Глава 26
Анорексия, булимия и прочие пищевые расстройства обычно считаются «женскими болезнями». Однако, по мнению американских психологов и диетологов, мужчины порой испытывают те же проблемы с питанием. Довольно часто мальчики и юноши приобретают булимию, «заедая» неприятные переживания и компенсируя, таким образом, отсутствие удовольствия от учебы или человеческого общения. Число представителей сильного пола, страдающих анорексией и булимией, растет. Каждый четвертый пациент, страдающий анорексией – мужчина.
При этом факторы риска, провоцирующие пищевые расстройства у мужчин несколько иные, чем у представительниц прекрасного пола. В основном это неправильное питание в детстве и ограничения, связанные со спортивными диетами. В группе риска оказываются те, кто по роду профессии должен заботиться о своем внешнем виде и сохранять стройность: актеры и фотомодели.
Сентябрь 2008
Мне 21. Я профессиональный фотограф. Я работаю в модном журнале, под редакцией моей собственной «гламурной» бабули. Мой вес — 51кг. Мой рост 178 см. Я прекрасно себя чувствую, когда застегиваю ремень джинсов на САМУЮ ПОСЛЕДНЮЮ дырочку. Я прекрасно себя чувствую, когда, проходя мимо МакДональдса, в моем желудке больше не происходит НИКАКИХ процессов, связанных с голодом. Я прекрасно себя чувствую, когда, трахаясь с девушкой, у меня в животе булькает недавно выпитая бутылка «Перье».
Я НЕ голоден! Я СЧАСТЛИВ!
Я по-прежнему с Натали. Мы любим друг друга. Я хочу на ней жениться...
Способ лечения анорексии — индивидуальная и семейная психотерапия, в тяжёлых случаях — госпитализация, лекарственная терапия и насильственное кормление.
Загаженные стены туалета ночного клуба Disturbed отливали алым красным. Мне казалось, что они как будто сотканы из еще живых кровеносных сосудов. Артериальная кровь, венозная кровь — все это циркулировало из кирпичика в кирпичик с бешеной скоростью. Я стоял, согнувшись, облокотившись о стену, и не решался дойти до отправного пункта из состояния "Дерьмово" в состояние "Хорошо" — до унитаза. Приглушенный свет делал какие-либо мои телодвижения в темноте похожими на танец привидений. Мой живот был наполнен огромным количеством еды, начиная от картошки фри с кетчупом, заканчивая пивом и водкой. Аккуратно, держась за стену, я пробирался к намеченной цели. Одна лампочка в туалете погасла, вторая тускло мерцала. Но от ее света толку было мало, а мне, в солнечных очках на пол-лица, тем более... Одно неосторожное движения, и я уже валялся на коленях...
— Help! — глухо прокричал-прошептал я. — I need ur fuckin' help... — слезы брызнули из глаз. Черт побери, я так давно не плакал! Я еще умею плакать... На коленях я полз к унитазу. — Dear God, please forgive me! — шептал я со слезами, ибо каждое мое движение отдавалось жгучей болью в желудке. — I promise! I pray u! — я снял солнечные очки, положил на пол рядом с собой и тут же с хрустом их сломал, неосторожно приземлив на них руку, — Oh, shit! — ругнулся я. И вот я у цели... Унитаз, лучом света в темном царстве, предстал передо мной. Такой белый, с оторванным спуском, но такой родной...
Первый приступ тошноты миновал и унесся в недра канализационного люка. Я натужно дышал, подавляя подступающий к горлу следующий приступ... не помогло! Я действительно много сегодня съел!
Я чуть не опустил голову в зловонную блевотную жижу унитаза, в которой плавали чьи-то испражнения...
— За что мне все это? — плакал я, до побелевших костяшек пальцев, вцепившись в крышку унитаза...
— Тебе нравится такая жизнь? — сквозь пьяный поток несвязанных между собой мыслей, я услышал голос.
— What? — спросил я, не поднимая головы от унитаза в ожидании очередного приступа тошноты.
— Я спрашиваю, тебе нравится так жить? — еще громче спросил меня насмешливый женский голос. Я с трудом поднял голову. Около двери, облокотившись ногой о стену, курила девушка. Ее ярко-красные волосы почти сливались со стенами, ноги, обтянутые в кожаные джинсы, были до невозможности стройны, в ее карих глазах отражались отблески лампочки, а на губах блуждала усмешка... Она выдохнула дым колечками в потолок...
— Джонни Новак, ты наркоман? — спросил она, подходя ближе и присаживаясь на пол рядом со мной.
— Я идиот! — с трудом ответил я.
— Это я заметила! — она улыбнулась, немного обнажив белые зубы. — Тебе лучше? — все так же спокойно поинтересовалась девушка.
— Нихрена не лучше! — раздражаясь, ответил я. — А тебе что за дело?
— Ты точно наркоман, Новак! — покачала головой девушка. Она положила руку мне на плечо, я увидел ее тонкие пальцы с красными длинными ногтями. Я взял ее за руку. Ее рука оказалась даже тоньше моей. Она обняла меня за шею и прижала головой к груди.
— Все будет хорошо, Джонни Новак! — шептала она. Ровно минуту, пожалуй, самую длинную минуту моей жизни мы сидели с ней в обнимку на полу туалета клуба Disturbed и курили одну сигарету на двоих... У нее под глазами растеклась тушь, я на полу рядом с нами растеклась лужа моей блевотины... Через минуту, я грубо оттолкнул ее от себя. Опять приступ! Я, хрипя, склонился над унитазом, низвергая потоки не переваренной еды в унитаз. Я почти уже окунулся головой в бачок, когда чьи-то сильные руки вытащили мою голову из него. Меня выворачивало наизнанку, а она держала мою голову над унитазом, чтоб я не захлебнулся... А когда мои приступы окончательно сошли на нет, а во рту как напоминание об этом ужасе осталось лишь горькое послевкусие, моя спасительница закрыла за собой дверь кабинки... Мы занимались очень горячей и страстной любовью. До нее мне никто не делал минет ТАК искусно... Ее звали Кейт Ивил. Она стала моей лучшей подругой.