почему же кто-то из них не смог пробить сразу два ограничителя.
— Тут зависит от контроля силы, самодисциплины и личной направленности в магии. Несмотря на то, что мы все артефакторы и занимаемся, казалось бы, одним делом, каждый из нас в чем-то одном сильнее. Среди Поттеров ты не найдешь лучшего боевого мага, нежели Маркус. Также как Дамайон — лучший в щитовых чарах. Защита Поттер-мэнора усилена благодаря его стараниям. Сигманд — специалист в проклятиях и сглазах, ну, а я — менталист. Конечно, большинство Поттеров владеют окклюменцией великолепно, но, признайся, если бы Принц не недооценивал тебя, твой разум был бы ему открыт.
— Думаю, тут ты прав. Он просто боялся спалить мне мозг, не удержав силу. Потому и сдерживался.
— Среди Поттеров рождение менталиста — чудо. И я пока единственный. Так вот, мой контроль помог мне отрешиться от сладости твоей магии. Маркус после ритуала пару часов проходил с глупой улыбкой, а Дамайон, кажется, даже был смущен. Он никогда не понимал отношений с мужчинами больше необходимого, а тут ему понравилось.
— Давай, не будем на эту тему больше говорить, а то я, как и Дамайон, тоже не понимаю отношений между мужчинами больше необходимого. Нет, я ничего не имею против тех, кому это нравится, но сам — увольте!
— Хорошо, не будем, — улыбнулся Ранделл. — Так вот, говоря о способностях каждого, это помогает в артефакторике. Когда ты получишь доступ к сейфам, то сможешь увидеть, что артефакты каждого из Поттеров отличаются по направлениям. Нет, что-то несложное для обывателя мог делать каждый, но вот мои сложные артефакты, как правило, для защиты разума, не смог больше повторить никто из Поттеров. Дамайон изготавливал уникальные защитные артефакты, Маркус — атакующие. Артефакты Сигманда тоже со спецификой его интересов. Например, он создал артефакт, который возвращает все сглазы недоброжелателю. Поверь, это только звучит просто, а я даже не представляю, как он смог этот артефакт создать. Ведь там должно быть соблюдено море условий.
— А дедушка Карлус?
— Карлус мог контролировать самые мелкие потоки магии, его артефакты — произведения искусства. У него «сочеталось несочетаемое» — так мы называем его работы. Но, пожалуй, один из самых удивительных даров был у твоего отца. Он мог видеть ауры. Он носил специальные очки, чтобы не получить сенситивный шок. Жаль, что он не продолжил семейное дело.
Я выдохнул. Какие же возможности были у отца! Только он их не реализовал. Хотя...
— Карта Мародеров!
Ранделл посмотрел на меня вопросительно.
— На шестом курсе Хогвартса отец со своими друзьями создал Карту. На этой карте отображаются помещения замка и потайные ходы, где бывала вся четверка друзей, но самое интересное — это отображение на ней людей. Под обороткой Барти Крауч младший отображался своим настоящим именем. Питер Петтигрю также отображался под настоящим именем, даже будучи в анимагической форме. Карта считывает ауры!
— Покажешь? — у Ранделла загорелись глаза.
Я кивнул и достал из небольшого мешочка, размером с полпальца, Карту Мародеров. При этом Ранделл внимательно смотрел на процесс. Карта Мародеров вызвала у него восторг. Изучая Карту, он обратил внимание на обитателей замка в летнее время.
— Смотри, Северус Принц, — показал он пальцем в месте, где тот находился. Через какое-то время его имя изменилось на Северус Снейп.
— Это как? — Ранделл был в замешательстве. Я же периодически наблюдал такое, поэтому не очень удивился.
— Я думаю, когда он применяет чары иллюзии, или, возможно, надевает какой-либо артефакт, у него маскируется и аура. С маскировкой он полукровка Северус Снейп, без нее — Лорд Принц.
Я уже давно разобрался, какой Снейп хороший актер, иначе он не находился бы рядом с таким опасным человеком, как Дамблдор.
— Потом покажешь Карлусу, он будет рад увидеть изделие своего сына. А что это у тебя за мешочек, где хранится Карта?
— Обычная поделка, — я пожал плечами. — Смастерил его из подручных материалов. Мне необходим был такой предмет, где я могу спрятать артефакты и просто важные для меня вещи. Кстати, мантию-невидимку я храню там же. Вот летом после третьего курса и создал мешочек.
— А какие у тебя в детстве были стихийные выбросы?
Я с подозрением посмотрел на Ранделла, но все же ответил.
— Приманивал необходимые мне предметы, аппарировал, перекрашивал в различные цвета волосы, как-то за ночь вырастил свои волосы, когда тетка меня обстригла налысо, уменьшал одежду. Почему ты спрашиваешь?
— Стихийные выбросы предопределяют направленность магии. Перекрашивание волос, одежды или других предметов в различные цвета — частое, я бы даже сказал обязательное явление для детей-магов. А вот все остальное уже частное явление. Меня удивляет, что ты вырастил волосы. Это характерно для метаморфов, у нас в Роду их не было.
— У Блеков есть.
— Ну вот, выяснили откуда это у тебя. Если бы ты с детства развивал свой дар, был бы метаморфом. Когда его не развивают, дар засыпает, единственное — это поможет тебе в анимагии. Тебе будет легче ее освоить и перевоплотиться. Приманивание предметов и уменьшение одежды — это способность к чарам. Артефактор, в первую очередь, получает Мастерство именно в чарах. А вот аппарирование... как часто это происходило?
— Сири говорил, что в 10 месяцев я аппарировал на руки к отцу, а в 9 лет я аппарировал на крышу школы, убегая от кузена с компанией.
— Пространственная магия — это твое направление. Поверь, создать артефакт, что ты носишь на шее... Как ты сказал? Из подручных средств? Так вот, это довольно сложно.
— Но я видел очень много безразмерных сумок...
— Не сравнивай. Сумки зачаровывают на время, они не смогут скрыть фон артефактов, как скрыл их ты в своем мешочке. Пока ты Карту не достал, я даже не почувствовал ее. Более того, ты там скрыл Родовой артефакт! Я не ощутил даже его, хотя должен был.
Я достал мантию из мешочка, и, действительно, узнаваемая магия льнула ко мне. ЗАЩИТА. Вот что чувствуешь, когда держишь ее в руках. Похоже, ограничители не давали мне очень многое. Только сейчас, почувствовав разницу в восприятии, я понял, чего был так долго лишен. Ранделл нежно прикасался к мантии и поглаживал ее с блаженной улыбкой.
— Мастер Гарнет! — нас отвлек Спиро. — Там подает сигнал сквозное зеркало.
— Неси сюда, Спиро.
Я спрятал мантию обратно в мешочек и обратил внимание на то, как удивленно на меня смотрит Ранделл.
— Я сам был удивлен сегодня не меньше, вот хотел еще и об этом с вами поговорить.
— О чем тут говорить? Родовая Магия уверена, что ты Наследник Поттер. После воззвания к Магии просто получишь официальный статус.
— По-моему, я один сомневаюсь, что выживу после ритуалов?
В этот момент Спиро вновь появился и протянул мне зеркальце. Невилл, похоже, решил поздравить меня с днем рождения лично.
— Здравствуй, брат ты мой молочный! — пафосно начал Невилл. — Расскажи ты мне о своих печалях! Поведай о горестях и страданиях! А я подниму тебе настроение и подарю подарок тебе в день рождения!
На заднем плане засмеялась Луна, я пытался не засмеяться, удерживая серьезное выражение лица. Такой контраст вызвал смех Ранделла. Невилл немного посерьезнел.
— Ты не один?
— Не волнуйся. Можешь говорить, не таясь, — успокоил я Невилла, и все же рассмеялся.
— Гарри, с днем рождения тебя! Куда тебе отправить подарок? Один незначительный как от одноклассника Лонгботтома, я тебе отправил к твоим магглам, а настоящий?
— Он не скоропортящийся?
— Нет.
— Тогда передашь мне через месяц в школе. У меня как раз будет еще хоть одна причина желать ехать в Хогвартс.
— Ты, я так понимаю, не в Суррее, а как остальные подарки, ведь тебе их пришлют.
— Там есть кому их принимать,- я ухмыльнулся.
— Ты все-таки создал голема! — Невилл был в восторге.
Позже переговорив с Луной и выслушав пожелания, мы с друзьями распрощались. Ранделл смотрел на меня изучающе.
— Гарнет, а почему ты не сказал, что у тебя день рождения сегодня?
— Как-то не к слову было. Да и не такой уж большой праздник. В любом случае, я хотел переговорить о Лугнасаде. Откуда мне взять зерно?
— Спиро покажет.
— Спасибо, я пошел готовиться к обряду! — я ретировался как можно быстрее, чтобы не выслушивать о себе ничего лишнего.
К обряду я начал готовиться в 16 часов. Специальное зерно и собранные мною в саду ягоды я оставил возле того места, где собираюсь проводить обряд. Собрав все необходимое, на что мне понадобилось еще три часа, я начал первую часть обряда. Перемолоть часть зерен, сделать тесто, начинить ягодами, запечь в природной глиняной печи. Я был как будто в трансе. Если бы я праздновал Лугнасад не один, то эту часть на себя должны были брать женщины. Когда стемнело, я зажег костер и начал петь восхваление и благодарение Магии на кельтском языке. Это первое, что я выучил на кельтском с помощью Годрика, особенно когда он узнал, что я родился в канун Лугнасада.
Завершив первую часть ритуала, я отправился спать. Потому как проснуться мне надо на рассвете. С рассветом я уже встречал солнце древней песней благодарения природы, поделился зерном с землей, а потом вошел в особняк. Меня встречали в холле Спиро и Кричер. Кричер, видимо забрал подарки у моего двойника. Я поделился пирогом с эльфами, те низко поклонились в ответ.
— Вчера, когда Кричер забрал подарки у двойника Хозяина Гарри, приходил плохой маг Альбус Дамблдор. Они позвали Кричера, и Дамблдор понял, что хозяин Гарри наследует Благородному и Древнейшему Роду Блек. Потом Дамблдор предложил двойнику переехать в Нору до начала школьных занятий, на что наученный двойник сказал, что хочет побыть один. Но Альбус его все равно забрал, чтобы двойник смог уговорить нового преподавателя на должность в Хогвартсе. Кричер постоянно был рядом с двойником, и помогал ему с ответами. Ни плохой маг Альбус Дамблдор, ни новый преподаватель не заметили Кричера. Затем Дамблдор вернул двойника к маглам.
— Спасибо, Кричер, ты молодец. Какие еще новости?
— Мерзкого вора Флетчера искал Дамблдор, и даже приходил в особняк. Конечно, он там его не нашел! Он же не искал безрукого вора в темнице!
Я усмехнулся. Как бы Флетчер ни был полезен, от него вреда больше.
— Кричер, ты срезал волосы Флетчера до того, как отрубил тому руки?
— Кричер срезал, но Хозяин Гарри ошибается, Кричер не отрубал руки вору. Вор отрубил их себе сам.
— Я потом попрошу показать мне, как Флетчер отрубил себе руки.
— Кричер покажет, Хозяин Гарри!
— Есть еще новости?
— Нет, Хозяин!
— Тогда передай привет Леди Вальбурге и мои поздравления с Лугнасадом.
— Как скажет Хозяин!
Довольный Кричер исчез из особняка.
— Спиро, поможешь донести мне подарки в комнату?
— Конечно, Мастер!
Среди подарков мне нужно было только послание из Гринготтса, а все остальное вызывало лишь легкое любопытство. Что ж посмотрим, что пишет мне дедушка Геллерт.