Владимир Маяковский

Любовь любому рожденному дадена, —
но между служб,
доходов
и прочего
со дня нá день
очерствевает сердечная почва.
На сердце тело надето,
на тело — рубаха.
Но и этого мало!
Один —
Идиот! —
манжеты наделал
и груди стал заливать крахмалом.
Под старость спохваятся.
Женщина кажется.
Мужчина по Мюллеру мельницей машется.
Но поздно.
Морщинами множится кожица.
Любовь поцветет,
поцветет —
и скукожится.