🦋Глава 8🦋
«— Ты сомневаешься в себе в то время,
как другие боятся твоего потенциала...»
Дин
* Утро следующего дня *
Даже курить не хочется от того, какое хорошее у меня настроение. Приезжаю с самого утра на район, где мой подвальчик с покером. Спускаюсь в помещение и осматриваюсь. Мне нравится, что оно не выглядит опасно, как тогда, когда я пришел в первый раз сюда играть. Очень скоро я выкупил помещение и обустроил по своему вкусу. Поставил бар, игровые автоматы и оно все больше походило на приятное заведение, но по прежнему оказывалось закрытым для чужих людей. Сегодня я хочу исправить это. Я собираюсь сделать это вторым легальным бизнесом.
Проходя мимо, слышу шепотки.
«Дину Эвансу даже повод не нужен» - так поговаривали в стенах «Гнезда». Так я назвал это помещение. Я имел на это право, потому что все боялись меня. Парню, которого все знали как «Чёрного ворона», не требовались никакие резоны и уж тем более чье-то дозволение, чтобы нарушить договоренность, сломать кому-нибудь ногу или изменить судьбу человека одним движением кисти. Конечно, они ошибались. Каждый акт насилия был неслучайным, каждый поворот судьбы происходил по воле невидимого кукольника, намеренно дергающего за ниточки. У меня всегда имелись причины.
Я шел на переговоры с местными мафиози (если их можно так назвать), считающими, что весь район в их руках. Прохожу в закрытый кабинет, где меня уже ждут двое проходимцев.
Переговоры. Это слово - слишком древнее и чопорное - отдавало каким-то жульничеством. Законы законами, но сегодня вечером в воздухе пахло насилием. Надеюсь, они без оружия).
— Так вот, какой ты. Черный ворон. Что ж, приятно познакомиться лично. — Хейльс как-там-его-фамилия снял шляпу и уселся на диван напротив моего кресла. Я не сел за свой рабочий стол, а приземлился у журнального столика, где уже стоял виски и закуска. — Не выпьете с нами?
— Я за рулем. — вместо этого беру бутылку воды.
Второй молча садится рядом с Хейльсом.
— Позвольте представить, мистер Боллигер тоже заинтересовался, когда узнал, что вы планируете сделать из своего подвала покерный клуб. Думаю, вы понимаете, что это невозможно.
— Да? И почему же? — моё лицо хладнокровное. Никто не может запретить мне делать то, чего я хочу. — Не думаю, что глава «Отбросов» сможет мне запретить это.
— Позвольте узнать, зачем вам это?
— Я - бизнесмен, - заявил я. — Ни больше ни меньше.
— Ты вор, Дин.
— Разве я сказал не то же самое? — мои парламентеры задумались. — Только я хочу быть честным с чистыми руками.
— С чего вдруг вам стало это нужно?
Я бы называл Хейлса стариком, которому давно пора на покой, однако лейтенант, что сидел рядом, не выглядел старым. Может, у него и были морщинки в уголках глаз, а кожа под бакенбардами обвисла, но он производил впечатление опытного и уверенного мужчины. На его фоне я смотрелся... ну, наверное, слишком юным.
— Давайте начистоту, а? Мы всего лишь хотим получить свою долю, — сказал Хейлс, постукивая по зеркальным пуговицам своего зеленого жилета. — Это несправедливо, что ты забираешь себе всех денежных туристов и жителей на Мейн стрит.
— Мейн стрит наш, Хейлс. Право обобрать этих простофиль, приехавших немного поразвлечься, принадлежит кому угодно. Я не виноват, что здесь им нравится больше.
Тот покачал головой.
— Ты молод, Эванс, — снисходительно улыбнулся он. — Тебе, видимо, невдомек, как здесь все устроено.
— Улицы принадлежат городу, и мы имеем на них столько же прав, сколько и все остальные. Всем нам нужно как-то зарабатывать на жизнь.
— Мы здесь были гораздо раньше. Настолько раньше, что когда я был главой района ты ещё у отца в яйцах бурлил. — мне не понравилось это грубое высказывания.
— И сколько же вам было?
— Почти 25.
— И где вы сейчас? — тот раздраженно уставился на меня, а я надел нахальную улыбку. — Как поживает, кстати, ваш Дом женщин? Или как там...
— Дом утех.
— Ах да. И бизнес ваш настолько грязный, что больше не приносит дохода?
— Не вы ли помешали этому?
— Я? А справедливо было давать работу человеку, который приводил в ваш дом бедных детей. — он ухмыльнулся на мои слова.
— Не знал, что вы ранимы.
— Вы многого обо мне не знаете.
— Вы действительно так думаете? Я же не с пустыми руками сюда шел. Вы самый молодой владелец букмекерской конторы и при этом умудрились увеличить её прибыль в два раза. Вы шантажист?
— Я гений. А вот вы, не заслуживаете моего внимания. Пока все ещё зарабатываете деньги столь грязным способом, я сделаю всё, чтобы ваша контора прикрылась.
— Поверьте, Эванс. Я знаю о вас так много, что вы и сами о себе столького не знаете. Говорите мне о моих пагубностях, а как же те женщины, которых вы уже унизили? И вы не платили им за свои утехи? Вы шантажист...
— Я не плачу им за секс со мной.
— Аферист...
— Я создаю возможности.
— Сутенер и убийца...
— Я не торгую женщинами и не убиваю людей. Даже не колечу их без надобности.
— И что же это за надобность?
— Та же, что и у вас, Хейльс. Выгода.
— Как вы добываете сведения, господин Эванс?
— Скажем так, я взломщик.
— И весьма одаренный, я полагаю.
— Именно. — я слегка отклонился назад. — Видите ли, каждый человек - это сейф, хранилище тайн и стремлений. Есть те, кто идет путем насилия, но я предпочитаю более мягкий подход... надавить на нужные места в подходящий момент. Это деликатный процесс.
— Вы всегда выражаетесь метафорами, господин Эванс?
Я улыбнулся.
— Это не метафора.
Он был разъярен. Мне нравилось доставлять этому ублюдку дискомфорт. Я встал и сказал:
— Вы можете быть свободны.
— Я так не думаю.
Я отходил к столу, когда услышал как звенит курок. Меня не пугала смерть. Мне вообще мало, что страшно в этой жизни. Я тяжело вздыхаю и перевожу взгляд на противника. Этот Боллигер хладнокровно смотрел на меня. Я лишь тяжело вздохнул и сказал:
— Серьезно? Пистолет?
— Виски пить вы отказались. — я предполагал, что отравлено.
— В ту секунду, как вы убьете меня, можете попрощаться с жизнью Эбигейл. — сухо говорю я и закуриваю сигарету.
— От куда ты...
— Вы действительно думали, что идете к простому сопляку, который не будет знать, кто его гости? Ваша дочурка сильно расстроится, когда найдёт труп матери в гостиной? — он ошарашено уставился на меня.
— Опусти пистолет. — его спутник послушался и сел обратно на место.
— Не думал, что вы настолько тупые. — позорю я старых главарей, хваставшиеся направо и налево своими успехами. — Я, предполагаю, это наша последняя встреча?
— Отпустите мою жену, иначе... — я подошел к нему и выпустил дым сигарет прямо в лицо.
— Иначе?
— Вы пожалеете.
— Пожалею? Я сомневался, какие сведения вы на меня найдите, но сейчас, я вижу вы совсем пусты! Какая жалость. Не стыдитесь? Я бы стыдился. Уходите. С вашей женой все будет хорошо, надеюсь. — улыбаюсь и мои гости, спустив сто потов, вышли из кабинета.
Конечно я не держал никакую женщину в заложниках. Я даже не был уверен, есть ли у него жена. Простоя внимательность и психологический приём. На его зеленом, выглаженном жилете была брошь с её именем. Мне просто повезло, что я угадал. Зато теперь, этот тип думает, что я знаю о нем всё и не будет лезть.
Очень просто было бы взять и убить её. А вот держать оппонента в страхе всю жизнь, что за ним придут и убьют всю его семью, гораздо сложнее и приятнее. Довольный собой выхожу из подвала и иду оформлять документы на создание новой фирмы. Какой я молодец.
Очень скоро мои руки будут чисты, я смогу не боятся, что кого-то из моих близких тронут и я смогу быть с ней.
Я уже еду домой и мой телефон звонит.
— Да.
— Вы глубоко заблуждаетесь, мистер Эванс. — чужой голос. — Если вы, правда, думали, что у нас ничего нет на вас, то вы глубоко заблуждаетесь. Встретимся у вашей подворотни. Через 20 минут.
Быстро приезжаю обратно. Кто-нибудь даст мне отдохнуть сегодня? Это снова Хейльс, но уже один. Он курил у бака и довольно смотрел на меня.
— Я, кажется, ясно сказал вам...
— О, не бойтесь. Я безоружен. Оказалось, убить вас мы не сможем. Это доставит больше неприятностей, чем если мы позволим вам открыть фирму.
— И что же вы на меня нашли?
— Честно, когда я узнал о вас больше, то был поражен вашей благородностью. Здесь недалеко бар, пройдем? — я иду за ним. В толпе людей спокойнее.
Мы проходим в бар, сделанный в стиле 90-х. Бармен наливает виски.
— Я за рулем. — отказываюсь и жду, когда этот старикан заговорит.
— Ваше благородство и честь. Ммм. Слышите чем пахнет в воздухе? — поднимаю вопросительно бровь. — Ложью. Ваш брат знает о ваших малолетних преступлениях? — он ехидно улыбается.
— О покерных? Шутите?
— Какой покер, что вы! Так оберегаете бедного, младшего брата, который даже не представляет себе, от куда вы брали деньги, пока он думал, что из начисляет отец. Воровство, угрозы женщинам, драки? Знает ли он, что троих в той подворотне привезли в тяжелом состоянии в больницу? Вы так упорно собирали деньги на лечение матери, что не видели другого выхода, я понимаю.
Ублюдок, да что он знает?!
— Обманывали бедных старушек и крали их наследство. Фу.
— Я все вернул с процентами.
— Да какая уже разница. Больше всего меня удивило дело, когда вы выиграли суд, после того как вас обвинили в износиловании женщины.
— Вы ничего не знаете.
— Знаю, вам платили за то, что вы спали с женщинами и потом решили подставить. Кстати, хвалю, но другого от профессионального юриста я и не ожидал.
— К чему вы клоните?
— Если вы дернетесь открыть легальный подвал - я все расскажу малышу-Эйдану. И, как вы понимаете, приподнесу всю информацию в полном, ярком цвете.
— Всё таки вы глуп. — улыбаюсь я. — И что дальше? Думаете, родной брат, у которого есть только я, откажется от меня после того, как узнает всю правду?
— Ну если не откажется он, то откажется она...
Этот мерзкий ублюдок достает передо мной фотографию Айрин. Он вертит перело мной её милой физиономией и убирает фотографию обратно. Я с ненавистью смотрю на него, готовый убить прямо здесь на месте, но я зря показываю эмоций!
— Так и знал, что она вам небезразлична.
— Как? — нервно выдыхаю я.
— Очень просто. В вашей телефонной книжке всего 3 контакта: брат, его девушка Тесса и она. Все было настолько просто, что трудно было поверить в это.
— Только попробуйте тронуть её. — сжимаю кулаки так, что белеют костяшки пальцев. — Вы ещё не видели, каков я бываю в гневе.
— Ну что вы. Ей ничего не угрожает, мы же не в 80-х живем. Тем более, я очень люблю женщин и не желаю им вреда. Но что же будет, если милая Айрин узнает правду о вас? Захочет ли быть с вами дальше?
Она ещё даже не моя, а я уже теряю этот мизерный шанс. Выдыхаю, перемещаю пальцы на глаза. Черт, я все делаю неправильно. Я в принципе открываю этот подвал официально, чтобы очиститься и быть с ней с чистой совестью. Чтобы она была с тем, кого заслуживает.
— Один шаг - и я всё ей выложу. Принесу в самом вкусном блюде.
— Я вас услышал.
— С вами приятно иметь дело! — кричит он мне в спину, когда я выходил из помещения.
На бешеной скорости лечу к себе домой. Я знаю, что она там. Все там. Сидят наверное в кино комнате и смотрят какую-нибудь не смешную комедию.
Врываюсь в дом и оббегаю в помещение и нахожу их в гостиной, пьющими вино. Эйдан обнимает Тессу, в Айрин сидит в сторонке, как всегда. Явно чувствует себя третьей лишней? Но не подает вида, находясь здесь по приглашению своей подруги.
— Вы в порядке? — тяжело дышу от испуга. Все таращиться на меня как на ненормального.
— Ну да, а ты чего так рано.
— Закончил пораньше. — Айрин таращиться на меня, своими глупыми глазками. Она видит меня насквозь и видит мой испуг.
— У тебя все норм...? — заботливо спрашивает она.
— Да. — слишком резко. — Я переоденусь и спущусь к вам, если вы не против.
— Мы не против) — улыбается Тесса.
Я поднимаюсь в свою комнату, кидаю куртку на кровать, сделал круг по комнате и, слыша звук открывающейся двери, оборачиваюсь.
Айрин смотрит на меня испуганно, а я сам не могу сдержать себя в руках. Нервничаю, тяжело дышу. Она подходит ближе.
— Дин, у тебя всё хорошо? — нет, у меня не все хорошо, я не в порядке. В прошлом я так вляпывался в ужасные ситуации, что теперь даже не могу сказать об этом!
— Разумеется.
— Дин, ты... Ты выглядишь напуганным.
Со стороны я выгляжу всего лишь нервным, но, как я и говорил раньше, она видит меня насквозь.
— Я не... — я не могу даже сказать! — Не переживай за меня.
— Точно? — стараюсь смягчиться и улыбаюсь.
— Ну конечно. — она всё ещё стоит, так близко, что я слышу её запах.
Моё сердце бешено стучит. Она только хочет уйти, но я хватаю её за руку и крепко прижимаю к себе. Обнимаю так, будто она сейчас исчезнет. Хоть глоток счастья. Пока всё ещё не разрушено. Пожалуйста, дайте мне насладиться ею.
— Дин...
— Молчи. — и она послушно молчит. Гладит меня по спине, словно успокаивает.
— Дин, ты так обнимаешь меня, словно защищаешь от всех. Я никуда не исчезну, честно.
— Обещаешь? — я веду себя как ребенок, мне надо взять себя в руки.
— Обещаю.
От её слов становится легче. Не знаю, сколько минут мы так стояли, но мне было мало.
Я не мог насладиться ею. Не держал, но не давал уйти.
Я просто хотел свободы.