Это нормально, вроде...

Быстро одевшись и причесав бардак на голове, Чонгук вышел из дома приговаривая тихо - Это рефлексы мать вашу. Рефлексы. Сейчас дойду, и все станет лучше.

*****

Сон начал ускользать от Чимина ближе к полудню. Проснувшись, парень зажмурил глаза от дикой головной боли. Мозги будто плавились, по венам и капилярам распространяя сгустки боли до всех частей тела.

- Блин.. - Приоткрыл Пак глаза, вставая с кровати осторожно и направляясь в ванную комнату, держась по пути за стены.
Приняв таблетку от головы, парень умылся прохладной водой, охлаждаясь. Грязная одежда быстро оказалась в стиралке, а Чимин в теплой воде. Откинув голову на бортик, он прикрыл глаза и тихо шептал, как будто его мог кто-то услышать:

- Слабак. Смерть от его руки для тебя была лучше, чем жизнь. Боже.. Почему ты такой импульсивный. Только почувствовал, что тебя душат и тут же начал умолять себя убить. - короткие ноготки попытались впиться в белый акрил, но лишь соскознули в ладонь, оставляя после себя впадинки. Ненависть и отвращение к себе и собственной слабости, боязнь окружающего мира, минутное отсутствие страха перед возможностью встретиться с смертью лицом к лицу, все эти чувства плескались внутри него, щекоча острыми когтями его черепную коробку изнутри. Медленно опустившись в воду с головой, в нос ударило ощущение горечи.

- Я ненавижу тебя. - мысли о Субине душили так же, как вода душила легкие.

*****

Чонгук сидел на диване в гостинной поздно вечером, закинув ноги на столик и бесцельно листая каналы, когда к нему подошел Чимин.

- Ты обещал научить меня бить. - Сказал Чим твердо, смотря ему прямо в глаза.

- Я ничего тебе не обещал. - Не смотрел Чон в его сторону, сделав глоток из бокала, наполненного светло-коричневой жидкостью.

- Ты обещал. Обещал, что меня больше не тронут. Не думаешь, что это как-то не по-мужски, сначало что-то обещать, а потом делать вид, что ничего не знаешь. - Сжал кулаки Чимин, тря большим пальцем тонкую кожу обтягивающую фаланги пальцев.

- Не думаешь, что как-то не по-братски, сначало кидаться на меня, а потом просить научить махать кулаками. - Продолжал Чон листать каналы, смотря безэмоционально на телевизор.

- Не в твоем стиле делать вид, будто ты обижен на кого-то. Ну если не хочешь выполнять своё обещание, то просто научи меня парочке приемов и тебе ничего не стоит, и мне полезно. Гораздо легче ведь научить меня махать кулаками, чем самому подставляться ради человека, которого ненавидешь. - Сложил руки на груди Чимин, вздохнув тяжело в конце.

- Дааа... Делать вид, будто знаешь меня, это вполне в твоем стиле. - Посмотрел, наконец, Чонгук на брата.

- То есть ты хочешь сказать, что обиделся на меня за то, что я просил тебя меня кокнуть и ты на самом деле любишь своего хена и хочешь заботиться о нём. - Приподнял Чи бровь вопросительно.

- И сново промазал. Я же говорю, не говори того чего не знаешь. - Встал с дивана Чонгук, глотнув в последний раз из бокала и поставив его на столик. Встав перед Чимином, он принял стойку. Смотря ему в глаза, через кулаки недающие ударить в лицо, произнес - Бей.

- То есть...? Ты согласен? - Расставил ноги шире плеч, держа перед собой руки, Чимин пытался копировать стойку Чг.

- Действуй так же, как если бы перед тобой был Субин. - Сказал тверже Чонгук. Чим сразу же отреагировал на ненавистное имя и с размаху ударил. Но каким-то образом, кулак пролетел вообще мимо Чона, а запястье и локоть сжали большие ладони и он не успел понять как, как моментально оказался перекинутым через плечо, а в копчике стрельнуло, от больного приземления на пятую точку.

- Айщ.. - Зашипел Чимин, вставая с пола и сново вставая в стойку, теперь уже более напоминавшую Чонгукову. И сново мах рукой и боль в заднице. Чимин продолжал, пытаясь хоть как-то изменить исход и не оказаться на полу. И только после двадцатого раза, когда он решил сделать обманный мах правой рукой и быстро ударить левой, когда Чонгук открылся, он не оказался на полу. Но послышался смачный шлепок. Это ладонь Чима встретилась с щекой, не ожидавшего прорыва его защиты после такого количества неудач, Чона. Пак сам не ожидавший, что от него сново не увернуться, отскочил, вылупившись и начиная виновато извиняться, перед Гуком, глаза которого тоже чуть-чуть приоткрылись.

- Прости прости... Я не думал..Что.. Что попаду... Я думал ты..Ты меня сново блокируешь. Прости.., Я не хотел!! - Выставил руки перед собой Чимин в защите, треся ими, как будто они помогали ему говорить или как-то, исправить ситуацию. Но увидев, что Чонгук посмотрел на него, словно зверь на того, кто разгуливает на ЕГО территории и ест ЕГО добычу, он начал пятиться назад, понимая, что ни извинения, ни бог ему не помогут. Тут же рванув на кухню, а Чон за ним.

- Ну прости Чонгук.., Я ведь не специально. - Говорил Чимин виновато, смотря на брата от кулаков которого его защищал, стоящий между ними стол. Чонгук стоял прямо перед выходом из кухни, поэтому Чимин ждал когда тот двинется за ним, чтобы сбежать к себе в комнату. Но он никак не ожидал, что тот перепрыгнет через стол и окажется прямо перед ним и что только чудо помогло ему скользнуть под столом и убежать сверкая пятками к лестнице. Слыша за собой звуки быстро приближающегося бега, он быстро начал подниматься по лестнице на второй этаж, уже видя дверь его комнаты.

Помните, нужно всегда слушать взрослых, ведь именно они постоянно говорят нам, что бегать по лестнице нельзя - это опасно, упадешь. Но Чимину сохранность лица была важнее, чем позвоночника, и поэтому он побежал. Побежал и подскользнувшись полетел назад.

- Ляяяяя - Смотрел как дверь его комнаты начинает отдаляться, а он лететь вниз. "Боже, оставляю всё Тэхёну" - только подумал Чи, зажмурившись, как оказался пойманым в лапы зверя, от которого так упорно убегал. Приоткрыв глаза, когда шлепка об пол не произошло, он увидел перед собой не изменившееся каменное лицо убийцы младшего. "Ай если не сработает, то я старался и мы с тобой встретимся деда" подумал он про покойного дедулю и быстро развернувшись к Чонгуку лицом, обнял его, держа глаза зажмуриными, все ещё в ожидании удара. Стискивая брата в крепких объятиях, он буквально хотел слиться с его кожей, чтобы не почувствовать как его отшвыривают с силой на пол, а после смачно бьют такую же болючую пощечину, как он минуту назад, но никакой реакции от младшего не последовало. Абсолютно. Никакой. Они просто стояли и Чимин крепко обнимал Гука выше талии. И он решив воспользоваться заминкой макне, для начала с облегчением выдохнув, спокойно произнес:

- Прости меня. Я правда не специально тебя уударил, да я вообще не думал, что дотронусь до тебя. Спасибо, что согласился мне помочь и поймал меня, когда я летел с лестницы. Ты не такой уж плохой человек, как я думал. - Стиснул на последнем предложении его до невозможности сильно, понимая, что возможно в конце сново все испортил, своим "Говорю всё, что приходит в голову". И ладонь, которая тянула за футболку Пака назад, это подтверждала. Сжавшись и уткнувшись в плечо младшего, он не на секунду не ослаблял хватку - Прошу только не бей. - Сердце громко билось в груди, отзываясь глухими ударами в ушах. " Боже, что я творю, боже я стану верующим, если это сработает" - выдохнул куда-то в плечо Чонгука Чи. Только сейчас услышав, как Чон хрипло пытался вдохнуть, и только сейчас поняв, что блять он покойник. Отпрянув от него мгновенно, Чи сново выставил руки вперёд, стоя на третьей ступени лестницы, смотря на Чонгука сверху вниз. Тот взявшись за грудь, вдохнув воздуха, пару раз кашлянул, все это время его лишали воздуха, через пару вздохов, посмотрев зло на Пака. Тот увидев как Чон на него посмотрел, сново рванул вверх - Прости прости, я не специально. - Младший сорвался за ним.

До двери оставался шаг, когда Чимин почувствовал руку на своей лодышке и боль в груди от падения на пол. Чонгук перевернув его, улегся на него сверху и обняв так же, как Чи обнимал его пол минуты назад, хмыкнул, крепко стискивая чужую грудную клетку бицепсами, и прижимая собственным весом к полу. Сначала Пак не понял такого выпада, но когда его голос осип из-за постепенного лешения кислорода, то тут же запаниковал :

- Что.. Ааааа пусти пусти - Ему буквально не давали вдохнуть, положение усугубило то, что Чонгук положил свою голову ему на грудь, ближе к ключацам, а она у него, наверное, от количества извилин тяжелая, как какой-нибудь хороший четырехкилограммовый снаряд, и вдохнуть стало ещё сложнее. Ноги были разведены, Чимин беспомощно пыталсь как-то младшего сдвинуть или хотя бы ударить Чона, но все тщетно. Руки пусть и были свободны, но по лицу брата ударить не могли, иначе все будет еще хуже, и оттолкнуть от себя тоже не получалось, потому что такую тушку сдвинуть тяжело, не то что оттолкнуть.

Пытаясь хоть немного двинуться под габаритным младшим братом, нажимая руками на плечи и царапая их не специально, Пак чуть не сломал себе позвоночник, когда он выгнулся в попытке хоть голову младшего уложить по ниже, чтобы вздохнуть глотка воздуха. Чувствуя как многокилограмовое тело прижимает его к полу под действием земного притяжения подозратиельно сильнее, он под действием дозы адреналина, всё таки сдвинул немного его вниз, вдохнув пару раз и восполнив недостаток кислорода, он посмотрев на макне, произнес недовольным голосом :

- Ты тяжелый, и сильный, а ещё быстрый. Я это уже понял. - Положил он ему руки на спину в знак того, что сдался. Ноги начали затекать. - И ещё я понял, что тебе нечем было дышать когда я тебя так же обнял. Я думал что так ты меня простишь, но так боялся, что переборщил.. Ах. - Протянул он в конце болезненно, потому что руки начали сжимать в объятиях ещё больнее и сильнее. - Ладно я сдаюсь, я слабый, признаю. Ты это хочешь от меня услышать? - Смотрел он на капну темных волос, лежащей у него на грудной клетке.

- До этого момента я играл роль Субина. - выдал, наконец, Чонгук. - И будь он правда на моем месте, то давно бы выеб тебя. Ты лежишь и не можешь сдвинуть противника, ноги раздвинуты и мне ничего, кроме моральных убеждений, не мешает тебя изнасиловать. Скажи ты ему то же самое, что говорил мне, он бы только быстрее кончил от вынужденной похвалы и недопопыток сопротивления. - рассуждал жестко парень, не обращая внимания на Пака. - Этого всего можно было избежать если бы ты въебал один раз по-мужски и сбил с ног, а не шлепнул по щеке и убежал, поджав хвост, боясь, что тебе треснут в отместку. - Сказал серьезно Чонгук. Все то время, что он гонялся за Паком, было проверкой на его умение просто убежать в безопасное место. Но Чим её с треском провалил.

- Что.. Ты.. Ты - Заслезились глаза у Чимина, когда он только услышал первое фразу, сказанную братом. Сжав вместе с тканью футболки Чонгука, его плечи, перед глазами начали видеопленкой пролететь моменты того дня, когда его, не можащего ничего сделать из-за головной боли, прижали к стене и заставили почувствовать такую боль, что слезы лились водопадом, голос срывался нещадно, и тело до сих пор ломит когда он сгинается. После того дня, все разделилось на до и после. Всхлипывая, он вспоминал, всё это.

- Отпусти меня. - Всхлипнул парень, бья по плечам ладонями - Отпусти меня говорю - Кричал Чимин, голос сново срывался, все тело ломило от тяжести чужого тела и жесткого пола, непредназначенного, чтобы на нём лежали. - Пусти.. - Закрыл он глаза, из которых ручьем текли слёзы. Прикрыв рукой лицо, второй все еще сжимало накаченное плечо. - Прошу... - Рыдал он навзрыд, а губы исказились трапецией, что выглядело не очень, но он и не должен хорошо выглядеть когда плачет, единственное его украшение сейчас, это искренность. Чонгук не отпускал его, обнимая уже не так сильно, а скорее успокаивающе и не лежа уже на нём бетонной плитой, свалившейся откудо не возьмись. Правда захоти старший, чтобы его отпустили, то давно бы уже оттолкнул его от себя и ушел, а не хватался как за спасательный круг, за его плечо.

Прижимая Чона к себе через пару минут обьятьями, Чимин прятался в этом самом плече лицом, плача и несщадно портя белую футболку. Чужого тепла и объятий стало больше чем достаточно, чтобы Пак пол часа рассказывал ему как он ненавидит всё и себя за то, что такой слабый, какую боль он чувствует, когда остаётся наедине с мыслями или слышит то самое имя, как он теперь не знает, что ему делать и как боиться выходить из дома. На середине предложения заснув, Чим вцепившись в младшего, не выпускал его из цепкой хватки, и когда его попытались уложить на кровать в собственной комнате, Чонгуку пришлось лечь на кровать самому, укрывая спящего на нём Чимина.

Или это просто Чон сам не захотел, оставлять его одного, но врятле он это признает, потому что даже не думает о том, что мог просто отодрать с силой от себя такого слабого в данный момент парня, через пару минут тоже уходя в царство Морфея, под сопение Пака.