Глава 10
— Кейт выставила меня из дома... — плакался я Йону, сидя у него на кухне и утешаясь куском жареной курицы. Йон сидел на подоконнике и пил пиво:
— И правильно сделала, кстати... — усмехнулся друг, — Я б тоже так сделал, если б был твоей бабой...
— Уж лучше б ТЫ был моей бабой! — посетовал я. В последнее время мы с Йоном стали очень мало видеться. Я пропадал либо у Кейт, либо у Натали, а на друга мне совсем не хватало времени.
— Я смотрю, ты есть начал? — улыбался Йон.
— Да уж... — ковыряя вилкой курицу, ответил я. Приступов тошноты не было, желудок больше не болел.
1 декабря 2008. Мой рост 178, вес 51 кг.
Из дневника Кейт Ивил, 1 декабря 2008
Он плачет в углу кокаиновыми слезами
Он мальчик-девочка, мальчик "я-больше-не-с вами"
Он говорит тихо, но можно повеситься
Его черные брови как черта полумесяца
Он приходит тогда, когда слезы ручьями
Одним его словом ты счастлива снова...
— Новак, возвращайся, пожалуйста... — пьяный, слезный голос Кейт послышался в трубке мобильного. — Приезжай, детка, иначе я что-нибудь с собой сделаю... — плакала в трубку Ивил. Я приехал. А что еще оставалось?
— Это нормально... — говорил мне Хим на следующее утро по телефону. — Новак, это нормально. Я знаю Ивил уже 18 лет, и как минимум два раза в месяц она пытается покончить с собой...
Я нашел ее в ванне с перерезанными венами. Скорая. Больница. Врачи... «Это нормально, Новак, она не сумасшедшая... Она просто... ТАКАЯ!» — объяснял мне Хим. В тот день я узнал, что Ивил с 14 до 16 лет сидела на наркотиках. Сначала кокаин, потом экстази, потом... Много чего было потом! Ее запихнули в психиатрическую клинику на принудительное лечение от наркомании. Алекзандер Биркен полностью оплатил ее лечение и проживание в той больнице. «Только ее замечательная и крепкая семья помогла ей выбраться из этого ада...» — говорил Хим. Странно было слышать про «наркотический ад» от наркомана... «Я — это другое. Я ЛЮБЛЮ наркотики! Я не ищу у них помощи, я помогаю им сам...» — пояснил Хим. — Мы похожи с тобой, Новак, ведь ты тоже анорексик по любви...
Ивил выписали из больницы. Я встретил ее букетом цветов. И только некрасивые, еще не зажившие до конца шрамы напоминали нам о больнице. Мы гуляли. Много гуляли. Нам обоим надо было отвлечься и перестать думать о своих проблемах. Мы гуляли, пили, трахались, ни о чем не думали... И это было здорово! Как в той долбаной сказке про Сида и Нэнси — нам вдвоем было лучше всех и никто нам больше не был нужен.
— Новак, тебя могут отчислить из универа, если ты не появишься хотя бы на одной паре! — мне звонил Герц.
— Окей. Завтра приду... — ответил я. Как же они все меня достали. Я весил 51 кг, мое настроение ровнялось нулю. И я снова решил бросить...есть!