Глава 15: "Лазарет"
Спустя час, к ним постучали в дверь.
— Та кто.... Кира подняла голову с подушки.
Роксолана встала, и подошла открыв дверь увидев перед собой сотрудника ФСИН.
— Що?
— Выходите, и в строй, на ужин. Потом на вечернюю реабилитацию и сон.
— А... Ща... Она подошла к своим подругам и начала трепать их за плечи и волосы.
— РОТА ПОДЪЁМ!!!!
Девушки вскочили, и быстро оделись.
Роксолана попыталась одеть на себя бронежилет и каску и вспомнила что она в России.
— Черт! Пошли, дивчата! Живее! Она поправляя волосы на ходу, побежала в строй. Оксана и Кира выбежали, встав в строй. Группу повели с конвоем в столовую.
После ужина военнопленных повели на вечерний медосмотр. Кира молча смотрела как ей на культю накладывают новую повязку. Роксолана сопела, когда ей вычищали от грязи больное ухо, накладывая очередную повязку на ухо, обхватывающюю щеку и голову.
После прохождения медосмотра и окончания приятных и не очень приятных процедур, им всём дали полтора часа отдыха до отхода ко сну.
Роксолана и Кира попросили сотрудника пойти в лазарет.
Сотрудник дал им халаты и шапки с медицинскими масками, попросив собрать волосы в пучок.
Они пошли следом за ним и войдя в лазарет, они прошли мимо коек. Вперемешку лежали и русские и пленные украинские тяжело и легко раненные солдаты. Здесь, в госпитале казалось не было ненависти к врагу. Все были связанны одной проблемой — ранения разной степени тяжести.
Девушки обходили койки, и где-то в середине, они увидели лежащую на койке Ольгу, с зашитым боком и от пятки и до верхней части бёдра, повязки сменяли железные скобы.
Ольга читала книгу Булгакова, краем глаза заметив своих подруг и отложила книгу.
— А я думала вы не зайдёте мене проведать! — улыбнулась при виде их, Ольга.
Роксолана подошла к ней с левой стороны, справа встали Кира и Оксана.
— Ну шо? Как нога?
— Так.... Меня нафаршировало в ногу осколками знатно..... Может буду ходить, может нет. Никто не даёт гарантии. Но гутарют, мол все осколки вытащили....
— Та тебя как утку нафаршировало — заметила Кира и подошла ближе.
— Не трогай швы, курва! — завопила Ольга, видя как Кира протянула правую руку к её ноге, чтобы удостовериться в том, что скобы железные.
Кира отдернула руку. Роксолана злобно на неё глянула.
— Дай я тобi за левую руку схвачу, тебе понравится? — спросила Ольга, и так же потянулась к левой забинтованной культе Киры.
— Та там нет пальцев, не трогай! — Кира отскочила прижимая свою изуродованную, забинтованную руку, к своей груди.
— Верю верю... Ольга дёрнулась, и её лицо искривилось словно от проглоченного лимона. В боку больно кольнуло.
Ольга затихла.
— Принесите мне пожалуйста завтра новую книгу, а то тут на койке скучно. Гутарют недели две так лежать, потом ходить надо будет, учиться заново.
Роксолана сочувственно кивнула и сняла медицинскую шапочку.
Ольга заметила, и удивлённо посмотрев на неё сказала.
— Неплохо тобi так...
— Я наверно буду глуха на одно ухо, навсегда.
Ольга покачала головой.
— У меня тоже говорят...
Если после двух недель ничего не исправится, значит... Кататься мне на коляске всю жизнь.
— Ну.... Тебе не повезло больше всех. — отметила очевидное Кира.
— Оно то и понятно. Но вы со мной, верно? — Ольга подняла глаза словно ища у них поддержки.
— Так. Роксолана кивнула и села на краешек койки.
— Що тобi принести?
— Шо нибудь из зарубежной литературы. Майн Рида. Или Рея Бредбери.
— Принесу.
— Гарно. Ольга отвернулась, и закрыла глаза. Роксолана встала, и пошла на выход. Кира и Оксана последовали за ней. Сотрудник снова довёл их до их комнаты.
Все трое легли на кровати.
В глаза им бил свет лампочки, свет одинокого фонаря горящего за кронами деревьев проникал в окно их комнаты. В нескольких сотнях метрах после фонаря вдали стояла огромная бетонная стена. На вершине стены была проволка под напряжением.
— А вам не кажется, что мы делаем что-то не то? — задала вопрос Оксана.